Завещание (сборник)

Эта Ассамблея является нашим демократическим форумом, и Совет Безопасности должен быть ей подотчетен; мы не должны мириться с нынешней ситуацией. Именно государства – члены Организации Объединенных Наций должны быть законодателями, а их резолюции – иметь обязательную силу. Считается, что Генеральная Ассамблея должна следовать рекомендациям Совета Безопасности. Напротив, Совет Безопасности должен действовать в соответствии с решениями Генеральной Ассамблеи. Именно Организация Объединенных Наций, Ассамблея, включает в себя 192 страны мира, в то время как в Совет Безопасности входят всего 15 государств-членов.

Как можно быть довольным ситуацией, касающейся глобального мира и безопасности, когда лишь пять стран осуществляют контроль над всем миром? Нас 192 нации и страны, и мы напоминаем «угол ораторов» в лондонском Гайд-парке. Мы только говорим, но никто не выполняет наши решения. Мы являемся лишь украшением, не имеющим никакого реального смысла. Мы – это «угол оратора», не больше и не меньше. Мы только выступаем с заявлениями, а потом исчезаем. В данный момент вы именно этим и являетесь.

Если Совет Безопасности станет лишь исполнительным органом, задачей которого является выполнение принимаемых Генеральной Ассамблеей резолюций, то не будет никакой конкуренции между государствами-членами. Если Совет Безопасности станет инструментом выполнения резолюций Генеральной Ассамблеи, то отпадет необходимость в какой-либо конкуренции. Совет Безопасности должен просто представлять все нации. В соответствии с предложением, представленным на рассмотрение Генеральной Ассамблеи, следует предоставить постоянные места в Совете Безопасности всем союзам и группам стран.

27 стран Европейского союза должны иметь одно постоянное место в Совете Безопасности. Страны Африканского Союза должны иметь постоянное место в Совете Безопасности. Страны Латинской Америки и АСЕАН должны иметь постоянные места. Российская Федерация и Соединенные Штаты Америки уже являются постоянными членами Совета Безопасности. Сообщество по вопросам развития стран юга Африки (САДК), когда оно окончательно сформируется, также должно иметь постоянное место. 22 страны Лиги арабских государств должны обладать постоянным местом. Пятьдесят семь стран Организации Исламская конференция должны получить постоянное место.

Сто восемнадцать стран Движения неприсоединения также должны иметь постоянное место в Совете.

Тогда у нас будет Группа ста; возможно, малые страны должны также иметь постоянное место. Странам, которые не входят в состав упомянутых мною выше союзов, следует, вероятно, предоставить в Совете Безопасности постоянное место, которое они будут занимать по принципу ротации каждые 12 или 6 месяцев. Я думаю также о таких странах, как Япония и Австралия, которые не относятся к таким организациям, как АСЕАН, или таких, как Российская Федерация, которая не является членом Европейского или Латиноамериканского или Африканского Союзов. Генеральная Ассамблея должна принять решение о таких странах, вынеся этот вопрос на голосование.

Это – жизненно важный вопрос. Как уже отмечалось, Генеральная Ассамблея – это конгресс и парламент мира, это – руководитель мира. Мы являемся нациями, и никто за пределами этой Генеральной Ассамблеи не будет признан. Председатель Ассамблеи г-н Али Абдель Салам ат-Трейки и Генеральный секретарь Пан Ги Мун подготовят юридический проект и учредят необходимые комитеты для вынесения этого предложения на голосование: тогда Совет Безопасности будет состоять из союзов наций.

Тем самым мы обеспечим справедливость и демократию, и тогда у нас не будет Совета Безопасности, состоящего из стран, выбранных туда в силу наличия у них ядерного оружия, развитой экономики или передовых технологий. Это – терроризм. Мы не можем допустить, чтобы Советом Безопасности руководили сверхдержавы; это уже само по себе является терроризмом.

Если мы хотим, чтобы мир был един и жил в условиях мира и безопасности, именно это мы и должны сделать. Если мы хотим жить в условиях войны, то это вам решать. В мире будут продолжаться конфликты и будет литься кровь до наступления Судного дня или конца света. Все члены Совета Безопасности должны обладать правом вето или же мы должны ликвидировать всю концепцию вето при новом составе Совете. Это будет реальный Совет Безопасности. Согласно этим новым предложениям, представленным Генеральной Ассамблее, он станет исполнительным советом, подотчетным Генеральной Ассамблее, которая будет обладать реальной властью и разрабатывать все правила.

Таким образом, все страны будут равноправными в Совете Безопасности такими же, какими они являются в Генеральной Ассамблее. В Генеральной Ассамблее мы все равны при проведении голосования. Точно так же должно быть и в Совете Безопасности. Одна страна обладает правом вето, другая страна его не имеет; одна страна имеет постоянное место, другая страна такого места не имеет. Мы не должны мириться с этим и не должны соглашаться с резолюциями, принимаемыми Советом Безопасности в его нынешнем составе. Мы жили под опекой; мы находились в условиях колонизации; но сейчас мы независимы. Мы находимся здесь сегодня, чтобы определять будущее мира демократическим путем, так, чтобы обеспечить мир и безопасность всех стран – больших и малых, – которые являются равноправными. А иначе, это – терроризм, поскольку терроризм – это не только «Аль-Каида», он может также принимать и другие формы.

Мы должны руководствоваться большинством голосов только Генеральной Ассамблеи. Если Генеральная Ассамблея принимает решение в ходе голосования, то в этом случае необходимо подчиняться ее постановлениям и обеспечивать выполнение ее решений. Никого нет выше Генеральной Ассамблеи; тот, кто заявляет, что он выше Ассамблеи, должен уйти из Организации Объединенных Наций и действовать в одиночку. Демократия не существует для богатых или для самых сильных или для тех, кто занимается террористической деятельностью. Все страны мира должны быть равными и рассматриваться как таковые.

