Очерки истории банковской системы России. 1988–2013 гг.

25 января 1990 г. на Правлении Госбанка СССР был заслушан отчет о результатах комплексных проверок деятельности 30 коммерческих и кооперативных банков. В отчете утверждалось, что коммерческие и кооперативные банки «не стали пока кредитными учреждениями, действительно влияющими на укрепление экономики, денежного обращения и оздоровления финансовой ситуации в стране».

В частности, сообщалось, что кооперативные банки используют кредитные ресурсы не на развитие кооперативов, входящих в союзы, объединения, создавшие эти банки, а, как правило, на иные цели, в том числе – кредитование предприятий и организаций, имеющих расчетные счета в специализированных банках. В целях ограничения деятельности коммерческих банков и взимания ими с заемщиков «рваческих» процентов, контрольно-ревизионный аппарат Госбанка СССР предлагал:

– установить для коммерческих и кооперативных банков предел ставок по кредитам в размере 15 % годовых;

– разрешить руководителям территориальных управлений госбанков СССР повышать размер депонирования в ходе регулирования кредитных ресурсов банковской системы СССР до 15 % привлеченных денежных средств[54].

В середине февраля 1990 года в центральной прессе почти одновременно появилось несколько статей, посвященных взаимоотношениям специализированных и коммерческих банков, их роли в кредитно-финансовой системе страны. Госбанк и Минфин СССР осторожно прорабатывали вопрос о целесообразности перехода с 3-х уровневой банковской системы (Госбанк СССР – спецбанки – коммерческие, в том числе и кооперативные, банки) на двухуровневую, в которой специализированные банки (Внешэкономбанк, Промстройбанк, Агропромбанк, Жилсоцбанк, Сбербанк) будут уравнены в правах и функциях с коммерческими.

После принятия Верховным Советом СССР 6 марта 1990 г. закона «О собственности в СССР» в стране началась ползучая «номенклатурная» приватизация. На основании ст. 16 закона работники аппарата управления соответствующих хозяйствующих органов, переименованных в хозяйственные ассоциации (объединения), становились собственниками «своего вклада» в общем имуществе мифического коллективного субъекта. Такой незамысловатый способ приватизации государственной собственности охватил всю страну. Но больше всего он поразил Россию, на территории которой было сосредоточено наибольшее количество союзных и республиканских органов управления промышленности, строительства, транспорта и торговли.

10 июля 1990 года Совет Министров СССР принял Постановление № 662 «О преобразовании Банка жилищно-коммунального хозяйства и социального развития СССР в акционерный коммерческий банк социального развития». Через неделю, 18 июля 1990 года, вышло Постановление № 703 «О преобразовании Агропромышленного банка СССР в акционерный коммерческий агропромышленный банк». По сути, данные постановления позволяли руководителям спецбанков, входивших в номенклатуру ЦК КПСС, под благовидным предлогом коммерциализации деятельности республиканских, областных и краевых филиалов, обособить их имущественные права и активы в качестве паевых взносов в соответствующие акционерные общества. Если бы это произошло, то в СССР возникли бы два гигантских банковских холдинга с филиальной сетью, покрывающей всю страну. После того, как их управляющие компании прошли бы регистрацию в Госбанке СССР и открыли там корреспондентский счет, то по всем международно-правовым нормам они становились полноправными частными корпорациями. Республикам, заявившим о выходе из СССР, пришлось бы долго и безнадежно оспаривать в международных судах правомерность их существования и деятельности.

Решение союзного правительства об акционировании 2-х специализированных банков стало поводом для активных политических действий руководства Верховного Совета РСФСР во главе с Б. Н. Ельциным. С подачи Николая Кротова и Александра Гришина (материал опубликован 18–19 июля 2007 г. в газете «Московский комсомолец») эти события вошли в историю под громким названием «заговора банкиров». Хотя в тот момент, когда они происходили, вряд ли кто из их участников задумывался о далеко идущих последствиях конфронтации с союзным центром по вопросам реорганизации банковской системы СССР.

Все началось 9 июля 1990 года, когда управляющий Российской республиканской конторы Госбанка СССР О. И. Тарасов вызвал на совещание начальников областных управлений Госбанка: А. В. Бездольного (Калинин), В. В. Рудько-Селиванова (Приморье), Т. А. Пигалову (Рязань), С. В. Сорвина (Свердловск), К. Б. Шора (Москва). В кабинете присутствовали, кроме Тарасова, два депутата Верховного Совета РСФСР – В. В. Скрипченко и В. П. Рассказов. Разговор начал Скрипченко сообщением о том, что Борис Николаевич Ельцин поставил вопрос о том, как создать собственную российскую банковскую систему и вывести из подчинения союзного Госбанка Российский республиканский банк. Банкиры, посоветовавшись с юристами и экспертами Аппарата Верховного Совета РСФСР, подготовили проект постановления «О Государственном банке РСФСР и банках на территории республики».

В пояснительной записке к проекту постановления отмечалось: «Существующая система банков является полностью принадлежностью Союза ССР, подчинена правительству СССР и в своей деятельности нацелена на реализацию политических и экономических мер союзных органов. В последнее время принимаются ускоренные шаги к трансформации банков, их структурных подразделений, к законодательному закреплению монополии банков в руках союзных органов власти». Но главной ударной силой документа было предложение «немедленно принять постановление Верховного Совета РСФСР о передаче всей действующей на территории РСФСР сети банков и их учреждений в ведение и собственность Российской Федерации». От российского правительства документ завизировали тогдашний Министр финансов РСФСР Б. Г. Федоров, Г. А. Явлинский, как зампред, курирующий в союзном правительстве финансы и экономику, и премьер Правительства РСФСР И. С. Силаев.

Все было готово к генеральному наступлению, которое Ельцин назначил на 13 июля 1990 года. Это был последний день заседаний Верховного Совета РСФСР перед летними каникулами. К началу утреннего заседания проект постановления был размножен и разложен по папкам народных депутатов вместе с другими документами повестки дня. Ниже приводится его полный текст:

Верховный совет РСФСР

Постановление от 13 июля 1990 г. № 92–1

О государственном банке РСФСР и банках на территории республики

Руководствуясь Декларацией о государственном суверенитете РСФСР и постановлением I Съезда народных депутатов РСФСР «О разграничении функций управления организациями на территории РСФСР (Основа нового Союзного договора)», Верховный Совет РСФСР постановляет:

1. Российский республиканский банк Госбанка СССР, Российский республиканский банк Промстройбанка СССР, Российский республиканский банк Агропромбанка СССР, Российский республиканский банк Жилсоцбанка СССР, Российский республиканский банк Сберегательного банка СССР с их сетью вы – числительных центров на территории республики, учреждения Внешэкономбанка СССР на территории РСФСР, с их активами и пассивами, а также республиканское управление инкассации с подведомственной ему сетью учреждений и организаций, филиал ГВЦ Госбанка СССР в г. Москве объявляются собственностью РСФСР.

2. Российский республиканский банк Госбанка СССР преобразуется в Государственный банк РСФСР, подотчетный Верховному Совету РСФСР.

3. Российский республиканский банк Сберегательного банка СССР преобразуется в Сберегательный банк РСФСР, который передается в ведение Государственного банка РСФСР со всеми активами и пассивами по состоянию на 1 июля 1990 года. За вкладчиками полностью сохраняются права, льготы и преимущества, предусмотренные действующим законодательством.

4. До принятия Союзного договора производить выдачу ссуд и осуществление расчетов в пределах лимита задолженности, установленной для учреждений банков на 1990 год, с применением действующих процентных ставок.

5. Преобразовать до 1 января 1991 года учреждения государственных специализированных банков в автономных республиках, краях и областях в коммерческие банки на акционерной и паевой основе. Совету Министров РСФСР, Государственному банку РСФСР в месячный срок разработать предложения по организации двухуровневой системы банков и механизма преобразования учреждений банков в акционерные (паевые) коммерческие банки.

6. Упразднить до 1 августа 1990 года аппарат правлений Российских республиканских банков Промстройбанка СССР, Жилсоцбанка СССР и Агропромбанка СССР. Специализированные банки до преобразования их в коммерческие работают временно под руководством Государственного банка РСФСР.

7. Комиссии Совета Республики Верховного Совета РСФСР по бюджету, планам, налогам и ценам, Совету Министров РСФСР, Госбанку РСФСР представить на рассмотрение очередного Съезда народных депутатов РСФСР проекты законов «О Государственном банке РСФСР», «О банках и банковской деятельности в РСФСР».

8. Настоящее Постановление вступает в силу с момента его принятия.

Председатель

Верховного Совета РСФСР

Б. Н. Ельцин

О включении вопроса о создании «суверенной» финансово-банковской системы России в повестку дня заседаний Верховного Совета РСФСР узнало руководство Госбанка СССР и не на шутку встревожилось. Главный банкир страны В. В. Геращенко отправился в «Белый Дом» (Краснопресненская набережная, 2) на утреннее заседание для того, чтобы выступить в прениях. В своих мемуарах он пишет, что хотел убедить народных депутатов в «несуразности» решения о передаче банковской системы в ведение российских органов власти, так как это означало бы неминуемый распад единого экономического пространства союзного государства и полную закупорку денежного обращения. Не стесняясь в выражениях («более глупого экономического перла я вообще в жизни своей не видел»), Геращенко высмеивает авторов законопроекта за финансовую и юридическую безграмотность. Прежде всего, это касается тех пунктов законопроекта, в которых декларировался переход в собственность Российской Федерации неделимых по сути своего происхождения активов и пассивов Внешэкономбанка СССР и Сбербанка СССР[55]. Ведь в первом случае речь шла о сотне миллиардов долларов внешнего долга, а во втором – о четырехстах миллиардах рублей внутреннего долга.

Геращенко собирались поддержать руководители спецбанков, которые также прибыли на заседание. Их, разумеется, никто не приглашал. По словам участников событий, они проникли на заседание Верховного Совета РСФСР «окольными путями». Вопрос должен был слушаться первым, но по необъясняемым Президиумом причинам его рассмотрение постоянно откладывали. Время шло, и Геращенко покинул зал заседаний, якобы получив от кого-то из высокопоставленных депутатов информацию о том, что вопрос снят с рассмотрения.

Когда подошло время объявить об окончании сессии, Б. Н. Ельцин (он мастером аппаратных интриг и прочих «загогулин») обратился к депутатам: «Одну минуточку, ещё один вопрос. У нас работала группа крупных специалистов по реформированию банковской системы. Они подготовили постановление. Проект вам роздан». Зал – в замешательстве. Кто-то из депутатов попытался возразить: «Вопрос сложный, его надо обсудить, проработать». Ельцин настаивал на своем: «Нет необходимости обсуждать, все уже проработано». В этот момент поднялся со своего места председатель Комиссии Совета Республики Верховного Совета РСФСР по вопросам бюджета, плана, налогам и ценам Ю. М. Воронин и предпринял попытку выйти на трибуну и вступить в дискуссию. Ельцин его решительно остановил: «Садись!»

Несмотря на то, что Верховный Совет РСФСР большинством голосов принял нужное Б. Н. Ельцину постановление, последнее слово оставалось за руководством СССР. Незадолго до описанных событий Президент СССР М. С. Горбачев получил от съезда народных депутатов СССР чрезвычайные полномочия, которые позволяли ему отменять или приостанавливать действие любых республиканских законов, которые противоречили общесоюзному законодательству. Мало кто сомневался, что Горбачев отреагирует адекватно ситуации. Госбанк СССР во главе с Геращенко, во всяком случае, исходил именно из этого, когда готовил проект президентского указа, отменявшего постановление Верховного Совета РСФСР.

На совещание у Горбачева по этому вопросу, как вспоминал В. С. Павлов, бывший тогда министром финансов СССР, председатель союзного правительства Н. И. Рыжков не пошел, и защиту Указа Президента СССР об отмене Постановления ВС РСФСР № 92–1 от 13.07.1990 г. поручил ему. Р. И. Хасбулатов, возглавлявший российскую делегацию, заявил, что полностью согласовал с Ельциным свою позицию – с имперскими замашками центра покончено раз и навсегда. Горбачев же, по воспоминаниям Павлова, взял себе на вооружение выражение «имперские замашки», упрекнул Геращенко в нежелании перенимать «мировой опыт» и покинул совещание, бросив на прощание: «Ладно, вы тут сами без меня решите, у нас ведь демократия!»

29 июля 1990 года Президент СССР М. С. Горбачев все же подписал Указ «О взаимодействии союзных и республиканских органов по финансово-кредитным вопросам в период подготовки нового Союзного договора». Текст документа был выдержан в «мягких тонах» и содержал лишь рекомендацию верховным советам союзных республик «воздержаться от принятия и применения законодательных актов, разрушающих сложившуюся финансовую и банковскую систему». До Фороса (ГКЧП в августе 1991-го) оставался год, до Беловежских соглашений еще больше, но, отказавшись от борьбы за сохранение единства банковской системы страны, М. С. Горбачев, по мнению В. С. Павлова, предрешил судьбу государства под названием СССР[56].

16 августа 1990 года Президиум Верховного Совета РСФСР принял Постановление № 146 «О мерах по выполнению Постановления Верховного Совета РСФСР от 13 июля 1990 года «О Государственном банке РСФСР и банках на территории республики»».

В документе, в частности, было сказано:

«Президиум Верховного Совета РСФСР постановляет:

1. Государственный банк РСФСР является юридическим лицом и осуществляет свою деятельность на принципах хозяйственного расчета, самофинансирования и самоуправления.

2. Передать по состоянию на 1 июля 1990 года на баланс и в оперативное управление Государственного банка РСФСР и его управлений на местах объявленное собственностью РСФСР имущество, а также активы и пассивы российских республиканских специализированных банков и подведомственных им учреждений, предприятий, организаций, учреждений Внешэкономбанка СССР, республиканского управления инкассации с подведомственной ему сетью учреждений и организаций, вычислительных центров Госбанка СССР и специализированных банков СССР на территории РСФСР, включая филиал ГВЦ в г. Москве.

3. Государственному банку РСФСР создать ликвидационные комиссии бывших правлений российских республиканских банков Промстройбанка СССР, Жилсоцбанка СССР и Агропромбанка СССР, а также осуществить другие организационные меры, связанные с упразднением аппарата подведомственных, им управлений и учреждений в автономных республиках, краях, областях, городах Москве и Ленинграде. Создать на базе упраздняемых учреждений специализированных банков акционерные коммерческие банки, учреждения Внешэкономбанка РСФСР, а также необходимую для их обслуживания сеть учреждений Государственного банка РСФСР. Государственному банку РСФСР утвердить смету расходов на содержание ликвидационных комиссий и осуществление других организационных мероприятий.

4. Считать недействительными все нормативные акты, противоречащие Постановлению Верховного Совета РСФСР от 13 июля 1990 года «О Государственном банке РСФСР и банках на территории республики».

5. Предоставить Государственному банку РСФСР право утверждать необходимую ему для выполнения поставленных задач структуру центрального аппарата, смету доходов и расходов, фонд оплаты труда и другие фонды производственного и социального развития, а также порядок решения этих вопросов в учреждениях и организациях Государственного банка РСФСР.

Центральный банк Российской Федерации (Банк России) был учрежден 13 июля 1990 года на базе Российского республиканского банка Госбанка СССР. И.О. председателя банка Верховный Совет РСФСР назначил Георгия Гавриловича Матюхина. В банковских кругах о нем было известно немногое: возраст – 57 лет, практического опыта работы в банковской системе не имеет, защитил диссертацию на соискание ученой степени доктора экономических наук, в 1973-1990 гг. занимался научно-педагогической деятельностью в Академии внешней торговли и Институте США и Канады АН СССР. По слухам, был причастен к «действующему резерву КГБ», то есть «носил под пиджаком погоны».

Первый глава Банка России в банковском сообществе запомнился как жесткий администратор, склонный к авторитарному стилю руководства. По мнению некоторых экспертов, Матюхин был руководителем номинальным, в проблемы оперативного управления глубоко не вникал. Вопросы организации межбанковских расчетов и бухгалтерии курировала его заместитель Л. М. Алякина. Вопросами взаимодействия Банка России с органами государственной власти занимался другой заместитель Матюхина – депутат Верховного Совета РСФСР В. П. Рассказов (бывший преподаватель судостроительного института).

За оставшееся до конца 1990 года время Госбанк РСФСР организовал повальное акционирование подавляющего большинства региональных филиалов государственных спецбанков. Упорнее всех «демократической приватизации» спецбанков сопротивлялось руководство Промстройбанка СССР, но и его усилия, направленные на сохранение целостности организационной и территориальной структуры оказались тщетными.

21 августа 1990 г. председатель правления Промстройбанка СССР Я. Н. Дубенецкий разослал в отделения банка на территории РСФСР телеграмму, в которой он сообщил с том, что «действует установленный порядок управления государственными специализированными банками Союза ССР», поэтому отделения не должны исполнять требования Госбанка РСФСР.

Суть этого порядка прояснилась после принятия Совмином СССР 9 декабря 1990 года постановления № 1316 «О мерах по преобразованию Промстройбанка СССР». Согласно документу, союзный «Промстройбанк» преобразовывался в Государственный коммерческий промышленно-строительный банк (Промстройбанк) с уставным фондом 10 млрд. рублей. К нему переходили все активы и обязательства, а также здания, помещения, оздоровительные учреждения и вычислительные центры Промстройбанка СССР.

Права учредителя (и будущего собственника) банка от имени Союза ССР намеревался заявить Фонд государственного имущества Союза ССР. Руководство новой структурой до утверждения устава и официальной регистрации новой банковской структуры временно возлагалось на Правление бывшего Промстройбанка СССР. Но не непосредственно, а под контролем наблюдательных советов «из представителей предприятий, объединений и других советских юридических лиц, являющихся владельцами финансовых обязательств этого банка».

25 декабря 1990 г Я. Н. Дубенецкий издал приказ, согласно которому республиканские конторы Промстройбанка СССР подлежали реорганизации в республиканские банки, а краевые и областные конторы – в Управления Государственного коммерческого промышленно-строительного банка. К тому времени Центральный банк РСФСР уже зарегистрировал уставы 37 кредитных организаций, образованных на базе областных контор Промстройбанка СССР, и выполнять постановление Совмина СССР № 1316 категорически отказался.

Председатель правления Жилсоцбанка СССР В. И. Букато обратился к руководству города Москвы (Г. Х. Попову и Ю. М. Лужкову) с предложением реорганизовать российскую республиканскую контору Жилсоцбанка СССР во всероссийскую банковскую структуру, опирающуюся на существующую сеть филиалов в регионах и корпоративную клиентуру в столице. Однако Г. Г. Матюхин в регистрации банка отказал.

В ходе переподчинения спецбанков Госбанку РСФСР правления Промстройбанка, Агропромбанка и Жилсоцбанка союзного и российского уровней упразднялись, их низовые структуры преобразовывались в самостоятельные и межрегиональные коммерческие банки. Уставы поспешно создаваемых на их базе коммерческих банков писались и регистрировались по нескольку штук в день. На 1 апреля 1992 г. в России было 1414 банков, из них 767, или 55 %, образовались на базе бывших спецбанков.

Вспоминает Валерий Скопинцев, бывший начальник Воронежского областного управления Жилсоцбанка:

«Это было в двадцатых числах октября 1990 года. Здание Центрального банка на Житной, что рядом с Октябрьской площадью, было чем-то похоже на Смольный в период Октябрьской революции: Ленин входит в Смольный и видит: тут рабочие ополченцы спят, обнявшись с винтовками, там сгруппировались матросы, опоясанные пулеметными лентами, а навстречу бежит солдат с котелком в руке в поисках кипятка. Сюда, на Житную 12, как в Мекку, стекался отовсюду российский люд, жаждущий утвердить свои коммерческие интересы на ниве банковского дела. Очереди, толпы, все бегали по кабинетам с уставами: тут их проверяет юрист, здесь – бухгалтер, там – кто-то ещё. Не у всех все было гладко. И они куда-то звонили, что-то выясняли, спорили, и, устав от повседневных бдений, одни дремали на столах, другие что-то жевали, а некоторые, не мудрствуя, на стульях предавались объятиям Морфея. Интересная деталь: все мы привезли свои уставы, которые обсуждались на общих собраниях акционеров или пайщиков, а их приказали выкинуть в корзину. Сказали, что наши уставы им читать некогда. Дали нам заготовленный текст устава (болванку), мы вписали в оставленные пробелы названия банков, адрес, сумму капитала и отдавали на проверку. Названия менялись на ходу. Мой коллега из Смоленска назвал свой банк «Феникс», а ему сказали: «Феникс» уже есть, меняй!» Он пытается объяснить, что он не вправе это сделать, потому что так собрание решило. А ему: «Тогда откатывайся назад, собирай новое собрание и переименовывай». Из двух зол он выбирает наименьшее – зачеркивает «Феникс» и пишет: «Днепр». Мой земляк из Воронежа ехал регистрировать «Меркурий», а вернулся с «Коопбизнесом»[57].

Бывшие специализированные банки породили большое количество новых кредитных организаций. Из семейства жилсоцбанков вышли «Уникомбанк», «Курскбанк», «Кузбассоцбанк», КБ «Мурман», «Свердлсоцбанк», банк «Гагаринский» и др.

В октябре 1990 г. на базе Калининского областного управления Жилсоцбанка СССР был учрежден «Тверьуниверсалбанк» (ТУБ). До 1996 года ТУБ успешно конкурировал с крупнейшими московскими коммерческими банками: вышел на 13-е место по размеру активов, обслуживал более 200 тыс. клиентов.

В декабре 1990 г. на базе отделений Жилсоцбанка СССР в московском регионе был учрежден ОАО «Московский акционерный банк содействия предпринимательству» (Мосбизнесбанк), который возглавил бывший председатель правления союзного Жилсоцбанка доктор экономических наук В. И. Букато. Рассказывают, что при регистрации Мосбизнесбанка снова возникли проблемы, которые были разрешены лишь благодаря вмешательству Б. Н. Ельцина.

Но особенно «плодовитым» оказался союзный «Промстройбанк». Например, в Свердловской области из него вышли: «Уралпромстройбанк», «Уралтрансбанк», «Асбестбанк» (ныне банк «Драгоценности Урала»), «Первоуральскбанк», «Нейва-банк», банк «УралКИБ» (ныне филиал «Свердловского губернского банка»). 16 октября 1990 года на базе Челябинского областного управления Промстройбанка СССР был учрежден «Индустриальный коммерческий банк Челябинской области» (Челиндбанк).

На Северо-Западе самым большим осколком союзного «Промстройбанка» был питерский ПСБ (устав зарегистрирован Госбанком РСФСР 3 октября 1990 г.). В 2006 году ПСБ вошел в банковскую группу ВТБ.

В октябре 1990 года на базе регионального управления Промстройбанка по Московской области был создан «Московский межрегиональный коммерческий банк» (ММКБ). Учредителями банка выступили 360 предприятий газовой, химической, машиностроительной и оборонной промышленности Подмосковья.

13 декабря 1990 года руководители 37 коммерческих банков, организованных на базе территориальных контор и отделений бывшего союзного «Промстройбанка» и 13-ти его областных управлений, подписали договор об учреждении «Российской ассоциации акционерно-коммерческих промышленно-строительных банков», которая действует и поныне. Преемники спецбанков унаследовали их активы, имущество, персонал, а самое главное – клиентуру. Что явилось серьезным конкурентным преимуществом этих банков в сравнении с кредитными организациями, создававшимися с нуля.

Судьба головного банка ассоциации – Промстройбанка России (полное название «Российский инвестиционно-коммерческий промышленно-строительный банк», ОАО), зарегистрированного в ноябре 1991 г. в Москве, оказалась печальной. Из сохранившихся управлений Промстройбанка СССР на территории России едва-едва удалось скроить 22 филиала. В апреле 1995 г. помпезное здание банка на Тверском бульваре наполовину выгорело из-за пожара. 2 июля 1999 г. у банка отозвали лицензию, а 18 ноября того же года столичный арбитражный суд признал его банкротом. В июле 2000 года при поддержке правительства Промстройбанку удалось вернуть лицензию. В октябре того же года было отменено и решение о банкротстве. Но планы санации банка оказались нереальными. В декабре 2000 г. процедура банкротства была возобновлена и 9 апреля 2004 г. завершилась ликвидацией.

Агропромбанк, поменяв несколько раз свое название: Агропромбанк СССР, АКБ «Агропромбанк», АКБ «Россельхозбанк», АКБ «Агропромбанк», – превратился из государственного в акционерный. Как правопреемник Агропромбанка СССР, он намеревался получить всю находящуюся в его активах и пассивах долю союзного правительства – 2,5 млрд. руб. Однако представители Украинского и Казахского агробанков добились возвращения 1 млрд. рублей в свои республики. Доля государства в его капитале неуклонно сокращалась, но зато увеличивались долги.

После присоединения в 1996 году к «Столичному банку сбережений» (СБС) финансовое положение «Агропромбанка» заметно улучшилось, и угроза банкротства на какое-то время миновала. Следует отметить, что СБС приобрел 25 % акций Агропромбанка, однако, финансовые потоки СБС и Агропромбанка были формально разделены, и каждый банк имел в Центральном банке отдельный корреспондентский счет. Кризис 1998 года перечеркнул надежды на финансовое оздоровление бывшего аграрного спецбанка. На момент отзыва лицензии (6 июля 1999 года) от «Агропромбанка» осталась только вывеска, да гигантская задолженность перед государством за списанные в 1993–1994 годах сельскохозяйственные кредиты.

В 1991 г. на базе Московского областного управления Агропромбанка СССР был учрежден банк «Возрождение». За первые десять лет своего существования «Возрождение» создал обширную сеть территориальных подразделений, состоящую из 62 филиалов и 26 дополнительных офисов в 18 регионах страны. В 1992 г. его акции успешно прошли процедуру листинга на российских фондовых площадках. В настоящее время акционерами банка являются более 7 тыс. физических и юридических лиц. Банк пережил все кризисы и в начале 1999 года в соответствии с критериями оценки состояния коммерческих банков был отнесен к категории финансово стабильных. В том же году в Harvard Business School вышел специальный кейс, посвященный анализу работы банка «Возрождения», – как пример успешного развития финансового бизнеса.

* * *

В июле 1990 года постановлением Верховного Совета РСФСР Российский республиканский банк Сбербанка СССР был объявлен собственностью РСФСР. В декабре 1990 года он был преобразован в акционерный коммерческий банк, юридически учрежденный на общем собрании акционеров 22 марта 1991 года. В 1991 году Сбербанк перешел в собственность Центрального банка и был зарегистрирован как «Акционерный коммерческий Сберегательный банк Российской Федерации (Сбербанк России)». В мае 1992 г. общее собрание акционеров увеличило объявленный уставной капитал банка до 10 млрд. руб.

По мнению В. В. Геращенко, акционирование Сбербанка было «полнейшим идиотизмом» – его следовало оставить государственными, чтобы не связывать его деятельность теми же правилами регулирования, что и коммерческие банки. Академик Н. Я. Петраков назвал манипуляцию с подобным тайным превращением государственного банка в акционерный коммерческий «дурно пахнущей» нелегитимной, позорной попыткой закамуфлировать обман народа. «Если российское Правительство намеревалось честно охранять собственность граждан согласно Конституции, считает академик, оно должно было сообщить вкладчикам, что с вашими вкладами мы поступим так-то, решайте сами, будете ли вы доверять и дальше ваши деньги коммерческому Сбербанку или вложите их в более надежное место. И уж, во всяком случае, не следовало прибегать к замораживанию сбережений накануне инфляционных потрясений».

Официально Сбербанк СССР прекратил свое существование 30 октября 1991 г., когда собравшиеся в Москве представители республиканских сбербанков подписали учредительный договор о создании на его базе Ассоциации сберегательных банков и приняли устав новой организации. В соглашении стороны особо отметили, что учреждения сбербанков республик могут использовать имеющиеся у них бланки сберкнижек, квитанций и ценных бумаг с символикой Сбербанка СССР. Таким образом, декларировалось, что права и интересы всех клиентов бывшего союзного Сбербанка будут защищены, а ценные бумаги (облигации, сертификаты) Сбербанка СССР не потеряют своей ликвидности.

Как известно, после распада Советского Союза пострадало около 50 млн. вкладчиков Сбербанка СССР. По состоянию на начало XXI века проблему обесцененных вкладов решили только две страны – Литва и Казахстан. В Литве сберегательные вклады обменяли в отношении 1 лит = 10 руб., а в Казахстане компенсировали специальными госбумагами. Продолжает выплачивать долги по вкладам Эстония – по курсу, примерно, 1 советский рубль к 10 центам. Выгодный курс обмена установили и в Азербайджане – там вкладчики смогли получить за 1 советский руб. 1 долл. (для вкладов до 2000 руб.) или 50 центов США (для более крупных вкладов).

В соответствии с федеральным законом от 10 мая 1995 года «О восстановлении и защите сбережений граждан Российской Федерации» государство приняло на себя обязательства по восстановлению сбережений российских граждан. Всех вкладчиков выстроили в очередь, по мере наступления возраста, соответствующего средней продолжительности жизни человека, которому угораздило родиться в России.

Российское правительство обязалась выплатить долг Сбербанка СССР после 1995 года, тогда же был вычислен его объем – 10,9 трлн. руб. Однако до сих пор не приняты законы, определяющие справедливый, с учетом морального ущерба и упущенной выгоды, коэффициент индексации долга и порядок оформления выплат. По данным Минфина, по состоянию на 2007 год, российским вкладчикам (в порядке возрастной очередности) выплачено 160 млрд. руб. В 2012–2014 годах на компенсационные выплаты по гарантированным сбережениям граждан были предусмотрены средства в сумме 150 млрд. рублей, по 50 млрд. рублей ежегодно.

Сбережений, которые были накоплены к 1992 году на счетах граждан в Сбербанке (порядка 315 миллиардов советских рублей), в экономическом смысле уже не существовало. 1 января 1992 года все сберегательные банки бывших союзных республик начали свой первый операционный день с нулевого остатка на корреспондентском счете. По действовавшим тогда финансовым правилам и инструкциям о прохождении средств по счетам Сбербанка все средства, перечисленные республиканскими конторами в течение года союзному Минфину, должны были к ним вернуться. Однако к тому времени все республиканские сбербанки стали кредитными организациями независимых государств, и ни одна копейка сбережений бывших граждан СССР к ним не вернулась.

По мнению профессора Н. П. Шмелева, даже осенью 1991 г. имелись реальные возможности избежать конфискации сбережений. Правительство могло бы выставить на рынок для приобретения держателями вкладов разнообразные государственные активы, включая долговые обязательства с подвижным процентом, акции предприятий, материальные запасы, жилье, землю; заморозить основную часть вкладов населения на значительный срок, дав твердые гарантии последующего возврата их с поправкой на инфляцию. Можно было установить уровень индексации вкладов и ценных бумаг в соответствии с движением цен, чтобы подобный государственный грабеж оставался в рамках приличий. Следовало предусмотреть особый режим снятия вкладов с тем, чтобы их можно было использовать только на инвестирование или же на абсолютно неотложные личные нужды (на похороны, возмещение ущерба от стихии и пр.).

17 октября 1990 г. Государственный банк РСФСР, Министерство финансов РСФСР, Министерство внешнеэкономических связей РСФСР, Центросоюз (всего 11 организаций) учредили Банк внешней торговли (Внешторгбанк) в форме акционерного общества закрытого типа (АОЗТ) с объявленным уставным фондом 1400 млн. рублей. Банк предназначался для обслуживания внешнеэкономических операций России и содействия интеграции страны в мировое хозяйство.

Головной офис банка открыл свои двери в Москве на Кузнецком мосту в красивом старинном здании, построенном в начале ХХ века по проекту известного архитектора Эрихсона. В конце 1991 года численность персонала составила 335 человек. Основными направлениями деятельности Внешторгбанка стали обслуживание и кредитование участников внешнеэкономической деятельности, международные расчеты, межбанковские операции и торговля драгоценными металлами. Банк установил корреспондентские отношения более чем со 100 банками Европы, Америки, Австралии, Азии и Африки, а также 73 банками России и СНГ, и фактически стал клиринговым банком по международным расчетам для российских коммерческих банков, имеющих ограниченную лицензию на совершение операций в иностранной валюте.

На 1 января 1992 г. Внешторгбанк располагал ресурсами в размере 5268 млн. руб., которые возросли по сравнению с началом года в 8 раз. Основными объектами кредитования являлась торгово-закупочная и производственная деятельность клиентов-заемщиков. Ссудная задолженность (кредитный портфель) по состоянию на 1 января 1992 года составила 466 млн. рублей. В 1991 году Внешторгбанк принял участие в предоставлении первого в России синдицированного кредита в иностранной валюте совместному предприятию «ЛогоВАЗ»[58].

В январе 1998 года Внешторгбанк был преобразован в открытое акционерное общество с уставным капиталом 22,1 млрд. руб.

В результате акционирования и раздробления спецбанков, акционирования с участием Центрального банка Сбербанка РФ и создания Внешторгбанка сформировался каркас будущей российской банковской системы, который требовалось только узаконить.

2 декабря 1990 г. сессия Верховного Совета РСФСР рассмотрела и приняла законы «О Центральном банке РСФСР (Банке России)» и «О банках и банковской деятельности в РСФСР». Насколько качественными получились эти законы, можно судить хотя бы по тому, что прошло уже 25 лет, а они, включив в себя минимальные корректировки, по-прежнему, являются для российских банков и надзоных органов руководством к действию.

По утверждению экс-министра финансов России Б. Г. Федорова, именно он передал Председателю Госбанка РСФСР Г. Г. Матюхину соответствующие законопроекты. А тот «с помощью Р. И. Хасбулатова умудрился через Верховный Совет в декабре 1990 года в рекордные сроки пропустить их и выдать за свои, хотя в существенно ухудшенном варианте».

В законе «О Центральном банке РСФСР (Банке России)» был прописан его особый правовой статус, который не подпадает под категорию коммерческих и некоммерческих организаций. Российские правоведы до сих пор сильно расходятся в определениях этого статуса, считая, что Банк России представляет собой:

1) квазигосударственную структуру, осуществляющую властные полномочия;

2) специальное юридическое лицо и учреждение, осуществляющее делегированные законом государственно-властные полномочия;

3) орган государственного управления специальной компетенции;

4) юридическое лицо публичного права, выполняющее общественные функции в государстве;

5) самостоятельный субъект осуществления особых функций, закрепленных в Конституции РФ[59].

Центральный банк независим от исполнительной власти, не регистрируется в налоговых органах (т. е. не платит налоги), не отвечает по обязательствам Правительства, но при этом издает нормативные акты, обязательные для федеральных органов государственной власти.

Подотчетность Центрального банка законодательной власти не предполагает какую-то особую ответственность его руководства, кроме «отчетов» и «аудита». На практике, конечно, независимость Центрального банка не удается реализовать полностью. В российском обществе мало кто может поверить, что Центральный банк может быть на самом деле независим от государства.

Тем, кто бывал в здании Центрального банка на Неглинной в первой половине 1990-х, запомнилось довольно бедное внутреннее убранство: давно не крашеные стены, утратившие свои первоначальные цвета ковровые дорожки, порядком поистрепавшаяся мебель, дико визжащие матричные принтеры. Рассказывают, что одному из только что назначенных начальников департамента три дня не могли оборудовать рабочее место в виде стола, кресла и телефонного аппарата. Банкир, который проработал 10 лет в одном из совзагранбанков, написал заявление об увольнении. Представители банковского сообщества недоумевали: «Почему не ремонтируются помещения?». «Откуда денег взять?» – парировали центробанковцы, попутно жалуясь на «нищенские» оклады денежного содержания, отстающие от частного банковского сектора в два-три раза.

В отличие от коммерческого предприятия, цель которого – максимизация прибыли, перед Центральным банком стоят специфические задачи. Согласно законодательству, прибыль не является целью его деятельности. Центробанк ответственен за защиту и обеспечение устойчивости рубля, развитие и укрепление банковского сектора, а также обеспечение эффективного и бесперебойного функционирования платежной системы.

Закон «О банках и банковской деятельности в РСФСР», подписанный Председателем Верховного Совета РСФСР Б. Н. Ельциным 2 декабря 1990 г., умещался всего на семи страницах машинописного текста с двумя интервалами на бумаге формата А-4[60]. Сейчас этот закон занимает в три раза больше места, хотя число глав и статей осталось практически неизменным: просто его нормы прописаны гораздо обстоятельнее.

В период с 1990 г. по 2013 г. Федеральный закон о банках и банковской деятельности претерпел более 50 изменений. При этом многие эксперты сходятся во мнении, что красной нитью большинства поправок является ужесточение контроля государства над банками и ограничения «банковской тайны». В первой редакции он являлся одним из самых либеральных законов того времени. За довольно короткий период в России было создано порядка 3 тыс. кредитных организаций, и это – абсолютный рекорд, достойный занесения в книгу рекордов Гиннеса.

В законе «О банках и банковской деятельности РСФСР», дается следующее определение банка:

«Банк – коммерческое учреждение, являющееся юридическим лицом, которому в соответствии с настоящим законом на основании лицензии выдаваемой Центральным банком РСФСР, предоставлено право, привлекать денежные средства от юридических и физических лиц и от своего имени размещать их на условиях возвратности, платности и срочности, а также осуществлять иные банковские операции».

Закон допускал создание банков на основе любой формы собственности и разрешил формирование уставных капиталов коммерческих банков из средств не только юридических, но и физических лиц. Для формирования уставного капитала кредитной организации запрещалось использовать привлеченные денежные средства, а также средства федерального бюджета, за исключением случаев, предусмотренных федеральными законами.

С момента принятия закона и до настоящего времени Банк России несколько раз изменял для вновь создаваемых банков минимальный размер их уставного капитала:

2,0 млрд. рублей – в июле 1994 года;

2,2 млрд. рублей – в октябре 1994 года;

3,0 млрд. рублей – в январе 1995 года;

4,0 млрд. рублей – в апреле 1995 года;

2,0 млн. экю – в мае 1996 года;

5,0 млн. экю – в июле 1998 года;

180 млн. руб. – в мае 2006 года;