Копье и кровь

– А если я не соглашусь? – глухо спросил он. – И притом, доверия мне там уже не будет, там народ не так прост… – Он хотел добавить: «Как я», – но не стал. – Раскусят. И еще: я ведь родом с Форпоста, а не с Великолепной или Натали. Или Роуза. И вообще, планы у меня другие.

Крис отдавал себе отчет в том, что таким ответом ставит себя в очень рискованное положение. Но что сказано – то сказано.

– Жаль, – проронил веронец после короткого молчания. – Очень жаль, мистер Габлер. Но понять тебя можно. И какие у тебя планы, если не секрет?

– Планы… – пробормотал Крис.

«Хотел бы я знать, какие у меня планы, – подумал он. – Лететь домой и искать работу? Хотя могу и собственный бизнес завести, деньги есть… Или в Эксите[14] потрудиться – было ведь такое намерение не так давно… Ага. И в один далеко не прекрасный день исчезнуть. А потом где-то за городом обнаружат в Синей реке мой не подлежащий оживлению труп…»

Каррин вновь словно подслушал его мысли.

– Если бы грэнды намеревались поступить с тобой так, как с этой беллизонкой и твоим товарищем, тебя просто не выпустили бы из Октагона, – сказал он. – Значит, ты для них представляешь какой-то интерес.

– Талисман, – усмехнулся Крис. – Оказался в нужном месте, когда у Янкера были проблемы… Потом одно Копье вернул, с другим помог…

А еще у него состоялся контакт с наблюдателем Иных. И останется ли этот контакт единственным?

«Нет, Солтио, делать меня мертвым вам невыгодно. – Габлеру представились эльфийские уши Шацкого, уши хитреца, готового на все для достижения цели. – Ты все правильно рассчитал: побродит, мол, посидит в кабаках, пар выпустит, подумает, как жить дальше – и вернется. Потому-то ты и оставил открытым для меня путь назад, под руку Босса…»

– Так как насчет планов? – еще раз спросил Каррин.

– Полечу к беллизонцам, на Нова-Марс, – твердо сказал Крис. – Обрисую им картину.

– Ты уверен, что это именно то, что тебе надо?

– Уверен. Так будет честно.

С повисшей в комнате тишиной могло поспорить разве что безмолвие космических бездн.

– Что ж… – наконец произнес Каррин. – Как у нас говорят: «Только дойдя до конца, можно понять, был ли правильным путь». Мешать не буду. Если захочешь, просигнализируй грэндам о наших планах. Может, мозгами пораскинут и сами от нас отделятся, вот.

– Да вы уж как-нибудь сами… сигнализируйте, – отказался Крис.

– Ладно, считай, что я тебе это не предлагал, – сказал Каррин и повернул голову к Шатану. – Здено, подгони машину к двери. Отвезешь мистера Габлера.

Коротконогий здоровяк, угрюмо взглянув на Криса, молча вышел в коридор. Каррин еще немного посидел, постукивая пальцами по подлокотникам кресла, а потом поднялся на ноги и подошел к Габлеру. Тот тоже встал и пожал протянутую руку, на этот раз крепко, не притворяясь.

– Удачи, Кристиан.

Габлер кивнул, но от ответного пожелания воздержался.

– Понятно, – усмехнулся Каррин. – Лили, проводи.

Риголка, оставив детектор на столе, направилась к двери, и Крис впервые заметил, какая у нее легкая походка. Он догнал Лили уже на хорошо освещенной лестничной площадке – судя по дверям лифта, это была многоэтажка, а не коттедж, – и сказал ей в спину:

– У тебя хорошо получилось, поздравляю.

– А что делать? – на ходу бросила через плечо риголка. – Жизнь заставляет.

К лифту она не пошла, а начала спускаться по ступенькам. Габлер следовал за ней, думая, что бы такое еще сказать, но ничего в голову не приходило. Когда они спустились этажом ниже, Лили остановилась и повернулась к нему. И Крис вновь получил возможность полюбоваться мягким светом ее глаз.

– Выходишь – и сразу в кар, по сторонам смотреть не надо, – произнесла риголка, и это прозвучало как приказ.

– Мне это ни к чему, – повел плечом Габлер. – В гости не набиваюсь.

– А может, надумаешь? – Ее лицо было серьезным. – Ты бы нам не помешал, Кристиан.

– В смысле – пригодился бы?

– В любом смысле. Подумай об этом, ладно?

– Подумаю, Лили.

Больше она ничего не сказала. Пересчитала легкими ногами ступени еще двух лестничных маршей, остановилась и открыла дверь подъезда. Крис прошел мимо риголки, чуть задержавшись, чтобы в последний раз посмотреть ей в глаза. Словно что-то дрогнуло в их изумрудной глубине – или ему просто показалось? Габлер вышел на крыльцо и, помня о приказе, не стал вертеть головой. Понял только, что сейчас темное время суток и шагнул к открытой задней дверце серовато-голубоватого кара – тот был виден в льющемся из подъезда свете. Вокруг стояла тишина. Судя по запахам, где-то неподалеку росли те самые цветы, которыми веяло от Каррина. Крис едва успел опуститься на пружинящее сиденье, как дверца захлопнулась. Тусклый свет в салоне погас и машина тронулась.

– И куда прикажешь тебя доставить? – раздался спереди недружелюбный голос Здено Шатана.

– Вообще-то, мне надо в космопорт, – сказал Крис. – Но ты двигай куда посчитаешь нужным, а там я такси вызову.

– Правильно, домой соваться не надо. Мало ли…

Габлер закрыл глаза, чтобы не видеть ничего вокруг. Тогда уж ни под какой отверткой он не сможет сказать, где находится тайный пункт веронцев.

– Только не думай, что вот сейчас улетишь, и все, – вновь подал голос Шатан. – Я тебя все равно достану.

– Доставай, – миролюбиво сказал Крис, не открывая глаз.

– И достану!

Габлер вспомнил рыжего твинсера, которому разбил нос в уникаре после гибели Арамиса, и добавил:

– Только придется в очередь записаться, потому что есть и другие желающие поквитаться со мной.

– Я вне очереди пойду, – зловеще заявил веронец.

– Не возражаю.

Шатан засопел и больше ничего не говорил. Точнее, что-то буркнул минут через пять, высаживая Криса у стоянки такси, – и уехал.

Глава 2. Против течения

Космопорт «Столичный» находился в двух сотнях километров от Грэнд Ромы, неподалеку от побережья Тирренского океана. Еще по пути туда, в аэротакси, Крис принялся заказывать билет на галеру «Марк Фурий Камилл». Поскольку до ее отлета на Нова-Марс оставалось всего четыре с лишним часа, Габлеру смогли предложить только каюту «повышенной комфортности». Вся эта комфортность заключалась в наличии, дополнительно к ложу, дивана, а также мини-бара и чего-то там еще не менее важного для пассажира, типа ароматизатора и чесателя пяток. Ну, или какого-то другого прибамбаса в том же духе. И за такой «суперкомфорт» требовалось заплатить чуть ли не в два раза дороже, чем за обычный билет. Был и другой вариант – транзит через Единорог, но Габлер не стал мелочиться. И не только потому, что не желал тратить время, делая крюк. Перед тем как заказывать билет, он достал из футляра банк-кард и был приятно удивлен состоянием своего счета. Сумма, которая еще вчера числилась там, возросла на порядок! Конечно, это были не те горы денариев, что сулил Янкер, но и третьей части этих денег вполне хватало для длительного безбедного существования. Так что каюту «повышенной комфортности» он мог себе позволить. Это был обещанный Императором бонус за удачную экспедицию на Аполлон, и деньги поступили вчера вечером. Номер его счета грэнды, разумеется, узнали без труда – из личного дела регулара Твинса Кристиана Конрада Габлера. Такое вливание свидетельствовало о том, что грэнды на тот момент еще не доложили Боссу о его, Габлера, выходке. Или же Цезар Юлий не ставил выплату вознаграждения за выполненную работу в зависимость от дальнейшего поведения поощряемого лица. Были и другие варианты, но Крис не стал их перебирать. Только с горечью подумал, что ни Арамис, ни Кирилл Устинюк таких денег не увидели. Хотя Кирилла, если бы он не погиб на Аполлоне, скорее всего, ждала бы участь Арамиса. А Низа, конечно же, вообще ничего не взяла бы от Босса…

В порту Габлер успел дважды выпить кофе – как всегда, он предпочел остывший – и пройтись по шопам, чтобы прикупить необходимые в быту вещи: зубную пасту, шейв-пенку, маникюрный набор, нижнее белье на смену и прочее. Покупки он уложил в приобретенную тут же небольшую заплечную сумку типа файтерского нэпа, а вот новой верхней одеждой решил не обзаводиться. На Нова-Марсе он был не очень давно, и в Стронгхолде, судя по инфе унидеска, погода оставалась почти такой же теплой. Хотя там, как и в Грэнд Роме, стояла глубокая осень. В тех широтах вполне уместными были его черные джинсы и такого же цвета свитер с красной и серебристой линиями – одежда, которую он подобрал для встречи с Императором. Правда, уже покончив с покупками, Крис все-таки подумал о том, что погода – штука переменчивая, и дело-то в тех краях, куда лежал его путь, идет не к лету, а к зиме. Результатом этого вполне очевидного умозаключения явился новый поход по тем же шопам, и вышел оттуда Габлер уже в легкой куртке цвета «океанской сини» – так ему сказал продавец. В один из ее карманов и переместился мраморный единорог – присутствие в кармане джинсов этой фигурки размером в две трети ладони, да еще и с острым рогом, не позволяло ощущать «повышенную комфортность».

Покончив с шопингом, Крис достал унидеск и обнаружил сообщение прадеда Хенрика:

«Крис, я рад, что до тебя наконец-то дошло!»

Габлер недоумевающе поднял брови, и только открыв свой мейл бравому прадеду, понял, что тот имел в виду. Это был ответ на послание, которое он, Габлер, отправил родственнику из парка перед тем, как получил укол «веретеном» от Лили. Тогда он писал, что Хенрик был прав: Император действительно – козел!

«Хенрик, я тоже рад, что до меня дошло!» – написал он и тут же сочинил короткий мейл родителям. Мол, у него все хорошо, отправляется на очередное задание и шлет всем привет. Когда вернется – не знает. С деньгами у родителей проблем не было, и делиться с ними императорским бонусом Габлер не стал. Он сделал другое: открыл новый счет и перекинул туда почти все деньги со старого. Для собственного спокойствия. Вот теперь можно было идти на регистрацию. В то, что грэнды могут воспрепятствовать его отлету со столичной планеты, Крис не верил. Правильно Каррин говорил: если бы они захотели задержать его, то не выпустили бы из своего гнезда – Октагона. И в свою квартиру, скорее всего, он мог бы вернуться без проблем. Но кто его знает… Если его там и поджидают, то что, в первую очередь, должны подумать? Загулял регулар, по кабакам пошел, а теперь где-то с хошкой[15] забавляется. Или с хошками. Понятное дело – бывший файтер, у них манеры такие…

Добиться встречи со жрецами Триединого на Нова-Марсе можно было двумя путями. Первый – явиться к Локу, который уже устраивал ему свидание с Энгилейноном, и убедить его в том, что такая встреча для него, Габлера, очень важна. Но получится ли этот вариант? Одна-единственная беседа за ужином, пусть и довольно задушевная, отнюдь не гарантировала согласия Лока на подобную самодеятельность. Вероятнее всего, номианский твинсер сообщит начальству об этой просьбе, и финал будет предсказуемым. Так что такую идею следовало отбросить. Значит, оставался единственный выход: взять напрокат уникар и самому лететь в Пятнистые горы. Опуститься на «плато Триединого», войти в храм Беллизона… И бродить по подземным переходам невесть сколько времени, в надежде, что жрецы снизойдут до общения с ним. Но других вариантов Габлер не видел. Не мотаться же наугад по селениям беллизонцев в поисках проводников… Правда, он давал Энгилейнону свой номер, и Низа выходила с ним, Крисом, на связь. В Кришне. В его унидеске сохранился ее коннект, но это мог быть разовый номер. Да и где теперь она, Анизателла?…

У Габлера защемило сердце.

…Путь до здешнего саба[16] был неблизким. Крис подремал в своей сверхкомфортной каюте, а потом плотно позавтракал в кабаке «Веселый симпозиум[17]». Никакого веселья в почти пустом зале не наблюдалось, для этого еще не настало время. Музыка не играла, два серва сидели за столом, о чем-то беседуя, а вышибала дремал на стуле, свесив мощные руки с коленей. В разных концах зала что-то жевали одинокие пассажиры, да возле стены капризничал на руках у матери кудрявый мальчонка. Никакого спиртного Габлер не заказывал, а вот кофе выпил. Две чашки.

В каюту возвращаться не хотелось, и Крис устроился на диване в холле, под клеткой с серыми круглохвостками – безошибочными определителями отравляющих веществ. Здесь было еще меньше народу, чем в «Симпозиуме», а точнее – вообще никого не было. Разве что целеустремленно прошел мимо коренастый гард в зеленой униформе.

В кармане джинсов тренькнул унидеск. Габлер достал его – это пришел мейл от Гранаты.

«Салвэ[18], Гладик! – писал бывший сослуживец по Стафлу. – Готовь поляну, на днях буду. У нас репетиция в «Форуме». Как дела? У нас все замечательно, ну, ты знаешь. Хоть много времени проводим в кабаке, Конфайн[19] всегда на прочном, блип, замке!»

Габлер усмехнулся – без рифмочек своих Гамлет Мхитарян, как всегда, не мог. В феврале будущего года, в честь юбилея Стафла, в столице Империи должен был состояться грандиозный концерт. С участием дарований Стафла, в число которых попал и носатый файтер легиона «Минерва» – автор и исполнитель песен под гитару. И вот он прилетит на репетицию в столицу. Хороший повод для встречи с сослуживцем, но…

Габлер зашевелил пальцами над панелькой, набирая сообщение:

«Салвэ, Гамлет. Очень рад был бы тебя видеть, но меня не будет на Верке. Не спеши вешать носяру, еще встретимся».

Он отправил мейл, еще немного посидел в холле и побрел в свою каюту. Принял душ, достал из сумки новое белье, но надевать не стал. Голым растянулся на ложе, закинул руки за голову и уставился в потолок. И, наверное, опять задремал, потому что ему привиделась Низа. Она сидела рядом с ним, и он знал, что сейчас не ноябрь, а только начало августа – того самого, столь богатого событиями, – и он, Крис, находится в ее каюте на улетающей от Нова-Марса галере «Гней Помпей Магн». Горел плоский светильник под потолком и витал в воздухе едва уловимый знакомый аромат.

– Дилильтэо уничтожили Атлантис и забрали часть атлантов к себе, на Дилиль, – услышал он ее голос. – Так потом получились мы, беллизонтэо. И многие из беллизонтэо переселились на Милиль, Нова-Марс… Посмотри на меня!

Он увидел раскосые черные глаза, наполненные мраком. И тут же они изменили форму и стали изумрудными. Низа вновь, как сегодняшней ночью, превратилась в Лили Акимжанов, и откуда-то донеслась трель унидеска.

Габлер вздрогнул и открыл глаза. Сразу все сообразил, потянулся к креслу и вытащил унидеск из кармана брошенных на подлокотник джинсов. Посмотрев на высветившееся имя, невольно поежился: это был Солтио Шацкий. Крис отложил аппарат, надел трусы, уселся в кресло и только тогда вышел на связь. В озе[20] появилась безволосая голова с острыми эльфийскими ушами. Никаких эмоций ни во взгляде, ни на лице палатинца Габлер не заметил.

– Добрый день, Кристиан, – вполне дружелюбно сказал Шацкий.

– Добрый, – сдержанно кивнул Габлер.

– Хорошо выглядишь, – начал переливать из пустого в порожнее октагонский небожитель.

– А должен плохо? – Крис чуть заметно усмехнулся, и вопросом своим, и усмешкой давая понять, что грэнду не стоит ходить вокруг да около и надо бы переходить к сути.

– Да я, честно говоря, думал, что ты сорвешься по кабакам, – доверительным тоном произнес Шацкий. – Но по тебе не видно. Судя по задержке с репликами, ты или не совсем проснулся, или… – Он замолчал.

– Или, – сказал Габлер.

Врать не имело смысла. Шацкий без особого труда мог бы установить, что абонент находится вне пределов Вери Ромы. Да и задержку никуда не денешь – галера «Марк Фурий Камилл» уже успела проделать немалый путь по системе Юпитера, и сигналам приходилось преодолевать все большее расстояние. И вообще, в случае необходимости грэнд мог устроить проверку всех галер, ушедших сегодня ночью и утром со столичной планеты. Он, Габлер, напрасно тешил себя иллюзиями о том, что запросто ускользнет от палатинцев. Может быть, именно это и намерен сказать ему Шацкий?

– Понятно, – вновь вполне миролюбиво произнес грэнд. – Значит, решил, так сказать, не откладывать в долгий ящик.

– Что не откладывать? – спросил Крис, хотя уже сообразил, что имеет в виду Шацкий.

– Визит к беллизонским жрецам, что же еще? – подтвердил его мысль палатинец. – Чтобы поделиться новостями. Ты же, как я понимаю, летишь на Нова-Марс. На «Камилле». Или я не прав?

Габлер промолчал. Шацкий подождал и слегка сдвинул брови:

– Я думал, ты быстрее остынешь, Кристиан.

– А с чего ты взял, что я вообще собираюсь остывать? – Габлер чувствовал, как в нем нарастает раздражение. – Ведь речь не о каком-то там карточном долге идет. Его-то можно и простить…

Грэнд поморщился:

– Кристиан, мы об этом уже говорили вчера. Прощают виноватого. Причем сначала нужно определить, есть ли вообще вина. Не стоит брать на себя роль судьи, каждый должен заниматься своим делом.

Габлер чуть не влез лицом в озу и спросил:

– Солтио, скажи честно: это вы убили Арамиса? – Он понимал, что задавать такой вопрос глупо, но все-таки не удержался.

Шацкий молчал, и в глазах его Крис ничего не мог разглядеть.

– Вот тебе и плоды, так сказать, долгих размышлений, – наконец произнес грэнд, и в голосе его прозвучало что-то похожее на сочувствие. – Думал, думал и надумал… Скажу «да» – значит, солгу. Скажу «нет» – судя по твоему настрою, не поверишь. Поэтому отвечать на твой вопрос не буду. А насчет беллизонцев… Я тебе уже говорил и еще раз повторю: ты просто не знаешь правил. Поработаешь, наберешься опыта, перестроишься – вот тогда и поймешь, что мы все делаем так, как надо.

– Кому надо? Вам?

Крис почти не сомневался в том, что гибель Арамиса подстроили именно грэнды, руководствуясь своими правилами. Почти не сомневался. Почти…

– «Нам» – это кому? Кого ты имеешь в виду, Кристиан?

– Вас, грэндов. Палатинцев. Верхушку.

– Мы делаем так, как надо Империи. И ты тоже один из нас. Я сегодня говорил с Императором, и он не будет торопить тебя с ответом. Я уверен, что здравого смысла у тебя достаточно, и потому уже считаю тебя одним из нас.

– Но после посадки в «Стронгхолде» не дашь мне и двух шагов сделать, – пробормотал Габлер.

– Я?! – округлил глаза Шацкий.

– Ну, не ты лично, а твои… единомышленники.

Грэнд некоторое время с силой тер лицо ладонями, а потом вновь взглянул на Криса:

– Дам тебе добрый совет. До Нова-Марса времени у тебя достаточно, ты бы сходил на релакс. Термы там, массаж, ароматерапия и прочее. Средства ведь тебе позволяют, насколько я знаю. Отстранишься от всего, воспаришь, так сказать, за пределы Вселенной – и мозги на место встанут. Вновь все будешь видеть в нормальном свете, а не искаженно. Очень тебе советую, Кристиан. Это лучше всяких кабаков.

Первым порывом Габлера было заявить, что не нужны ему деньги Императора, на которые намекал Шацкий. Однако он сдержал свой порыв. С чего бы это отказываться от вознаграждения за хорошо выполненную работу? Значит, двери в Октагон для него пока держали открытыми… Если Шацкий не лжет. И из этого можно было извлечь пользу – Крис вдруг ощутил себя опытным комбинатором.

– Спасибо за совет, – сказал он. – В кабаки я и не собираюсь. Похоже, я этот этап уже пережил. Если ты считаешь, что я один из вас, помоги связаться со жрецами.

– Без проблем. На Нова-Марсе тебя встретят.

– Кто? Лок?

– Да, скорее всего, он. Сейчас сброшу тебе его номер, на всякий случай.

– У меня есть, он мне в прошлый раз дал.