Лигранд. Империя рабства

— Могу я поинтересоваться вашим маниакальным стремлением..., — я на некоторое время задумался, подбирая слова, — получить меня в попутчики?

— Можете. А я узнать причину вашего отказа?

— Вы не ответили на мой вопрос.

— Ответила — поинтересоваться можете, а вот вы мне не ответили.

Я улыбнулся.

— Я не очень люблю толчею.

— А у меня создалось впечатление, что вы боитесь.

— Отнюдь. Откуда такие мысли? — Я слегка приостановился, пропуская лару на лестницу.

— За всё время, что вы провели здесь, — она остановилась на лесенку выше меня и повернулась ко мне лицом, — вы ни разу не покидали имения, ну за исключением странных утренних пробежек. А это значит, что вы уже постарели до такой степени, либо чего-то боитесь.

— Ошибочное мнение и несколько вызывающе слышать его от лары.

— Хм-м. Вы... Мне не привычно говорить тебе вы, тем более что мы... дважды, вернее я, дважды видела вас без ... камзола и остальных частей туалета, в связи с этим я, когда мы вдвоём буду обращаться к тебе на ты. Ну а ты можешь мне говорить вы, поскольку не помнишь меня в купальне. Так вот Элидар, а ты ударился головой сильнее, чем я полагала. Во-первых, ты отказываешься выехать из имения, хотя раньше тебе достаточно было намекнуть, во-вторых, прежний Элидар, только из-за одной мысли о том, что его могут посчитать трусом, согласился бы, в-третьих, ты бы никогда не прикрылся дедом.

Она резко повернулась, едва не попав мне волосами по лицу, и стала подниматься по ступенькам, достигнув верхней, она вновь развернулась и хотела ещё что-то сказать, но, передумав порывистыми движениями, исчезла за хлопнувшими дверьми. «Ребёнок, право слово. Пусть уже большой, но ребёнок», — улыбнулся я.

В бальный зал я обычно слегка запаздывал, поскольку первых минут десять Отта не танцевала со мной, а смотрела за более молодым поколением. Сегодня я решил не изменять традиции и привычно прийти несколько позже. Я, разумеется, понимал, что лара Альяна будет ждать, но хотелось её позлить. Детский поступок, но я не удержался.

Как бы не так! Она почти одновременно, вернее, с лёгким упреждением вышла из женского крыла на втором этаже.

— Элидар, смотрю, привычки вы совсем не изменили, после того как упали.

— Альяна, ты уж определись, на вы ты ко мне или на ты, — абсолютно ровным голосом заметил я, предоставляя локоть для её руки.

Она улыбнулась. Насколько знаю, их этому приёму учили на этикете: если ларе произнесли фразу не требующую ответа и она не знает что сказать, можно слегка улыбнуться — бубнила как-то Синара сидя у меня в комнате с листками старательно испишрёными её рукой. До такой роскоши как тетради здесь ещё не дошли, и дети писали на обычных (не для нашего мира, разумеется) кожаных листах. Надо сказать система многоразовая, то есть опускают в раствор исписанный листок и на следующий день можно снова писать. Но, тем не менее, глупостей детям писать не разрешали — сугубо нужные для учёбы вещи, то есть изначально приучали к использованию не самого дешевого расходного материала — бумаги.

Лара Альяна решила, похоже, удивить меня. Или соблазнить. Платье было на высоте. Разумеется до самых пяток. Тяжёлая ткань голубоватого оттенка, ниспадающая по юному телу. Лиф в обтяжку и свободная снизу юбка. По плечам несколько широковатые лямки с кружевами, проходящими по декольте. Декольте не глубокое и без всяких вырезов, тем не менее, лёгкое подобие груди, как и ложбинку, было видно, особенно с высоты моего роста. Руки полностью открыты. Я бы на её месте выбрал платье с длинным рукавом — слишком уж торчали локотки — худоба. По нижней части юбки, дублируя круг в области колен, проходили кружева, подобные расположенным на декольте. По тем образцам женского туалета, что я встречал в этом мире это очень эротичное плате в стиле «Остальное он додумает сам». Мне в девятнадцать, хватало ложбинки в декольте и облегающего верха попки. Зная, что под юбкой ничего нет кроме подъюбника.... Фантазия у меня была на высоте. Собственно как и покрой юбки этого платья — выделялись обе половинки прекрасной части лары. А вот именно эта часть хоть и была мелковатой, но такой пропорциональной и наверно упругой.

Все эти мысли пролетели в голове, пока я пропускал Лару впереди себя в бальный зал, где уже из-под пальцев Тотуса доносились аккорды местной мандолины

А танцевала Лара совсем даже неплохо. Местные танцы делились на некое подобие вальса и более оживлённый, в особенности для женской части пары, Лататос. Лататосов было несколько видов, причём они могли очень разниться, опять же, для лар. Мне в данном танце надо было лишь гордо и в такт вовремя подойти к партнёрше или отойти от неё, изредка провести девушку круг два или притопнуть ногой. А вот партнёрше... там и реверансы, и очень скромные покачивания бёдер при некоторых па, и прохождение вокруг партнёра и всё это в определённом порядке. Хотя был один Лататос, когда партнёрша могла импровизировать, он так и назывался Свободный лататос. Со стороны все виды этого танца смотрелись, как будто девушка показывает, в меру стеснительности и этикета, своему партнёру все свои лучшие стороны. А партнёр при этом восторгается своей дамой и изредка порывается подойти. В некоторых случаях ему это удавалось, согласно сценария, и он кружил лару. Данный танец символизировал ухаживания лары за объектом своего внимания, как объясняла нам Отта, и в связи с этим танец был доступен только ларам. Замужняя девушка танцующая Лататос, это даже не моветон, это нонсенс.

Альяна то отходила, то приближалась ко мне, кружа в танце. Движения её были легки и грациозны, изредка, когда Отта отвлекалась на пары младших, Лара прижималась ко мне, то грудью, то спиной, то есть тем, что пониже оной. Как бы объяснить.... Это равнозначно тому, что во время вальса партнёрша тебя схватит за ягодицы. Расстояние между нашими телами должно быть не менее ладони в любом па любого танца. Альяна явно заигрывала хитро улыбаясь. И наверно я должен был бы рад такому вниманию со стороны молоденькой девушки. Наверно, потому что я совсем не был рад, так как в тесноватых штанах становилось ещё теснее. Благо, что полы камзола несколько прикрывали мой конфуз.

Я держался, сколько мог. Думал о магии, о гнусности рабов, о том, что надо дать распоряжение Пасоту посмотреть подковы моего жеребца, в общем, обо всём, что могло бы хоть как-то отвлечь меня от фигуры этой малолетней пигалицы. Но во время медленного танца я не сдержался и отомстил Альяне. Когда она в очередной раз слегка прикоснулась бедром к моему бедру, я опустил на пару секунд руку ниже талии. Слово даю, нет там под юбкой ничего, даже подъюбника. Брови лары удивлённо выгнулись, и тут же поползла улыбка, так как она в этот момент ощутила мою тягу к её телу.

— Отта, — Альяна опустив руки с моих плеч, развернулась, при этом, прикрыв меня от взглядов окружающих, — я прошу прощения, но мы обещали балзону Пионату прийти к нему.

— Не красиво прерывать танец до его окончания, а уж тем более громко говорить во время танца, — строго ответила преподаватель. — Либалзон Элидар, лара Альяна, можете идти.

— Либалзон, — как только мы вышли из зала, слегка улыбнулась лара, — по моему вам надо охладиться, — и быстро, как она умеет, развернувшись, зашагала по коридору.

Я же, постояв некоторое время и несколько остыв после танцев, направился действительно к деду.

— Присаживайся, — Пионат указал мне на стул, после того как Ратс закрыл дверь и опустил взгляд на бумаги лежащие на столе. — Как тебе лара Альяна?

— Дерзка, молода и несерьёзна.

Дед одобрительно кивнул головой.

— Значит нравится.

Я уже подбирал слова, чтобы вежливо возмутиться, когда дед продолжил.

— Близко к себе не подпускай, вы всё равно не пара. У лары есть веские причины быть взбалмошной, я тебе потом расскажу, когда она уедет. Сейчас тебе общение с ней только на пользу, поскольку то, что рассказывают Тотус и Отта о нормах и правилах поведения в обществе знати, это всего лишь теория. Идеал, как должно быть. В действительности же полно вот таких, ну может не совсем таких, лар, стремящихся поставить молодого человека в неловкую ситуацию. И зачастую им это удаётся. Ты свет действительно научился не видеть?

— Да, — я был в некотором замешательстве.

Сначала хотел возмутиться по поводу «нравится», затем поинтересоваться кто кому не пара, ну а к концу разговора мне очень хотелось узнать, что за причины, позволяющие Альяне так себя вести. Но если дед сказал потом, то спорить было бессмысленно.

— Тогда тебе лучше составить компанию ларе Альяне в завтрашней поездке, — обескуражил меня Пионат напоследок. — Ты ведь за этим приходил?

— Да. Ещё хотел бы поинтересоваться книгами по магии.

Балзон поднял на меня взгляд и несколько секунд пристально смотрел.

— К этому вопросу вернёмся через пятнадцать дней.

— Почему именно такой срок?

К этому времени лара Альяна уедет. Сейчас она всё равно не даст тебе заниматься.

Визит к деду породил во мне кучу вопросов. В прихожей кабинета я увидел невозмутимо сидящий на стуле объект нашего с балзоном разговора.

Она вежливо и даже несколько официально улыбнулась мне. Ратс обойдя меня, постучался в дверь кабинета.

— Войди, — раздался голос деда.

— К вам Лара Альяна, — приоткрыв дверь, произнёс слуга.

— Пригласи.

— Извини, я не хотела, — приостановившись, прошептала она мне на ухо и провела пальчиками по бедру.

Стервочка. Нащупала слабое место, и теперь будет давить на него. И ладно бы в прямом смысле, так ведь нет....

Глава 6

Отправились мы в Гонит — ближайший городок в трёх часах езды рано утром.

— Доброе утро, Элидар, — поздоровалась моя спутница стоявшая к моему выходу уже у кареты.

На ней был накинут плащ скрывающий её полностью. Утро было несколько прохладным для середины лета. Большая редкость для этих мест. Обычно в это время преобладает жара, причём жара с большой буквы. Зимы в русском понятии, вернее в уральском, здесь не было. Редкий случай, что минус пару градусов ударит, зато лето обычно было знойным, хотя и перемежалось с некоторым количеством дождей. Сегодня, судя по прохладному утру как раз осадков можно ожидать.

— Доброе утро, Альяна, — слегка склонил голову я.

— Я буду паинькой, — сообщила она мне, когда карета в сопровождении двух воинов выезжала со двора.

— Надеюсь.

Интересно, о чём они говорили вчера с дедом? И что за недомолвки балзона связанные с ней? Она-то мне точно не расскажет.

Первый час лара умудрилась промолчать. Я, стараясь сохранить это состояние девушки, даже не глядел на неё, уставившись в сторону, то есть в окно. Пейзаж был монотонен, но для меня интересен, так как я действительно не выходил из имения последние годы, спрятавшись там, словно цыплёнок в скорлупе. Очень удобно. Тебе сухо, тепло, комфортно. Единственные проблемы волнующие меня в эти годы, это как бы не опоздать на завтрак или получить рабыню в постель. И это ещё глобальные. Я скрылся у деда от этого мира. Я неосознанно боялся его — этот мир чужой. Я не знал, что мне в нём делать, зачем я здесь.

Так под мерное поскрипывание кожаных рессор и колёс я предавался невесёлым раздумьям, пока не очнулось чудовище рядом со мной. А ведь я её тоже боюсь, вдруг словно током пронзило меня. Я вообще всё время, что жил здесь только и делал, что боялся. Боялся сделать шаг в сторону, боялся что обо мне подумают плохо....

— ...либалзон! Вы меня слушаете? — гневно ворвался в мой разум голос лары.

— Нет. Извини. Я просто задумался.

— О чём же вы думали?

— Мы договорились на ты.

— Не мы, а я на ты, а ты можешь на вы. И что за великие мысли посетили тебя, что ты имеешь столь серьёзный вид и всю дорогу не обращаешь на меня внимание?

— Например, что ты меня используешь и при этом не хочешь сказать зачем. Я же нужен тебе в этой поездке?

Альяна на некоторое время отвернулась в окно.

— Да, нужен. Я этого и не скрывала, — с серьёзным видом посмотрела она на меня.

Настолько... естественной что ли, я её ещё не видел. А она действительно мила когда не корчит из себя беспутную фиглярку. И выглядит она так несколько старше.

— Тебе так больше идёт. Зачем?

— Мне надо поговорить с балзоном а у него неженатый сын. Мне не прилично входить в их дом одной.

— А со мной прилично?

— Нет, — пожала она плечами, — скорее наоборот, поскольку все знают, почему мы в прошлый раз покинули имение Пионата, но ты хоть и дальний, но родственник. Поэтому не очень красиво, но правил приличия, по крайней мере, официально, я не нарушаю.

— О чём ты хотела поговорить с балзоном?

— Этого я не могу тебе сказать.

— Почему?

— Ты задаёшь глупые вопросы. Если я говорю, что не могу рассказать, о чём разговор, разумеется, я не скажу и о том, почему не могу рассказать.

Мы некоторое время помолчали. Альяна вновь уставилась в окно.

— О чём вы говорили с Пионатом? — спросил я, пользуясь пословицей: куй железо пока горячо.

— О тебе. Я тебе расскажу, если ты честно расскажешь, о чём ты говорил с ним.

— О тебе, — собезьянничал я. — О том насколько ты взбалмошна. Дед пообещал рассказать почему, после того как ты уедешь.

— Это я попросила его не говорить тебе.

— Зачем?

— Уеду — узнаешь. И это всё?

— Нет. Я хотел переговорить с ним о том, как бы удобней отказаться от поездки с тобой.

— Неужели я так страшна?

— Ну почему, ты привлекательна, — я несколько смутился.

У лары Альяны проскользнула полуулыбка, возвращающая её в прежнее озорное состояние. Сто процентов вспомнила занятия танцами.

— Но ты несколько безрассудна, а я никогда не был в городе и первый визит туда, где всё не знакомо не хотел бы делать с такой особой, — по быстрому осадил я её, ну дабы не потерять её проснувшуюся откровенность.

— Я не доставлю тебе хлопот, — при этом слегка прищурившиеся глазки выдали, что я её потерял.

Потерял, в смысле, честную Альяну — в неё снова вселился дух сарказма и безбашенности. Я прямо всеми фибрами души ощутил готовящийся подвох.

— А о чём говорили вы?

— О том насколько быстро ты восстановился после удара и что тебе необходимы новые ощущения.

Я демонстративно уставился в окно. Девица оказалась опытнее, чем я предполагал, и не повелась на напускную обиду. Мы некоторое время молчали. Но Альяна смогла, изобразив глупый вид, при этом наивно и в то же время профессионально, втянуть меня в пустой разговор. Ей бы аферисткой быть, а не ларой. Но за полчаса перед городом она вдруг сама потухла и уставилась в окно.

Балзон Роник слегка полноватый мужчина, владеющий землями раз так в десять превосходящими по размеру балзонство Пионата и либалзон Сойтеникар, оказались довольно приветливыми людьми. По крайней мере, внешне. Я бы возможно вообще на их месте не стал принимать нас. Дело в том, что у нас, вернее у деда с балзоном Роником, были спорные территории и они, находились в несколько напряженных отношениях, однако, либалзон Сойтеникар разок посещал вотчину деда. Я тогда только приехал в имение и дед не разрешал мне появляться целый день во дворе во время визита этого молодого человека. С теоретической высоты прожитых лет в этом мире, я понимаю, что это была разведка боем. До конца цель той миссии я так и не смог понять, но вот сейчас приняли нас по высшему разряду — вино, незамысловатые яства в виде фруктов и бесформенных кусков шоколада. Шоколад в этом мире это вот не те плитки в обёртке, это реально горьковатый комковатый продукт, подаваемый к местным отварам в качестве добавки и самая опасная, с точки зрения Отты, его функция, это поставить либалзона в неловкую ситуацию при употреблении этого напитка, путём отложения налёта на губе. Замудрёно? Это вы ещё не слышали полной версии доклада преподавательницы по этому поводу.

— Принесите полотенце, — обратился я к распорядителю обеда, перед тем как изведать этот не очень приятный на вкус продукт.

Он склонил голову и исчез. Можно было бы и отказаться, но, во-первых, напиток не настолько противен, а во-вторых, хозяева выставив реально дорогую по местным меркам добавку к отвару оказали некий знак уважения к нам.

— Могу поинтересоваться целью вашего визита лигранд Элидар? — вежливо спросил балзон.

— Я обязательно отвечу на ваш вопрос, но у меня есть просьба, — ответил я. — Могу просить вас и либалзона отойти от титулов.

— Вы предлагаете перейти на имена? — поинтересовался на всякий случай балзон.

— Да. Я знаю, что у моего деда и у вас есть взаимные территориальные претензии, но не считаю это поводом разговаривать на официальных тонах.

— Вы правы Элидар, поэтому ваше предложение вполне приемлемо, — соблюдая все традиции, улыбнувшись, произнёс Роник.

— Я приехал к вам ради знакомства, так как по известным причинам забыл всех кого ранее знал. К тому же балзон Пионат рассказывал, что Сойтеникар приезжал в имение поинтересоваться моим здоровьем. Ну и поскольку не так уж много людей выявили такое желание..., вернее либалзон и лара Альяна это единственные люди, то я просто обязан был совершить ответный визит просто из благодарности.