Помоги проекту - поделись книгой:
— Почему ты не разбудил меня?
— Я пытался разбудить, но ты не просыпался. Спал, как убитый. Так ведь у вас говорят?
— Да, но сейчас не время это обсуждать, — ответил Княжевич, обводя взглядом стоящие полукругом палатки. Никаких следов борьбы он не заметил. Но куда же все подевались?
Где Вероника?
Не глядя на Тео, Дарий решительно направился к палатке, в которой ночевали девушки. Там обнаружились аккуратно расстеленные спальники, рядом с которыми лежали открытые рюкзаки и несколько небрежно разбросанных женских мелочей вроде расчёсок и косметических принадлежностей. Всё выглядело так, будто хозяйки палатки ненадолго отошли и собирались вот-вот вернуться, чтобы продолжить приводить себя в порядок и собираться в путь. Придвинув к себе рюкзак Вероники, Княжевич обыскал его и, вытащив спрятанную на самое дно куртку, ощупал её подкладку, в которой лежали созданные магией предметы. Всё было на месте.
Кроме самой девушки.
Самое время пожалеть о том, что у них с Вероникой не было помолвки. Будь на его пальце кольцо, надетое ею, он бы почувствовал, всё ли с ней в порядке. Но теперь, расставшись с прежним помолвочным кольцом, она носила лишь свой амулет, который мог уберечь её, но далеко не во всех ситуациях.
Когда Дарий, разорвав нитки, вытащил обе подвески и компас, после чего снова вышел на поляну, Тео вскинул на него вопрошающий взгляд. Взглянув на своего невольного товарища по несчастью, Княжевич лишь вздохнул и покачал головой. Судя по всему, в палатке четы Шталь его ждала та же самая картина, но следовало заглянуть и туда.
Просыпаться не хотелось. Ей снилось, что она, лёжа в большой ванне, нежится в шапке густой пены, от которой поднимается сладкий аромат мандаринов и миндаля. Ванную комнату Инна узнала — та находилась в загородном доме Розенбергов.
Нет. Теперь уже не Розенбергов. Ведь её отец больше никогда не войдёт в этот особняк хозяином. Никогда. До чего же страшное слово.
Затем Инна почувствовала крепко обхватывающие её мужские руки. Похоже, в Мартине проснулось желание, что было не очень-то вовремя, учитывая, где они в данный момент находились. В этом чёртовом походе. Почему она вообще согласилась в нём участвовать? Лежащий рядом мужчина пошевелился, и, чувствуя прижимающееся к ней горячее тело, Инна втянула носом его запах. После чего в ужасе распахнула глаза, отталкивая всё ещё обнимающего её человека. В ней поднялась паника, когда она поняла, что он был вовсе не её мужем.
— Какого чёрта?! — воскликнула она, узнав в незнакомце Дмитрия, ещё одного участника похода. — Что ты вытворяешь?! Это не твоя палатка!
— Похоже, это вообще не палатка, — пробормотал он, убирая от неё руки и поднимаясь на ноги. Вернее, силясь это сделать, потому что при попытке встать он ударился обо что-то головой и тут же выругался. — Что это за хрень?
— Хороший вопрос, — отозвалась Инна, пытаясь понять, где они оказались и каким образом. На ней была та же одежда, в которой она вечером ложилась спать в палатке. Но сейчас под ней не обнаружилось ничего похожего на успевший стать привычным походный спальник, хотя лежала она на чём-то мягком и даже весьма приятно пахнущем.
— Вставай, — буркнул Шульгин, протягивая ей руку. — Будем разбираться, куда мы попали. Для начала надо выбраться отсюда.
— Откуда? — хватаясь за его широкую ладонь, спросила она.
— Выберемся — узнаем.
— Та ещё перспективка, — хмыкнула Инна без особого одобрения.
— Другой нет, извини.
Когда она поднялась, Дмитрий, пригибаясь, потащил её за собой туда, откуда струился свет. Вскоре они проскользнули в неширокое отверстие, после чего обернулись. Мужчина присвистнул.
— Вот так шалашик, — произнёс он.
Инна, приоткрыв от изумления рот, разглядывала то строение, из которого они только что вышли. Это, в самом деле, был шалаш. Построенный из множества веток и выглядящий весьма крепким. Он был гораздо выше обычной туристической палатки, да и просторнее тоже. Ей, закоренелой горожанке, никогда раньше не приходилось видеть ничего подобного.
— Где остальные? — растерянно проговорила Инна, переводя взгляд на стоящего рядом Дмитрия. Он был в одних лишь спортивных штанах, а также без обуви, как, впрочем, и она сама. — Где мой муж?
Она проснулась от холода, а, пошевелившись, поморщилась от боли, когда почувствовала, что лежит на земле, покрытой сосновыми иголками. Ещё через несколько секунд Регина поняла — единственное, что прикрывает тело, это её собственные растрёпанные волосы. Она попыталась встать и вскрикнула, когда наткнулась на колючие иглы опирающейся о землю ладонью.
— Осторожнее, — сказал чей-то знакомый голос, и девушка снова закричала, когда из-за ближайших зарослей к ней направился Мартин. — Давай помогу, — произнёс Шталь, подходя ближе и протягивая ей руку. — Ну? — с нетерпением добавил он, когда она вскинула на него недоверчивый взгляд.
— Отвернись, — выпалила Регина.
— Думаешь, я не видел голых девушек? Хотя… ракурс не очень хорош. Если ты немного повернёшься, а ещё откинешь назад волосы…
— Заткнись!
— Ладно, — ответил он и, бесцеремонно перехватив её чуть выше локтя, вздёрнул на ноги, отчего девушка снова возмущённо взвизгнула.
— Где мы? — освободившись от его хватки, спросила она.
— Самому интересно, — оглядываясь по сторонам, заметил Мартин. — Всё тот же лес. Но никаких палаток поблизости.
— А где остальные?
— Их я тоже пока не обнаружил.
От его привычной иронической интонации, за которой пробивалась нервозность, Регина почувствовала себя ещё хуже. Хотя, если подумать, куда уж хуже? Она голая, в незнакомом месте и в компании одного только Мартина Шталя.
Если это чья-то шутка, то преотвратительная!
— Не смотри на меня! — крикнула она, когда Шталь, перестав осматривать ближайшие деревья, снова повернулся к ней.
— На мой взгляд, тебе совершенно нечего стесняться, — ответил он, усмехнувшись. — Но прости, детка, мне не до того, чтобы на тебя любоваться. Есть проблемы посерьёзнее.
— Например?
— Определить, где мы находимся, как сюда попали и куда идти.
— Я не могу никуда идти в таком виде!
— Предпочитаешь остаться здесь? — приподняв бровь, саркастически осведомился Мартин. — Дожидаться чьей-нибудь помощи? Уверена?
Регина нерешительно кивнула. В это время откуда-то из-за её спины раздался угрожающий звук. Громкий вой, пробирающий до костей. Девушка, не успев обернуться, ощутила слабость в коленях и, соскальзывая обратно на землю, потеряла сознание. Её последней мыслью было воспоминание о том, что этой ночью Вероника не кричала во сне.
Я открыла глаза и с недоумением завертела головой, не обнаружив над собой палаточного навеса. Сейчас я лежала под открытым небом, причём, судя по положению солнца, был уже день. Подо мной была примятая трава, от которой исходил сильный и острый запах, а голые ноги уже начало припекать полуденным жаром, поскольку деревьев рядом не оказалось.
Неловко опираясь о землю, я поднялась на ноги и осмотрелась. Через несколько секунд стало очевидно, что за время, которое прошло с момента моего засыпания в палатке рядом с Региной, неведомым образом произошли весьма крупные изменения. В данный момент я стояла вовсе не на той лесной поляне, на которой мы вечером поставили палатки. Судя по тому, что я только что поднялась с травы, росшей на обочине неширокой просёлочной дороги, меня каким-то образом занесло на самую окраину леса. Несмотря на то, что особых способностей к топографии у меня не было, я могла с уверенностью сказать, что здесь мы не проходили.
Переступив с ноги на ногу, я поняла, что стою на траве босиком. Из одежды на мне, помимо нижнего белья, наличествовали только короткие шорты и футболка, в которых я спала в палатке. Никаких карманов на этих вещах не имелось, а украшений на мне и прежде не было, если не считать кольца с синим камнем, служащего мне амулетом с того времени, как я стала студенткой Университета Магии. Сейчас кольцо поблескивало на пальце, напоминая о том, что в случае чего я могу рассчитывать на его защиту. Это меня немного успокоило.
Попытавшись собраться с мыслями, я перебрала в голове события предыдущего дня, который практически ничем не отличался от остальных. Я уже начала привыкать к тяготам походной жизни, хотя до заправской туристки мне было ещё далеко. Прошлой ночью мне даже удалось улучить момент для того, чтобы немного побыть наедине с Дарием. Но затем он почуял чьё-то нежелательное присутствие, и нашему ночному свиданию пришёл конец. Я вспомнила выражение тревоги на его лице, и меня сковал страх при мысли о том, где же сейчас Княжевич и остальные.
В эту ночь мне не снилось ни кошмарных, ни каких-либо других сновидений. Я заснула, едва забравшись в спальный мешок, но не настолько же крепко я спала, чтобы не заметить того, что меня перетащили в другое место, предварительно вытряхнув как из спальника, так и из палатки! Однако именно это со мной произошло.
Только ли со мной?
Выйдя на дорогу, я несколько мгновений постояла на одном месте, выбирая направление, затем свернула вправо и пошла вперёд. Идти было тяжело — на дороге попадались мелкие камни, наступать на которые босыми ступнями было довольно больно. Поэтому шла я медленно и больше смотрела под ноги, чем по сторонам. Когда же я подняла голову, чтобы оглядеться, мне показалось, что меня с головой окунули в ледяную воду. Дорога заканчивалась, упираясь в стоящее передо мной заброшенное здание из моих снов.
Глава 56
Весьма комфортабельная палатка Мартина обнаружилась примерно в том же состоянии, что и вторая, которую он уже осмотрел. Всё выглядело так, словно хозяева вышли из неё ненадолго и вот-вот собирались вернуться. Учитывая, что было довольно тепло, они спали, не застёгивая спальных мешков, лишь прикрываясь их краями, которые сейчас были призывно откинуты, будто приглашали прилечь.
— Ты тоже заметил? — спросил за его спиной Тео, неслышно подобравшись ближе.
— Что? — уточнил Дарий.
— Обувь! Их обувь осталась на месте. И возле палатки Ники с Региной тоже.
Теперь Княжевич разглядел, о чём говорил собеседник, и мысленно упрекнул себя за недостаточную внимательность. В самом деле, возле палатки Шталя обнаружились как мужские походные ботинки, так и модельного вида ярко-голубые кроссовки его жены. А перед палаткой девушек аккуратно оказались расставлены ещё одни кроссовки, на этот раз тёмно-синие, а также кеды, которые он совсем недавно видел на ногах Вероники.
— Что это всё означает? — недоумевающе спросил Тео. — Они все ушли босиком? Но куда и зачем?
Дарий ничего не ответил, прокручивая в памяти недавний ночной разговор с Мартином. Кажется, он говорил о том, что они идут недостаточно быстро, и Княжевичу почудился в этом намёк на то, что команда должна разделиться. Но полным бредом было бы предполагать, что это он всё устроил, забрав с собой Дмитрия, Инну, Веронику и Регину, торопясь так, что они не только оставили все свои вещи, но и позабыли даже обуться. Нет, Шталь едва ли сделал бы такую глупость. В том разговоре он упоминал обнаруженные им в ближайшей заброшенной деревне следы магии, и сейчас мысль об этом наводила на подозрения в том, что к случившемуся приложил руку какой-то неизвестный им маг.
А, возможно, не один.
Повернувшись к британскому магу, который выжидающе смотрел на него, Дарий потребовал от него рассказать всё, что тот запомнил об этой ночи и последовавшем за ней утре. Но рассказ Тревельяна не проливал практически никакого света на происходящее. Спал он крепко и ничего не слышал, а наутро, проснувшись и покинув палатку, где ещё спал Княжевич, не обнаружил поблизости никого из остальных членов команды.
В данный момент Дарий не ощущал вокруг никаких следов магии, но не сомневался, что без неё не обошлось. Кто-то проследил за ними. Кто-то сделал так, чтобы в лагере остались только они двое. Но куда же могли деться остальные? В безопасности ли они? Что сейчас происходит с синеглазой веснушчатой девушкой, которую он обнимал прошлой ночью? С девушкой, ради которой он не только пожертвует собой, но и перевернёт окружающий их лес, а, если понадобится, то и весь мир.
«Пожалуйста, пусть это тоже окажется сном!» — мысленно взмолилась я, вонзив в ладонь ногти. Но боль оказалась не менее острой, чем могла бы быть в реальности, на коже остались следы, а сбитые о камни ноги обжигала нагретая солнцем поверхность неровной дороги. Увы, всё это было совершенно не похоже на сон. А это означало, что заброшенное здание, местами выглядящее полуразрушенным и кажущееся мне очень знакомым по повторяющимся сновидениям, существовало на самом деле, и что-то привело меня к нему. Или кто-то, кому бы хотелось, чтобы я оказалась именно здесь и сейчас.
Но что же дальше? Неужели реально не только само здание, но и всё остальное — длинные коридоры, подвал, комната с захлопывающейся дверью и тот ужас, что ждёт за ней? От этой мысли меня затошнило, и, не сводя взгляда с выщербленной стены, я попятилась назад. Под ступню попался острый камень, и я, зашипев от боли, запрыгала на одной ноге. Эти ощущения снова напомнили о том, что на этот раз всё происходящее не было сном. В эти минуты меня окружала абсолютная реальность. По какой-то непонятной причине я оказалась в пугающем меня месте совершенно одна, хотя, как я была вынуждена себе признаться, сейчас я бы обрадовалась даже компании Мартина.
Меня снова кольнула тревога. Где сейчас остальные? Где Дарий? Что с ними? Отправится ли кто-нибудь из них на мои поиски? Что, если им грозит опасность? Отчаяние начало подкрадываться ко мне, и лишь значительным усилием воли я заставила себя обратиться к логическому мышлению.
То, что я видела заброшенное здание наяву, могло означать только одно — все мои сны были не случайны. Они предвещали мне то, что должно произойти на самом деле. В этих снах я видела место, существующее в реальности, и почему-то была уверена в том, что мне нужно в него войти и отыскать дверь в подвал. Но в сам подвал я так и не заглянула ни в одном из снов. Вместо него я попадала в жуткую комнату с лужей крови на полу, в которой меня запирали, после чего я в ужасе просыпалась, чувствуя неприятное опустошение, словно эти сны выпивали из меня силы. Так же, как это делали и демоны, когда смотрели в глаза. Ведь тогда, когда в квартире Княжевича напавшая на нас демоница устремила на меня свой тёмный взгляд, я, на какое-то время полностью выпав из реальности, снова оказалась в этом же месте или где-то поблизости.
В настоящий момент я оказалась на перепутье, словно герои русских народных сказок. «Налево пойдёшь — коня потеряешь, направо пойдёшь — жизнь потеряешь, прямо пойдёшь — жив будешь, да себя позабудешь». Коня у меня, допустим, нет, да и выбор не слишком-то велик. Но, если я сейчас развернусь и пойду в обратную сторону, то не узнаю, почему именно в этом месте я оказалась. Может быть, сны, хотя и предупреждали меня, всё же подталкивали к тому, чтобы я решилась войти сюда и взглянуть своим страхам в лицо?
Вид у Дмитрия был задумчивый и озадаченный, из чего можно было сделать вывод, что для него всё происходящее является такой же загадкой, как и для самой Инны. В ответ на её вопрос он только пожал плечами, после чего обошёл вокруг шалаша. Она за ним не последовала, — и без того стоять босиком на голой земле, покрытой прошлогодними опавшими листьями, было неприятно.
— Надо идти, — заявил Шульгин, снова появившись перед ней.
— Куда? — глядя на него, спросила Инна.
— Будем искать наш лагерь.
— И ты знаешь, где его искать? — осведомилась она, приподняв бровь.
— Пока нет, — невозмутимо отозвался Дмитрий.
— Я не привыкла ходить босиком!
— Можешь сплести себе обувь из лозы.
— Из какой ещё лозы?! — возмущённо фыркнула Инна.
— Тогда можешь остаться здесь и сидеть в этом шалаше хоть до глубокой старости. Мне, в принципе, всё равно. Я здесь для того, чтобы искать артефакт, а не присматривать за чужими жёнами.
— Грубиян!
Никак не отреагировав, Шульгин развернулся и направился куда-то в глубь окружавшего их леса. Оглянувшись на приютивший их шалаш, Инна последовала за ним. Недовольно морщась каждый раз, когда под ногу попадало что-то особенно жёсткое, она догнала своего компаньона и зашагала рядом с ним. Дмитрий молчал. Инна попыталась думать над тем, каким образом они оказались в этом странном месте, ничего не помня о перемещении, но затем отбросила эти бесплотные размышления и сосредоточилась на дороге. Не было никаких сомнений в том, что в дело вмешалась магия, но кто мог всё это устроить? Ведь не Мартин же таким образом решил избавиться от жены, от него всего можно было ожидать, но этого…
— Давно ты знаешь моего мужа? — поинтересовалась Инна у своего попутчика.
— Работал с ним пару раз, — ответил он, не глядя в её сторону.
— Поиск артефактов — твоё основное занятие?
— Скорее, увлечение.
— И как, раньше обходилось без подобных эксцессов? — полюбопытствовала она.
Дмитрий посмотрел на неё, и на его лице появилась усмешка. Инне вдруг стало не по себе. Промелькнула мысль о том, что она почти совсем не знает этого человека и не может быть уверена в нём. Да что там в нём, она даже в собственном муже не может быть уверена! Что, если они устроили для неё ловушку вместе? Но какой в этом смысл? Ведь для Мартина на первом месте сейчас поиск песочных часов!
Регина пришла в себя только спустя некоторое время. Открыв глаза, она с недоумением уставилась на белеющий над ней потолок. Это, в самом деле, был потолок какого-то помещения, а не открытое небо в окружении листвы растущих вокруг деревьев и не ставший привычным за последнее время полог палатки, в которой они ночевали с Вероникой. Пошевелившись, Регина убедилась в том, что одежды на ней всё ещё нет, зато сверху её укрывает довольно плотная ткань белой простыни. В помещении было достаточно светло, и, повернув голову, девушка смогла осмотреться. Так она обнаружила, что лежит на невысокой кровати, которая стоит в просто, но в едином стиле обставленной комнате. Это место напомнило ей стандартный гостиничный номер.
Регина села на кровати и уже собиралась встать, чтобы более подробно исследовать место, в котором она каким-то образом очутилась, когда единственная в комнате дверь открылась, и вошёл Мартин Шталь.
— Очнулась? — проговорил он. — Отлично. Как себя чувствуешь?
Девушка торопливо натянула простыню повыше и с подозрением уставилась на него. Сейчас Мартин выглядел вполне обычно, если не считать того, что они оба в этот момент должны были находиться не здесь, а в походе в поисках магического предмета. Шталь раздобыл где-то одежду, и под его взглядом она особенно остро почувствовала то, что, кроме простыни, на ней ничего нет.
— Как я здесь оказалась? — спросила Регина.
— Я тебя принёс, — ответил Мартин, прислонившись к стене и продолжая изучать её внимательным взглядом слегка прищуренных глаз.
— Но как… Куда? Мы ведь были в лесу!
— Как выяснилось, мы попали на самую окраину леса, как раз возле дороги. Неподалёку оказался придорожный мотель. Машины здесь проходят не так часто теперь, когда построили новую автомагистраль вместо этой дороги, поэтому здесь останавливаются редко, но владельцы ещё не закрылись, так что нам повезло.
— Где-то я уже это слышала, — пробормотала девушка. — Кажется, в фильмах ужасов. Там обычно попадание в такие места заканчивалось плохо.
— Есть одно отличие — герои таких фильмов не были магами, — заметил Шталь.
Поделиться книгой: