Смерть в прямом эфире

– Мне нужен совет. Я задумала расспросить одного человека и решила сделать это под видом менеджера по рекламе. Такое возможно? – я достала из сумки листок с координатами героев «Очевидца». – Вот, – я положила листок перед Климовым и теперь наблюдала за его реакцией.

– Так. Гордеев, Злобин, Иващенко. Ремонт и техобслуживание «Тойоты», супермаркет «Семейный», «Российские колбасы». Все ясно. А теперь слушай меня: Гордеев на дух не переносит рекламщиков. Так что забудь. К нему можно пробиться только в том случае, если ты ездишь на «Тойоте». Еще он может сделать исключение для человека настолько неординарного, что ему самому захочется с ним пообщаться. Ты, конечно, человек неординарный, но что общего может иметь телохранитель и директор крупного предприятия?

– Я охраняла директоров крупных предприятий, – возразила я, – и мы быстро находили общий язык.

– Это не совсем то, что ты думаешь. Гордеев в принципе не любит посторонних, – Стас что-то недоговаривал.

– Он кого-то боится?

– Не думаю, но лучше к нему не ходи. Ничего хорошего из этого не выйдет. Пойдем дальше. Злобина наши коллеги из «Алекса» достали до такой степени, что он подал на них в суд. Эту маленькую неприятность можно обыграть, если приехать в «Семейный» под видом адвоката. А к Иващенко милости просим. Он сам очень живо интересуется рекламой и может утереть нос самому прожженному менеджеру. Но предупреждаю: если ты будешь задавать ему вопросы, не касающиеся рекламы, он может запросто выставить тебя за дверь. Вот так примерно обстоят дела у нас на рекламном фронте.

Стас закрыл сумку и поднялся со стула.

– Ты идешь?

– Да, конечно, – ответила я, встала и послушно пошла за Стасом на улицу. На свежем воздухе мысли заработали быстрее. Значит, попасть к тем троим из списка под видом менеджера по рекламе не получится. В противном случае Климов предложил бы мне свою помощь. А что делать? Может, попробовать поискать общих знакомых в других сферах деятельности?

– Стас, а что бы ты предпринял на моем месте?

Климов остановился и задумался.

– Не знаю, – сказал он наконец, – может, тебе твой Бодров подскажет? У него ведь знакомых больше, чем у меня.

– Да, – согласилась я, – больше. Только каких?

Стас понял намек и рассмеялся. Хорошо ему надо мной потешаться. А мне позарез нужно расспросить моих «подозреваемых». Ведь кто-то из них, возможно, и устроил слежку за Анной Горенок. И мне нужно поговорить с этим человеком. Я объяснила Стасу, чего хочу от этих людей. Но он слово в слово повторил то же, что говорил раньше.

– Иди к Бодрову. И с ним решай, как тебе дальше быть. Если бы от меня что-то зависело, я бы не раздумывая дал тебе чей-нибудь портфолио и пару рекламных предложений, и иди себе на здоровье, выясняй, что нужно. Но ты пойми: это не те люди, которые покупаются на красивые слова. Это – цвет тарасовского бизнеса, элита, и к ним просто так не подступишься. Так что ищи выход на них в другом месте. Если будут новости – дам тебе знать. А теперь я, с твоего позволения, поехал по своим рекламным делам. Ариведерчи!

И Стас пошел к своей машине, припаркованной неподалеку от моей. Я тяжело вздохнула, открыла дверцу своего «Фолька» и целую минуту жалела о том, что не езжу на новенькой «Тойоте».

* * *

Дома я основательно перекопала старые записи в поисках человека, который имел бы выход на кого-нибудь из героев «Очевидца», из списка Лугового. На это у меня ушло больше часа, и все безрезультатно. В отчаянии я позвонила Сергею. Однажды я работала с ним в паре в одной семье. Я охраняла младшего сына, а он – старшего. Может, у него есть какие-то сведения из тех, что могут быть мне полезны?

На мое счастье, Сергей не сменил телефон, и после третьего гудка я услышала его голос.

– Сергей, привет, это Охотникова.

– Привет! Какими судьбами? – Сергей мне обрадовался, а это хорошее начало.

– Как дела? От ранения полностью оправился? – В больнице этот бодигард выглядел как выходец с того света. Интересно, это как-то отразилось на его карьере?

– Давно. Расскажи лучше, как ты? – Сергей всегда питал ко мне чувства, несколько отличные от тех, которые питают друг к другу коллеги.

– Как обычно. Охраняю. Только у меня есть к тебе вопрос, – я решила сразу взять быка за рога. Сергей не отличался многословием, и длинный разговор мог его утомить.

– Спрашивай, не стесняйся.

– Тебе знакомы фамилии: Иващенко, Злобин, Гордеев? Может, кто-то из наших охранял этих парней? – Я не сильно надеялась на успех, но, к моему удивлению, Сергей сразу же вспомнил интересные детали.

– Иващенко Андрей Модестович? Я охранял.

– Когда? – вырвалось у меня.

– Да примерно месяц назад. Он тогда ездил за границу на какой-то симпозиум и брал меня исключительно как эскорт. Я сопровождал его на мероприятия, а вечерами сидел у себя в номере и смотрел телевизор.

– Значит, ты полностью оправился и вошел в форму. Это радует, – заметила я мимоходом. – У тебя есть немного свободного времени?

– Смотря на что, – закокетничал мой бывший напарник.

– На разговор со мной. Это отнимет у тебя максимум полчаса, если не меньше. – Мне очень нужно было поговорить с человеком, проведшим столько времени рядом с Иващенко.

– Поговорить? Это пожалуйста. Хоть сейчас, – такая готовность меня обрадовала, и я назначила встречу в кафе «Садко», которое находилось рядом с домом Сергея. – Давай минут через сорок, – попросила я с учетом возможных пробок.

– Давай, – согласился он, – только мне долго сидеть в кафе нельзя и от спиртного заранее отказываюсь.

– Что так?

– В пять у меня тренировка, так что не обессудь. Будем пить только чай.

– Зеленый?

– Любой.

– Хорошо, я согласна даже на минеральную воду.

Сергей рассмеялся в ответ и простился до встречи. Я посмотрела на часы и удовлетворенно хмыкнула. Об одном героя «Очевидца» я через час буду знать все. Хотя как сказать. Сергей не любопытен. Я надеялась, что заграничный симпозиум длился не менее недели, а за это время даже самый равнодушный человек начнет подмечать за клиентом кое-какие мелочи – привычки, манеру держаться, лексикон, предпочтения в еде. В общем то, что делает каждого человека неповторимым.

Я быстро собралась, накинула куртку и выбежала из квартиры под ворчание тети Милы:

– Опять куда-то, и все бегом, бегом.

– Я скоро вернусь, – пообещала я, надеясь, что уже через час буду опять дома.

Мой верный «Фольк» стоял там, где я оставила его час назад. Я села за руль и бережно вывела его на дорогу. До кафе «Садко» было довольно далеко, и по дороге я успела наметить, какие вопросы буду задавать бывшему напарнику. Прежде всего меня интересовало, не связан ли Иващенко с мафией. «Российские колбасы» – мясоперерабатывающее предприятие. Старые люди рассказывали, что в девяностые всю отрасль контролировали бандиты. Вполне возможно, что связи с мафией прослеживаются и сейчас. Не в таком объеме, конечно, но Иващенко затаил злобу на Горенка и мог вынашивать план мести.

Но меня по-прежнему мучил один вопрос: да, директор «Российских колбас» мог обидеться. Но по логике вещей он должен был предпринимать какие-то действия против самого Андрея. Зачем ему преследовать жену журналиста? На этот вопрос у меня не было ответа. Может, Сергей что подскажет? У него богатый опыт работы с сильными мира сего.

Я уже подъезжала к кафе, когда увидела Сергея, идущего по улице в том же направлении. Я посигналила, он обернулся и махнул рукой. Я заехала на стоянку и припарковалась. Сергей ждал меня неподалеку, от нечего делать пиная рыхлый снег.

– Привет! – поздоровалась я, подходя ближе.

– Привет, – сказал Сергей. – Может, в кафе не пойдем?

– Что так? – если он не идет в кафе, значит, хочет отделаться от меня побыстрее. Хотя задать ему пару вопросов я могу и на улице.

– Если пить только чай, то лучше уж у меня дома. Мама пирогов напекла, – Сергей посмотрел на меня с надеждой.

Мне не хотелось обнадеживать парня напрасно, но он сам этого захотел.

– Хорошо, пойдем к тебе, – согласилась я, – но ненадолго. Мне еще нужно съездить в отдел по борьбе с организованной преступностью. Бодров ждет, – соврала я на всякий случай.

Сергей обрадовался как ребенок. Я взяла его под руку, и мы пошли по улице, направляясь к домам, расположенным в одном квартале с кафе «Садко». В этих домах жил Сергей со своей матерью, которая так же, как моя тетя Мила, не могла дождаться, когда сын женится.

Мы прошли через газон по утоптанной снежной дорожке. Здесь, на краю города, зима еще не кончилась, хотя с крыш капало и на снегу видны были проталины. Дом, в котором жил Сергей, стоял рядом с посадками, под горой. Это была хрущевская пятиэтажка, за которой, видимо, тщательно следили. У подъездов были крепкие лесенки с перилами и железные двери с домофонами.

Мы подошли к одной из таких дверей, и я отметила про себя, что это третий подъезд. Сергей вынул ключи, приложил один из них к выемке в домофоне, и дверь открылась.

– Проходи, – сказал он, пропуская меня вперед.

Я вошла в полутемный подъезд и обернулась в ожидании дальнейших указаний. Вместо этого мой бывший напарник обогнал меня и открыл ключом первую же дверь на первом этаже.

– Вот здесь мы живем, – сказал он, пропуская меня в прихожую. – Мама, у нас гости, – крикнул он вглубь квартиры.

На его крик из большой комнаты вышла пожилая женщина в цветастом халате.

– Это моя мама, – с гордостью сказал Сергей.

– Алевтина Ивановна, – представилась женщина.

– Женя, – просто сказала я, и все заулыбались. Я почувствовала неловкость и посмотрела на Сергея, ожидая продолжения, но он в это время был занят поиском гостевых тапок и не отреагировал на мой взгляд. Тогда я посмотрела на Алевтину Ивановну, но та прошла мимо нас на кухню и, судя по звукам, поставила на плиту чайник.

– Сергей, – тихо позвала я, – к чему эти церемонии?

– Все в порядке, ты только не волнуйся. Сейчас сядем за стол, попьем чайку, поговорим, – у Сергея, видимо, были свои планы, о которых я даже не догадывалась. – Пойдем на кухню, – сказал он, повесил мою куртку на плечики и подождал, пока я переобуюсь в гостевые тапки.

Потом мы чинно пили чай с мамиными пирогами и говорили обо всякой ерунде: о погоде, о ценах на продукты, о моде на мини и, конечно, о грядущих выборах мэра. Алевтина Ивановна была горячей поклонницей Рогозина и страшно увлеклась, рассказывая нам о его преимуществах. Во время ее речи я зевнула с закрытым ртом и посмотрела на Сергея.

– Что, Женя, уже пора? – спохватился он.

– Я не спросила тебя о том, о чем хотела спросить, – посетовала я.

– Спрашивай, не стесняйся, – вмешалась Алевтина Ивановна.

Я молча поставила на стол пустую чашку и еще раз выразительно посмотрела на Сергея. Наконец, до него дошло.

– Мама, нам с Женей нужно поговорить, – сказал он, поднимаясь из-за стола. – Женя, пойдем ко мне в комнату.

Алевтина Ивановна поджала губы, но возражать не стала. Мы с Сергеем зашли к нему и закрыли дверь.

– Сережа, – сказала я, – я очень не люблю семейные чаепития. В следующий раз давай встретимся в кафе.

– Как скажешь, – Сергей заулыбался, видимо, решил, что наша встреча не последняя, хотя я для себя твердо решила, что продолжения не будет.

– Ты по телефону говорил мне, что недавно сопровождал Иващенко на симпозиум. – Я решила, что пора вернуться к нашим баранам.

– Да, сопровождал. Только мы с ним мало общались.

– Куда вы ездили?

– В Лейпциг. Там была ярмарка технологий.

– А что еще тебе запомнилось?

– Они все время говорили по-немецки, и я ничего не понимал. Иващенко не брал с собой переводчика.

Так, еще один плюс Иващенко: он в совершенстве знает немецкий. Жаль, что меня там не было, я бы знала все их секреты.

– А что ты можешь сказать о самом Андрее Модестовиче?

– Нормальный мужик, хорошо заплатил, хотя я за такую работу ожидал меньшего, – бывший напарник не понял мой вопрос. Придется говорить открытым текстом.

– Я хотела тебя спросить, не связан ли он с мафией?

– Не знаю. Я не спрашивал, – Сергей смотрел на меня честными глазами.

И хорошо, что не спрашивал. За такие вопросы либо выгоняют с работы, либо сразу бьют по морде. Кому что ближе.

– Хорошо, давай попробуем по-другому. Я сейчас охраняю жену Андрея Горенка, ведущего «Очевидца».

– Да ну! И как она там? Ты бываешь на канале «Вторая Садовая»? Расскажи! – Сергея интересовало все, кроме тех вопросов, которые я пыталась ему задать. До него никак не доходило, что я пришла к нему, чтобы прояснить ситуацию, а не пить чай с его мамой.

– Это не так интересно, когда смотришь на все с изнанки. Анну Горенок преследуют.

– Дошло до этого? А куда смотрит Андрей?

– Андрея сейчас нет в Тарасове. Он в Донецкой республике снимает репортаж.

– Трудно тебе с ней?

Черт возьми, я приехала к нему задавать вопросы, а не отвечать на них!

– Сергей, послушай. Мне необходимо выяснить, кто нанял бандитов следить за Анной. Ты какое-то время общался с Иващенко. Он – один из тех, кто может решиться отомстить Андрею. Поэтому я приехала к тебе. Я хочу знать, способен ли твой бывший подопечный на такое дело. Может ли он организовать преследование жены насолившего ему журналиста? – Я замолчала, ожидая ответа, но, к моему удивлению, Сергей весь как-то сник и потупил глаза. Потом поднял голову и отрапортовал, чеканя слова:

– Иващенко на такое не способен.

– Ты в этом уверен?

– Отвечаю.

– Почему так категорично?

– Он хороший человек.

– Многие хорошие люди способны на не очень хорошие вещи. И ты это знаешь не хуже меня, – меня уже начинало бесить представление, которое разыгрывал передо мной мой бывший напарник. Это бессовестно – привести домой человека, который интересуется только его работой, и усадить за стол развлекать мамочку. Что он ей наговорил? И на что сам рассчитывает?

– Не знаю. При мне он договаривался только с немцами. С бандитами я его не видел, – Сергей, наконец, заговорил.