Обыкновенный волшебник

– Откуда ты знаешь, к чему я готова, а к чему нет, – решила обидеться, на всякий случай. Но не уверена, что он услышал мои слова, так как в этот момент из тяжелых дверей вышла высокая, очень стройная девушка в черных кожаных штанах и с какими-то бумагами в руках.

– Господа! Попрошу внутрь! – прокричала она неожиданно громким и звучным голосом, вклинившись в наш разговор. Страхов пошел вперед, как всегда не глядя на меня, уверенный в том, что я последую за ним. Может, уйти? Зачем мне все это? Зачем мне эти странные отношения с этим не менее странным субъектом, у которого черт знает что творится в голове. Развернуться и уйти, и зажить дальше спокойно.

Это вряд ли. Я посеменила следом, больше всего боясь отбиться и потеряться по дороге. Толпа сбилась в кучку и неожиданно оказалась больше, чем я ожидала. Люди подошли откуда-то из-за углов, вышли из подворотен неподалеку, видимо, уведомленные по телефону о начале сьемок. Страхов шел в первом ряду, погруженный в свои мысли, немного в стороне, сбоку от всех, и ни разу не обернулся на меня. Девушка-администратор Снежана (интересно, натуральное имя или такое же, как и ее волосы, крашеные и искрящиеся невозможным пластиковым блеском) провела нас всех сквозь турникет охраны, называя пофамильно. Я удивилась – моя фамилия, Ветрякова В., тоже оказалась в списке. Что ж, может, он и не смотрел на меня, но хотел, чтобы я была тут, он подумал об этом заранее и вписал меня во все списки.

– Так, экстрасенсы, маги и колдуны – пожалуйста, выстройтесь в три шеренги по правую сторону от меня, – попросила Снежана. – А все неодаренные – с левой стороны. Сегодня у вас будет возможность попробовать свои силы и сделать то, что под силу только магам.

– Правда? – одна девушка рядом со мной буквально просияла, осознав, что попадет в телевизор.

– Да. Давайте только сейчас мы слаженно и быстро соберем с вас всех подписи, нам нужно ваше согласие на использование вашего изображения и голоса в эфире.

– А это зачем? – моментально включилась я.

– Были у нас, знаете ли, случаи, когда люди потом звонили и отказывались, требовали, чтобы съемки с их участием вырезали. У нас такое не прокатит, если не хотите участвовать, не лезьте сразу, – отрезала Снежана.

– А паспортные данные указывать? – Девушка-энтузиаст уже стояла с ручкой, готовая на все и, похоже, даже на большее. Я тоже достала паспорт и принялась заполнять бланк. Снежана дала нам достаточно времени, в ходе которого она обрисовала наши дальнейшие перспективы. О том, что за задание подготовлено для наших дорогих магов, мы узнаем, когда пересечем порог непосредственно студии. Придется какое-то время подождать, затем придется подождать еще, пока все экстрасенсы не закончат тестирование. Во время съемок выходить никуда нельзя, разве что в туалет, который, тем не менее, расположен прямо на территории студии.

– А кушать что же? – спросил полноватый мужчина с лысиной.

– Кушать вам принесут специальные люди. Один раз – точно. А второй – по необходимости, в зависимости от того, как долго будут идти сьемки.

– Вещи надо будет сдавать? – спросила я.

– Нет, вам не надо будет. Можете и телефоны оставлять, ничего страшного. Так, ну что – закончили?

– А как много людей участвует в съемках? Имеется в виду, съемочная группа, редакторы? – Я уже перешла в режим вопросов и продолжала пытать Снежану, пока она весьма демонстративно не отскочила от меня и не прикрылась парочкой других посетителей. Я вздохнула и направилась к дверям, за которыми уже исчезла большая часть моей группы, когда я вспомнила о Ярославе и обернулась. Он смотрел прямо на меня, и глаза его горели тем самым огнем, который меня так потряс вчера. Увидев меня, он тут же погасил свой взгляд, лицо его приняло привычное скучающее выражение. Он улыбнулся и слегка кивнул мне.

– Ну что же вы остановились, девушка. Идите сюда! – возмущенно позвала меня Снежана. Я сделала несколько шагов вперед, и двери закрылись, оставив Ярослава снаружи.

Мы шли долго, какими-то изогнутыми коридорами, мимо открытых и закрытых дверей, пока не достигли нужного нам павильона. Огромное помещение было разделено на две части. Мы зашли с бокового входа и попали во вторую, вспомогательную часть, отделенную от первой тяжелой занавеской из темной холщовой ткани. В темных углах вспомогательного помещения были разложены большие кофры, размотаны какие-то кабели, и сидели люди. Кто-то дремал, кто-то жевал. Долговязый парень с конским хвостом стоял около стены и кивал в такт неслышной музыке в своем плеере. Я вспомнила его, он в прошлый раз подсыпал нам печенья и баранок, когда мы все совершенно озверели от многочасового сидения в зале ожидания. Парень был совершенно погружен в себя, и на шоу он плевать хотел с высокой колокольни, как и большинство рабочих, находившихся тут, на темной стороне зала.

Светлая сторона была там, с другой стороны ткани, за которой просматривались декорации – соединенные между собой алюминиевые стойки и перекладины. В просветах ткани была видна вторая часть помещения, центральная, округлой формы, огороженная со всех сторон и, как и в прошлом случае, белая-белая.

– Просто снежное шоу Славы Полунина, – хмыкнула девушка, потирая руки.

– Видимо, это у них такой фирменный стиль, – предположила я.

– Ага. И на дизайнера не пришлось тратиться, да? Ибо что тут придумывать. Побелки только пришлось купить, наверное, море.

– Проходим, не задерживаемся! – крикнул нам неряшливого вида бородатый мужик в джинсах с рваными коленями. Мы протиснулись в узкий проход и оказались в белоснежном зале, где не было ничего, кроме десяти белоснежных тумб и небольшого стеклянного сундучка в самом центре зала.

– Встаем пока тут, – скомандовал бородатый. – Администратор сейчас вас расставит по местам. Снежана, а сколько тут человек?

– Десять, как ты и просил. – Снежана говорила и одновременно что-то отмечала в своих бумагах.

– Тут одиннадцать! – возмущенно воскликнул бородач, и я немедленно заволновалась, что меня сейчас отсеют и я не увижу ничего интересного до тех пор, пока это шоу не выйдет на экраны телевизора – где-то через неделю. Передачи, как мне сказал Страхов, снимаются вперед, и весь этот онлайн и прямой эфир – вещи весьма условные.

– Ну, убери кого-нибудь, – пожала плечами Снежана, нимало не интересуясь, кого коснется длань редакторская. Мужик оглядел нас так, как, наверное, в свое время торговцы на невольничьих рынках осматривали живой товар. Только что в зубы нам смотреть не стал, хотя я вполне уже ожидала и этого. Наконец, почесав в бороде, он ткнул пальцем в лысого мужика, который волновался по поводу обеда. Думаю, причина выбора была оскорбительно проста и вполне совпадала с тем, что сказал мне Ярослав. Это же шоу, а лысый мужчина с брюшком вряд ли способен украсить его собой.

– Но я уже настроился, – разозлился тот, но был безжалостно выпровожен из аудитории, без шансов даже просто посмотреть, как остальные будут участвовать в конкурсе.

– Ну что ж, – потер ладони друг о друга бородач. – Будем знакомиться? Меня зовут Дима, и я буду работать с вами сегодня. Давайте для начала присоединим микрофончики, да? А затем будем расставляться.

Расставляться – этим все сказано. Никогда не думала, что можно расставлять десять человек около десяти белоснежных тумбочек в течение целого часа, если не больше. Бородатому Диме постоянно что-то не нравилось, он то расставлял нас по росту, то по цвету одежды, то по каким-то еще ему одному ведомым критериям. Когда все мы поменяли позиции как минимум по пять раз, он отошел от нас на несколько метров, любуясь результатом этой абстракции, но минут через пять такого вот разглядывания он все же поменял еще пару человек местами.

– Господи, какая-то глупость, – пробормотала девушка, уставшая стоять на своих высоких каблуках. Я порадовалась, что в утреннем запале расставания с Пашкой я даже не подумала как-то по-особому одеться. Хватало у меня проблем и без этого, зато теперь я стояла в удобных босоножках и смогла бы еще день простоять да ночь продержаться.

– Уже начинаем, – заверил нас Дима, а затем исчез из белоснежной комнаты еще минут так на двадцать. Кто-то из операторов сообщил нам, что решается какая-то проблема «с третьим пультом», и, несмотря на то что ни один из нас не понимал до конца, что это означает, все мы, конечно, отнеслись к такой проблеме с уважением. В итоге, когда все началось, мы уже изрядно устали. Шоу-бизнес – не для слабаков. Ведущая, та же самая, что была и на отборочном шоу, теперь в кроваво-красном платье, вылетела на середину комнаты, заставив многих сощуриться от столь яркого, бьющего по глазам сочетания цветов.

– Режет без ножа, – огорчилась девушка на каблуках. Думаю, она имела в виду, что любой из нас будет смотреться бледно рядом с такой ведущей.

– Какая разница, – пожала плечами я.

– Добрый день! С вами волшебное шоу «Магия в действии», я – Лера Набокова, и мы начинаем. Сегодня мы попросим самых обычных людей с улиц города попробовать сделать именно то, что через несколько минут сделают наши маги и волшебники, то есть те из них, у кого хватит магических сил, конечно, – ведущая выразительно хмыкнула, а мы переглянулись и заулыбались. Простые, обычные люди с улицы? Гхм, хорошо. Почему бы и нет.

– Итак, что же им предстоит сделать? Не больше и не меньше, как угадать карту, лежащую в хрустальном ларце. И все. Ничего сложного, верно? При этом все наши телезрители будут видеть эту карту и знать, о чем идет речь. Итак, обратимся к нашим гостям. Как вы думаете, удастся ли вам угадать, что это за карта? – Лера Набокова обернулась и ободряюще улыбнулась камере.

– Угадать карту? – задумалась девушка на каблуках. – Сложно.

– Но можно, – возразил ей еще один участник. – Есть такая штука – теория вероятностей. В колоде тридцать шесть карт. Нас тут десять.

– Отлично! – порадовалась ведущая. – Кто еще считает, что сможет угадать карту? Учитывая, что никто не говорил, что речь идет о колоде из тридцати шести карт.

Люди принялись выражать свои мнения. Кто-то верил, что сможет угадать, если сильно постарается, кто-то заранее пророчил всем неудачу. Ведущая перефразировала вопрос.

– Сможет ли хоть один из вас угадать, что это за карта? Хоть один? Давайте я поясню правила. Каждому на стойку сейчас положат лист бумаги и фломастер, и каждый из вас напишет, что за карта лежит в нашем ларце. Затем у вас заберут фломастер, а я достану карту – не раньше. Я покажу ее вам, и только после этого вы по одному будете переворачивать свои листы и говорить, что вы на них написали. Таким образом любое возможное мошенничество будет предотвращено, верно?

– Вполне, – согласился мужчина, который с «теорией вероятностей».

– Тогда начнем? – обрадовалась ведущая и снова улыбнулась на камеру. Я пожала плечами и попыталась пронзить мысленным взором хрустальную преграду. В конце концов, вдруг у меня тоже окажутся «способности»? Вдруг я – волшебница, и все, что мне нужно, – сосредоточиться. Я закрыла глаза и представила первую попавшуюся карту. Пусть она просто возникнет перед моим мысленным взором. Так, так, напрягаемся… теперь расслабляемся. Тройка пик. Почему? Черт его знает? Может быть, это и есть – ясновидение. Я открыла глаза и написала на своем листе бумаги – «тройка пик». Закончив, огляделась. Кто-то уже тоже закончил и теперь стоял, в нетерпении ожидая развязки. Мужчина с теорией вероятностей что-то бормотал себе под нос, кажется, высчитывал. Это уж точно абсурд. Ничего тут и никак не высчитаешь.

– Ну что? Есть кто-то, кто не закончил? – поторопила Лера Набокова, поправляя прическу. Мужчина наконец кивнул и решительно написал что-то на своем листе, прикрывая его ладошкой. Боялся, что у него спишут?

– Итак, посмотрим? – продолжила она, когда у всех нас были отобраны фломастеры. – Готовы? – она торжественно открыла сундучок, но была остановлена бородачом Димой. Он подошел и что-то поправил в сундуке, который, оказывается, в этот момент снимали с трех или четырех точек. Дима извинился, а Лера повторила вопрос. «Готовы?»

– Давно! – хмыкнула девушка на каблуках.

– Итак – барабанная дробь – внимание, достаю. Переворачиваю. Это – карта Московского метрополитена!

– Что? – вытаращились мы все. Сказать, что я была поражена, не сказать ничего. Какая подстава, а?

– Теперь посмотрим, какую карту «увидели» наши дорогие гости – обычные люди с улиц? – ядовито улыбнулась ведущая. Стоящие около белоснежных тумб люди принялись переворачивать листы бумаги – один за другим. Джокеры, тузы и шестерки. Моя тройка пик. К моему удивлению, девушка на каблуках поступила оригинальнее. Она написала – «карта Таро». Что ж, надо признаться, она оказалась ближе нас всех. По крайней мере, она «просекла», что речь может идти не только о простых, обычных картах, но и о любых других. Однако в это понятие могли входить и карты городов или стран, и пластиковые карты, если уж на то пошло. Да уж, хитры, хитры.

– Итак, следующий участник? – продолжала Лера торжественным тоном. Бледная девчонка, стоявшая дальше всего от меня, с самого края зала, молча перевернула лист, после чего вдруг принялась истерично смеяться.

– Что? Что такое? Что случилось? – зашевелились все, и вдруг в зал вышел Дима и принялся ожесточенно обсуждать что-то с Лерой Набоковой. Съемка остановилась. Девочка лет восемнадцати, которую я вообще, можно сказать, до этого никак не замечала, повернула лист к нам, и я в полнейшем изумлении вдруг увидела то, что она написала. «Карта метро». Ни больше, ни меньше.

– Я ее как раз сегодня купила – карту метро. Не знала, как сюда доехать. Мы приехали из Твери, я в Москве была только пару раз. И всегда на машине, – рассказывала она, запинаясь от волнения. – Вот и вспомнила. Думаю, почему нет? Какая разница, все равно не угадаю, а будет смешно.

– Нет, ну круто! – восхитился мужчина с «теорией». – Я же говорил, что теоретически это возможно.

– Да уж, – мы все переглядывались и улыбались, чувствуя странное и приятное единение от того, что стали свидетелями чего-то невероятного. Но тут Лера и Дима договорились о том, о чем они спорили. И Дима обратился к нам.

– Замечательное совпадение. Признаюсь, я впечатлен, – заговорил Дима. – Девушка, дорогая, может быть, вам стоит даже попробоваться для следующего отборочного тура?

– Определенно, стоит, – кивнула Лера, а девушка порозовела и заулыбалась.

– Однако мы не станем портить имидж нашим дорогим участникам, верно? У нас тут шоу, и главные наши герои – это экстрасенсы. Ваше включение показывает как раз то, как тяжело это – увидеть карту сквозь стекло. Что это под силу только настоящим экстрасенсам. Нам придется переснять ваш ответ, милая девушка. Вы не будете возражать? Или вся эта часть будет вырезана из шоу, к сожалению.

– Да вы что? – перепугались все. Вырезанным не захотел стать ни один из нас. Девушка согласилась переписать свой ответ, и все мы радостно узрели новую версию ее листка. На сей раз на нем была выведена «Карта мира». Ведущая старательно подчеркнула, насколько близка была милая девушка к правильному ответу, а дальше со все той же чарующей улыбкой Лера Набокова призвала всех зрителей не уходить от экранов, так как после рекламы настоящие экстрасенсы попробуют взломать код хрустального ящика. Не переключайтесь!

Глава 14

Значит, дубли возможны? Эта мысль потрясла меня до глубины души! О какой чистоте эксперимента тогда можно говорить, если любое событие можно просто взять и переснять? Интересно, не это ли имел в виду Ярослав, когда говорил, что на шоу будет твориться всякое. Меня переполняли эмоции, и хотелось немедленно поговорить, расспросить, рассказать о том, что случилось, но нас вывели из белоснежного зала и усадили в небольшой комнатке – наверное, гримерке, судя по столам с зеркалами. Похоже, большая часть моего участия в этом шоу будет выражаться в сидении на одном месте и изучении рисунка стен. Мы ждали несколько часов, прежде чем съемка закончилась. Где-то в процессе этого нас покормили – «хвостатый» парень, не снимая наушников, всучил каждому из нас пластиковую коробку, чем-то напоминающую те, что раздают в самолетах. Бутерброд с ветчиной, салат – помидоры-огурцы, пожухшая веточка укропа, две конфеты. Чай-кофе можно было брать самим без счету, горячая вода имелась тут же, в кулере. Дефицитом были только пластмассовые стаканчики с ручками, потому как в традиционных белых горячие напитки было очень сложно держать.

– Интересно, когда нас покажут? – спросила девушка на каблуках ни у кого персонально, а так – в воздух.

– Жарко, – простонал кто-то из угла.

– В сентябре, – сказала я, вспомнив, что говорил мне Страхов.

– Вот тогда вся страна нас и узнает, – хмыкнула девушка и повернулась к той, «бледной», что угадала карту. – А зря все-таки мы согласились, да? Ничего бы они и не вырезали.

– Это еще почему? – возразил какой-то парень. – Набрали бы еще десять человек с улицы, да пересняли бы. Тоже мне делов. Пять минут.

– Ну да, вообще-то. Все равно… – бледная девушка молча развернула конфету и засунула ее себе в рот. Все ради картинки. Как далеко все мы готовы пойти? Страхов и остальные экстрасенсы вернулись к нам почти ночью. Иными словами, мы снова вышли на свет божий уже затемно.

– Ну, как ты? – Ярослав выглядел оживленным и даже еще более бодрым и энергичным, чем с утра. – Что вы видели? Расскажешь мне?

– У меня есть вопрос, – мы пошли пешком в сторону центра, с одинаковым упрямством делая вид, что вчерашнего «инцидента с поцелуем» вовсе не было. Только бизнес. Ничего личного. Интересно, кто срежется первым? Очень может быть, что я. Хорошо еще, что я слишком устала.

– Вопрос? Это хорошо, хотя я не уверен, что у меня есть ответ. Вас кормили, кстати?

– Да, кормили, – кивнула я, в который раз удивляясь этой странной одержимости деталями.

– А чем? Кто?

– Каким-то ужасным набором, завтраком туриста. Только без тушенки, – усмехнулась я.

– А кто?

– Кто? Какой-то мужик с хвостом.

– С хвостом? – расхохотался Страхов. – Могу себе представить. Ну, продолжай, продолжай, Василиса моя Прекрасная. Какой у тебя вопрос?

– Почему они делают дубли? – спросила я, рассказав вкратце то, что произошло на нашей съемке. Страхов слушал меня, не перебивая, и лицо его было серьезным. Наконец он кивнул.

– Интересно, что тебя это удивляет. Лучше скажи, а что бы они делали, если бы не использовали дубли?

– Ну, показали бы все как есть, – пожала плечами я. Ярослав склонил голову и пристально посмотрел на меня, словно пытаясь определить, всерьез ли я это говорю.

– А как оно есть – это все? – спросил он после минутного разглядывания моего уставшего и озадаченного лица.

– Слушай, я совсем не умею говорить притчами про Ашрана, ты уж говори со мной как-то более прямо. И покороче, – фыркнула я, вызвав гомерический хохот Ярослава.

– Нет, ты неподражаема, знаешь это, а? Василиса Прекрасная. Ну что мне с тобой делать? – улыбка еще блуждала по его лицу, освещала его глаза остаточным светом. Он смотрел на меня, а я подумала про себя, что прекрасно знаю, что можно со мной сделать. Но вслух говорить не стала.

– Иными словами, ты, Ярослав, хочешь сказать, что на все это шоу уже написан сценарий и никаких настоящих испытаний, открытий и чудес там нет и не будет?

– Нет, если они не вписываются в канву их сценария, – согласился он, отвернувшись и продолжив движение вперед. – Сегодня ты была свидетелем совсем нечасто случающегося явления – коллективного испытания. Отсюда и проблема, так как в норме свидетелей подобного мухлежа нет и быть не может. Но их нельзя винить, ведь шансы на то, что кто-то из вас реально угадает карту, были почти ничтожными, если бы не случайность. Вот они и оплошали – дали вам увидеть, кто что написал. Обычно ведь они всех снимают по отдельности, и дубли, в случае чего, тоже делают с каждым отдельно. Однако это не значит, что настоящие чудеса им не нужны. Очень даже нужны.

– С реальными участниками, – продолжила я. – С настоящими экстрасенсами.

– Именно, – согласился Ярослав. – И настоящие проблемы начинаются тогда, когда настоящие экстрасенсы не могут выдать им нужные чудеса в достаточном количестве.

– Что? – Я резко остановилась и посмотрела на него с подозрением.

– Не надо испепелять меня взглядом, я тут ни при чем, – покачал головой он. – Сама подумай, какими полезными могут оказаться дубли, если ни один из экстрасенсов не проявил нужной степени осведомленности или могущества. Шоу без единого чуда – удар по рейтингу. И что, в самом деле, может быть проще, чем шепнуть на ушко в нужный момент пару слов или переснять пару дублей.

– Но ведь тогда это все – надувательство! – фыркнула я.

– Почти все, – согласился он. – И еще – большие деньги. Не забывай об этом.

– А кстати, как у вас там сегодня все прошло? У вас тоже был трюк с картой метро? – спросила я, запоздало вспомнив, что даже не поинтересовалась этим, переполняемая возмущением. Ярослав снова склонил голову, как он всегда делал, когда задумывался о чем-то.

– Если тебе это интересно, конечно, твой покорный слуга справился с заданием.

– Что? Правда? – вытаращилась я.

– И что еще более интересно, помимо меня еще один человек справился с заданием, – добавил он, многозначительно посмотрев на меня. – Ты хоть понимаешь, что это значит?

– И что?

– Ну подумай? Какие есть два варианта, Василиса Премудрая? – Страхов выжидательно смотрел на меня, а я принялась крутить прядь волос.

– Это значит, что у него тоже есть реальные экстрасенсорные способности? Как и у тебя? – предположила я, и Ярослав удовлетворенно кивнул.

– Да. А теперь порази меня. Какой есть второй вариант?

– Случайность? – бросила я и увидела, как Ярослав поморщился.

– Хорошо, Василиса Премудрая. Ты права, хоть мне и горько признавать, я не подумал об этом. Конечно, случайность. Как с вашей девочкой. Две случайности на одном задании? Колмогоров был бы в шоке.

– Колмогоров?

– А, это один скучный ученый старик, который современную теорию вероятностей разрабатывал. Один из великих. В таком случае, Василиса, мы имеем не два, а три варианта. И какой тогда третий? Ну, поразишь меня своей интуицией? – Ярослав остановился около уличного магазинчика и принялся рассматривать витрину. – Ты хочешь чего-нибудь? Я бы выпил водички, жарко. А потом можно пойти и перекусить.