В поле зрения (СИ)

— Типа того, хотя, признаюсь, теперь ловлю рыбку покрупнее, чем год назад, сразу после учебки.

— Тогда это по твоей части. Можешь мне рассказать всё, что знаешь про «RD-18»?

— RD? — он шумно и, как мне показалось, несколько недовольно выдохнул в трубку. — А тебе он зачем сдался? Веришь слухам?

— Каким слухам?

— Не важно.

— Да тут, возможно, работёнку тебе подкину, твой же профиль.

Я кратко ему рассказал историю моего последнего дела, в основном, то, что связано с RD.

— И ты в это вляпался, да? Ладно, расскажу. Но при личной встрече, это не телефонный разговор.

— Согласен. И ещё, можешь проверить склады в Ломоносове, что я называл? Особенно тот, «ФармТрансГрупп».

— Займёмся. Но не сразу, дня через два-три, это так быстро не делается.

— Бюрократия? Чёрт. Я тогда сам съезжу туда. Если что найду, звоню сразу тебе.

— Договорились, а я пока по своим каналам пройдусь, может, кто и проболтается.

Таким образом, выход у меня был только один — надо ехать на тот склад лично и самому всё проверить, причём, как можно быстрее, как бы не свернулась вся эта лавочка. Надо сказать, перспектива была безрадостная — ломиться на охраняемый (может, даже собаками) склад, будучи безоружным, без уже привычной травматики, да ещё и с повреждёнными рёбрами. Как будто я собираюсь засунуть больную руку в осиное гнездо. Надо действовать быстро, самое лучшее — этой ночью. Добраться дотуда получится без особых проблем, выскочить из больницы, будучи незамеченным — тоже.

Сказано — сделано, с наступлением темноты я уже ехал на такси в сторону Ломоносова по Санкт-Петербургскому шоссе, слева и справа мелькали голые ноябрьские деревья, чуть дальше за ними проглядывали воды Невской Губы, а позади прощально мигал огнями ночной Питер. Первый снег, выпавший несколько дней назад, уже успел растаять, оставив после себя привычную осеннюю грязь и слякоть. Это было мне на руку — пока не выпадет новый снег, по ночам будет действительно темно, и меньше шансов, что меня сегодня обнаружат. Сегодня рёбра уже не болели, но повязки с груди мне не стали снимать, ещё рано; зная, что моя ночная вылазка ничем хорошим для моего здоровья не обернётся, я выкрал в больнице обезболивающее, которое внезапно, к моей полной неожиданности, помогло мне ещё и с головными болями после применения способностей.

Сам Ломоносов мы почти весь проехали, и возле одного из последних проездов перед КАДом водитель со мной распрощался. Я поблагодарил его, заплатил приличную сумму, набежавшую по счётчику, и пошёл по обочине этого проезда к моей цели. Проезд был широкий и ровный, но грунтовый, по бокам стояли дома, построенные ещё при живом Сталине, повсюду вдоль высоких заборов росли тополя, до сих пор сохранявшие листву, пусть и уже жёлтую, а у их корней — кусты, уже голые. Я миновал большой цветастый (привет эпилептикам!) плакат какой-то строительной фирмы, прошёл гигантские заросли орешника и как-то разом, мгновенно, вышел к закрытым воротам. Само здание склада больше напоминало ангар, и оно было больше, чем я ожидал — двухэтажное, длинное и грязное. Забор вокруг территории склада для меня, пусть и с больными рёбрами, проблемой не стал — будка охранника на воротах пустовала, собак к моему восторгу тоже нигде не наблюдалось, так что я самым наглым образом попёрся через парадный вход. Внутренняя территория предназначалась для транспорта, которого сейчас почти не было, так, несколько пыльных тягачей, стоявших явно не первый месяц, если судить по спущенным колёсам, но она вся была освещена, так что двинулся я вдоль забора по левую сторону, по тёмной полосе, издали приметив большую кучу пустых коробок и другого мусора, примыкавшего как раз к пожарной лестнице. Центральный вход был занят тягачом, с которого пара грузчиков сейчас неспешно что-то разгружали, рядом с ними расхаживал охранник с фонариком. Нет, я не такой дурак, чтобы идти здесь. Обогнул, будучи незамеченным, половину склада и скрылся за кучами мусора — к моему сожалению, пожарный вход тоже охранялся, вот только этот охранник мне сразу не понравился — небритый, отчего похожий на чеченца, с шапкой набекрень, да ещё и с калашом в руках. Он скучающе стоял, прислонившись к пожарной двери, и курил, смотря в звёздное небо. Подобраться к нему так, чтобы я мог прочесть его мысли, мне не составило никакого труда, неубранные кучи пустых коробок из-под активированного угля и парацетамола стали надёжнейшим укрытием. Я встал как раз под охранником и посмотрел на него через решётку железной лестницы. Увидел его глаза и с ощутимым усилием прорвал его защиту.

Мысли его были бессвязны, сразу с десяток кинулись на меня словно мошкара. Ему было жарко, он хотел пить, его заколебала такая работа, правое колено почему-то опять болело. Я, стараясь не производить никаких звуков, стоял и сканировал его столько, сколько мог. Было тяжело, голова начала гудеть как паровоз, виски запульсировали, наливаясь кровью, а горло будто сдавил кто-то невидимый. Секунд десять в общей сложности я выдержал, терпя накатывающую боль и разбирая бред, прущий из его башки. Десять секунд, потом отключился. Головой будто в футбол сыграли, а дышал я сейчас так, словно отбегал оба тайма за всю футбольную команду, что не осталось незамеченным.

— Эй, кто там? — охранник услышал мои болезненные хрипы и посмотрел вниз. — Рекс, это ты?

Рекс?! Не Шарик, не Бобик какой-нибудь, а Рекс! На добродушного двортерьера рассчитывать не стоит.

Я поспешно забежал за кучу коробок и стал шарить в поисках чего потяжелее. Охранник неторопливо спустился по лестнице, гремя тяжёлыми ботинками, и стал обходить коробки, приближаясь ко мне. Блин, да хоть что-нибудь, полено какое или булыжник попадётся мне или нет?!

— Рекс, малыш, выходи, — добродушно позвал охранник и посвистел.

— Гав! — выскочил я и со всей дури заехал ему по голове обломком деревянного поддона.

На какое-то мгновение глаза охранника расширились, и я снова прорвался внутрь его сознания. Последняя его мысль оказалась для меня спасением: на складе точно был RD, и охранник мигом сообразил, что он попал. Но он обмяк, и меня выдернуло наружу, когда он окончательно потерял сознание. Я осторожно осмотрел то место, куда я его ударил, и предположил, что вроде ничего серьёзного, что я его нечаянно не укокошил — поддон оказался неожиданно крепким, даже не развалился, наверное, сучок попался. Мне нужно было хоть какое-то оружие, учитывая, что неофициальная охрана здесь ходит с калашами, а я совершенно безоружен. Автомат я брать не стал — тяжёлый он пока для меня, да и стрелять нормально из него я умею только по-американски, вообще не целясь. Зато нашёл в кобуре ПМ со сколотыми номерами, он как раз пришёлся по руке. Так, надо убираться отсюда, сдаётся мне, что если я повстречаюсь с Рексом, то я пожалею об этом. Мягко ступая по лестнице, поднялся наверх до второго этажа и, окинув взглядом открытое пространство вокруг склада и нигде не увидев никаких собак, достал мобильный и вызвал отряд местной полиции. После чего тут же позвонил Роме.

— Это снова я, — я говорил почти шёпотом. — Склад в Ломоносова подтвердился. Здесь есть RD-18.

— «ФармТрансГрупп»? Выезжаю! Ты там один что ли? Только ничего не трогай и вообще не высовывайся, я уже лечу! Сохрани всё в неприкосновенности, чтобы мы вычислили этих гадов!

— Постараюсь, — пообещал я и отключился.

Пожарная дверь была открыта, и склад любезно впустил меня в своё нутро.

Глава 5

Я спрятался за деревянными ящиками. Сердце колотилось в бешеном темпе, не смотря на холодную ночь мне было очень жарко, пришлось даже расстегнуть плащ. Но через щель между ящиками мне было отчётливо видно всё, что творилось внизу, на первом этаже.

— Грузи живей! — скомандовал бригадир мужику на погрузчике.

Я видел пятерых. Все в синих комбинезонах с эмблемами фармацевтической компании. Один бригадир, один водитель грузовика, один водитель погрузчика и два охранника с автоматами (тот, которого я приметил ещё на подходе, тоже достал автомат). Ещё одного я вырубил на входе, но наверняка есть ещё.

— Они скоро буду здесь! — продолжал бригадир.

Внизу было много точно таких же ящиков, за которыми я и спрятался. И парочка вскрытых блестела кейсами, в которых, как я предполагал, и находился RD.

— Ты! — бригадир ткнул пальцем в одного из охранников. — Тащи сюда наркоманов, пусть поработают!

— Так точно! — вытянулся струной охранник и торопливо пошёл к дальней двери.

Кто-то их предупредил о приезде полиции, причём настолько быстро, что в наши связисты должны захлебнуться в собственной зависти. Фармацевты сейчас торопливо грузили ящики с наркотой в грузовик. Мне только и оставалось, что просто наблюдать и запоминать, помешать им я был не в силах. Лиц мне не было видно — я находился слишком далеко, к тому же, как назло, практически все стояли ко мне спиной.

Отворилась дверь, вышел охранник, а за ним человек десять наркоманов, явно пришедших сюда с требованиями получить очередную дозу сладостных грёз. Бригадир подал знак, чтобы все подошли к нему.

— Значит так, — говорил он громко и отчётливо, не повышая тона. — Ваша задача — как можно быстрей загрузить побольше ящиков вот в этот грузовик. Приступайте!

— Э, мужик, погоди, — одна из наркоманов, девушка с тёмно-рыжими волосами, подняла руку. — Мы за товаром пришли вообще-то. В грузчики не нанимались.

Её тут же поддержал гомон единомышленников.

Бригадир быстро оглянулся и продолжил:

— Хорошо. Всё, что не влезет в грузовик — забирайте!

Ответом ему были радостные возгласы десятка глоток, наркоманы тут же рассыпались как тараканы по всей территории, попарно хватая тяжёлые ящики и неся их к грузовику. Быстро образовался затор, но потом они сообразили, что кто-то должен укладывать ящики в фуру, а не только приносить, и дело пошло гораздо быстрее.

Через небольшую щель мне было видно очень мало, и я рискнул выглянуть из своего укрытия. Почти весь первый этаж, а так же часть второго — узкой металлической дорожки, опоясывающей помещение склада — были заняты ящиками самых разных размеров. И если хотя бы в каждом сотом из ящиков находятся эти ампулы, то я обнаружил очень крупный канал поставки. Что же это за дрянь такая? Откуда она взялась?

Тем временем, фура уже была заполнена на половину, наркоманы работали лучше целой бригады профессиональных грузчиков — настолько сильно было в них желание бесплатно получить очередную дозу, к тому же, судя по всему, далеко не одну. Я видел, что больше половины ящиков из тех, подобные которым они грузили в машину, останутся здесь, просто не поместившись в единственный грузовик. Вот только радость наркоманов будет недолгой — полиция скоро будет здесь. Всё будет конфисковано, а люди — отправлены на лечение.

Нужно попытаться запомнить лица этих фармацевтов, хотя бы бригадира, а для этого мне нужно было выбрать другое место для наблюдения. Я выбрал момент получше, когда никто не смотрел в мою сторону, и перескочил на пару метров вправо, опять спрятавшись за ящиками. Мне повезло, и меня никто не заметил, поэтому я, немного погодя, снова перебрался в соседнее укрытие, уже возле поворота. Пока все складывалось хорошо, и я пользовался этим. Выбирал моменты, когда ящики с грохотом укладывались в фуру, и сдвигался всё дальше и дальше, пока не оказался рядом с грузовиком. Погрузка уже заканчивалась, и мне следовало поторопиться. До намеченного места остался один переход, и мне должен был открыться оттуда прекрасный вид на большинство фармацевтов. Наркоманы меня не интересовали. Уличив ещё один момент, я стремительно понёсся к последнему укрытию, скрывая шум своих шагов за грохотом укладываемых ящиков.

— Тихо! — неожиданно скомандовал бригадир.

Черт! Ну и слух у этого парня — даже я не был уверен, что я слышал собственные шаги. Я как раз только успел скрыться из виду за одним особенно большим ящиком.

Все звуки стихли, и я расслышал полицейскую сирену. Ещё немного, и они будут здесь.

— Сматываемся! — скомандовал бригадир своим.

Сейчас или никогда!

Я выглянул из-за ящика и увидел лицо бригадира. Обветренное вытянутое лицо, короткие чёрные волосы, орлиный грузинский нос и чёрные как сама тьма глаза. Такого я запомню надолго. Как и он меня.

— Вот он! — крикнул бригадир и достал из-за пазухи пистолет.

Я едва успел спрятаться обратно, как первый выстрел едва не снёс мне голову. За ним последовал ещё один, а потом автоматная очередь. Пули звонко отскакивали от ящика, будто тот был стальной, в чём я тут же убедился, когда сбоку отлетел кусок доски, обнажив металлический лист — контейнер зачем-то обшили деревом. Внизу наркоманы с воплями бросились врассыпную, стараясь не угодить под шальные пули. Я достал свой пистолет и принялся наугад отстреливаться, высунув руку из-за угла. Свисавшая над грузовиком лампа взорвалась от рикошета, осыпав снопом искр грузовик. Попасть из укрытия в стрелявших я не мог, не рискуя высунуть голову, но колёса тягача мне было видно, и я попытался прицелиться в них. Руки тряслись неимоверно, я никак не мог успокоиться и сделать точный выстрел.

Стихла автоматная очередь, и я рискнул выглянуть. Охранники оба перезаряжались, наркоманы попрятались за ящиками, но парочке не повезло — их задело очередным рикошетом. Они стонали, скорчившись на грязном полу рядом с брошенным погрузчиком и истекая кровью; судя по тому, как быстро они истекают, времени у них совсем не много, боюсь, до прибытия скорой могут не дожить. Мне было их жалко, но одновременно я порадовался, что попал в них не я — я даже вслепую стрелял в другую сторону, не мог изогнуть так руку, мешал ящик.

Бригадир! Я заметил, как он обежал фуру, затем хлопнула дверь тягача. Его лицо стояло у меня перед глазами, и мне не составляло труда представить, как он сел на пассажирское сидение, как стал перезаряжать пистолет. Мне даже не нужно было смотреть ему в глаза чтобы узнать его мысли — адреналин сейчас переполнял меня, гнал горячую кровь по жилам, перенасыщая мозги кислородом. Тонкая плёнка барьера чужого сознания, мыльный пузырь, не более — его ментальная защита ничто для меня сейчас. Я её прорываю, легко вторгаюсь туда, где мне быть не положено. Где никому, кроме хозяина, быть нельзя. В его разум.

Я ожидал парочку бессвязных мыслей, скорее всего, бесполезных для меня, ведь обычно мне приходилось толкать людей в нужную сторону, задавать вопросы, воскресавшие в их разумах нужные куски памяти. Я словно ходил в видеопрокат, спрашивал о нужном фильме, и его мне приносили. Этому нельзя было сопротивляться, и я пользовался этим как мог. Но сейчас на меня хлынула целая лавина разных мыслей. Она накрыла меня с головой, я стал захлёбываться, тонуть в этом потоке. Я ничего не мог разобрать, не получалось схватиться ни за один из проплывавших спасительных кусков чужой памяти — они двигались слишком уж быстро для меня, я просто не успевал всё это обработать. И не было возможности ни спросить его, кто он и на кого работает, ни вынырнуть из этого потока, прервать связь.

Охранники снова начали стрелять, но грохот выстрелов был для меня очень медленным, как будто кто-то включил замедленную съёмку. Я был в безопасности за ящиками, но ничего не видел, только этот чёртов поток. Чтобы просто пошевелить рукой, у меня уходило непростительно много сил. Натужно завывала приближающаяся сирена, кто-то кричал. Но затем я услышал, как грузовик тронулся с места, оставив чертыхающихся охранников на складе.

— Отвлеките их, — крикнул удаляющийся голос бригадира.

Хлоп — и поток прекратился, резко иссякнув и оставив после себя чудовищную головную боль. Меня чуть не вырвало, я еле сдержался.

— Никто отсюда не выйдет! — сказал охранник и выпустил короткую очередь.

Но уже не в меня. У меня появилась возможность выглянуть из убежища и оценить ситуацию.

Должно быть, наркоманы намеревались свалить отсюда до приезда полиции — каждый схватил по одному, а то и по два больших серебристых кейса из ящиков, и направился к открытому выходу, где только что был грузовик. Но у вооружённых охранников, которых только что бросил их босс, похоже, были иные планы.

— Бросьте кейсы и валите! — другой охранник направил автомат на парня с девушкой, тащивших сразу четыре кейса на двоих.

— Но Миша сказал, что это наше, — возразила девушка, не отпуская поклажу.

Охранник прицельно выстрелил. Девушка выронила оба чемодана и упала на них сверху. Её светлые волосы окрасились в цвет крови.

Мне тут же стало ещё хуже. Я не успел ему помешать, и умер человек. Пусть она и была наркоманом, может, даже преступницей, но она, всё же, человек. Была им.

— Светка! — завопил стоявший рядом парень.

Он бросил кейсы на пол, один из них раскрылся, и почти все ампулы выкатились наружу.

— Осторожнее, — охраннику явно это не понравилось.

Залезть ему в мозги оказалось проще простого, раз — и я уже там, наблюдаю, как тот рисует у себя в воображении, что он продаст всю наркоту и станет богачом. Как же он наивен. Но ещё у него в голове крутится вторая мысль, куда хуже предыдущей. «Перестрелять всех вшивых наркоманов. И Михана заодно за то, что бросил нас». Я с облегчением вынырнул, в мгновение ока перезарядил пистолет и прицелился в него. Руки у меня больше не тряслись.

Бах! Он выстрелил раньше меня, и бедный парень свалился замертво, упав прямо на свою подружку.

Бах! Это уже я нажал на спуск. Но промазал — проклятый кусок свинца попал в ящик, стоявший позади стрелка.

— Стреляй в них, — бросил он своему товарищу.

Тот кивнул и стал искать первую мишень.

— Эй, уроды!

Неожиданно из-за ящиков показалась та самая рыжая девушка, и теперь я мог её хорошо разглядеть. Хорошая одежда, купленная явно не на рынке, длинные тёмно-рыжие прямые волосы, очень красивое лицо. Моя ровесница, плюс-минус года три.

Левый охранник обернулся, намереваясь пристрелить ещё одного наркомана. И вдруг загорелся!

— Что за…? — воскликнул он, не сразу почувствовав жар пламени.

И тут он закричал. Невесть откуда взявшийся огонь охватил его всего почти мгновенно, сжигая одежду, волосы, а затем и кожу, причиняя неимоверную боль. Он бросил автомат и стал носиться по складу, пытаясь убежать от только усиливающегося огня. Рядом с ним пролетела струя пламени, как от огнемёта, ударилась в грязный бетонный пол и тут же исчезла.

— Как ты это делаешь? — задал вопрос кто-то из уцелевших наркоманов, кто — я не увидел.

Но зато увидел, как рыжеволосая девушка, держа в руке коробок спичек, достала оттуда одну, подожгла и поднесла ко рту. И маленький огонёк в её руке превратился в безжалостный поток оранжевого пламени! Он пролетел метров пять и снова добавил огня и без того горящему охраннику. Тот, уже весь обугленный, похожий на обгоревшее полено, упал и перестал кричать.

— Что за фокусы?! — второй охранник повернулся к девушке, но та его не видела, стояла почти спиной к нему, продолжая поливать струёй огня сожжённое тело.

Он навёл на неё автомат, я быстро прицелился в него и несколько раз выстрелил. Один из трёх выстрелов пришлись на цель — я попал ему в голень. У него подкосилась раненая нога, он вскрикнул, но, всё же, выстрелил. Девушке повезло — все пули пролетели высоко над её головой, угодив в большое окно. Та ахнула, повернулась к охраннику и, заметив, что я её только что спас, коротко кивнула и спряталась обратно за ящики.

Охранник снова повернулся ко мне и, поняв, что так он уязвим с двух сторон, начал отступать в сторону, к спасительной стене. Он отвлёкся на меня, и рыжеволосая девушка воспользовалась этим. Чиркнула ещё одной спичкой, размахнулась и бросила её в сторону стрелка. Маленькая деревяшка, почти зубочистка, должна была погаснуть уже при размахе, но не погасла — разгорелась пуще прежнего, став самым настоящим пылающим шаром, и полетела к охраннику. Тот успел вовремя заметить этот огненный шар, на секунду и его, и мои глаза округлились, не веря в происходящее, но у него сработал инстинкт самосохранения, и он благоразумно отскочил в сторону. И как раз вовремя — шар тут же ударился о стену, в то место, где только что стоял автоматчик, и рассеялся, оставив на стене большое чёрное пятно сажи.

Кто она такая, чёрт возьми? Насколько мне известно, наркоманы нынче не умеют управлять огнём. И если струю пламени я ещё как-то мог объяснить, например, во рту у девушки было какое-то горючее, то спичка, превратившаяся в огненный шар — это было выше моего понимания.

Автоматчик бегло пальнул по коробкам на другом конце склада, где пряталась девушка, но добился лишь того, что пробил несколько кейсов, и наркотик из ампул стал литься на пол. Он продолжал отступать в сторону, удаляясь от меня, периодически смотря то в моём направлении, то в её. Похоже, он намеревается смыться там, где я вошёл внутрь склада, по крайней мере, двигался он туда.

— Бежим! — крикнули наркоманы внизу, заметив, что теперь выход никто не перегораживает.

Автоматчик хотел было выстрелить в их сторону, но я не дал — он начал рефлекторно приседать под моими выстрелами, но из-за чёртовой головной боли я толком не мог сосредоточиться и стрелять прицельно — расстояние было слишком велико. Понадеявшись, что все наркоманы уже сбежали, словно крысы с тонущего корабля, ибо полиция, судя по громкости сирен, была уже на подходе, я решил подобраться поближе к автоматчику — тот мне был нужен позарез, он мог вывести меня на поставщиков этой дряни, выдать своих боссов. Но для этого мне нужно было его поймать. Я выглянул из укрытия и посмотрел через перила вниз. Там была очень удачно расположенная куча мусора, в основном, мягкие картонные коробки, куски пенопласта и много грязного поролона. Недолго думая, спрыгнул вниз, но приземление вышло жёстким — ударился коленом обо что-то твёрдое, к тому же, заныли ещё не успевшие зажить после трещины ребра. Надо мной несколько пуль выбили каменную крошку, осыпав меня мелкой пылью. Я тут же прыгнул в сторону, спрятавшись за ящиками. И опять услышал душераздирающий крик.

Автоматчик, полностью сосредоточившись на прыгающем мне, забыл про огненную девушку. И теперь горько об этом пожалел.

Я выглянул из-за ящика и увидел, как уже второй человек начал гореть заживо. Он отбросил автомат, в мгновение ока снял загоревшуюся куртку, буквально выпрыгнул из штанов, но всё было бесполезно — девушка, снова поднеся горящую спичку ко рту, поливала его струёй гибельного огня. Я стоял и ошарашенно смотрел на это, не в силах что-нибудь сделать.

— Хватит, — только и оставалось мне, что выкрикнуть это. — Он уже мёртв.

Этот склад убил ещё одного человека. Которого по счёту? Четвёртого? Пятого? Слишком много, слишком дорого обошлась эта наркота, забрав столько жизней только здесь, а кто знает, сколько их всего.

— Спасибо, что спас меня, — девушка потушила почти сгоревшую спичку и спрятала коробок в карман обтягивающих джинсов.

Она вышла из укрытия и подошла к центру помещения, на открывшуюся после уборки ящиков площадку. Развела руки в стороны, мол, не вооружена и не представляет опасности.

Я тоже выбрался из своего укрытия и подошёл к ней. Пистолет я не стал убирать, хотя патронов в нём уже не было, и он был уже почти бесполезен. Особенно, если она решит сжечь и меня заодно. Встал я достаточно близко, чтобы почувствовать лёгкий сладковатый аромат её духов, судя по запаху — не из дешёвых.

— Ну как же не спасти красивую девушку? — ответил я.

Мозги еле ворочались, при каждом ударе сердца в голову вкачивалось столько крови, что я начинал покачиваться от головокружения.

Она кокетливо улыбнулась, слегка наклонив голову.

— Только он мне был нужен живым.

На секунду я подумал, что она разозлится и тут же спалит меня к чертям собачьим. Но она отреагировала вполне нормально, хотя и немного обиделась, чуть надув губы.