Как начиналась эпоха Путина. Общественное мнение 1999–2000 гг.

Примерно та же картина и в президентской избирательной гонке. Хотя не собираются в них участвовать несколько меньше избирателей – 21 %, но не определились с выбором еще 23 %. Из оставшейся половины поровну – по 23—22 % – набирают Зюганов и Примаков, также рядом идут Лужков и Явлинский – 14 % и 12 %. На пятое место вышел Степашин с 9 %. За ним – Жириновский с 6 %. При этом если Примаков набирает очки, то Лужков теряет: его избирательский рейтинг с конца июля до конца августа упал с 21 % до 14 %.

Их положение в турнирной таблице демонстрирует и сравнение их шансов в воображаемом втором туре выборов. Оба политика легко выигрывают у всех остальных претендентов, но наибольшие трудности испытывают в соревновании друг с другом. Если бы такие выборы состоялись сейчас, в соотношении 37 %:17 % победил бы Примаков. И немудрено – сейчас Примаков самый популярный политик, население считает его наиболее уважаемым деятелем, которому можно доверять больше других политиков. Что уж говорить, если его чаще других называют «отцом нации» – вдвое больше, чем Лужкова и Зюганова. Шансы Примакова победить на президентских выборах 20 % населения считают наивысшими, шансы Лужкова как максимальные оценивают 16 %. Месяц назад ситуация была обратная.

Как бы ни соревновались в риторике на экранах телевизоров кандидаты в президенты и партийцы, создавая замысловатые блоки и коалиции, им придется скоро доказывать избирателям свои способности решать наиболее тяжелые проблемы страны. И наиболее острой проблемой, беспокоящей народ, остается рост цен – ее назвали самой тяжелой 26 %. По 13 % назвали невыплату зарплаты и пенсий и «слабость государственной власти». Безработицу назвали самой острой проблемой 10 %; 9 % – преступность; 7 % – «отсутствие программы развития страны»; 6 % – «кризис морали, культуры»; 4 % самой острой проблемой посчитали «обострение национальных конфликтов». Эта оценка проявляется, в частности, в отношении к вооруженному конфликту в Дагестане. 81 % считают, что там идет настоящая война, лишь 9 % так не думают.

Однако время стирает память народа даже о войнах.

В годовщину начала Второй мировой войны 69 % из тех, кто дал какие-либо ответы, вспомнили, что в числе ее первых участников была Германия, 33 % назвали Польшу и еще 20 % – СССР. Но и Францию включили в число первых участников 17 %. Затруднились вообще ответить на этот вопрос 54 %.

Надо сказать, что люди забывают и детали собственной биографии. Хотя 79 % смогли вспомнить, как звали их первого учителя, 16 % этого не помнили и 5 % затруднились ответить.

«Новое время». № 37, 19 сентября 1999 г.

Путин – человек месяца

Военный конфликт в Дагестане продолжает волновать людей. При этом многим непонятно, что там на самом деле происходит. 34 % полагают, что армия и МВД «контролируют ситуацию» там, 43 % считают, что не контролируют. В любом случае, восемь десятых населения считает, что там идет настоящая война. При этом реляции военных об успехах воспринимаются большинством людей скептически. После взятия ряда сел и сообщений о скором конце операции лишь 13 % поверили, что это конец войны, 66 % так не считали.

Более того, большинство населения полагает, что корни этого конфликта – в Москве. 67 % людей считают, что в самой России есть группы, «которые поддерживают, финансируют чеченских боевиков», лишь 12 % так не считали и 21 % затруднились дать оценку событиям.

Для многих события в Дагестане, участие в них чеченских боевиков усиливают тлеющий страх перед чеченским терроризмом. Так, подавляющее большинство людей по всей стране узнали о взрыве на Манежной площади в Москве. И большая часть из тех, кто высказал мнение об авторстве теракта, считают, что это дело рук «чеченских террористов».

Поскольку в развитии конфликта на Кавказе население в первую очередь винит правительство и президента, от них ждут и решения проблемы. Пока же правительство В. Путина медленно, но верно набирает очки в глазах народа. Гипноз «начальства» действует. Не успел Путин прослужить и месяца, как население в опросах присваивает ему титул «человек месяца». Хотя большинство постеснялось присвоить кому-либо такой титул, все же так назвали Путина в два раза больше людей, чем Примакова и Степашина, следующих за ним в этой оценке.

Вообще последние полгода у нас «человек месяца» – премьер. Но лучший «человек месяца» – это только что снятый премьер. Так что у Путина еще все впереди. Тем не менее и в более конкретной оценке – деятельности правительства Путина – положительная оценка выросла за месяц с 12 % до 21 %. Отрицательная же составляет 17 % и растет медленнее. Число людей, затруднившихся оценить деятельность правительства, пока больше половины – 62 %, но месяц назад таких было 75 %.

Постепенный рост популярности Путина в массах проявляется и в том, что он уже называется участниками опросов в качестве потенциального кандидата в президенты. Пока еще его избирательский рейтинг составляет несколько процентов, но, например, в сопоставлении с другими кандидатами в гипотетическом втором туре он уже стоит в одном ряду с устоявшимися публичными политиками. В последнем таком сравнении пар оценивались шансы Степашина и других претендентов. Поддержка потенциальных избирателей распределяется таким образом, что Степашин явно проигрывает лишь Примакову – 19 %:40 %. Лужкову он проигрывает, но в напряженной борьбе – 24 %:28 %. Остальных Степашин обходит, причем достаточно убедительно – это по сегодняшним настроениям избирателей, если бы выборы были завтра. Зюганова и Явлинского он опережает в полтора раза – 32 %:21 % и 27 %:17 % соответственно. Еще легче он расправляется с Лебедем и Кириенко – 31 %:14 % и 31 %:11 %. Следующая группа претендентов пока не ровня Степашину. С Жириновским счет 35 %:9%, с В. Рыжковым – 30 %:9%, с Путиным – 31 %:7% и с Черномырдиным – 33 %:7%. Как мы видим, Путин на одном уровне с ветеранами сцены и даже несколько обгоняет Черномырдина.

Однако фаворит по-прежнему Примаков. Его избирательский рейтинг уже месяц как равен Зюганову – 21–22 %. Но при этом катится вниз рейтинг Лужкова: с конца июля, когда началось падение, он снизился с 21 % вероятных избирателей, которые уже сделали выбор кандидата, до 13 %. Столько же у Явлинского, чья поддержка избирателей остается на одном уровне с начала августа. При этом Примаков обогнал Лужкова и по такой оценке, как шансы на победу в президентских выборах, в представлениях населения. Сейчас предсказывают победу Примакова 21 %, Лужкова – 15 %, Зюганова – 11 %, Степашина – 6 %, Явлинского – 4 %, Жириновского – 3 %.

Такая растущая поддержка Примакова не проявляется пока в росте популярности руководимого им блока «Отечество – Вся Россия». Поддержка отдельно взятого «Отечества» несколько снижается, суммарного блока – немного растет, и в сумме они набирают 24 %, но этот рост заморозился. И в любом случае это в два раза меньше обещанной народом 50 %-ной поддержки любого движения, если только его возглавит Примаков. Так население реагировало на разговоры о возвращении Примакова в политику все лето.

«Новое время». № 38, 26 сентября 1999 г.

Последний рейтинг: Брежнев, Андропов, Сталин, Ленин

Если те силы, которые стоят за возобновлением военного конфликта вокруг Чечни и терактами в России, ставили целью раздуть воинственные настроения в стране и дестабилизировать общество, то они своего добились: джингоизм завладел страной. Прежде всего, три четверти населения считают, что военные действия в Дагестане были «актом агрессии против России со стороны Чечни». Слова Масхадова о непричастности официального Грозного к рейдам боевиков услышаны не были.

Вообще, для большинства народа Чечня – отрезанный ломоть: лишь 28 % считают ее субъектом федерации, 51 % не считают и 21 % затрудняются дать оценку. Подавляющее большинство в 82 % поддерживает закрытие административных границ с Чечней, лишь 7 % не одобряют этого и 11 % затруднились ответить. При этом нет и уверенности, что закрытие границ поможет предотвратить новые военные действия в Дагестане, – 47 % считают, что блокада границ этому поможет, 28 % так не считают. Еще более пессимистически оценивает население возможность борьбы с терроризмом. 83 % считают, что вполне возможно повторение террористических актов, взрывов на территории России. Лишь четверть полагает, что виновники терактов будут наказаны, а половина в это не верит.

В результате этих настроений 49 % поддержали предложения о нанесении «бомбовых ударов по территории Чечни в ответ на террористические акты», отрицательно отнеслись к этому 36 %, затруднились высказать какое-либо мнение 36 %.

Пока не оправдались прогнозы о готовности населения поддержать введение в стране чрезвычайного положения в связи с ситуацией на Кавказе: за введение ЧП высказались лишь 21 %, против – 65 % и не дали оценки 14 %.

В основном как результат жестких мер правительства по отношению к Чечне следует рассматривать буквальный взлет одобрения «деятельности правительства В. Путина» за последние две недели – с 21 % до 48 %; соответственно неодобрение снизилось с 63 % до 42 %. Это соотношение уже выше, чем у Степашина на пике его популярности, в последнюю неделю перед отставкой – 42 %:41 %.

Соответственно, Путин вышел на пятое место в качестве потенциального кандидата в президенты, по оценкам вероятных избирателей, – за него были бы готовы проголосовать сейчас 8 % избирателей. Путин обошел по уровню поддержки Жириновского и Степашина и следует за Лужковым с его 11 % поддержки, Явлинским – с 13 %, Зюгановым – с 20 % сторонников и стабильным лидером последних полутора месяцев Примаковым, чей рейтинг 24 %.

За это время в соотношении сил основных претендентов выявились три стойкие тенденции: рост популярности Примакова, стабильный уровень поддержки Зюганова и Явлинского и значительное падение электорального рейтинга Лужкова. Очевидно, избиратели поверили заверениям Лужкова о нежелании выставлять свою кандидатуру и готовности поддержать Примакова. Во всяком случае, такая поддержка не прошла незамеченной – 75 % населения в ответ на вопрос, «кого бы вы посчитали единомышленниками Примакова», назвали Лужкова.

С другой стороны все эти рейтинги нынешних политиков бледнеют в сравнении с тем, как население оценивает в ретроспективе всех лидеров уходящего века. На первом месте – вы бы ни за что не угадали – идет Брежнев, он вызывает наибольшие симпатии у 13 %, затем следуют Андропов и Сталин – они набрали по 9 % голосов, далее идут Ленин и Хрущев – по 5 %. Затем были названы Горбачев и Примаков – по 4 % голосов; по 2 % получили Киров и Николай II; 1 % – Столыпин. 5 % назвали других лидеров и 41 % затруднились назвать кого-либо из политиков, кто им симпатичен.

