Помоги проекту - поделись книгой:
Свое отношение к богу плодородия или судьбы демонстрировали наглядно, изображая его огромным и могучим. Чтобы создать пятиметровую фигуру из Сефара, устраивали подпорки, полати. Как писал Лот: «Большая фигура в маске (высота 2,5 метра). Стремление к гигантским размерам изображений – одна из характерных особенностей живописи архаического стиля. В Сефаре подобные росписи встречаются наиболее часто».
Показана фигура условно: торс без плеч, бедер и талии, тонкие ручки с браслетами или татуировкой, вместо головы подобие блина с двумя рожками по бокам и тремя бугорками посередине. В правой руке – посох, копье или гарпун, в левой – предмет, похожий на рыбу, мешок или бурдюк. Справа на уровне груди – нечто, напоминающее бумеранг (его изобрели не только в Австралии).
Для древних художников главным было не «самовыражение», а стремление принести пользу сообществу, от которого они ни физически, ни духовно не отстранялись (изгнание было наказанием за тяжкое преступление).
…Когда в саванне уменьшилось количество диких животных из-за деятельности человека и распространения пустынь, настала пора скотоводства. После трудного переходного периода производящее хозяйство стало, как теперь говорят, рентабельным. Начался новый расцвет искусства.
Великолепную роспись обнаружили в одной из пещер в скальном массиве Ауанрхет малопригодном в наше время для обитания. «На стене возникает, – пишет Анри Лот, – во всей своей красоте изображение коленопреклоненной женщины высотой около двух метров. Согнутой рукой она поддерживает голову. Исполненные чистоты классические линии ее лица с удлиненным разрезом глаз напоминают греческую живопись. Диадема, скрепляющая прическу, указывает, по-видимому, на ее знатное происхождение. Быть может, она – какая-нибудь ливийская богиня? Во всяком случае, черты ее лица типичны для женщин Средиземноморья».
А может быть, в Центральной Сахаре более пяти тысячелетий назад возникло одно из первых в мире государств? Ведь были святилища с изображениями богов. Там могли находиться резиденции правителей и жрецов. Существовали «художественные мастерские», где изготавливали краски, обучали ремеслу художника. Постройки того времени были почти исключительно деревянными (этот материал тогда был в достатке), а потому не сохранились.
Необычайно большое количество и разнообразие наскальных росписей периода скотоводов, их высокий художественный уровень наводят на мысль о существовании здесь цивилизации с комплексным хозяйством, самобытной культурой, социальным расслоением, а возможно и с единоличным или коллегиальным правлением. Было высказано мнение о египетских заимствованиях в искусстве Сахары. Но могло быть обратное влияние.
На рисунках появились лица. Прежде подчеркивалась именно «безликость». Значит, изменились верования. Были преодолены некоторые суеверия, предрассудки. Искусство стало «светским», вышло из-под господства магии.
«Крупные живописные композиции, – подчеркивает Лот, – особенно та, которую мы назвали “Сидящие мужчина и женщина”, поражают своей красотой. Никогда еще доисторические художники так талантливо не изображали человеческое тело. Эти росписи можно сравнить лишь с творениями греков, появившихся гораздо позднее. Иногда на них встречаются большие отдельные изображения животных…
В частности, мы нашли на шести росписях скотоводческого периода изображение типично египетской лодки со знаками номов на весле. Столь необычные для Тассили лодки свидетельствуют о том, что пастухи-скотоводы… испытали влияние египетской культуры».
А почему тип «египетской лодки» не мог возникнуть в Сахаре? Здесь существовали полноводные реки, обширные озера (акватория Чада была примерно в 8 раз больше современной); местные жители ловили рыбу, охотились на гиппопотамов. И тростник, и дерево были у них под руками.
Обнаружены материальные свидетельства пребывания в этих местах людей: каменные жернова, черепки посуды, буквально устилавшие пол некоторых убежищ. Встречаются каменные топоры, наконечники стрел, скребки и остатки украшений, например бусинки от ожерелий, выточенные из скорлупы страусового яйца, подвески и браслеты из сланца.
…Проходили века, и возрастающее количество скота уже с трудом могло прокормиться на освоенных территориях. А наиболее устойчивые пастбища и пашни – в долине Нила. Сюда стали переходить племена скотоводов Сахары. Прежде тут в дремучих лесах обитали редкие группы охотников. Теперь пришли племена скотоводов, выжигавших и вырубавших леса. Они образовали первые государства в долине Нила.
Для оставшихся в саванне, ставшей полупустыней, настали трудные времена. Пастбища скудели из-за перевыпаса скота. Деревьев почти не оставалось. Условия их обитания постоянно ухудшались.
Почему изменился климат?
Итак, несколько тысячелетий назад на месте Сахары расстилалась влажная саванна с лесными массивами в долинах полноводных рек. На естественных пастбищах паслись стада антилоп, газелей, муфлонов, жираф, диких быков, слонов, страусов. Охотничий рай! Для любителей экстремальной охоты были слоны, бегемоты и носороги, львы и леопарды.
Охотники устраивали засады, проводили загоны, изготавливали все более совершенные копья и дротики с каменными наконечниками, улучшали навыки добычи разных крупных животных. В озерах и реках опасно было купаться из-за крокодилов. Зато была богатая рыбалка, обилие водоплавающих птиц. Для разнообразия питания можно было собирать дикорастущие злаки на полях и плоды в рощах.
Больших трудов все это не требовало. Оставалось время для того, чтобы петь и плясать, рисовать на каменных плоскостях. Население увеличивалось быстро до тех пор, пока не стало уменьшаться количество крупных млекопитающих, охота на которых была наиболее продуктивной.
Перешли отчасти на мелкую и подвижную дичь. Потребовались лук и стрелы. Стали чаще использовать загонные способы охоты с применением огня. Хотя еще оставались саванны, природная обстановка ухудшалась. Все трудней было добывать пищу. Началась стадия упадка живописи. Появились изображения гигантских фигур. В охоте чаще приходилось рассчитывать на милость богов. Усилились мистические настроения.
Настала пора производящего хозяйства. Стали разводить домашний скот. Численность населения росла, рогатый скот на пастбищах был обилен. Но в результате перевыпаса степи скудели. Люди выжигали леса, увеличивая пастбища. Вывели более продуктивные породы животных.
Процветать стали племена прежде всего в районах, примыкающих к горным массивам. Там кое-где сохранялась «первобытная» обстановка с обилием диких животных. Реки еще оставались полноводными, о чем свидетельствует рисунок, показывающий охоту на гиппопотамов.
Вторжение завоевателей на колесницах отмечает новый этап в истории Сахары. Если пришельцы решили захватить эту территорию, значит, она была для них привлекательна. Чем? Кроме залежей каменной соли, захватчиков привлекали стада крупного рогатого скота, рабы.
Появились участки пустынь, а племенам скотоводов приходилось бороться за лучшие пастбища, отстаивать свою территорию и стада. Природная обстановка ухудшалась ускоренно. Климат стал засушливым, хотя оставались еще территории сухих саванн. В начале нашей эры пришел период верблюда – «корабля пустыни». От недавнего процветания края остались долины высохших рек, озерные котловины с остатками костей бегемотов, носорогов и крокодилов, мертвенно-белые пятна солончаков…
Какая грандиозная катастрофа опустошила регион, охватывающий треть африканского континента?
Чтобы ответить на этот вопрос, подумаем: почему выпадает дождь?
Ответ прост: в облаках водяной пар сгущается в капли, и они падают на землю. Но если основная масса облаков формируется над Мировым океаном, почему дожди выпадают над сушей неравномерно? Над Сахарой нередко проплывают облака, а дождей почти не бывает, хотя в горных массивах случаются ливни. Почему так происходит?
Обратим внимание на некоторые закономерности.
Нижняя поверхность облаков обычно плоская. Они словно скользят по невидимой поверхности. Так потоки влажного воздуха с акваторий морей и океанов перемещаются по более инертным и более сухим воздушным слоям.
Облака – это клубы воздуха, в которых невидимый водяной пар сконденсирован с образованием мельчайших капель. Они отражают и рассеивают солнечный свет, придавая белый цвет облакам.
Что же заставляет облака пролиться дождем? Подсказывает метод искусственного «засева» облаков определенными реагентами. А вот эпизод из истории Сахары.
Немец авантюрист Герхард Рольфс (ставший позже ученым) в мае 1865 года наметил путь через Сахару к озеру Чад, а оттуда к Нигеру. В городе Мурзуке он собрал караван и отправился на юг. Проводник завел их в безводную местность и сбежал (чтобы группа погибла, после чего можно было поживиться их вещами).
Казалось, путешественники обречены. И тут Рольфс, делая привычные замеры температуры и давления, увидел, что столбик барометра резко упал. Вскоре разразилась гроза, хлынул ливень. Удалось набрать воды, напиться, напоить верблюдов и добраться до оазиса.
Но вот что удивительно: дождь пролился только там, где был лагерь! Случайно? При огромном пространстве пустыни такая вероятность ничтожно мала. В чем же разгадка?
Чтобы водяной пар превратился в капли дождя, требуются или значительное изменение физических параметров среды, в которую попали облака, или появление химически активных центров конденсации. Ими могут служить споры и пыльца растений, тонкие гумусовые или глинистые частицы, гели.
Проплывая над равнинами Сахары, облака с Атлантики находятся в относительно стабильных условиях давления, температур, влажности (она со временем должна постепенно убывать). Только в районах горных массивов обстановка меняется, и в условиях восходящих потоков и переходов в область холодных масс образуются туманы и могут выпадать дожди.
Для образования дождевых капель при мало меняющихся физических параметрах среды решающую роль приобретают химически активные центры конденсации. Пока Сахара оставалась цветущей саванной с лесными массивами, недостатка в них не было. Поэтому над ней часто шли дожди.
Лагерь Рольфса располагался в ложбине, где была растительность. Для приготовления пищи и чтобы согреться в прохладную ночь, путники жгли костры. Судя по всему, выпал дождь от облака дыма и витавшей в воздухе пыльцы растений.
Этот частный пример иллюстрирует общую закономерность. По мере оскудения саванны и эрозии почв, остатки которых уносились ветром или смывались ливнями, центров конденсации водяного пара над Сахарой становилось все меньше. Потоки сухого горячего воздуха, поднимающиеся от земной поверхности, стали рассеивать облака.
Распространяются пустыни после того, как деятельность человека по отношению к ландшафтам (пожары, вырубки, экстенсивное скотоводство) перейдет критическую черту.
Почему же обилие диких животных во влажной саванне не приводит к опустыниванию, а скотоводство его вызывает? На этот вопрос помогает ответить свидетельство Йосефа Вагнера, словацкого зоолога и эколога, много лет работавшего в Африке. В книге «Царь зверей не лев» он пишет:
«Ни одно дикое животное – хотя бы из тех, что обитают в степях и саваннах – не задерживается на одном месте, а мигрирует в зависимости от времени года. В одном и том же окружении живет большое количество видов, хотя они и различаются по образу жизни и средствам пропитания». Каждый вид в качестве пищи находит себе свой рацион.
Одомашненные животные поедают лишь несколько видов растений, которых на пастбищах становится все меньше. Растения с низкой питательной ценностью вытесняют остальные. Дикие копытные мигрируют на большие расстояния, тогда как стада домашнего скота пасутся обычно на ограниченной территории.
«До проникновения в Африку европейского влияния большинство стад пастушеских племен подчинялось почти тем же законам, что и дикие животные. Количество их ограничивалось пределом пищевых возможностей пастбища, кочевание исключало чрезмерное поедание растений – и все-таки тогда уже появились признаки эрозии и негативного влияния пастушества», – отмечает Йосеф Вагнер.
