Я вернусь

– Ну вот я и в Америке, буду делиться с вами своими впечатлениями. Приехала я сюда потому, что встретила и полюбила миллионера, а он, естественно, полюбил меня с первого взгляда. И сейчас я расскажу, как это у меня получилось. В общем, вот вам первый совет – наденьте на первое свидание платье с открытой зоной декольте. Ну, это, конечно, если вам есть что в этом декольте показать, ха-ха. У меня есть, пятый размер, и все натуральное. Вот смотрите, – Богдана призывно скользнула рукой по груди, а потом спустилась к крутому бедру, кокетливо привлекая внимание аудитории, дескать, просто скромная я женщина, но у меня не только вверху, но и внизу есть на что посмотреть. Озвучивать не стала, сами догадаются. Снова откашлявшись, продолжила: – Вот в этом черном платье с глубоким декольте я и пошла в боулинг. Как завещала Коко Шанель. Так и говорила – главное, декольте побольше. Ну, а если вам не пове… в смысле, если декольте у вас не очень, то закройте его и подчеркните то, что у вас есть хорошего. Только брюки не надевайте. Если вы в брюках, вас воспринимают как мужчину, и никакой миллионер на вас не женится. Это я вам точно говорю. У Жоржа тут все друзья миллионеры, так вот, все их жены ходят в юбках. Так, что дальше. Чистые волосы распустите. – Богдана запустила руку в волосы и активно ею потрясла. – Кстати, еще вам совет – если у вас короткая стрижка – отращивайте перед поездкой в Америку. Потому что салоны дорогие. Я как глянула – чуть не умерла. Ну в смысле, мне-то, конечно, нормально, но если мужчина у вас, ммм, среднего достатка, это будет накладно.

Богдана перевела дух и продолжила делиться секретами красоты:

– Осанка – это совет из театрального кружка, я ходила в школе. В общем, если вы стеснительный человек и везде комплексуете, то играйте роль голливудской звезды – спокойной и хи-хи, ха-ха. Как вы себя преподнесете мужчине, так он и будет вас воспринимать. Но без осанки это будет, как говорил Достоевский, – не верю!

Богдана замолчала и посмотрела в окно, где рабочие приступили к ремонту дорожного полотна. Звук отбойного молотка мешал записи видео, но Богдане не терпелось выложить его как можно скорее:

– Так, погодите, у нас тут проблема с дорогой какая-то, Жорж вызвал бригаду, чтобы починили, я сейчас окно закрою.

Она высунулась в окно по пояс, чтобы оценить размер катастрофы. Один из рабочих – молодой мексиканец, сбросивший с себя жилетку и оставшийся в одних брюках, дружески ей подмигнул. Богдана собиралась высказать пару крепких слов о его наглости, когда щелкнула входная дверь. Катюша была в школе, значит, Джордж решил прийти домой на обед, чего за эти две недели ни разу не случалось. Мысли Богданы сразу разбежались – чем накормить-то? Хоть бы предупредил! Она ж с утра наряжалась, готовилась к съемке, не успела ничего сделать.

– Ну на сегодня все, мне пора в ресторан. – Она послала воздушный поцелуй в камеру, надеясь, что он влепится мокрой пощечиной в наглую Валькину рожу, и с широкой улыбкой повернулась к входящему в комнату мужу.

Джордж выглядел подозрительно торжественным – неужели подарит вожделенное колечко с бриллиантом? Богдана даже страничку из журнала в самолете вырвала, чтобы ему показать, какое хочет.

Джордж трусцой пробежал к окну, выходившему на улицу, где трудился мексиканский рабочий, положивший глаз на его свежее приобретение, и опустил жалюзи.

– Джордж, хэллоу, – расплылась в улыбке Богдана, не понимая, что делает будущий муж. Джордж повернулся и уставился на нее.

Зубы. Это какая-то катастрофа, надо с ними что-то делать. Отведет ее к стоматологу, если все-таки решит жениться. А перед тем, как он это решит, ему нужно определиться с одним важным вопросом. Джордж протянул Богдане коробку:

– Подарок, тебе!

Он надеялся, что такую простую фразу она поймет. И оказался прав. С жадным любопытством невеста схватила коробку, открыла ее и принялась разворачивать многочисленные тончайшие бумажки. Руки дрожали от нетерпения. Нет, все-таки есть что-то в этом Джордже, несмотря на возраст и несколько фиаско подряд в постели. Балует он ее, конечно, как принцессу, есть о чем «ютубу» поведать. Вот и сейчас пришел в перерыв, просто чтобы подарить ей подарок! Да разве Васе бы такое в голову пришло?

Богдана уставилась на туфли на высоком прозрачном каблуке, украшенные стразами.

– Вот из зыс? – недоуменно спросила она, поднимая глаза на довольно улыбающегося жениха. Крашеная пушистая челка резко контрастировала с белым халатом, который тот носил на службе.

– Подарок, тебе! – повторил Джордж и начал торопливо сбрасывать с себя одежду.

Обалдевшая Богдана смотрела на уже успевшее одряхлеть от непомерных возлияний мужское тело – и не понимала, чего от нее ждут. Точнее, догадывалась, но верить не хотела.

– Ну, давай, Ана, обувай! – Джордж жестом показал на ноги недогадливой невесты, надеясь, что в этот раз она не будет смеяться и думать, что это шутка.

После развода с женой у Джорджа было несколько женщин-профессионалок, с которыми не возникало никаких проблем. Но Богдана была не похожа на всех его предыдущих партнерш. Просто секс-машина, такого он еще не встречал, разве что в порно. В погоне за все быстрее ускользающей молодостью и мужской силой ему хотелось доказать самому себе – он может! Да и чего скрывать – желание утереть нос бывшей, подавшей на развод и оставившей его практически без штанов, играло немаловажную роль. Ежели такая махина выйдет за него замуж, значит, он еще о-го-го! Не то что этот ее, как говорила Богдана, дедфренд.

Про позорное фиаско вспоминать не хотелось, но обувь должна была помочь. Как и платье, из которого богатая грудь Богданы рвалась наружу, сметая все искусственные преграды. Та поняла, чего хочет будущий муж, и исполнила просьбу, а пять минут спустя удивленно и разочарованно протянула:

– Вот из зыс, Джордж?

Тот не знал, что ответить. Ему показалось, что все было неплохо, но Богдана явно так не считала. Господи, за кем же она была замужем? За племенным быком-осеменителем?

– Подарок, дорогая!

Богдана, уже настроившаяся было плакать, подняла покрасневшие глаза на жениха. Отметила, что крашеная челка особенно резко контрастирует с белыми волосами на его груди.

– Подарок? – недоверчиво спросила она, уже успевшая выучить заветное слово.

– Да-да, – энергично закивал Джордж, – мы едем покупать тебе машину!

ОЛЬГА

Рик Картер был одним из нескольких десятков претендентов, которые немедленно выразили желание с ней встретиться, стоило Ольге разместить свой профиль на сайте знакомств. В агентство решила не обращаться – слишком унизительно. К тому же помощь переводчика ей была не нужна.

Она вдумчиво сортировала кавалеров. Нет, она не искала мужа, и даже любовника не искала. Но ей предстояло потратить несколько лет своей жизни на незнакомого мужчину, и он не должен быть совсем тухлым и неинтересным.

Первыми в мусорную корзину полетели фермеры, за ними проследовали мускулистые жеребцы и дедушки, которым давно было пора задуматься о душе, но которые почему-то были уверены, что непременно вызовут интерес у женщины тридцати восьми лет. Ведь если она живет в медвежьем краю, то наверняка ничего слаще морковки не ела!

Оставшихся было немного – военный, брокер и некий Рик Картер, владелец сети продуктовых магазинов. Все мужчины неплохо выглядели, еще не перешагнули пятидесятилетний рубеж и утверждали, что они достаточно обеспечены, чтобы дать Ольге возможность баловать себя маленькими радостями. Безусловно, она понимала, что вряд ли потомки барона Ротшильда бороздят Интернет в поисках русской невесты, но и в рай в шалаше она не верила. Слишком уж долго жила на свете. Так как своих денег у нее нет и в первое время не предвидится, то будущий муж ей требовался нежадный. Это было, пожалуй, единственное жесткое требование, которое она предъявляла к мужчине. И если в случае с Арсением она сама была готова потратить на него последнюю копейку, то далекому заморскому жениху предстояло тратиться на нее.

Ольга мыслила трезво и видела этот брак как некую сделку. Ее просто купят, возьмут в аренду на некоторое время. Ни на какую любовь за пару свиданий между людьми, родившимися и выросшими в двух разных галактиках, она, естественно, не верила. Поэтому не считала свои требования чем-то зазорным.

Первый претендент, бывший капитан военно-морского флота, тест провалил. Сразу рассказал, что живет в небольшом домике и выплачивает бывшей жене алименты на нее и троих детей. Его Ольга безжалостно вычеркнула из списка. Все военные были параноиками, а тут еще и бедный.

Следующий претендент – Кен – брокер с Уолл-стрит выглядел куда более перспективным, но Ольга всегда мыслила реалистично и понимала, что брокеры-миллионеры могут быть одиноки только по очень веской причине. И вскоре она ее поняла. После нескольких разговоров по «скайпу» Кен высказал желание приехать. Он попросил Ольгу снять номер в самой шикарной гостинице города и ждать его там голой. Заказать шампанское и икру.

– Ты же понимаешь, нам нужно провести тест-драйв, если мы не совпадем в самом главном, то незачем все это и начинать, – пояснил он.

– Понимаю, конечно, – кивнула Ольга перед тем, как закончить сеанс общения и заблокировать контакт навсегда.

Он потом еще писал и находил ее в социальных сетях, переходя от непонимания к открытым угрозам и оскорблениям. На что она просто молча блокировала его и тут же выбрасывала из головы, словно грязь, налипшую на ее «Маноло Бланик». Туфли, кстати, тоже пришлось продать.

Как и драгоценности, и лучшую одежду. Квартира ушла моментально – купил старый друг, всегда мечтавший об этой террасе и намекнувший Ольге, что может решить все проблемы Арсения, если она будет к нему чуть более благосклонна.

Ольга, долгое время дружившая с его женой и не подозревавшая о таком интересе, с негодованием отвергла предложение. Почему-то ей казалось, что продажа себя незнакомому мужчине – это совершенно иное, совсем не то, что спать с другом семьи за спиной у Арсения. Этого он точно не вынесет.

Арсений был напряжен, мрачен и слетал с катушек от малейшего дуновения ветра. Ольга старалась не рассказывать ему о том, как идут поиски, но стоило ей немного задержаться где-то, как Арсений принимался звонить и спрашивать – познакомилась ли она уже с новым мужчиной, он ей понравился? Возможно, она уедет и забудет о нем? Кто бы мог подумать, что божество сойдет с Олимпа и откроет сердце навстречу земным эмоциям. Поиски надо было заканчивать как можно скорее, иначе Арсений не выдержит и все придется отменить.

Рик Картер показался ей подходящим вариантом. Они обменялись несколькими сообщениями в Сети, Рик был небанален и весел, его хорошее настроение чувствовалось даже через эфир. Вначале Ольга подумала, что он из тех жизнерадостных идиотов, которые всегда находятся в приподнятом настроении. Это даже хуже параноидального военного и озабоченного брокера. Но затем он пару раз обронил, что у него был тяжелый день на работе и настроение ни к черту, после чего Ольга всерьез заинтересовалась.

Рику скоро исполнялось пятьдесят, но он был крепок, подвижен и деловит. Владел сетью продуктовых магазинов «У Рика» и занимался спортом – байдарки летом, лыжи зимой. Жил в Колорадо и предпочитал местные курорты туземным. Удовольствие это было не из дешевых, Ольга точно знала, поэтому дивиденды Рика в ее глазах резко возросли. Когда он пропал на пару дней из соцсетей, она даже расстроилась, но разыскивать и настаивать не стала. Охотник – это мужчина, вот пусть и охотится. А если не захочет, значит, дичь ему не нужна. Ольга никогда не бегала за мужчинами и не собиралась начинать.

В тот день она задержалась позже обычного – нашелся покупатель на галерею. По иронии судьбы им оказался тот самый Воеводин. Его Лана заскучала и очень хотела влиться в местную тусовку, которая первое время дружно выступала на стороне бывшей воеводинской жены и в свое лоно девушку не принимала. Но со временем убедившись в том, что платежеспособность бывшей резко упала, а Ланина, наоборот, возросла, тусовка стала к ней более благосклонна.

Лана уже успела понять, что праздные спутницы состоятельных мужчин остались в прошлом. Сейчас содержанкам обязательно иметь бизнес. Ну там, дом моды или галерею какую. Тут Воеводин вспомнил, что слышал о продаже галереи прекрасной Ольги Вологодской, которой он готов был оказать любую финансовую помощь через голову Ланы, но не сомневался – она откажется. Повезло этому павлину с бабой. И что только такие женщины в подобных Арсениях находят?

Ольга с трудом сдерживалась, слушая трескотню Ланы, ни бельмеса не соображающей в современном искусстве.

– Ой, а это что такое? – Та ткнула пальцем в полотно молодого художника, о котором потихоньку уже начинал говорить весь мир. Он был представлен на венецианском биеннале, и Ольга возлагала большие надежды на его полотна.

– Картина, – ответила она, скрестив руки перед собой.

Ланочка хоть и была тупицей, но сообразила, что над ней издеваются. Сердито посмотрела на напыщенную хозяйку – что она себе думает? Да ее муж может три такие галереи купить.

– Я вижу, что картина, – прошипела она, – не пойму, что нарисовано.

– Это абстракция, здесь нет четкого ответа, – пожала плечами Ольга и кивнула на буклеты, красиво разложенные на низком мраморном столике – еще одном любимом предмете, с которым ей предстоит расстаться.

Столик был скомбинирован из двух частей – розовая, в темных прожилках, поверхность – словно кусок мраморной говядины, а ножка от китайского столика, на которой были искусно вырезаны три слона. Державшие ее планету, сошедшую с орбиты и летящую куда-то в открытый космос.

Осмотр галереи грозил обернуться скандалом, но неожиданно телефон тихонько блямкнул – Ольге пришло сообщение. Она бегло глянула на экран, а затем приподняла руку, останавливая визгливый поток, выливающийся из прелестного ротика Ланы.

– Секундочку, – попросила Ольга и попыталась вникнуть в смысл прочитанного: «Я прилетел на неделю. Остановился в гостинице «Евразия», каждый вечер буду ждать тебя в ресторане ровно в семь. Буду рад, если увидимся. Рик».

Ольга была шокирована. Ничего себе. Вот это скорость и решимость. Она бросила взгляд на часы – 19.15. До «Евразии» было минут двадцать пешком, если дворами. Ольга бросила взгляд в окно – мерзкий дождь, зарядивший с утра и как нельзя более кстати соответствовавший ее настроению, ставил крест на прогулке. Машину она уже поставила на стоянку для продажи. Деньги на мелочи вроде такси старалась не тратить. Одета она всегда хорошо и со вкусом – работа обязывала, да и внутренняя привычка никогда не расслабляться. Можно было смело являться Рику, только вот как?

– Василий Федорович, а вам в какую сторону ехать? – игнорируя Лану, спросила Ольга Воеводина.

– Скажи, куда надо, – немедленно отозвался тот. Такие мужики обожают выступать в роли всемогущего волшебника.

– К «Евразии». У меня там встреча с потенциальным покупателем, инвестор из Америки.

Ольга слишком долго крутилась в бизнесе, чтобы понимать, как и на кого можно воздействовать. Быстрый взгляд на мужа, скукоженные в куриную гузку губки (видимо, уже сладостно представляла, что и сама может макнуть кого-нибудь в жиденькое фразой – «это же абстракция»), и вдруг такой лакомый кусочек уходит из-под носа!

– Ну, Оленька, зачем тебе американец, свои люди, договоримся, – широко улыбнулся Воеводин, неожиданно вспоминая о правилах хорошего тона и подавая Ольге легкое пальто из верблюжьей шерсти (с ним, наверное, тоже придется расстаться).

– Конечно, договоримся, Василий Федорович, но я для начала выслушаю, что предложат. А вдруг что-нибудь заманчивое? – подмигнула Ольга бизнесмену, выходя на крыльцо и любезно кивая в ответ на открытую охранником дверь внушительного джипа. Сзади семенила Лана, в коротенькой курточке, открывающей миру стройные ножки и совершенно не защищающей от дождя.

Нырнув в тепло приятно пахнущего салона, Ольга попыталась унять дрожь. Почувствовала вибрацию телефона – наверняка Арсений. Говорить с ним не стала, только отправила сообщение, что разговаривает с покупателем. От лжи стало кисловато-горько, она ведь ему никогда не врала, но это во благо и даже не совсем ложь – Воеводин же действительно высказал интерес, и она с ним разговаривала. Главное, пока ни о чем другом не думать. Покончить со всем как можно быстрее и начать отсчет разлуке. Как в тюрьме. Будет считать дни до свободы.

Воеводин все это время что-то говорил, но она не обращала внимания. Лишь когда расставались, он многозначительно переспросил:

– Мы договорились, Оленька?

На что та молча покачала головой и вышла в дождь. Перед входом в ресторан чуть не поддалась соблазну попросить у швейцара сигарету. Дрожь била все сильнее, но Ольга позволила себе эту слабость – в конце концов, не каждый день себя продаешь. И тут же поправилась – не продаешь, а сдаешь в аренду.

Рик сидел посреди зала и выглядел точь-в-точь как на фотографии. Ну, может, чуть более кряжистый и основательный. Да и темные волосы реже, чем казалось на фото. Конечно, по всем законам жанра ей стоило бы помучить его несколько дней и явиться, скажем, день на третий или четвертый. Но сейчас ей было плевать на условности. Она же не собиралась жить с этим Риком до конца дней своих.

– Здравствуйте, – широко улыбнулась Ольга, подходя к столу уверенным шагом и сбрасывая верблюжье пальто на руки подскочившего официанта. Деловито протянула руку: – Ольга. Спасибо, что приехали.

Рик был ошарашен. В жизни Ольга оказалась еще красивее, из тех женщин, в чью сторону он и голову никогда не поворачивал, понимая, что они не для него.

Но глядя на Дуга и Джорджа – полный неликвид американского брачного рынка – и относительно симпатичных женщин рядом с ними, он поверил всем тем байкам из Интернета, где мужики вещали, что в России женщины одна красивее другой и просто-таки мечтают об американском муже. Но зачем такой Ольге иностранный кавалер? Наверняка у нее и от местных отбоя нет.

Растерявшись, Рик подумал последнюю фразу вслух и тут же сконфузился – решит, что он сумасшедший.

Ольга рассмеялась. Легко и невесомо, словно весенняя капель. Она присела за стол, уверенно открыла меню, предложенное все тем же официантом, не сводящим с нее глаз. Ответ у нее был заготовлен, конечно же, но вначале заказ.

– Рыба у вас свежая или замороженная, только честно? – улыбнулась она официанту.

– Замороженная, – понизив голос и осторожно оглядываясь по сторонам, ответил он.

Ольга снова легко улыбнулась официанту и кивнула. Заказала птицу.

Рик не сводил с нее глаз. Таких женщин он никогда не встречал, хотя объездил всю страну и даже в Голливуд заглядывал. Была в ней некая утонченность, как у статуэтки ручной работы, что заботливо хранится под стеклом антиквара. Грация. Кажется, это так называется. Каждое движение, поворот головы, улыбка. Она делает это не для того, чтобы впечатлить. Это прошито в ней, заложено с рождения.

– Мне то же самое, – кивнул он официанту, а Ольга перевела. – Что ты заказала? – поинтересовался Рик, когда официант отошел.

– Мы будем есть фрикасе из птицы с салатом, – сообщила Ольга.

– А что ты спрашивала до этого?

– Я хотела рыбу и спросила, свежая она или замороженная.

– А какая разница? – искренне поразился Рик. В его магазинах продавалась и свежая, и замороженная рыба, он частенько готовил себе и ту, и другую, но особой разницы никогда не ощущал. Рыба и рыба. Больше всего ему нравились готовые рыбные палочки, которые можно было пожарить во фритюрнице и подать с закусками, когда у него дома собирались друзья, чтобы посмотреть Суперкубок.

Ольга пожала плечами, делая знак официанту, что готова заказать вино. Перевела взгляд на Рика, тот кивнул в знак согласия и сказал, что будет пить то же самое, хотя впервые услышал название вина, но почему-то не сомневался – Ольга не выберет уксусную эссенцию. Когда официант снова испарился, Ольга откинулась на спинку мягкого стула и повертела приборы, раскладывая их на свой вкус:

– Понимаешь, Рик, я искусствовед. Вся моя жизнь прошла в окружении красивых вещей, и для меня имеет значение любая деталь. А что касается поиска мужчины за границей… Наверное, мое объяснение прозвучит глупо, но здесь вокруг все серо. А мне хочется ярких красок.

Она не кокетничала, не пыталась показаться лучше, чем есть. Внезапно стало все равно, что он о ней подумает, – ну не женится этот, значит, будет другой. Вся затея, в правильности которой она еще месяц назад была убеждена, стала казаться несусветной глупостью. Господи, она же не сможет быть ни с кем, кроме Арсения.

– Ольга, ты выйдешь за меня замуж? – вдруг, кашлянув, спросил Рик.

Ольга подняла глаза и впилась глазами в Рика. Официант принес вино и хотел было предложить мужчине его продегустировать, но, уставившись на лица клиентов, счел за благо удалиться.

– Понимаешь, я бизнесмен, – быстро пояснил Рик, – привык принимать решения. Принимаю я их обычно в первую минуту, и интуиция меня никогда не подводила. Я мог бы подождать еще некоторое время для приличия, но я все равно попрошу тебя стать моей женой. Поэтому к чему тянуть? Жизнь и так слишком коротка.

Ольга неожиданно покраснела. Сделала знак официанту, тот подошел и без лишних церемоний разлил вино. Отчего-то стало приятно. По-женски. Она еще способна влюблять в себя с первого взгляда. И тут же поднял голову проклятый сарказм и извечные сомнения – влюблять? О чем ты? Просто увидел красивую игрушку и захотел купить. Ты же таких видишь каждый день, на свои прихоти денег они не жалеют.

– А как же тест-драйв всех моих возможностей? – усмехнулась она, вспомнив давешнего брокера. Сегодня утром он опять постучался к ней в «скайп», сменив имя. Она заблокировала и нажаловалась в службу поддержки. Достал.

– Каких возможностей, Ольга? – удивился Рик.

– Ты же покупаешь… в смысле, ищешь себе жену. А я понятия не имею, что ты вкладываешь в это слово.

– А ты?

Ольга, слегка прищурившись, посмотрела на Рика. А он не так прост, как ей показалось сначала.

– Я дерьмовая хозяйка, – призналась она, – ненавижу мыть полы и вообще заниматься домом. Но могу накрыть хороший стол, если нужно, и разбираюсь в высокой кухне. Да, готовлю я очень хорошо.

– У меня много лет этим занимается домработница, Бласса, она прекрасно заботится о доме, замену я ей не ищу, – пожал плечами Рик.

И Ольга, и Рик были из той породы людей, которая предпочитала прямолинейность всему остальному.

– Но жена – это не только уборка дома. А вдруг я в постели бревно? – Ольга решилась первой.

– Человек, чувствительный к деталям? – фыркнул Рик. – Да брось ты. Ну так что? Согласна?

– Мне надо подумать.

* * *

– Кто он? – Арсений ждал ее возле двери.

Ольга скосила глаза на облезлый кухонный стол, маячивший за его спиной и доставлявший ей страшную боль. Так и есть, открытая бутылка водки, наполовину пустая.