Чтобы не было сомнений относительно случайности этого выбора, респондентам были заданы вопросы по лидерам в отдельности. Например, «как вы относитесь к Сталину?». Отрицательное отношение высказали 44 %, положительное – 28 %, не смогли дать оценку тоже 28 %. Иными словами, отрицательно относятся к Сталину меньше половины населения.

Больше того. Аккордом уходящей администрации и восьмилетия радикальных реформ можно считать отношение народа к Ленину. Положительно относятся к вождю мирового пролетариата 40 %, отрицательно – 28 %, еще 32 % не смогли дать оценки своего отношения.

Сходно и отношение к Брежневу – 40 % положительных оценок, 34 % отрицательных, 26 % затруднились дать ответ.

Лидеры перестройки и нынешних реформ заметно проигрывают вождям коммунистической эпохи. Отрицательно относятся к Горбачеву 58 %, положительно лишь 20 %, затруднились дать оценку 22 %. Место в истории Б. Ельцина еще трудно определить, но сегодняшнее отношение населения к его деятельности на посту президента незавидное: 86 % оценивают ее отрицательно, 3 % положительно и 11 % не могут дать оценки. Трудно ожидать от народа более высокой оценки, если 77 % верят сообщениям прессы, что члены семьи президента и его окружения имеют в западных банках миллионные счета, лишь 6 % этому не верят, остальные или не слышали об этом, или затрудняются что-либо сказать.

Вообще общий настрой людей, их отношение к положению в стране и к ее лидерам красноречиво показывают ответы на вопрос, «в какой стране мира вы бы хотели, чтобы жили ваши дети». Россию выбрали немногим больше половины – 56 %.

«Новое время». № 39, 3 октября 1999 г.

Точечные удары по Чечне и по мафии

Нация разделилась. На тех, кто за бомбардировку Чечни, – их большинство, 56 %, и на тех, кто против, – их 30 %. В конце сентября соотношение было 49 %:36 %. Число бомбистов растет. И действительно, если Запад бомбил «нашу» Югославию, то мы тем более можем бомбить «свою» Чечню. И на этот раз гораздо больше уверенности в победе, чем в прошлой чеченской войне: 60 % населения считают, что «российская армия сможет уничтожить боевиков на территории Чечни», в три раза меньшее число – 22 % считают, что не сможет, остальные не знают.

Вообще, опыт НАТО в операции против Югославии произвел впечатление: многим представляется заманчивым, не вводя войска, покарать террористов с воздуха. Поэтому отношение к вводу войск в Чечню и наземным операциям более осторожное: 45 % поддержали ввод российских войск в Чечню, 40 % не поддержали и 15 % затруднились дать оценку.

Что встречает всеобщий энтузиазм, так это блокада Чечни – полное закрытие границ с ней, в том числе и потому, что большинство в соотношении 5:3 уже не считает ее частью России, субъектом Федерации. Отчасти поэтому – это уже не наши люди – нет всеобщей поддержки помощи беженцам из Чечни. 65 % считают, что «российское правительство должно оказать помощь беженцам из Чечни», 21 % не считают и 14 % затрудняются ответить.

Вяло поддерживает население и необходимость переговоров с чеченским правительством – 44 % считают, что Ельцин должен встретиться с президентом Чечни Масхадовым, 35 % так не считают и 21 % затрудняются дать оценку.

Пока жесткая позиция правительства Путина по отношению к Чечне – блокада, ввод войск и бомбежки встречала значительное одобрение населения и привела к резкому росту его популярности и одобрению деятельности правительства. За сентябрь положительная оценка правительства Путина выросла с 21 % до 42 %. Но в начале октября рост одобрения замедлился. Народ ждет дальнейших побед на этом фронте, вялотекущая операция не впечатляет.

В то же время популярность Путина как потенциального кандидата в президенты продолжает расти. За первую неделю октября его электоральный рейтинг скакнул с 8 % поддержки вероятными избирателями до 15 %, и он вышел на третье место после Примакова с 22 % и Зюганова с 19 %, обойдя Явлинского и Лужкова. Фактически Путин отобрал часть избирателей у Примакова, чей рейтинг снизился за последние три недели с 26 % до 22 %. Путин также вышел на третье место в оценках населения – кто имеет наибольшие шансы выиграть выборы. На первом месте по-прежнему Примаков – его назвали 21 %. Но дальше фактически на равных идут Зюганов, Путин и Лужков с 10–11 %.

Немаловажно, что пока против Путина мало кто настроен резко отрицательно. Есть такой «антирейтинг» – оценка избирателями, за кого они ни за что не стали бы голосовать на президентских выборах. Лидирует в нем Жириновский – за него «ни в коем случае» не стали бы голосовать 26 % населения. За ним следует Ельцин с 23 %, затем Зюганов – 16 %. Против Путина категорически настроены меньше 1 %.

Важный момент на выборах для нашего эмоционального народа – личная симпатия к политику. Так вот по этому признаку Путин вышел на второе место. Примакова назвали политиком, который «Вам лично симпатичен больше всех», 18 %, Путина – 11 %. И за ним уже следуют Явлинский, Зюганов, Лужков. Недавний любимец публики Степашин получил лишь 4 %. Симпатии народа вещь непостоянная.

Как мы не раз писали, все премьеры последних лет, когда их популярность достигала 50 %, Кремлем отторгались. Путин опасный порог перешагнул – поддержка его правительства уже составила 51 %.