Не следует преуменьшать и роль пастушеских племен в опустынивании. За тысячи лет даже небольшое, но постоянное, направленное нарушение динамического равновесия в природе вызывает колоссальные негативные последствия, особенно в засушливые годы. На опустыненных пространствах сильнее ветер и зной, резче суточные перепады температур, суше воздух. Это сказывается и на окрестностях. Пустыня вторгается на территории, где благоприятные условия для этого создают люди.
Кстати, еще один интересный вопрос: почему возникли саванны? Крупный немецкий биогеограф И. Шмитхюзен ответил на него так:
«В травянистых пространствах периодически сухих тропиков редко наблюдаются естественные пожары. Возможность их вообще долго оспаривалась. Здесь причиной пожаров всегда является человек, который частично ради улучшения качества пашен (добавим: и во времена охотников. – Р.Б.), а частью непроизвольно вызывает выгорание травостоя, ежегодно происходящее на огромных площадях и обусловливающее характер растительности на этих участках.
За исключением затопляемых саванн, все прочие саванны… возникли при непосредственном воздействии человека…
Картирование растительности бывшего Бельгийского Конго также показало, что почти во всех тропических областях распространение саванн обусловлено прежде всего пожарами и что климатические условия достаточно благоприятны для образования на их месте лесов или близких к ним формаций».
В Сахаре изменения ландшафтов не остановились на стадии сухих саванн. Возникли полупустыни и пустыни. То же происходило и в некоторых других регионах: на Аравийском полуострове, в Месопотамии (Двуречье), на западе Индостана, на равнинах Австралии. И на этих обширных территориях климат за последние тысячелетия становился все более сухим. Почему?
…Сопоставим две карты: одну, показывающую распространение современной зоны пустынь и полупустынь; другую – показывающую районы первых земледельческих и скотоводческих культур, а также древнейших государств и городов. Эти две карты достаточно надежно совпадают!
Мало ли было других мест на земном шаре, заселенном в ту пору негусто? Мало ли было территорий, обильных теплом и влагой, рыбой и птицей, зверями и полезными растениями, тучными пастбищами и благоприятными для земледелия угодьями?
Проследим по карте географической зональности маршруты походов Александра Македонского. Малая Азия, Сирия, Египет, Ливия, Месопотамия, Иран, Средняя Азия, Западная Индия. И почти везде здесь преобладают пустыни и полупустыни. Если так было и раньше, то предприятие Александра Македонского выглядит как уникальная экспедиция тысяч пеших и конных по аридным почти безводным районам. Где они доставали провиант, воду? И что за прихоть царя – завоевывать бесплодные территории?!
Вывод очевиден: во времена Александра Македонского зоны пустынь и полупустынь, такой, как ныне, не существовало. Вторжения завоевателей и войны содействовали опустыниванию.
Мог ли человек изменить за несколько тысячелетий природные ландшафты? Безусловно. Это видно на примере Сахары. А мог ли преобразить географические зоны? И это вполне вероятно: ведь эти зоны – совокупность ландшафтов. А могла ли в результате измениться глобальная система климатов?
При обширном распространении пустынь – непременно.
У лишенных растительности и водоемов территорий повышается отражательная способность (альбедо). Сухой нагретый воздух, поднимаясь и охлаждаясь, не дает осадков, создавая гигантский купол. Попадая сюда, потоки влажного воздуха нагреваются, а концентрация в них водяного пара снижается при дефиците центров конденсации.
Уже поэтому в пустынях должно выпадать мало осадков. Когда сюда прорываются мощные циклоны, проходят ливни. Без плотного покрова почв и растительности потоки воды быстро стекают в понижения, почти не подпитывая подземные воды. Уровень грунтовых вод со временем снижается, а почвенный плодородный покров иссушается солнцем, развеивается ветром, размывается ливнями.
