Помоги проекту - поделись книгой:
Система эта сложилась не случайно. Ее осознанно, умышленно строили под лозунгами: «У нас как в Китае», «Нам еще рано», «У нас такой народ», «Пока нужно так, а потом сделаем по-человечески», «Мы еще не дозрели», «Демократия – не для России». Занималась этим, кстати, наша доблестная элита, в первых рядах которой шли многие известные журналисты, политологи, пиарщики, политики, чиновники, олигархи и прочие под управлением вначале Бориса Ельцина, а затем – с особым успехом – Владимира Путина. Это называлось: «управляемая демократия», «вертикаль власти», «стабильность», «сильная власть», «популярный президент», «единство страны», «третий путь», «Евразия», «многополярный мир».
Эта система полностью устраивает узкий круг людей, назвавших себя государством, успешно обслуживает их экономические интересы. И естественно, что спецслужбы и правоохранительные органы «заточены» обеспечивать безопасность этой группы лиц, а граждан страны они защищать от опасности, в том числе и от терроризма, не приспособлены.
Поэтому важно не столько то, что именно случилось и кто именно совершил те или иные конкретные поступки или принял решения, а то, что вся система сработала на защиту власти, ее приоритетов, ее амбиций, ее интересов, а не людей, не детей. Так она работает всегда, будь это теракт или дефолт. Режим, действующий на основе принципа достижения политических побед любой ценой и объявления поражений победами во имя сохранения престижа власти, развивает радикальные настроения, вызывает скрытый рост преступности и экстремизма, который прорывается наружу в самых отвратительных формах.
Кому власть готовит площадку? Кто может прийти на ее место, кто разделается с ней, обвинив во всем, что происходит? Судя по предпосылкам, по набору инструментов, подготовленных для взятия власти в авторитарной системе, где всем в стране управляют из одной комнаты, это вполне может быть фашиствующая группа. Захват командных высот для них будет делом одного дня. Бюрократия даже не пискнет. Западные политики промолчат. Как же: ОМУ – здесь, энергетические ресурсы – тоже самые большие в мире. Поэтому для Запада «лишь бы не было войны».
Вывод понятен: сложившаяся сегодня в России политическая и социально-экономическая система не способна защитить страну от терроризма, создать конкурентоспособную современную экономику, обеспечить достойную жизнь в нашей стране. Косметические меры, отставки и назначения, комиссии и указы не помогут.
Но проблема не только в этом. В условиях жизни на развалинах советской системы, под руководством худшей части советской номенклатуры и ее выдвиженцев, при полном сломе всех нравственных и культурных координат, массированное целенаправленное манипулирование и оболванивание людей дало результат. К сожалению, именно такая система адекватна стране, тому, что называется современным российским обществом, и, кроме того, отражает еще и некоторые весьма существенные мировые тенденции.
Жизнь после Беслана показывает чрезвычайно горькую вещь – не только гражданского, вообще общества в стране, похоже, нет. Люди хорошие есть, их много, а общества нет. Сейчас везде говорят только про Беслан. Как будто не было взрывов в Москве, гибели пассажиров самолетов, не вспоминают Ингушетию, Дубровку и все то, что за эти годы произошло в Чечне. Привыкание и страх перед властью диктуют линию поведения абсолютного большинства – покорность и всеядность.
В такой ситуации систему менять некому. Политика – такой вид человеческой деятельности, который апеллирует к общественным устоям: морали, нравственности, идеям, культуре. Иногда временное забвение устоев компенсируется динамичным экономическим развитием, но в условиях, когда устои подвергаются испытаниям и не выдерживают их, политика в современном смысле утрачивает свое значение.
Что случилось с Россией? Она утонула. Во лжи и цинизме.
Но жить надо дальше и пытаться выплыть. Нельзя идти ко дну в этом море лжи и цинизма. Есть люди, их немало, которые не могут иначе. Однажды глотнув правды и свободы, понадеявшись на возможность жить в России, соблюдая человеческое достоинство, они стали внутренними «невозвращенцами».
Общие ориентиры движения абсолютно ясны. Наша Конституция (при всех ее существенных недостатках) предполагает: реальное разделение властей на представительную, судебную, исполнительную власти; общественное телевидение и отмену государственной цензуры; гражданский контроль за деятельностью правительства, спецслужб, правоохранительных органов; неприкосновенность частной собственности, справедливую конкуренцию.
Ответ на вопрос «что делать?» по большому счету ясен. Главный вопрос – как?
Первый шаг: широкое общественное требование открытого доступа к политически значимым средствам массовой информации, прекращение неконституционной государственной цензуры.
Это позволит высказывать людям разные мнения о том, что происходит в стране, объяснять природу терроризма в России, говорить о коррупции, теневой экономике, о предательстве в спецслужбах, о деле ЮКОСа и о других запретных сегодня темах. Нужно требовать информационной открытости в стране, того, чтобы не смели подавлять разумные голоса, которые не совпадают с официальной точкой зрения, прекратили пропаганду виртуального благополучия. В то же время нужно быть готовыми к тому, что телевидение будет сознательно маргинализировать роль общественного мнения с помощью политических провокаторов, интриганов или болтунов-балбесов.
Необходимо для начала добиться впервые за последние годы серьезного разговора, о котором могла бы знать страна. Конечно, условием такого разговора является возможность узнавать правду, он не может быть построен на сообщениях о том, что в школе 354 заложника. Надо бороться за то, чтобы люди понимали и заставили власти признать, что корреспонденты российских СМИ – не агенты террористов или боевиков, а взрослые и ответственные люди, настоящие патриоты, которые сами могут принимать решения. И перестать затыкать им рот, когда они хотят сказать людям, что в школе не 354, а более 1200 заложников, что у школы стоит толпа вооруженных неконтролируемых людей и это рано или поздно кончится катастрофой.
Нужна нарастающая массовая уличная кампания против лжи и за свободу слова. Эта кампания сможет объединить тех, кто считает себя или действительно является оппозицией. Придумать лозунги такой кампании – не сложно: «Долой государственную цензуру!», «Долой коррупцию на телевидении!», «Официальную ложь – под суд!». Продолжением сможет стать и дискуссия с участием первых лиц государства, и «круглый стол» с ними, и первые честные выборы. Но это потом. А пока нужно просто дать людям говорить и слушать. В ходе открытой не манипулируемой, не кастрируемой общенациональной дискуссии постепенно может быть выработана идея страны, основанная на свободе, ответственности, чувстве меры.
Годовщина ареста Михаила Ходорковского
РДП «ЯБЛОКО» выражает крайнюю озабоченность обстоятельствами судебного процесса над Платоном Лебедевым, Алексеем Пичугиным и Михаилом Ходорковским. Ситуация, когда постоянные сообщения СМИ об ухудшении здоровья подсудимых столь же систематически в течение длительного времени игнорируются властями, является абсолютно неприемлемой. Тюремные власти не опровергают эту информацию.
Неспособность и нежелание властей провести или разрешить объективную медицинскую экспертизу и сообщить внятную информацию по важному для жизни людей вопросу свидетельствует о нарастании репрессивных тенденций.
В связи с этим мы считаем необходимым заявить, что, поскольку власти по своим внутренним, только им известным мотивам, избирательно и пристрастно с помощью правоохранительной системы преследуют определенных граждан, то вне зависимости от того, нарушали эти люди закон или нет, являются ли они общественными деятелями или нет, пишут ли они из тюрьмы покаянные письма или нет – и Пичугин, и Лебедев, и Ходорковский являются гражданами, которых власти преследуют по политическим мотивам.
Именно то, что власти формально преследуют этих людей по одним основаниям, а мотивы преследования совсем иного характера, их власти скрывают и публично не разъясняют, создает прецедент политического преследования в новейшей истории России.
Формы и методы, которые уже больше года сопутствуют делу ЮКОСа, выглядят не как правовой процесс, а как выяснение отношений между крупными олигархическими группировками.
Очевидно, что судебный процесс идет с существенными нарушениями прав подследственных и подсудимых, с использованием ничем не обоснованного, негуманного отношения к ним. Это присуще всей судебной системе России, а в данном случае это особенно заметно.
Мы констатируем, что за прошедший год атмосфера в стране резко ухудшилась, усилились нестабильность, экономический климат деградировал и привел к массовому оттоку капитала и инвестиций.
РДП «ЯБЛОКО», во-первых, настаивает на объективной немедленной и гласной экспертизе состояния здоровья Лебедева и Пичугина. Во-вторых, выражает протест против неконституционного преследования граждан по политическим мотивам. В-третьих, требует открытого и всеобъемлющего диалога власти с обществом о путях выхода из ситуации, сложившейся в результате криминальной приватизации середины 90-х годов, за которую сами власти и несут главную долю ответственности.
Игнорирование этих требований не только дискредитирует нашу страну, но и порождает все большее отчуждение граждан от ключевых государственных институтов, разрушает российскую государственность.
О президентских выборах на Украине
Уважая свободу и независимость Украины, считаю невозможным каким-либо образом на данном этапе вмешиваться в президентскую кампанию в иностранном государстве.
Независимо от того, кто победит на выборах, у меня нет сомнений, что государства Украина и Россия всегда будут дружественными, а их граждане будут жить вместе. То, что результаты выборов могут «поссорить» Украину и Россию, беспочвенная выдумка.
А что действительно может ухудшить отношения, так это беспардонное навязывание Украине чужой точки зрения.
Россия сегодня должна быть заинтересована не в победе какой-то конкретной кандидатуры, а, прежде всего, в том, чтобы выборы прошли свободно и честно. Чтобы, каким бы ни был этот выбор, украинское общество избежало раскола и конфронтации.
О «контрзахватах» родственников обвиняемых
В Государственной Думе начали обсуждать инициативы высших правоохранительных чиновников о так называемых «контрзахватах» заложников, «упрощенной судебной процедуре», конфискации имущества родственников обвиняемых.
Речь идет об арестах и скорых расправах над людьми на том основании, что они являются родственниками предполагаемых преступников.
На наших глазах происходит попытка возвращения к практике сталинского прокурора Вышинского: отказ от презумпции невиновности и введение принципа коллективной вины.
Иначе говоря, в Государственной Думе обсуждаются предложения о воссоздании и законодательном оформлении репрессивной машины 30-х годов.
В стране, где 70 лет назад именно таким образом были уничтожены миллионы людей, нужно отдавать себе отчет, насколько это опасно.
Что касается борьбы с терроризмом такими методами, то следует со всей очевидностью подчеркнуть: принятие законов о «контрзахватах», «судебных тройках» и конфискации имущества у родственников приведет к всплеску терроризма и увеличению численности членов террористических банд.
Правительственные чиновники продолжают вносить в Госдуму предложения, само обсуждение которых делает ситуацию все более и более опасной. Они не понимают ни природы терроризма в нашей стране и не имеют ни малейших представлений о способах борьбы с ним.
Обращение к украинским журналистам
Уважаемые друзья, журналисты, отвергнувшие государственную цензуру на канале «1+1» украинского телевидения и покинувшие его, те, кто объявил голодовку в знак протеста против давления на «5 канал» и все, подписавшие протест против давления власти на прессу!
Выражаю вам свою поддержку от имени миллионов демократов России – людей открытых и либеральных взглядов.
Желаю вам мужества и уверенности в своей правоте. Оставайтесь настоящими профессионалами, не пугайтесь и не продавайтесь. На таких, как вы, во многом держится свобода, которую у нас хотят отобрать.
Было бы хорошо, чтобы журналисты российских СМИ брали с вас пример.
Что празднуем?
День надежды и мечты на справедливость, свободу, равенство, дружбу, день энтузиазма и веры превратился в полное разочарование, в доносы, стукачество, унижения, ложь, мучения и гибель миллионов людей.
Это день, который, возможно, лишил Россию, в конечном счете, будущего. Что будем праздновать?
Победили гитлеровскую Германию, первыми полетели в космос, провели индустриализацию страны... Все это сделали не благодаря 7 ноября, а вопреки, несмотря на. Несмотря ни на жертвы, ни на «руководящую роль».
Эту дату хорошо бы праздновать западным демократиям. Однако для этого они должны были бы понять, что ужас перед Великой Октябрьской социалистической революцией заставил их создать социальное обеспечение, социальную рыночную экономику, профсоюзы, заниматься ликвидацией нищеты. Все это они сделали, чтобы у них не случилось то, что у нас.
У нас мейнстрим всегда превращается в экстрим
— Григорий Алексеевич, сейчас в моде политическое мичуринство: некоторые утверждают, что яблоки и лимоны растут теперь на одной ветке. Что это за ветка, на которой вас хотят повесить рядом с вождем национал-большевиков Эдуардом Лимоновым?
— Эдуард Лимонов для меня, кстати говоря, известный русский писатель, прежде всего. А что касается «ветки», то дело в том, что нынешний политический курс президента не имеет положительной перспективы и ведет страну в тупик. Выбираться из него будет очень трудно. Это заметили разные политики и политические группы. Всех, кто высказал в какойлибо форме несогласие, объединили и назвали «врагами народа», «пятой колонной», «жидками Лямшинами» и т.п.
— Преобладают оценки, что демократию отменили за ненадобностью. То была управляемая, а теперь никакой...
— Ничего нового в последнее время в этом смысле не произошло — президент просто предложил оформить содержание некоторых элементов своего режима открыто. Например, губернаторы. Кремль и раньше все контролировал — и без него их выбрать было невозможно. Сейчас он почему-то решил сделать это еще и в виде закона. Это хуже? Хуже. Но не меняет дела по существу. Это привело только к тому, что если раньше все это видели, но молчали, то теперь, когда президент грубым движением сдернул фиговый листок, многие стали возмущаться.
Поэтому не было у нас никакой «управляемой демократии». Это все баловство с терминами. Последние болееменее нормальные выборы были парламентские в 1995 году. Систему контроля и манипулирования СМИ, элитами и гражданами 1996 года, которую придумали для того, чтобы из ельцинских 3 % сделать 53 %, просто оставили для дальнейшего использования, и она работала в стране все это время.
Единственное, что здесь «интересно», почему систему, которая дала сбои, Кремль хочет еще и формализовать? Зачем номинально оформлять систему, которая не работает?
— А теперь что, перестало хватать денег на «коррупцию в защиту демократии», как называли вторую президентскую кампанию Ельцина?
— С 1996 года в России шел процесс нарастающего шаг за шагом авторитаризма. Постепенно авторитаризм перешел некую границу и привел государственную машину к неуправляемости. В этом состоянии она столкнулась с усилением терроризма и Бесланом. Случилась катастрофа. Властям было необходимо как-то действовать, но оказалось, что у власти нет ответа ни на один вопрос. Очевидной стала растерянность и потеря ориентации.
Они потеряли уверенность, так как увидели, что так называемая «вертикаль власти» – мыльный пузырь, и он лопнул! Поэтому стали выдумывать объяснения: внешнего врага, внутреннего врага, путать одно с другим, обижаться на всех, кто с этим не согласен.
— Почему у чиновников за кремлевскими стенами возобладала психология осажденной крепости?
— А они ничего другого не знают и никому не верят, а главное — людям, которые живут в стране. Это их философия. Примитивное державничество и не могло дать другого результата.
— Вы считаете, если бы в Кремле действительно были одни просвещенные патриоты, довольствующиеся только имеющимися у них конституционными рычагами власти, их ответ на вызов был бы другим?
— Не надо сослагательного наклонения. Факт остается фактом: неделя мучительных размышлений ни к чему не привела. Придумали какую-то чепуху с этими губернаторами. Наступили на целый ряд болезненных мест, которые могут активизировать националистов в разных районах страны, и поставили себя перед совершенно неразрешимой задачей: что теперь делать с Конституцией?
Поскольку никакого плана действий выработать не удалось, решили всех отвлечь от существа дела – борьбы с терроризмом и краха политики на Кавказе. Внесли предложения по форме очень острые, по существу – мало что меняющие, и спровоцировали тем самым обсуждение проектов, не имеющих отношения к реальным проблемам. Зачем, кстати говоря, в таких условиях дважды встречаться с иностранцами и упорно демонстрировать, что в России со своими даже разговаривать публично не собирается, не то что советоваться?
— Может быть, президенту не нравится его пресса на Западе, вот он и пытается подкорректировать свой имидж?
— А здешняя пресса его устраивает?
— Российские СМИ, сами знаете, под чьим колпаком...
— Ну, что тут скажешь?! Вот именно потому, что все под колпаком, власти и не могут найти решение, потому и не знают, что делать... Все это серьезный политический кризис.
— А реакция общества на политический кризис в верхах вас удовлетворяет? Вы заметили какие-то новые явления?
— Вы также можете меня спросить, удовлетворяет ли меня погода в Российской Федерации? Погода — она и есть погода, люди, какие они есть, — такие они и есть. Реакция людей, среди которых много очень хороших, была естественной, искренней. Но у нас нет гражданского общества как Общества, как объединения чего-то действительно влияющего на власть... В каких же формах общество должно реагировать? Профсоюзов у нас нет. СМИ — независимые, серьезные, масштабные, политически значимые — их у нас нет. Политических партий, которые могли бы реально влиять на жизнь страны по-серьезному, у нас тоже нет. Независимого парламента, который представлял бы интересы общества, у нас тоже нет. Как и суда.
— Про эту триаду — независимые политически значимые СМИ, независимые суды и независимый парламент — вы говорите постоянно. Но власть же не будет создавать специально для вас независимые СМИ, власть не будет избирать ради «ЯБЛОКА» новый парламент...
— Свобода слова, независимость суда и парламента, контроль гражданами правительства, равноправные выборы — это важнейшие нормы Конституции. Президент обязан следить за их соблюдением! Он обязан отменить государственную цензуру в СМИ и проводить региональные выборы. Он несет ответственность за отказ от прав и свобод. Власть легитимизирована, избрана по ныне действующей Конституции, всю остальную часть Конституции она отказывается выполнять, это называется узурпация власти.