В настоящее время Совет Безопасности представляет собой феодализм в области безопасности, политический феодализм для тех, кто имеет постоянные места, он отстаивается и используется ими против нас. Этот Совет должен называться не Советом Безопасности, а Советом террора. В нашей политической жизни, если им необходимо использовать Совет Безопасности против нас, то они обращаются к нему. Если у них нет необходимости использовать Совет Безопасности против нас, то они не обращают на него никакого внимания. Если они преследуют собственные узкие интересы или реализуют корыстные замыслы, то они соблюдают и прославляют Устав Организации Объединенных Наций; они прибегают к главе VII Устава и используют ее против бедных стран. Но если они хотят нарушить Устав, они игнорируют его, как будто он вообще не существует.

Если право вето, которым обладают постоянные члены Совета Безопасности, предоставляется тем, кто имеет власть, то это – несправедливость и это – терроризм, с которыми мы не должны мириться. Мы не должны жить в тени такой несправедливости и террора.

Сверхдержавы имеют трудно поддающиеся пониманию глобальные интересы и используют право вето для защиты этих интересов. Например, в Совете Безопасности они используют авторитет Организации Объединенных Наций для отстаивания своих интересов и для того, чтобы терроризировать и запугивать «третий мир», вынуждая его жить в постоянном страхе.

С начала своего создания в 1945 году Совет Безопасности был не в состоянии обеспечить безопасность. Вместо этого он обеспечивал террор и санкции. Он используется исключительно против нас; поэтому после нынешнего выступления по случаю 40-й годовщины мы больше не будем считать себя обязанными выполнять резолюции Совета Безопасности.

За это время произошло 65 войн – как между малыми странами, так и агрессивных войн, развязанных против нас сверхдержавами. Совет Безопасности, в явное нарушение Устава Организации Объединенных Наций, не принимал никаких мер к тому, чтобы прекратить эти войны или акты агрессии против малых стран и народов.

Генеральная Ассамблея собирается голосовать по целому ряду исторических предложений. Либо мы будем действовать заодно, либо в наших рядах произойдет раскол. Если бы у каждой страны была собственная версия Генеральной Ассамблеи, Совета Безопасности и других различных инструментов и каждая из них пользовалась бы равными правами, тогда тем державам, которые в настоящее время занимают постоянные места, пришлось бы задействовать свои собственные суверенные органы – будь то три или четыре из них, и использовать свои права против себя самих. Нас это нисколько не волнует.

Если они хотят сохранить за собой свои постоянные места, то мы ничего не имеет против: постоянные места нас больше не волнуют. Мы никогда не подчинимся их контролю или применению ими права вето, которым они наделены. Мы не настолько глупы, чтобы предоставлять сверхдержавам право вето для того, чтобы те обращались с нами как со второсортными гражданами или странам-изгоями. Не мы решали, что эти страны являются сверхдержавами и уважаемыми нациями, уполномоченными действовать от имени 192 стран.

Вы должны полностью понять, почему мы игнорируем резолюции Совета Безопасности – потому что эти резолюции используются исключительно против нас, а не против тех сверхдержав, которые имеют постоянные места и право вето. Эти державы никогда не используют резолюции против самих себя.

А вот против нас эти резолюции используются. Такое их использование превратило Организацию Объединенных Наций в карикатуру на саму себя и не раз приводило к войнам и нарушениям суверенитета независимых государств. Оно приводило к военным преступлениям и геноциду. Все это делалось в нарушение Устава Организации Объединенных Наций.

Поскольку ни одна из стран не обращает внимания на Совет Безопасности Организации Объединенных Наций, в каждой стране и обществе сформированы собственные советы безопасности, и нынешний Совет Безопасности оказался в изоляции.

В Африканском Союзе уже создан собственный Совет мира и безопасности, в Европейском союзе есть свой совет безопасности и в азиатских странах имеются собственные советы безопасности. Вскоре и у Латинской Америки появится свой совет безопасности так же, как и у 120 неприсоединившихся стран.

Это означает, что мы уже утратили доверие к Совету Безопасности Организации Объединенных Наций, который не обеспечивает нам никакой безопасности, поэтому мы теперь и создаем новые, региональные советы безопасности.

Мы не обязаны подчиняться указаниям или резолюциям Совета Безопасности Организации Объединенных Наций в его нынешнем виде потому, что он недемократический, диктаторский и несправедливый. Никто не может заставить нас присоединиться к Совету Безопасности, подчиняться ему или выполнять его резолюции или распоряжения, отдаваемые Советом Безопасности в его нынешнем составе.

Кроме того, отсутствует уважение и к Организации Объединенных Наций, и к Генеральной Ассамблее, которая фактически и является Организацией Объединенных Наций, но ее резолюции не имеют обязательной силы. Решения Международного Суда – международного судебного органа – касаются только малых стран или государств «третьего мира». Могущественные же страны остаются вне поля зрения Суда. Когда же судебные решения против могущественных стран все же выносятся, они не выполняются.

Важным учреждением в системе Организации Объединенных Наций является Международное агентство по атомной энергии (МАГАТЭ). Могущественные страны, однако, ему не подотчетны и не подпадают под его юрисдикцию. Мы обнаружили, что МАГАТЭ используется только против нас. Нам говорят, это международная организация, но, если это действительно так, тогда ее юрисдикция должна распространяться на все страны. Если же она не международная, тогда сразу после этого выступления мы должны отказаться от ее признания и распустить ее.

Г-ну ат-Трейки в его качестве Председателя Генеральной Ассамблеи следует связаться с Генеральным директором МАГАТЭ г-ном аль Барадеи и задать ему вопрос, готов ли он проверить, как обеспечивается хранение ядерных материалов во всех странах на предмет обнаружения любого подозрительного увеличения их количества. Если он ответит на этот вопрос положительно, тогда мы призна́ем юрисдикцию Агентства. Но, если он скажет, что не может посетить некоторые страны, где имеются ядерные энергетические установки, и что не имеет над ними никакой юрисдикции, тогда мы должны будем закрыть это агентство и отказаться подчиняться его юрисдикции.

