Как начиналась эпоха Путина. Общественное мнение 1999–2000 гг.

Что несколько снизилось у Путина, так это уровень симпатии к нему населения. В конце октября 21 % называли его как политика, «который симпатичен им больше всех», а сейчас так говорят 19 %. Но и у Примакова этот показатель снизился с 15 % до 11 %. Видимо, осень это не пора для роста симпатий – «унылая пора». Трудно ждать симпатий от людей, у которых «тревожное, мрачное» настроение – так описали свои ощущения 27 % жителей страны. Правда, 24 % говорят, что у них настроение «спокойное и уверенное». Но опять же у 17 % оно «безразличное». Пожалуй, это ближе к унылому.

«Новое время». № 45, 14 ноября 1999 г.

Ищите женщину – в президенты

Найдена наконец разгадка, почему наши правители на всех уровнях неумелы и неэффективны, почему премьеров меняют как перчатки, почему вообще у народа нет доверия к власти – там мало женщин. Результаты последнего проса показали, что 24 % населения считают, что женщины-депутаты Государственной думы могут «более эффективно решать важные государственные вопросы», чем мужчины. 40 % полагают, что они так же эффективны, как мужчины, и лишь 21 % думают, что деятельность женщин-депутатов менее эффективна, чем мужчин.

При этом не следует думать, что так в основном считает женская часть населения. Наоборот, среди мужчин вера в женщин-законодателей гораздо выше, чем среди женщин. Так, 35 % мужчин полагают, что женщины-депутаты более эффективны, чем мужчины, и только 15 % женщин. А в целом больше чем две трети мужского населения России – 70 % – считают, что женщины в Думе могут, так же как представители сильного пола или даже лучше, решать наши проблемы. При этом наибольшее доверие к женщинам-депутатам у военных – среди них женоненавистников оказалось лишь 12 %.

Столь же демократично подошло население и к идее избрания женщины на пост президента. 34 % одобряют эту идею, 26 % считают, что «пол не должен играть роль при выборе президента», и 28 % отнеслись к этой идее отрицательно. 12 % еще для себя этот вопрос не решили. Надо сказать, что мужчины к такому повороту дел отнеслись с осторожностью: в Думу женщин – сколько угодно, но президентом – слишком круто. Поддержали эту идею 23 % мужчин и 43 % женщин; ответили, что пол не играет роли при выборе президента, по 26 %. Отнеслись отрицательно 39 % мужчин и 19 % женщин. Пока трудно себе даже представить, как женщина смогла бы участвовать в наших избирательных кампаниях с их брутальными нравами, публичным обсуждением личной жизни и часто необоснованными обвинениями во всех смертных грехах. И это при том, что зрителям-избирателям это публичное взаимное обливание грязью нравится. Например, 38 % сообщили в опросе, что им нравятся воскресные передачи С. Доренко на ОРТ, 25 % они не нравятся. Остальные либо не смотрят их, либо не имели определенного мнения. И измерения телеаудитории говорят о том же – с начала обличительных передач Доренко в октябре аудитория ОРТ – процент зрителей, предпочитавших его другим каналам, выросла с 36 % до 42 %, и по размеру аудитории канал еще более оторвался от конкурентов.

Нельзя сказать, чтобы жесткая критика в этой передаче в адрес Примакова и Лужкова сильно им повредила – особого снижения их рейтингов за этот период не произошло. Все политики – в том числе Примаков и Лужков – стали терять электоральную поддержку раньше, когда на политический небосклон взошла звезда В. Путина, а именно в середине сентября, когда начались военные успехи в Дагестане. Путин отобрал свои 38 % вероятных избирателей довольно равномерно у всех политиков – естественно, лидеры и потеряли больше.

Каждый день – небольшие успехи в Чечне, каждый день – на экране уверенное лицо премьера плюс периодические обещания ликвидировать задержку зарплаты и поднять пенсии – сейчас это оказалось формулой сверхподдержки В. Путина. Положительная оценка «деятельности правительства Путина» уже «зашкаливает» – она достигла 70 %. Критиков, негативно оценивающих деятельность правительства, почти не осталось – их 7 %. Еще 23 % не могут дать оценку. Такие резкие подъемы и спады были характерны для рейтингов потенциальных кандидатов в президенты все последние месяцы. Этого нельзя сказать о думской кампании.

С момента создания блока «Отечество – Вся Россия» соотношение сил между партиями ведущей пятерки оставалось достаточно стабильным. Около 30 % вероятных избирателей, сделавших свой выбор партии, были готовы проголосовать за КПРФ, 25 % – сторонники ОВР и 16–17 % поддерживали «Яблоко». Сильно отстают «Единство» – около 8 %, «Союз правых сил» – 5 % и «Блок Жириновского» – 6 %. Некоторая перестройка рядов произошла в момент опубликования неделю назад списка Центризбиркома с официально зарегистрированными для участия в выборах объединениями и блоками. Когда в опросах используется этот список, избирателям легче сделать свой выбор и назвать партии, о которых они не могли раньше вспомнить. В результате несколько снизилась поддержка известных партий из ведущей пятерки. КПРФ: 31 %– 26 %; ОВР: 24 %—19 %; «Яблоко»: 17 %—14 %; «Единство»: 8 %—7 %; «Блок Жириновского»: 6 %—5 %. Поддержка же малоизвестных партий выросла с 3 % до 12 %. В частности, поддержка «Женщин России», о которых избиратель уже подзабыл, поднялась с 1 % до 4 % поддержки. Тут и до проходных 5 % недалеко.

«Новое время». № 46, 21 ноября 1999 г.

Главная загадка кампании

За три недели, оставшиеся до думских выборов, избиратель все еще не очень уверен, за кого голосовать. Хотя число людей, собирающихся принять участие в выборах, за последние недели несколько выросло и перевалило за 70 %, все же 20 % участвовать в голосовании не собираются, а остальные еще не решили. Больше того, из тех, кто собирается голосовать, 25 % еще не выбрали – за какую партию они отдадут свой голос. Такие люди обычно определяются с выбором в последнюю неделю, в последние дни или на самом участке. Эти люди – главная загадка избирательной кампании и они же основная мишень партийной пропаганды последних дней гонки, объект телевизионного зомбирования.

Но и это еще не все из предвыборных кошмаров стратегов партий и блоков. Одна треть, из называющих сейчас партию, за которую будут голосовать, признаются, что их выбор еще не окончательный и они могут передумать. То есть по стране бродят стада «ничьих» избирателей, которые могут в последнюю минуту прибиться к любому партийному корралю.

К примеру, появление списка партий, допущенных Центризбиркомом к выборам, сразу привело к уходу 16 % вероятных избирателей от крупных, известных партий к малоизвестным, и этот процесс продолжается. В результате, за три недели до финиша цепочка бегунов значительно растянулась и выглядит следующим образом. Впереди тройка лидеров, которая вряд ли изменится до выборов: КПРФ с 19,2 % сторонников среди «электорально активного населения», т. е. тех, кто собирается или допускает возможность участия в выборах, «Отечество – Вся Россия» с 12,8 % и «Яблоко» – с 10,8 %.

Следующая тройка, заметно отстающая от первой, это партии, имеющие шансы преодолеть 5 %-ный барьер: «Единство» с 5,8 %, «Союз правых сил» с 5,7 % и «Блок Жириновского» с 4,2 % сторонников. За ними еще две партии, которые при благоприятных обстоятельствах могут набрать 5 %, это «Женщины России» с 3 % поддержки и «Наш дом – Россия» с 2,9 % голосов.

Остальные 20 партий и блоков пока набирают менее 1 % каждая, но в сумме отбирают у тяжеловесов 11 % потенциальных сторонников, и эта величина, вероятно, будет с развитием кампании еще расти. И, наконец, как уже говорилось, самая большая «партия» – неопределившихся, мощностью в 25 %, которые могут смешать все карты. Если же они распределятся равномерно между претендентами, то ведущая шестерка примет следующий вид: КПРФ – 25,5 %, ОВР – 17 %, «Яблоко» – 14,4 %, «Единство» – 7,7 %, СПС – 7,6 %, БЖ – 5,6 %. Остальные, случись выборы завтра, роковой барьер не берут.

Нетвердость поддержки партий избирателями и их колебания объясняются в большой мере самой их логикой выбора партий. Лишь немного больше трети – 38 % сторонников партий – говорят, что они выбрали свою партию, потому что их «привлекают ее цели, программа, подход к решению проблем». 26 % считают, что эта партия больше, чем другая, сможет «сменить власть», т. е. это в чистом виде «протестный электорат». Наконец, 23 % выбирают партию, потому что им нравится ее лидер. Остальные назвали другие мотивы или не смогли дать ответа. При этом, если в оставшееся время «идейные» соображения сторонников партий вряд ли сильно изменятся, то привлечь новых сторонников критикой «режима» или увеличенной харизмой еще вполне возможно.

Правда, с «критикой режима» у партийных лидеров сейчас возникли неожиданные сложности. Это надо каким-то образом делать, не затрагивая народного любимца В. Путина. Невиданная популярность премьера продолжает расти – положительная оценка деятельности его правительства составляет 73 %, его президентский электоральный рейтинг – 46 % – почти втрое больше, чем у Зюганова и Примакова. И это при том, что треть народа говорит, что за последние два месяца их материальное положение ухудшилось, половина – что не изменилось, и лишь 14 % отмечают его улучшение. Весь последний год люди утверждали в опросах, что не будут голосовать за преемника Ельцина. Однако Ельцин назвал преемником Путина, а подавляющее большинство говорят, что им все равно, на их отношение к Путину это не повлияло.

Вообще тлеющая в народе тяга к «сильной руке» сейчас проявилась в полной мере. 41 % населения считают, что «нашему народу всегда нужна «сильная рука»; 27 % полагают, что «бывают ситуации, например сейчас, когда нужно сосредоточить всю власть в одних руках», и лишь 19 % считают, что этого делать нельзя. 13 % в этом не разбираются. Немудрено при этом, что большинство смотрит скептически на важность своего участия в думских выборах. Отвечая на вопрос, «в какой мере участие в выборах влияет на принятие важных решений в жизни страны», 36 % ответили, что «совсем не влияет», 29 % считают, что «влияет незначительно», лишь 26 % полагают, что их участие в выборах оказывает какое-то влияние на принятие важных решений.

«Новое время». № 47, 28 ноября 1999 г.

С новой думой в новый век

Кто мог предположить, что так тихо и незаметно подойдут новый век и третье тысячелетие. Раньше каждое десятилетие Советской власти праздновали по году, а уж про 100-летие Ленина и говорить не приходится – долгое всемирное ликование. По крайней мере, улицы ремонтировали и дома красили. А сейчас ощущения праздника нет никакого, видимо, всю энергию отобрали думские выборы. Немудрено, что, отвечая на вопрос, «будет ли для вас встреча 2000 года чем-то особенным», 48 % отвечают «нет», лишь 39 % отвечают, что будет особенным, и 13 % еще не поняли, что это такое приближается.

