Третий не лишний

Криссанн знала, что такое одиночество. И они с Мейсоном расстались. Поэтому она не могла понять, почему никак не может остановить слезы.

Итан окружил ее заботой и отправил сидеть на солнышке, пока его помощница по дому собирала ее вещи. Криссанн сидела у бассейна и, глядя на воду, пыталась постичь случившееся.

Мейсона больше нет.

Эта новость казалась ей чем-то нереальным. Разве такое возможно?

Боль утраты была настолько острой, что Криссанн не переставала плакать. Если честно, она не представляла, что может плакать так много. Слезы текли по ее щекам, и, когда казалось, что она уже успокоилась и может остановить их, они начинали бежать с новой силой.

Как же ей хотелось вернуть Мейсона. Не как парня, с которым она жила, потому что их отношения сошли на нет задолго до разрыва. Ей хотелось вернуть друга. Он был единственным человеком, вместе с которым она пережила так много всего за последние двенадцать лет.

Хотя даже эти воспоминания были перечеркнуты словами, которые он бросил во время их последней ссоры. Мейсон заявил, что они были чужими друг другу людьми, больше друзьями, которые спят вместе, когда им удобно, а не настоящей парой. Но она не понимала его слов до этого момента. Когда перед ее глазами проносилась их совместная жизнь, Криссанн осознала, что большей частью либо ждала Мейсона, либо возвращалась к нему. Но не проводила с ним время по-настоящему. Наконец, до нее дошло, что говорил ей Мейсон. Черт бы его побрал за то, что он пошел на крайности, чтобы доказать свою правоту.

– Ты был прав, – вслух сказала Криссанн. – Ты выиграл. Вернись, и я повторю эти слова тебе в лицо.

Но он не собирался возвращаться. Он ушел. Исчез из ее жизни в точности, как и ее родители, которых она никогда не знала. Ее измученное сердце сжалось еще сильнее.

Сидя на шезлонге, Криссанн подтянула коленки к груди и уткнулась в них лбом. Глубоко внутри она всегда верила, что в ее жизни будет что-то большее. Что она вырастет и обзаведется собственной семьей, которой у нее никогда не было. Но, как оказалось, она не научилась выстраивать близкую связь с другим человеком. Как строить семью, когда не знаешь, что такое привязанность?

– Крисси?

Она подняла голову и посмотрела на Итана. Милого, доброго Итана, который помогал ей справиться с утратой, бывшей не менее горькой для него самого. Он всегда ставил ее нужды на первое место, а она просто использовала его…

– Да.

– Хватит накручивать себя.

– Что?

– У тебя все на лице написано. Пойми, ты не виновата в том, что случилось.

– Знаю, – сквозь слезы вздохнула она. – Но я сказала ему, что больше никогда не хочу его видеть. Итан, я сказала ему эти слова. Я ушла от него, бросив на прощание, что лучше бы он умер.

– Но ты не желала ему смерти на самом деле.

– Да. Но я сказала это. Я позволила вселенной услышать эти ужасные слова.

Он подошел к ней, сел рядышком на шезлонг и положил ладонь ей на лодыжку.

– Ты всего лишь человек, – заявил Итан. – Мы все, бывает, выходим из себя и говорим друг другу ужасные вещи. Такое случается. Мейсон порвал с тобой. Не суди себя по тому, что случилось во время вашей последней размолвки. Ты не повредила самолет, на котором он летел. И ты не заставляла его уезжать.

Нет, но она не смогла бы остаться с ним после того, что они наговорили друг другу.

– Я не хотела, чтобы он уезжал. Мы и начали ругаться из-за того, что я просила его отказаться от этой поездки.

– Что только усложняет ситуацию, – ответил Итан. – Думаю, он сделал бы все возможное, чтобы вернуться к тебе.

Криссанн кивнула, но не стала говорить, что он ошибался. Она еще не оправилась от сердечных ран, которые нанес ей Мейсон, чтобы думать о том, каким хорошим человеком он был. Это Итан заставлял ее вспоминать Мейсона с самой лучшей стороны.

– По крайней мере, он погиб, занимаясь любимым делом.

– Ты права. Он любил отправляться в приключения и снимать их. Он не захотел бы другой жизни.

– То же самое он сказал мне, когда мы ругались. Мейсон не хотел жить жизнью простого обывателя.

Итан согласно кивнул.

– Однажды он сказал мне, что научился выживать в одиночку, так как знал, что ему не на кого рассчитывать. Он любил находиться в пустыне, потому что там не было иллюзии, что кто-то присматривает за ним. Он знал, что остается наедине с природой. А природа не терпит сентиментальности.

– Так похоже на Мейсона, – сквозь слезы улыбнулась Криссанн. – Уверена, он следовал своей привычной мантре… если ты полагаешься только на себя, ты никогда не будешь разочарован.

– Он и не знал, что такое разочарование.

Зато знала Криссанн. Конечно, она была самостоятельным человеком, но ей всегда хотелось большего. А теперь она снова осталась одна. Совсем. И хоть Итан вел себя очень обходительно, она не смогла бы вернуться в его город, его жизнь и его дом после того, что случилось.

Настало время жить, полагаясь только на себя, по-настоящему.

Но когда Итан поднялся на ноги и подал ей руку, Криссанн поняла, что ей будет очень сложно расстаться с ним.

Итану хотелось сесть в машину и гнать ее на всей скорости так долго, как только можно, крича от горечи и разочарования из-за гибели Мейсона, но он не мог.

Вместо этого он медленно покатил по городу к частному аэропорту, который недавно увеличился и стал более оживленным за счет того, что в городе появилась база НАСА.

Добравшись на место, Итан переговорил с пилотом и его помощником и отправил сообщение своей секретарше.

Нужно было уладить целый ряд вопросов.

Он посмотрел на Криссанн, которая старалась держать себя в руках, но то и дело украдкой утирала слезы. Пройдет немало времени, прежде чем она сумеет оправиться после гибели Мейсона.

Криссанн сейчас представляла собой все, о чем Итан мог только мечтать, но она по-прежнему оставалась недосягаемой.

– Я хотел уточнить, где ты хочешь остановиться: со мной в доме Хантера или у себя…

– Эта квартира не принадлежала мне. Я уже съехала оттуда. Если ты не возражаешь, я бы хотела остаться с тобой.

– Почему я и спрашиваю.

Итан взял ее под руку и повел к самолету. Когда они забрались внутрь, Криссанн села в одно из больших кожаных кресел, а он занял место напротив.

– Зачем твоей семье частный самолет?

– А что в этом плохого?

– Ничего, просто мне кажется, вы не испытываете в нем никакой необходимости.

– Ну… Ты уверена, что хочешь обсудить этот вопрос?

– Да. Мне нужно отвлечься, иначе я сойду с ума, думая о Мейсоне и о том, что могло случиться.

«Что могло случиться», – про себя повторил Итан и отбросил эту мысль.

– Как ты знаешь, Хантера обвиняли в преступлении, которого он не совершал. Так что, пока он играл в Национальной лиге, он летал главным образом на частных самолетах, чтобы избежать возможных конфликтов. Все началось с того, что однажды он возвращался домой на День благодарения и летел обычным самолетом. Некоторые из пассажиров считали его виновным и не стеснялись выражать свое мнение. Они превратили этот полет для него в настоящий ад, и тогда отец приехал ко мне и заявил, что мы больше не будем летать коммерческими самолетами. Так что мы купили свой собственный.

Когда Хантер учился в университете, его однокурсница погибла при загадочных обстоятельствах, и в ее гибели обвинили его и еще одного студента. Но Каратезы сплотились вокруг Хантера, потому что парень, который любил Бога, футбол и свою девушку, никогда бы не совершил подобное преступление. Но для всех остальных брат Итана оставался привилегированным мальчиком, который плевать хотел на законы.

– Я рад, что мы приняли такое решение. Частный самолет – очень удобная штука, – добавил он, не дождавшись ответа Криссанн.

– Я тоже. Люди такие невозможные. Хантера ведь даже не взяли под арест.

– Ты права. Но всем известно, как работают социальные сети и суд общественного мнения, – кивнул Итан. – Кстати, что касается общественности, сотрудники Мейсона попросили меня написать для них обращение от лица его семьи и друзей.

– Правда?

– Да. Они собирались обратиться к тебе, но Кэму показалось, что ты не в состоянии что-либо писать. Он переживал, что это будет для тебя слишком большим испытанием.

– А он в курсе, что Мейсон порвал со мной?

Итан в ответ пожал плечами.

– Он сказал так потому, что видел, как ты рас-переживалась во время видеочата.

Криссанн прикусила нижнюю губу.

– Я не хочу никого вводить в заблуждение, но что мне делать, если ко мне будут обращаться как девушке Мейсона?

– Просто будь честной, – ответил он. – Поступай так, как сочтешь нужным.

– Спасибо, – сказала она и мягко коснулась его руки.

Его губы дрогнули в улыбке. Криссанн выглядела такой опечаленной, что его сердце мучительно сжалось, и он решил, что сделает все возможное, чтобы вернуть улыбку на ее лицо.

– Для того и нужны друзья.

– Итан, ты больше, чем друг. Я не могу выразить словами, что для меня значит твоя поддержка, – призналась Криссанн. – Я привыкла решать все сама и ни на кого не рассчитывать.

Он взял ее руку и переплел ее пальцы со своими, не обращая внимания на охватившее его волнение. Криссанн нуждалась в нем.

И прямо сейчас это было самое главное.

Глава 6

Прошло три недели с тех пор, как они прилетели в Лос-Анджелес, а Криссанн до сих пор ощущала себя словно в тумане.

Они с Итаном остановились в доме его брата в Малибу на побережье океана, улаживая разнообразные вопросы и подписывая какие-то бумаги. Каждый день Итан оставлял для нее записку у помощницы по дому, сообщая, где находится и что собирается делать. Он оплатил еще одну спасательную экспедицию в Перу на поиски Мейсона, а сегодня попросил, чтобы Криссанн заехала к нему в офис его фирмы в Лос-Анджелесе.

Она стояла в вестибюле многоэтажного здания в элегантном платье и на каблуках, потому что не смогла бы появиться в его шикарной юридической конторе в чем-то повседневном.

Когда Криссанн поднялась на третий этаж, девушка за стойкой регистрации вручила ей бутылочку минеральной воды и направила в зал совещаний с видом на модный район Лос-Анджелеса, Фэшн Дистрикт. Криссанн прихватила с собой камеру и собиралась прогуляться там, когда закончит с делами. С тех пор как стало известно о гибели Мейсона, она не находила в себе сил снимать видео или писать, но много фотографировала и публиковала снимки в своем блоге. Это были лица людей, которых она встречала на пляже, где прогуливалась каждый день в надежде найти ответы на вопросы, не дававшие ей покоя.

Услышав звук открывающейся двери, Криссанн резко развернулась и увидела Итана. Он убрал телефон в карман брюк и подошел к Криссанн.

– Прости, что заставил ехать в такую даль. Ты на машине?

– Меня привез Питер, – ответила она. Итан оставил в ее пользование машину и своего личного водителя. – Терпеть не могу дорожное движение в Лос-Анджелесе. Я сказала Питеру, что назад вернусь с тобой.

– Возможно, мне придется задержаться допоздна.

Кто бы сомневался. Последнее время Итан избегал оставаться с ней наедине.

– Я собираюсь прогуляться по Фэшн Дистрикт, чтобы сделать пару снимков для моего блога, так что я никуда не тороплюсь.

– Хорошо. Я получил отчет от команды спасателей, которую мы отправили в Перу, – сказал он, проходя в комнату и отодвигая для Криссанн стул.

Они присели, и он пододвинул к себе планшет, лежавший на столе. Криссанн молча смотрела на его руки, когда он вводил пароль, и на секунду представила, что эти руки могли бы сделать с ней. Прогуливаясь по пляжу, она много думала о том вечере, после которого началось какое-то безумие.

– Им удалось что-нибудь найти? Какие-нибудь доказательства того, что Мейсон все еще жив?

Итан вывел на экран фото с обгоревшим фюзеляжем. Криссанн в ужасе отшатнулась, когда на следующем снимке увидела шесть мешков с телами.

Вот и все. Мэйсона больше нет.

Он ушел. Ушел навсегда и никогда не вернется. Криссанн не осознавала, что плачет, пока Итан не сунул ей в руку бумажный платок. Она отвернулась. Забавно. Еще недавно она могла дотянуться до него, но теперь, чем больше времени они проводили вместе, тем больше отдалялись друг от друга.

– Ужасно, что он погиб вот так, – выдавила она, снова посмотрев на снимок.

– Да, ужасно, – согласился Итан. С тех пор как они узнали о гибели Мейсона, его голос стал каким-то механическим, лишенным всяческих эмоций.

Криссанн сомневалась, что он до конца осознал свое горе, но он постоянно работал или решал какие-то дела по телефону, и у нее не было возможности поговорить о случившемся.

– Мы с тобой друзья? – спросила она.

– Что?

Итан повернулся и посмотрел на нее, и в его глазах промелькнула горечь, но потом их выражение снова стало непроницаемым.

– Мы друзья? – повторила Криссанн, развернувшись к нему и положив руки на подлокотники его кресла.

Итану пришлось раздвинуть ноги, чтобы их коленки не упирались друг в друга.

– Да. А ты сомневаешься?

Она положила ладонь на его колено, и он отдернул ногу.

– С тех пор как мы приехали сюда, ты избегаешь меня. Мы ни разу не поговорили по душам, и мне до смерти надоело получать твои чертовы записки, которые ты передаешь через свою помощницу по дому. Ты сейчас говоришь, что мы друзья, только для того, чтобы я не чувствовала себя одиноко?

Итан молча покачал головой.