Отпуск на Земле

— Поедем на север, — решила Штольц. — Время позволяет.

Однако у машины Жана на этот счет имелось собственное мнение. Ровный тихий гул генератора под капотом плавно перешел в басовитое гудение и замер где-то на инфразвуке. Джип опустился на землю, антигравы его больше не поддерживали. Жан что-то пробормотал по-французски, начал щелкать кнопками на панели управления — приборы питались от аккумуляторов, а те ещё работали.

— Что там у вас, Жан? — спросила Надежда Максимовна.

— Что-то с «геной», — буркнул водитель. — Надо глянуть, — он вылез из машины в обнимку с ящичком для инструментов.

Сева тоже подошел к открытому капоту и начался консилиум. Постепенно туда подтянулись Штольц, Игорь и Олег. Я ничего не смыслил в вездеходах, но тоже выбрался, за компанию.

— Егор, посмотри, — позвала Настя, когда я проходил мимо неё.

Изящный пальчик указывал на жирную точку на одном из экранов. Я обернулся и увидел слонопотама, неспешно шествующего прямо к нам. До зверюги было ещё два километра, нас он пока не видел.

— Не пойму, откуда она взялась, — сказала Настя, имея в виду точку. — Секунду назад её не было. Может, из-за поломки?

— Надежда Максимовна, — негромко обратился я к командиру, — у нас гость. И не один, — добавил я, наблюдая, как из появляющихся порталов выходят другие слонопотамы. Через пару минут стало ясно, что к нам пожаловало целое стадо.

— Ищут новое пастбище, — заметил Сева. — Издалека пришли, наши слонопотамы порталы сюда не прокладывают.

Интересно, как он различает «наших» слонопотамов от «чужих»? По выражению морды или количеству хоботов? Я никакой разницы между новоявленными пришельцами и теми двумя, что терлись возле скорпиона, не видел.

— Жан, сколько тебе нужно времени? — спокойно спросила Штольц.

— Двадцать минут на замену всего блока питания.

— Сева, помогаешь ему.

— Само собой, — кивнул бородач.

Жан рысцой побежал доставать из багажника запасные части, мы же с тревогой следили за поступью слонопотамов. Если стадо будет приближаться такими темпами, они заметят нас минут через десять. А, заметив, заметно ускорят шаг. Немного подумав, я полез за гранатометом. Олег с Игорем последовали моему примеру. Боезапас каждого джипа составлял десять гранат, на все стадо не хватит, но я надеялся, что пока мы будем отбиваться от передовых насекомых, Жан успеет поставить свой блок.

— Шмели, — коротко сообщила Штольц из-за спины.

Я обернулся. Чертыхнувшись, отбросил граник и прыгнул на место стрелка, к джойстику турели. Несколько шмелей, видимо, решили проверить, что там за подозрительные двуногие насекомые возятся вокруг ещё более подозрительных безногих насекомых. Трое летело в нашу сторону, остальные кружились восьмерками, выжидая результатов разведки. Надежда Максимовна также заняла место за пулеметом, остальные, за исключением водителей, по её команде схватили автоматы и изготовились к стрельбе. Маневрировать мы сейчас не могли, спасти нас должен был шквальный заградительный огонь.

Его мы и устроили. Подпустив шмелей на пятьсот метров, нажали гашетки и срезали летунов. Как в учебнике. Впрочем, радоваться никто не спешил: остальным шмелям происшедшее пришлось не по вкусу. Выстроившись друг за другом, они устремились к нам по излюбленной спирали. Над скорпионом осталась висеть только пара мух.

— Скорость приближения — семьдесят километров в час! — выкрикнула Настя.

Не знаю, правда, кому. Нам было не до статистики.

— Сева, поторопитесь, — повысив голос, сказала Штольц.

Тот не ответил — был слишком занят.

Я посмотрел в прицел на двух первых слонопотамов, «наших», как их назвал бородач. Они прекратили жевать грибы и смотрели в нашу сторону. Видимо, услышали звуки выстрелов. Шмели между тем приблизились. Не дожидаясь, когда они станут заходить на атакующую траекторию, мы снова открыли огонь. Два шмеля обошли машины с другой стороны, я крутанул турель, стараясь в них попасть, и мельком увидел стадо. Один из пришлых слонопотамов поднял хобот и недвусмысленно указывал им на нас. Черт. В следующую секунду воздух потряс глухой удар, а джип подо мной вздрогнул — сигнал к атаке для стада.

— Жан, как там у нас дела? — осведомился я.

— Десять минут, — бросил он в ответ.

Один из шмелей со всего хода врезался в командирскую машину, заставив Надежду Максимовну задрать ноги выше головы и свалиться с сиденья. Пока он, малость контуженный, медленно набирал высоту, я дал по нему короткую очередь. Осталось семь штук, пятеро уже лежали на земле. Олег сильно рисковал, далеко отойдя от джипа, зато обзор у него был широкий, и, пока мы старались не подпустить к нему летающих тварей, сшиб троих. Выкроив пару секунд, пока шмели заходили на очередной круг, я глянул, как там поживает стадо. Стадо приближалось бодрым галопом и обещало прибыть минут через пять. «Наши» слонопотамы тоже двинулись на вечеринку, надо думать, услышали призыв сородичей.

Шмели тем временем не сдавались. Наверное, не знали, как. В очередной раз прокрутив турель, я услышал натужный стон привода, и установка встала. Из-под капота донеслись дружные французско-русские ругательства. Судя по всему, сели аккумуляторы.

— Я за соплями, — известил напарника Сева, и, бросив в мою сторону сердитый взгляд, подскочил к своему вездеходу.

Между тем шмель системы воздух-джип вознамерился протаранить боковое стекло нашей машины. Пока я вытаскивал автомат из креплений сиденья, он ловко миновал заградительный огонь Штольц, проскочил между вездеходами и ударил стекло двумя наростами, в народе — жвалами. Я вылетел из джипа вместе с автоматом, чудом не разрядив его в себя, благо, он стоял на предохранителе. Шмеля-героя замочил Игорь, я же про летунов забыл, как только поднял голову: на меня несся слонопотам, и пробежать ему оставалось метров сто, не больше. Руки как-то сами нашарили оброненный ранее гранатомет, он оказался не только заряженным, но и взведенным — как при падении не рванул — ума не приложу. Дымный след гранаты прочертил воздух прежде, чем я понял, что нажал спусковой крючок. Пригнувшись, я услышал взрыв, местность осветилась короткой вспышкой. Тяжело дыша, я уселся на корточки.

Сверху падали ошметки слонопотама. Надо было вспомнить, где лежат остальные гранаты, мозги что-то как-то начали тормозить. Да, точно. Под сиденьем. До ближайшего слонопотама было двести метров, времени почти нет. Я вытащил ящик с боеприпасами, зарядил граник и направил на хоботастого многонога. Вж-ж-ж, — сказала граната, и я полез за следующей. Даже если их не хватит, у меня было кое-что в запасе. Да и Штольц, кажется, бормотала что-то насчет подмоги минут пять назад. Рядом с машиной свалилась нога слонопотама. Надо поглядывать в небо, прибьет ещё ненароком. От командирской машины также потянулись дымные стрелы: Игорь сменил автомат на граник. Настя и Олег под руководством Штольц продолжали отбивать шмелей, оных осталось всего трое.

Основная волна слонопотамов была на подходе, метрах в трехстах, мы выбивали тех, кто вырвался вперед. Гранаты стремительно таяли, у меня осталось две штуки, когда Надежда Максимовна по рации объявила:

— Всё, не успеваем починиться. Всем в первую машину!

Я попытался представить, как мы там уместимся. Придется ехать в багажнике.

— Одну минуту! — взмолился Жан. — Последний крепеж!

— В машину! — непререкаемым тоном скомандовала Штольц.

И тут сзади раздался знакомый голос:

— Я смотрю, тут потеха в самом разгаре.

Обернувшись, я на секунду забыл о слонопотамах: рядом с джипом, возле истаивающего зеркала портала стоял Азраэль собственной персоной.

— Как дела, Егор? — подмигнул он мне.

— Ты откуда? — я не нашелся, что ещё сказать.

— Думаешь, одному тебе охота на сафари кататься? — усмехнулся ангел. — Да я бы в первый месяц тут сдох с тоски без таких развлечений. Не боись, портал и так охраняют. Так, что мы здесь имеем? — Он картинно приставил ладонь козырьком и констатировал: — Слонопотамы.

— Они, родимые, — я, наконец, очнулся от ступора и всадил гранату в ближайшего монстра.

— Э-эх, раззудись плечо, размахнись рука! — вытащил из воздуха свой меч Азраэль и ломанулся навстречу стаду.

Даже взлетать не стал.

Драться веганец умел и любил — это было видно по тому, с каким удовольствием он развалил первого подвернувшегося под руку слонопотама на десять почти одинаковых частей. Меч в его руке на краткий миг удара удлинялся метров на двадцать и проходил сквозь тело насекомого, не встречая никакого сопротивления. Туша практически сразу обуглилась и начала вонять, а пламенеющий меч уже кромсал очередную жертву. Я направил последнюю гранату в короткий полет и прислонился к вездеходу. Оставалось только смотреть на работу профессионала.

Ангел дурачился, конечно, но выходило у него неплохо. Монстры оседали на землю ада толстыми ломтями один за другим. Мимо пронесся шмель, напомнив, что авиация ещё боеспособна, я поднял автомат и помог Олегу его добить — летун был последним. С молчаливого позволения Надежды Максимовны мы стояли и наблюдали, как разлетаются в разные стороны части слонопотамов.

— Первый раз вижу оружие ангелов, — признался Олег. — Впечатляет.

Азраэлю надоело обходить завалившие поле боя останки, он взмахнул рукой, и многотонные ноги, тела и хоботы, словно от сильного удара, унеслись с вершины холма. Наш джип при этом подпрыгнул на полметра вверх, однако обратно не упал.

— Готово, — буркнул Жан. — Садитесь, чего встали?

Я обернулся посмотреть, как себя чувствует наш скорпион. Скорпион прохлаждался возле зарослей кустов в обществе двух мух. Стадо крысокрылов переместилось на левый склон холма, охоте они не помешают. А к нам спешили «местные» слонопотамы. Все как-то забыли про них, увлекшись пируэтами и финтами веганца. Я глянул на Игоря, он без слов поднял гранатомет, направил на гостей, однако последние внезапно изменили курс, свернув к белеющим крыльям Азраэля. Ангел был занят разделкой очередной туши, назад не оглядывался. Мы дружно закричали, пытаясь привлечь его внимание, Игорь жахнул гранатой — последней — по одной из тварей. Веганец вроде бы сначала не обратил внимания на наши крики, а после взрыва все увидели, как второй слонопотам летит прочь, словно отфутболенный гигантской ногой. Азраэль посмотрел в нашу сторону с непонятным выражением лица, вытащил из-за пазухи нечто вроде рога и дунул в него. Низкий раскатистый звук прокатился по окрестностям, отражаясь от склонов других холмов. А оставшиеся слонопотамы свалились замертво.

— Хорошая дудочка, — крякнул Олег. — Нам бы такую.

— Попроси, может подарит, — посоветовал Игорь.

— Надежда Максимовна, — обратился я к командиру, — мы за скорпионом сгоняем по-бырому? Машина на ходу.

— Да, — встряхнула головой Штольц. — По местам.

Как любил говаривать шеф, дальнейшее было делом техники. Мы спеленали донора, Настя откачала панацею — не ахти сколько, около двух литров — и наш отряд отправился обратно к порталу. Азраэль нас не ждал, исчез сразу после соло на роге. По пути Штольц прокашлялась и нейтральным тоном сказала:

— О том, что веганец отлучался с поста лучше не болтать, — предупреждение относилось к новичкам, Жан и Сева, уверен, были свидетелями этого не первый раз.

— Мы ничего не видели, — ответил за всех Игорь.

— Вот и славно, — пробормотал Сева.

Когда вернулись в лагерь, ангел уже был на прежнем месте, со скучающим видом обозревая окрестности. Поприветствовал нас поднятой рукой и в дальнейшем не удостаивал вниманием.

Вечером мы сидели в гостиной отеля. Все нервничали, особенно Света. Штольц и Сакрадов поглядывали на неё сочувствующими взглядами, так что всё было и так понятно.

— Прежде всего, — начала Надежда Максимовна, — я хочу сказать, что независимо оттого, войдет ли кто из вас в наш отряд, все вы продемонстрировали ловкость, смекалку и хорошую слаженность в работе, весьма похвальную для людей, которые познакомились пару дней назад. Это говорит о том, что мы не ошиблись, когда отбирали вас из десятков других кандидатов. И, будь моя воля, я взяла бы в команду вас всех, — сие предназначалось главным образом Свете. — Однако, в данный момент это невозможно. Экологический комитет жестко ограничивает количество людей, посещающих ад, поскольку опасается негативного влияния на продуктивность доноров панацеи. В настоящее время, в связи с недавним инцидентом, комитет рассматривает вариант создания резервной группы, призванной осуществлять страховку основного отряда, но это пока в проекте. Тем не менее, мы просим тех из вас, кто не войдет в наш отряд, оставаться на связи. В случае утверждения проекта вы будете первыми кандидатами на места во втором составе. Это относится к Жене, Свете и Николаю.

Трое упомянутых разочарованно поглядели друг на друга, Света вскочила и выбежала из гостиной. Леонид несколько неуверенно посмотрел на напарников и спросил:

— А я?

— У нас появился ещё один вакант, — спокойно пояснила Штольц, — поэтому мы взяли пятерых.

— А кто ушёл? — спросил Олег.

— Я, — огорошил присутствующих Сакрадов.

— Александр Юрьевич некоторое время ещё будет стажировать своего преемника, поэтому не спешите с ним прощаться, — скупо улыбнулась Надежда Максимовна.

— А кто будет преемником? — поинтересовался Олег.

— Шелестов, — ответил Сакрадов.

Что ж, чего-то подобного я ожидал. Бэтмен периодически кидал на меня оценивающие взгляды весь вечер.

— Поздравляю, Егорка, — потрепала меня по голове Оксана.

Мм, я уже Егорка, надо же!

— Поскольку мы отстаем от графика, — деловым тоном продолжила Штольц, — советую вам не расслабляться, а сразу настроиться на рабочий лад. Завтра выезжаем в восемь утра. На командирском джипе поедут Олег и Игорь, на машине Жана — Настя и Леонид. Без пятнадцати восемь Оксана заберет вас на стрельбище, там будет инструктаж. Это обычный порядок работы, привыкайте. На сегодня все свободны, отдохните как следует, — Надежда Максимовна кивнула нам и удалилась.

Я подошел к Сакрадову и осведомился о предстоящем дне:

— Мне ехать с ними?

— Если есть желание, — ответил Бэтмен — он опять был в черном спортивном костюме. — Ты мне нужен возле портала в десять утра. Захвати с собой смену белья и чего-нибудь поесть — сухпай безвкусный, как шлепанцы.

— Надолго поедем?

— Как пойдет. Примерно от двух до пяти дней.

— Понятно.

Сакрадов попрощался и тоже ушел вслед за Штольц. Кажется, кто-то из них подвозил другого на машине: Оксана рассказывала, что они жили в поселке в соседних коттеджах. Я оглянулся и увидел, что Оксана стоит возле барной стойки и машет мне рукой. Проснусь завтра попозже, пожалуй.

В десять утра я уже стоял возле ангара и любовался джипом, который выкатили техники.

— Залезай, — бросил подошедший Сакрадов, и сам забрался на место водителя.

Внутри машина была такой же, как остальные вездеходы, только вместо боекомплекта ящики забиты радиомаяками, а задние сиденья завалены телекоммуникационным оборудованием. Бэтмен вывел джип из ворот, и мы покатили на восток. Сакрадов включил магнитолу — на диске было что-то инструментальное — и надолго замолчал. Он вообще был не слишком разговорчив, насколько я смог его узнать. Я решил, что не буду приставать с вопросами: все, что нужно, он мне и так расскажет.

Ночь в аду подходила к концу, крупные звезды скопления клонились к закату, уступая место розовым перьям восхода. Небо меняло свой цвет, от темно-фиолетового переходя к синему и, наконец, становясь изумрудно-зеленым. Прямо по курсу показался краешек белого солнца, и напарник включил тонировку стекла. Через час такого молчаливого путешествия мы миновали район плосковерхих холмов и выехали на широкую равнину. Далеко справа паслось стадо крысаков, однако Бэтмен не обращал внимания на встречавшихся по пути насекомых. Заметив мой взгляд, он снизошел до объяснения:

— В округе на сто пятьдесят километров все скорпионы уже промаркированы. Наша территория начнется за хребтом Верещагина, там часто появляются свежие экземпляры.

— Я думал, за семнадцать лет все скорпионы уже помечены раз по десять каждый, — честно признался я.

— Я бы тогда остался без работы, — подмигнул Сакрадов. — Маячки не долговечны. Срок службы в среднем — три-четыре месяца.

— Похоже, тут все оборудование не страдает излишней надежностью, — закинул я удочку. — У Жана вот вчера тоже джип сломался.

— Да, есть такое дело, — согласился Бэтмен. — Извечная проблема. Впрочем, мы уже привыкли. Системы наблюдения и сбора данных не живут больше двух месяцев, исследователи уже замучили своими просьбами расставить новые зонды. Это, кстати, их оборудование там, сзади.

— Но об отказах воздушных фильтров я не слышал. Надеюсь, это не частое явление?

— Насколько мне известно, таких отказов не было ни разу. Причина, полагаю, в том, что выходит из строя оборудование, где задействовано электричество или радионуклиды, а в фильтрах одна химия: меняй насадки вовремя — и всё будет нормально. Расслабься, — покосился он на меня. — Здесь всё по триста раз проверено.

Мы продолжали мчаться по равнине, навстречу восходящему солнцу. Изредка попадались стада насекомых, от мелких клопов, до внушительных слонопотамов, но Сакрадов каждый раз сворачивал в сторону, стараясь к ним не приближаться. Пару раз мы пересекли реку, катившую свои тягучие воды извивистым руслом куда-то на юг. Заросли полиморфных кристаллов с каждым пройденным километром становились всё выше и причудливей, напоминая уже скорее не привычные кусты, а какие-то архитектурные сооружения: арки, изломанные стены, шпили и беседки. Приходилось объезжать это великолепие: в сплетении «ветвей» можно было заплутать. Кристаллы источали запах, очень похожий на запах озона, он разносился далеко окрест. Рядом с кустами росли местные грибы. Оксана рассказывала, что экстремалы из числа исследователей как-то пробовали приготовить из них нечто съедобное. Дело закончилось групповым промыванием желудков.

— Нам туда, — указал Сакрадов на появившуюся впереди белую полосу.

Это был хребет Верещагина. Через полчаса мы подъехали к отвесным скалам, вздымавшимся на километровую высоту — немало по меркам этой планеты. По-моему, в справочнике говорилось, что высочайшей вершиной ада была гора Джайн, поднимавшаяся на два с чем-то километра и вытянутая в длину километров на двадцать. Белые скалы, лежавшие у нас на пути, казались совершенно неприступными, я не заметил никаких выступов или трещин, которые бы позволили штурмовать их гладкие стены. Сомневаюсь, что Игорь залез бы на них, даже с альпинистским снаряжением.

— Как будем перебираться? — поинтересовался я.

— Здесь недалеко есть разлом, — ответил Сакрадов. — Проходит через весь хребет. Возле входа и выхода установим телекамеры, экологи просили. Изучают миграционные пути насекомых, — он свернул к югу и повел джип вдоль скал. — Интересные горы, да? — вдруг добавил Бэтмен. — Земля вокруг коричневая, а скалы белые.

— Наверное, выход оснόвных пород, — пожал я плечами.