Тихоня в змеиной яме

Надо же быть в курсе таких вещей, чтобы случайно не ляпнуть что-то неуместное. Полоз почему-то рассмеялся и заверил, что подобной традиции в его семье нет.

— Родители Кассиуса настаивали на боевой магии, — как бы между прочим обронила Ребекка со слишком уж хитрой улыбкой.

А он почему-то все равно настоял на некромантии. И леди Гринхилл тоже окончила именно факультет некромантии. Это о чем-то говорит или нет?

Инспектора разместили на третьем этаже, кажется, там располагались лучшие комнаты, которые берегли для особо именитых гостей. К которым тут же отнесли аристократку. Ну, или она сама себя отнесла, если ей достался такой же характерец, как и Фелтону.

— Рыжая, главное, помни, она тебя не съест. И даже надкусывать не станет. Но… у леди Гринхилл немного специфическая манера общения.

После этого заявления Скотт округлила глаза и так уставилась на почти возлюбленного, что сразу стало ясно: она полностью не согласна с подобной

формулировкой.

— Да, душа моя, не надо так смотреть, у нее действительно всего лишь немного специфическая манера общения. Она моя кузина, мне лучше знать, — недовольно произнес Полоз, замерев на месте.

Кажется, тут тоже имелась целая история. И я очень хотела ее узнать.

— Ну поделились бы хоть со мной! А то ведь лопну от любопытства!

Ребекка широко и как-то не очень хорошо улыбнулась, и потом сообщила:

— Это она заставила его пойти на факультет некромантии! Буквально… как это говорится… взяла на слабо!

Думаю, мой хохот услышал весь кампус.

Фелтон смотрел на меня с совершенно каменным лицом. Кажется, его не особо обрадовало, что кто-то узнал о том, как им можно манипулировать.

— Что, вот так и сказала: «А не слабо ли тебе поступить и закончить факультет некромантии?»

— Формулировка была несколько более замысловатой, но общий смысл ты выразила верно, милая, — раздался позади меня голос леди Гринхилл.

Я застыла, как будто столкнулась с ядовитой змеей. Интересно, сколько женщина услышала из нашего разговора? И как отреагирует? Учитывая, что говорили о леди Гринхилл мои друзья, то я ожидала только худшего.

— Кассиус, будь так любезен, представь этих девушек мне, — попросила инспектор, и я поняла, что обернуться все-таки придется.

В полицейской, на первый взгляд, не было ничего общего с Фелтоном, на второй и третий — тоже. Белокожая, голубоглазая, с чертами лицами достаточно правильными, пусть и чуть резковатыми… А еще холодная и надменная как ледяной трон. Она смотрела между глаз, словно бы желала всадить пулю. Полоз таким никогда не казался.

— Ребекка Скотт, моя подруга детства, — первой назвал имя Луны некромант, — Эшли Грант, моя подруга. Дафна Катарина Гринхилл, моя кузина.

«Прошу любить, жаловать и не жаловаться» вспомнила я слова Фелтона. Жаловаться точно не рискну…

Аристократка удовлетворенно кивнула.

— Рада знакомству. Но разговор, как вы понимаете, будет серьезным. Прошу пройти в мои комнаты. Я не хочу, чтобы лишние люди слышали нас.

Раньше леди Гринхилл щеголяла в ботинках, но теперь на ней были уже изящные лаковые лодочки. Разумеется, черные. Кажется, очередное творение модного дизайнера. Стук каблуков у полицейской выходил занимательным. Если у большинства женщин получался легкомысленный ритм, то Дафна Гринхилл словно заколачивала гвозди, хотя походка у нее вовсе не казалась тяжеловесной.

Мы с ребятами переглянулись и пошли следом за ней.

Я понемногу начинала нервничать, но Полоз весело подмигнул мне, намекая, что все замечательно и не стоит переживать.

И все-таки — как мне все происходящее не нравилось.

Глава 2 Girls, girls, boys

Я не знала, как именно обставлялись комнаты преподавательского состава, но здравый смысл подсказывал, что мебель в апартаментах леди Гринхилл несколько более шикарна, чем положено. Видимо, эта дама предпочитала не менять привычный для себя стиль жизни…

В комнате, призванной выполнять роль гостиной, был шикарный диван, пара кресел. Кажется, обивка из натуральной кожи… Стеклянный журнальный столик…

— Чай? Кофе? — светским тоном осведомилась кузина Фелтона.

Я не знала, как себя вести, просить кофе или нет… В конце концов, мы же пришли к инспектору полиции… Полоз все решил сам:

— Дафна, дорогая, ты все еще сама составляешь чайные смеси? — совершенно по-семейному поинтересовался некромант, без приглашения садясь на диван.

Помявшись, я уселась рядом с ним. Ребекка покосилась на нас… и тоже устроилась на диване.

— Разумеется, — откликнулась леди Гринхилл. — Приличная женщина не может обойтись без подходящего хобби.

— Тогда мы будем чай. Все, — принял решение за всех Полоз, игнорируя мой возмущенный взгляд.

Я хотела вообще-то кофе, но не препираться же с Фелтоном при его кузине? Еще выставлю себя дурочкой… Хотя ею я себя так и так выставлю через несколько минут, тут и сомневаться не приходится.

— Думаю, вы все понимаете, молодые люди, в какой опасности находитесь?

Полоз серьезно кивнул, как и Скотт. Я… ну, я не совсем понимала, почему главный акцент леди Гринхилл сделала на том, что проблемы именно у нас.

— Добраться до артефакта у него наверняка не получится… А вот вы… Я помню Эштона, он учился на четыре курса старше. Всегда был немного странным, я бы сказала, что имела место психопатия… Думаю, он решит отомстить…

Ну, здорово… Что я еще могу сказать? Он нас едва не поубивал, и после этого решил мстить… Вообще-то, это мы с ребятами должны мстить!

— Кто его будет интересовать в первую очередь? — спросила у Фелтона полицейская.

Парень задумался на пару минут и выдал:

— Рыжая.

Я порадовалась тому, что чай нам еще не налили, иначе бы наверняка захлебнулась сейчас.

— Я?! Я-то тут причем?! Это ты был последним «ключом»! А оглушила его вообще Ребекка!

Леди Гринхилл смотрела на меня со снисходительной улыбкой.

— Ну, кстати, о том, что как раз Ребекка положила конец его приключениям, Эштон не знает. Она же со спины зашла, а потом уже моему бывшему декану никто не пожелал сообщить об этом незначительной детали, — с невинным видом сообщил Полоз. — Я… я был жертвой, на жертву нелегко обижаться за то, что она сопротивлялась. Вряд ли меня Эштон любит так уж сильно, но я не первый в его анти-рейтинге, это точно. А ты его изуродовала, рыжая. Напала ни с того, ни с сего, подпалила… Думаю, веская причина для того, чтобы не любить тебя, да?

Звучало убедительно. Неужели я, и правда, в такой большой опасности?

— Ну-ну, девочка, не стоит бледнеть так сильно, — снисходительно обратилась ко мне леди Гринхилл так, словно бы я была перепуганным щенком. Казалось, еще немного, она меня по голове потреплет. — Меня сюда и отправили именно для того, чтобы с вами ничего не случилось.

Не подумав, ляпнула:

— Да, именно для этого к нам и тех полицейских, которые Эштона прошляпили, отправляли.

Сперва сказала — потом поняла, что, наверное, не стоило…

Но кузина Фелтона только расхохоталась, не принимая мою остроту на свой счет.

— Метко, Эшли, метко. Эллиот — милая дурочка, когда ее сюда отправляли, то не подозревали, что все обернется так серьезно. Я профессионал.

Леди Гринхилл внешне совершенно не напоминала Полоза, но вот интонации у нее проскальзывали типично Фелтоновские. Одна кровь, одно воспитание…

— Именно по этой причине вы настолько нелепо расставили посты на территории кампуса? — услышали мы голос профессора Бхатии.

Стоп. Но стука трости никто не услышал! То есть, наш декан в состоянии передвигаться бесшумно?! Никогда бы не подумала…

Киран Бхатия стоял в дверях и с чувством собственного превосходства взирал на инспектора Гринхилл.

— Мне кажется, я не приглашала вас к себе, — прохладно заметила женщина, медленно, величаво оборачиваясь к двери.

Полоз устроился поудобней и приготовился наблюдать за разворачивающейся сценой.

Похоже, в ближайшее время чая нам не дождаться…

— Мне требуется ваше приглашение, чтоб обсудить дела? — иронично спросил декан и небрежно кивнул нам троим. — Тогда университет впору уже закрывать…

Инспектор смерила незваного гостя тяжелым, почти что угрожающим взглядом.

— Вы вошли в комнату женщины. И считаете, будто вам не требуется приглашения?

— почти что любезно осведомилась леди Гринхилл.

Мне начало казаться, что она вот-вот зашипит и бросится на профессора, хотя и держалась леди Гринхилл пока с безукоризненной вежливостью.

— Я еще не забыл, что все свои промахи вы привыкли объяснять своим полом, — протянул профессор Бхатия с такой доброжелательной улыбкой, что даже не приходилось сомневаться в том, что преподаватель попросту издевается.

Ребекка обеспокоенно покосилась на совершенно невозмутимого Фелтона и прошептала:

— Кассиус, может, лучше вмешаться?

Некромант покачал головой. Он не отрывал взгляда от кузины и моего декана.

— Не стоит, душа моя. Дай мне насладиться дивным зрелищем. Не каждый день можно увидеть Дафну в таком гневе.

Леди Гринхилл прикрыла глаза, медленно выдохнула и все еще с видимым спокойствием парировала:

— Ваше замечание совершенно неуместно, профессор Бхатия. Впрочем, чего еще ждать от шовиниста, который считаете, что единственное предназначение женщины — рожать и ублажать мужа. Именно так ведь до сих пор считают у вас на родине?

Чего? Нет, наш декан, конечно, известный консерватор и сторонник старых традиций, но никто из студенток никогда не жаловался на притеснения из-за пола…

— Ну что вы, конкретно вам нельзя доверять ни того, ни другого, что наглядно доказывают три могилы.

Я искоса посмотрела на Полоза, надеясь, что он встанет на защиту родственницы, все-таки намек на вдовство леди Гринхилл — это слишком уж хлестко.

Но Фелтон не оправдал моих надежд, шепнул только «Взрослые люди, сами разберутся».

Нет, они-то, может, и разберутся, но какой ценой? Я бы на месте леди Гринхилл уже что-нибудь подпалила, ей-богу.

— Могу обеспечить четвертую, — опять же с милейшей улыбкой предложила женщина. — Но чуть позже. Я занята, как вы видите, принимаю гостей.

Профессор Бхатия закатил глаза и как следует стукнул по полу тростью, будто надеялся перекрытия проломить.

— У вас посты по территории кампуса расставлены, как косметика на туалетном столике, а вы принимаете гостей?

Первый раз я видела, чтобы декан так нападал на кого-то… Он вообще редко когда тренировался в остроумии, тем более на женщинах… Как-то это все выглядело со стороны странно.

— Именно. Решила напоить чаем потенциальных жертв. Имеете что-то против? — приподняла бровь женщина с очевидной насмешкой.

Декан, наконец, посмотрел на нас. Изучающе… Лично мне захотелось спрятаться. Под диван, за Полоза, куда угодно. Профессор Бхатия был зол, пусть и не на меня, но от этого не становилось менее жутко.

— Я многое имею против, — отчеканил декан, хмурясь. — Мисс Грант — моя студентка, я не желаю, чтобы вы рисковали ее жизнью и здоровью в попытке выслужиться перед начальством.

На мгновение леди Гринхилл будто окаменела, а потом выдохнула:

Профессор Бхатия ну очень недобро ухмыльнулся и произнес:

— И не подумаю. Пока мы не обсудим расстановку постов и я не буду полностью уверен, что мою студентку не втянут в очередную дурную историю. Она и так едва не погибла два месяца назад. Мне кажется, что достаточно уже выпало на долю этой девушки.

Ну, вообще-то я сама была во всем виновата, Полоз меня очень просил не лезть… А тут выходило так, будто едва ли не сама Дафна Гринхилл оказалась виновата в произошедшем.

— Можно подумать, вы явились сюда исключительно ради того, чтобы спасти из моих лап несчастную Эшли, — выразительно фыркнула полицейская. — Молодые люди, чай мы пить будем. С профессором Бхатией или без него. Это был намек.

Выдав эту тираду, леди Гринхилл развернулась и действительно пошла разливать чай. Будто наличие или отсутствие незваного гостя ее не волновало вовсе. Видимо, кузина Фелтона решила игнорировать моего декана, пока тот не оставит ее в покое.

— Замечательно. И зачем тогда, по-вашему, я сюда явился? — с тихим вздохом спросил профессор Бхатия, когда стало ясно, что дальше препираться с ним инспектор не намерена.

Леди удалилась в соседнюю комнату, откуда вернулась с подносом, на котором стоял чайник и чашки. Чашек было пять. Значит, декана все-таки не выставляют или, по крайней мере, примирились с тем фактом, что он может остаться.

— Развлекаться своим любимым способом: доводя меня до состояния белого каления. Лучше пейте чай. И не путайтесь у меня под ногами. Что бы вы ни думали, Киран, я отлично справляюсь со своей работой.

От звука собственного имени профессор Бхатия вздрогнул и неверяще посмотрел на леди Гринхилл.

— У меня есть другие способы развлечения, леди Гринхилл, — сухо заметил декан, не двигаясь с места. — Меня к вам привели исключительно обязанности, а не стремление испортить ваше драгоценное настроение. Посты действительно расставлены совершенно неумело. Возможно, вы и хороши в расследовании преступлений, но вот в остальном…

А вот я бы на месте декана не стала спорить с женщиной, у которой в руках чайник с кипятком. Но самообладание урожденной Фелтон и на этот раз не подвело. Она разлила напиток по чашкам, отставила чайник в сторону.

— Ну что же, о многомудрый Нишант Киран Бхатия, снизойдите до сирых и убогих и

поделитесь светом знаний, — любезным тоном пропела леди Гринхилл.