Когда бандит ворвался в каюту, Грин мирно спал. Пират растолкал капитана, и тот, сев на кровати, удивленно спросил, что происходит. Один из заговорщиков ему ответил, что отныне командиром корабля является Флай. Последний в этот момент крепко сжимал свою саблю, видимо надеясь, что Грин начнет сопротивляться и тогда он наконец отрубит ему голову. Но капитан, к разочарованию Флая, сопротивляться не стал, тем самым лишив бандита удовольствия рассчитаться с ним, как говорится, в честном бою. Обратившись к новому капитану, Грин попросил при первой же возможности высадить его на берег. «Что? Чтобы ты дал против нас показания, и нас потом всех вздернули на рее?» — возмутился Флай. После этих слов капитан понял, что заговорщики непременно его убьют.
И оказался прав. Заставив Грина выйти на палубу, Флай с издевкой спросил его, что он предпочитает: прыгнуть за борт сам или подождать, пока его выкинут. Оставаясь спокойным, капитан ответил, что предпочитает, чтобы пираты сохранили ему жизнь. Тогда Флай сделал своим помощникам знак рукой, и те поволокли Грина к правому борту. Когда капитан вцепился рукой в грот-парус, Флай выхватил нож и отрубил ему кисть руки, после чего пираты бросили его за борт. Затем подошла очередь помощника Дженкинса, который, в отличие от Грина, предпочел прыгнуть за борт сам.
Отпраздновав победу большим количеством рома, пираты переименовали «Элизабет» в «Месть судьбы». Затем они направили свой корабль к Северной Каролине, и уже через неделю судно подошло близко к берегу. Приблизившись к гавани, пираты увидели стоявший на якоре шлюп «Джон и Ханна», капитан которого, не догадываясь, что встретился с пиратами, предложил Флаю помочь его судну причалить к берегу. Дело в том, что песчаная береговая отмель была очень опасна и без помощи опытного лоцмана ни один корабль не мог подойти близко к берегу. Флай, сделав вид, что согласен воспользоваться услугами капитана, пригласил его с тремя офицерами к себе в каюту якобы для того, чтобы обговорить все детали за кружкой пунша. Ничего не подозревающий капитан, взяв своих помощников, отправился на дружественную встречу. Каково же было его удивление, когда Флай объявил, что он и его команда — пираты и что им нужен корабль.
Увидев наставленные на него со всех сторон пистолеты и поняв, что иного выбора нет, капитан согласился отдать свое судно пиратам. Однако он объяснил Флаю, что дувший в тот день сильный ветер служит препятствием для выведения судна из бухты. Пират же накричал на капитана и потребовал, чтобы тот немедленно снимал корабль с якоря. Офицеру ничего не оставалось делать, как вернуться на свое судно в сопровождении шести пиратов и попытаться подплыть на нем к пиратскому кораблю.
Но капитан не обманывал Флая, когда говорил о сильном ветре, мешавшем управлять судном. Как только «Джон и Ханна» снялся с якоря, ветер отнес его на песчаную отмель, после чего пираты, взяв с собой капитана, вернулись в шлюпке на свой корабль. Флай, решив, что капитан его обманул и посадил корабль на мель преднамеренно, пришел в неистовство и приказал его высечь. Капитана привязали к снастям и избили плетью так, что его спина вскоре превратилась в сплошное кровавое месиво. Затем Флай приказал своему помощнику и еще трем пиратам попытаться выполнить то, что не удалось капитану, т. е. подвести шлюп к кораблю. Но пираты тоже не справились с управлением, и ветер швырнул корабль на отмель. «Джон и Ханна» разлетелся на куски, и бандиты едва успели спастись.
Через два часа Флай отдал команду своему экипажу направить «Месть судьбы» в открытое море. Кстати, капитана и нескольких членов команды «Джона и Ханны» пираты взяли с собой. Три дня спустя корсары встретили на своем пути корабль под названием «Джон и Бетти». После первого же выстрела с пиратского судна корабль сдался. Пираты Флая, поднявшись на его борт, собрали все ценное, вынудили шестерых матросов присоединиться к ним, а остальных отпустили.
По прошествии нескольких дней корсары встретили на своем пути судно «Джеймс» и, пользуясь уже проверенным методом, произвели по нему выстрел. Капитан атакуемого корабля подал сигнал пиратам о капитуляции, после чего поднялся на борт их корабля.
Нападение пиратов на судно происходило в рыболовецкой зоне, на горизонте виднелось несколько рыбацких шхун, и, поразмыслив, Флай решил использовать свой корабль, а также «Джеймса» для того, чтобы на них напасть. Он отправил на борт захваченного корабля шестерых пиратов и приказал им идти в направлении ближайшего рыбацкого судна. Сам же он собирался пойти следом. Но Флай совершил роковую ошибку, не учтя того, что, отправляя на борт «Джеймса» шестерых верных сообщников, он поставил себя под удар: почти все моряки, оставшиеся на борту «Мести судьбы», были матросами с «Джона и Ханны» и с «Джона и Бетти».
Главным среди заложников был офицер Уильям Аткинс, прибывший на борт пиратского корабля вместе с капитаном «Джона и Ханны». Разумеется, Аткинс, впрочем, как и остальные подневольные моряки, давно собирался расправиться с Флаем и его бандой. Ему нужен был только подходящий момент, который теперь представился: наконец-то пираты остались на корабле в меньшинстве.
Аткинс, наблюдавший за происходящим на море в подзорную трубу, сказал стоящему на капитанском мостике Флаю, что видит на горизонте еще несколько невооруженных кораблей. Услышав такую прекрасную новость, пират бросился к нему, выхватил трубу и сел на брашпиль. В тот же момент по команде Аткинса несколько матросов бросились к нему, связали и заткнули кляпом рот. Затем Аткинс побежал на ют, где лежало оружие. Взяв несколько заряженных пистолетов, офицер раздал их своим матросам, которые уже через несколько минут притащили на палубу еще трех пиратов. Всех их, включая Флая, бунтовщики заковали в кандалы и, взяв управление кораблем в свои руки, направили его в сторону Бостона.
12 июля 1726 года, всего через два месяца после начала пиратской деятельности Флая, предводитель корсаров и двое его сообщников были казнены на небольшом островке Никс Мейт. Суд помиловал только кока пиратов.
Одной из самых загадочных личностей эпохи королевы Елизаветы I считается Уолтер Рэли, имя которого стоит в английской истории в одном ряду с именами Кавендиша и Дрейка.
Уолтер Рэли родился в 1554 году в семье обедневшего английского аристократа. Будучи семнадцатилетним юношей, он принимал активное участие в религиозных французских войнах, выступая на стороне гугенотов. Через некоторое время Рэли поступил в Оксфорд, но, проучившись там всего полгода, вернулся на родину.
В 1580 году началось очередное восстание в Ирландии, поддержанное испанцами. Бунтовщики, заняв форт Смерник, отправили корабли за подкреплением, потому что у стен форта стояла английская армия, которая ожидала прибытия артиллерии на кораблях из Лондона. В составе отряда, брошенного на подавление восстания, был и двадцатишестилетний Уолтер Рэли. В ожидании подкрепления из Лондона Рэли организовывал засады и предпринимал самостоятельные партизанские вылазки.
После того как английский флот, опередивший испанский на четыре дня, захватил форт, по приказу Рэли было повешено 507 испанцев, двадцать ирландцев и несколько предателей-англичан.
В начале 1582 года Рэли вернулся в Англию, где познакомился с фаворитом королевы Елизаветы I Тюдор, графом Лестером. Умный и образованный Рэли произвел на графа сильное впечатление, и вскоре в разговоре с королевой он упомянул об этом знакомстве. Королева выразила желание лично встретиться с Рэли, и через несколько дней он был ей представлен.
На королеву, которой в то время исполнилось 49 лет, тридцатилетний красавец Рэли произвел неизгладимое впечатление. Влюбившись в него буквально с первого взгляда, она вскоре сделала его своим фаворитом. Рэли был посвящен в рыцари, а в придачу к высокому титулу получил особняк в Лондоне, обширные земельные владения, а также патенты на экспорт сукна и торговлю вином.
Вскоре Рэли пришел к выводу, что заниматься самостоятельным делом гораздо выгодней, чем служить в регулярной армии, и уже в 1583 году заявил о своем намерении открыть для англичан Северо-Западный торговый путь в Индию и Китай. Добившись предоставления ему каптерского патента, Рэли получил возможность легально грабить иностранные суда, т. е. заниматься пиратством.
Ровно через год он привел свои корабли к восточному побережью Северной Америки и, основав там первую английскую колонию, назвал эту землю Вирджинией. Интересно, что облик Рэли полностью совпал с описанием Гуаттараля из индейских легенд, поэтому местные жители приняли его как бога, попросив о помощи в борьбе с испанцами. Именно в Вирджинии Рэли впервые услышал легенду о стране Эльдорадо, Золотом Человеке (правителе Эльдорадо, который каждый раз перед купанием покрывал свое тело золотой пылью) и сказания о золотых приисках у Великих озер.
По возвращении в Англию Рэли ждал полный триумф. Ему сразу же было присвоено множество высоких титулов, в частности начальник личной гвардии Ее Величества, лорд-правитель оловянных рудников, лорд-наместник Корнуолла, вице-адмирал Девона, губернатор острова Джерси.
В 1585 году Рэли захватил несколько испанских судов около Ньюфаундленда, а в 1586 всего на двух кораблях — «Змея» и «Мери Спарк» — напал на испанский флот и одержал победу. За каждого взятого в плен испанца Рэли назначил весьма солидный выкуп — золото, равное по количеству его весу. Таким образом, английский двор получал огромные прибыли с экспедиций Рэли, и популярность его постоянно росла.
Вскоре Рэли тайно обвенчался с фрейлиной королевы, Элизабет Трокмортон. Известно, что Рэли, будучи любовником Елизаветы I, хранил эту тайну семь лет. Но после того как фрейлина родила ребенка, все раскрылось. Разгневанная королева отправила супругов Рэли в Тауэр, где они провели почти полгода. Рожденный Элизабет ребенок вскоре умер. После выхода из тюрьмы Рэли находился в опале и, чтобы вновь заслужить расположение королевы, отправился на поиски легендарной страны Эльдорадо.
С энтузиазмом начав поиски Эльдорадо и его сокровищ, Рэли организовал несколько экспедиций. И хотя он так и не нашел «золотую страну», зато сам процесс ее поисков отразился в целой серии путевых очерков («Путешествие в огромную, богатую и прекрасную империю Гвиана с великим и золотым городом Маноа»). Впоследствии очерки были переведены на многие европейские языки и пользовались у читателей тех лет огромной популярностью.
В 1596 году Рэли принял участие в экспедиции лорда Эссекса против Кадиса. Именно тогда он впервые в истории применил тактику, получившую впоследствии название психической атаки. Встретившиеся в горловине бухты два флота сражались целый день. Рэли прошел через строй мелких испанских кораблей, отвечая на каждый залп лишь звуками горна, и, бросив якорь напротив галионов, три часа обстреливал их из всех орудий. Когда испанцы выбрались на берег, посадив галионы на мель, Рэли расстрелял их из пушек.
После триумфального возвращения экспедиции в Лондон Рэли вновь был принят королевой Елизаветой. Правда, успех Уолтера никак не отразился на отношении королевы к его жене: Элизабет, родившая к тому времени двоих сыновей, по-прежнему не допускалась ко двору.
В 1603 году, после смерти королевы, к власти пришел Яков I Шотландский, начавший деятельность, прямо противоположную елизаветинской. Первое, что сделал новый король, — заключил мир с Испанией. Сэр Рэли был арестован по обвинению в государственной измене и шпионаже в пользу Испании, приговорен к смертной казни и заключен в Тауэр. Находясь в тюрьме, в ожидании исполнения приговора, Рэли не терял времени даром: он проводил химические опыты, изучал иностранные языки и писал книги (его знаменитая «История мира» была написана именно в Тауэре).
Все время, пока Рэли находился в заключении, он не переставал думать о загадочной стране Эльдорадо и в 1617 году написал королю письмо, в котором с присущей ему основательностью изложил все, что ему было известно о «золотой стране». В конце своего послания Рэли вскользь заметил, что, скорее всего, испанцы будут первыми, кто найдет легендарное золото. Разумеется, король не мог допустить, чтобы несметные сокровища принадлежали Испании, и поэтому в 1618 году он отдал приказ освободить Уолтера Рэли.
В том же году Рэли был поставлен во главе экспедиции, снаряженной на поиски золота Эльдорадо. При этом король поставил Рэли заведомо невыполнимое условие: ни одного убитого испанца.
Стоит заметить, что эта экспедиция была заранее обречена на провал: команды кораблей были подобраны из висельников, которые не собирались выполнять приказы, и суда выходили из-под контроля один за другим. Вскоре в нелепой стычке с испанцами погиб старший сын Рэли — Уолтер. После его смерти убитый горем отец, уже не в силах думать ни о каком мифическом золоте, отдал команду возвращаться на родину.
Назад Рэли возвращался на одном корабле с двадцатью двумя матросами. Сразу же после прибытия в Лондон его опять заключили в Тауэр, а 29 октября 1618 года приговор, вынесенный пятнадцать лет назад, был приведен в исполнение.
По свидетельству современников, Рэли до последней минуты вел себя как настоящий джентльмен, чем вызвал искреннюю симпатию общественности. И когда палач поднял отрубленную голову, из толпы кто-то крикнул: «Этой голове в Англии цены не было!»
Жена Рэли, потерявшая за один год и мужа, и сына, похоронила их в одной могиле в Вестминстере, в церкви Св. Маргариты. А отрубленную голову своего мужа леди Элизабет хранила у себя до самой смерти, почти 29 лет.
Самыми известными пиратами Берберского побережья были два брата, чья слава затмила даже подвиги Френсиса Дрейка и Генри Моргана. Это братья Харуджи и Хайр-эд-Дин, которых за ярко-рыжие, почти красные волосы и бороды прозвали Барбаросса (Красная Борода).
Харуджи и Хайр-эд-Дин родились на греческом острове Лесбосе. Их отец, бывший турецкий солдат, воспитал сыновей правоверными мусульманами. Будучи еще детьми, они до глубины души были потрясены смертью своего старшего брата Элиаса, который погиб на их глазах. В тот злополучный день галера Мальтийского ордена, иоаннитов, напала на их фелюгу (небольшое парусное беспалубное судно) и потопила ее, приняв за пиратское судно. Элиас погиб, а Харуджи, которому тогда было пятнадцать или шестнадцать лет, схватили, и два года он провел прикованным к веслу галеры. С тех пор братья смертельно возненавидели христиан.
В начале 1500-х годов братья решили попытать счастья на Берберском побережье, перебравшись на маленькой фелюге с Лесбоса в Тунис, тогда известную пиратскую крепость. Предводитель пиратов принял братьев в свою шайку и, предоставив им причал, разрешил нападать на христианские корабли.
Свою легендарную славу Харуджи и Хайр-эд-Дин снискали после одного особенно дерзкого ограбления, совершенного ими в 1504 году у берегов Италии. Объектом нападения братьев-пиратов были две большие галеры папского флота, следующие из Генуи в Рим под конвоем тяжело вооруженного судна. Оба корабля везли дорогие товары для папского двора: шелковые ткани, изделия из венецианского стекла, различные предметы роскоши и пряности.
Когда из-за мыса появился легкий галеон, капитан флагманского судна даже не взглянул в его сторону, будучи уверенным, что никто не посмеет напасть на галеры, идущие под конвоем вооруженного корабля. Но это пренебрежение к пиратам дорого обошлось папским мореходам. Прежде чем они сообразили, что происходит, легкое суденышко пришвартовалось у кормы галеры, и ее палубу в считаные секунды заполонили пираты, которые после короткой беспощадной схватки одержали победу.
Но Харуджи Барбароссе, который в тот момент командовал галиотом, одной победы показалось мало, и он приказал своим подчиненным переодеться в платья и доспехи плененных христиан и замедлить ход. Когда вторая галера, следовавшая за первой, вынырнула из тумана и приблизилась, ее экипаж тоже не заметил ничего подозрительного. Нападение и на этот раз оказалось столь внезапным, что о сопротивлении нечего было и думать.
Захватив галеры, Харуджи отправился в Тунис, где его встретили толпы восторженных людей. «Трудно представить себе, — писал летописец, — какую растерянность и потрясение вызвала эта отважная дерзость и в Тунисе, и во всем христианском мире, как знаменито стало отныне имя Харуджи».
Отправляясь на прием к эмиру Туниса, Харуджи выбрал из числа своих пленников пятьдесят самых рослых и сильных мужчин, одел их в роскошные одежды и велел им вести на привязи 30 догов и 20 легавых собак, оказавшихся на одном из испанских кораблей. Разумеется, султан был потрясен таким великолепным шествием и принял пирата как равного себе. Не забыл Барбаросса и о подарках для султана: кроме награбленных ценностей, он доставил в гарем правителя двух самых красивых пленниц.
После заключения договора с правителем Туниса братья-пираты получили в распоряжение остров Джерба, на котором организовали базу своего пиратского флота, в обмен на обязательство отдавать эмиру 20 % захваченной пиратами добычи. Пиратский флот, пополняемый, кроме турков и мавров, бежавшими из освобожденной Испании христианами, терроризировал все порты Средиземноморского побережья.
Уже через несколько лет братья Барбаросса стали самыми знаменитыми и богатыми пиратами Средиземноморья. Под их командованием находился целый флот из восьми галиотов и огромное войско, состоявшее из добровольцев, которые стекались к ним отовсюду, чтобы хоть немного погреться в лучах их славы.
В 1509 году испанцы заняли город Оран, а в 1510 под их ударами пали города Бужи (современный Беджаия) и Триполи, а также остров Джерба; затем им удалось захватить Алжир, который, правда, в то время был небольшим укрепленным поселением. Вскоре испанцы вернули арабам эту небольшую крепость, а вместо нее при входе в гавань Алжира на маленьком скалистом острове они построили форт Пеньон, который со своими пушками господствовал над городом и гаванью.
Нетрудно понять, что Пеньон представлял для Алжира смертельную угрозу. Поэтому правитель города эмир Селим, бывший в приятельских отношениях с братьями, обратился за помощью к знаменитым пиратам. Переговорив с посланцами эмира, братья Барбаросса просили их успокоить правителя и передать ему, что они соглашаются ему помочь.
Итак, Харуджи со своими 5800 воинами стал продвигаться к Алжиру по суше, а Хайр-эд-Дин подошел на 16 кораблях с 500 вооруженными людьми со стороны моря. Вскоре братья с триумфом вступили в город, однако алжирцев сильно разочаровала их помощь: вместо того чтобы атаковать Пеньон, Харуджи захватил Селима, задушил его и объявил себя владыкой Алжира под именем Барбароссы I. Когда же обманутые жители Алжира стали возмущаться, пират приказал отрубить головы зачинщикам, что его головорезы и сделали прямо перед входом в мечеть.
В 1518 году, после ряда осложнений на суше и море с войсками и флотом испанского короля Карла V, султан Барбаросса I, потеряв значительное количество соратников, был вынужден оставить Алжир на своего брата Хайр-эд-Дина и с отрядом всего в 1500 человек отправиться за помощью к марокканскому султану. Настигнутый испанцами у реки Саладо, Барбаросса успел переправиться на другой берег и имел возможность спастись, однако, видя, как отважно сражаются его товарищи, принял решение вернуться к отряду и погиб в неравном бою.
Разумеется, его преемником стал Хайр-эд-Дин. В отличие от старшего брата Хайр-эд-Дин был не только воином, но еще и ловким дипломатом. Первое, что он предпринял, дабы укрепить свое положение, — это добровольно признал власть турецкого султана. Последний сразу же назначил его турецким наместником на всем североафриканском побережье. Одновременно Стамбул направил в его распоряжение отборные войска из 21 тысячи янычар. Так назывались воины, из которых комплектовалась турецкая пехота. Сначала, в XIV веке, в нее набирали пленных юношей, позже — мальчиков из христианского населения Османской империи. Они были готовы в любой момент умереть за Аллаха и султана.
Не без помощи янычар Хайр-эд-Дин за девять лет завладел западной частью североафриканского побережья, и вскоре султан объявил его своим наместником в Алжире, после чего этот город стал оплотом пиратства в Средиземном море. В 1533 году султан Сулейман Великолепный назначил Хайр-эд-Дина адмиралом турецкого флота. Пират, приняв оказанную ему высокую честь, навсегда покинул Алжир и переселился в Стамбул, где сразу же создал могучий флот, состоявший из нескольких десятков кораблей. Под начальством знаменитого пирата они выходили в Средиземное море, грабили берега Италии и доставляли в Турцию богатую добычу.
Умер Хайр-эд-Дин в 1546 году, уже будучи 80-летним стариком. Его похоронили с большими почестями в предместье Стамбула, а в память о своем друге султан Сулейман приказал соорудить на берегу Босфора роскошную мечеть. Турки хранили такое уважение к его памяти, что любая эскадра или военный корабль, входя в гавань, салютовали могиле знаменитого пирата.
Современники называли Эдварда Тича, больше известного в пиратском мире как Черная Борода, исчадием ада. Встретившись с ним, люди цепенели от ужаса, теряли волю и покорно отдавались на милость этого капитана. Хотя ни о какой милости не могло быть и речи. Черная Борода расправлялся со своими жертвами без жалости. Правда, иногда, наверное при хорошем расположении духа, щадил некоторых пленников и отпускал их на волю. Видимо, опираясь на эти факты, некоторые источники указывают на то, что кровожадность знаменитого пирата — сказки, а на самом деле Эдвард Тич был наименее жестоким из всех морских грабителей своего времени. Как бы там ни было, теперь уже никто и никогда не узнает правды, а нам остается только верить или не верить тому, что говорится о Черной Бороде в летописях.
Итак, зловещая слава о «подвигах» Черной Бороды гремела на Багамских островах и по всему Атлантическому побережью североамериканских колоний Англии. Свое прозвище пират получил за длинную густую жгуче-черную бороду — всю из косичек, с узелками на концах. Его темно-карие, почти черные глаза сверкали хищным блеском. По обеим сторонам его лица спускались две косички, в которые Черная Борода вплетал паклю, пропитанную селитрой и известковой водой. Как утверждали очевидцы, во время боя он всегда поджигал свои косички и с безумными криками и дьявольским блеском в глазах бросался на врага. Это было поистине жуткое зрелище: разбегавшимся в ужасе противникам казалось, что сам сатана вышел из преисподней, чтобы сразиться с ними.
Впрочем, и сам пират именовал себя слугой дьявола и часто повторял: «Если я за два или три дня не убью кого-нибудь, я сам перестану себя уважать».
Зловещий облик пирата дополняла и его одежда: он всегда носил ярко-красную куртку и такого же цвета панталоны. Его костюм довершали черная шляпа и кожаный ремень, на котором всегда висело не менее пяти-шести заряженных пистолетов.
Дьявольской внешности Черной Бороды вполне соответствовали и его любимые развлечения. Так, на борту своего корабля он иногда устраивал некое подобие чистилища. В трюме, куда вместе с ним спускались желающие позабавиться, задраивались люки и зажигалась сера. Проходило не более пяти минут, и все, разумеется, кроме Тича, начинали задыхаться и умоляли поскорее выпустить их на свежий воздух. Но Черная Борода, которому ядовитые испарения, казалось, были нипочем, только посмеивался над мольбами остальных пиратов и открывал люк лишь после того, как они теряли сознание.
Не менее распространенным развлечением знаменитого злодея было следующее: Черная Борода запирался с несколькими членами экипажа в каюте и палил по ним в темноте наудачу. Когда ему удавалось кого-то ранить или убить, он дико и радостно хохотал. Как-то раз он тяжело ранил в колено своего помощника Израэла Хэндса, ставшего прообразом одного из героев романа Р. Л. Стивенсона «Остров сокровищ». Он так и остался хромым на всю жизнь.
Эдвард Тич родился в 1680 году в Бристоле (Англия) в семье почтенных коммерсантов. Практически ничего не известно о детстве и юношестве знаменитого в будущем пирата. Первое упоминание о нем можно найти лишь в списке английских корсаров, которые в 1713 году нападали на французские корабли в Карибском море.
Приблизительно в 1715 году Тич завербовался на судно капитана Бенджамина Хорнигольда, жестокого и дерзкого пирата, промышлявшего захватом невольничьих кораблей. Однако в начале 1718 года Хорнигольд променял полную опасностей судьбу пирата на безмятежную и обеспеченную жизнь землевладельца. С этого момента Тич занимался пиратством уже самостоятельно, отправляясь в море на судне, которое отнял у французов и назвал «Месть королевы Анны».
По свидетельству современников, Черная Борода был талантливым мореплавателем и хорошим организатором: все его планы нападений были не только смелыми, но и детально разработанными. Правда, это было единственным достоинством знаменитого пирата. Как уже отмечалось, его жуткий характер и кровожадность приводили в ужас даже видавших виды морских разбойников. Кроме того, Черная Борода совершенно не знал меры в употреблении спиртного: в некоторых легендах говорится о том, что пират мог выпить в один присест бочонок рома. Так это или не так — неизвестно. Но по крайней мере трезвым Черную Бороду никто и никогда не видел.
Свои первые нападения на торговые суда Тич совершил у берегов Северной Америки. За довольно короткий период пираты под предводительством Черной Бороды захватили семь кораблей, которые перевозили продукты, вино и другие грузы. Как правило, все награбленное морские разбойники продавали перекупщикам на Багамских и Антильских островах. Всю выручку пираты тратили на женщин и спиртное, неделями не выходя из кабаков и публичных домов. Когда все деньги кончались, грабители вновь выходили в море. И все повторялось сначала.
В мае 1718 года Черная Борода организовал блокаду Чарлстона (главный порт Южной Каролины). Он захватил пять судов, стоявших на рейде, задержал всех пассажиров и отобрал в качестве заложников наиболее влиятельных горожан. Затем предприимчивый пират послал к городским властям парламентеров — некого господина Маркса и двух пиратов. Потребовав огромный выкуп деньгами и медикаментами (на тот момент почти все пираты страдали от венерических заболеваний, поэтому им необходимы были лекарства), злодей велел своим парламентерам передать властям, что, если в течение 24 часов все это не будет доставлено на его корабль, он обезглавит заложников, не оставит от порта камня на камне, а с местных жителей сдерет шкуру.
Испуганные горожане незамедлительно собрали выкуп и отправили его на пиратский корабль. Сразу же сняв осаду города, Черная Борода обманным путем завладел всем выкупом и вместе с несколькими своими соратниками бежал в Северную Каролину, бросив на произвол судьбы остальных пиратов. Первое, что он сделал, прибыв в Каролину, — это вымолил прощение у местного губернатора Чарлза Идена. После того как последний милостиво позволил пирату и его друзьям остаться в городе, Черная Борода сразу же промотал награбленное и женился в четырнадцатый раз, на 16-летней девушке. Правда, вскоре Черной Бороде наскучила мирная жизнь, и он, бросив свою молодую жену, принялся за старое ремесло. Кстати, у местных властей пират даже приобрел каперское свидетельство, обязывающее его в будущем выплачивать определенные проценты с награбленного.
Стоит заметить, что этот пират держал все местное население в страхе. Он безнаказанно грабил торговцев, которые не могли найти управу на Тича, потому что хорошо знали, что и губернатор Иден, и его помощник Тобиас Найт были подкуплены Черной Бородой. Они всегда получали от него часть добычи. Жителям Северной Каролины ничего не оставалось делать, как обратиться к губернатору соседней Виргинии Александру Спотсвуду, который, сам когда-то пострадав от морских грабителей, поклялся покончить с пиратством в прибрежных водах.
Он мгновенно отозвался на просьбу разоренных торговцев избавить их от Тича и тайно поручил это дело лейтенанту Роберту Мэйнарду, предоставив в его распоряжение два небольших шлюпа и 55 человек береговой охраны.
В ночь на 21 ноября 1718 года лейтенант Мэйнард обнаружил судно Черной Бороды в районе острова Окроак (Северная Каролина). Хотя пирату было уже известно о готовящемся нападении, он продолжал беспечно предаваться разгулу даже тогда, когда увидел неприятельское судно очень близко от своего корабля.
Ранним утром лейтенант, подняв королевский стяг, приблизился к пиратскому кораблю, который, совершив неудачный маневр, сел на мель. Черная Борода вступил в бой, приказав дать залп из всех кормовых орудий и забросать шлюпы противника гранатами. В первые же минуты атаки Мэйнард потерял около тридцати человек из своей команды.
Но отважный лейтенант отступать не собирался: в трюме его судна находились солдаты, готовые в любой момент вступить в бой. Тем временем Черная Борода, решив, что противник понес огромные потери, пошел на абордаж. На палубу корабля Мэйнарда одновременно прыгнули пятнадцать пиратов, среди которых был и Тич. В тот же момент солдаты, находившиеся в трюме, вступили в бой. Черная Борода, раненный выстрелом Мэйнарда, хотел саблей сразить соперника, но кто-то из солдат спас жизнь своему командиру. Лейтенант перезарядил пистолет и снова выстрелил в Тича, но безрезультатно — он был все еще жив. В какой-то момент Мэйнарду показалось, что перед ним Сатана: после нескольких выстрелов в голову и область сердца Черная Борода продолжал драться, как будто на его теле были не смертельные раны, а небольшие царапины.
Только после того, как в него было произведено более двадцати выстрелов, пират упал замертво. На его теле насчитали 25 ран, 20 из которых были огнестрельными.
Мэйнард приказал отрубить мертвому Тичу голову, которая потом была выставлена на всеобщее обозрение в Виргинии. Известие о смерти «исчадия ада», целый год державшего в страхе жителей североамериканских колоний Англии, было встречено всеобщим ликованием. Всех захваченных в плен членов команды Черной Бороды повесили. Их головы, подобно голове Эдварда Тича, посадили на кол и еще долго выставляли в разных городах в назидание другим пиратам.
Известно, что предания о сокровищах, спрятанных Черной Бородой, до сих пор не дают покоя многим искателям приключений. Согласно легенде, награбленные ценности Тич прятал достойным пирата способом. Выбрав какой-нибудь пустынный берег, он вместе с доверенным лицом выкапывал глубокую яму. Как только в нее опускался ящик с кладом, Черная Борода убивал своего помощника. Забрасывая землей труп вместе с кладом, он обычно приговаривал: «Только дьявол и я знаем, где они зарыты. Кто из нас выживет, тот и будет их хозяином».
Ежегодно в прессе разных уголков мира появляются небольшие заметки, в которых упоминается о каком-нибудь путешественнике, отправившемся на поиски сокровищ Черной Бороды. Правда, до сих пор эти поиски так и не увенчались успехом. Видимо, действительно только дьяволу теперь известно, где зарывал свои несметные сокровища легендарный пират Черная Борода.
Английский мореплаватель и вице-адмирал, совершивший второе (после Магеллана) кругосветное плавание, — Френсис Дрейк — был руководителем пиратских экспедиций в Вест-Индию, а с 1588 года знаменитый корсар фактически командовал английским флотом при разгроме испанской Непобедимой армады. Кроме того, его именем назван пролив между островами Огненная Земля и Южными Шетлендскими островами, соединяющий Атлантический и Тихий океаны.
Френсис Дрейк родился в 1540 году в небольшом селении Тависток, находящемся в графстве Девоншир. Его отец, бедный деревенский священник, как утверждают некоторые источники, был в молодости пиратом, но, женившись, под влиянием супруги увлекся религией и через некоторое время даже стал проповедником.
Из двенадцати детей в семье Дрейков Френсис был самым старшим. Он рано покинул родительский дом (предположительно в 1550 году), поступив юнгой на небольшой торговый корабль, где он быстро освоил искусство судовождения. Стоит заметить, что Френсис обладал такими чертами характера, как настойчивость и расчетливость, а кроме того, он был очень трудолюбивым юношей: будучи юнгой, Френсис с энтузиазмом брался за любую работу. После нескольких месяцев плавания капитан корабля, у которого не было своих детей, полюбил юношу как собственного сына. Вскоре капитан оформил завещание, в котором отписал все свое имущество, включая и корабль, Френсису Дрейку.
После смерти пожилого капитана Дрейк предпринял на его судне несколько длительных путешествий в Бискайский залив и Гвинею, где он выгодно занимался работорговлей, поставляя негров на Гаити. В 1567 году Дрейк плавал в Вест-Индию в эскадре известного в те времена Джона Гаукинса, грабившего с благословения королевы Елизаветы I испанские корабли и колонии. Но как-то после страшной бури корабли Гаукинса остановились на ремонт в Сан-Хуане, и на них напала испанская эскадра. Только одно судно из шести вырвалось из западни и после трудного плавания добралось до родины. Это было судно Френсиса Дрейка.
В 1570–1571 годах капитан Дрейк на небольшом суденышке отправился с разведывательной целью к берегам Карибского моря, где он познакомился с циммаронами — беглыми рабами-неграми. Бывшие рабы, чтобы хоть как-то отомстить испанским истязателям, помогали англичанам, чем только могли. Основываясь на полученных от них сведениях, Дрейк составил план, исполнение которого сразу же принесло ему всемирную известность и славу грозы испанцев.
В 1572 году Дрейк организовал самостоятельную экспедицию и совершил очень удачный набег на Панамский перешеек. Уже в самом начале своей пиратской деятельности молодой Дрейк среди далеко не добродушных морских грабителей и работорговцев стал выделяться как самый жестокий и удачливый. По свидетельству современников, это был властный и раздражительный человек с бешеным характером, жадный, мстительный и крайне суеверный. В то же время многие историки утверждают, что рискованные путешествия Френсис Дрейк предпринимал не только ради богатства и славы — его привлекала сама возможность побывать в неизведанных землях. Как бы там ни было, но известно, что географы и мореходы эпохи Великих географических открытий многими важными уточнениями карты мира обязаны именно этому человеку.
Отличившись в подавлении ирландского восстания, Дрейк был представлен королеве Елизавете. Его план набега и опустошения западных берегов Южной Америки показался ей весьма привлекательным, и вскоре вместе со званием контр-адмирала Дрейк получил пять кораблей с экипажем из ста шестидесяти отборных матросов. Правда, королева поставила Дрейку одно условие: имена всех тех знатных джентльменов, которые, как и она, дали деньги на снаряжение экспедиции, должны оставаться в тайне.
Дрейк не только скрыл ото всех имена тех, кто финансировал экспедицию, но сумел удержать в тайне истинные цели своего путешествия, распространив слух среди испанских шпионов, что направляется в Александрию. В декабре 1577 года Дрейк отплыл с эскадрой из Плимута. Флотилия состояла из пяти судов: флагманский корабль «Пеликан» (водоизмещение 100 тонн), «Елизавета» (80 тонн), «Лебедь» (50 тонн), «Морское золото» (30 тонн) и галера «Христофор».
Сам Дрейк находился на «Пеликане». Надо сказать, что обстановкой его каюты занималась сама королева. Кроме того, Елизавета послала ему в подарок посуду из чистого серебра, благовония, вышитую морскую шапку и зеленый шелковый шарф с вышитыми золотом словами: «Пусть всегда хранит и направляет тебя Бог».
Достигнув во второй половине января Могадара, портового города в Марокко, пираты взяли заложников, которых вскоре обменяли на целый караван всевозможных товаров. Затем их флотилия пересекла Атлантический океан, разграбив по пути испанские гавани в устье Ла-Платы. В начале июня 1578 года корабли Дрейка остановились в бухте Сан-Хулиан, где когда-то бросал якорь Магеллан, для того чтобы расправиться с бунтовщиками. Видимо, какой-то злой рок тяготел над этой гаванью, потому что Дрейку также пришлось подавлять в Сан-Хулиане вспыхнувший мятеж. Вскоре по приказу Дрейка был казнен капитан Даути, а «Пеликан» переименован в «Золотую лань».
К началу августа Дрейку пришлось бросить два пришедших в полную негодность судна — «Лебедь» и «Христофор». Затем флотилия из оставшихся кораблей вступила в Магелланов пролив и прошла его менее чем за месяц. Когда корабли Дрейка миновали пролив, начался сильнейший шторм, который разметал все три судна в разные стороны: «Морское золото» и «Елизавета» были отброшены обратно к Магелланову проливу, а «Золотую лань», на которой был Дрейк, занесло далеко на юг. Корабль «Морское золото» потерпел крушение и затонул, а «Елизавета», пройдя Магелланов пролив, вернулась в Англию. Дрейк же, корабль которого был отброшен на юг, в процессе плавания невольно сделал открытие: Огненная Земля — не выступ Южного материка, как считалось в то время, а архипелаг, за которым простирается открытое море. В память об этом открытии пролив между Огненной Землей и Антарктидой был назван именем Дрейка.
Как только море стало спокойным, знаменитый пират взял курс на север и уже к началу декабря вошел в гавань Вальпараисо (Чили), где захватил стоявший на якоре корабль, груженный винами и слитками золота на сумму 37 тысяч дукатов. Затем пираты высадились на берег и разграбили город, забрав груз золотого песка стоимостью в 25 тысяч песо. Но самым главной добычей пиратов было не золото, а секретная испанская карта, найденная на корабле. Теперь Дрейку уже не надо было плыть вслепую: на карту были нанесены все испанские поселения на западном побережье Америки. Стоит заметить, что до пиратского набега Дрейка испанцы чувствовали себя на западном побережье Америки в полнейшей безопасности, потому что ни один английский корабль не проходил Магеллановым проливом. Именно по этой причине испанские корабли плавали здесь всегда без охраны, а города были совершенно не укреплены.
Продвигаясь вдоль берегов Америки, Дрейк захватил и разграбил многие испанские города и поселения, в числе которых были Санто, Трухильо, Кальяо и Манта. В панамских водах пираты взяли на абордаж корабль «Карафуэго», где их добычей стал очень ценный груз — золото и серебро в слитках, а также монеты на сумму 365 тысяч песо, что составляло приблизительно около 1600 кг золота.
Ограбив в мексиканской гавани Акапулько судно, перевозившее пряности и китайский шелк, Дрейк пересек на своем корабле Тихий океан и вышел к Марианским островам. Затем он взял курс на мыс Доброй Надежды и в конце сентября 1580 года бросил якорь в Плимуте, совершив второе после Магеллана кругосветное плавание.
Кругосветное плавание пирата Ее Величества стало одним из самых доходных путешествий в мире! Прибыль от него составила около 500 тысяч фунтов стерлингов (годовой доход английской казны в то время составлял 300 тысяч фунтов)! Королева лично посетила корабль Дрейка и прямо на палубе произвела его в рыцари. В то же время испанский король Филипп II потребовал наказания пирата Дрейка, а также возмещения ущерба и королевских извинений. Елизавета I ограничилась маловразумительным ответом, что испанский король не имеет морального права «воспрепятствовать посещению Индий англичанами, а посему последние могут совершать туда путешествия, подвергаясь риску, что их там схватят, но уж если они возвращаются без ущерба для себя, Его Величество не может просить Ее Величество их наказывать».
Френсис Дрейк скончался в конце января 1596 года в возрасте 56 лет, во время своего очередного похода в Вест-Индию. Он не оставил после себя прямых наследников, и его титул по закону перешел к племяннику, кстати, тоже Френсису Дрейку. После смерти знаменитый пират был положен в свинцовый гроб и, согласно его завещанию, отдан морю.
После полного триумфа Френсиса Дрейка в Англии появилось множество желающих идти по его стопам. Но не все последователи великого пирата располагали финансами, требующимися для того, чтобы снарядить морскую экспедицию. Один из желающих повторить подвиги Дрейка — богатый двадцатидвухлетний вельможа Томас Кавендиш — познакомился с пиратом, ходившим на одном корабле с Дрейком, и, выяснив у него все, что требовалось, приступил к подготовке экспедиции.
Продав свое имение, Кавендиш снарядил три небольших корабля (правда, на покупку третьего судна деньги были выделены компаньонами): «Желание», «Удовлетворение» и «Хью Галант». Для своих кораблей Кавендиш набрал опытный экипаж и еще до отплытия заключил соглашение с командой, в котором точно указывалась доля каждого в ожидаемых прибылях. И вот 21 июля 1586 года, менее чем через шесть лет после возвращения Дрейка, небольшая эскадра Кавендиша отправилась в путь.
В начале января 1587 года, войдя в Магелланов пролив, пираты увидели на берегу людей, взывающих о помощи. Кавендиш послал к берегу несколько пиратов на шлюпках, которые выяснили следующее: 22 мужчины и 2 женщины — это оставшиеся в живых поселенцы испанской колонии, основанной по приказу короля Филиппа. Два года назад испанцы построили у восточного входа в пролив укрепление, названное Nombre de Hesus, с гарнизоном в 150 солдат, а в 50 км, в самом узком месте пролива, был заложен город и форт под названием El Siudad del Rei Felippe, где по распоряжению короля остались 400 солдат и колонистов. Через два года, когда припасы подошли к концу, колонисты начали умирать от цинги и дизентерии, а также гибли в стычках с индейцами Огненной Земли, которые часто совершали набеги на крепость.
Отправив испанцев на свой корабль, Кавендиш и еще несколько пиратов исследовали бухту, где они не нашли даже пресной воды, назвав впоследствии ее Портом Голода.
В феврале 1587 года Кавендиш со своей эскадрой вышел в Тихий океан, где у берегов Чили пираты захватили два испанских судна. Забрав только самое ценное, Кавендиш сжег корабли вместе с остальным грузом.
Поделиться книгой: