Помоги проекту - поделись книгой:
– Агропромбанк СССР,
– Жилсоцбанк СССР,
– Сбербанк СССР,
– Внешэкономбанк СССР.
Промышленно-строительный банк (Промстройбанк) СССР был призван осуществлять кредитно-расчетное обслуживание текущей деятельности, финансирование и кредитование капитальных вложений промышленности, строительной индустрии, транспорта, связи и системы материально-технического снабжения. Это был его звездный час. Через него стала проходить больше половины платежного оборота всей экономики. Он состоял из 1500 учреждений, из них 950 – на территории РСФСР. Число сотрудников увеличилась с 42 тыс. человек до 100 тыс. человек.
Агропромышленный банк (Агропромбанк) СССР создавался для обслуживания банковских операций сельскохозяйственных предприятий (колхозы, совхозы), предприятий пищевой промышленности и потребительской кооперации. В те годы на долю АПК приходилось более половины всех краткосрочных и 70 % долгосрочных кредитов, предоставляемых народному хозяйству. В банке было сосредоточено обслуживание 25 % капитальных вложений в народное хозяйство страны. В нем насчитывалось 35 тыс. отделений, а его штат состоял из 110 тыс. сотрудников.
В полном соответствии с экономической политикой того времени по сельскохозяйственным предприятиям периодически проводились пролонгирования и списания долгов. Такая система неизбежно порождала финансовую безответственность и иждивенчество хозяйствующих субъектов, формировала особый стереотип поведения руководителей хозяйств.
Банк жилищно-коммунального хозяйства и социального развития (Жилсоцбанк) СССР проводил операции по кредитно-расчетному обслуживанию и финансированию предприятий жилищно-коммунального хозяйства, государственной и кооперативной торговли, бытового обслуживания, легкой и местной промышленности, объектов социально-культурного назначения (школ, больниц, пансионатов, клубов и др.), а также кооперативной и индивидуальной трудовой деятельности. В структуре банка было создано 14 республиканских и более 80 областных контор и 1000 филиалов, а общая численность персонала составляла 40 тыс. человек.
Банк трудовых сбережений и кредитования населения (Сберегательный банк) СССР – банк, созданный на базе сберегательных касс, был призван аккумулировать сбережения населения и организовать систему безналичных расчетов граждан за потребляемые ими товары и услуги. Структура управления состояла из союзной конторы и 14 республиканских контор, областных, городских и районных филиалов. Низовыми звеньями управления являлись сберегательные кассы. Всего по стране насчитывалось более 70 тыс. сберегательных касс. Городским и районным филиалам предлагалось принять на расчетно-кассовое и кредитное обслуживание небольшие местные предприятия, а также организовать выдачу и погашение краткосрочных и долгосрочных ссуд гражданам, в связи с их потребительскими нуждами.
Однако, принципиально, деятельность Сбербанка СССР по-прежнему мало чем отличалась от деятельности Гострудсберкасс. Кредитованием его филиалы практически не занимались, потому практика изъятия средств, привлеченных на сберегательные вклады (депозиты), с целью финансирования дефицита государственного бюджета, продолжилась и после 1987 года. Ежегодно все привлеченные средства населения, за исключением определенных лимитов, которые оставались в сети касс Сбербанка (так называемых средств «оборотных касс») по состоянию на 1 января текущего года, перечислялись в распоряжение Госбанка СССР.
В 1990 году на учреждения Сберегательного банка СССР были возложены обязанности по продаже населению облигаций целевых займов, депозитных сертификатов и целевых расчетных чеков на приобретение легковых автомобилей и других товаров длительного пользования.
Банк внешнеэкономической деятельности (Внешэкономбанк) СССР был нацелен на организацию и проведение расчетов и платежей по экспортно-импортным и неторговым операциям предприятий-участников внешнеэкономической деятельности (ВЭД). На этот банк возлагался контроль над исполнением сводного валютного плана, рациональным и экономным использованием валютных ресурсов страны, проведением операций на международных валютных и кредитных рынках, а также операций, связанных с наличной валютой и валютными ценностями.
В 1988 г. Внешэкономбанк начал выполнять агентские функции при привлечении экспортных кредитов создаваемых на территории СССР совместных предприятий. В 1988–1990 гг. банк активно привлекал кредиты в рамках межправительственных соглашений с Францией, Италией, Испанией, Австрией и др. странами. Эти кредиты предусматривали финансирование закупок советскими предприятиями и торговыми организациями производственного оборудования, продовольствия и других товаров, имевших приоритетное значение для стабилизации потребительского рынка. Часть кредитов предназначалась для погашения просроченной задолженности советских внешнеторговых организаций.
С 1987 года предприятиям-экспортерам разрешили оставлять на специальных внебалансовых счетах во Внешэкономбанке часть валютной выручки, номинированной в инвалютных рублях. Это давало предприятиям право обменять соответствующее количество советских рублей по официальному курсу Госбанка СССР на доллары США, немецкие марки или другую твердую валюту.
6 октября 1987 г. Совмин СССР принимает постановление «О перестройке деятельности и организационной структуре банков СССР». В документе подчеркивалось, что спецбанки «должны стать активными проводниками экономических методов управления», «заинтересованными участниками внедрения принципов полного хозяйственного расчета и самофинансирования». Надлежало, во-первых, «устранить мелочную опеку деятельности объединений и предприятий. Во-вторых, сосредоточить внимание на повышении конечных результатов хозяйствования, подчинить кредитную и расчетную деятельность требованиям рационального использования производственного потенциала. В-третьих, содействовать внедрению прогрессивных форм и методов кредитования, расчетов и кассового обслуживания».
Предусматривалась перестройка работы спецбанков на принципах полного хозяйственного расчета. Основным хозрасчетным звеном банковской системы становились «управления банков автономных республик, краев и областей, а в Сберегательном банке СССР – отделения указанного банка».
До 1 января 1988 года Госбанку СССР предстояло передать специализированным банкам «соответствующие активы и пассивы», то есть они получали от государства как бы первоначальный собственный капитал. Вводился принцип платности за привлекаемые ими у Госбанка СССР кредитные ресурсы. При этом предполагалось, что «привлеченные ресурсы сверх сумм, установленных в кредитном плане, оплачиваются банками в повышенном размере». Таким образом, вопрос об учетной ставке Госбанка СССР был поставлен, но как инструмент регулирования процентных ставок привлечения и размещения денежных средств, в рыночном смысле, еще не определен.
В процессе банковской реформы вся низовая сеть Госбанка (отделения) была передана специализированным банкам. За Госбанком СССР сохранились: в центре – Правление, в союзных республиках – республиканское звено (Госбанк республики), в областях, краях и автономных республиках – управления Госбанка. Количество филиалов специализированных банков достигло 5,5 тыс. без учета филиалов Сбербанка СССР.
С 1 января 1988 года вступили в силу новые «Правила кредитования материальных запасов и производственных затрат». Учреждения банков могли предоставлять кредиты только в пределах выделенных им по кредитному плану ресурсов. Все вопросы, связанные с выдачей и погашением кредитов подлежали решению в местных отделениях банков на основе кредитных договоров. Конкретное содержание договора и перечень всех условий определялись по соглашению сторон. В них, в частности, учитывались: объекты кредитования, условия выдачи и погашения ссуд, процентные ставки за кредит и т. д. В связи с этим укрупнялись объекты кредитования, и контроль банков сосредоточивался лишь на конечных результатах использования заемных оборотных средств.
После передачи кредитования и расчетно-кассового обслуживания в специализированные банки функции Госбанка СССР сводились к выполнению следующих задач:
• укрепление денежного обращения в стране, повышении устойчивости и покупательной способности рубля, организации оборота наличных денег;
• внедрение наиболее прогрессивных форм кредитования и расчетов, способствующих укреплению оборачиваемости оборотных средств и укреплению платежной дисциплины;
• координация функций специализированных банков и контроля по всем основным направлениям их деятельности;
• выполнение совместно с Внешэкономбанком операций по использованию иностранной валюты в стране и др.
Сейчас очень легко критиковать советское руководство за ошибки, допущенные им при реформировании банковской системы. Разумеется, что ее следовало перестраивать таким образом, чтобы вместо одного банка, соединенного со своими специализированными подразделениями системой межфилиальных оборотов, возникло определенное количество, желательно, очень крупных банков, соединенных с Госбанком СССР системой корреспондентских отношений.
Суть расчетов посредством системы корреспондентских отношений заключается в том, что каждый банк, как автономное, независимое, коммерческое предприятие, выполняет расчетные, кредитные и депозитные операции строго в пределах остатка денежных средств, которые аккумулируются на его расчетном счете (он называется корреспондентским) в центральном банке страны. Систему корреспондентских отношений между автономным и центральным банком дополняют корреспондентские отношения между самими автономными банками, которые используют их для взаимных расчетов друг с другом, напрямую, минуя корреспондентский счет в центральном банке, и отражают их (расчеты) одновременно на двух счетах (они называются ЛОРО и НОСТРО).
Созданная в административном порядке система специализированных банков вскоре показала свою неэффективность. Монополия одного банка сменилась монополией нескольких ведомственных банков. Инструментами денежно-кредитной политики по-прежнему оставались административно утверждаемые кассовый и кредитный планы.
Не создавались предпосылки для формирования финансовой инфраструктуры: денежного рынка, рынка капиталов, ценных бумаг, валютного рынка. Сохранилось принудительное прикрепление к банкам корпоративной клиентуры. Возросло управленческое звено банковской системы на уровне области, края и автономной республики.
Поскольку реорганизация проводилась в пределах имевшейся штатной численности учреждений Госбанка, возник острый дефицит кадров на уровне отделений, которые и без того были перегружены работой. Скорость прохождения платежных документов значительно замедлились. Резко возросли остатки невыясненных сумм, существенно увеличилось время обработки данных и составления сводного баланса как по каждому из специализированных банков, так и по банковской системе в целом. Как вспоминают ветераны банковской службы «сводить платежные документы было очень трудно, а не исполнить – невозможно». В здание Промстройбанка СССР на Тверском бульваре приезжали разгребать завалы из коробок с документами целые бригады работников областного звена со всех союзных республик.
Работа специализированных банков стала приходить в противоречие с нарождающимися рыночными отношениями, чему в значительной степени способствовала меняющаяся ситуация в стране, ибо партия и правительство провозгласило право предприятий самостоятельно решать все хозяйственные вопросы. Происходило массовое образование кооперативов, чаще всего путем выделения на самостоятельный баланс структурных подразделений крупных государственных предприятий и строительных организаций. Перестройка экономики сопровождалась ликвидацией системы материально-технического снабжения, что привело к созданию обширной сети посреднических и торговых предприятий (одних только товарно-сырьевых бирж к 1991 году насчитывалось более 500).
В качестве позитивных результатов банковской реформы 1988 года можно назвать прекращение кредитования убытков и сверхплановых запасов товарно-материальных ценностей, а также выдачи предприятиям и колхозам кредитов на восполнение утраченных оборотных средств. Изъятия излишних безналичных денежных средств (платежных и кредитных) из хозяйственного оборота было приостановлено, а собственные оборотные средства предприятий и колхозов увеличились до 30–50 % от потребности. Высвободившиеся краткосрочные кредитные ресурсы в размере свыше 75 млрд. руб. были направлены на финансирование неотложных государственных нужд.
После XIX партконференции (июнь 1988 г.) в партийно-хозяйственной элите страны начинает углубляться раскол по вопросу о степени допуска в экономические отношения «несоциалистических элементов». Консервативное крыло номенклатуры выступало за ограничение масштабов перестройки, сохранение основ социалистического планового хозяйства и административных принципов регулирования денежно-кредитных отношений. Демократическое крыло, вдохновляемое либерально-рыночными идеями, требовало доведения перестройки до полного крушения «административно-командной системы».
М. С. Горбачев и его окружение пыталось проводить центристскую политику, допускало бесконечные колебания и зигзаги, теряя при этом политическую инициативу. Поддерживавшие Горбачева ученые-экономисты (Л. И. Абалкин, Н. Я. Петраков, Г. Я. Явлинский, С. С. Шаталин) отстаивали идеи, которые тяготели к концепциям западной социал-демократии, что никак не устраивало ни ортодоксальных коммунистов, ни радикальных либералов. Хотя симптомы кризиса были уже налицо (дефицит импортных товаров, снижение темпов производства, неформальные общественные движения), самого кризиса пока еще не было, как не было самих признаков политических потрясений. Была эйфория от достигнутого уровня интеллектуальной и гражданской свободы, которая препятствовала взвешенному подходу к решению вопросов экономической реформы, особенно в такой важной сфере, как кредит и денежное обращение.
31 марта 1989 года Совет Министров СССР принимает постановление № 280 «О переводе специализированных банков СССР на полный хозяйственный расчет и самофинансирование». Для оценки причин провала экономической реформы Горбачева – Рыжкова, это – знаковый документ. Он положил начало коммерциализации деятельности всех учреждений банков, составлявших банковскую систему СССР, хотя и не смог сделать эту систему по-настоящему рыночной. Впервые в СССР одной из основных целей банковской деятельности было названо получение прибыли (дохода), как обобщающего показателя «эффективности работы и главный источник укрепления и развития банковских учреждений, социального развития и материального стимулирования их коллективов».
Хозрасчетным звеном специализированных банков становилось отделение, «осуществляющее непосредственное кредитное и расчетное обслуживание предприятий, организаций, кооперативов и населения». Отделения банков получили право пополнять кредитные ресурсы за счет вкладов населения и остатков средств предприятий, организаций и кооперативов на их расчетных и текущих счетах, а также их депозиты. Свободные суммы указанных ресурсов учреждения банков могли передавать (за плату) своим вышестоящим учреждениям или другим банкам, «включая коммерческие и кооперативные банки». Какое-либо вмешательство органов власти в вопросы предоставления хозяйствующим субъектам кредитов не допускалось.
В соответствии с указанным постановлением при Госбанке СССР создавался «фонд регулирования кредитных ресурсов банковской системы СССР». Следует заметить, что в условиях рыночной экономики функцию перераспределения избыточных кредитных ресурсов банковской системы обычно выполняет рынок межбанковского кредитования (МБК), посредством которого кредитные организации имеют возможность оперативно регулировать свои краткосрочные обязательства. Уровень ставок по кредитам и объемы операций на рынке МБК – важнейший показатель уровня доверия между банками.
Неопределенность и двусмысленность принципов регулирования банковской системы заложена и в других пунктах рассматриваемого постановления. Вместо привычных сейчас нормативов обязательного резервирования части привлеченных и размещенных денежных средств, предусматривалось образование резервных фондов «производственного и социального развития». Всем учреждениям банков предлагалось «повысить роль кредитного договора, как основного документа, определяющего взаимные обязательства и экономическую ответственность сторон, включая конкретные размеры процентных ставок и платы за предоставляемые на договорной основе дополнительные услуги». Им даже разрешалось «дифференцировать процентные ставки за кредит в пределах установленных размеров этих ставок, однако, все, что связано с обеспечением возврата кредитов, совершенно не принималось во внимание.
В декабре 1988 г. Политбюро ЦК КПСС несколько раз собиралось для обсуждения проблемы бюджетного дефицита и склонялось к сокращению государственных расходов. Также обсуждалась проблема повышения цен на товары массового потребления. Однако взять на себя ответственность за непопулярные решения М. С. Горбачев не решался. Государственный банк СССР продолжал в рамках ранее утвержденного союзным правительством кредитного плана выделять специализированным банкам финансовые ресурсы для краткосрочного и долгосрочного кредитования.
Перешедшие во второй половине 1989 года на полный хозяйственный расчет отделения специализированных банков продолжали щедро раздавать кредиты. Подобно другим хозяйствующим субъектам они были непосредственно заинтересованы в получении максимальной прибыли и в увеличении фонда оплаты труда, а наращивание кредитного портфеля являлось средством достижения этой цели. Их даже не волновали вопросы возврата просроченной задолженности, так как проценты от возврата непогашенных ссуд не учитывались в виде прибыли, а подлежали перечислению в специальный государственный фонд «кредитования дополнительных мероприятий по разработке и внедрению новой техники».
В условиях сохранения системы межфилиальных оборотов (МФО) учреждения специализированных банков, по сути, автоматически привлекали дополнительные кредитные ресурсы Государственного банка, а также автоматически предоставляли друг другу кредитные ресурсы взаймы, без каких-либо ограничений. Данные межбанковские заимствования по своему характеру были бессрочными (так как взаиморасчеты по системе МФО шли бесконечно) и бесплатными (так как спецбанки фактически оставались разными частями одного государственного банковского учреждения). Госбанк СССР, в свою очередь, не имел возможности регулировать денежный оборот и контролировать деятельность спецбанков такими инструментами, как изменение норм обязательных резервов и процентных ставок по активным и пассивным операциям.
В. В. Геращенко в своих мемуарах, записанных Николаем Кротовым, отмечает, что в 1990 году Госбанк СССР «испытывал мощный нажим со стороны союзного правительства». На покры тие различных бюджетных расходов направлялись кредитные ре сурсы, распродавался золотой запас. Резко снизились поставки экспортных товаров и объем валютной выручки, в связи с общим падением производства и снижением мировых цен. По этой при чине внутренний государственный долг в последний год пере стройки увеличился в 1,5 раза и достиг 518,6 млрд. руб. Внешний долг СССР по состоянию на 01.01.1991 года увеличился с $52 млрд. до $72,7 млрд[43].
Чистый прирост кредитных ресурсов в процентах к ВВП вырос с 2,8 в 1986 г. до 14,1 в 1990 году. Темпы прироста денежной массы М2 в 1990 г. увеличились на 15,8 %. В то же время темпы прироста наличных денег увеличились на 19,5 % в 1989 году и на 24,3 % в 1990 году.
Несмотря на сохранявшийся еще государственный контроль над ценами, все явственнее стала проявляться инфляция: скрытая – в форме дефицита и открытая – в форме роста цен розничной торговли. В 1990 году дефицитными стали некоторые группы товары первой необходимости. На колхозном рынке цены в 1990 г. выросли на 21,5 %, а их уровень превысил государственные розничные цены уже в 3,03 раза.
Проблемы «дефицита» и «инфляции» с тревогой обсуждают уже не только ученые-экономисты, но и простые обыватели, и, наконец, публично признают руководящие органы партии и правительства. Так, в Постановлении ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 15 марта 1989 г. № 231 «О мерах по финансовому оздоровлению экономики и укреплению денежного обращения в стране в 1989–1990 годах и в тринадцатой пятилетке», опубликованном на следующий день в газете «Правда», откровенно сообщается:
«…На отдельных направлениях, и прежде всего в сфере финансов и денежного обращения, положение даже ухудшилось. В последние годы замедлился рост финансовых ресурсов государства, а по отдельным их видам произошло сокращение. Нарастает дефицит государственного бюджета, продолжается эмиссия денег. Проводимая экономическая реформа все еще недостаточно воздействует на интенсификацию производства. Центральными экономическими органами не подготовлены необходимые законодательные акты по регулированию с помощью системы налогообложения прибыли и доходов предприятий, объединений и организаций. Банками СССР не проводится гибкая и эффективная процентная политика».
В мае 1989 года приступил к работе всенародно избранный Съезд народных депутатов СССР. За молниеносный по историческим меркам срок своего существования съезд нардепов созывался пять раз, и каждый раз основная интрига политических баталий крутилась вокруг нерешенных социально-экономических проблем и поиска виновных в развале государственных финансов, системы продовольственного снабжения, в нарастании сепаратистских тенденций, антисоциальных явлений и преступности. Но это еще была прелюдия.
12 июня 1990 года I съезд нардепов РСФСР принял Декларацию о государственном суверенитете России. Этим документом декларировалось, что «РСФСР сохраняет за собой право выхода из СССР», устанавливает «верховенство Конституции РСФСР и законов РСФСР на всей территории РСФСР», а «действие актов Союза ССР, вступающих в противоречие с суверенными правами РСФСР, приостанавливается республикой на своей территории». Через год после принятия Декларации Россия обрела первого своего Президента вместе с командой либеральных реформаторов и новую банковскую систему рыночного типа.
С 2 по 13 июля 1990 года в Москве проходил XXVIII съезд КПСС, который подвел безрадостные итоги политики «лечения социализма капитализмом». Напомним, что сразу после прихода к власти М. С. Горбачев положил в основу политики идею ускорения развития, т. е. повышение темпов экономического роста. За 15 лет предполагалось увеличить национальный доход почти в 2 раза при удвоении производственного потенциала, повысить производительность труда в 2,3–2,5 раза. Руководство страны обещало также проводить социальную политику, основанную на принципах социальной справедливости. Были выделены две приоритетные проблемы – продовольственная и жилищная – и определены сроки их разрешения. Продовольственную проблему предполагалось решить к 1990 г., жилищную по принципу «каждой семье благоустроенную отдельную квартиру» – к концу ХХ века.
При открытии съезда произошел примечательный эпизод. По недосмотру Горбачева слово от микрофона в зале получил шахтер из Магаданской области Блудов, который предложил:
«Объявить отставку ЦК КПСС во главе с Политбюро и не избирать их в члены руководящих органов съезда за развал работы по выполнению Продовольственной программы, решений XXVII съезда КПСС и XIX партконференции. Прошу поставить на голосование».
На мгновение председательствующий съезда генсек Горбачев утратил дар речи. Сквозь стоявший перед ним микрофонный блок было слышно, как он влажно сглотнул слюну, после чего неуверенно произнес: «Думаю, что это вопрос… К этому вопросу мы еще вернемся. Так, товарищи?[44]»
Глава 2. Создание коммерческих банков, «заговор банкиров», формирование каркаса современной банковской системы России
На фоне идеологической дискуссии о социалистической демократии и пределах радикальной экономической реформы в СССР стали создаваться первые негосударственные банки – кооперативные и акционерные (паевые). Первое в советском законодательстве упоминание о коммерческих банках, как о возможной правовой форме создания кредитных организаций, содержалось в законе «О кооперации в СССР», принятом Верховным Советом СССР 26 мая 1988 года. В пункте пятом ст. 23 закона говорилось, что «союзы (объединения) кооперативов имеют право создавать хозрасчетные отраслевые или территориальные кооперативные банки»[45].
В качестве кооперативного банка рассматривалось кредитное учреждение, которое «на демократических принципах обеспечивает денежными средствами развитие кооператива, производит расчетно-кассовое обслуживание, представляет его интересы в хозяйственных и финансовых органах». Кооперативные банки имели право проводить операции с ценными бумагами кооперативов, участвовать своими средствами в их хозяйственной деятельности. Их ресурсами могли быть денежные средства кооперативов, других предприятий и организаций, граждан, а также займы государственных спецбанков.
В соответствии с Положением об акционерных обществах (утверждено Постановлением Совета Министров СССР от 19 июня 1990 г. № 590) возникла правовая основа для учреждения в числе прочих хозяйствующих субъектов акционерных (паевых) коммерческих банков.
Отправной точкой в истории развития негосударственной банковской системы следует считать август 1988 г., когда Госбанком СССР был зарегистрирован первый коммерческий банк «Союз» в г. Чимкенте (Казахская ССР). Первый коммерческий банк на территории РСФСР был зарегистрирован 26 августа 1988 г. в Ленинграде под названием «Патент» (позднее переименован в АКБ «Викинг»). Вторым был «Московский кооперативный банк» (позднее переименован в АКБ «Премьер»), третьим – «Кредит-Москва». В сентябре зарегистрировали уставы «Тартуский коммерческий банк», «Рижский коммерческий банк», «АМБИ», «АвтоВАЗбанк», «Карпаты» и др.
В 1988 году получил лицензию за номером 22 Московский инновационный коммерческий банк «Инком-Интерзнание», вскоре переименованный в «Инкомбанк». Среди его учредителей – Всесоюзное общество «Знание», «Литературная газета», газета «Известия», Институт народного хозяйства им. Г. В. Плеханова.
27 октября 1988 года в Уфе собрались представители семи кооперативов из различных городов Советского Союза, чтобы учредить банк. С этого момента начинает свою историю сначала кооперативный, а затем Международный коммерческий акционерный банк «Восток» (лицензия № 26). Председателем правления банка был избран Рафис Кадыров (врач-реаниматолог), возглавлявший уфимский кооператив «Универсал». Взлет провинциального банка к вершинам советской банковской системы был стремительным. В 1991 году «Восток» вошел в первую десятку крупнейших банков страны[46].
Лицензию № 41 в 1988 году получил Коммерческий Инвестиционный Банк Научно-Технического Прогресса, переименованный в 1990 году в банк «Межотраслевые научно-технические программы» («Менатеп»). Его учредителями являлись молодёжные коммерческие объединения, созданные по инициативе ЦК ВЛКСМ, и Фрунзенское отделение Жилсоцбанка СССР.
«Менатеп» получил эксклюзивное право быть посредниками между государственными предприятиями, которые не могли «освоить средства», лежащие мертвым грузом на их банковских счетах, и «творческими коллективами», которые хотели выполнить определенную работу для предприятия и получить за это деньги. То есть, грубо говоря, занимался «обналичиванием денежных средств в особо крупных размерах». Банку было дозволено проводить операции по расчетным счетам некоторых бюджетных организаций, например, Фонда ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС.
