Зелёные маски

Вот как! Теперь ещё выходит, он же во всём и виноват! Эти трое фокусников могут и впредь делать всё, что им взбредёт в голову, — а в их проделках обвинят Пээтера.

Ну и отдубасил бы он их, попадись только они ему в руки! Как грушу в тренировочном зале спортивной школы.

Но кто они? Значит, они отсюда, из его же класса.

Пээтер исподлобья оглядел ряды парт.

Пауль? Калью? Волли? Ильмар?

Не знаешь, на кого и подумать. Может быть, даже сейчас кто-нибудь из них смотрит на тебя и посмеивается.

Ничего не поделаешь, — придётся рассказать ребятам правду. Отмалчиваясь и скрытничая, он и впрямь словно бы принимает вину на себя.

Подходящий момент наступил уже на следующей переменке. Когда Майму вновь принялась допекать Пээтера и возле них собралась толпа любопытных, он в нескольких словах рассказал о том что случилось с ним накануне вечером на улице Койду. Разглагольствовать не в его привычке. (Поэтому-то ему и даются труднее всего сочинения и устные ответы.)

На некоторое время, как обычно бывает после ошеломляющей новости, воцарилась гробовая тишина. Но мало-помалу на лицах слушателей появилось сомнение. Устремлённые на Пээтера глаза смотрят недоверчиво и насмешливо. Ребята подталкивают друг друга локтями и многозначительно перемигиваются.

Кто-то произнёс:

— Вот заливает!

— Зелёные маски… Хе-хе-хе… — хихикает Пауль. — Ну и дал бы я им на твоём месте!

— Рассказываешь-то ты складно, только поищи других дураков, кто тебе поверит! — презрительно фыркнула Майму. И, что самое страшное, похоже, будто все окружающие думают так же.

— Ну и не верьте! И не надо! — зло говорит Пээтер и, расталкивая ребят, направляется к двери.

— Пээтер-дурак! Пээтер-дурак!.. — несётся вслед ему злорадный голос Вальтера Курвитса.

— Ребята! Ребята! А может, он говорит правду! — восклицает Калью.

Пээтер останавливается. Неужели Калью действительно верит ему?

А Калью переводит взгляд с одного на другого и торопливо говорит:

— Может быть, зелёные маски существуют на самом деле! Какое-нибудь тайное общество! И таким знаком отмечают тех, кто что-нибудь сделал… Хорошее или же, и это скорее всего, — плохое.

— Не мели чушь! — перебивает его кто-то.

— Теперь Пээтер и Майму — два сапога пара! Хе-хе-хе! Под одной вывеской! — обрадованно вскрикивает Пауль.

— А куда Вильма денется? — вставляет Вальтер; на прошлой неделе Вильма прищемила в дверях пальцы, и Пээтер по дороге домой нёс её портфель. С тех пор пошли насмешки и глупые намёки.

Пээтер, который остановился было послушать, что скажет Калью, быстро повернулся и пошёл из класса.

Напоследок он ещё слышит голос Калью. Председатель совета отряда опять твердит своё:

— Эй, ребята, ребята… А если зелёные маски существуют, то чего же они добиваются? Как вы думаете?..

Пээтер останавливается в коридоре возле стенгазеты. Делает вид, будто читает. Но он занят своими мыслями.

Вдруг кто-то за его спиной произносит:

— Глядите-ка, Пээтер-дурак! И клеймо на нём, словно…

Фраза остаётся незаконченной. Пээтер поворачивается на каблуках и — бьёт.

Удар приходится Вальтеру прямо в грудь. Пошатнувшись, кривляка делает несколько шагов назад, а когда вновь обретает равновесие, несётся вниз по лестнице, — только пятки сверкают.

В тот же миг, словно по заказу, на месте происшествия появляется дежурный преподаватель.

Как и следовало ожидать, остаток переменки Пээтеру пришлось провести на «лобном месте» — у стены возле дверей учительской.

Это ещё сильнее разозлило его. Временами он уже и сам не знал, кто больше виноват в сегодняшних неприятностях, зелёные маски или Вальтер Курвитс.

Глава 4. Новое нападение зелёных масок

На следующий день Пээтер явился в школу в полной уверенности, что история с клеймом — месть Вальтера. Наверное, они все трое — Вальтер и его «помощники» — крались в тот вечер следом за Пээтером… маски и печать могли оказаться у них с собой случайно. Мало ли в какую игру играли мальчишки. А на тетради Майму Вальтер поставил загадочный круг с буквами просто так, из озорства.

И Пээтер решил во что бы то ни стало выпытать у Вальтера всю подноготную об этой истории. Конечно, легче заставить заговорить приятелей Вальтера, — ведь они младше. Но оба мальчика учились в другой школе — попробуй-ка отыщи их! — и Пээтер отказался от этой мысли.

Утро было не по-осеннему солнечным. В ожидании звонка на урок ученики прогуливались по школьному саду и весело болтали. Растения на опытных грядках так разрослись, что школьников поменьше ростом из-за них и не увидишь. Но выше всех вымахала кукуруза. Она стояла, словно зелёная чаща, и скрывала даже ученика 11-го класса, центрового игрока баскетбольной команды, — а он в школе самый высокий.

На ветвях яблонь висели яблоки: на антоновке — жёлтые, на тартуской розе — красные. Листья дикого винограда, обвившего садовую будку, стали багрового цвета. Берёзы на школьном дворе покрылись золотистыми пятнышками, будто их кто-то забрызгал краской.

Пээтер каждую осень в душе восхищался школьным садом. Именно в душе — о своих впечатлениях и мыслях он никому не рассказывал. Найдутся и такие, у которых всегда насмешка наготове. Да и зачем говорить, — дескать, посмотрите, какие красивые сейчас берёзы. Каждый и сам это видит.

Но сегодня у Пээтера не было времени любоваться прелестями осени. Он хотел побыстрее разыскать Вальтера.

Пээтер перебегал с одной дорожки на другую, но Вальтера нигде не видел. Наверное, тот ещё не приходил.

Вдруг Пээтер перед широким крыльцом школы заметил толпу детей. Пауль стоял на две ступеньки выше других и о чём-то рассказывал, размахивая руками.

Пээтер подошёл поближе.

— …Ну, и за городским парком… там, возле киоска, из-за куста вдруг рраз! выскочили три зелёные маски! И как накинутся на меня!

Пауль выпятил грудь и подтянул штаны.

— Ну и тут я одному так дал, что он полетел вверх тормашками…

— Постой, постой! Уж это ты врёшь! — перебил его Калью.

— Честное слово! — Пауль упёр руки в бока, собираясь вступить с Калью в серьёзный спор. Но любопытные торопили его:

— Что было дальше? Говори, говори!

Такое нетерпение пришлось Паулю по душе. Он махнул на Калью рукой и продолжал:

— Ну, и потом рраз! выхватили у меня из рук вот этот самый портфель и — будьте любезны! — теперь он испорчен!

Пауль поднял свой новёхонький портфель жёлтой кожи высоко над головой и повернул лицевой стороной к слушателям.

В центре портфеля, как раз между двумя блестящими замками, красовался фиолетовый круг с буквами «ВП»!

Слушатели зашумели. «Боже!» — вскрикнула Майму Уудам!

Опять этот знак! Что же за ним кроется — вот загадка! Какой-то ученик из седьмого класса насмешливо протянул:

— Ты, Пауль, сам его поставил. Чтобы поважничать. Вокруг засмеялись. Пауль был первый хвастунишка в школе. Иной раз ребята, когда кто-нибудь из них начинал привирать, говорили друг другу: «Брось-ка ты, расхвастался, словно Пауль!»

Но на этот раз Пауль был глубоко оскорблён. Он разводил короткими ручками, крутил головой и восклицал тоненьким голоском:

— Не ставил! Честное слово, ну! Я не ставил!

Похоже было, что сегодня он и впрямь говорил правду.

— В какое время это случилось? — спросил Пээтер. Расталкивая собравшихся, он старался подойти поближе к Паулю.

— Сразу после школы, ну. Когда я шёл домой.

Казалось, Пээтер не ожидал такого ответа. Он удивлённо остановился. Но затем, не обращая внимания на недовольство ребят, начал пробиваться к Паулю ещё настойчивее.

— Покажи-ка мне твою сумку!

— Какую сумку! — воскликнул Пауль. — Это портфель, ну! Из свиной кожи! Мама говорит, что другого такого…

— Что ты хвастаешься. Дай-ка сюда! — Пээтер выдернул портфель из рук Пауля.

С первого же взгляда Пээтер определил, что знак на портфеле, в отличие от того, который все ещё виднелся на руке самого Пээтера, поставлен другой печатью. На этот раз у буквы «П» не было никакой выщербинки. И круг был совершенно гладкий, без единой неровности.

Стало быть, в ход пущены уже две печати. Кроме того, выяснилось, что Вальтер поставить знак никак не мог. Вчера после уроков он долго играл в футбол. Ещё словно бы невзначай, задел ногу Пээтера носком ботинка.

Хорошо. Вальтер из игры выходит. Но кто же тогда эти маски? И что всё это значит? Есть ли какая-нибудь цель в их таинственных действиях?

— Ну, и тут я ещё раз влепил… — продолжал Пауль, потрясая кулаками.

Слушатели снова засмеялись. Кто-то махнул рукой, кто-то отпустил колкое словцо. Пауль растерялся. Провёл ладонью по гладко выбритой голове. В поисках новой мысли начал переминаться с ноги на ногу и вдруг выложил первый пришедший ему в голову «козырь».

— А портфель стоит двадцать рублей новыми деньгами! Честное слово, ну!

Но, прежде чем это сообщение успело поразить слушателей, произошло нечто непредвиденное.

По лестнице поднимались две девочки из пятого «б» класса. Одна из них взглянула на ярко-жёлтый портфель Пауля, остановилась и воскликнула:

— Смотри-ка… Тот самый знак!

Пээтер подскочил к девочкам:

— Какой «тот самый»?

— Тьфу, сумасшедший, напугал! — попятились девочки.

— Где вы его видели? — настаивал Пээтер.

— Вчера на последней переменке он был нарисован у нас на доске.

— Кто нарисовал?

Пээтер крепко схватил более разговорчивую девочку за руку.

— Что с тобой стряслось? Вот странный. Ну что глаза вытаращил… — выдернула девочка свою руку.

— Кто нарисовал?

— «Кто» да «кто»… Откуда мне знать? Были написаны фамилии трёх девочек. Возле каждой стоял такой знак. Вот и всё.

— А что они сделали? За что их заклеймили? — полюбопытствовал и Калью.

Но девочки не смогли ничего ответить. Да и что толкового могут сказать девчонки!

Дети разошлись, кто куда: одни направились на двор, другие — в здание школы.

Сунув портфель под мышку, Пауль тоже зашагал вверх по лестнице. Когда он занёс ногу на последнюю ступеньку, его остановила чья-то рука.

Пауль съёжился и опасливо глянул через плечо. Рядом с ним стоял Пээтер. Его светлые волосы беспорядочно спадали на лоб, брови сдвинулись к переносице.

— Послушай… Кто бы это мог быть? Как ты думаешь?

— Не знаю, ну… Честное слово. — Пауль покачал головой. Затем, секунду поколебавшись, неуверенно протянул:

— Ну, да… Одна вроде бы девочка. Я не могу сказать точно, все были в тренировочных костюмах, но… но движения у неё, словно… Ну, такие, как у девчонок. А зачем тебе это?