Сладкий, пряный, огнестрельный

Участие в проекте совпало с ремонтом в ее квартире, и это было не слишком удобно. Мотаться по Москве, а потом возвращаться к себе было бы выгоднее. Зато бывший муж позволил ей пожить в его загородном доме, пока он с новой пассией укатил в Таиланд, и Элина ценила здешние просторы. Она устроилась в гостиной, налила себе бокал вина и, завернувшись в теплый халат после ванны, занималась любимыми процедурами.

Она как раз закончила обработку кожи и намазала пальцы защитным кремом, приготовившись наносить лак, когда в дверь позвонили. Это было очень некстати, но вызвало скорее раздражение, чем страх. Да, она никого не ждала, но в этом поселке люди свободно ходили друг к другу в гости — кто за продуктами, а кто просто поболтать.

К тому же звонивший сейчас стоял не у дома даже, а у калитки. У Элины была возможность посмотреть, кто это, через видеодомофон, и если бы человек ей не понравился, она могла не впускать его. Пока незваный гость пытался перебраться через забор, она бы успела двадцать раз вызвать полицию!

Так что она все-таки подошла к двери, шлепая босыми ногами по полу. К ее удивлению, маленький черно-белый экран домофона показал знакомое лицо.

— Здравствуйте, Анастасия! — удивленно произнесла в трубку Элина. — Какими судьбами?

— Нам нужно поговорить.

— Сейчас? Здесь?

Время было еще не позднее, но в октябре темнеет рано, и это ощущалось особенно остро после недавнего лета. Тем не менее Анастасия приехала сюда, за город, именно сейчас.

— Уж поверьте, я не просто так мимо проходила!

— Верю. Но все равно не понимаю, почему вы пришли ко мне!

— Меня, скажем так, поразила ваша настойчивость, — угрюмо отозвалась Анастасия. — Надеюсь, этот разговор все расставит на свои места.

Элина не была уверена, о какой настойчивости идет речь, ведь сегодня она Анастасии даже не звонила, но решила не выспрашивать о таком, чтобы не спугнуть бесценный источник информации.

— Я сейчас выйду!

— Знаете, я предпочла бы поговорить у вас дома. Это довольно важные сведения — в публичных местах такое не обсуждают.

— Вы меня заинтриговали, — призналась Элина.

— Это связано с семьей Цветиных, которая вас так интересует. Я могу доказать, что агентство «2 А» не имеет к этому никакого отношения!

Это не вписывалось в версию Элины, однако она не жаловалась. Та версия и не была проработанной до конца. А Анастасия могла дать ей окончательные ответы, позволяя победить даже быстрее, чем она ожидала!

Поэтому она нажала кнопку на домофоне, отпиравшую калитку, и приготовилась встречать гостью. Элина не сомневалась в том, что сегодня ее счастливый день.

* * *

Возвращаться сюда было странно — она не ожидала, что придется. Уже при первом шаге в подъезд сердце начало колотиться быстрее и мороз пошел по коже.

Дамир, конечно же, заметил:

— Ты уверена, что готова к этому?

Он старался отговорить ее долго, по сути, с того момента, как она высказала желание прийти сюда. Он указывал, что ради этого и согласился участвовать в проекте — ради ее безопасности! Но эти доводы, правильные и грамотные, на Алису сейчас не действовали.

Она не собиралась присоединяться к расследованию, однако этот этап ей хотелось пройти. даже не «хотелось», нужно было.

Эта квартира за столько лет стала символом всего, что в ее жизни пошло не так. Смерть матери, ссора с братом, потерянное прошлое. Алиса чувствовала, что ей необходимо окунуться в это, пройти до конца, а потом снова передать дело Дамиру.

Он понял ее, хотя и был не рад. Только поэтому он не стал запирать ее в спальне или увозить из города.

— Я ко всему готова! — заверила его Алиса.

— Хочется верить.

Естественно, ключей от замков, которые поставили на дверь Цветины, у них не было. Но это оказалось и не нужно: за время своего вынужденного отстранения от проекта Алиса сама научилась вскрывать замки любой сложности.

Источником знаний стал Север. На прошлом этапе Алиса получила возможность наблюдать, как он это делает, и осталась в таком восторге, что потребовала и ее отправить на «мастер-класс». Дамир ее энтузиазм не понял, досталось и ей, и Северу. Алиса, которая и раньше справлялась с замками, но теми, что попроще, смиренно вынесла критику, однако от своей идеи не отказалась. Должна же быть какая-то польза от ее «декретного отпуска»!

Ей никогда еще не доводилось использовать свои знания на практике, но в себе она не сомневалась. В конце концов, ловкостью рук она отличалась еще до участия в проекте! Этим и поразила когда-то Да-мира, когда они познакомились на первом этапе.

Дом, уже переживший трагедию, мирно спал. В позднее время не было ни звука голосов, ни музыки, и главным признаком цивилизации оставались тусклые лампочки, подсвечивавшие лестницу. Насколько удалось выяснить Дамиру, в разгромленной квартире сейчас никто не жил. Наследники Цветиных только забрали оттуда самые ценные вещи, но еще не разобрались, как делить внезапно свалившееся на них имущество. Алиса хотела навестить свой бывший дом последний раз, пока они не заказали генеральную уборку перед продажей.

Того, что она увидит в квартире, Алиса боялась гораздо больше, чем разоблачения. Даже если соседи их поймают, что будет? На домушников они не тянут — слишком очевидна ее беременность! В худшем случае в полицию заберут, а оттуда Тронов их вытащит. Но Алиса сомневалась, что даже до этого дойдет.

Дамир прикрывал ее, пока она возилась с замком. Много времени не потребовалось: руки у нее не тряслись, и все прошло даже лучше, чем на тренировках. Не слишком профессионально, и любой следователь заметил бы, что дверь вскрывали. Однако следователи тут уже побывали, так что ее маленькая диверсия никому не помешала бы.

Квартира встречала их темнотой, тишиной и пересушенным воздухом. Алиса с опаской ожидала, что на нее сразу нахлынет ностальгия, но обошлось: слишком сильно изменилось это место. Может, Леонид ничего и не ремонтировал, а вот Цветины обустраивали тут полноценное семейное гнездышко.

Правда, чувствовалось, что денег у них было в обрез. Обстановка квартиры была чистой, аккуратной и дешевой. Определить, что работы они проводили сами, тоже не составляло труда. Простенькие, криво поклеенные обои, пластиковая люстра, плинтус разных оттенков, купленный где-то со скидкой. Они не шиковали. Но они и не махнули на это рукой! Они планировали жить в этой квартире долго, меняли ее под себя!

Это не соответствовало рассказам их близких о том, что супруги вполне могли заказать смерть друг друга. Правда, знакомые оговаривались, что так было не всегда. Сначала Нина и Антон очень любили друг друга, и уже в этой квартире, заветной и желанной, все полетело в пропасть.

На секунду Алисе даже показалось, что это проклятие, заложенное ее разрушенной семьей, распространяется на других жильцов. Но она быстро отмахнулась от этой мысли: слишком сентиментально и мистично для нее, это больше в духе Вероники!

Насчет погрома официальные источники не соврали: по квартире словно ураган пронесся. И это было странно: само убийство, отсутствие улик и свидетелей — все это указывало на грамотного исполнителя. Но почему он потом начал вести себя как буйнопомешанный?

Алиса терялась в догадках, Дамир — нет, у него версия появилась почти сразу:

— Думаю, он искал что-то маленькое. И раз хозяева не смогли подсказать ему, где это, он обыскивал все подряд.

В этом был смысл. Убийца уничтожал имущество не от злости или ярости. Он просто детально осматривал свое окружение: доходило до того, что он распахивал толстые книги и разрывал декоративные подушки.

Может, он и нашел то, что искал. Никто не мог сказать наверняка. Но Алиса в этом сильно сомневалась. Если бы эта вещь хранилась в подушках и книгах, Цветины бы знали о ней.

Они бы сказали! Ни одна мать не будет смотреть, как мучают ее ребенка, и молчать! Получается, наемник зря потратил время.

Алиса направилась было на кухню, но тут же шарахнулась оттуда, увидев засохшие пятна крови. Уважение родственников к погибшим сводилось к тому, что они забрали тела. Сделать нечто большее они не удосужились.

— Алиса, мне все это не нравится.

— Нормально, — слабо улыбнулась она, прижимая руки к животу. — Дергаюсь только я, малыш вообще спит.

— Тебе не нужно видеть это.

— Я и не собираюсь смотреть. А что один раз увидела — от меня не убудет. Мы с тобой и не такое наблюдали!

Дамир лишь укоризненно покачал головой. Он не стал указывать разницу между тем, что было тогда, и нынешним положением Алисы.

Она же старалась не вспоминать прошлое, не сравнивать здешние интерьеры с тем, что было когда-то. С семейными завтраками, знакомыми голосами, с тем, как через эти окна пробивались лучи солнца и будили ее перед школой. Что было, то прошло, а это всего лишь квартира. Она не имеет никакой ценности без людей, которые жили здесь вместе с ней.

Комнаты и коридоры были заняты преимущественно вещами Цветиных, но было и исключение: возле антресолей под потолком. Похоже, вор нашел этот «тайник» и выбросил все, что там хранилось, на пол.

В просторном уголке Цветины собрали все более-менее ценные вещи, что достались им вместе с квартирой. Семья жила недостаточно богато, чтобы выбрасывать все подряд, но и пользоваться чужим они не спешили. Просто хранили это, ждали, когда пригодится. А оно не пригодилось.

Многое из того, что теперь валялось на полу, было Алисе незнакомо; оно ее и не интересовало. Ее внимание было приковано к чемодану, распахнутому посреди коридора.

Вещь была старая и точно не местная, из тех чемоданов, что делались с твердыми стенками, правильной прямоугольной формы. Причем состояние кожи на внешней стороне показывало, что это не новодел под старину. А внутри лежало то, что в принципе могло называться хламом — и было бесконечно важно для Алисы.

— Вот поэтому я и хотела прийти сюда, — прошептала она.

Цветины сохранили часть фотографий. Вряд ли из-за самих снимков, скорее, им понравились добротные дорогие рамы. Но пользоваться ими у Цветиных не хватило духу, и они убрали чужие вещи на антресоли — «на потом». Были тут сувениры, металлическая ваза, сломанный браслет, большая энциклопедия. То, что когда-то не имело для Алисы вообще никакого значения, внезапно обрело новый смысл.

Это были единственные уцелевшие осколки ее прошлого.

Дамир понял ее еще до того, как она успела что-то сказать.

— Мы заберем это, не бойся. Не думаю, что это кому-то пригодится, кроме тебя. Чемодан тебе тоже нужен?

— Зачем он мне? — удивилась Алиса. — Он не наш! Все вещи моей мамы, кроме него, но, видно, их уже Цветины сюда кинули, чтобы хранить удобнее было.

— Ты уверена?

— Я бы такую горгулью запомнила, не сомневайся!

— Может, твоя мама купила его после того, как ты уехала из дома? — предположил Дамир.

— Смеешься? Если бы она хотела купить чемодан, она бы купила нормальный. А такую фигню еще поискать надо! Это точно не наше, говорю тебе!

Варианта оставалось всего два: либо чемодан принадлежал Цветиным, либо Леониду. Но все они были молодыми людьми, этот чемодан старше их! Леонид въехал квартиру с минимумом вещей, зачем ему тащить с собой такой хлам? Да и Цветины, судя по валяющимся на полу мелочам, убирали на антресоли только чужое. Странно это. А в такой ситуации любая странность заслуживает внимания. Особенно притом, что убийца тоже не оставил чемодан без внимания: часть вещей из него выкинул, остальное — перекопал. Казалось, что в этом чемодане он искал что-то даже внимательнее, чем в валяющейся рядом сумке побольше.

Алиса поспешно переложила вещи матери в рюкзак и сумку, которые принесла с собой. Теперь перед ней лежал пустой чемодан, однако отстраняться от него она не спешила. Она провела рукой по шершавой поверхности, проверила все боковые отделения, которых было немного.

— Я не хочу показаться пессимистом, но конкретно этот стакан наполовину пуст, — констатировал Дамир. — Если убийца ничего там не нашел, то и ты не найдешь!

— Не обязательно.

— Почему это?

— Потому что убийца искал что-то конкретное, а я — что-нибудь, — пояснила Алиса. — Понять бы, откуда здесь вообще этот чемодан!

Несмотря на собственные слова, она не надеялась что-то найти, однако чемодан удивил ее. В самом маленьком кармане, предназначавшемся, вероятнее всего, для хранения билетов, обнаружился сложенный вдвое листок бумаги. Сначала это поразило Алису: неужели убийца что-то пропустил? Но она быстро сообразила, что если предмет, разыскиваемый убийцей, был больше, чем этот карман, он бы сюда не полез.

Да и им листок не давал никаких ответов. На пожелтевшей от времени бумаге обнаружился странный набор слов.

— «Номер один, Катарина.» Тут мамин адрес! — поразилась Алиса. — Адрес этой квартиры!

— И ничего больше?

— Вообще ничего! Только номер, имя и адрес! Дальше уже второй пункт!

— А что вторым пунктом?

— «Номер два, Палома», — прочитала девушка. — «Прекрасное решение. Возможен портрет. Номер три, Мария. Илона Гринник» — и знак вопроса. Да-мир, это все!

— Серьезно?

— На, проверь на аутентичность! — Алиса протянула ему записку. — Хрень какая-то. Но похоже, что это писал не в меру богатый врач Леонид, больше некому. Значит, и чемодан его.

— Похоже. Это может указывать на то, где он брал деньги!

— Да? Ну круто тебе, потому что мне это вообще ни на что не указывает! Никакая Катарина здесь не жила, Мария в истории не фигурирует, а Палома — это вообще имя?

— Не думаю, что мы разгадаем это вот так сразу, — признал Дамир. — Если вообще разгадаем! Но попробовать стоит. Для начала нужно собрать побольше материалов на этого Леонида, чем я и займусь, а ты снова отстранишься от расследования, как и обещала. Ты все взяла? Уже почти четыре утра, пора уходить!

— Еще нет, — покачала головой Алиса. — Мне нужно было прийти сюда лично не только за этим. Есть одна вещь, которую ты без меня не найдешь. Да и я не факт, что найду.

Чувствовалось, что Дамир не рад очередной задержке, но возражать он не стал. Они вместе прошли в гостиную.

Здесь крови тоже хватало, но темнота несколько сглаживала эффект. Алиса замерла, оглядевшись по сторонам, потом велела своему спутнику:

— Забейся в угол!

— Чего? — опешил Дамир.

— Ну, представь, что ты сильно напуган и тебе хочется просто забиться в угол. Какой бы ты выбрал?

— Ты пытаешься воссоздать поведение матери, — догадался он. — Но эксперимент некорректный. Цветины поменяли расположение мебели.

— Я знаю. Андрей говорил, что мама забивалась в угол и указывала на стену напротив. При таком раскладе подходит только этот угол. И вот эта стена.

Алиса подошла к стене возле главной двери, провела рукой по абсолютно гладкой поверхности, скрытой за светлыми обоями.

— Как странно. — нахмурилась она.

— Что именно?

— Все! Стена слишком ровная. Таких ровных стен в этой квартире отродясь не было! К тому же здесь должна быть ниша, а ее нет!

— Какая еще ниша?

— Когда мы купили эту квартиру, обнаружилось, что предыдущие жильцы обустроили в этой стене небольшой скрытый шкафчик, — пояснила она. — С сейфами тогда было туго, и ценности прятали как могли. Мама этот шкафчик убирать не стала, использовала сама. Мы его закрывали такими большими настенными часами. С чего бы Цветиным демонтировать его? Они даже пыльный чемодан не выкинули!

— Чемодан они не выкинули, потому что он был удобен для хранения. Но ты права, не в их стиле избавляться от чего-то, что они могут использовать. Может, Леонид?

— А зачем ему? Он ремонт не проводил, а шкафчик застроил? Нет, что-то тут нечисто. Ты можешь пробить стену?

На первый взгляд вопрос казался совершенно неадекватным. Однако как только Дамир постучал по стене, стало ясно, что за обоями скрывается не кирпич.