К вашему сведению, я звонил г-ну аль Барадеи, когда у нас возникла проблема с ливийской ядерной бомбой. Я позвонил г-ну аль Барадеи и спросил его, подлежат ли заключенные сверхдержавами соглашения о сокращении ядерных материалов контролю и проверке со стороны Агентства и известно ли ему о какой-либо активизации их ядерной деятельности. Он сказал мне, что не в состоянии запросить сверхдержавы о проведении проверки.

Так что же получается, что Агентство инспектирует только нас? Если это так, тогда оно не может считаться международной организацией, поскольку действует избирательно так же, как и Совет Безопасности и Международный Суд. Это несправедливо и противоречит духу Организации Объединенных Наций. Такая ситуация нас совершенно не устраивает.

Что касается Африки, г-н Председатель, то вне зависимости от того, будет ли реформирована Организация Объединенных Наций или нет, и даже до того, как состоится голосование по любым предложениям исторического характера, Африке должно быть предоставлено постоянное место в Совете Безопасности уже сейчас, не продлевая и без того затянувшиеся ожидания.

Оставив в стороне реформу Организации Объединенных Наций, мы можем с уверенностью заявить, что Африка была колонизирована, изолирована и подвергалась гонениям, а ее права узурпировались. С ее порабощенным населением обращались, как с животными, а ее территория была колонизирована и передана под опеку. Страны Африканского союза заслуживают постоянного места. Это долг за прошлое, который должен быть оплачен и который не имеет никакого отношения к реформе Организации Объединенных Наций. Речь идет о приоритетном вопросе, занимающем центральное место в повестке дня Генеральной Ассамблеи. Никто не может утверждать, что Африканский Союз не заслуживает постоянного места.

Кто может оспорить это предложение? Я бросаю вызов любому, то сможет выдвинуть контраргументы. Где доказательства того, что Африканский Союз или Африканский континент не заслуживают постоянного места? Вряд ли найдется кто-то, кто мог бы опровергнуть эти доводы.

Другим вопросом, который должен быть вынесен на голосование Генеральной Ассамблеи, является выплата тем странам, которые были колонизированы, компенсации, чтобы не допустить в будущем колонизации целого континента, попрания прав его жителей и разграбления его богатств.

Почему африканцы устремляются в Европу? Почему азиаты устремляются в Европу? Почему латиноамериканцы устремляются в Европу? Потому, что Европа колонизировала эти народы и хищнически эксплуатировала материальные и людские ресурсы Африки, Азии и Латинской Америки – нефть, полезные ископаемые, уран, золото и бриллианты, фрукты, овощи, скот и людей – и присваивала их. Сейчас новые поколения азиатов, латиноамериканцев и африканцев требуют возвратить украденные богатства, имея на это полное право.

На ливийской границе я недавно остановил тысячу африканских мигрантов, направлявшихся в Европу. Я спросил их, зачем они туда едут. Они мне ответили, что хотят возвратить себе украденное у них богатство, что в противном случае не вернутся назад. Кто может вернуть отобранное у нас богатство? Если вы решите вернуть все это богатство, то больше не будет иммигрантов из Филиппин, Латинской Америки, Маврикия и Индии. Верните нам украденное у нас богатство! Африка заслуживает, чтобы ей выплатили 777 трлн. долл. США в качестве компенсации от стран, которые имели в Африке свои колонии. Африканцы будут требовать эту сумму, и если вы ее не выплатите им, то они направятся туда, куда вы забрали эти триллионы долларов. Они имеют на это право. Они должны идти по следу этих денег и вернуть их.

Почему ливийцы не иммигрируют в Италию, несмотря на то, что Ливия расположена так близко от нее? Италия должна была выплатить компенсацию ливийскому народу. Она признала это и подписала с Ливией соглашение, которое было принято как итальянским, так и ливийским парламентами. Италия признала, что колонизации Ливии была неправомерной и не должна больше повториться, и пообещала больше не нападать на ливийский народ сухопутным, воздушным или морским путем. Италия также согласилась выплачивать Ливии компенсацию в размере 250 млн. долл. США в год в течение 20 лет и построить больницу для ливийцев, получивших увечья в результате подрыва на минах, установленных на ливийской территории во время Второй мировой войны. Италия принесла свои извинения и пообещала, что никогда вновь не оккупирует территорию другой страны. Италии – стране, которая была королевством во время фашистского режима и которая внесла огромный вклад в развитие цивилизации, – необходимо воздать должное за этот поступок, равно как и премьер-министру Берлускони и его предшественнику за их вклад в урегулирование этой проблемы.

Почему страны третьего мира требуют выплаты компенсации? Чтобы больше не было колониализма, чтобы крупные и влиятельные страны больше не превращали в свои колонии другие страны, помня о том, что им придется выплачивать компенсацию. Колонизация должна быть наказуемой. Страны, которые причинили ущерб другим народам в колониальную эпоху, должны выплачивать компенсацию за нанесенный ущерб и причиненные страдания под их колониальным господством.

Есть еще один вопрос, который я хотел бы осветить. Но перед тем, как затронуть этот в некоторой степени деликатный вопрос, я хотел бы сделать небольшое отступление. Мы, африканцы, рады и гордимся тем, что сын Африки сейчас избран президентом Соединенных Штатов Америки. Это историческое событие. Сегодня в стране, в которой чернокожие в свое время не могли находиться в обществе белых в кафе или ресторане или сидеть рядом с ними в автобусе, американцы избрали своим президентом молодого чернокожего мужчину кенийского происхождения г-на Обаму. Это замечательное событие, и мы очень этим гордимся. Оно ознаменовывает начало перемен. Тем не менее, что касается лично меня, то избрание Обамы – это временное решение проблемы на последующие четыре или восемь лет. Я боюсь, что потом все может вернуться на круги своя. Никто не знает, кто будет руководить Америкой после Обамы.

Мы были бы рады, если бы Обама мог остаться президентом Соединенных Штатов навсегда. Его выступление свидетельствует о том, что он совсем не такой, как предыдущие президенты Америки. Предыдущие президенты Америки угрожали нам всеми видами оружия, заявляя, что направят на нас «Бурю в пустыне», «Гроздья гнева», «Раскаты грома» и «отравленные розы» для ливийских детей. Таким был их подход. Президенты Америки угрожали нам такими операциями, как «Раскаты грома», проведенной во Вьетнаме; «Буря в пустыне», проведенной в Ираке; «Мушкетер», проведенной в Египте в 1956 году, несмотря на то, что Америка была против ее проведения; и «отравленными розами», предназначенными для ливийских детей Рейганом. Вы можете себе такое представить? Резонно было ожидать, что президенты большой страны, имеющей постоянное место в Совете Безопасности и право вето, защитят нас и восстановят мир. А что мы получили вместо этого? Управляемые бомбы с лазерной системой наведения, сброшенные на нас с бомбардировщика F-111. У них был такой подход: мы будем править миром – нравится вам это или нет – и накажем любого, кто выступит против нас.

Заявление, с которым сегодня выступил наш сын Обама, совершенно иного характера. Он обратился с призывом к ядерному разоружению, что мы приветствуем. Он также отметил, что Америка не сможет в одиночку решить проблемы, которые стоят перед нами, и что весь мир должен объединиться для этого. Он сказал, что мы не должны ограничиваться тем, чем занимаемся сейчас, т. е. выступать с докладами. Мы с этим согласны и приветствуем это. Он также сказал, что мы собираемся в Организации Объединенных Наций для того, чтобы обсудить друг с другом спорные вопросы. Действительно, когда мы здесь собираемся, наше общение друг с другом должно строиться на равной основе. Он также сказал, что демократия не должна навязываться извне. До недавнего момента президенты Америки говорили, что демократия должна быть навязана Ираку и другим странам. Он же сказал, что это внутреннее дело каждой страны. Он был прав, говоря, что демократия не может быть навязана извне.

Так что мы должны проявлять осторожность. Прежде чем сделать эти политически деликатные замечания, я замечу, что в мире в целом существует весьма много полярностей. Послушайте: а надо ли нам, чтобы в мире было так много полярностей? Не можем ли мы сделать так, чтобы государства были равными? Давайте ответим на этот вопрос. Есть ли у кого-нибудь ответ на вопрос о том, лучше ли иметь мир с таким большим количеством полярностей? Почему у нас не может быть равноправия? Следует ли нам иметь патриархов? Следует ли нам иметь пап? Следует ли нам иметь богов?

Зачем нам мир, в котором так много полярностей? Мы отвергаем такой мир и призываем к миру, в котором большой и малый равны.

Другим деликатным вопросом является вопрос о Центральных учреждениях Организации Объединенных Наций. Выслушайте меня, пожалуйста. Все вы, для того чтобы добраться до этого места, пересекли Атлантический океан, Тихий океан, Азиатский континент или Африканский континент. Зачем? Это Иерусалим? Это Ватикан? Это Мекка? Все вы устали, у вас нарушена биоритмика, вы пережили бессонные ночи. Вы очень устали, очень сильно, физически. Кто-то только сейчас прибыл, и полет продолжался почти 20 часов. А мы хотим, чтобы этот человек выступал и говорил об этом.

Все вы чувствуете сонливость, все вы устали. Ясно, что всем вам не хватает энергии, так как вы совершили долгое путешествие. Зачем мы это делаем? В некоторых из наших стран сейчас ночь, и люди спят. Сейчас вы должны спать, потому что ваши биологические часы, ваше биологическое сознание привыкло в это время отдыхать во сне. Я проснулся в 4 часа утра по нью-йоркскому времени, еще до наступления рассвета, потому что в это время в Ливии уже 11 часов утра. Когда я просыпаюсь в 11 часов, это, предположительно, день; в 4 часа я уже бодрствую.

Зачем? Подумайте об этом. Если так решили в 1945 году, должны ли мы по-прежнему этого придерживаться? Почему мы не можем подумать о месте, которое находится гдето посередине, которое было бы удобным?

Еще одним важным моментом является то, что Америка, страна пребывания, несет расходы и заботится о Центральных учреждениях и дипломатических представительствах, а также обеспечивает спокойствие и безопасность приехавших сюда глав государств. Они являются очень строгими; они расходуют много денег; Нью-Йорк и вся Америка живут в состоянии стресса.

Я хотел бы избавить Америку от этих трудностей. Мы должны поблагодарить Америку; мы говорим Америке: «Спасибо тебе за все заботы, которые ты на себя взяла». Мы говорим «спасибо» Америке. Мы хотим помочь Америке и Нью-Йорку обрести второе дыхание и успокоить их. На них не следует возлагать обязанность следить за безопасностью. Возможно, однажды какой-нибудь террорист сможет организовать взрыв или подложить бомбу какому-нибудь президенту. Это место находится под прицелом организации «Аль-Каида», и именно это самое здание. Почему по нему не ударили 11 сентября? Это было не в их силах. Следующей мишенью будет это место. Я не говорю это без всяких на то оснований. У нас в ливийских тюрьмах содержатся десятки членов «Аль-Каиды». Их признания очень пугают. И вследствие этого Америка живет в условиях стресса. Никто не знает, что произойдет. Возможно, Америка или это место вновь станут целью для ракет. Десятки глав государств могут погибнуть. Мы хотим освободить Америку от этих тревог. Мы перенесем это место туда, где против него ничего не будет нацелено.

По прошествии 50 лет Центральные учреждения Организации Объединенных Наций следует переносить в другие полушария. После 50 лет нахождения в Западном полушарии следующие 50 лет они должны находиться в Восточном полушарии или в среднем полушарии на основе ротации. Сейчас, 64 года спустя, уже миновало 14 лишних лет сверх 50, как Центральные учреждения должны были бы быть перенесены в другое место.

Это не оскорбление в адрес Америки; это услуга Америке. Мы должны поблагодарить Америку. Это было возможно в 1945 году, но мы не должны с этим соглашаться сейчас. Разумеется, этот вопрос следует поставить на голосование в Генеральной Ассамблее – только в Ассамблее, – так как в разделе 23 Соглашения о Центральных учреждениях говорится, что Центральные учреждения Организации Объединенных Наций могут быть перенесены в другое место только по решению Генеральной Ассамблеи. Если 51 процент членов Ассамблеи одобрят перенос Центральных учреждений в другое место, тогда их можно будет перенести.

Америка имеет право принимать суровые меры безопасности, потому что она является мишенью террористов и «Аль-Каиды». Америка имеет право принимать все меры безопасности; мы не виним Америку за это. Однако мы не терпим этих мер.

Мы не должны приезжать в Нью-Йорк и подчиняться всем этим мерам. Один президент сказал мне, что ему сказали, что его второй пилот не должен приезжать в Америку, так как существуют ограничения. Он спрашивает, как он может пересечь Атлантику без второго пилота. Почему? Он не должен приезжать сюда. Еще один президент пожаловался, что один из членов его почетного караула не мог приехать, потому что произошло недоразумение с написанием его имени, когда он пришел получать визу. Еще один президент сказал, что его собственный врач не мог получить визу и не мог приехать в Америку.

Меры безопасности являются очень суровыми. Если у страны есть какие-либо проблемы с Америкой, они установят ограничения на передвижение членов делегаций, как если бы мы находились в Гуантанамо. Это государство – член Организации Объединенных Наций или это заключенный в лагере Гуантанамо, которому нельзя разрешить свободное передвижение?

Именно этот вопрос и выносится на голосование Генеральной Ассамблеи – перенос Центральных учреждений. Если 51 процент голосующих согласны, то мы перейдем ко второму голосованию: в середину земного шара или в его восточную часть. Если мы скажем, что мы должны перенести Центральные учреждения в середину земного шара, почему бы нам не перенести их в Сирте или Вену? Можно приезжать даже без визы. Если вы приезжаете в качестве президента, Ливия – это безопасная страна. Мы не собираемся вас ограничивать на 100 или 500 метров. Ливия не предпринимает никаких враждебных действий против кого-либо. Я думаю, что то же самое справедливо и в отношении Вены.

Если голосование покажет, что мы должны перенести Центральные учреждения на Восток, тогда это должны быть Дели или Пекин, т. е. столица Китая или столица Индии.

Это логично, братья мои. Я не думаю, что против этого будут какие-либо возражения. Тогда вы меня будете благодарить за это предложение, за избавление от страданий и тревог в связи с перелетом сюда продолжительностью 14, 15 или 20 часов. Никто не может винить Америку или заявлять, что Америка уменьшит свои взносы в Организацию Объединенных Наций. Ни у кого не должно быть таких плохих мыслей. Америка, я уверен, привержена своим международным обязательствам. Америка не разгневается; она будет вас благодарить за освобождение от тягот, за то, что вы их взяли на себя.

А сейчас перейдем к вопросам, которые будут рассматриваться Генеральной Ассамблеей. Мы собираемся учинить суд над Организацией Объединенных Наций; вместо старой организации должна появиться новая. Нынешнее собрание необычное. Даже сын Обама сказал, что оно необычное. Нынешняя встреча историческая.

Почему после создания Организации Объединенных Наций происходили войны? Где был Совет Безопасности, где был Устав, где была сама Организация Объединенных Наций? Необходимо провести расследования, и должен состояться суд. Почему совершаются массовые убийства? Мы можем начать с Корейской войны, потому что она имела место после создания Организации Объединенных Наций. Что послужило ее причиной и причиной миллионов жертв? Существовала ли вероятность использования ядерного оружия в этой войне. Виновные в развязывании войны должны быть привлечены к ответственности и выплатить компенсацию за нанесенный ущерб.

Теперь перейдем к Суэцкой войне 1956 года. Этот вопрос требует всестороннего рассмотрения. Три государства – постоянных члена Совета Безопасности с правом вето в Совете напали на государство – член Генеральной Ассамблеи. Суверенное государство – Египет – было атаковано, его армия уничтожена, тысячи египтян убиты, многие египетские города и населенные пункты страны разрушены – все потому, что Египет хотел национализировать Суэцкий канал. Как такое могло произойти в эпоху Организации Объединенных Наций и ее Устава? Можно ли гарантировать, что подобное не повторится, если мы не исправим ошибок прошлого? Речь идет о страшных событиях, требующих повторного изучения, для чего необходимо поднять архивы Суэцкой и Корейской войн.

Вьетнамская война. Три миллиона человек погибли в этой войне. За 12 дней было сброшено больше бомб, чем за четыре года Второй мировой войны. Это была жестокая война, которая произошла после создания Организации Объединенных Наций и после того, как мы решили, что больше не будет войн.

На кону будущее человечества. Мы не можем дальше молчать. Откуда взяться чувству безопасности? Откуда взяться чувству удовлетворения? Речь идет о будущем всего мира, и все мы, кто участвует в работе Генеральной Ассамблеи Организации Объединенных Наций, должны сделать все, чтобы избежать подобных войн в будущем.

Потом было совершено нападение на Панаму, несмотря на то, что она является независимым государством – членом Генеральной Ассамблеи. Было убито 4000 человек, а президент этой страны был взят под стражу и посажен в тюрьму. Норьега должен быть отпущен на свободу – мы должны рассмотреть его дело. Какое право имеет государство – член Организации Объединенных Наций развязывать войну против другого государства, арестовывать его президента, обращаться с ним, как с преступником, и помещать его в тюрьму? Как можно мириться с этим? Подобное может повториться: мы не должны молчать. Необходимо провести расследование. Любое из нас, государств-членов, может оказаться в такой же ситуации, особенно если подобные агрессивные действия совершаются государством, являющимся постоянным членом Совета Безопасности, на котором лежит ответственность за поддержание мира и безопасности на планете.

Потом была война в Гренаде. Эта страна была оккупирована, хотя она являлась членом Организации Объединенных Наций. В пандемии принимали участие 5000 боевых кораблей, 7000 военнослужащих и десятки военных воздушных судов, – и это против самого маленького государства в мире. Это происходило после создания Организации Объединенных Наций и Совета Безопасности с его правом вето. Был убит президент Гренады г-н Морис Бишоп. Почему все это осталось безнаказанным? Произошедшее – трагедия. Как можно судить, хорошая или плохая Организация Объединенных Наций, хорошая или плохая та или иная страна? Можем ли мы спокойно и уверенно смотреть в будущее? Можем ли мы доверять Совету Безопасности? Можем ли мы доверять Организации Объединенных Наций?

Мы должны разобраться в причинах и провести расследование по факту бомбардировок Сомали. Сомали – государство – член Организации Объединенных Наций. Это независимое государство под управлением Айдида. Мы требуем проведения расследования. Почему это произошло? Кто допустил это? Кто дал «зеленый свет» нападению на эту страну?

Затем настал черед бывшей Югославии. Не было страны столь миролюбивой, как Югославия, которая отстраивалась постепенно, шаг за шагом после разорения Гитлером. Мы разрушили ее так же, как это сделал Гитлер. Тито постепенно, по кирпичику строил мирную страну, а потом пришли мы и разгромили ее ради собственных империалистических интересов. Если мы были правы, то почему мы не можем до сих пор успокоиться? Почему мы не испытываем удовлетворенности содеянным? Если трагедию выражала такая мирная страна, как Югославия, то Генеральная Ассамблея должна назначить расследование и решить, кого призвать к ответу перед Международным уголовным судом.

Потом был Ирак – корень всех зол. Организация Объединенных Наций должна провести расследование и по этому факту. Генеральная Ассамблея под председательством г-на ат-Трейки должна расследовать его. Вторжение в Ирак было нарушением Устава Организации Объединенных Наций. Сверхдержавы, являющиеся постоянными членами Совета Безопасности, совершили это без каких бы то ни было оснований. Ирак – независимое государство и член Генеральной Ассамблеи. Как могли эти страны напасть на Ирак? Согласно Уставу, Организация Объединенных Наций должна была вмешаться и остановить нападение.

Мы выступали в Генеральной Ассамблее и призывали ее обратиться к Уставу, чтобы предотвратить атаку. Мы были против вторжения в Кувейт, и арабские страны воевали против Ирака вместе с другими странами во имя Устава Организации Объединенных Наций.

В первом случае Устав был соблюден. Во втором – когда мы хотели обратиться к Уставу, чтобы остановить войну против Ирака, – об этом документе никто не вспомнил, он был забыт. Почему это произошло? Генеральная Ассамблея должна провести расследование, чтобы установить, были ли в действительности причины для вторжения в Ирак. Если причины нападения не будут установлены и разъяснены, мы можем опять оказаться в аналогичной ситуации.

Почему произошло вторжение в Ирак? Само по себе вторжение было серьезным нарушением Устава Организации Объединенных Наций и неправомерным. Кроме того, это был настоящий геноцид, сопровождавшийся массовыми убийствами. Было убито более 1,5 миллиона иракцев. Мы хотим, чтобы дело о войне в Ираке было передано на рассмотрение в Международный уголовный суд (МУС) и чтобы те, кто совершил массовые убийства иракцев, предстали перед судом.

Легко судить Чарльза Тэйлора, или Башира, или Норьегу. Это простая задача. Хорошо, но как насчет тех, кто совершал массовые убийства в Ираке? Разве они не могут предстать перед МУС? Если этот суд нам не подходит, тогда мы не должны признавать его. Либо он будет работать на всех нас, больших и малых, либо мы не будем признавать его.

Любой, кто совершает военные преступления, должен нести судебную ответственность: мы не скот и не животные, которых режут на праздник. У нас есть право на жизнь, и мы готовы бороться за него и защищать его. У нас есть право жить достойно, радоваться солнцу над головой и земле под ногами; нам уже устроили проверку, и мы прошли ее.

Есть еще и другие моменты. Почему иракским военнопленным можно выносить смертный приговор? При вторжении в Ирак президент Ирака был взят в плен.

Его не следовало судить, его не следовало вешать. После окончания войны его следовало отпустить на свободу. Мы хотим знать, почему потребовалось судить военнопленного. Кто приговорил президента Ирака к смерти? Есть ли ответ на этот вопрос? Мы знаем личность человека, который судил его. Что касается вопроса о том, кто в День жертвоприношения надел на шею президента петлю и повесил его, то эти люди были в масках.

Как такое могло случиться в цивилизованном мире? Ведь речь идет о военнопленных из цивилизованных стран, на которых распространяются нормы международного права.

Как могло случиться, что министров правительства и главу государства приговорили к смерти и повесили? Были ли те, кто их судил, юристами или представителями судебной системы?

А знаете, что говорят в народе? Что людьми в масках были президент Соединенных Штатов Америки и премьер-министр Соединенного Королевства и что именно они казнили президента Ирака.

Почему бы палачам не снять свои маски? Почему мы не знаем их званий или должностей? Почему мы не знаем, кем они были: офицерами, судьями, солдатами или врачами? Как так получилось, что президента государства – члена Организации Объединенных Наций приговорили к смерти и убили? Мы не знаем личностей палачей. Организация Объединенных Наций обязана ответить на все эти вопросы. Кто привел в исполнение смертный приговор? Ведь они должны иметь юридический статус и должностные обязанности; мы должны знать их личности, присутствовал ли врач и характер всех юридических процедур. Эти требования правомерны в отношении рядовых граждан, не говоря уже о президенте государства – члена Организации Объединенных Наций, которого в таком порядке казнили.

Мое третье замечание по иракской войне касается тюрьмы Абу-Грейб. Она стала позором для всего человечества. Я знаю, что власти США собираются расследовать этот скандал, но и Организация Объединенных Наций не должна оставаться в стороне. Генеральная Ассамблея должна провести свое расследование. Находящихся в тюрьме Абу-Грейб военнопленных пытали, на них натравливали собак, мужчины повергались изнасилованию. Это беспрецедентный случай в военной истории. Совершался содомский грех, невиданный грех, который раньше агрессоры или оккупанты не совершали никогда.

Военнопленные – это солдаты, но в тюрьме их насиловали по приказу государства, которое является постоянным членом Совета Безопасности. Это противоречит нормам цивилизованности и человечности. Мы не должны молчать, мы должны знать факты. Даже сегодня в Абу-Грейбе содержится четверть миллиона иракских заключенных, как мужчины, так и женщины. Их унижают, преследуют и насилуют. Необходимо обязательно провести расследование.

Что касается войны в Афганистане, то в отношении ее тоже нужно провести расследование. Почему мы против талибов? Почему мы против Афганистана? Кто такие талибы? Если талибы хотят создать религиозное государство, пусть создают. Посмотрите на Ватикан. Представляет ли Ватикан для нас угрозу? Нет. Это религиозное, очень мирное государство. Если талибы хотят создать исламский эмират, то кто сказал, что из-за этого они превратятся во врагов? Кто-нибудь утверждает, что Бен Ладен якобы является талибом или афганцем? Бен Ладен является талибом? Нет, он не является ни талибом, ни афганцем. Были ли террористы, которые нанесли удар по Нью-Йорку, талибами? Были ли они из Афганистана? Они не были ни талибами, ни афганцами. Тогда почему в Ираке и Афганистане ведется война?

Если бы я действительно хотел обмануть моих американских и британских друзей, то я призывал бы их направлять туда еще больше войск и продолжать это кровопролитие. Но они никогда не одержат победу ни в Ираке, ни в Афганистане. Посмотрите, что произошло с ними в Ираке, который является пустынной страной. А в горном Афганистане еще труднее. Если бы я хотел обмануть их, я бы призывал их продолжать войну в Ираке и Афганистане. Но я, напротив, хочу спасти граждан Соединенных Штатов, Соединенного Королевства и других стран, которые сражаются в Ираке и Афганистане.

Поэтому я говорю им: оставьте Афганистан афганцам, а Ирак иракцам. Если они хотят воевать друг с другом, то пусть воюют.

В Америке уже была гражданская война, и никто в нее не вмешивался. Гражданские войны были в Испании, Китае и других странах по всему миру – никто на планете не смог избежать гражданской войны. Тогда пусть и в Ираке будет гражданская война. Если иракцы хотят гражданской войны и хотят воевать друг с другом, то пусть воюют. Кто сказал, что если талибы сформируют правительство, то они будут обладать межконтинентальными ракетами или самолетами, способными нанести удар по Нью-Йорку? Разве известные самолеты прилетели из Афганистана или Ирака? Нет, они взлетели с американских аэропортов. Так почему же удары наносятся по Афганистану? Террористы не были афганцами, талибами или иракцами.

Почему же мы молчим? Никогда нельзя становиться дьявольски воинственными: любой, кто говорит неправду, является молчащим дьяволом. Мы привержены международному миру и безопасности. Мы не хотим относиться к человечеству с пренебрежением или высмеивать его. Мы хотим его спасти.

Г-н Али Трейки как Председатель Генеральной Ассамблеи должен инициировать расследование по факту убийств – дополнительно к факту войны. Кто убил Патриса Лумумбу и почему? Мы просто хотим вписать эти факты в анналы африканской истории. Мы хотим знать, как можно смириться, что африканский лидер и освободитель был убит. Кто убил его? Мы хотим, чтобы наши дети смогли прочитать об убийстве героя национально-освободительной борьбы в Конго. Мы хотим знать факты даже пятьдесят лет спустя. Это лишь один из вопросов, который необходимо повторно расследовать.

А кто убил Генерального секретаря Хаммаршельда? Кто в 1961 году обстрелял его самолет и почему?

Наконец, тайна убийства президента США Кеннеди в 1963 году. Мы хотим знать, кто убил его и почему. Сначала был некто по имени Ли Харви Освальд, которого затем убил некий Джек Руби. Зачем он убил его? Израильтянин Джек Руби убил Ли Харви Освальда, который убил Кеннеди. Зачем этот израильтянин убил убийцу Кеннеди? После этого Джек Руби, убивший убийцу Кеннеди, погиб при таинственных обстоятельствах до того, как состоялся суд над ним. Все эти дела необходимо расследовать заново. Весь мир знает, что Кеннеди хотел провести расследование в отношении израильского ядерного реактора в Димоне. Речь идет о вопросах международного мира и безопасности, а также оружия массового уничтожения. Вот почему необходимо новое расследование.

Затем произошло убийство Мартина Лютера Кинга, чернокожего пастора и борца за права человека. Его убийство было заговором, и мы должны знать, почему его убили и кто это сделал.

Затем было совершено нападение на палестинца Халила Вазира, или Абу Джихада. Он мирно жил в Тунисе, государстве-члене, но суверенитет этой страны не соблюдался. Мы не можем молчать. И хотя у берегов Туниса, где он был убит, были обнаружены подводные лодки и корабли, никого не обвинили в этом преступлении, и никто не предстал перед судом. Затем был также убит Абу Ийяд, и мы должны знать, как его убили. Он погиб при подозрительных обстоятельствах. В ходе операции «Весна молодости» были убиты три палестинца – Камаль Нассер, поэт, Камаль Адван и Абу Юсеф аль-Наджар – в Ливане – стране, которая является свободным, суверенным государством – членом Генеральной Ассамблеи. Они мирно спали, когда на них напали и убили их. Мы должны выяснить, кто их убил, и тот, кто совершил это убийство, должен предстать перед судом, с тем чтобы не повторялись такие преступления против человечности.

Мы уже говорили о том, каких масштабов военная сила была задействована во время вторжения в Гренаду – 7000 военнослужащих, 15 боевых кораблей и десятки бомбардировщиков; и был убит президент Бишоп, хотя Гренада является государством – членом Организации Объединенных Наций. Все это преступления, о которых мы не можем молчать. В противном случае, мы будем похожи на животных, которых приносят в жертву.

А мы не животные. Из года в год мы подвергаемся нападениям. Мы защищаем себя, наших сыновей и наших детей, и нас не запугать. У нас есть право на жизнь, и наша планета Земля не создана для насилия, она создана для нашего общего блага. Мы никогда не будем жить в таком унижении на нашей Земле.

Итак, это то, что касается войн.

И последнее досье касается кровавых расправ. Во время кровавой расправы в Сабре и Шатиле погибли 3000 человек. Этот район, находившийся под защитой оккупационной армии Израиля, стал местом массовой и жестокой расправы, в результате которой погибли 3000 палестинских мужчин, женщин и детей. Как мы можем молчать? Ливан – это суверенное государство, член Генеральной Ассамблеи, который был оккупирован, а лагерь беженцев Сабра и Шатила находился под контролем Израиля, и там была совершена эта кровавая расправа.

Затем в 2008 году произошли массовые убийства в секторе Газа. Среди погибших в 2008 году в Газе были примерно 1000 женщин и 2200 детей. Шестьдесят объектов Организации Объединенных Наций и 30 объектов, принадлежащих неправительственным организациям, были разрушены. Было уничтожено 50 больниц. При выполнении своих гуманитарных и профессиональных функций погибли 40 врачей и медсестер. Это произошло в Газе в декабре 2008 года.

Те, кто совершил эти преступления, по прежнему живы, и они должны предстать перед Международным уголовным судом (МУС). Должны ли мы судить только представителей слабых и бедных стран третьего мира, но не важных и охраняемых персон? Согласно международному праву, все они должны предстать пред судом и ответить за преступления, которые они совершили, и их последствия. Иначе роль Международного уголовного суда никогда не будет признана. Если же мы не будем уважать и выполнять решения и постановления Международного уголовного суда, тогда и Генеральная Ассамблея и Совет Безопасности не будут иметь никакого авторитета, и если Международное агентство по атомной энергии служит только интересам определенных стран и организаций, то что́ же тогда представляет собой Организация Объединенных Наций? Это означает, что Организация Объединенных Наций утратила свой авторитет и свое значение. Где она? Организации Объединенных Наций не существует.

Теперь обратимся к вопросу о пиратстве: это явление, которое, возможно, и имеет место в открытом море и является формой терроризма, но мы, обсуждая пиратство в Сомали, заявляем, что сомалийцы не пираты. Это мы пираты. Это мы пришли к ним и отняли у них экономические зоны, их рыбный промысел и их богатства. Ливия, Индия, Япония, Америка – любая страна в мире – мы все пираты. Мы все вошли в территориальные воды и экономические зоны Сомали и начали там грабить. Сомалийцы защищают свою собственную рыбу, которая является их основным продуктом питания. Они стали пиратами, потому что они защищают пищу для своих детей. Сейчас мы хотим решить эту проблему, но подходим к рассмотрению этого вопроса неправильно. Должны ли мы направлять боевые корабли к берегам Сомали? Мы должны посылать боевые корабли к пиратам, которые напали на эти экономические зоны и захватили их и отбирают богатства сомалийцев и пищу их детей.

Я встречался с этими пиратами, и я сказал им, что буду вести переговоры для того, чтобы достичь между ними и международным сообществом договоренностей, которые предусматривали бы соблюдение исключительной 200 мильной экономической зоны страны, согласно морскому праву, и защиту всех морских ресурсов, принадлежащих сомалийскому народу, и которые заставили бы все страны прекратить сброс токсических отходов вдоль побережья Сомали. В свою очередь, сомалийцы перестанут нападать на суда. Мы предложим и разработаем международный договор и представим его на рассмотрение Генеральной Ассамблее. Это и есть решение этой проблемы. Проблема не будет решена путем направления большего количества боевых судов для борьбы с сомалийцами. Это не решение проблемы.

Наш подход к решению проблемы пиратства неправильный, так же как и наш подход к решению проблемы терроризма. Сегодня появился свиной грипп. Возможно, завтра появится и рыбий грипп, поскольку иногда мы сами провоцируем возникновение вирусов, осуществляя над ними контроль. Это – коммерческий бизнес. Капиталистические компании создают вирусы, с тем чтобы потом производить и продавать вакцины. Это позор, и это неблаговидно с моральной точки зрения. Вакцины и лекарства должны быть бесплатными. В «Зеленой книге» я утверждаю, что лекарства не должны продаваться или становиться предметом коммерциализации. Лекарства должны быть бесплатными, и дети должны проходить бесплатную вакцинацию, но капиталистические компании производят вирусы и вакцины для того, чтобы наживаться на них. Почему не сделать лекарства бесплатными? Мы будем выдавать их бесплатно, а не продавать. Весь мир должен стремиться защищать свое население, создавать и производить вакцины и бесплатно предоставлять их детям и женщинам, а не наживаться на них. Все эти вопросы стоят на повестке дня Генеральной Ассамблеи, которая должна только выполнять эти обязанности.

Оттавская конвенция о наземных минах запрещает производство мин. И это неправильно. Мины – это оборонительное оружие. Если я размещу их на границе нашей страны и если кто либо попытается вторгнуться в нашу страну, он может погибнуть. И это нормально, поскольку он вторгается в нашу страну. Поэтому следует пересмотреть эту Конвенцию. Я не передаю это оборонительное оружие другой стране. Враг приходит ко мне. На своем веб-сайте я призываю к тому, чтобы эта Конвенция была либо изменена, либо аннулирована. Этот договор необходимо изменить или аннулировать. Я хочу использовать противопехотные мины для защиты своего дома от вторжения. Уничтожьте оружие массового уничтожения, а не наземные мины, которые являются оборонительным оружием.

Что касается положения палестинцев, то решение на основе создания двух государств является невозможным, оно непрактично. В настоящее время границы этих двух государств полностью совпадают. Разделение обречено на провал. Эти два государства не являются соседями; они являются идентичными в плане населения и географии. Буферная зона не может быть создана между этими двумя государствами, потому что на Западном Берегу находится полмиллиона израильских поселенцев и миллион палестинских арабов – на территории, известной как Израиль.

Поэтому решением является создание демократического государства без религиозного фанатизма и не по этническому признаку. С поколением Шарона и Арафата покончено. Нам нужно новое поколение, когда все смогут жить в мире. Посмотрите на палестинскую и израильскую молодежь; они хотят мира, демократии и хотят жить в рамках одного государства. Этот конфликт отравляет мир.