Как не попасть на крючок

Был майор бледным и слабым, но его хотя бы не шатало из стороны в сторону.

— Нормально. Ехать нам надо, доктор. Ну, честное слово. С девушкой на юг! — постучал следователь себя по груди.

Врач только головой покачал:

— Гробите вы себя, батенька. Хотя рядом с такой женщиной грех и не угробиться!

— Вот именно! Вы всё понимаете, — улыбнулся Виталий Николаевич.

Врач перевел взгляд на Яну.

— Тогда я с вами поговорю. По возможности ему нужен покой, в холодное море не заходить — сосуды сузятся, а крови мало, и может сознание потерять… На солнце тоже долго не находиться.

— Я так понимаю, нам лучше на юг и не ехать? — грустно усмехнулась Яна. — На солнце нельзя, купаться нельзя. Смысл в таком отдыхе?

— Это не обсуждается. Яна должна отдохнуть, да и Ася ждет. Что она там одна? — не согласился Виталий Николаевич.

— Тогда ешьте больше фруктов, гемоглобин купите в аптеке, красное вино можно, красную икру тоже. Такая вот дорогая диета, — продолжил врач, снова обращаясь к Яне, словно к виновнице того, что мужчина рвется на юг, рискуя своим здоровьем.

— Это мы осилим, — кивнула Яна. — Любую диету.

— Ну тогда… с Богом! — вздохнул врач и снова сфокусировался на Яне. — Нехороший у вас фингал, очень нехороший…

— Может, тоже какая диета? — решила пошутить Яна.

— Побольше мучного, сладкого и калорийного. Нельзя быть такой худой, — совершенно серьезно ответил врач.

— Она всегда такая, — заметил Виталий Николаевич.

— Энергии, наверное, много тратите? — уточнил врач.

— Это да! Энергия просто бьет ключом! — согласился следователь.

— Следите за своей женщиной! Удачи вам и никаких маньяков на пути.

— Тьфу-тьфу-тьфу, — согласился с медиком Виталий Николаевич.

Они покинули здание больницы и оказались в сквере. На улице было пасмурно, но тепло. Сгущались на небе тучки, и порывами налетал ветерок.

— Ну что? Самое время звонить знакомому Аси? — спросила Яна и набрала телефон, который ей скинула подруга.

— Алло? Артур Константинович? Здравствуйте. Я вам звоню от Аси Юрьевны Кудиновой. Да-да. Это именно мы — отставшие от поезда. Из-за этого несчастного случая… Да? Конечно! Спасибо большое! Конечно, передам Асе большой привет!

— Фу! — отключила связь Яна и посмотрела на жениха. — Все путем! Сейчас мы вернемся на ту же станцию, где сошли, и ровно в шестнадцать тридцать сядем в проходящий поезд номер триста семьдесят восемь. У нас бронь в седьмом вагоне.

— Класс! А почему у Аси Юрьевны Кудиновой нет знакомых, работающих в сфере воздушного транспорта? Нас приняли бы на борт и скинули на парашютах в нужном нам месте, — с ехидцей в голосе спросил Виталий Николаевич.

— Не язви! Нам второй раз в период дефицита билетов дают возможность без проблем доехать до места! Артур Константинович молодец! Асе респект! Хорошее знакомство!

Они поймали частника и поехали на станцию. До поезда оставался еще час.

— Не хочешь ход-дог или чебурек? — предложил Виталий Николаевич.

— Рисковый ты парень — есть в придорожных заведениях, — покосилась на него Яна.

— Профессия обязывает. Я вообще-то ничего не боялся в этой жизни, пока тебя не встретил. А после того, как ты мне стала звонить — всегда внезапно, независимо от времени суток, я научился испытывать новые для меня чувства — беспокойство и ужас.

— Серьезно? — улыбнулась Яна.

— А ты как думаешь? Конечно, серьезно! Ты же по хорошему поводу мне и не звонила никогда. То одна проблема, то другая! Приезжай, вытаскивай тебя то из одной передряги, то из другой. Вот и стал нервнобольным, — пожаловался следователь.

— Какая красивая женщина! Вай-вай-вай! Заходите к нам, вкусно покушаем! — раздался голос слева.

Яна повернулась и увидела двух мужчин кавказской национальности, сидящих за столиком под навесом летнего кафе. На лицах обоих играли улыбки, и смотрели они на Яну весьма оценивающе.

Виталий Николаевич мгновенно побагровел, а Яна напряглась: «Принесло их чертями…»

— Заходи, красавица! Угощаем! Я владелец этого кафе! — взмахнул рукой один из кавказцев.

— А ничего, что к красавице еще и красавец прилагается? — нахмурился майор. — Я ее муж!

Мужчины вскочили со своих мест и окружили Виталия Николаевича.

— Да ты не обижайся, брат! Просто такая красивая женщина, словно солнце взошло и глаза светом застило! Молодец! Конечно, заходите все! Гостям рады! У нас кавказская кухня! Можем и из европейской что приготовить! Желание гостя — закон!

Яну и Лебедева усадили за стол, начали наперебой предлагать блюда из меню и даже поинтересовались у Виталия Николаевича:

— Что ты такой бледный, брат?

— Принесите ему красного вина, мясо с кровью под гранатовым соусом и сочные томаты с луком, — вспомнила о «красной» диете Яна.

— Так у тебя малокровие, что ли? — вдруг догадался хозяин кафе. — Я тебе сейчас лично такие блюда приготовлю — гемоглобин зашкаливать будет!

— Зашкаливать не надо, нам бы норму, — ответила Яна. — И у нас поезд через час.

— Всё успеем! Упакую с собой, если что! Всё свежее, всё сочное!

Яна решила посетить туалетную комнату.

— У меня тут маленькое кафе, открытое. К сожалению, красавица, туалета нет. Но если пройдешь от кафе пятьдесят метров вдоль платформы, там стоят биотуалеты. Для посетителей моего кафе посещение бесплатно. Скажешь, что от Алика.

— Тебя проводить? — спросил Виталий Николаевич.

— Еще чего! Я не маленькая, не заблужусь. Я мигом! — ответила Яна и ускользнула в указанном направлении, не взяв даже сумку.

Хозяин принес графин красного вина и фужеры.

— Попробуй, пока твоя дама отсутствует. Оцени качество! Домашнее вино из Армении! Пальчики оближешь! Если понравится, я с собой могу в пластиковую тару налить сколько захочешь! В поезде дорога длинная, разговоры разговаривать будете, да еще с такой женщиной красивой! Что еще лучше. Дама выпьет вино и любовь тебе подарит!

Алик говорил это с таким воодушевлением, что Виталий Николаевич даже залился краской стыда, словно представил столь долгожданную картину. Он попробовал вина, оно было достаточно терпким, тягучим, с яркими нотами смородины и вишни. Такое вино — сладкое и приятное — понравилось бы большинству женщин, но не Яне Цветковой. Виталий Николаевич знал вкусы своей подруги — она любила сухое вино и шампанское брют. Такое вино она пить не будет. А вот майор выпил с удовольствием.

— Хорошее вино, — заметил он.

— Я же говорю, друг! У нас все хорошее! А сейчас мясо какое принесу! Пальчики оближешь!

Дальше время для Виталия Николаевича потянулось утомительно долго. Принесли минералку, лаваш, сочные помидоры, посыпанные зеленью и луком, принесли комплимент от шеф-повара — какую-то домашнюю бормотуху. Видимо, хозяин понял, что попал на благодатную почву. И наконец подали сочные куски мяса, политые гранатовым соусом. Виталий Николаевич посмотрел на часы.

— Скоро поезд… А туалет далеко? — спросил он у Алика.

— Я вот тоже думаю, где же ваша красавица? Какой там далеко! Минута туда, минута обратно. Уже давно здесь должна быть! Может, ей нехорошо? Тошнит-машнит, в туалете сидит…

— Я сбегаю, посмотрю? — заволновался Виталий Николаевич, подхватывая вещи свои и Цветковой.

— Так зачем бегать? Позвони! Я тут наготовил, налил… Ты еще и не расплатился!

— Ты о своем! — психанул майор и выложил пять тысяч. — Этого хватит?

— Более чем. Эй, ты куда?! Давай с собой заверну. Не поел почти ничего!.. — закричал Алик вслед убегающему Виталию Николаевичу.

На всякий случай следователь набрал номер Яны и услышал мелодию, доносящуюся из сумки Цветковой. Он обогнул кафе, пробежал вдоль платформы и уткнулся в два установленных биотуалета. Рядом сидела пожилая тетка и, несмотря на специфический запах, щелкала семечки. На шее у нее, словно ожерелье, висела туалетная бумага.

Виталий Николаевич метнулся к тетке.

— Тридцать рублей, — остудила она его пыл.

— Здесь была женщина? — запыхавшись от слабости, спросил он.

— Вы пьяный, что ли? — прищурилась тетка. — Это общественный туалет! Здесь миллион женщин было!

— Нет, совсем недавно, — и Виталий протянул ей пятьсот рублей.

— А мельче не будет? — спросила тетка.

— Сдачи не надо, это вам за беспокойство. Она такая высокая, с длинными светлыми волосами. Очень яркая, вы бы ее заметили, — сказал следователь и крикнул: — Яна! Ты там?!

— Тише ты, не кричи! — испугалась тетка. — Там мужик какой-то, а вторая кабинка свободна! — ответила она, не сводя глаз с купюры в пятьсот рублей, словно решала, что делать с таким внезапно свалившимся на голову богатством. — А такую, как ты описал, вовек не видела, не то чтобы недавно.

— Правда?! — с отчаянием в голосе спросил Виталий Николаевич.

— А смысл мне врать? — вопросом на вопрос ответила тетка.

Лебедев в это время успел найти фотографию Яны у себя в телефоне.

— Вот она! Посмотрите внимательно. Минут сорок назад из летнего кафе, тут вот за углом, пошла в туалет.

Тетка всмотрелась в фотографию.

— Красивая… Нет, такую точно не видела. Так ты в кафе у Алика сидишь? Так это… иди в туалет бесплатно. У меня с ним договоренность.

— Спасибо, — убитым голосом ответил Виталий Николаевич, у которого из-за малокровия в глазах постоянно мелькали черные мушки. В данной ситуации ему казалось, что это навозные мухи.

— Да ты, милок, так уж не расстраивайся… На тебе прямо лица нет. Девушки так часто мужиков разводят на деньги. И у Алика такое бывает. Мужики девушек снимут, напоят, накормят, а когда надо бы ехать в отель, девушки просятся в туалет и сбегают на платформу. А что? Поезда и электрички друг за другом идут. А из кафе ничего не видно. Но твоя ко мне не заходила. Значит, не любит, отпусти ее, — продолжала успокаивать его тетка. Больше всего она боялась, что майор заберет внезапно свалившиеся на нее пятьсот рублей из-за того, что она не дала ему никакой информации.

Но Виталий Николаевич даже и не вспоминал про деньги.

— Хорошо, спасибо…

Медленными шагами он побрел назад, в кафе Алика, вспоминая, как Яна вздрогнула, когда он дотронулся до ее руки, как отвернулась, когда он захотел ее поцеловать, и как ночью в больнице беззвучно плакала в подушку, думая, что он не слышит. А с ним даже поговорить не захотела.

Виталий Николаевич сел за стол. Алик уже спешил к нему, хотя за это время в кафе появились еще посетители. За соседним столиком двое мужиков пили пиво, ожидая заказ.

— Ну что?! Да ладно! Сбежала? Ты видел ее?

— Нет… — покачал головой следователь. — Она в туалет не заходила.

— Вот ведь! — всплеснул руками Алик. — Ты выпей! Пей-пей! Легче будет! Ну надо же какое расстройство! Конечно, такая красотка! Сейчас мясо подогрею…

— Не надо… Аппетит пропал, — ответил Виталий Николаевич.

— А вот этого не надо! От Алика никто голодный не уходил, ни живой, ни мертвый! Сейчас разогрею, покушаешь, выпьешь! Забудь ее…

— Не получится забыть, — вздохнул Лебедев.

— Ой, сколько я такого слушал! — махнул рукой Алик. — От баб одно расстройство! Но все пройдет! А от таких красивых стерв только и жди подвоха! Хочешь, я тебе компанию составлю? — предложил хозяин.

— А кто готовить будет? — спросил Виталий.

— Ну, обижаешь… Я там не один, у меня помощник есть. Да и что готовить? Ребята, — кивнул он в сторону мужиков, — креветок заказали, так уж варятся, а пива им и без меня нальют. Так составить компанию? — участливо спросил Алик.

— Валяй…

— Вот и хорошо! Сейчас посидим, поговорим, выпьем! Давай еще шашлык-машлык, а? Баранина сахарная просто!

— Давай. — Виталий Николаевич находился в таком подавленном состоянии, что сейчас согласился бы на все.

— И забудешь ты свою стерву! — продолжал убеждать его Алик.

— Она не стерва, — глухо ответил Виталий Николаевич. — Просто она любит другого…

— Так пусть идет к нему! Чего она тебе мозги пудрит? — не согласился темпераментный хозяин.

— Ты не понимаешь, ты ничего не понимаешь… — И майор уронил лицо в ладони.

Глава 6

Яна сама удивлялась — почему она всё время ходит на каблуках высотой с небоскреб в Нью-Йорке? И это при ее-то образе жизни…

«Старая я уже, — вынесла она приговор, ковыляя в поисках туалета. — Пора переходить на удобные тапочки. Буду так — шарк-шарк… А потом еще и палочка добавится… Эх, прошла бесшабашная жизнь… Красивая и яркая сейчас, я стану сухонькой старушкой со скверным характером. А все потому, что нет любимого человека рядом. Тьфу! О чем я вообще думаю? Что за мысли?»