На комсомольские деньги в 1989 г. создается «Молодежный коммерческий банк», который в 1991 г. переименовывается в «Финист-банк» и становится учредителем «Росинтербанка», «Волжско-Камского акционерного банка», «Банка развития – XXI век» и «Межотраслевого коммерческого банка развития оптовой торговли» (ТОКОбанк).
Банкиры-комсомольцы очень скоро поменяли свои прежние идеалы. «Наш компас – Прибыль. Наш кумир – Его Финансовое Величество Капитал», – откровенно признавался в 1990 г. один из основателей банка «Менатеп» М. Б. Ходорковский.
Банки создавали и другие общественные организации: профсоюзы и ассоциации. Среди кредитных организаций с церковным капиталом – «Международный банк Храма Христа Спасителя» (МБХХС), созданный в 1991 г. Московской патриархией совместно с несколькими другими организациями РПЦ.
Стартовые условия у всех пионеров банковского бизнеса были примерно одинаковые. Для того, чтобы в 1988–1990 гг. зарегистрировать акционерный коммерческий банк, достаточно было собрать сумму 5 млн. руб. В валютном эквиваленте это составляло, порядка $100 тыс. Минимальные размеры уставных капиталов кооперативных банков были еще ниже – 0,5 млн. руб. Учредителями кооперативных банков становились союзы и объединения кооперативов, акционерных – государственные предприятия и организации.
Первым банком с участием иностранного капитала на территории СССР стал «Международный Московский банк» (ММБ). О его создании было выпущено специальное постановление Совета министров СССР от 11 сентября 1989 г. № 748. Помимо Внешэкономбанка СССР, Промстройбанка СССР и Сбербанка СССР в равных долях акциями ММБ (уставной капитал 100 млн. руб.) владели итальянский, немецкий, австрийский, французский и финский банки. ММБ стал и первой в стране негосударственной организацией, которая получила разрешение Госбанка СССР и лицензию Внешэкономбанка СССР на работу с иностранной валютой.
Первый в СССР коммерческий банк со 100 % участием в акционерном капитале нерезидентов – «Кредит Лионэ Русбанк» – был основан в конце 1991 года в Санкт-Петербурге.
Из первых 25-ти российских коммерческих банков, созданных в 1988 году, до наших дней дотянули единицы. Остальные по разным причинам прекратили свою деятельность. 22 января 1991 года Банк России впервые в своей надзорной практике отозвал лицензию у томского кооперативного банка «Универсал». Вторым «лишенцем» стал московский коммерческий банк «Конверсия, реконструкция и развитие» (лицензия отозвана 10 июля 1991 года). У банка «Универсал» уставный капитал практически не был оплачен, а формировался за счет заемных средств, выданных предприятиями и организациями, не являющимися его пайщиками. Банк «Конверсия» проводил кассовые операции в неприспособленных помещениях, не соблюдал установленные нормативы и нарушал правила бухгалтерской отчетности.
Количество норм, регулирующих деятельность коммерческих банков, было минимальным. Первым официальным документом на эту тему стали «Правила регулирования деятельности коммерческих и кооперативных банков», изложенные в Письме Госбанка СССР № 201 от 27 апреля 1989 г.
Для коммерческих банков устанавливался норматив обязательного резервирования (депонирования) 10 % привлеченных денежных средств – в форме вложений в облигации Государственного внутреннего займа СССР или союзной республики.
Вводился норматив
Норматив
Норматив
Норматив
Норматив
В полной мере институт надзора за банковской деятельностью со стороны Банка России сформировался в 1994–1995 годы. Распространенные в истории переходных экономик «процентные потолки» (фиксируемые центральными банками предельные размеры процентных ставок по кредитам и депозитам) в практике советской системы банковского надзора стали применяться с мая 1990 года. Первый документ на эту тему – правительственная Телеграмма за подписью зампреда Правления Госбанка СССР И. В. Левчука от 29 мая 1990 года.
Учредители банков разрабатывали уставы кредитных организаций на основе типового устава Госбанка СССР и представляли бизнес-план, который доказывал, что банк сможет показать прибыль уже через год деятельности. После чего банк регистрировался подписью зампредседателя правления Госбанка СССР. После завершения процедуры регистрации комбанку открывался корреспондентский счет в специализированном банке СССР. Корсчет также разрешалось открывать в республиканских конторах Госбанка СССР, управлениях и отделении Сбербанка СССР.
Банковский бизнес быстро завоевал популярность. Если в конце 1988 г. были зарегистрированы уставы 40 коммерческих банков, то к 1 июля 1989 г. их число возросло до 125, а на 1 января 1990 г. – до 144[47].
На базе министерств образовались концерны в форме акционерных обществ, объединившие предприятия, выпускавшие однотипную продукцию, а в дополнение – в качестве «гарнира», учреждались акционерные коммерческие банки. В 1988–1990 гг. эти «отраслевые» банки являлись самыми крупными среди коммерческих банков по размеру оплаченного уставного капитала и по суммам ежемесячных оборотов и остатков на счетах обслуживаемых ими юридических лиц[48]. Например, в декабре 1988 г. Министерство автомобильной промышленности СССР создало «Автобанк».
В 1989 г. Министерство газовой промышленности СССР было преобразовано в Государственный газовый концерн «Газпром», который в 1990 г. стал учредителем и основным акционером «Газпромбанка».
Акционерами банка «Аэрофлот» (зарегистрирован в декабре 1988 г.) стали авиакомпании всех 15 союзных республик.
В 1989 г. предприятия атомной отрасли при участии Министерства среднего машиностроения СССР основали «Конверсбанк». В 1990 г. предприятия Министерства электронной промышленности СССР учредили банки «Электроника» и «Промрадтехбанк». На базе министерств и ведомств были образованы «Нефтехимбанк», «Нефтегазстройбанк», «Рыбхозбанк», «Транскредитбанк», «Связь-банк» и т. д.
По состоянию на 1 июня 1989 г. объявленная сумма уставных фондов всех коммерческих банков на территории СССР составляла 2 млрд. руб. Объем их операций был незначителен. На счета и депозиты было привлечено 1,3 млрд. руб., получено кредитов от других банков – 1,1 млрд. руб., выдано кредитов на сумму 2,5 млрд. руб., в том числе краткосрочных – на сумму 1,7 млрд. руб., среднесрочных и долгосрочных – 0,8 млрд. рублей[49]. Для сравнения отметим, что уставный фонд государственных специализированных банков составлял 11 млрд. рублей. Они же являлись основными пользователями кредитных ресурсов Госбанка СССР в размере около 350 млрд. рублей.
Первые акционерные банки создавались, как правило, в форме обществ с ограниченной ответственностью (ООО), где каждый участник (пайщик) несет ответственность лишь в пределах своего вклада в общий капитал банка. Участнику банка (пайщику) выдавалось свидетельство, которое в гражданско-правовом смысле нельзя отнести к категории ценных бумаг. При этом за каждым участником сохранялось право с согласия остальных участников ООО уступить свою долю или ее часть другим участникам банка или третьим лицам, к которым, соответственно, переходили права и обязанности уступающего. Банки, созданные в форме обществ с ограниченной ответственностью, не имели права выпускать собственные акции или облигации.
Банки, образованные в форме акционерных обществ открытого или закрытого типа, в начальный период становления российской банковской системы, были немногочисленны. Лишь в декабре 1990 года после принятия соответствующих правовых актов РСФСР начался массовый процесс преобразования действующих коммерческих банков в ОАО или ЗАО. Благодаря этому банки становились реальными собственниками своих уставных капиталов. Акции банков, организованных в форме акционерных компаний закрытого типа, могли переходить из рук в руки только с согласия большинства акционеров, а акционерных компаний открытого типа – без такого согласия. Кроме того, акции банков открытого типа, как правило, распространялись в порядке открытой подписки, что требовало предоставления публичной информации о деятельности акционерного общества и ее результатах.
Подавляющее большинство вновь созданных кредитных организаций имели оргструктуру бесфилиального банка с небольшим количеством функциональных подразделений: кредитный, коммерческий и административно-хозяйственный отделы, отдел кассовых операций (в банках, осуществляющих кассовое обслуживание клиентов), бухгалтерия.
О благозвучности названий говорить нечего – бесконечные сокращения сложно произносимых слов – «агро», «пром», «строй», «хим», «нефте», «газ», «кредит», «инвест», «траст», «капитал», «альянс» и т. д.
Новорожденные кредитные организации (zero banks) с первых дней столкнулись с массой проблем. Организация расчетов между клиентами различных банков через систему корреспондентских счетов имела серьезный недостаток – низкую скорость совершения расчетных операций. Это было связано с отсталостью технической базы учреждений Госбанка СССР. Расчетные операции основывалась на использовании бумажных носителей. Имели место частые задержки платежных документов в почтовом обороте.
Между тем, для коммерческого банка корреспондентский счет – это тоже своего рода «расчетный» счет, на нем хранятся все средства коммерческого банка (как собственные, так и не использованные им деньги своих клиентов, а также неиспользованные деньги, полученные в ссуду от других кредитных учреждений). Через корреспондентские счета коммерческие банки осуществляют весь круг операций, связанных с обслуживанием своей клиентуры, а также операции самого банка как хозяйствующего субъекта.
Некоторое время единственным расчетно-кассовый центром для всех коммерческих банков Москвы и Московской области являлся РКЦ республиканской конторы Госбанка, находившийся в Москве на Житной улице[50]. Туда со всех регионов специальной почтой в мешках свозились платежные поручения. Началась полная неразбериха. Работники-операционисты РКЦ должны были вручную рассортировать платежные поручения и далее специальной почтой направлять в пункты своего назначения. До тех пор, пока копия платежного поручения не будет доставлена в банк получателя, соответствующий банк не имел права зачислить деньги на счет получателя платежа. Содержимое почтовых мешков (объем макулатуры) было столь велико, что оно просто физически завалило изнутри все возможные помещения.
По Москве ходили слухи о том, что «избыточное» количество банковских документов, поступивших в РКЦ на Житной улице, регулярно свозится на свалку и сжигается. Хотя операционный персонал проявлял героические усилия, справится с таким объемом, буквально вываливаемой на их голову из мешков макулатуры не было никакой возможности. Средний срок исполнения платежей стал равным нескольким месяцам. Были и рекордные задержки – более года, а некоторые и вообще затерялись.
Самые сметливые банкиры находили выход из положения в том, что посылали в РКЦ своего операциониста, который, лично, сортировал и отправлял платежные поручения своего банка, или платили «знакомому» операционисту из РКЦ «вторую зарплату, и тот старался разобрать мешки с документами «блатного» банка в первую очередь. Низкая степень защищенности бумажного документооборота от подделок и подлогов способствовала росту финансовых преступлений.
Другая актуальная тема – качество клиентской базы. Ключевыми клиентами коммерческих банков становились те же советские государственные предприятия – производственные, торговые и коммунальные. И все они переходили на обслуживание со своими безрадостными проблемами – огромной ссудной задолженностью перед спецбанками. Ведь к тому времени государственные предприятия были обеспечены оборотными средствами в среднем только на 30 %. Остальное замещалось кредитами по мизерной процентной ставке. Таким образом, коммерческие банки вынуждены были раздавать кредитные ресурсы под те же проценты, что и спецбанки. Других ликвидных инструментов вложения капитала, кроме векселей, не существовало. Рынок ценных бумаг находился в зачаточном состоянии.
Не легче обстояло дело с кооператорами, готовыми брать кредиты под любые проценты. Риск невозврата кредитов был слишком велик, так как кредиты не обеспечивались никакими имущественными залогами. Приходилось полагаться исключительно на честное слово. Вот, что в этой связи рассказывал председатель правления АКБ «Континент» (город Набережные Челны) Л. Н. Онушко:
«В конце февраля (1989 г.) выдали первый большой кредит – 40 тысяч рублей – одному татарину из Березников. Он собирался смотаться в Баку под 8 марта самолетом за цветами, продать гвоздики через профсоюзные организации города и вернуть деньги 10 марта. Я не спал две недели. Уже простился и с банком, и со свободой. Каково же было мое удивление, когда утром 10 марта подъехал на «Волге» мой заемщик из Березников и честь по чести вернул кредит с процентами. За год мы выдали несколько десятков кредитов. Один кооператив из Туркмении все-таки кредит заиграл, а местные правоохранительные органы начхали на наши запросы. Другой случай произошел с частником из Еревана. Мы ему под честное слово выдали 850 рублей на один месяц для приобретения в наших краях товаров. Однако через пару месяцев выяснилось, что мой экономист Шапиро, получив от армянина две бутылки коньяка «Арарат», продлил ему кредит на год, то есть подарил деньги проходимцу, так как вскоре его следы затерялись. Правда, Шапиро честно предложил мне одну бутылку, после чего я его уволил»[51].
В конце 1980-х – начале 1990-х годов коммерческих банков и негосударственных специализированных финансово-кредитных институтов (пенсионные фонды, страховые компании, взаимные фонды, ссудосберегательные ассоциации и т. п.) в стране на волне перестройки могло появиться гораздо больше. Многих способных и предприимчивых людей останавливала историческая память о том, чем закончилась новая экономическая политика – НЭП: самых успешных нэпманов и членов их семей в 1927 г. целыми эшелонами отправляли в сибирскую ссылку.
Бытовало мнение о двух вариантах развития событий. Первый, жесткий: дадут разбогатеть, а потом все чохом конфискуют и сошлют, «куда Макар телят не гонял». Второй, щадящий: много зарабатывать не дадут, но лучше быть самому себе хозяином, чем прогибаться перед спесивым начальником или кретином парторгом.
В соответствии с инструктивным письмом Министерства финансов СССР от 14 ноября 1989 года коммерческие банки были обязаны уплачивать государству в виде налога 60 % полученной прибыли[52]. Установлением 60-процентного налога государство нарушило ранее обещанный 2–3-х годичный безналоговый режим работы. Председатель правления коммерческого банка «Восток» Рафис Кадыров прокомментировал это так:
«Минфин не знает, как залатать свои дыры в финансах, и идет на преступление. Берет везде, где можно и где нельзя. Торопится решить и доложить. Что произойдет со страной после необдуманного решения завтра, его уже не беспокоит. ‹…› Новые банки сегодня фактически не имеют ни одного рубля основных средств. А значит, не имеют средств производства, нормальных зданий, вычислительной техники; они только учатся работать. Вместо того, чтобы помочь им в приобретении самого современного банковского оборудования, предоставить беспроцентные кредитные ресурсы и, таким образом, создать конкурентоспособные на мировом рынке банки, государство умудряется отнимать у них те копейки, которые они с большим трудом заработали и на которые могли бы купить простейшую, но необходимую компьютерную технику. У всех работающих в новых банках реакция на такую политику будет примерно одинаковой. Они снизят прибыли, начнут искать пути, чтобы не платить этот неразумный налог»[53].
По мере того, как деятельность коммерческих банков выходила за рамки обслуживания кооперативной клиентуры и индивидуальных предпринимателей, отношение руководства Госбанка СССР к «эксперименту» становилось все менее благожелательным. Причина конфликта интересов состояла в том, что коммерческие банки, получая кредиты в спецбанках, затем, используя свою коммерческую свободу, пускали эти средства в оборот по более высоким процентным ставкам. Иначе говоря, получали доходы, которые могли бы иметь сами спецбанки, если бы они были свободны в проведении процентной политики.
Поделиться книгой: