Земля тридевятая

- Мой дом подальше будет.

- Дальше не бывает, - уверенно заявил собеседник.

- Тебе откуда знать?

- Я Колдун.

- Не бывает колдунов, - ляпнул Олег, потом спохватился, - скажи, как подругу вернуть?

- Что с твоей подругой?

- Огромный лягух утащил.

- Ступай к болоту, крикни: "Верни, жабень, что взял, или болото высушу".

- Разве можно болото высушить?

- Нет, конечно, но, если хочешь потерянное получить, так сказать надо.

- Может, ты меня домой вернешь?

- Расскажи-ка, мил человек, о своей деревне!

Как ни пытался Олег описать каменные здания, автомобили на дорогах, самолет, который потерпел крушение и утонул в болоте, ничего Колдун из его слов уразуметь не смог. Так и сказал, добавив только, что в болоте даже свирепый деув утонуть может.

В это время подтянулись другие селяне. В листвяных одеждах и таких же зеленых сандалиях. Хмурые бородатые мужики, остановились, неподалеку, гостя разглядывая.

- Думаешь, отчего они недовольные? - спросил Колдун, вырисовывая на земле закорючки. И, так как Олег не ответил, продолжал:

- Мысли меня замучили неправильные. Травницы говорят, нельзя кушать траву улль, хотя вкуснее она любой сладкой ягоды. Будешь кушать, люди исчезнут, орехи засохнут. Понять бы, отчего так? А ответа нет. Случается, тоска нападает, желание появляется странное, чтобы имелось у меня в достатке все то, чего у других нет.

- Эй, Колдун, - обратился к нему один из мужиков, - можно в лес сходить, сил нет, как питья хмельного захотелось.

- Ступайте! - махнул тот рукой. - Не пустишь в лес за хмельным, помрут. Я сон недавно видел, будто на меня вся деревня работает, а я мужикам за то хмельные орехи даю. Думаю, что бы сон этот означал? Какая у них может быть работа? Орехи они и так рвут и сюда приносят. Сиди себе, жизни радуйся. Разве только в отхожее место вместо меня не ходят. - Снова принялся Колдун за свои закорючки: - Боятся, потому, как меня зверье слушается. Могу деува из леса позвать, любому голову оторвет, и опять вопрос, для чего? Не жизнь, а одни вопросы.

- Мне Ягая предсказала, будто в последующей жизни свиньей стану, - вспомнил Олег, - может ли такое быть?

- Ягая пустое баять не станет, сказала, значит, сбудется, - кивнул Колдун. - А вообще с этим просто. Хочешь поросячью жизнь прожить, перед кончиной свиной капусты должен пожевать. Коли ягоду турмагоры съешь, родишься в образе дикого зверя. Турмагора редко встречается, на болотных островах, куда тропы не проложены. Борзянку попробуешь, помереть не успеешь, двигуном обернешься.

- А свиной жизни избежать можно? - с надеждой поинтересовался Олег.

- Пожуешь человеческий корень жезаль, в следующей жизни человеком на свет появишься. Только коли, Ягая обещала, все одно, когда-нибудь, в свинью переродишься. Чем тебе свинья не по нраву? Никто ее не трогает, разве в ночь перемен деув скушать может. А так лежи себе, орехи с земли подбирай, в грязи валяйся и похрюкивай. Красота!

"Сдается мне, предел мечтаний у аборигенов валяться и похрюкивать" - с неприязнью подумал Олег. Не для него такая жизнь. Мужики в это время вернулись из рощи, неся тяжелые хмельные орехи. Кое-кто уже был навеселе, судя по довольным физиономиям и блестевшим глазам. Тихонько прошли стороной, Колдун словно бы их и не заметил.

- Иной раз от скуки помираю, - сообщил он, - тогда знаки всякие придумываю, либо начинаю слушать, кто и где о чем мыслит. У меня это получается без маковых зерен. Вот сейчас, в Величках, к примеру, бабы после обеда спать легли. Олунья и Шхурга поссорились из-за удобного местечка в избе. В Малявках дети камешки в воду бросают, жабеня дразнят. В болоте неподалеку кто-то Олега зовет, не тебя ли?

- Зовет? - подскочил наш герой. - Где?

- За тем кустарником, - махнул рукой Колдун. - Постой, куда побежал?

Но Олег не слушал, вломился в колючие кусты, какая-то крупная живность, на сказочного колобка похожая, под ногами недовольно фыркнула.

- Извини, друг! - сказал Олег, торопясь дальше. В ответ то ли хихикнули, то ли чихнули. Он не обернулся, некогда было. Оказавшись на берегу, замер. Недалеко от берега из воды торчало то, что лицом назвать можно было с большой натяжкой. Зеленое, бородавчатое, склизкое, лупоглазое, вдвое шире человеческого.

- Олег, вытащи меня отсюда, не нравится мне здесь! - неожиданно тонким голоском обратилось к нему создание.

- Катя? - ахнул он.

- Что, не нравлюсь? - зло сказала та, которая раньше была Катей.

- Да нет, ты чего, ты, в общем, выглядишь..., - он сбился с мысли, не зная, что еще сказать. Ясно было, ни успокоить, ни помочь, не получится. Да и чем тут поможешь?

- В ночь перемен поцеловать не решился, может, теперь поцелуешь? Кха-кха-кха! - заквакало существо, Олега всего передернуло.

- Говорят, корень жезаль пожуешь, в следующий раз в человека обернешься, - сказал он.

- Мужиком с бородой до пупа стану, тогда и поцелуемся? Кха-кха! - существо, подняв тучу брызг, нырнуло, мелькнули в воздухе кривые зеленые лапы. Разошлись по воде круги, болото успокоилось, словно и не было никого.

Глава седьмая

Когда из деревни уходил, Колдун напутствовал задумчиво: - Дам тебе, непоседа, два совета. Первый, берегись двигунов. Бегать от них не нужно, дорогу уступи. Второй совет таков. Тех, кого ищешь, найдешь за скалистым хребтом. Только на твоем месте не ходил бы я туда.

- Скалы я видел, - оживился Олег, полный невеселых мыслей после встречи с Катей, - как через перевал пройти?

Колдун не ответил, отвернувшись, чертил свои закорючки, может, гениальные мысли записывал. Понял Олег, больше ничего не добьется, и направился дальше. Как в сказке сказывается, долго ли, коротко ли шел, неизвестно. Потому как орех явор с собой захватить забыл. По его разумению, дня два прошагал с двумя ночевками. Прикинул, до ночи перемен осталось четыре дня. Он эти ночи невзлюбил, после связанных с ними неприятных чудес. С одной стороны, тут как в сказке, молочные реки и кисельные берега, с другой скука неимоверная. Если уж Колдун заскучал, что простым людям остается?

На первый взгляд деревенька Селяницы, которую повстречал на своем пути Олег, являла собой образец спокойствия и благодушия. Женщины были приветливы, предложили угоститься орехами. Поблагодарил он и отказался, есть не хотелось. Попросился на отдых, после ночи перемен собирался дальше отправиться. Женщины, населявшие деревеньку, с радостью согласились оставить его на несколько дней. Ничего Олег, не заподозрил, а стоило бы. Показали ему свободную избу, а позже предложили поужинать. Подкрепился угощеньем, вкусно показалось и необычно. Что за орех такой? Решил потом поинтересоваться, провалился в сон, проснулся отдохнувший и свежий. Глаз не успел открыть, услышал за тонкой стеной разговор двух женщин. Прислушался, понял, речь идет о нем.

- Подействовало снадобье-то, Маршана?

- Меня старая ворожея учила. Кто попробует, навек послушным станет.

- Слуга будет! Пыль в избах убрать, орехи из леса принести! Заживем тогда!

- Главное, каждый день кусты от грязи чистить, а отхожее место песком посыпать и водой поливать.

Олег задумался. Отхожих мест в деревнях он не встречал. Кругом кустиков навалом, каждый может служить тем самым местом. Позже он узнал, что некая ворожея из гордыни неуемной задумала корневика слугой сделать. Корневик в деревнях занимался тем, что убирал отходы. Ворожея хотела, чтобы он у нее на побегушках был. Что-то у нее не сладилось, рассердился корневик и превратил ее избу в отхожее место. В иных местах мусор убирать не стал, кожура от орехов, объедки всякие, оставались лежать на земле, оскорбляя чистоплотные взоры женщин. Исчезал мусор при одном условии, если его в отхожую избенку заносили. Устроить из той избушки туалет, дамы не догадались. А может, показалось это чересчур непривычным и не совсем удобным, да и запах стоял там неприятный. Учитывая, что руки помыть было негде, а баню топили раз в седмицу, изрядно заросли женщины грязью. Воду в бане, как, оказалось, грели без огня, хором звали банника, после чего вода сама нагревалась, доходя почти до кипения.

Вот и решили превратить пришлого мужика в слугу. Чтоб грязь и фекалии из-под кустиков собирал и в туалет относил. Услышанное Олегу весьма не понравилось.

"Неужели из меня зомби сделали, и мне теперь этим грязнулям подчиняться придется?" - с содроганием подумал он. Следовало, не мешкая, проверить, подействовало ли на него снадобье. Если не подействовало, решил он прикинуться послушным, а после ночи перемен уйти.

Заглянула в избушку одна из говоривших.

- Эй, путник, поднимайся!

Олег чуть "ура!" не закричал, не почувствовав принуждения. Захотел бы, остался лежать. Пришлось изображать покорность. Вышел, огляделся, почти вся деревня вокруг собралась. Бабы, старые и молодые, улыбчивые и хмурые. Все в листвяных одеждах, обуви листвяной, на головах зеленые листвяные косынки.

- Принеси орех из рощи, - приказала та, которая заглядывала в избу, по голосу узнал он Маршану, - да смотри, не пятнистый хмельной, а с желтыми полосами творожный, завтракать будем.

Повернулся он и направился к роще, услышав за спиной облегченный вздох.

- А ты не верила, Танара, действует снадобье, - довольно сказала Маршана, - вернется мужик, поставим чистоту наводить.

"Ну и деревня, - думал Олег, срывая орех размером с арбуз, - единственного мужика туалеты чистить, припахивают, дома кому рассказать, в жизни бы не поверили!". Вернулся, вручил орех Маршане. Та деловито нажала на пимпочку в центре плода, орех раскрылся. Творожной массы хватило всем, не обделили и Олега. Как же, единственный и незаменимый золотарь в Селяницах! После обеда получил приказ чистить территорию. Кусты в округе оказались изрядно загажены. Набрал он листвы ворох и занялся делом. Закончив, сообщил, что направляется к болоту мыть руки, чем немало женщин удивил.

- Болотную трясучку не подцепи, - заволновалась Маршана.

- Помрешь, кто будет деревню чистить? - испугалась Танара. - Подумай, кем уродишься потом? Вдруг слизнем противным!

- За меня не переживайте, свиньей предсказано следующую жизнь прожить, - ответил он.

К берегу подошел, руки сполоснул, вытер приятно пахнувшими листьями жучьей травы, словно с мылом помыл. Хотел обратно идти, вдруг вспомнил слова Колдуна.

- Верни, жабень, что взял, или болото высушу! - крикнул громко. Некоторое время ничего не происходило, затем с громким плеском из воды показалась широченная лягушечья морда.

- Подругу не отдам, не жди! - квакнуло страшилище.

- Чемодан отдай, - сказал Олег, трогая отрастающую бородку, - у меня там бритвенные принадлежности. Не хочу бородатым ходить.

- Другие с бородами живут, и ничего, не помирают, - ворчливо отозвался жабень, - где чемодан искать?

- В багажном отделении, в самолете.

- Дерево ты твердое, тупое. - Круглые немигающие глаза с осуждением уставились на него. - Я что, медвежатник, багажные отделения взламывать?

Булькнула вода, голова исчезла.

- Чтоб тебя в тину засосало! - сердито пробормотал Олег. Безумно захотелось побриться. Казалось, отрастающая борода все больше отделяет его от цивилизации. Вспомнилось, как Колдун сказал, что найдет он тех, кого ищет, за скальной грядой, вот только как перебраться через скалы? Он ведь нисколько не альпинист. К тому же, нет у него специального оборудования, ни крючьев, ни карабинов, ни веревок. С другой стороны, известно еще одно загадочное место, до которого непременно хотелось добраться. Только стоит ли? Вдруг там еще хуже, или вообще ничего нет, один вакуум? И страж прохода смущает, непонятный этот Бугор.

"Ладно, нечего впереди паровоза бежать, будет день, будет пища" - подумал Олег, возвращаясь к женщинам.

- Ишь, какой чистый! - восхитилась Маршана, разглядывая его руки.

- А пахнет как, чуешь? - потянула носом Танара.

- Жучьими листьями!

Девушки вдруг завизжали, разбегаясь. Олег с недоумением посмотрел на них. Одни спрятались в хижины, другие побежали дальше.

- С ума они сошли, что ли? - пробормотал он и вдруг увидел жука, похожего на скарабея, только размером тот был с быка. Выполз из леса и направился к деревне. Олег не стал дожидаться, ничего хорошего встреча с этим насекомым, судя по реакции женщин, не сулила. Он побежал к роще. Избавиться от запаха, привлекающего огромное насекомое, он не мог, зато ничто не мешало запах перебить. Недаром сказано: "Клин клином вышибают". Пахучих растений кругом множество, он принюхался. Вот кустарник с листьями, напоминающими черную смородину, видом и запахом. "Сойдет!" - решил Олег и натер руки листьями. Запах был приятный. Скарабей, как танк, ползал по деревне, избушки, правда, не трогал, однако женщин напугал изрядно. Долго еще крутился между избами, пока, наконец, не уполз, обратно, в лес. Олег вздохнул с облегчением и направился к женщинам, высыпавшим на улицу.

- Ты колдун или травник? - в страхе обратилась к нему Маршана. Женщины с опаской смотрели на него.

"Колдун-ассенизатор!" - подумал он.

- От него опять чем-то пахнет, вкусно! - воскликнула Танара, потянув носом. Закрыв глаза, она расплылась в счастливой улыбке.

- Сил нет, как меня к этому мужику тянет! - удивленно сказала Маршана. Толпа надвинулась, к нему протянулся лес рук.

"Что происходит?" - испугался Олег. Получается, смешивая разные запахи, можно приручить громадного жука, например, или возбудить толпу женщин. Его словно током тряхнуло, возбудить?!

В него вцепились десятки рук, больно ущипнули. "Вас слишком много!" - в панике подумал он, с трудом вырвался, оставив часть одежды в руках у женщин, надеясь на резвость ног. И они его не подвели.

Глава восьмая

Озабоченный грядущей ночью перемен, Олег задумался и не сразу обратил внимание, что навстречу из леса выходит бородатая толпа, вооруженная дубьем и кольями.

Он остановился, соображая, вступить в переговоры, или убежать, сломя голову.

"Из огня, да в полымя!" - подумал он. Слишком решительно и зло выглядели мужики. Интересно, это что, великое переселение народов? Создавалось впечатление, что в движение пришла целая деревня. Олег отступил на обочину, пропуская толпу.

- Давай с нами, парень, - послышались голоса.

- А вы, собственно, куда?

Ответа не дождался, пока замыкающий шествие не остановился и не предложил Олегу поговорить, присев на камень. Они устроились рядышком, глядя в хвост уходящей колонне.

- Тебя как звать? - спросил Олег.

- Нетороп я, а ты?

Познакомились, затем наш герой поинтересовался, куда переезжает деревня, и по какой такой причине? Нетороп ответил не сразу, сначала снял листвяную шляпу и почесал затылок.

- Беда у нас, - сказал, наконец, - мозги у мужиков раскорячились. Говорят, случается такое, ежели покушать грибов порченых, или орех с гнильцой. Скорее всего, лесовик орехи испортил. Я в ту пору за домом сено готовил, поснедать, к счастью, не успел. Гляжу, мужики похватали кто чего, палки да ветки острые и помчались куда-то, словно жужжей покусанные. Пришлось топать следом, не оставаться же в пустой деревне?

- И куда теперь?

- Как, куда? К соседям. Какая деревня первой подвернется, той и достанется. Могут, кого и до смерти побить.

- За что?

- Ядовитый гриб заставит. Пока кровушку не пустят, не успокоятся. Только кровушка здесь не прощается. Либо ухват их потом в землю затащит, на перегной пустит без перерождения, либо злая лихорадка на погост отправит. Умные люди сказывают, таков закон равновесия. Хотя, что это такое, толком не поясняют.

- Колдун, наверное, мог бы объяснить, - сказал Олег.

- Где ж его взять? Ежели бы в нашей деревне Колдун был, он бы мужиков не отпустил.

- Я с Колудном разговаривал, и Ягаю встречал.