Смерть в прямом эфире

– Может, заметил крепких ребят у него на производстве? Или у него все такие? – Я видела рубщиков и обвальщиков. Не зная особенностей производства колбас, их можно принять за бандитов. Все как на подбор крепкие, мускулистые и неиспорченные воспитанием.

– Ребята как ребята. Женя, не мучь меня! – взмолился бывший напарник. – Я не заметил за Иващенко ничего предосудительного. Только были слухи, что он в прошлом году купил в Германии партию просроченной говядины и пустил ее на колбасу. Больше я ничего не знаю. – Это был крик души.

– Ладно, не буду тебя больше пытать, – пообещала я и улыбнулась. Если бы Андрей Модестович был способен на такую подлость, как преследование жены журналиста, Сергей не стал бы утверждать, что он хороший человек. Что ж, пора покидать гостеприимного напарника.

– Я, пожалуй, пойду, – сказала я и собралась открыть дверь комнаты.

– Подожди, – остановил меня Сергей. – Женя! – он взял меня за плечи и повернул лицом к себе. – Мы еще встретимся?

Так вот почему он сразу согласился на разговор! И это чаепитие с мамочкой. Ладно, проехали.

– Если работа позволит. Сам знаешь, у телохранителя нет времени на личную жизнь.

– Да, Женя, ты, к сожалению, права. – Он отпустил мои плечи и сам открыл дверь. – Пойдем, я тебя провожу.

Мы вышли из его комнаты, и я сразу подошла к вешалке, где висела моя куртка. Быстро переобувшись, я накинула ее на плечи и сама открыла входную дверь.

– До встречи! – бросила я Сергею и, сбежав по лестнице, пулей вылетела на улицу. Ф-фу! Никогда не думала, что Сергею придет в голову знакомить меня со своей мамочкой. Может, у него серьезные намерения? Тогда стоит держаться от него подальше. В следующий раз попрошу рассказать о подозреваемом более нейтрального человека. Кстати, о подозреваемых. Иващенко отпадает. Не потому, что чист как детская слеза, а потому что не будет заниматься мелкими пакостями, вроде преследования женщин. Не его масштаб. Вот написать о Горенке в прокуратуру – это другое дело. Если, конечно, Андрей даст повод. А пока повода нет, ведущий «Очевидца» может спать спокойно.

* * *

После сладкого чая и пирога с сушеными яблоками, которым угощала нас мама Сергея, мне захотелось чего-нибудь горького. Кофе. Горячий черный кофе. Можно капучино. Я осмотрела окрестности, но поблизости не было ни одного заведения, где можно было бы выпить кофе. Придется ехать в центр.

Я села в машину, вырулила на дорогу и направилась прямиком к Проспекту, где между Горького и Радищева было прекрасное заведение с множеством сортов кофе. Там можно было купить зерна или молотый на развес, а еще там стоял чудесный автомат для варки этого волшебного напитка. Можно было купить порцию навынос или выпить кофе за стойкой. В общем, рай для кофемана.

И я сейчас ехала в этот рай. Осталась еще пара кварталов, и я буду на месте. Поворот. И еще один квартал. Сейчас поставлю машину на стоянку, открою дверь и буду наслаждаться горячим крепким напитком.

– Женя, какими судьбами?

Я обернулась. Меня догоняла Ирина Калашникова, старший менеджер с «Европы Плюс». Она подошла ко мне и по давней привычке чмокнула в щеку. Я ответила ей тем же.

– Где ты пропадаешь? Почему не заходишь? Чем сейчас занимаешься? – вопросы сыпались, как горох, и я не успевала на них отвечать. Наконец, они закончились, и я получила возможность открыть рот.

– Ирина, давай попьем кофе, – это был крик души.

Ирина рассмеялась и открыла дверь заведения. Мы подошли к автомату. Я вставила купюру в приемник, нажала кнопку, и тотчас мой стакан наполнился ароматным горячим напитком. Я отхлебнула глоток и зажмурила глаза от удовольствия.

– Кайф, – прошептала я.

Ирина опять хохотнула и повторила мои манипуляции.

– Действительно кайф, – подтвердила она, попробовав напиток. – Ты как здесь оказалась?

– Это долгая история, – я не стала пересказывать Калашниковой историю с Сергеем. Скучно, да и незачем. И тут меня осенило: Ирина работает на радио, и магазин «Семейный» мог заказывать у них рекламные аудиоролики. Я просто вспомнила, что в магазине «Букет» дни напролет играет одна и та же песенка про выгодные покупки. Может, господин Злобин тоже заказывал на «Европе» что-то подобное?

– Ирина, а скажи-ка мне вот что. Тебе знакома фамилия Злобин?

– М-м-м… Назови лучше предприятие. Фамилию я вряд ли вспомню. У нас их знаешь сколько? – Ирина вплотную занялась кофе и плохо воспринимала информацию.

– Магазин «Семейный».

– А! Есть такие! Их ролик уже готов, можно послушать. Хочешь, сейчас съездим?

– Сейчас не могу, мне в пять встречать подопечную, – у меня действительно не оставалось времени даже на прослушивание ролика, а не то что на разговор. – Давай я завтра к вам заеду?

– Давай завтра. Только у нас завтра с утра планерка, но к половине одиннадцатого, я думаю, буду свободна.

– Хорошо. Завтра в половине одиннадцатого я на «Европе».

– А что тебя так заинтересовал этот магазин? – старший менеджер догадалась, что я не просто так спрашиваю про ролик.

– Мне нужна информация об их директоре.

– О Злобине?

– Да.

– Тогда действительно лучше завтра. Я к этому времени приглашу менеджера, которая ими занималась, и ты все узнаешь из первых рук. Идет?

– Отлично, – дела не так уж плохи, если есть знакомые на такой продвинутой радиостанции, как «Европа Плюс».

– Тогда до завтра? – спросила Ирина, бросая пустой стакан в урну.

– До завтра, – попрощалась я, допила последний глоток и с сожалением посмотрела на пустой стакан. Но время поджимало: пора было встречать Анну. На перекрестке Садовой и Рабочей в зеркале заднего вида появилась вишневая «Лада». По сути, мне было безразлично, ведь ребята пасли не меня. Но все равно неприятно ехать по городу, зная, что кто-то за тобой следит.

У ворот телеканала я притормозила и набрала номер Анны.

– Анна, я здесь, – сказала я, когда моя подопечная сняла трубку.

– Очень хорошо, я сегодня решила уйти пораньше. Сейчас выйду, – пообещала она и повесила трубку.

Ждать пришлось недолго: минут через пять Анна появилась на проходной и пошла к моей машине. Я высунулась в окно и оглядела окрестности. Вишневая «Лада» была припаркована метрах в ста от моего «Фолька». Я беззлобно чертыхнулась и не стала больше смотреть в их сторону.

Анна села на заднее сиденье и тоже посмотрела в сторону вишневой «Лады».

– Все на месте, – сказала она с горькой иронией. – Скоро по ним часы сверять буду.

– Ничего, скоро все устроится, – пообещала я, имея в виду свое небольшое расследование.

– Скорее бы Андрей приехал, – Анна порылась в сумочке, вынула платок и промокнула глаза.

– Ты плачешь?

Она в ответ пробормотала что-то невнятное, вроде «гори оно синим пламенем».

– Поехали, кого ждем?

Я завела мотор и выехала на дорогу. Конечно, сейчас Анне трудно, и ее настроение можно понять. Муж в отъезде, за каждым шагом следят бандиты, и никто не знает, почему ей на голову свалились все эти несчастья. Анна за всю дорогу не проронила ни слова, только неподалеку от дома попросила остановиться у супермаркета.

– У меня кончились продукты, – сказала она с виноватой улыбкой.

– Я пойду с тобой, – сказала я, выходя из машины.

В магазине Анна складывала в тележку все подряд: колбасу, сыр, хлеб, молоко, сахар и даже вишневый джем. Видимо, за эти дни у нее кончилось буквально все, но она до последнего молчала. У кассы она расплатилась и попросила оставить ей тележку, чтобы довезти продукты до машины. Контролер взялся ее сопровождать. Так мы и вышли из магазина: Анна с тележкой, рядом с ней контролер, а вслед за ними я.

Когда продукты перекочевали в багажник, Анна молча подошла к машине и села на заднее сиденье. Я заняла свое место и спросила:

– Как мы все это потащим к тебе домой?

– Придется возвращаться, – просто сказала она, – я столько покупаю только один раз в году – к новогодним каникулам, – она виновато улыбнулась.

– Я тебе помогу, – пообещала я, имея в виду транспортировку продуктов.

– Спасибо, Женя.

Я остановила машину у подъезда, выгрузила продукты из багажника и взяла как можно больше в одну руку, украдкой наблюдая за тем, как поведут себя парни из вишневой «Лады». Парни никак себя не проявили, и мы с Анной, подхватив пакеты, вошли в подъезд и без приключений добрались до квартиры. Когда Анна заперла дверь, я облегченно вздохнула: как правило, все неприятности случаются с телохранителями именно тогда, когда у них заняты руки. У меня одна рука была свободна, зато в другой был груз, который не позволил бы мне быстро отреагировать на опасность. Я пообещала себе, что в следующий раз буду осмотрительней.

– Анна, почему ты сегодня плакала? – спросила я, помогая ей перетащить пакеты на кухню.

– Лайза меня достала, – пожаловалась она. – Хочет, чтобы ведущим «Очевидца» стал Олег.

– Кто это такой? – Значит, я была права, и на канале «Вторая Садовая» интриги не прекращаются ни на минуту.

– Диктор из новостей. Приехал в Тарасов недавно, и Лайза сразу же положила на него глаз. Теперь они собираются пожениться, и наша звезда хочет, чтобы он хорошо зарабатывал.

– А как же рейтинг передачи? – мне было непонятно, почему дирекция канала должна рисковать судьбой интересного шоу в угоду чьему-то кошельку.

– Передача останется, изменится только ее содержание.

– А что будет с Андреем? Его уволят?

– Пока нет повода, но его усердно ищут.

– Например?

– Например, его теперешняя командировка. Андрей не может выехать из Донецка, а значит, не успевает к очередному эфиру. Это и будет поводом для пересмотра его кандидатуры, – Анна говорила спокойно о возмутительных вещах. Неужели их начальство не понимает, что «Очевидец» смотрят десятки тысяч людей!

– Анна! Это же нонсенс!

– К сожалению, нет. Помнишь передачу «Третий лишний»? – моя подопечная открыла холодильник и убрала туда колбасу, сыр и масло.

– Смутно.

– Вот-вот. Смутно. Эту передачу даже никто толком не запомнил, кроме тех, кто смотрел каждый выпуск. А передача была отличная, – Анна закрыла холодильник и выложила на разделочную доску охлажденную курицу.

– И что с ней случилось?

– Да то же самое, что должно случиться с «Очевидцем». Сначала дискредитируют старого ведущего и поставят нового, а потом передачу переименуют и напишут для нее другую концепцию, – Анна взяла длинный нож и рассекла курицу на половинки.

Я присела на табуретку.

– Неужели все так просто?

– Да, у нас на телевидении все именно так и делается. Просто и со вкусом, – она отделила ножки от половинок грудки и сложила их в полиэтиленовый пакет.

– И ничего сделать нельзя?

– Почему? Можно. За Андрея может заступиться Рогозин. Но он это сделает только в том случае, если Андрей поможет ему победить на выборах. – Моя подопечная сложила грудки в морозилку и занялась разделкой мяса.

– А как это сделать?

– В данный момент никак. На днях у кандидатов будет пресс-конференция, и если Андрей не успеет подать материал, рейтинг Рогозина может упасть. И тогда ведущим «Очевидца» станет Олег – я даже не знаю его фамилию. – Анна в сердцах бросила нож. – Женя, не пытай меня! – моя подопечная всерьез расстроилась. – Пока я держу все в себе, я спокойна. Но стоит мне начать жаловаться, и я выхожу из себя, – она открыла кран, вымыла руки над раковиной, налила стакан холодной воды и залпом выпила. – Езжай домой. Завтра приедешь. А сейчас оставь меня одну. Мне нужно успокоиться.

* * *

– Женечка, ты сегодня рано. Больше никуда не поедешь?

Тетя Мила выплыла из кухни с полотенцем через плечо. В доме пахло пирогами. Я поморщилась, вспоминая чаепитие у Андрея.

– Что с тобой? Ты не голодна? – забеспокоилась тетушка. – Что-нибудь болит?

– А нужно, чтобы болело? – улыбнулась я. – У меня все в порядке.

– А что ты морщишься так, как будто учуяла гадкое? – Тетя Мила очень внимательно относится ко мне и реагирует на любую смену моего настроения. Жаль, что у нее нет детей и некому разделить со мной ее заботу.

– Я сегодня уже ела пироги, – при воспоминании об этом меня передернуло.

– Такие невкусные, что ты не можешь их забыть?

– Нет, сами пироги были ничего, а вот обстановка…

– А что с обстановкой?

Пришлось рассказать тетушке, что сегодня меня чуть не сосватали. Без моего согласия.

– И ты ушла, так и не узнав, чем это кончится? – тетя Мила была в шоке. – Нужно было хотя бы узнать, что это за парень.

– Этого парня я знаю не первый год. Он – такой же телохранитель, как я, только в отличие от меня он мечтает о семье. – А вот этого тетушке не надо было говорить! Она тут же взвилась и стала расписывать мне прелести семейной жизни.

– Ты просто не представляешь, какое это счастье, когда дома тебя кто-то ждет!

– Меня дома всегда ждешь ты, и мне этого достаточно. – Иногда даже более чем достаточно.

– Я не то! Тебе нужен муж, а не я. И дети, – тетя Мила решила поговорить со мной откровенно.

– Ты понимаешь, что этот человек мне не нужен? Неужели я должна выйти замуж за первого попавшегося только потому, что этого хочет моя тетушка?

Меня начинал бесить разговор, затеянный тетей Милой. Я демонстративно ушла в свою комнату и включила музыку. Тетя Мила пошла за мной.