Леди и старая тайна

 На его лице проступили желваки. Пожалуй, никогда прежде не доводилось видеть брата Эбигэйл в таком гневе. Да какое там... Я вообще не подозревала, что мистер Оуэн способен на подобные чувства.

 - Чарльз, не повышай голос, - холодно осадил племянника лорд. - Ты же не думаешь, будто я отправил бы мисс Уоррингтон домой, зная, что не смог оградить ее от притязаний фэйри?

 Судя по смущенному выражению лица мистера Оуэна, именно так он и думал о своем старшем родственнике, приписывая ему неразумную мстительность.

 - Замечательно, - сделал верный вывод лорд Дарроу. - И вы тоже думали обо мне подобным образом, мисс Уоррингтон?

  Я изумленно взглянула на мужчину и выпалила:

 - Разумеется, нет, ваша милость. Как можно подумать о вас так?

 Мистер Уиллоби как-то странно хмыкнул, но промолчал.

 - Надеюсь, ваши слова искренние, - вздохнул вельможа. - Так вот, молодые люди, я уверяю вас, что я никогда бы не стал рисковать жизнью мисс Уоррингтон, как бы ни был возмущен ее поведением. Просто возникли... некоторые неизвестные ранее обстоятельства непреодолимой силы, из-за которых оградить эту молодую леди от фэйри Неблагого двора оказалось далеко не так просто, как мне думалось сначала.

 Племянники его милости застыли, намекая, что им безумно хочется продолжения этой увлекательной истории.

 - Как оказалось, двенадцать лет назад я умерла, - тихо сказала я, стараясь не смотреть на своих друзей.

 Думаю, такой новостью можно шокировать кого угодно.

 - Но... мне почему-то всегда казалось, что вы довольно... живая особа, - осторожно заметил мистер Уиллоби, которого я точно сбила с толку.

 Продолжил рассказывать уже лорд.

 - Похоже, мисс Уоррингтон воспитывала ведьма... - произнес мужчина. - И она же не пожелала отпускать подопечную на тот свет, заключив договор с фэйри. На двенадцать лет. Срок истек, дивный народ желает получить свое...

 Трагедия всей моей жизни из уст лорда Дарроу прозвучала буднично и просто. Впрочем, я только порадовалась: мне вполне хватало и собственных переживаний. Теперь мне хотелось только спокойствия и иллюзии безопасности. Ничего больше...

 - Ужасно, - тихо вздохнул мистер Оуэн, - но что тогда делать, дядя? Как помочь мисс Уоррингтон?!

 Мужчина покачал головою.

 - Боюсь, помочь ей полностью невозможно. Как и мне... Бывают такие чары, Чарльз, которые невозможно разрушить. С этим следует просто смириться. Впрочем, если мисс Уоррингтон станет частью нашей семьи, и я буду рядом с нею большую часть времени, опасаться происков Дикой охоты ей не придется. Моих сил хватит на то, чтобы не дать дивному народу наложить руку даже на принадлежащее им по праву.

 Дышать стало чуть легче, и я начала понемногу успокаиваться. Меня можно спасти. А находиться ради собственной безопасности подле лорда - это ведь не такая уж и большая цена. Более того, порой его общество может быть даже приятным.

 Сейчас меня волновал еще один вопрос.

 - Но как же так вышло, что вы не можете снять проклятие с самого себя?

 Сразу вспомнились те жуткие слухи, которые доходили до меня.

 - Любопытство в вас всегда было куда сильней тактичности, - безо всякого раздражения прокомментировал мою фразу лорд Дарроу. - Я был проклят. Много лет назад. Мне тогда было меньше, чем вам сейчас. Каждая леди Дарроу, моя законная супруга, обречена умереть во цвете лет, не подарив мне наследника. Хотя, как я могу понять, вам уже и так известно об этом досадном факте, верно? Наверняка от Эбигэйл...

 Я потупилась, посчитав, что правильней будет промолчать и не навлекать на себя и подругу лишние неприятности.

 - Да не изображайте вы из себя святую невинность, мисс Уоррингтон. Я уже вряд ли когда-то поверю вашему невинному виду.

 В этот момент к нам снова явилась хозяйка дома, и пришлось перестать говорить о всяческой чертовщине. Несмотря на родство с Дарроу, миссис Чавенсворт никогда не посвящали во все подробности жизни лорда. На счастье пожилой женщины, как мне казалось. Вряд ли этой почтенной леди понравилось бы узнать, что его милость - могущественный колдун.

 - Создатель милосердный, что с вами все-таки случилось, моя дорогая?

 К несчастью, за то время, которое мы беседовали лордом Дарроу и его племянниками, я так и не придумала, как же объяснить свой плачевный вид, поэтому сказала первое, что пришло в голову.

 - Встретила цыган и испугалась.

 Мистер Уиллоби едва не рассмеялся. Его милость тоже, как мне показалось, едва удерживался от улыбки. Да уж, напугать цыганами после всего произошедшего меня будет сложно. К тому же, после поездки в табор и знакомства с Шантой, я уже не считала, будто бы это бродячее племя вмещало в себя все грехи.

 - Цыган? Какой ужас! - всплеснула руками миссис Чавенсворт. - Но я не слышала, чтобы в окрестностях появлялись цыгане...

 Разумеется, не слышала.

 - Должно быть, приехали совсем недавно, - сама объяснила эту несостыковку миссис Чавенсворт.

 Я уже давно поняла, что разговаривая с женщинами - главное вовремя промолчать, тогда ответ собеседница найдет сама. И все останутся довольны.

 - Ничего, моя дорогая, сейчас вы немного передохнете, успокоитесь, и я отправлю вас на экипаже домой.

 Против такого поворота событий я не протестовала. Провести время в обществе племянников его милости для меня было только в радость, да и сам лорд... Возникло ощущение, будто бы я не покидала столицы с позором и все осталось как прежде.

 Вот только я не учла того, что миссис Чавенсворт уже успела послать слугу ко мне домой... Нашу идиллию разрушило появление моего дорогого брата. Пожалуй, в тот момент я была совершенно не рада видеть дорогого Эдварда, несмотря на всю мою любовь к нему.

 - Кэтрин, что с тобою случилось? - первым делом спросил брат, которого ужаснул мой внешний вид и бледность.

 Я посчитала, что уже поздно менять версию и сказала Эдварду то же, что и миссис Чавенсворт:

 - Повстречала цыган и испугалась.

 Провести брата оказалось далеко не так легко, как родственницу лорда Дарроу. Хотя бы потому, что Эдвард, как никто, знал, что напугать меня непросто. Даже цыганам.

 - Тебе стоит как можно быстрей отправиться домой, - решительно заявил мне брат, - тебе не стоит находиться в компании нескольких мужчин.

 Словно бы что-то могло испортить мою уже и без того погубленную репутацию.

 - Тут миссис Чавенсворт, - не преминула заметить я, - поэтому все совершенно прилично.

 Такое явное недоверие со стороны Эдварда, одного из самых близких мне людей, возмущало до глубины души.

 - Это ничего не значит для меня, Кэтрин. Я не желаю, чтобы ты продолжала общаться с этими людьми.

 Лицо лорда Дарроу словно бы окаменело. А у меня дыхание перехватило от возмущения.

 - Эдвард, веди себя прилично, - строго потребовала я у брата.

 Как он только мог обходиться подобным образом с мистером Уиллоби, мистером Оуэном и уж тем более с лордом Дарроу. Право, они подобного никак не заслужили. И даже если Эдвард не знал обо всем, что делали для меня эти люди, не знал, что мы пережили вместе, однако разве же это повод так дурно обходиться с ними.

 - Ваш тон неуместен, молодой человек, - холодно заметил лорд Дарроу, смерив осмелившегося выступить против него тяжелым взглядом, который словно бы тянул к земле.

 Я уже знала, как сложно выдержать недовольство его милости, но Эдвард упорно продолжал смотреть прямо в глаза лорду, всем видом своим демонстрируя вызов. Хотелось встать между ними и закрыть брата собой. Но мне было страшно сейчас даже пошевелиться.

 - Ваше присутствие в жизни моей сестры - вот что неуместно, - не желал уступать брат.

 Если бы он только знал о том, как защищает меня его милость от дивного народа... Впрочем, сперва пришлось бы заставить Эдварда поверить в то, что он считает нелепыми сказками. В конце концов, брат не пережил того же, что и я сама. Для него жизнь все еще оставалась... нормальной.

 - Боюсь, об этом я буду говорить с вашим отцом, но не с вами. Разговор окончен. Мисс Уоррингтон вернется домой в экипаже миссис Чавенсворт.

 Его милость сказал это твердо, решительно, а после встал и вышел, не размениваясь более на разговоры.

 Все собравшиеся проводили его взглядами, но если в глазах Эдварда сияло злое торжество, то мы с моими друзьями смотрели вслед лорду с тоской. Пусть он и бывал тираном, но именно его милость наставлял нас, помогал, исправлял за нами последствия ошибок.

 Но в итоге пришлось молчать до того момента, когда подали экипаж. И я не просто молчала - даже смотреть в сторону Эдварда лишний раз не рисковала.

 В итоге, когда пришло время покидать дом миссис Чавенсворт, в моей душе возникло такое чувство, будто бы я осиротела. Как же так вышло, что находиться с друзьями мне стало куда проще и легче, чем с людьми, родными по крови?

 Эдвард, вопреки всем моим надеждам, поехал не верхом. Он предпочел экипаж... И это приговаривало мне к "беседе по душам". То есть жуткому разносу...

 Который начался, стоило только захлопнуться дверям.

 - О чем ты только думаешь, Кэтрин? - тут же набросился на меня брат. - Как ты могла отправиться к этим людям совершенно одна? На что похож твой наряд?

 Столько вопросов разом... И ведь ни на один не удастся ответить так, как понравится Эдварду. Особенно, если в мою голову придет сказать ему правду.

 - Так было нужно, Эдвард, - тихо отозвалась я, понимая, насколько жалко звучат мои слова.

 Он яростно сверкнул глазами и сложил руки на груди, всем видом демонстрируя, как он относится к моим попыткам объясниться.

 - Ты говоришь какую-то удивительную чушь, - резко сказал брат.

 Никогда прежде он не обращался ко мне таким возмутительно грубым тоном.

 Я отвернулась с твердым намерением не произносить более ни единого слова. К сожалению, у Эдварда были совершенно другие планы. Он намеревался продолжить допрос.

 - Что случилось на самом деле, Кэтрин? У тебя была с кем-то из этих людей неудавшаяся интрижка?

 От незаслуженной обиды у меня перехватило дыхание.

 - Я похожа на ту, с которой можно завести интрижку? - прохладно спросила я у брата, не желая смотреть ему в глаза.

 Если быть до конца честной, то я надеялась на извинения. Однако Эдвард меня разочаровал...

 - Я уже не знаю, на кого ты похожа, Кэтрин. Ты вернулась домой совершенно раздавленной, но стоило только этим людям снова оказаться в наших краях, как ты тут же бросилась к ним, позабыв обо всяком чувстве собственного достоинства. Кто из них? Уиллоби? Оуэн? Быть может, вовсе их дядя?

 Каждое слово ранило и возмущало до глубины души.

 - Как ты только... Создатель, как только ты мог подумать что-то подобное? Как только твой язык повернулся... - ужаснулась я. - Мистер Оуэн и мистер Уиллоби были мне хорошими друзьями. А лорд Дарроу вел себя с отеческой строгостью. Как можно думать, будто кто-то из них пожелал бы повести себя недостойно!

 Казалось, будто мир вокруг меня постепенно сходил с ума... Предполагать что-то подобное обо мне... Предполагать нечто подобное о лорде и его племянниках...

 Брат скептически хмыкнул.

 - Он не настолько стар, чтобы я мог не опасаться его!

 Словно бы двенадцать лет могли казаться такой уж смешной разницей.

 - Я не желаю более слушать всю эту чушь, Эдвард, - тихо ответила я и устало прикрыла глаза. - Не унижай других. Этим ты унизишь только себя.

 Разумеется, брат желал только лучшего для меня, да и у него имелись определенные основания думать обо мне именно так... Но... Но я так хотела, чтобы он просто верил мне. Верил - и ничего больше, без объяснений и оправданий.

 Дома я поспешно поднялась в свою комнату и первым делом завесила зеркало простыней. Как жаль, что няня уже давно преставилась, а сама я не обладаю никакими способностями к ведьмовству. Только крест и моя слабая вера защищали меня от фэйри.

 Слабая защита...

 Днем мне еще удавалось держать себя в руках, но чем темней становилось на улице, тем быстрей билось мое сердце. С каждой секундой становилось все страшней и страшней.

 Однако я не знала, что мне стоило бояться не только фэйри...

 В положенное время я спустилась к ужину, стараясь держать себя в руках и не вздрагивать от каждого шороха. Наверняка родители заподозрят неладное, если я продолжу вести себя странно.

 Энн и Эмили уже сидели внизу и щебетали как две пташки. Не так давно в городке неподалеку расположился на постой гвардейский полк, что внесло сумятицу в бесхитростные души сестер и стало заодно и главной темой их разговоров. Они пытались втянуть в беседу и меня, однако военные не казались мне интересны. Да и я внезапно очень ясно осознала, что предпочитаю мужское общество. Более того, общество вполне конкретных мужчин. И именно они в моем доме стали не самыми желанными гостями.

 - Дорогая, Эдвард сказал, сегодня ты нанесла визит миссис Чавенсворт? - спросила у меня матушка украдкой.

 У меня появилось страстное желание отомстить брату за излишнюю словоохотливость. Ведь прежде он не так уж и часто делился с родителями моими похождениями, даже если не одобрял их. Мы предпочитали все решать промеж собой и не волновать мать и отца.

 Почему теперь все внезапно изменилось? Неужели мы настолько сильно отдалились с ним?..

 Покосившись на Эдварда, поняла, что да...

 - Да, мама, я была у миссис Чавенсворт, - тихо ответила я.

 Матушка наверняка подозревает, что с моим воскрешением в детстве все нечисто... Но мне не казалось, она не сумеет так легко принять новость о том, что меня вернули к жизни фэйри.

 - Вероятно, что тебя интересовала... не столько миссис Чавенсворт, сколько ее гости?

 На это я предпочла промолчать. Не хотелось дальше что-то объяснять.

 Папа последним сел за стол.

 Казалось, будто все в полном порядке...

 Мы мирно беседовали, наслаждались ужином, пока отцу не принесли письмо. Обычно папа предпочитал не открывать корреспонденцию за обеденным столом, но слуга что-то шепнул ему и подал нож для бумаг. Вероятно, нечто особенное было с этим письмом.

 Когда отец пробежал глазами по первым строчкам, он изменился в лице и словно бы побледнел.

 - Дорогой? - окликнула его мама, но в ответ папа только махнул рукой, не отрывая взгляда от послания.

 - Кэтрин... - хрипло выдохнул родитель, и мне показалось, будто я вот-вот лишусь чувств.