похоже, как в саван… Но я – отвернусь.
Я лучше исчезну… куда-нибудь в Чили
и стану в горах вспоминать свою Русь.
Поэт-алкоголик! Вот это – нормально.
В просветах он пишет шальные стихи!
А быть академиком мне – аморально.
Уж лучше на пашне скоблить лемехи.
* * *
Рождённые на злобу дня,
прошедшие сквозь чьи-то мысли
осколки гениальных истин –
увы, не трогают меня.
А незнакомый человек,
остановившийся прохожий,
свалившийся, как первый снег,
меня волнует и тревожит…
Он спрашивает, как пройти
туда-то… на исходе ночи…
И я ищу ему пути –
из тех, что ближе и короче.
УГОЛЁК
Я-то знаю: всё дело в пружине,
что железною волею звать!
…Дотлевает желание жизни,
всё настойчивей тянет в кровать.
Не Обломов, имевший Степана
и широкий, как Волга, диван –
посещал я моря и вулканы,
был пространствами вскормлен и пьян!
А сегодня забился в мансарду
и смотрю не в окно – в потолок…
Но, пронзающий скуку-досаду,
ощущаю в груди уголёк!
Ни огня в нём, ни пламени-жара,
отвергает он тяжбу и торг…
Он исполнен священного дара
и таит запредельный восторг!
* * *
Что люди копят? Ненависть и злато,
болезни, антикварное старьё…
Что – отвергают? Правду и заплаты,
а также поведение моё!
А что – прощают? Иногда – обиды,
и что не молкнут ночью соловьи;
что денежки казённые пропиты,
и… выкрутасы пьяные мои!
А веруют – во что? Неужто в Бога?
В бесовские посулы Бытия!
Да в неизбежность финиша, итога…
И… что Горбовский – круче соловья!
* * *
Завтра – Воскресение Христово!
Не помысли и не сделай – злого.
Сотвори молитву на рассвете,
проживи безгрешно день, как дети.
Поцелуй рассветную полоску.
В храме воздыми свечу из воску.
И поставь, зажжённую в день оный,
перед Богом – не перед иконой…
ЗАПРЕТНАЯ ЗОНА
Коль вспыхнет желание вновь,
гаси его… в сердце уколом!
…Запретная зона – любовь,
не к миру, но – к женскому полу.
Курган в безоглядной степи,
корову с обломанным рогом
да хоть обезьяну – люби!
А женщину – пальцем не трогай.
Ты стар… Из груди твоей крик –
на шёпот похож, на чахотку.
…Мне скажут: а Гёте-старик,
в свой час возлюбивший молодку?!
А сколько таких ещё «гёт»
знавала природа людская?
Ах, дедушка, вы – идиот…
А может, порода такая?
* * *
Обзавестись котомкой
и лапти сочинить,
и сделать тонкой-звонкой
остатней жизни нить.
Сухой, но твёрдый посох
запечатлеть в руке
и хлеб насущный постный
взять в голубом ларьке.
И двинуть – не дорогой,
а тощенькой тропой –
туда, навстречу Богу,
простясь с самим собой…
ОДИНОЧЕСТВО
Был я один у родителей…
В сердце восторг не тая,
встретил я жизнь восхитительно!
Но… Не сложилась семья.
Трое, а миг – и рассыпались:
подсуетилась война…