Лишь в городах с миллионным населением ждут чего-то особенного от встречи нового миллениума, и среди молодежи и студентов 60 % ждут чего-то нового от прихода нового века. Более оптимистично настроены мужчины, чем женщины, сторонники «Союза правых сил» и Жириновского, чем КПРФ. Вообще, чем выше жизненный уровень, тем радужнее ожидания от встречи нового тысячелетия.

Большинству радоваться действительно нечему. В новый век вступает страна, население которой за четыре года истекающего парламентского срока стало жить хуже – об этом заявляют 56 % народа; о том, что стали жить лучше, сообщают 16 %; говорят, что их жизнь не изменилась, еще 23 % и 5 % не смогли оценить. Надо сказать, что и самые последние месяцы перед выборами и сменой столетий не принесли улучшения положения большинству жителей страны: 29 % сообщают об ухудшении своего материального положения за последние два месяца, 14 % – об улучшении, у 53 % оно не изменилось, остальные затруднились что-нибудь сказать по этому поводу.

Такая неутешительная оценка последних четырех лет не вызывает у населения энтузиазма по поводу успехов новой Думы: 40 % полагают, что «новый состав Думы мало что сможет изменить в жизни России», лишь 29 % думают, что изменения возможны, а остальные сомневаются.

Тем не менее состязание за места в Думе обостряется. Коммунисты в последние недели несколько потеряли в поддержке. Основная тенденция была в росте числа сторонников малоизвестных партий, заявивших о себе после утверждения ЦИК официального списка для голосования. Они отобрали поддержку у более известных блоков. Другая черта последних двух недель – это рост поддержки «Единства», «Союза правых сил», «Блока Жириновского» и «Женщин России» и снижение поддержки КПРФ и блока «Отечество – Вся Россия». Поддержка Путиным движения «Единство» Шойгу увеличила его рейтинг в последнюю неделю ноября с 7 % до 14 %. А поддержка КПРФ снизилась до 22 % и ОВР – до 16 %. «Яблоко» удерживает свои 14 %.

Речь идет о проценте тех людей, которые, скорее всего, пойдут голосовать и уже выбрали свою партию.

Значительные подвижки еще вполне возможны в оставшиеся десять дней до выборов – 25 % потенциальных избирателей еще не определились с выбором партии или блока и сделают это в последние дни перед выборами. И на их выбор еще много что может повлиять.

Например, прямая или косвенная поддержка премьера, чья популярность – «положительная оценка деятельности правительства Путина» – достигла новых высот в 74 %. Или новый рост популярности Примакова, которого по-прежнему чаще, чем других политиков, называют «отцом нации».

Ход чеченской войны может сказаться на настроениях избирателей и их отношении к разным партиям. Сейчас 73 % населения считают, что война приняла «затяжной характер». Что будет, если они посчитают, что она носит также «кровопролитный характер», кто будет нести ответственность?

Подписание договора о новом союзе России с Белоруссией может повлиять на настроения. Одобрение объединения России и Беларуси выросло за последнее время и достигло 68 %. Не одобряют объединение лишь 15 %. Одним партиям на этом поле играть легче, другим сложнее.

По-прежнему важным вопросом, разделяющим население и партии на «левых» и «правых», будет вопрос – куда идти стране. Достаточно стабильно последний год 25 % народа хочет вернуться в социализм. Это «левые». 13 %, по последним данным, выступают за продолжение нынешнего курса реформ – это скорее «правые». И 46 % «центристов» хотят проведения реформ с социальной защитой населения. При другой постановке вопроса, те же 25 % предпочитают «плановый социализм», 9 % хотели бы иметь такой «социализм, как в Китае, с элементами рынка»; 22 % предпочитают «капитализм с социальной защитой» и 19 % – «капитализм, как в Европе». Меньше всего – 8 % – хотели бы «капитализм, как в США». И 17 % на этот счет мнения не имеют.

Когда же понять уже невозможно, какая партия за что выступает – коммунизм или капитализм, – народ смотрит на результаты опросов общественного мнения – а как собираются голосовать другие. Опросами интересуются 76 % людей. Но лишь 17 % признают, что это влияет на их выбор.

«Новое время». № 48, 5 декабря 1999 г.

Организация, похожая на Думу

Поскольку в последние дни, оставшиеся до выборов, прямая или косвенная агитация за партии и блоки запрещена, нам придется в эти дни пользоваться исключительно эзоповым языком. Итак, на выборы организации, похожей на Думу, собирается прийти три четверти населения. Это обещают, а на самом деле придет, наверное, меньше народу, хотя, видимо, не меньше, чем в 1995 году, когда в выборах участвовали 63 % избирателей. Но, что удивительно, число людей, сделавших свой выбор, за какую партию голосовать, не растет – с удивительным постоянством уже месяц 22 % вероятных избирателей говорят, что они еще не определились, за кого будут голосовать.

Что еще хуже, так это то, что три последних месяца 30 % из тех, кто определился с выбором, говорят, что их выбор партии не окончательный и они еще могут поменять привязанность. Когда же они все-таки определятся, то могут спутать все карты политических предсказателей. Так что у партийных вождей есть еще шанс быстро набрать очки, но для этого должно произойти что-то действительно сильное, например, если кто-нибудь из них «коня на скаку остановит» или «в горящую избу войдет».

Нужно отметить, что при упорстве «неопределившихся» изменения рейтингов за последний месяц происходили в основном за счет перетекания избирателей от одной партии к другой. Сначала, в середине ноября, при появлении официального списка допущенных партий, малоизвестные партии отобрали часть сторонников у более крупных и известных. Суммарно они похудели на 10 %. За последние недели часть беглецов вернулась назад, снова покинув малочисленные партии. Скорее всего, эта тенденция продолжится до самых выборов – избиратели традиционно избегают голосовать за явно проигрывающие партии. В результате, если «неопределившиеся» распределятся в конце концов между крупными партиями и блоками, 5 %-ный барьер переходят 7 партий.

По-прежнему основных мотивов выбора той или иной партии три: около 40 % привлекают цели, программа, подход к решению проблем выбранной партии, по 25 % назвали лидеров партии как основной мотив ее выбора и желание «сменить власть». Эти мотивы были стабильны на протяжении всей кампании.

При выборе партии, за которую они собираются голосовать, – и это прежде всего относится к избирателям, решающим в последний момент, – немаловажную роль играет «антирейтинг», т. е. представления людей, за какую партию они не станут голосовать ни при каких обстоятельствах. Такую «антипартию» смогли назвать 65 % потенциальных избирателей, но больше половины из них выразили свое неприятие лишь двум партиям. Иными словами, как политические симпатии, так и политические антипатии у людей весьма слабые, что делает для них таким сложным выбор – за кого голосовать.

Такой выбор кажется сейчас более простым в отношении избрания президента – хотя до него еще полгода. Готовность принять участие в президентских выборах даже выше, чем в думских, – 83 % и 74 %. Лишь 12 % говорят, что они не собираются участвовать в выборах президента. И 48 % из вероятных избирателей собираются голосовать за В. Путина – случись выборы в следующее воскресенье. Единственное успокоение его конкурентам может принести тот факт, что рост поддержки Путина приостановился.

Вообще нынешняя избирательная осень прошла весьма интересно для избирателей-зрителей. Телевизионных политических шоу было предостаточно. Новой чертой кампании стали телевизионные дебаты руководителей ведущих партий. Каждую передачу с дебатами смотрели от 40 % до 50 % населения – больше, чем сериалы или футбол. Хотя люди и говорят, что ни пресса, ни опросы для них не указ, власть «ящика» над умами трудно переоценить.

Но этот политический сериал уже затянулся. Люди ждут его окончания, чтобы перейти к следующему празднику. За политическими и военными драмами уходящего года переход в новый век проходит почти незаметно. 39 % говорят, что встреча нового столетия будет событием особенным, а 48 % ничего особенного в этом не видят. В любом случае 71 %, скорее всего, встретят Новый год дома, 20 % – в гостях и около 10 % – в разных других местах.

Почти 80 % встретят Новый год под елкой, которую они обычно наряжают по этому поводу. И можно не сомневаться, что три четверти жителей страны, сидящих у новогодней елки, будут смотреть телевизор. У 40 % бывших избирателей это будет канал ОРТ, у 25 % – НТВ, 13 % – РТР и 4 % – ТВ-6. Хотя, конечно, многие будут перескакивать с канала на канал, как они это делали во время избирательной кампании, впиваясь взором то в спор «Спартака» и «Лидса», то в теледебаты наших политиков.

«Новое время». № 49, 12 декабря 1999 г.

Прощайте, рейтинги

Неопределившиеся определились, сомневавшиеся как-то сделали свой выбор, народ проголосовал. Многие долго не могли определиться – идти на выборы или нет и за кого голосовать. Так, за неделю до выборов собирались прийти голосовать 79 %, еще 7 % затруднялись сказать, придут на выборы или нет, и 14 % не собирались участвовать в выборах. В действительности пришли на участки 61 %. Подвели, конечно, но, по мировым нормам, это большая явка, и она немногим меньше, чем 63 % на выборах в 1995 году.

За неделю до выборов все еще не знали, за какую партию будут голосовать, 25 % избирателей. И вот они все же решились. В результате, за КПРФ проголосовали 25 %, хотя собирались отдать ей свой голос 21 % людей, намеревавшихся прийти на выборы. Собирались поддержать на выборах блок «Единство» 15 %, а в действительности проголосовали за них 24 %. Обещали проголосовать за блок «Отечество – Вся Россия» 12 %, и в реальности проголосовали за нее 12 %. За «Яблоко» собирались отдать голоса – за неделю до выборов – 9 % потенциальных избирателей, а в реальности их оказалось 6 %. «Союзу правых сил» обещали отдать голоса 7 %, а отдали 9 %. Наконец, «Блоку Жириновского» намеревались отдать голоса 4 % определившихся избирателей, а отдали 6 %. «Женщины России» в разные моменты избирательной кампании набирали до 5 % голосов, однако на выборах за них проголосовали 2 %. Былая «партия власти» – НДР как набирала в предвыборных опросах немногим более 1 %, так и набрала столько же. Основные сюрпризы преподнесли как раз те 25 % избирателей, которые до самых выборов не знали, за кого будут голосовать и большинство из которых, очарованные перелетающим над страной Шойгу, отдали свои голоса «Единству». Самолет оказался сильнее телевизора: в теледебатах лидеры «Единства» не участвовали.

За партии, не набравшие заветные 5 %, в сумме проголосовали 17 % избирателей, добавив в результате свои голоса к тем, кто прошел. На прошлых выборах такие непрошедшие партии «оттянули» почти половину всех голосов. То есть сейчас число «жертвователей» в пользу победителей сократилось втрое.

Надо сказать, что иллюзий по поводу важности своего голосования в пользу той или иной партии или депутата население не имеет. Большинство – 62 % – считает, что выборы – больше ритуал и их участие в выборах на «принятие важных решений в жизни страны» влияет очень мало. Кроме того, лишь 12 % оценивают деятельность завершившей свой срок Госдумы положительно, а 61 % оценивают ее отрицательно. Вряд ли они ожидают большого прогресса и в будущем.

И к объективности самого процесса выборов население относилось накануне голосования весьма скептически: лишь 26 % полагали, что результаты голосования будут подсчитаны правильно, а 45 % считали, что результаты будут искажены, подтасованы. Но, несмотря на эти сомнения, народ отвергал идею переноса выборов – 75 % отрицательно относились к возможному переносу выборов на более поздний срок по тем или иным причинам.

Главными событиями в канун выборов стали подписание договора с Белоруссией и поездка Б. Ельцина в Китай.

Подписание союзного договора с Белоруссией одобрили 72 % населения, отрицательно отнеслись к этому только 11 %, затруднились дать оценку 17 %. Не меньшим подарком половине населения стало заявление Б. Ельцина в Пекине, что Клинтон забыл про российский ядерный арсенал и что «мы будем диктовать миру, как жить, а не один Клинтон». Одобрили такую позицию 49 %, не одобрили 27 %, остальные не знали, как это оценить.

Большинство населения положительно относится не только к воинственным речам, но и к действиям: 48 % положительно отнеслись к возможности «нанесения массированных бомбовых ударов по Грозному после окончания срока ультиматума» – «мочить, так мочить»; 30 % отнеслись к этому отрицательно и 22 % затруднились дать оценку. В сентябре поддерживали бомбовые удары по Чечне 49 %, а возражали несколько больше людей – 36 %. В большей степени за бомбежку – электораты Жириновского и блока «Единство», в меньшей – избиратели блока «Отечество – Вся Россия», «Союза правых сил» и «Яблока». Вообще же чеченская война еще не стала проблемой № 1 для большинства людей. В качестве проблемы, «беспокоящей больше всего», ее назвали 12 % населения – столько же, сколько назвали в качестве главной проблемы «рост преступности», «угрозу безработицы», «слабость государственной власти». На первом месте по-прежнему «рост цен» – его назвали главной проблемой 22 % населения.

«Новое время». № 50, 19 декабря 1999 г.

Конец века переносится

По мнению большинства населения, истекающий год не годится как образцовый, итоговый год XX века в силу чрезмерного количества потрясений, конфликтов и войн и финальным теперь надо считать год следующий. Соответственно, половина народа встречу Нового года будет считать делом обычным – никакого миллениума.

А начиналось все в начале года вполне спокойно. В январе стало ясно, что экономического обвала не будет, благодаря осторожным маневрам правительства Е. Примакова, чья положительная оценка населением в феврале перевалила 50 %-ный уровень. Вообще все говорило о том, что это будет год Лужкова и Примакова: «Отечество» после регистрации вышло на третье место в рейтинге партий с 15 % поддержки, Лужков занял прочное второе место как кандидат в президенты – после Зюганова, а Примаков стал в глазах населения символом стабильности, олицетворением «отца нации».

В уходящем году после всех перетрясок десятилетия в народе выкристаллизовалась тяга к новому лидеру. Обжегшись на консерваторах и реформаторах, коммунистах и демократах, народ хочет простого: лидера честного, но сильного, уверенного в себе и привлекательного. А за этим стоит еще и ностальгия по «сильной руке»: 41 % населения уверены, что «нашему народу всегда нужна «сильная рука», и 27 % полагают, что «бывают ситуации, например, сейчас, когда нужно сосредоточить всю власть в одних руках».

Несмотря на все отличия, последние премьеры в целом отвечали этим требованиям, и поэтому каждому был гарантирован быстрый подъем популярности. Рейтинг Примакова как премьера вырос с января по май с 45 % до 65 %. Рейтинг Степашина за его недолгое премьерство поднялся с 19 % до 42 %. Поддержка Путина вообще воспарила с 10 % в августе до 72 % к моменту выборов в Думу. Правда, мировые лидеры хорошо знают эффект маятника.

Два события года сомкнулись воедино в массовом сознании – война на Балканах и война в Чечне. Одна стала последним ударом по «национальной гордости великороссов», другая – реваншем за ущемленное национальное самолюбие последнего десятилетия. Три четверти сочли действия НАТО в Югославии угрозой национальной безопасности России, половина выступала за поставки российской военной техники Югославии и треть – за помощь войсками. Когда война закончилась, 50 % считали, что в ней не победил никто, 22 % полагали, что победа – за НАТО. Россию победителем считали лишь 6 %. Но главное, в народе остался осадок, что наше мнение игнорировали в очередной раз, несмотря на разворот Примакова над Атлантикой и челночную дипломатию Черномырдина.

Зато в Чечне мы отыгрались: если НАТО может бомбить «нашу» Югославию, то мы тем более можем бомбить «свою» Чечню. За бомбардировки выступили 55 % населения, против – 30 %. Две трети считали, что российская армия должна занять всю территорию Чечни, а не только Грозный или север, и уничтожить боевиков и сепаратистов. В соотношении 5:3 народ считает, что «проблемы с Чечней могут быть решены военным путем» и что «во время войны жертвы среди мирного населения неизбежны и надо добить боевиков». В общем, «чеченский синдром» в противовес их «вьетнамскому». Кроме того, победы над боевиками в Дагестане и Чечне – основа популярности Путина.

Событием года стала в глазах народа и майская попытка импичмента президента Ельцина в Думе. Если результаты голосования в Думе по основным пунктам обвинения – событиям октября 1993 года и по чеченской войне дали 58 % и 63 % осуждающих голосов, то и население поддержало импичмент по обеим этим статьям в соотношении 60 % «за» и 21 % «против». Это отношение к президенту отразилось и в стабильно негативной оценке его деятельности 82–85 % населения.

Весь год проходил под аккомпанемент скандалов в верхних эшелонах власти. Генпрокурора «снимают» в частном борделе, и президент его тоже снимает. Народ против – во-первых, не за что, во-вторых, жалко тех, кого бьют. Против отставки генпрокурора 60 %. Обороняясь, прокурор раскручивает скандал вокруг коррупции семьи президента и приближенных – 77 % населения верят в наличие их миллионных счетов в западных банках. И тут выясняется, кто в глазах народа главные антигерои. «Наиболее коррумпированным, корыстным, нечестным» 29 % назвали Ельцина; 25 % – Березовского; 11 % – Чубайса; 9 % – Лужкова; 7 % – Черномырдина; 5 % – Жириновского.

А кто же герои уходящего века? На первом месте Брежнев – он вызывает наибольшие симпатии у 13 % населения, у Андропова и Сталина по 9 % сторонников, Ленину и Хрущеву симпатизируют по 5 %, Горбачеву и Примакову – по 2 %. Так что тем, кто недоволен результатами думских выборов, надо понять – могло быть и хуже. Народ хоть и вспоминает с тоской Ленина и Сталина, но жить собирается с Примаковым и Путиным, о чем говорят их высокие рейтинги уходящего года.

«Новое время». № 51, 26 декабря 1999 г.

Уходящий год

После всех предвыборных переживаний наступила пора бесконечных праздников – Рождество чередуется с Новым годом по одному календарному стилю, затем по другому. И наш народ приемлет как юлианский, так и григорианский подход к летоисчислению – был бы праздник. Старый Новый год собираются отмечать 70 % населения. Для большинства эти праздники ассоциируются прежде всего с запахом елки, хотя для многих Новый год – это прежде всего мандарины.

Новогодний дух сказывается и на общем настроении людей. Впервые за год число людей, которые описывают свое настроение как «спокойное, уверенное» – таких 29 %, — превысило число тех, кто называл свое настроение «тревожным, мрачным», – их 26 %. Заметное улучшение настроения произошло за две предпраздничные недели, но постепенный рост спокойствия и уверенности людей шел последние полгода, особенно в сравнении с народными настроениями прошлой осени, когда о «спокойствии, уверенности» говорили 25 %, а «тревожное, мрачное» настроение отмечали 35 %.

Подытоживая уходящий год, большинство людей – 45 % – характеризуют его как «нормальный, средний», 10 % называют его «успешным», а 4 % – даже «счастливым». Для 28 % он был «неважным», а для 7 % – «несчастливым». Выше всего его оценивают москвичи, сторонники Лужкова и «Союза правых сил», хуже всех – сторонники Зюганова и КПРФ.

Достаточно высокую оценку прошедшему году люди дают, очевидно, сравнивая его с обвальным 1998-м. Поэтому при более конкретной оценке своего собственного материального положения их характеристики менее оптимистические. 41 % населения отмечают ухудшение материального положения своей семьи за прошедший год. Столько же говорят, что оно осталось прежним и лишь у 12 % улучшилось. При этом об ухудшении положения больше говорят как раз люди с низким доходом – у 52 % из них положение еще более ухудшилось, у 36 % осталось прежним и лишь у 7 % – улучшилось. То есть по-прежнему бедные становятся беднее, богатые – богаче.

Сравнивая нынешнее положение с тем, каким оно было 4 года назад, большинство в 56 % отмечает, что они стали жить хуже, лишь 15 % – что лучше, и 23 % – что так же. В значительной мере эти представления об ухудшении своего материального положения за срок деятельности Думы приводят и к низкой оценке работы парламента: 61 % оценивают ее отрицательно, лишь 12 % – положительно и 27 % затруднились ответить.

Большинство при этом не верит, что вообще можно избрать новый, «хороший» парламент вместо «плохого» – 62 % не верят, что участие в выборах «влияет на принятие важных решений в жизни страны», лишь 30 % полагают, что такое влияние есть. Скорее люди готовы приветствовать приход «сильной руки» – 72 % считают, что «народу нужен сильный и властный руководитель, «сильная рука». Против этого только 17 %, остальные не знают, что лучше.

Тем не менее 62 % все же проголосовали. С большим трудом, но определились с выбором партии. При этом 15 % не могли на ком-либо остановиться до самых последних дней, а 6 % решали, за кого голосовать, прямо на участке. Из тех четырех десятых избирателей, кто не пошел на выборы, лишь 29 % не голосовали по объективным причинам – занятость, болезнь, отъезд и т. п., а 60 % сделали это осознанно – не веря политикам и партиям, не видя достойных кандидатов, считая, что Дума ничего не решает, или не веря в честность выборов.

О твердости выбора своей партии или блока говорить не приходится – почти половина избирателей в течение года меняли свою партийную ориентацию. При этом в половине случаев члены одной семьи голосовали по-разному – молодежь чаще голосовала иначе, чем поколение родителей.

Тем не менее семья, друзья и знакомые были основным источником пищи для размышлений и форумом, где рождались партийные привязанности, – 69 % сообщили, что обсуждали выборные дела в кругу родных и знакомых. Главным источником сведений о партиях и депутатах были центральное телевидение и радио – их назвали 74 % населения. При этом 72 % часто или регулярно смотрели во время кампании политические новости. 19 % смотрели программу С. Доренко, 20 % – «Итоги» Е. Киселева и 33 % – «Время».

Около 70 % отметили, что средства массовой информации «привлекли внимание» к выборам или «прояснили предвыборную ситуацию», а 18 % признались, что под воздействием прессы их взгляды поменялись. В то же время 25 % считают, что СМИ «только запутывали, мешали принять решение». В целом же народный вердикт в адрес органов прессы на выборах достаточно суровый. 32 % считают, что центральное телевидение «чаще искаженно» показывало кандидатов и партии перед выборами, а 13 % – «почти всегда предвзято, искаженно». Лишь 20 % полагают, что показ был «чаще правдивый, чем нет» и 8 % – «почти всегда правдивый», 27 % затруднились дать оценку.

«Новое время». № 52, 30 декабря 1999 г.

2000 год

Новогодний подарок Ельцина

Длинные новогодние праздники растянули во времени восприятие народом новогоднего поздравления Ельцина, ставшего последним обращением президента к населению страны с объявлением о его уходе. Постепенно народ все же осознал, что президента Ельцина больше нет, а есть другой человек, исполняющий его обязанности. Реакция населения смешанная: 59 % считают, что Ельцину «давно надо было уйти, не дожидаясь 31 декабря», 32 % одобряют «досрочный уход Ельцина со своего поста» и 4 % по тем или иным причинам не одобряют «досрочный уход Ельцина» – надо было доработать до конца положенного срока, «взялся за гуж…» и т. д.

Понятно, что слухи об этом ходили уже давно, но, как всегда, все, что связано с Ельциным, случается внезапно. Поэтому многие только сейчас осознают, что случилась не просто смена президентов, а смена целой эпохи. На этот счет мнения народа разделились: 30 % полагают, что уход Ельцина с поста президента «означает конец эпохи», в то время как скептическое большинство в 45 % считает, что все «останется, как и было», и 25 % затруднились дать оценку степени эпохальности случившегося.

Народ, на радостях, дал деятельности Ельцина более высокую оценку, чем давал в течение года. Вместо средней за прошлый год положительной оценки «деятельности Б. Ельцина на посту президента» в 4 % после его добровольной отставки этот уровень вырос до 10 % при снижении негативной оценки этой деятельности с 86 % до 73 %. Правда, население по-прежнему не готово вверить Ельцину какой-нибудь другой пост, например, главы союза России с Беларусью. 73 % против такого поворота событий, лишь 11 % одобрили бы такой вариант.

Главный бенефициант этого эпохального решения, конечно, Путин – его рейтинг как потенциального кандидата в президенты подскочил после судьбоносного решения Ельцина на десять пунктов – с 52 % до 62 %. Это событие также остановило небольшое снижение одобрения деятельности правительства Путина, наблюдавшееся с конца ноября. В тот момент наступило некоторое насыщение народной популярности премьера: достигнув уровня в 74 %, одобрение пошло вниз, достигнув в момент выборов в Думу уровня в 66 %. После передачи власти от Ельцина Путину одобрение выровнялось, однако сейчас снова спустилось к 64 % – народ устает от непрерывного восхищения.

Тем не менее Путин сейчас безусловный лидер в начавшейся президентской гонке. На втором месте, опережая Примакова, идет Зюганов с 16 % вероятных избирателей, готовых сейчас за него проголосовать. У Примакова лишь 9 % сторонников – и это по сравнению с 25 % в сентябре. Во всем мире говорят «sic transit…», а в России мирская слава вообще может растаять за несколько дней. Опять же сказано – «не сотвори себе кумира», но не слушают.

Восхищение Путиным, кажется, не имеет границ. Ему доверяют в три раза больше людей, чем Зюганову, и в четыре раза больше, чем Примакову. Наибольшее доверие – среди рабочих и руководителей всех уровней. Больше всего доверяют Путину сторонники «Единства» и «Союза правых сил», но и среди «яблочников» доверие Путину лишь в два раза ниже, чем доверие Явлинскому. Путина вообще нет в списке политиков, которым народ не доверяет. Лидирует в нем Жириновский с 19 %, затем идут Зюганов с 13 % и Ельцин с 6 %; по 4 % набрали Чубайс, Лужков и Примаков. Только незначительные 11 % полагают с той или иной степенью уверенности, что Путин «не соответствует должности президента». При этом лишь 14 % людей полагают, что к мартовским выборам доверие Путину может снизиться.

Народу хочется чуда, и он его ждет от нового президента. 54 % думают, что «новый президент России сможет изменить к лучшему экономическую ситуацию в стране, лишь 16 % так не думают, остальные боятся в это верить. Вообще, приход Путина на политическую сцену привел к тому, что впервые за год число «оптимистов» превысило число «пессимистов»: количество людей, считающих, что «нынешнее молодое поколение будет жить лучше их родителей», выросло с 30 % в среднем за год до 35 % в начале января, а тех, кто считает, что молодежь будет жить хуже, вместо 35 % стало 25 %.

Осталось добиться полного успеха в Чечне. Здесь, однако, дела идут не так хорошо, как обещали Путин и его генералы. Война затягивается. Хотя большинство населения – 61 % – по-прежнему в целом положительно «оценивает действия российской армии в Чечне», многие не согласны с оценкой Ельцина, что «действия военных в Чечне безупречны». Не согласились с такой оценкой 47 %, согласились 25 % и 28 % не смогли дать оценку.

В общем, население приготовилось к затяжной войне. Две трети полагают, что войну нельзя будет считать законченной, даже когда российские войска займут Грозный, лишь 14 % придерживаются такой точки зрения. И в целом население все больше убеждается, что «проблемы с Чечней военным путем решены быть не могут».

В ноябре 51 % верили в военное решение чеченской проблемы и 27 % не верили, а сейчас соотношение стало 36 % верящих и 42 % не верящих в военное решение проблемы с Чечней.

Однако репутации Путина затягивание войны пока мало вредило. Лишь четверть населения отмечает в опросах, что их отношение к Путину может ухудшиться, если «война затянется на несколько месяцев», половина считает, что отношение не изменится. Пока действительно не изменилось: война идет, популярность растет.

«Новое время». № 1–2, 9 января 2000 г.

Неполное соответствие

Похоже, что до народа постепенно доходит, что война в Чечне идет всерьез и скоро не кончится. После всей неразберихи с военными отчетами о повторных освобождениях и зачистках уже взятых чеченских сел, 68 % населения поняли, что, хотя почти всю территорию Чечни войска заняли, боевики в начале января перешли в нескольких местах в контрнаступление и снова отбили «зачищенные» селения. Лишь 21 % не слышали об этом и 11 % не могли точно ответить на этот вопрос. При этом мужчины были лучше осведомлены, чем женщины, пожилые люди больше следили за событиями в Чечне, чем молодежь.

В момент ухода Ельцина в отставку 47 % не согласились с его утверждением, что «действия военных в Чечне безупречны» и лишь 25 % выразили с этим согласие, однако, оценивая «ход военной операции в целом», 12 % все же посчитали ее «полностью успешной», 34 % охарактеризовали ее как «скорее успешную, чем нет», 21 % оценили ее как «скорее неуспешную» и лишь 6 % сочли ее «совсем неуспешной». Значительное число в 27 % затруднились дать оценку ходу военной операции в Чечне. Наиболее критически оценивают ход операции сторонники Явлинского – среди них число негативных оценок превышает число позитивных в соотношении 46 %:42 %; наиболее оптимистическая оценка – среди сторонников «Единства» и Путина.

В то же время за последние недели произошел некоторый сдвиг в оценке того, «изменится ли отношение к Путину, если война в Чечне затянется на несколько месяцев». Если раньше почти половина утверждала, что их отношение к Путину не изменится, и только четверть полагала, что отношение ухудшится, то в середине января эти оценки почти выровнялись: 38 % сказали, что их отношение к Путину при затягивании войны не изменится, и 34 % сообщили, что ухудшится. Наиболее благосклонны в этом отношении к Путину сторонники «Единства» и СПС, наиболее критичны – сторонники Жириновского, Зюганова и Явлинского. Очевидно, что дружба политбюро КПРФ с Кремлем не поддерживается безоглядно рядовыми избирателями.

Не очень нравится народу, уже привыкшему к захватывающим предвыборным состязаниям с неожиданным появлением «темных лошадок» и схождением с круга стопроцентных лидеров, что на этом президентском заезде соревнования вроде и не ожидается. Ровно 50 % не одобряют того, что на президентских выборах «у Путина не будет реальных соперников» – «избирателям должен быть дан реальный выбор». В то же время у 23 % этот факт не вызывает никакого протеста, «потому что он – лучший кандидат». Еще 15 % ответили, что для них неважно, сколько будет кандидатов, и 12 % затруднились ответить.

Разделились мнения по поводу того, прав ли был Путин, гарантируя «неприкосновенность Б. Ельцину после того, как он ушел в отставку» – 41 % это не одобрили, 37 % одобрили и 22 % затруднились ответить. Наиболее критически к этому решению отнеслись сторонники Зюганова – 63 %, Примакова – 58 % и Жириновского – 54 %, тех, кто против указа Путина о неприкосновенности Ельцина.

Однако на популярность Путина все эти нюансы пока никакого влияния не оказали. По-прежнему 62 % вероятных избирателей, тех, кто, скорее всего, придет на выборы, собираются голосовать за Путина как кандидата в президенты. Этот уровень держится с того момента, когда Ельцин ушел в отставку и назначил Путина своим и.о.

Оценка Путина как премьера несколько снизилась – на 6 пунктов с момента думских выборов, но по-прежнему держится на очень высоком уровне – 66 % одобряют деятельность правительства Путина и лишь 8 % оценивают ее отрицательно при 26 % затруднившихся ответить. При этом даже среди сторонников Зюганова и КПРФ число людей, положительно оценивающих работу правительства Путина, значительно превышает число тех, кто оценивает ее отрицательно.