Ландшафты пустынь и полупустынь устойчивы и во многом определяют климат. Это же в меньших масштабах демонстрируют современные мегаполисы, создающие свои климатические аномалии.
Творцы пустынь
Двадцать тысячелетий назад Австралия действительно была зеленым континентом. Здесь преобладали степи и лесостепи, существовало немало рек и озер, от которых теперь сохранились только сухие долины и впадины, а животный мир был обилен, разнообразен и оригинален.
Географы по давней традиции предположили: после ледниковой эпохи изменилась глобальная система циркуляции атмосферы. Вот и осталась Австралия без животворных дождей, высыхая…
Сомнительная версия. Серьезные перестройки ландшафтных и климатических зон происходили в Северном полушарии. Австралия – самый маленький континент, окруженный океанами. Потоки влажного воздуха легко вторгаются в его пределы. На значительных пространствах осадков выпадает немало, а пустыни там остаются. Почему?
…Голландский мореплаватель А. Тасман и его команда, первыми из европейцев увидевшие берега крупного острова у южной окраины Австралии (Тасмании), обратили внимание на клубы дыма, поднимавшиеся в разных местах над лесом, и на глубокие зарубки в виде ступеней на стволах крупных деревьев. Таковы были явные следы деятельности людей. Последующие исследователи постоянно сталкивались с лесными пожарами на острове или с обилием костров, разводимых аборигенами.
«Экологический эффект этих систематических пожаров, – писал советский этнограф В.Р. Кабо, – изучается теперь тасманийскими ботаниками и другими специалистами. Он очень велик. На обширных пространствах Тасмании произошла смена растительности, влажные леса уступили место кустарникам, открытым саваннам, степной и болотной растительности; произошли изменения характера почвы, изменился климат».
Тасманийцы использовали огонь для увеличения открытых пространств и повышения плодородия природных пастбищ, на которых паслись дикие животные. Это была форма примитивного животноводства без разведения скота и устройства загонов, а с помощью «пирогенной обработки» (от греч. «пирос» – огонь) охотничьих угодий.
Улучшение этих угодий способствовало увеличению дичи. Племена охотников процветали. Так продолжалось до тех пор, пока существовало динамическое равновесие хищников и жертв. Но со временем людей становилось все больше, а крупных животных – все меньше. Были истреблены крупные нелетающие птицы эму и некоторые другие виды.
Нечто подобное, но в значительно более крупных масштабах происходило в Австралии. Английский исследователь У. Чеслинг, несколько лет проживший среди австралийских племен юленгоров, свидетельствовал:
«Юленгоры поджигают лес во время охоты. Они не могут пройти мимо сухой травы и не поджечь ее. У них вошло в обычай сдирать с деревьев полосу волокнистой коры… скручивать ее в жгут и идти с ним, как с тросточкой, поджигая зажженным концом сухую траву вдоль дороги. К октябрю, когда ветер стихает, пожары успевают уничтожить перегной. Теперь жгучее солнце завершает разрушительную работу – страна превращается в груду пепла. В декабре ветер меняет направление: сильно насыщенный влагой, он дует с северо-запада, потоки дождя заливают страну… Рыхлая почва, песок, зола, перегной – все смывается в болота или уносится в море».
Насколько серьезны могут быть преобразования ландшафтов, вызванные человеком, можно судить по высказыванию австралийского ученого Ч. Маунфорда. Он увидел результаты «пирогенного техногенеза» (преобразования посредством огня) в Центральной Австралии: «Стоя на голом холме и наблюдая за жаркими вихрями, поднимавшимися со дна высохшего озера, я не мог поверить, что когда первые белые люди достигли гор Манна, эта огромная впадина была полна водой, в которой плескались сотни уток, других водоплавающих птиц».
Природу Австралии существенно изменили первобытные охотники до прихода европейцев. Каждая кочующая группа аборигенов за один год выжигала – вольно или невольно – не меньше 100 км2 лесов, саванн, степей: ведь в сухое время года пожары охватывают большие территории.
Сколько было таких групп? Десятки тысяч. Действовали они не менее 20 тысячелетий. Даже приняв, что уничтожалось ежегодно одной группой всего 50 км2, для всего континента и за время господства человека получается 15 млн км2 (минимум!).
Цифра ошеломляющая. Общая площадь Австралии 14,1 млн км2. Выходит, первобытные охотники сотни раз выжигали растительность на этом материке!
Воздействие пожаров на растительный и почвенный покровы, животных, поверхностные воды – было колоссальным. При ослаблении растительного покрова и почв усиливается поверхностный сток; смывается плодородный слой, уменьшается приток вод в подземные горизонты. Снижение уровня грунтовых вод ухудшает условия снабжения растений водой и питательными растворами.
Такова экологическая закономерность. Ландшафт будет меняться, пока на данной территории не останутся только самые неприхотливые растения и очень слабые почвы или голые пески, такыры.
Возможно, в Австралии и до человека кое-где были полупустыни и степи. Но преобладали лесостепи и леса, особенно богатые в речных долинах. Первобытные охотники невольно превращали лесные массивы в ландшафты типа саванн, лесостепи – в степи и полупустыни, а степи – в полупустыни и пустыни. Серьезно оскудел и животный мир. Вымерли (скорее всего были истреблены) крупнейшие млекопитающие Австралии диплодоки и огромные нелетающие птицы.
Аборигены Австралии почти совсем не улучшали свою технику, трудовые навыки, бытовые условия. Есть даже указания на то, что у них наметился некоторый регресс одновременно с уничтожением крупнейших животных. Жизнь аборигенов в обедненной их предками природной среде была нелегка. Они не сумели перейти к новым формам хозяйства, а потому были обречены на технический и духовный застой.
В Австралии не менее определенно, чем в Сахаре, проявляется влияние ландшафта на климат. На юге и на востоке центральной части континента равнины не препятствуют вторжению влажных воздушных масс. То же относится и к западным приморским низменностям. Однако осадки там выпадают чрезвычайно неравномерно, а в годовом балансе скупо.
Не менее удивительные превращения ландшафтов и климата произошли на западе Китая в пустыне Такла-Макан. Она расположена на возвышенности между горными системами Тянь-Шань, Памир, Куньлунь в центральной части Азии.
Казалось бы, природа предопределила существование здесь пустыни. Однако еще в начале прошлого века шведский географ Свен Гедин обнаружил в пустыне близ озера Лобнор остатки старинных поселений. Последующие исследования показали, что нынешняя безлюдная пустыня была некогда заселена.
В книге «Погребенные царства Китая» (1998) сказано: «Неолитические орудия и утварь, раскопанные в пустынных районах, прилегающих к озеру Лобнор, указывают, что племена, занимавшиеся охотой и собирательством, жили здесь еще 10 тысяч лет назад, когда климат был благоприятнее, чем в наши дни…
Хотя человек жил в пустыне Такла-Макан тысячелетиями, жизнь его становилась все труднее и труднее из года в год, потому что неуклонно наступала засуха».
Обычное заблуждение! Во-первых, климат вряд ли ухудшался ежегодно. Во-вторых, пустыня с грядами барханов появилась именно в результате пребывания здесь людей. Не климат изменил местные ландшафты. Происходило закономерное взаимодействие нескольких природных факторов под постоянным – из века в век – воздействием деятельности людей.
Чрезвычайно важно учитывать значительный срок, в течение которого люди активно воздействовали на окружающую природу. Ибо сравнительно небольшие силы, действующие в одном направлении достаточно долго, приводят к колоссальным результатам.
Человек мог создать зоны пустынь и полупустынь, саванн, степей и тундр, безводные земли и желтые моря движущихся песков.
Он мог создать все это в прежние века, не имея могучей техники и развитой науки. Он мог опустошить огромные территории, разрушить сложившиеся экосистемы, обеднить различные ландшафты – от экватора до Заполярья, мог даже вызвать значительные климатические перестройки, стремясь к благосостоянию, разумному использованию воды, к разведению домашних животных, возделыванию полей, возведению поселений.
При прочих равных условиях технически более оснащенные группы людей способны сильнее воздействовать на окружающую среду – вольно или невольно. В XIX веке освоение целинных земель западных равнин США за считанные десятилетия вызвало опустынивание; пыльные бури завершили природную катастрофу, вызванную неразумными действиями человека.
Не следует недооценивать возможности и наших далеких предков. В их распоряжении имелись три мощных фактора, позволявших им решительно перестраивать окружающий мир: разум, огонь и время.
Говоря о географической зональности, ученые не учитывают мощнейшую географическую силу – техногенез. Человеку отводят роль могучего преобразователя на ограниченных территориях: вырубку леса, осушение болота, устройство водохранилища и другие деяния такого рода. Столь же общепринято, что человек способен изменять направления рек, решать судьбы внутренних морей и крупнейших озер, разрушать горы.
Начинает казаться, будто для глобальных природных перестроек требуется вмешательство особо мощных сил. Мол, даже современная цивилизация бессильна воздействовать на климат!
…Небольшая река за достаточно долгий срок способна пропилить горный хребет. В дельте реки накапливаются тысячеметровые толщи осадков. Ледники могут распространяться на тысячи, а то и миллионы квадратных километров. Неприметные движения земной коры созидают высочайшие горные страны…
Не так ли и с деятельностью человека? Когда она проявлялась тысячи лет, менялись географические зоны. Сумма малостей может быть сколь угодно велика.
…Полтора столетия назад Чарлз Лайель доказал, что незначительные на первый взгляд силы совершают огромную геологическую работу за длительные отрезки времени. Такова реальность. Легендарный Сизиф, обреченный вечно вкатывать камень в гору, вечно ронять его и вновь вкатывать, за миллионы лет сотрет в порошок либо камень, либо гору.
Если бы население Земли решило вручную засыпать все озера и внутренние моря и каждый ссыпал бы в водоемы по 100 килограммов грунта в день, то через 200–300 лет работа была бы закончена. Вдобавок были бы засыпаны все речные русла.
Проделать подобную операцию с Мировым океаном труднее. Но и тогда за 1–2 миллиона лет… Нет, океан засыпать не удастся по той простой причине, что не хватит для этого горных пород; вся суша оказалась бы на морском дне. А ведь миллион лет в геологической истории совсем небольшой срок!
Всемирный потоп – суровый урок
В Ветхом Завете сказано: «И увидел Господь [Бог], что велико развращение человеков на земле, и что все мысли и помышления сердца их были зло во всякое время; и раскаялся Господь, что создал человека на земле, и восскорбел в сердце Своем. И сказал Господь: истреблю с лица земли человеков, которых Я сотворил, от человека до скотов, и гадов и птиц небесных истреблю, ибо Я раскаялся, что создал их».
По велению свыше произошел потоп, и за 150 дней «покрылись все высокие горы». Уцелела из всех людей лишь семья праведника Ноя, ковчег которого был выброшен на гору Арарат.
Серьезные богословы толкуют данный текст как аллегорию и назидание живущим не предаваться грехам. Но есть у предания более глубокие корни. Миф о великом потопе возник в Двуречье (в долине рек Тигра и Евфрата) задолго до создания Торы и Ветхого Завета.
В таблице ХI ассирийского «Эпоса о Гильгамеше» повествуется о потопе вполне правдоподобно. С юга надвинулась черная туча, ливень продолжался «шесть дней, семь ночей». Судно праведника Утнапиштима пристало к горе Ницир (высота 330 метров над уровнем моря). Очевидно, что составители Библии воспользовались этим описанием, сделав упор на чудо и нравственный аспект.
Наиболее древним текстам сказания о потопе, обнаруженным в Двуречье, не менее пяти тысячелетий. Тогда в этом регионе обитали шумеры, создатели одной из древнейших цивилизаций на Земле.
Поделиться книгой: