Билет в один конец. Иллюзия свободы

– Да просто… Родине служить. Когда пацаном был, хотел. Потом откосил. Вот… Теперь здесь. Надо было не косить…

– Ща расскажу чё про армию, – живая легенда Зоны подмигнул своему малоопытному собеседнику и, повернув голову вправо, заголосил на весь бар. – Врата-а-арь! А ну, поди сюда!

Вот только никакого Вратаря в баре не нашлось. Олег Драгунов и его отряд покинули «150 рад» еще минут пять назад.

В Зоне шел дождь. Не кислотный, как любили стращать новичков бывалые, а вполне себе обычный, с едва заметными прозрачными каплями. Частицы воды тихо барабанили по крышам зданий покинутого завода. Вокруг наемников, двигавшихся по пустым улочкам, властвовала тишина. Лишь изредка её нарушали отдаленные сухие звуки выстрелов, хорошо различимые из-за повышенной влажности. Примерно в сотне метров затрещали электрические разряды – то кому-то посчастливилось угодить в «сияние». Откуда-то с севера донеслись отголоски душераздирающего крика – то невезучего бродягу рвали на части мутанты. Но на дороге – тишина, нарушаемая лишь дробью капель воды да нестройным стуком ботинок об асфальт. Дождь остервенело бил о крыши, о землю, о куртки-дождевики наемников и о специальные водонепроницаемые чехлы на их рюкзаках. «Солдаты удачи» аккуратно продвигались по широкой дороге, вымощенной серым асфальтом. Поразительно, но дороги в Зоне местами выглядели лучше, чем в тех или иных странах СНГ – машины-то больше не ездили. Максимум «бэтээр» когда-нибудь проедется. Или «Урал».

Слева от наемников расположилось длинное, низко посаженное здание из оранжевого кирпича. Вспыхнула молния, на мгновение осветив мрачные внутренности строения через широкие окна с разбитыми стеклами. Пусто. Справа – глухая постройка из бетона. Ни окон, ни дыр. Внутри – сама неизвестность. Но засады ждать оттуда нечего – там и стрелять-то неоткуда. Рядом с тем зданием располагались металлические ворота. Через большие ручки все еще была продета бурая цепь, на которой болтался ржавый советский замок, до сих пор исправно несший службу. А прямо перед отрядом высились две постройки высотой метров эдак семь-восемь, выполненные из потускневшего, местами выцветшего кирпича. Меж собой их соединял проход с дырявыми стенами из металлических листов, испещренных дюжиной царапин и пулевых отметин. Подойдя ко всей этой конструкции, Леший тут же достал дозиметр и убедился в отсутствии сильного излучения. Затем проводник, подобравшись к пустовавшему дверному проему, молниеносно заглянул внутрь.

– Чисто, – сообщил он товарищам. В этот раз на лице «солдата удачи» не было грязи, а петли на костюме скучали без дела – работа потребовала определенных жертв.

Внутри наемников ожидало пустое, тесноватое помещение с голыми стенами. Справа – соединявший две постройки коридорчик. Там, в самом конце, стояла покорёженная дверь с отломанной ручкой. Слева от неё как раз кстати расположилась дыра в стене, через которую «солдаты фортуны» и вышли. В нос снова ударил приторный сладковатый запах падали. Причина вскрылась быстро – в большом металлическом ящике прямо перед наемниками разлегся труп двухнедельной давности на вид. При нем не было совсем ничего, кроме изорванного в клочья и пропитанного кровью камуфляжа – все остальное уже успели разобрать.

Обогнув парочку одноэтажных зданий и платформу неизвестного назначения, наемники оказались на железнодорожных путях. То тут, то там еще оставались брошенные вагоны советских поездов, которые никто так и не успел попилить на металл. Именно они наемников и интересовали.

А вот и он, тот самый указатель на «схрон»! Вагончик с усердно выведенной черной краской надписью «ЗДЕСЬ БЫЛ ВАСЯ» с расположенным чуть пониже словом «лох» со стрелкой, указывавшей на этого «Васю». А неподалеку лежал кусок бетона, прикрывавший ржавый металлический люк.

Убедившись в отсутствии какой бы то ни было живности вокруг, Драгунов принялся раздавать приказы:

– Вратарь, Рымарь – бетон. Башмак – люк.

Пока командир и Леший обеспечивали какое-никакое прикрытие, двое наемников сдвинули стройматериал, а выходец из мародеров оттащил крышку люка в сторону. Перед ними открылся спуск вниз с покрытой бурыми пятнами лестницей. По команде «солдаты удачи» отправились вниз. Мгновение – и их окружили темные, покрытые мхом стены. Благо, старая канализация давно высохла, и тянуться за респираторами наемникам не пришлось. Разве что налобные фонари достали. В тайнике было темно, совсем как «у негра в заднице», – именно так заявил Башмак в свой первый визит. Но добро, которое оставил прошлый, ныне наверняка покойный владелец «схрона», с лихвой компенсировало этот недостаток.

Пройдя вправо от лестницы метров на 20, отряд Беса нашел несколько ящиков, набитых чем ни попадя: консервами, водкой, одеждой и даже патронами россыпью в коробках.

Лишний раз удостоверившись в отсутствии незваных гостей, наемники предусмотрительно сменили носки, пока имелась такая возможность. Сменили – и покидали в кучу грязного белья на полу, особо не церемонясь.

Следом «солдаты удачи» не преминули проверить припасы. Скудновато, конечно, но на день-два должно хватить.

Окончив смотр, наемники достали пять советских маскировочных комплектов КЗС, нередко именуемых «Березками». Важным элементом экипировки были маски защитного цвета – чтоб не опознал никто. По очереди переодевшись, «солдаты фортуны» обмотали вокруг рук зеленый скотч – отличительный знак «вольнонародовцев» – и накинули дождевики. Сложив привычную одежду в один из ящиков, наемники наскоро обсудили новые позывные. Нечего светить собственными кличками во время секретной операции. Вот так Башмак стал Бушлатом, Бес – Боссом, Вратарь – Шомполом, а Леший – Лесником. На Рымаре фантазия закончилась, и бывший гэбээровец стал просто Петровичем.

Разобравшись с временными прозвищами, отряд Драгунова поспешил покинуть «схрон». Возле лестницы на свежий воздух успела скопиться маленькая лужица. Ступеньки намокли и слегка скользили, так что совершенно не ожидавший такого поворота событий Леший чуть было не полетел вниз. Драгунов едва не схлопотал по лицу жесткой подошвой «берца», усеянной забившимися в протектор комьями грязи, но успел вовремя отклониться назад.

– Э, мля! Шары разуй, на! – рыкнул Башмак, которому Олег неосмотрительно наступил на ногу.

Один за другим наемники покинули тайник. Пока Башмак и Леший возвращали крышку на место, Драгунов, Рымарь и Вратарь обеспечивали прикрытие, стоя на колене и контролируя каждый свой сектор. Настоящий профессионал своего дела, может, и остался бы незамеченным, но где ж его искать, того профессионала?

Замаскировав вход в свое тайное убежище, отряд Беса с Лешим во главе отправился к обозначенному Моргуновым месту. Вроде и недалеко было, да только в Зоне расстояния измеряли не в метрах с разнообразными приставками, а во времени, затраченном на путь. Ориентировочно до «метки» было минут 15–20. Ориентировочно.

Уже через пять минут посреди дороги возникли почерневшие останки упавшего долгие годы назад военного вертолета. Вокруг этого «скелета динозавра» до сих пор лежали кости несчастных. То тут, то там виднелись обрывки формы. На одной руке даже шеврон сохранился – батальон «Чернобыль». Такой же, как и у всех украинских военных по периметру Зоны. Бойцы ВСУ давно не совершали рейдов на аномальную территорию, переложив сей тяжкий груз на плечи ГБРЗА. Причина была проста как дверь и лежала прямо перед наемниками.

– О! – вдруг вспомнил Вратарь. – Тут же братан комода скопытился!

– Чего-чего? – переспросил Башмак. – Чё за комод?

– Да у комотделения братан был, – не оборачиваясь, ответил бывший военный. – Вот он на вертушке и летел. Комод часто за него вспоминал. Все, сука, хотел в Зону.

Вратарь и выходец из мародеров дружно заржали, высмеивая потаенное желание того командира отделения. Ведь они-то знали, что такое Зона. Место, в котором и врагу не пожелаешь оказаться…

– Хотел, мля, в Зону, – вытерев скупую слезу, хохотнул Башмак. – Ну, млин…

Он хотел было еще что-то сказать, но, как говорится, не судьба. Коротко отработал автомат Вратаря – и бывший налетчик замер с полуоткрытым ртом.

– На один час! – рявкнул бывший военный, упав на защищенное колено.

И весь отряд рефлекторно врос в землю. Рассредоточиваться в данной ситуации – не лучшее решение. Во-первых, аномалии. Во-вторых, неясно, что за противник попался. И противник ли вообще? Если рядом люди, атака могла последовать с любого направления. Группа из пяти человек – не такая уж большая сила, чтобы распугать всех отморозков в округе.

Дважды протрещал «калашников» Вратаря. Рымарь коротко дернул головой в направлении выстрелов, но не заметил ничего подозрительного.

– Ты по кому там шмаляешь? – подал слегка дрожавший голос Башмак.

– Да хер его знает, – настороженно отозвался бывший вэсэушник.

– Движение? – сухо спросил Бес.

– Не вижу, – бросил Вратарь, «сканируя» местность острыми сталкерскими глазами. – Нихрена не вижу…

Наемники выжидали еще около полутора минут. Ничего подозрительного. Лишь слабое дуновение ветра да надоедливый дождь, что все никак не угомонится.

– Продолжаем движение, – скомандовал Драгунов. – Стволы наготове.

И «солдаты удачи» вновь зашевелились, аккуратно огибая остатки вертолета. Леший привычно шел впереди паровоза, следя за стрелкой наручного компаса и периодически измеряя радиационный фон. И именно его противник избрал первой мишенью. Наметанный взгляд Вратаря едва успел уловить размытое движение тела, пулей метнувшегося к проводнику. Грозно гавкнув, «калаш» заглушил хриплое, отрывистое дыхание врага. К головному отряда бежал практически неразличимый горбатый силуэт с желтыми кошачьими глазами. «Черный горбун». Один из самых опасных и самых загадочных мутантов Зоны. Никто не знал, как он выглядел, чем питался и какую среду обитания предпочитал. Кто-то наделял эту тварь светобоязнью, кто-то приписывал любовь к высасыванию крови, кто-то – еще что-нибудь, да помистичнее. Лишь бы новичков напугать. Кто-то предполагал, что «горбуны» – они как хамелеоны, только их шкура все время меняет окраску, создавая тем самым почти идеальную маскировку. Кто-то говорил более фантастические вещи, связанные чуть ли не с адом и демонами. Но одно сталкеры знали точно: тварь практически невидима, невероятно быстра, её когти острее любого ножа, а организм способен вынести такое, что пять раз убило бы обычного человека. К счастью, мутант нередко выдавал себя хрипом – то ли горло никак прочистить не мог, то ли курил слишком много.

Треск АК-74 резанул Лешего по ушам. Предупредительный крик бывшего военного он не услышал. Наемники вновь застыли на месте. Проводник резким движением развернулся влево, поднимая висящий на перекинутом через шею ремне «калашников».

«Черный горбун» был быстр. Очень быстр. Его и без того плохо различимый силуэт практически превратился в сплошное размытое пятно, быстрее молнии мчавшееся к наемнику-проводнику. Мог ли человек вообще противостоять этому зверю, чьи когти с легкостью рвали плоть, чьи сокрушительные удары ломали кости? Наверное, нет. Но сталкер мог. Потому что у него было одно неоспоримое преимущество. Творение великого советского конструктора Михаила Тимофеевича Калашникова.

Как известно, меткость – не конек большинства сталкеров. И как же тогда справляться с мутантами, что быстрее, сильнее, да еще и переживут больше всякого скитальца? Бежать? Бесполезно – тварь все равно окажется быстрее. Все равно догонит и разорвет в кровавые клочья. Выход был прост и прозаичен. Все, что нужно, – заряженный автомат, снятый с предохранителя. И тут совсем не важно, сколько патронов придется потратить. Миновать бой с голодным мутантом невозможно. И порой единственный шанс спастись – расстрелять устрашающего зверя в упор. Превратить его в решето раньше, чем он пустит вас на обед. Это Леший и сделал. Дернувшись, его палец вдавил спусковой крючок.

Драгунов, стоявший за спиной головного, отшатнулся назад. Вратарь попытался достать тварь, но не смог угодить в цель. Башмак и Рымарь не стреляли, боясь попасть в товарищей.

Мутант был уже совсем рядом, готовый к быстрой и сокрушительной атаке. Но каким бы резвым он ни был, от пули увернуться невозможно. Мгновение – и раскаленные свинцовые жала впились в переменчивую шкуру «горбуна». Хриплый рык раненого зверя, казалось, разлетелся по всему Заводищу, приглашая всех желающих на бесплатный обед.

Залаял АКС-74 Драгунова – опомнившийся командир наемников подключился к делу. Тварь, порожденную Зоной, тряхнуло. Несколько секунд – и монстра не стало. У всего был свой предел прочности. В последнем, отчаянном жесте, предсмертной попытке добраться до желанной добычи, «горбун» взмахом лапы разорвал Лешему щеку. Когти превратили капюшон дождевика в лохмотья с поразительной легкостью – как будто изодрали мокрую бумагу. Наемник непроизвольно развернулся вокруг своей оси и сделал два шага вперед, чуть было не влетев в «центрифугу». Голова «солдата удачи» остановилась буквально в считаных сантиметрах от слегка пульсировавшего воздуха. Рука Лешего рефлекторно прижалась к ране в попытке остановить сочившуюся кровь. Боли не было. Пока что.

«Горбун» же распростерся на земле. Кровь пульсирующей струей покидала его тело, проникая в трещины в асфальте. А сам мутант с поразительной скоростью… разлагался. Спустя полминуты все исчезло: и желтые кошачьи глаза, и прочие атрибуты едва различимого силуэта. Остались лишь кровь да непонятного цвета жижа, отдававшая тошнотворным запахом смерти. Вот почему никто не знал, как на самом деле выглядели «черные горбуны». Когда их организм переставал справляться с повреждениями – он начинал с невероятной скоростью стареть. И, в конце концов, оставалась только жижа.

А Леший тем временем, прекрасно осознавая, что времени у него немного, скинул рюкзак и, расстегнув молнию, принялся дрожащими руками искать аптечку. С его левой щеки свисал сочившийся кровью кусок кожи. Глаза наемника безумно бегали, трясущиеся пальцы в спешке пытались нащупать знакомый оранжевый квадрат. Инстинктивно притронувшись к страшной ране, Леший застонал от боли. Но, благо, самообладания не потерял. Пока товарищи стояли «на стреме», проводник принял противошоковое с обезболивающим и приложил к щеке трофейный «хвост».

Лешему повезло. Многие не успевали нашпиговать «горбуна» свинцом прежде, чем начать с удивлением рассматривать собственные кишки, вывалившиеся на асфальт. Одно плохо: движение группы снова застопорилось. Чудодейственному минералу потребовалось не менее получаса, чтобы залечить щеку Лешего. Пусть в условиях Зоны это было и недолго, но кто ж знал, когда те «рубежники» вышли и куда успели повернуть? И где прикажете их ловить? Завод сам по себе немаленький, а уж выйди «черные» за его пределы – и миссия превратится в рутинные скитания по Зоне в надежде таки обнаружить бойцов группировки.

Но, судя по всему, удача решила не бросать отряд Беса. Прошло время, и рана на щеке Лешего благополучно затянулась – даже шрама не осталось. Кожа приросла обратно и держалась как влитая. Проводник более-менее оклемался, разве что оставался слегка заторможенным из-за медикаментов. На прикрытую изорванным капюшоном голову проводника упала последняя, вымученная капля дождя. И вновь относительную тишину разорвал бой автоматов Калашникова. На этот раз нескольких. Судя по громкости, стрелки были недалеко. Даже при учете повышенной влажности воздуха.

– Идем, – без колебаний скомандовал Драгунов, в мыслях которого так и сыпались деньги из широкого кармана прапорщика Моргунова.

Дабы не терять время, Бес заменил еще не отошедшего от уколов Лешего в качестве головного. Правда, помогло не сильно – продвижение несколько замедлилось ввиду недостатка у Олега опыта проводника.

Оставив сгоревшие останки вертолета позади, наемники вышли к единственному на их памяти локомотиву на Заводище. Стоя на ржавых рельсах, он жалобно смотрел на людей. Поцарапанный, исполосованный очередями и покрытый пятнами засохшей крови. Этот поезд, что никогда не сойдет с рельсов, видел больше смертей, чем всякий из отряда Драгунова. Один из множества памятников ушедшей эпохи. Стоило посмотреть на него – и тут же накатывала непонятная, необъяснимая тоска. Кто все это устроил? Зачем? Кто создал Зону? И зачем он разрушил столько жизней? Да у того же Беса еще было бы все впереди, не подайся он в скитальцы! Как там говорилось? Безвыходных ситуаций не существовало в принципе? Вот и он нашел бы выход! Или нет?..

Возле локомотива, за исключением парочки аномалий, ничего интересного не было, поэтому «солдаты удачи» продолжили путь в стремлении узнать, чьи это «калаши» ритмично стучали. Пара-тройка кирпичных зданий, штук пять ржавых и дырявых вагонов, бетонная платформа, подозрительно напоминавшая перрон, – и вот он, источник шума. Перед наемниками, застывшими на ЖД-станции, открылась брошенная стройка метрах в тридцати впереди. Судя по габаритам двух так и не законченных этажей, большое строение планировалось. Чуть поближе расположился спуск в подземный переход, заваленный стройматериалами всех форм и размеров. Прижимаясь спинами к этому нагромождению, стояли на полусогнутых трое бродяг, вооруженных автоматами Калашникова «сотой серии». На «рубежников» не похожи – черного скотча ни на одном не наблюдалось. А воевали они с ужасным порождением Зоны, размерами примерно со взрослого африканского льва. Предком зверя с жесткой и короткой серой шерстью наверняка была лиса. Да и характером схожи – любил мутант неожиданно прыгать на спину. А свернувшись калачиком и прикрыв хвостом лапы, данный любитель человечины мог сойти за камень. «Бестия» – так прозвали сталкеры эту тварь. И весьма заслуженно. Мало того что хитрющая, так еще и как-то отрастила вторую, независимую от основной, кровеносную систему. Вот с таким зверем и столкнулись трое бродяг внизу. Огнем «калашей» они пытались не подпустить к себе тварь, а та, в свою очередь, пробовала подкрасться и так, и сяк. И что-то не ощущалось в этих мягких, грациозных движениях слабости, накатывавшей с каждой вытекшей каплей крови. Значит, не попали еще в монстра скитальцы. «Бестии» по праву считались самыми опасными мутантами Зоны. И поэтому наемники могли только пожелать троице удачи. Не колеблясь ни секунды, «солдаты фортуны» двинулись назад. О помощи незнакомцам не могло быть и речи. Благодарность в Зоне бывает разная, но чаще всего это выстрел в спину.

А потом началось. Наемники ходили по Заводищу и взад-вперед, и по кругу в попытках найти хотя бы намек на «рубежников». Каждый шорох заставлял ощетиниться стволами. Дождевики пришлось снять, чтобы не запариться, и теперь зеленый скотч был у всех на виду. Как бы «черные» не начали стрелять первыми…

«Рубежников» наемники нашли, вернувшись к стройке на ЖД-станции. Услышав душераздирающий крик, отряд Драгунова благоразумно обошел недостроенное здание и подземный переход рядом с ним. Нечего лишний раз патроны тратить. Прячась за вагончиками, наемники достигли бетонно-серой одноэтажной постройки недалеко от «недостроя». В глаза сразу бросилась обваленная крыша, выбитые окна, округлая рваная дыра в стене – противотанковая граната, наверное, – и здоровенная надпись, призывавшая мутантов всем скопом отправиться в далекое, но бесплатное путешествие. За этим зданием расположилось еще одно – на этот раз оранжевое. Наверное, когда-то оно было ярким, как спелый апельсин. А потом, со временем, благополучно потускнело и стало таким же унылым, как и все в Зоне. Чуть подальше, почти напротив оранжевого строения, – два ангарчика с бурыми от ржавчины металлическими стенами. Следом – асфальтированный поворот налево, за которым шла дорога к еще одному подземному туннелю. То был путь на Озеро. Его сталкеры все хотели переименовать в Гребаное Болото, да никак руки не доходили. На «крыше» туннеля растянулись железнодорожные пути. И там, ступая меж рельсами, двигалась группа из пяти человек. Глянув в бинокль, Вратарь заявил: «рубежники». Камуфляж разнородный, но черный скотч в наличии. Двое – с АК-74, у одного – АК-103 с коллиматором. Четвертый при себе имел АК-74М с подствольным гранатометом, последний довольствовался АК-105 с барабанным магазином патронов эдак на 75.

– Сотку, что нас заметили? – Вратарь, ехидно улыбнувшись, опустил бинокль.

– Да иди ты нахер, мудозвон, – огрызнулся Башмак – видно, осточертели бесконечные проигрыши. – Нам же сказали засветиться. Никто и не пытался шхериться.

– Двигаем к подземке, – скомандовал Драгунов. – Догоним уродов.

Леший, только отошедший от лекарств, тихо выругался и предложил снова стать во главе отряда.

– Не догоните вы этих козлов без меня, – аргументировал он свое желание.

И, надо признать, он был прав. Просто так на «крышу» туннеля не залезть – придется делать большой крюк. А «черные» с каждой минутой отдалялись. Шанс нагнать их был только один. И он не нравился никому. Чем ближе «солдаты удачи» подходили к туннелю, тем больше зверела стрелка компаса. Как бы не сломалась!

Леший, снова более-менее адекватно воспринимавший реальность, то и дело прибегал к помощи гильз. Руки проводника тряслись, как у алкоголика с похмелья. Но, к счастью, аномалий по пути к подземному переходу не было – они все собрались внутри.

Туннель был просто усеян «динамитами». Слишком маленькими, чтобы повредить стены, но все еще способными свести сталкера в могилу. Еще и никаких внешних проявлений. В переходе не росло ни травинки – настолько часто срабатывали обосновавшиеся там капканы. То тут, то там слабо мерцали артефакты, так и звавшие на верную смерть одного скитальца за другим.

Стрелка компаса окончательно сошла с ума у самого входа. Тяжело сглотнув, Леший бросил еще одну гильзу. И буквально в паре метров от него расцвел знакомый объемный взрыв, опалив многострадальный асфальт. Головной отряда с отвисшей челюстью отшатнулся назад, невольно наступив командиру на ногу.

– Идем, – поморщившись, приказал Драгунов.

И они пошли. Обогнув неровное пятно сработавшей аномалии, наемники оказались в переходе. Казалось, стрелка компаса вот-вот разобьет стекло и устремится в стену – настолько быстро крутилась. «Солдаты удачи» шли, придерживаясь низенькой платформы, откуда росли толстые бетонные столбы, подпиравшие своды потолка. Слегка треснувшие от времени, облупившиеся, но целые. Значит, ни одной аномалии. Не могли же стройматериалы сами себя из воздуха латать?

Жаль только, столбы много места занимали – приходилось идти либо между ними, либо вдоль. А «вдоль» идти опасно. Вот и летели вперед гильзы, а наемники осторожно ступали им вслед. Нервы на пределе. То тут, то там возникал объемный взрыв, заставляя группу невольно останавливаться и пригибаться. Во все стороны летели комья земли, тёмными точками оставаясь на камуфляже и масках наемников. Туннель казался бесконечным – настолько медленно двигался отряд Драгунова. Порою головной останавливался и подолгу топтался на месте, не решаясь идти дальше. Ведь каждый шаг мог стать для него последним. Что, если аномалия по какой-то причине не отреагировала на железяку? Такое случалось. Редко, но случалось. А откуда иначе пошла молва, будто эти дьявольски хитроумные капканы обладали собственным разумом? Но в этом и заключалась разница между бывалыми и новичками. Бывалый боялся. Боялся аномалий до дрожи во всем теле. Боялся, но все равно шел вперед. Шел там, где новичок застывал, не в состоянии и пальцем пошевелить. Шел сквозь липкий и вязкий, как кисель, страх. Потому что где-то на подсознательном уровне он знал, что ничего там нет.

Туннель наконец-то кончился. Отряд Драгунова вышел к покрытой асфальтом дороге. Впереди, через пару километров, – Озеро. По бокам – укрытые понуро-серой травой и устремившимися в небо редкими деревьями холмы, охранявшие подходы к железнодорожным путям.

– Лесник, Шомпол, проверьте, – скомандовал Олег, указав на высоту слева.

Наметив путь при помощи гильз и острого зрения, наемники короткими перебежками двинулись к цели.

– Ох и херово все это кончится… – пожаловался Вратарь. Леший, полностью сосредоточенный на преодолении расстояния до холма, не ответил. А бойцу ВСУ в прошлом вдруг пришла в голову замечательная идея – крикнуть на всю Зону:

– Эй, мужики! Сотку за то, что они начнут стрелять первыми!

– Хлебальник закрой, мудозвон! – раздалось в ответ.

Достигнув холма, Леший и бывший военный в спешке забрались наверх. На пару секунд их головы возникли на уровне железнодорожных путей. «Рубежники» как сквозь землю провалились.

– «Черных» не видно, – отрапортовал Леший по рации, по-прежнему закрепленной на разгрузочном жилете.

– Принято, спускайтесь, – отозвался Бес.

– Сотку, что нас обходят? – предложил Вратарь, на долю секунды взобравшись повыше.

– Иди нахрен, – беззлобно ответил его напарник, спускаясь с холма.

Собравшись на дороге, отряд двинулся в сторону Озера. Если «черные» куда и ушли – то только туда. Аномалии «портал», телепортировавшей бы их в другую точку Зоны, на железнодорожных путях отродясь не было. Если только…

Если только её не было по ту сторону холма. Надо бы проверить.

Как оказалось, никакой аномалии там не было. С другой стороны высоты наемников поджидал сидевший у дерева мужчина в драном камуфляже, потерявший один ботинок и покрытый царапинами, как свежими, так и уже начавшими затягиваться. Прислонившись спиной к стволу, он свесил голову на грудь и медленно, едва-едва заметно дышал. При себе ни автомата, ни пистолета, ни «разгруза». Даже ножа или арматуры не видно. Стоило наемникам вырулить из-за угла, голова мужчины рывком запрокинулась. Растрепанные, слипшиеся клочки волос, нос с разорванной ноздрей и полуоткрытый рот, из которого свисала вниз тонкая нить слюны, – зрелище, мягко говоря, не из приятных.

– Ма-ма-мачи-и-и-и! – заверещал мужчина, вскакивая на ноги. Его крик целиком и полностью потонул в рёве пяти автоматов Калашникова.

Несколько секунд, более 30 израсходованных патронов – и изуродованный «неадекват» свалился на спину, напоследок треснувшись затылком о твердую древесную кору.

– Сука, – прокомментировал Башмак. – Никак не привыкну. Мля, ну кино о зомбарях же, на!

Таких «оборванцев» зомби и прозвали. Хотя никакими живыми мертвецами они, разумеется, не были. Дышали, как и все. Некогда это были обычные сталкеры. Ходили, собирали артефакты, хлестали водку и стреляли друг в друга. Как и все. А потом, в один прекрасный день, получили слишком высокую дозу пси-излучения – и деградировали в таких уродцев. Что это за излучение такое, бродяги толком не знали. Одно известно точно – на мозги влияло не лучшим образом. Первое время все навыки, даже стрельбы, сохранялись. А потом терялась как сноровка, так и экипировка. Вот и выходил умственно неполноценный агрессивный дикарь. Хотя иногда якобы встречались и относительно спокойные зомби. В Зоне всякое бывало.

– Слышь, Бушлат, – позвал Вратарь, – а давай…

Выстрел. Наемники рефлекторно попадали наземь, ощетинившись стволами в попытках найти стрелка.

– Эй, анархи! – раздалось с холма. Бес повернул голову на голос. Прямо на него смотрел автомат Калашникова с барабанным магазином разлегшегося в траве «рубежника». Глаза «черного» злобно сверкнули. Его товарищ с АК-103 да коллиматором тем временем продолжил: – Говорит сержант Павличенко! Приказываю вам развернуться и валить отсюдова нахрен! Слышали?! Нехер вам здесь делать! Даю пять минут!

– Уходим, – бросил Драгунов, медленно поднимаясь на ноги и держа руки на виду у бойцов «Рубежа».

– Вот же петух, мля, – шепотом высказал свое мнение Башмак, но приказ все же выполнил.

Поднявшись во весь рост, наемники вышли на дорогу, неторопливо двинувшись прочь.

– Двое на холме, – одними губами доложил Рымарь. – Один на одиннадцать, в кустах возле лысого дерева. Один слева. Третье дерево от тебя. С гранатометом. Пятого не вижу.

– Гранатометчика вижу, – подтвердил Драгунов. Присев на одно колено возле деревца, «черный» упер приклад своего автомата в землю, готовый в любой момент послать наемникам «сюрприз» навесом. Бес коротко дернул головой вправо. Еще один «рубежник» улегся в кустах метрах в тридцати от «солдат удачи». Как и говорил бывший гэбээровец.

– Автоматчика на одиннадцать вижу, – сообщил командир отряда.

– Лучше нам просто уйти, – пораскинул мозгами вслух Рымарь. – Зона видит, целее будем.

– Приму к сведению, – отозвался Олег. Да, был шанс уйти невредимыми. «Рубежники» в бой вступать не захотели, решили поберечь патроны и лишний раз тушкой не рисковать. Но прапорщик Моргунов хотел иного развития событий. А желание заказчика, как известно, – закон.

Наемники обогнули холм и оказались возле заминированного аномалиями туннеля. «Черные» пропали из виду еще пять минут назад.

– Лесник, – скомандовал Драгунов. – Проверь.

Кивнув, проводник неторопливо взобрался на холм, миновав пару-тройку аномалий.

– Сидят где-то, уроды, – протрещала рация Беса. – Ждут, что мы делать будем.

– Или собираются шмалять, – пожав плечами, предположил Башмак, заслышав искаженный помехами голос проводника.