Кроме того, близость к Кремлю в свете разворачивающегося скандала с ворованными деньгами, отмывающимися в западных банках, становится все опаснее. Подавляющее большинство в 80 % «верит сообщениям прессы, что из России через американские банки уходили миллиарды долларов русской мафии». Лишь 7 % этому не верят и 13 % не знают, что сказать. При этом широко обсуждаемый в прессе тезис о тайных злокозненных силах, которые затеяли и раздувают этот скандал, не встретил энтузиазма у населения. 17 % соглашаются, что в скандале могут быть заинтересованы «противники Ельцина», еще 16 % – что это могут быть «антироссийские круги в США», 8 % – что это злой гений Березовский, 7 % – коммунисты. Половина не видит тайных пружин – воров поймали за руку, какие тут тайные силы.

И главное – по мнению населения – не только «русская мафия» сливает незаконные капиталы за границу. 77 % народа верит, что «члены семьи президента и его окружения имеют счета с очень крупными вкладами в западных банках». Только 6 % этому не верят. Остальные не слышали об этом или не знают, что и думать.

В свете массового воровства народных денег под красивым названием «коррупция» и массового негодования по этому поводу, для претендентов на высокие посты антикоррупционная риторика или какие-нибудь результаты на этой ниве могут принести значительные очки. В этом плане у Путина еще большие резервы. Пока особой веры, что кто-то добьется в этом прорыва, у населения нет. Надеются на Примакова 11 %, на Зюганова – 7 %, на Степашина – 6 %, на Путина – 5 %. Вот если бы Путин, а не ФБР, нанес точечный удар по «русской мафии», отмывающей наши деньги.

«Новое время». № 40, 10 октября 1999 г.

Будет ли трехпартийная дума?

До выборов в Думу два месяца, разговоров о них все больше, каждую неделю появляется новый блок или партия, а интерес народа к выборам почти не растет. За последние полгода практически неизменные 30 % населения не собираются идти голосовать, 10 % затрудняются дать ответ и около 60 % обещают сходить на выборы. За последние два месяца с созданием блока тяжеловесов Примакова – Лужкова число таких вероятных избирателей подросло на 2–3 %. Но и среди них ясности, за кого они будут голосовать, еще нет.

23 % населения – или больше трети вероятных избирателей – не знают, за какую партию или блок они будут голосовать. Многие из них определятся лишь за неделю до выборов, а то и прямо на избирательном участке. Если еще отбросить треть бойкотирующих выборы, то на долю сторонников партий, собирающихся за них голосовать, остается не так много людей. Так, сторонников КПРФ, которая держит первое место, 14 %. За «Отечество – Вся Россия» готовы голосовать 12 %, за «Яблоко» – 10 %, за ЛДПР – 4 %, за другие партии и блоки – 9 %. Если же сосчитать только определившихся с выбором, т. е. реальных избирателей, то состав Думы, случись выборы в «следующее воскресенье», был бы таким. 29 % голосов получает КПРФ, 24 % – «Отечество – Вся Россия», 20 % – «Яблоко», 8 % – ЛДПР и 5 % – НДР. Остальные получили бы значительно меньше роковых пяти процентов.

Примерно так же оценивают сами участники опросов шансы партий пройти 5 %-ный барьер. Большинство уверены, что с гарантией проходят в Думу лишь КПРФ, ОВР и «Яблоко». Пятая часть полагает, что шансы есть и у НДР, и у ЛДПР. Лишь 10 % считают, что барьер преодолеет «Единство». Остальным места в Думе не будет.

Места в первой тройке распределились уже больше месяца. При этом в конце сентября блок «Отечество – Вся Россия» догнал КПРФ, но затем избирательный рейтинг ОВР снизился на 4 %. Два месяца не меняется уровень поддержки «Яблока». Однако главные баталии еще впереди, после окончания регистрации, и тут наш неуверенный избиратель вполне может поменять свои привязанности.

И уж во всяком случае, могут быть какие угодно сюрпризы в президентской гонке. Кстати, интерес к ним тоже достаточно стабильный: весь нынешний год три четверти населения заявляют о своем намерении принять участие в президентских выборах, 20 % не собираются участвовать и 6–7 % не уверены. Неожиданной кометой воспарил на электоральном небосклоне Путин. Он уверенно держится в первой тройке претендентов, с 17 % поддержки вероятных избирателей, после Зюганова с 19 % и Примакова с 21 %. Но, в отличие от партийной поддержки, здесь никакой стабильности нет. На первых местах уже перебывали и Зюганов, и Примаков, и Лужков, и Явлинский, и Степашин. Колебания избирательской поддержки здесь сплошь и рядом идут скачками. Пока кривая Путина круто идет вверх. Более того, 54 % участников опроса считают, что Путин имеет шансы стать президентом России в 2000 году. Лишь 22 % с этим не согласились и 24 % затруднились дать оценку. По уровню народной симпатии – высказанной в опросах оценке «лично симпатичен больше всех» он уже сравнялся с Примаковым – 15 % и 16 %, оставив позади Зюганова с Явлинским – по 9 % и Лужкова с 7 %.

Вообще электоральная популярность Лужкова неуклонно снижается – за последние два месяца его рейтинг как кандидата в президенты снизился с 21 % до 8 %. Отчасти это вызвано его заявлениями о нежелании участвовать в президентской гонке, а отчасти – усилившейся критикой в прессе. При этом большинство населения – 57 % – считает, что Лужков не должен отмалчиваться и ему следует «реагировать на резкую критику в его адрес». Лишь 20 % так не считают и 23 % не смогли дать оценку. Такая критика, в частности на ОРТ, не прошла незамеченной – за прошлую неделю из-за передач Доренко аудитория ОРТ выросла с 35 % до 41 %, а число сторонников Лужкова, готовых проголосовать за него, снизилось еще на 2 %.

Пока скандал вокруг дач в Испании несколько потеснил отмывание денег «русской мафии» в Нью-Йорке и сводки с чеченского фронта. Что там реально происходит, мало кому понятно. Пока же поддержка действий российской армии в Чечне стабильна: 46 % их одобряют и 40 % не одобряют при 14 % затруднившихся ответить. Очевидно, от того, как там будут развиваться события дальше, зависит и оценка деятельности правительства Путина. Сейчас рост положительной оценки остановился на уровне 51 %. И при всем нынешнем джингоизме все же большинство в соотношении 44 %:35 % считает, что Ельцину нужно встретиться с Масхадовым.

«Новое время». № 41, 17 октября 1999 г.

«Чеченский синдром» против «вьетнамского»

По мере успешного продвижения российской армии вглубь Чечни росла и поддержка действий армии и правительства населением. Если в начале военных действий месяц назад 45 % поддержали ввод российских войск в Чечню, а 40 % не поддержали, то в последнюю неделю «положительно оценили действия российской армии в Чечне» уже 52 %, а отрицательно – 26 %, 22 % затруднились дать оценку. В той же пропорции распределились и люди, настаивающие на более активных действиях армии в Чечне: «за» – 53 %, «против» – 25 %. 22 % не смогли дать оценку.

Так же неуклонно росла поддержка населением деятельности правительства В. Путина. Сейчас положительная оценка достигла 60 %. Отрицательно оценивают правительство лишь 10 %, 30 % затрудняются дать оценку. За месяц положительная оценка выросла вдвое – с 30 % до 60 %. Путин пока больше всех выигрывает от нынешнего захватившего народ «чеченского синдрома» – дожать террористов, взять реванш за поражение в прошлой чеченской войне. Однако маловероятно, чтобы этот настрой был долговечен.

Как известно, «вьетнамский синдром» в США претерпел во время вьетнамской войны поворот на 180 градусов – от всеобщего лозунга «дожать бандитов Вьетконга» до столь же массового требования вывести войска оттуда и никогда больше не вмешиваться в наземные войны за границей – после того как число прибывающих из-за океана гробов, завернутых в звездно-полосатые флаги, стало исчисляться десятками тысяч. Потребовалось четверть века, пока население одобрило антииракскую «Бурю в пустыне». Куда далеко ходить – у нас уже был афганский опыт.

Пока же Путин лидирует по всем показателям. В середине октября его избирательский рейтинг превысил рейтинг Примакова: сейчас за него собираются голосовать на президентских выборах, случись они через неделю, 24 % вероятных избирателей, сделавших на данный момент свой выбор. За Примакова проголосовали бы 20 %, за Зюганова – 19 %, за Явлинского – 11 % и за Лужкова – 6 %. Если посмотреть на график изменения этих рейтингов за два месяца, то кривая Путина выглядит, как взлет ракеты «земля – воздух», в то время как кривые остальных кандидатов похожи на траектории планеров. Плавно снижается рейтинг Лужкова, понемногу теряет высоту Явлинский, за последний месяц «клюнул» вниз Примаков – его поддержка вероятными избирателями снизилась на 6 %.

Путин обогнал Примакова и по такому показателю, как оценка населением шансов потенциальных кандидатов выиграть президентские выборы в 2000 году. В начале сентября лишь 1 % населения считали, что у Путина есть реальные шансы выиграть президентские выборы, сейчас 20 % считают, что у него наибольшие шансы на победу. 19 % по-прежнему наибольшие шансы видят у Примакова. За ними следуют Зюганов – 10 %, Лужков – 6 % и Явлинский – 4 %.

Относительное затишье в думской избирательной кампании, связанное с регистрацией партий, проявилось в стабилизации поддержки основных партий и блоков потенциальными избирателями. По-прежнему стабильно лидирует КПРФ с нынешней поддержкой 30 % вероятных избирателей, сделавших свой выбор партии. За ней идет «Отечество – Вся Россия», чья поддержка последние две недели держится на уровне 24 %, что ниже рейтинга середины сентября в 28 %. Примерно на одном уровне – 21 % – поддержка «Яблока».

Самое интересное и жизненно важное для партийных лидеров – это как себя поведут не попадающие в эти рейтинги 28 % населения, которые сейчас говорят, что они не пойдут на выборы. А если все-таки пойдут, кого они поддержат? А как себя поведут еще более важные для исхода выборов 26 %, которые говорят, что на выборы, наверное, пойдут, но за кого голосовать, еще не решили? И, наконец, насколько твердо решение тех, кто говорит, что свой выбор уже сделали. Некоторый свет на эти загадки проливают результаты опросов.

Прежде всего, об определившихся. Чуть больше 60 % сделали свой выбор партии в первой половине этого года или раньше, треть – месяц-два назад, неделю-две назад или вообще «на днях». Сходная картина была и на прошлых думских выборах в 1995 году. Около половины избирателей сделали свой выбор в первой половине 1995 года или раньше, 15 % – осенью и еще 15 % – за две-три недели до выборов, за несколько дней до голосования или вообще на участке. Остальные не могли вспомнить.

При другом подходе: «насколько окончателен ваш выбор?», две трети сказали, что окончательный, 16 % признались, что не окончательный, и 15 % затруднились дать ответ. При этом наиболее твердыми оказались «твердые ленинцы», сделавшие «окончательный выбор» в КПРФ больше, чем в других партиях. Очень похожая картина была и на прошлых выборах – две трети не меняли свой выбор, 16 % меняли и остальные не могли вспомнить. При наименьшем числе перебежчиков в рядах КПРФ.

О том, насколько могут меняться партийные предпочтения в завершающую часть кампании, могут сказать ответы людей на вопрос, «почему они выбрали «свою» партию». Половина избирателей и сейчас, и в 1995 году назвали в качестве причины близость целей, позиций, программы партии. По 12—14 % голосовали из-за лидера, 13—16 % «всегда голосовали за нее». Основное отличие тогда и сейчас в том, что в 1995 году лишь 8 % выбирали партию, чтобы «сменить власть», сейчас – 18 %. При окончательном выборе партий сегодня эта причина сыграет свою роль.

«Новое время». № 42, 24 октября 1999 г.

Особый путь России

Затихли разговоры о «русской национальной идее», совсем перестали ее искать, а народ тем не менее живет в ожидании, когда кто-нибудь четко скажет, в чем российский смысл жизни, куда мы идем. Три четверти населения считают, что «Россия – особая страна, поэтому главное для нее – найти свой путь». Несколько больше половины людей соглашаются, что жить по Конституции это и есть главная идея, но большинству все же хочется чего-то великого: 75 % полагают, что «только возродив высокую духовность, великую культуру, мы поднимем страну».

Кто же выведет страну на ее «особый путь», возродит духовность и величие? Совсем недавно большинству казалось, что это Примаков. В мае две трети одобряли его деятельность на посту премьер-министра, затем все лето он был самым популярным кандидатом в президенты, половина избирателей была готова проголосовать за любой блок или партию, которую бы он ни возглавил. Но вот на политическом небосклоне появился Путин, и всем стало ясно, что путь к величию лежит через Чечню. Завоюем Чечню раз и навсегда, разгромим боевиков. Это ко всему прочему и наш реванш за поражение в первой чеченской войне и за унижение в Югославии. Во всяком случае, большинство поддержало сначала бомбардировки, потом блокаду границ Чечни, а потом и ввод войск. Соответственно, поддержка правительства Путина за сентябрь выросла вдвое – с 21 % до 42 %.

За октябрь положительная оценка деятельности правительства Путина достигла рекордной высоты – 61 %. Он обогнал на 1 % Примакова в последнюю неделю его пребывания на посту премьера в мае. Что там Примаков, он почти догнал Рейгана в зените его славы во второй президентский срок с 62 % положительной оценки. Но еще не вечер, будет взята и эта высота. Например, когда падет Грозный. Под стать высокой оценке деятельности правительства и другие оценки Путина. Он самый популярный политик – 17 % назвали его как «политика, который симпатичен больше всех». На 2 % отстал Примаков, 9 % назвали Зюганова, 7 % – Явлинского, 5 % – Лужкова.

Этот взлет популярности Путина вылился в главное – его зовут в президенты. В начале октября Путин обогнал Примакова по уровню избирательского рейтинга – за него готовы сейчас проголосовать как за президента 25 % вероятных избирателей, за Примакова лишь 20 % и 19 % – за Зюганова. Позади Явлинский с 10 % и Лужков с 7 %.

Правда, у Путина есть один недостаток, в глазах населения – он «преемник». А быть преемником Ельцина это грех. Уже полгода подавляющее большинство населения заявляет, что не поддержит на президентских выборах «того кандидата, которого Б. Ельцин назовет своим преемником» – таково решение 60 %, лишь 6 % готовы поддержать преемника и 34 % затрудняются сделать выбор. Хуже может быть только поддержка Березовского – за такого человека проголосуют лишь 3 %, не проголосуют 75 %, остальным безразлично, кто кого поддерживает.

У Путина не только ореол преемника; многие считают, что на посту премьер-министра – он прежде всего представляет «интересы Б. Ельцина и его окружения» – так думают 25 %. 21 % полагают, что он представляет «интересы всего народа», и 10 % – «интересы военных». Ко всему прочему, для 2 % людей за Путиным видится тень Березовского и еще для 2 % – «олигархов». Но Путину это пока мало вредило. Напротив, все больше людей считают, что у него наилучшие из всех политиков шансы выиграть президентские выборы. Ему прочат победу 22 %, Примакову уже меньше – 18 %, лишь 10 % – Зюганову, 6 % – Лужкову, 3 % – Явлинскому.

В думской кампании затишье перед боем. Из-за долгой регистрации в избиркоме активной агитации партии не вели, и их избирательские рейтинги уже месяц стабильны – около 30 % сторонников у КПРФ, 25 % вероятных избирателей, сделавших свой выбор, готовы проголосовать за блок «Отечество – Вся Россия» и 20 % – за «Яблоко». По 7 % сторонников у «Блока Жириновского» и «Единства». Замыкает первую шестерку «Союз правых сил» с 5 %-ным электоральным рейтингом. Когда начнутся активная пропаганда и агитация, то борьба развернется вокруг трети избирателей, еще не надумавших голосовать, или не выбравших партию по вкусу, или выбравших не наверняка и готовых передумать.

Чем бы ни пытались лидеры партий и блоков завлечь избирателей, вопросом № 1 в избирательной кампании оказалась чеченская война, и настроения избирателей – пока – за войну до победного конца. Большинство населения в соотношении 53 %:25 % выступает за то, чтобы российская армия «начала более активные действия в Чечне». Случись выборы завтра, и дополнительные голоса наберут наиболее воинственные партии и их лидеры.

В разгар кампании возникнет и «Белорусский вопрос» – обсуждение нового договора о создании союзного государства России и Беларуси. При этом две трети населения, еще не зная сути нынешнего договора, в принципе за объединение. И вообще 55 % против 26 % поддерживают высказывание, что «историческая миссия России – собирание народов в единый союз, который стал бы преемником Российской империи и СССР».

Однако ностальгия по имперскому величию соседствует в умах людей с идеями, которым порадовался бы Адам Смит и которые вполне укладываются в принципы «либерализма-лессеферизма»: 80 % людей считают, что «главное – каждому честно трудиться и много зарабатывать, тогда и страна у нас будет богатая и сильная».

«Новое время». № 43, 31 октября 1999 г.

Синдром потери кумиров

За валом внутренних российских проблем визит в Москву А. Лукашенко не привлек должного внимания. Его гневные филиппики в адрес Запада – обычно весьма популярная у россиян тема – не вызвали большого внимания публики. Почти 40 % не знали о визите или не видели выступлений Лукашенко. На остальных его речи тоже не произвели большого впечатления: у 38 % людей отношение к Лукашенко не изменилось «после его последнего визита и публичных выступлений». Но все же у 18 % отношение улучшилось и лишь у 6 % ухудшилось.

Этот визит не привлек дополнительного внимания и к тому, ради чего он был задуман – к обсуждению проекта договора о создании Союзного государства России и Беларуси. В результате пока всенародного обсуждения не получилось. 16 % россиян ничего не слышали о договоре или не могли ничего о нем сказать. Половина населения лишь слышала о существовании такого проекта, но не знала, что в нем содержится. Лишь немногим больше трети были в той или иной степени знакомы с проектом – 30 % сказали, что они «знают договор в общих чертах» и 5 % сообщили, что «читали текст договора». Явно мало для обсуждения и тем более референдума.

Тем не менее определенные представления относительно самой идеи объединения двух народов у населения есть. Прежде всего, практически с самого распада СССР, большинство населения России в принципе выступает за объединение белорусского и российского народов. По данным последнего опроса, 62 % одобряют идею «объединения России и Беларуси», 15 % не одобряют и 23 % затруднились высказать какое-либо мнение по этому поводу. Несмотря на слабое знание деталей нового договора, основные подходы к такому объединению у населения сложились. Практически поровну – по 27—28 % разделились сторонники двух разных подходов – те, кто поддерживает «полное объединение России и Беларуси в одно государство», и те, кто предпочитает объединение в форме «союза двух независимых государств». Следующая альтернатива, которую поддерживают 16 % людей, это объединение, при котором Беларусь становится республикой России, и еще один вариант – это превращение областей Беларуси в субъекты Российской Федерации, эту идею поддерживают 5 % жителей России. 21 % не смогли сделать выбор.

Следует отметить, что почти половина – 45 % – полагают, что от объединения в равной мере выиграют обе страны. Заметно больше людей считают, что в большей степени выиграют жители Беларуси, чем России – 22 % и 8 %. Лишь 9 % не видят пользы от объединения ни для одной страны и 16 % не смогли дать оценку. На традиционный вопрос – кого хотели бы видеть президентом нового союза, половина опрошенных не дали ответа. По 11 % назвали Лукашенко и Путина, 8 % – Примакова, 5 % – Зюганова, по 2 % – Лужкова и Явлинского и по 1 % – Жириновского и Ельцина.

Пока же до введения поста президента «Бело-России» еще далеко, и для Путина более привлекателен трон российского президента. Здесь его шансы уже два месяца видятся населением наивысшими, по сравнению с другими политиками. Его победу на выборах в 2000 году предсказывают 26 %, 18 % полагают, что победит Примаков, 12 % – Зюганов. Победу Лужкова и Явлинского предсказывают лишь 5 % и 3 %. Готовы проголосовать за первых трех, если бы выборы были завтра, 29 %, 20 % и 19 %.

Несмотря на столь впечатляющий взлет популярности Путина за последние два месяца, на его пути появились первые подводные камни. Несмотря на то что всех сейчас волнует ситуация в Чечне, все же в долгосрочном плане проблема, которая больше всего беспокоит людей последние годы, это экономика. Рост цен в три раза превышает все другие проблемы по степени важности для населения, а в целом экономические проблемы назвали самыми беспокоящими 52 % населения. «Слабость государственной власти» назвали главной заботой 11 %, преступность – 10 %. И, отвечая на вопрос, «кто из политических деятелей сможет успешнее всего решить эти важнейшие проблемы», 47 % не смогли назвать такого политика или ответили, что «никто не сможет». Путина назвали 19 %, Зюганова и Примакова – по 10 %. Это заметно ниже, чем «положительная оценка» деятельности правительства Путина в 61 % или готовность голосовать за него, высказанная 29 % населения. Очевидно, его популярность в значительной мере зиждется на репортажах о победах в Чечне.

Но и здесь не все так ясно. Известно, что джингоизм вещь неустойчивая, он должен постоянно подпитываться новыми победами или угрозами внешнего врага. А воинственные настроения по поводу нашей стратегии в Чечне основаны на непрочном фундаменте. Неверно думать, что население будет вечно мечтать, чтобы «наши танки вышли к Ла-Маншу», т. е. войска прошли всю Чечню до грузинской границы, при этом невзирая на потери – своих войск и мирного населения. Вероятно, если бы наши войска к 7 Ноября взяли Грозный, то первая реакция была бы восторженной, однако уже сейчас наряду с наступательными призывами слышны и более осторожные, трезвые голоса.

22 % населения по-прежнему занимают наступательную позицию – «войска должны штурмовать Грозный и остальную территорию Чечни». В то же время большинство – 42 % высказываются за «продолжение осады и постепенное уничтожение боевиков», а 15 % считают, что надо «начать переговоры с правительством Масхадова». 17 % не имели ясной позиции.

Вообще, фавориты думской и президентской кампаний не должны забывать, насколько непостоянна народная любовь к политикам. Вспомнить хотя бы результаты референдума 1993 года – 59 % высказали доверие президенту Б. Ельцину и значительно меньше – 39 % ответили, что не доверяют ему. Сегодня в ответе на вопрос, «кого из политических деятелей вы считаете наиболее коррумпированным, корыстным, нечестным», больше всего, 29 % респондентов, давших ответ, назвали Б. Ельцина; 25 % – Березовского, 11 % – Чубайса, 9 % – Лужкова, 7 % – Черномырдина, 5 % – Жириновского. Как сказано, «не сотвори себе кумира».

«Новое время». № 44, 7 ноября 1999 г.

Война до полного конца

Войска в Чечне подтягиваются для решающего штурма или для решающей осады, и чего у армии сейчас в достатке, так это народной поддержки ее действий в Чечне. По крайней мере, многие люди выражают ее в ответах на вопросы анкет социологических опросов. Насколько эта поддержка серьезна и долговечна, сказать трудно, известно лишь, что настроения народа уходят так же быстро, как и приходят.

В целом за последние два месяца общество разделилось на следующие условные группы по отношению к войне в Чечне. «Ястребы» – сторонники войны до победного конца, занятия войсками всей территории Чечни, – составляют примерно половину или даже больше всего населения. «Голуби» – выступающие за прекращение военных действий и переговоры – составляют четверть населения. И еще примерно четверть не имеют четкой позиции. Так что перераспределение между этими группами может быть значительным.

Во всяком случае, сегодня большинство в 60 % «разделяют мнение военных, что с чеченскими лидерами нельзя вступать в переговоры». 21 % такого мнения не разделяют и 19 % затрудняются дать оценку. «Ястребы» считают, что взятием Грозного ограничиваться нельзя и нужно идти дальше: 71 % полагают, что «чеченскую войну нельзя будет считать законченной, когда российские войска займут Грозный». Лишь 11 % придерживаются противоположной точки зрения.

Вообще, при военной постановке вопроса – «может ли Россия одержать победу в войне с Чечней», две трети – 65 % – отвечают положительно. Лишь 13 % в это не верят, остальные затрудняются с ответом. В то же время при переходе с абстрактно-исторической «победы русского оружия» к конкретным проблемам, ради которых затеяна война, такой уверенности уже нет. Лишь половина – 51 % считают, что «проблемы с Чечней могут быть решены военным путем», 27 % так не считают и 22 % не могут дать ответа. Такое же соотношение мнений при оценке издержек войны, ужесточения военных действий. 52 % населения придерживаются точки зрения, что «во время войны жертвы среди мирного населения неизбежны и надо добить боевиков». Противоположную точку зрения, что «жертвы и страдания мирного населения слишком велики и надо остановить войну», выражают 25 % участников опросов. Еще 23 % не смогли дать оценку.

Лишь 18 % высказали возражение против того, что делегация по обеспечению прав человека из ОБСЕ приехала в Ингушетию и Чечню. Одобрили согласие Путина на приезд такой делегации 51 %, остальные затруднились ответить. Основываясь на известных фактах из прошлой чеченской войны и послевоенного восстановления, 66 % полагают, что «под прикрытием войны происходит расхищение выделяемых на Чечню бюджетных денег». Не верят в это лишь 12 %, остальные не знают, что сказать.

Вера в Путина столь высока, что народ готов ждать полной победы еще несколько месяцев. По крайней мере, 47 % отвечают в опросах, что их отношение к Путину не изменится, если война затянется еще на несколько месяцев». 26 % ждать не хотят и предсказывают ухудшение своего отношения к Путину при таком развитии событий. 23 % не смогли дать оценку, а 4 %, очевидно, наиболее преданных сторонников Путина даже готовы улучшить свое отношение к нему при таком ходе дел.

Так что с этого фланга премьеру ждать опасности не приходится. Хуже обстоит дело на экономическом фронте.

Если экономическая ситуация в стране ухудшится, то, по мнению 45 % населения, и их отношение к Путину ухудшится. 30 % говорят, что их отношение в этом случае не изменится, остальные затруднились ответить.

Пока же этого не произошло, популярность Путина по-прежнему высока. Правда, надо сказать, что «положительная оценка деятельности правительства Путина» практически не растет с середины октября, но остановилась она на очень высокой отметке в 62 %. Лишь 10 % оценивают ее отрицательно и остальные не могут дать оценку. Также приостановился рост президентского рейтинга Путина, опять же на очень высокой отметке в 29 % – тех, кто собирается проголосовать за него, если бы выборы президента состоялись завтра. За ним следует Зюганов с 20 % и лишь 17 % – рейтинг Примакова.