— И кто же в нашей стране может ее подвигнуть на исполнение собственной Конституции? Ведь в данной ситуации проще переписать саму Конституцию, имея 2/3 в руках своей партии.
— Может, и переписать. Думаю, что это будет шаг к распаду страны.
— Наверное, долг всех общественных деятелей — не допустить такого развития событий?
— Это так, и все реальные, ответственные общественные деятели все, что могут — делают. Вот партия «ЯБЛОКО», например, проводит весьма рискованные демонстрации и пикеты. Наши лидеры публично разъясняют свою позицию всеми доступными способами, не скрывают ее. Готовы за нее агитировать, людей призывать, объясняют наши цели и задачи.
— То есть вы апеллируете к голосу улицы?
— К разуму, историческому опыту, чувству самосохранения людей. Если граждане захотят что-либо изменить и будут настойчивы в этом, а не будут бояться, не будут пытаться приспосабливаться, — тогда изменение точно произойдет. Будут ли граждане так действовать и как скоро? Не знаю. По крайней мере, те, кто поддерживает «ЯБЛОКО», так действуют в меру своих возможностей. Будет ли это массовым движением? Когда это будет массовым движением? — сегодня я вам ответить не могу. Я знаю только, что это нужно делать.
— Россия идет к новой революционной ситуации?
— После 1996 года и особенно после 2000-го систематически уничтожали все элементы независимой активности граждан: региональную самостоятельность, СМИ, политические партии, парламент, бизнес. Результатом является уход граждан от власти, от государства, от Москвы.
Это болезнь страны, когда люди вообще не интересуются общественными и государственными делами, политикой, живут в теневой экономике. Создают себе параллельную жизнь. Это очень часто сейчас встречается, это такая внутренняя эмиграция.
— Но это же не решает никаких проблем?
— Политически не только не решает, но благодаря безразличию создает предпосылки распада страны.
— Нужна ли России консолидация оппозиции, причем всей: левой, правой?
— В целях защиты Конституции и закона — да. Но нужно учитывать одно обстоятельство: консолидироваться «против» — нетрудно. Например, во многих странах известна консолидация против коррупции, консолидация против преступности, но это же совершенно перестает работать, как только вы ставите вопрос: а какая программа борьбы с коррупцией, с преступностью? Консолидация ПРОТИВ — простая, но ее значение ограничено. Консолидация ЗА — сложная, но продуктивная.
— А что такое консолидация «за» в нашем климате?
— Консолидация «за» — это если у вас есть совместимые или общие программы действий, понимаете? Ну вот, например, иметь совместимую программу действий со сталинистской партией, с партией, которая Сталина все еще считает своим вождем, никто из демократов не сможет. Насколько бы они правильно ни критиковали нынешнее положение вещей.
Что же касается ограничений на правой стороне политического спектра – это такие программы всяких «армий, возрождающихся в Чечне», «либеральных империй» или каких-нибудь «залоговых аукционов», или распределения частной собственности среди узкого круга. Иначе говоря, к программам, которые и привели к тому, что есть сейчас. Это ведь почти на 100 % их работа за последние 12 лет.
— Вы выдвинули лозунг «Даешь свободу слова!» Вы скучаете по тем летучкам, которые проводил на старом НТВ Киселев у себя в «Итогах»?
— Это была современная эффективная форма политического телевидения, выполненная, кстати, на высоком уровне. Ничего даже похожего сейчас нет. Сейчас крайне необходимо в прямом эфире обсуждать ключевые проблемы на всероссийских каналах, где могли бы часто появляться разные люди и высказывать разные точки зрения. И обсуждать реальные проблемы страны.
Например, что нам теперь делать с Чечней? Мы же с вами ходим по заколдованному кругу, все еще продолжаем обсуждать темы, которые остаются в повестке дня уже более 10 лет, – в той или иной форме – за эти пределы не выходим. Так и будем идти с ними по жизни? А вообще-то нужно уже отвечать на вопросы, что, собственно, делать со всем Северным Кавказом, нужно отвечать на вопрос, что делать с криминальной приватизацией середины 90-х годов, нужно отвечать на вопрос, что делать с властью, которая оказалась не способна работать, но ее невозможно поменять. И еще надо, допустим, отвечать на вопрос, что делать с войной с терроризмом – что это такое и как этим всерьез заниматься?
Поделиться книгой: