Помоги проекту - поделись книгой:
Долюшка горькая, сиплая
нас одарила сполна.
Не возлиянье, не творчество,
не созиданье семей –
я возлюбил одиночество,
как подколодину змей.
Не в исступленьи, не в ярости,
а созерцая Итог,
я дотащился до старости,
где одиночество – бог.
Надежда остаётся последней
Надежда остаётся последней
Искусство / Искусство / Театральная площадь
Кузнецова Анна
Сцена из спектакля театра «Сатирикон» «Лекарь поневоле»
Теги: театральные постановки , культурная жизнь
Об особенностях русской духовности на сцене и за её пределами
Недавно, переключая пульт телевизионных каналов, в калейдоскопе фраз и кадров вдруг услышала нечто, заставившее меня остановиться: знакомое лицо, давно уже претендующее на канале РБК на роль учителя жизни, сестра своего брата Ирина Прохорова и фраза, ею обращённая к неизвестному мне собеседнику:«…Некоторые у нас полагают, что существует какая-то особенная русская духовность…» И улыбка, не предполагающая даже ответа, тем более обсуждения, – само собой разумеющееся! Ну подумайте, какое заблуждение… Переключила канал, не стала дальше слушать. А фраза засела во мне, не отпускает. И то, что всегда казалось неоднократно доказанным (я как раз остаюсь в числе тех недалёких «некоторых», убеждённых в существовании «русской духовности»), вдруг потребовало новых размышлений и доводов.
Разве не бесспорен факт существования феномена особенной русской литературы ХIХ века?! Пушкин, Лермонтов, Грибоедов, Гоголь – это только начало, завершившееся Чеховым, Львом Толстым, Достоевским… Искусство, всегда призывавшее «милость к падшим», к состраданию и гуманизму, как никакое другое поддержанное ещё и православием, да и в силу очевидных особенностей русской истории всегда социальное, всегда озабоченное проблемой взаимоотношений народа и власти, личности и общества. «Горе от ума»… «горе уму»… «лишние люди»… «маленький человек»… – это чисто русские создания. Русский менталитет. Русская духовность. Только у Достоевского такие муки совести у героев, такие падения в бездну греха и ада, но и собственный внутренний суд и покаяние. Разве это – не особенная духовность?! А весь Серебряный век с невиданным расцветом поэзии и изобразительного искусства? И с этим мучительным, трагическим противоречием между вековыми идеалами человечества, осуществление которых привиделось в ожидаемой революции и кровавой реальностью… И русские жертвы этого времени – Горький, Блок, Есенин. Маяковский, русская эмиграция как факт нашей общей биографии, как наша общая выстраданная духовность… А что, если не культура, формирует народ?! Национальный менталитет. Духовность.
Кто-то скажет: это было и быльём поросло. Но это в наших корнях. В нашей общей генетической памяти. Именно на память и историю идёт сейчас наступление. Не только в оценке Великой Отечественной войны, но и на культуру в целом, слишком многое происходит сейчас для того, чтобы культура эта и её великие уроки не присутствовали в настоящем. Да, наши люди, молодёжь стали меньше читать. Компьютеры, интернет, телевидение, мобильная связь во всём мире вытесняют, подменяют книги, искусство, и духовные потери, которые человечество терпит теперь, мы ещё до конца не осознаём. Но вместе с объективным процессом влияния на культуру технической цивилизации в современной России идёт ещё и ревизия сущностного, принципиального, сложившихся веками духовных и нравственных ценностей.
На сценах чеховские герои – просто жалкие неудачники, достойные лишь иронии или сарказма, не заслуживающие ни интереса, ни уважения. Многомерные сложные персонажи Достоевского превращаются в примитивных носителей пороков, упрощённых до схем. Настасья Филипповна – шепелявая дебильная «нимфетка» у режиссёра Богомолова, распространившегося теперь ещё и на ленкомовскую сцену, однокрасочная маска. Алёша Карамазов в МХТ – гомосексуалист. Беззаботно, нарядно протанцовывают свои трагедии купринские обитательницы «Ямы» в трактовке балетмейстера и режиссёра Егора Дружинина в театре на Бронной. Аналогичные примеры можно множить. Это теперь тенденция. Вольные и отнюдь не безобидные обращения с известными классическими героями и их сюжетами в современном театре. Тенденция опасная и часто используемая для похода на русскую культуру, на традиционную духовность. Мир унифицируется. Цивилизация всех уравнивает. Но ведь идёт и сопротивление, и повсеместная борьба за национальную идентификацию, в мусульманском мире – к примеру, на Кавказе, в восточных странах. Мы лишь обороняемся. И слишком часто сдаём художественные идейные позиции. Наши «творцы» боятся быть немодными, послушно идут в обозе европейских коллег. Бездумно подражают им. А то и фестиваль специальный для России организуют в порядке «шефской» помощи, «Театральный синдром» называется, щедро оплаченный фондом Михаила Прохорова, где «знатный» гость – бельгийский спектакль «Гордения» о страданиях гомосексуалистов. Воистину «бесы» гуляют над русской культурой и разрушают то, что во все времена складывало русскую духовность.
Если искусство сегодня – это назойливо навязываемые с телеэкрана шутки «ниже пояса» Петросяна, отупляюще примитивные «мыльные» сериалы и болезненные патологические изыски Богомолова, действительно же, через какое-то время придётся позабыть об особенной русской духовности. Так стараться – конечно же, наконец управимся с ней… Между прочим, сама профессия театрального режиссёра, посредника между литературой, драматургией и сценой, – тоже ведь российское порождение. Хотя теперь и великая школа её основателя, Станиславского, сознательно оспаривается, уничтожается, слишком часто превращается в свою противоположность, не в помощника сцене, зрителям, а в разносчика опасных идей и дурного вкуса. Нынешняя режиссура, теряя школу, становится дилетантской, бескультурной. Чего там?! Спорт, и тот превратили в арену политической борьбы. А уж искусство и подавно. Замалчивать, игнорировать происходящее, по-моему, нельзя. Хуже всего, что рассадниками опасных тенденций становятся известные государственные театры, по прошлым заслугам – лидеры театрального процесса. Именно на этих сценах реже всего встретишь глубокие, талантливые, яркие спектакли. Чаще всего – эпатаж, мода или простенький пересказ общеизвестного. С трудом нахожу на самых известных сценах то, что в журналистской практике называется положительными примерами. Их легче найти за столичной кольцевой дорогой, в Белгороде, Ставрополе, Волгограде, Норильске.
Андрей Соколов в спектакле «Портрет Дориана Грея»
Или вот совсем недалеко от Москвы в маленьком муниципальном театре в Истре я вдруг неожиданно увидела «Портрет Дориана Грея», не просто удивляющего парадоксальностью Оскара Уайльда, она в природе пьесы, не эстетски кокетничающего, а располагающего трогательной человечностью. Молодой артист Андрей Соколов в роли главного героя вовсе не упивался своей красотой, он терпел поражения в борьбе с самим собой, с себялюбием, эгоизмом, и мучился собственными грехами, несовершенствами. Спектакль рассчитан на сопереживание и активный нравственный посыл каждому из зрителей: думайте не только о себе, но и о тех, кто вас окружает! Не смейте быть равнодушными к близким, будьте ответственны за свои поступки! Лицо человеческое, портрет Дориана Грея, который неумолимо дурнеет и стареет, отражает наши грехи. Пустые рамы с ненарисованными портретами у сценографа Татьяны Мировой – это возможный непрожитый путь жизни и судьбы каждого. Выбирай. Заполняй по собственному выбору. Увидела я на афише и новое режиссёрское имя – Сергей Гук. Недавний выпускник ГИТИСа, думающий, одарённый и, похоже, в столице интереса не вызвавший.
Недавно смеялась, радовалась на спектакле «Лекарь поневоле» Константина Райкина, сделанного им со своими студентами. Не скрою, для меня и сейчас, в пору резко изменившейся моды, в первую очередь важны (презирайте, оппоненты!) смыслы, содержательность. А уж в форме райкинским спектаклям никогда не откажешь. «Лекарь поневоле» в темпераментном увлекательном зрелище, азартно и с полной отдачей сыгранный молодыми, – это про то, что все мы сегодня переживаем, про ловких авантюристов, выдающих себя совсем не за тех, кем они являются на самом деле. Сганарель обаятелен и умеет расположить к себе, почему бы не выдать себя за лекаря, если за это платят деньги?! Мир простодушных обывателей, охотно становящихся обманутыми, – разве это тоже не про всех нас сегодня? А ещё, как всегда, в зрелищном шоу у Райкина – весёлом, изобретательном – замечательные костюмы, много юмора. Красивая упаковка, лекарство в виде конфетки для совсем не смешной волнующей современной темы. Если в спектакле торжествует смысл, и смысл этот важен для постижения современности, это всегда довод в поддержку спектакля. Представляется чрезвычайно важным, что сцена «Сатирикона» отдаётся молодым. Сознательно пока не называю фамилии исполнителей, они ещё студенты, хотя некоторые приняты в труппу. Для меня важно заметить, что на театральные сцены выходят совсем молодые, не испорченные рынком, халтурой, дурным вкусом. Торопятся, стремятся подать свой голос, предъявить позицию, доказать уже со студенческой скамьи, с учебной сцены своё право на профессию, свой собственный взгляд на современность. Та же «райкинская» школа, возникшая в чреве «Сатирикона». Мастер растит учеников. Накапливает свой самостоятельный репертуар и свои спектакли интеллигентный, опирающийся на высокую литературу театр Брусникиных, созданный из выпускников Школы-студии МХАТа. Для меня это ещё один знак сопротивления, пошлости, ремесленным штампам и тотальному наступлению на русскую духовность.
Талантливый театральный островок возник и в учебных аудиториях Института современного искусства (ИСИ) на курсе народных артистов России Ольги Дроздовой и Дмитрия Певцова. Плановый учебный репертуар здесь тоже стал частью объявленного ими вновь созданного коллектива «Певцов и Др…». На афише – названия знаковые, для них программные, состоящие из забытой пьесы А. Арбузова «В этом милом старом доме», из инсценированных рассказов, названных «Дорога домой» В. Шукшина. Ну где, как не только в России, может жить сумасшедшая семья, в которой все поют?! И где даже невесту подбирают по принципу, умеет ли она петь? Не поёт – катастрофа! На абсолютной вере в фантастические предлагаемые обстоятельства, не в капустнике, не в шоу рождается подлинная комедия. Юным артистам оказываются близки шукшинские «чудики». Их спектакли – о России и русских. Учебная задача профессионального воспитания совпадает с программой вновь создаваемого театра, с режиссурой. Их герои чудоковато по-русски духовны, а значит, на последние деньги купят микроскоп, помогут ближнему, не будут ждать правосудия, сами накажут подлеца, защитят слабого… С третьего курса студенты начали гастролировать, играли в Ярославле, Риге, пользуются успехом. Пресса отмечала: как хорошо молодые артисты обучены, как они музыкальны, пластичны, поют, танцуют, играют на разных музыкальных инструментах. В этом году им в поддержку набран ещё и первый курс, 80 человек, тоже часть нового театра. Руководителем приглашён один из действительно выдающихся современных артистов Александр Збруев. Может быть, так начнётся и возрождение «Ленкома», и ростки нового счастливого театра.
Спрашиваю у Ольги Дроздовой:
– Зачем вам, успешным, состоявшимся, благополучным актёрам морока со студентами, забота о них, создание для них театра?
– Ребята замечательные, талантливые, чистые, страшно отпускать их в мир, на улицу, во власть сегодняшних театральных стихий. Да и будущее здоровье нашего театра за ними, за молодыми. Хочется их оберечь. Защитить. Помочь, – ответила Ольга Борисовна.
Театр всегда в России, во все времена, был местом единения, а не раздора, войны, разобщения людей, местом совершенствования себя и окружающих, миссией, служением. Это тоже русская традиция, русская духовность.
Музыка не знает границ
Музыка не знает границ
Искусство / Искусство / Фестивали
Теги: Михаил Плетнёв , симфонический оркестр , музыка , культура
Михаил Плетнёв находит общий язык с любым исполнителем
Эта давно ставшая крылатой фраза вспомнилась неслучайно. Она более всего подходит в качестве своеобразного эпиграфа к VIII Большому фестивалю Российского национального оркестра, на днях завершившемуся в Москве.
Абсолютно прав был американский поэт Генри Уодсворт Лонгфелло, назвавший музыку универсальным языком человечества. Именно музыке подвластно с лёгкостью преодолевать любые границы, разрешать политические конфликты и все возникающие между людьми противоречия.
Яркий тому пример – Большой фестиваль РНО, первый в истории современной России фестиваль, фокусирующий внимание слушателей на творчестве одного оркестра, один из знаковых проектов прославленного коллектива, руководимого выдающимся музыкантом современности Михаилом Плетнёвым. В этом году в фестивале приняли участие звёзды мирового исполнительского искусства из США, Германии, Италии, Бельгии, Австралии, а также Украины, Беларуси, Азербайджана. Им с восторгом рукоплескали москвичи и гости российской столицы. И было приятно и радостно наблюдать, как музыка объединяет людей самых разных убеждений, возрастов и национальностей.
Идейный вдохновитель фестиваля и его художественный руководитель Михаил Плетнёв на этот раз предстал перед слушателями в нескольких амплуа – в качестве солиста, ансамблиста и дирижёра. Его поистине всеобъемлющий, многогранный талант неслучайно давно признан во всём мире. Музыканты такого масштаба и универсальности очень редки. Причём во всех своих амплуа и во всех без исключения репертуарных сферах Плетнёв всегда проявляет себя как уникальный художник. Ему присущи обострённое сознание ответственности за всё то, что он делает в искусстве, и удивительная способность к полной самоотдаче в творчестве. Вспоминаются знаменитые строки Б. Пастернака: «Цель творчества – самоотдача, а не шумиха, не успех…» Хотя справедливости ради следует заметить: такой успех, как у Плетнёва, выпадает далеко не каждому известному музыканту. Но его он по-настоящему мало волнует. У него совсем другие цели и задачи в творчестве. Точнее сказать, своя миссия, которую он несёт с присущим только ему благородством и достоинством. Всегда и во всём оставаясь самим собой, он в то же время каждый раз воплощает исполняемую музыку по-особенному. Неисчерпаемое богатство красок фортепианной палитры и феноменальная техника сочетаются в его игре с графической чёткостью линий многоголосной фактуры, одухотворённая стихийная мощь эмоций – со сдерживающей силой интеллекта, богатство артистической натуры – с огромным разнообразием исполнительских приёмов, используемых в интерпретациях музыки разных композиторов.
О сольном концерте Плетнёва, программу которого составили произведения И.С. Баха, Э. Грига и В.А. Моцарта (а на бис прозвучали также сочинения М. Мошковского и Ф. Листа), «ЛГ» уже писала в прошлом номере. Добавим лишь, что его игра каждый раз потрясает, ошеломляет слушателей, выводит их из привычной сферы чувствований. И в этом смысле исполняемая Плетнёвым музыка также «не знает границ». Она, если воспользоваться определением Сергея Рахманинова, «родится от сердца и идёт к сердцу». И кажется, что играть совершеннее уже нельзя. Однако каждый следующий концерт Плетнёва убеждает нас в том, что для него это не только возможно, но и естественно.
Ещё одной гранью универсализма артиста является его умение находить общий язык с каждым музыкантом. В дуэте с баритоном из Германии Штефаном Генцем Плетнёв предстал необыкновенно чутким и тонким ансамблистом. В их исполнении прозвучал вокальный цикл «Зимний путь» Ф. Шуберта.
Певец Штефан Генц признан во всём мире как тонкий интерпретатор жанра немецкой Lied. В России он впервые выступил в 2009 году: на Новой сцене Большого театра в рамках I Большого фестиваля РНО, приняв участие в концертном исполнении оперы «Волшебная флейта» (партия Папагено). В 2010 году состоялся его сольный концерт совместно с сопрано Люси Кроу на фестивале «Декабрьские вечера Святослава Рихтера». В 2012-м баритон дебютировал в Большом театре в партии Айзенштайна в постановке оперетты «Летучая мышь» Штрауса. Осенью 2014 года он исполнил песни из вокального цикла «Волшебный рог мальчика» Малера с Российским национальным оркестром в Концертном зале имени П.И. Чайковского, а в феврале 2015-го на той же сцене принял участие в концертном исполнении оперы «Гензель и Гретель» Хумпердинка.
Как известно, цикл песен «Зимний путь», написанный на стихи известного немецкого поэта-романтика Вильгельма Мюллера, – одна из вершин мировой вокальной лирики – был создан Шубертом в 1827 году, за год до смерти. Он отделён от «Прекрасной мельничихи» всего четырьмя годами, но кажется, что между ними легла целая жизнь. Горе, невзгоды и разочарования до неузнаваемости изменили облик некогда радостного и открытого окружающему миру юноши. Теперь же он всеми покинутый одинокий скиталец, отчаявшийся найти в людях сочувствие и понимание. Он вынужден уйти от любимой, потому что беден. Без надежды на любовь и дружбу он оставляет дорогие ему места и пускается в далёкий путь. Всё лучшее у него в прошлом, а впереди лишь долгий путь к последнему пристанищу. Тема одиночества, страданий представлена в этом цикле во множестве оттенков: лирические высказывания приобретают характер философских размышлений о сущности бытия.
В известной мере «Зимний путь» соприкасается с «Прекрасной мельничихой» и служит как бы её продолжением. Но различия в драматургии циклов весьма существенны. В «Зимнем пути» нет как такового развития сюжета, и песни объединяются главной трагической темой цикла и ею определяемыми настроениями.
Более сложный характер поэтических образов сказался в «Зимнем пути» в обострённом драматизме музыки и в акценте на её внутреннюю, психологическую сторону. Эти смысловые доминанты были услышаны и мастерски подчёркнуты обоими музыкантами, представшими в своей трактовке шубертовского шедевра утончёнными музыкальными психологами.
Наряду с признанными шедеврами в программы Большого фестиваля РНО входят произведения, нечасто звучащие на концертной эстраде и незаслуженно забытые. Так, большим подарком меломанам стала опера «Эрмиона» Дж. Россини в концертном исполнении, никогда прежде в России не исполнявшаяся, и оратория «Сотворение мира» Й. Гайдна.
«Эрмиона» по праву считается одной из самых глубоких и интересных опер Россини. Однако после её премьеры в Неаполе в 1819 году она выдержала всего несколько представлений и с тех пор вплоть до 80-х годов прошлого века нигде не исполнялась. Трудно сказать, что стало причиной такого забвения. Но, как бы то ни было, после возобновления интереса к этой опере она неоднократно ставилась и исполнялась, и всегда с большим успехом. Так случилось и на этот раз. Что, впрочем, неудивительно, поскольку продирижировать на фестивале концертным исполнением оперы «Эрмиона» был приглашён блистательный итальянский маэстро Альберто Дзедда – художественный руководитель (со дня его основания в 1980 году) Россиниевского оперного фестиваля в Пезаро, прославленный знаток и интерпретатор творчества композитора.
Действие «Эрмионы», написанной Россини по трагедии Расина «Андромаха» (автор либретто — Андреа Леоне Тоттола), происходит в мифологические времена, сразу после Троянской войны (в XII веке до н.э.). Андромаха, вдова предводителя троянцев, становится пленницей Пирра, сына Ахилла. Основные герои здесь поставлены перед одной и той же проблемой – выбором между долгом и чувством. В итоге возникает конструкция, в которой персонажи связаны друг с другом повторяющимися отношениями: Пирр любит Андромаху, но она верна памяти Гектора; Пирра же любит Эрмиона, которую, в свою очередь, любит Орест, и также безответно. Эрмиона приказывает Оресту убить Пирра, но потом раскаивается в своём поступке.
Оркестр в «Эрмионе», буквально с первых же тактов захватывающий россиниевским темпераментом, динамикой и одновременно драматизмом, являет собой поистине феерическое «звуковое пиршество». Разнообразие оркестровых красок, тембровых комбинаций инструментальной фактуры, насыщенность динамики и острота контрастов – всё это позволяет назвать интерпретацию маэстро Дзедды выдающейся.
Не секрет, что россиниевская «Эрмиона» выделяется также своими виртуозными вокальными партиями и требует блестящего состава исполнителей. Особенно отличились в этом смысле исполнители главных партий, изысканно и артистично справившиеся со всеми вокальными трудностями и непростыми художественными задачами, – сопрано из США Анжела Мид (Эрмиона), два тенора и меццо-сопрано из Италии – Энеа Скала (Пирр), Антонино Сирагуза (Орест) и Кьяра Амару (Андромаха).
Не менее значимым событием фестиваля стало и исполнение оратории «Сотворение мира» Й. Гайдна для солистов, хора и оркестра. В её либретто использована одна, 7-я глава поэмы английского поэта Джона Мильтона, включающая текст Библии (Бытие I и II) почти без изменений: по просьбе Адама архангел Рафаил повествует о сотворении мира в шесть дней по низвержении Сатаны. К нему были добавлены также мотивы псалмов № 19 и № 145. Автором этого либретто стал барон Готфрид ван Свитен. 34 номера оратории разделены на три части, где воплощён не сверхъестественный и таинственный акт творения, а изумление перед величием и многообразием мироздания, благодарность Творцу и радостное прославление жизни — солнца и вод, птиц и зверей, первой человеческой семьи, живущей в мире и любви. Следует также отметить, что в этом сочинении Гайдн использовал достаточно большой для того времени оркестр с тремя флейтами, контрафаготом и тремя тромбонами.
Говоря об исполнении этой оратории Гайдна на VIII Большом фестивале РНО, следует отметить, что и солисты (Софи Юнкер – сопрано, Бельгия; Маргарита Калинина – меццо-сопрано, Роман Шулаков – тенор, Морган Пирс – баритон, Австралия), и хор (вокальный ансамбль INTRADA, художественный руководитель Екатерина Антоненко), и оркестр под управлением маэстро Плетнёва продемонстрировали высочайший класс музицирования – и в развёрнутой динамической шкале, и в единстве штрихов и тончайших нюансов.
Большой интерес публики вызвал и новый проект РНО «Классическая музыка в 3D», представленный в рамках фестиваля. Это проект, синтезирующий классическую музыку с 3D-визуализацией. В этот вечер прозвучали «Море» (три симфонических эскиза) К. Дебюсси, симфоническая сюита «Планеты» Г. Холста и три сочинения американского композитора Гордона Гетти (род. в 1933 г.), специально приехавшего в Москву, – сюита «Молодая Америка» для смешанного хора и симфонического оркестра, вокальная сцена «Гретхен Фаусту» для сопрано и оркестра (солистка – Лиза Делан, США) и мировая премьера сочинения «Мефистофель Фаусту» для баса и оркестра (солист – Пётр Мигунов).
Музыка Г. Гетти, с одной стороны, очень созвучна нашему времени, духовным поискам современного человека, с другой – апеллирует к вневременным размышлениям о жизни и смерти, о любви, о мире и судьбах человечества. Композитора отличает также умение чутко вслушиваться в сокровенный смысл слова и, музыкально интерпретируя его, находить свои грани интонационной выразительности.
Каждое из названных произведений получило собственную визуальную концепцию. Её авторы (визуализация музыкальных произведений – компания Artnovi) использовали с этой целью поляризационную технологию 3D, генеративную графику и динамический свет.
Оркестром дирижировал в этот вечер Владислав Лаврик. На протяжении вот уже полутора десятилетий Владислав является концертмейстером группы труб, с 2009 года совмещая сольную карьеру и работу в оркестре с дирижёрской деятельностью. Порадовало, что молодому дирижёру удалось извлечь из каждой партитуры новые смыслы, дифференцированно выстроив сложную симфоническую и хоровую ткань музыки (в исполнении сюит Г. Гетти и Г. Холста участвовала также Государственная академическая хоровая капелла России имени А.А. Юрлова).
Для концерта-закрытия VIII Большого фестиваля РНО была выбрана «Иоланта» П.И. Чайковского – одноактная опера, написанная композитором на сюжет драмы Г. Герца «Дочь короля Рене» и повествующая об истории слепой дочери короля Рене Иоланты, исцелившейся благодаря любви. В ней многие исследователи творчества композитора находят отголоски его увлечения философией Б. Спинозы. И с этим, пожалуй, трудно не согласиться. «Иоланта» Чайковского – это своего рода музыкально-философское размышление о вечном законе мироздания, возвышающемся над реальными историческими событиями. Этот вечный закон состоит в том, что истинные любовь и вера всегда оставляют шанс на спасение.
Главная героиня оперы в блистательном исполнении Анастасии Москвиной (сопрано, Беларусь) предстала наиболее лиричной и одновременно драматичной из всех персонажей. Её выразительное и гибкое сопрано во всех эпизодах звучало необычайно красиво и трогательно, постепенно насыщаясь новыми красками по мере движения к счастливой развязке, уводя слушателя в возвышенный духовный мир. Не менее роскошен был и Виктор Антипенко в партии Водемона. В ней артист смог продемонстрировать все бесспорные достоинства своего голоса и мастерское владение им. Несомненной удачей можно по праву назвать короля Рене Петра Мигунова и Эбн-Хакию Эльчина Азизова – обладателей мощных красивых голосов, великолепной техники и ярких актёрских темпераментов, сумевших создать поистине незабываемые образы. Убедительной и органичной в партии Марты, кормилицы Иоланты, предстала также Светлана Шилова, восхитившая своим превосходным меццо-сопрано.
Замечательной частью музыкального целого при исполнении и «Эрмионы», и «Иоланты» явились также оба хоровых коллектива – хор Академии хорового искусства имени В.С. Попова (художественный руководитель – Алексей Петров) и Государственный хор Московской областной филармонии (художественный руководитель – Николай Азаров).
Один из крупнейших дирижёров современности, М. Плетнев, подобно великим дирижёрам прошлых лет, за четверть века выработал собственное уникальное и неповторимое звучание оркестра. Он постоянно мыслит оркестрово. Для него характерны необычайное чувство формы и умение соподчинять различные звуковые планы, мастерское владение «звуковой перспективой» и по-дирижёрски искусное владение ритмом. А ещё мощный магнетизм, подчиняющий себе стихию музыки и заставляющий слушателей следовать за течением его мысли. Плетнёв достигает на своих концертах огромной внутренней сосредоточенности, абсолютной погружённости в процесс исполнения музыки, увлекая публику в свои высочайшие духовные «владения». Так рождаются интерпретации, конгениальные самой исполняемой музыке. Особенно это относится в первую очередь именно к музыке Чайковского.
Какое счастье, что в России ещё есть такие музыканты, как Михаил Плетнёв, всем своим творчеством и всей своей деятельностью направляющий нас по тому единственно верному пути, который приводит нас к настоящему искусству.
Ирина НОВИЧКОВА
Бетховен такой молодой…
Бетховен такой молодой…
Искусство / Искусство / Фестивали
Бонн, Бетховенский фестиваль
Теги: Бетховенфест-2016 , музыка , культура
Бетховенфест-2016 играет на опережение и уже даёт свой отклик на грядущий грозный и н еоднозначный юбилей 1917 года.
В этом году осень в Германии побила все рекорды жары. С середины сентября, в дни проведения Бетховенского фестиваля
«Мы не героизируем революцию как таковую. Но революция музыкальная, отражая политические события, оказалась поистине подрывной. Перекрестью этих отношений и посвящён Бетховенфест-2016», – пояснила глава Бетховенского фестиваля Ника Вагнер.
Да-да! Глава Бетховенского фестиваля носит фамилию Вагнер, являясь одновременно наследницей двух великих имён: она правнучка Рихарда Вагнера и праправнучка Ференца Листа, который, кстати, был организатором самого первого Бетховенфеста в 1845 году. Приняв в 2014 году руководство фестивалем, Ника Вагнер в своём лице, можно сказать, соединила основные музыкальные «бренды» Германии. Эта 70-летняя хрупкая женщина выдерживает постоянный напряжённейший график работы, выступает организатором многих культурных мероприятий, пишет книги и статьи, посвящённые проблемам искусства. Знакомства с ней добиваются ведущие музыканты и журналисты со всего мира, и при этом для каждого у неё найдётся хотя бы одно ободряющее слово. Она – человек редкого обаяния. С первой же минуты общения Ника Вагнер заставляет буквально влюбиться в себя. Этим она очень похожа (и внешностью, кстати, тоже) на своего гениального прапрадеда Листа, известного своим альтруизмом и добротой.
Ника Вагнер сумела придать Бетховенскому фестивалю второе дыхание, подняв интерес к мероприятию и привлекая большое количество новых имён исполнителей и композиторов – от самых юных до самых маститых. О юных разговор особый. Наследники Вагнера и Листа не жалеют сил на воспитание молодого поколения меломанов. В Байройте глава Вагнеровского фестиваля Катарина Вагнер создала и успешно реализовывает детский оперный проект «Вагнер для детей», ставя вместе с начинающими свою карьеру режиссёрами (часто ещё только обучающимися профессии) бережно адаптированные для юной аудитории музыкальные драмы своего великого предка. В Бонне же существует, в свою очередь, нерушимая традиция: обязательное выступление в рамках Бетховенфеста Федерального молодёжного оркестра
Это
Да не каких-нибудь, а… мексиканских! 2016 год объявлен Годом немецко-мексиканской культуры; «молодёжную грань» на фестивале как раз и демонстрировали музыкальные таланты из Мексики в сопровождении Федерального молодёжного оркестра. В программе совместного проекта Бетховенского фестиваля и
Отдельного внимания заслуживает оригинальное произведение Капелы «Циммерграмм» (
Средствами только лишь музыкального языка композитор сумел остроумно передать содержание этого настоящего «шпионского детектива», заканчивающегося словами «Да здравствует Мексика! Да здравствует революция!». Характерно, что в своём вступительном слове перед началом концерта Ника Вагнер констатировала, что в современной ситуации, если американский президент не перестанет возводить новую стену между европейцами и мексиканцами, то «новая мексиканская революция уже не за горами».
«Мексиканскими страстями» весь вечер дирижировала – управляла! – Алондра де ла Парра. В мировой касте дирижёров-женщин, даже в наш век эмансипации, очень мало. Тем интереснее,
Академический снобизм, присущий ряду знатоков классической музыки, был безоговорочно побеждён открытостью, искренностью, даже можно сказать, детской непосредственностью музыкантов Федерального молодёжного оркестра во главе с Алондрой де ла Парра. Апофеозом вечера стали жаркие (опять жаркие!) объятия прямо на сцене и оркестрантов, и солистов под нескончаемые овации публики.
Раз Бетховенский фестиваль «взял курс» на революции, без музыкантов из России никак нельзя было обойтись. Ещё перед началом фестиваля Ника Вагнер обещала, что «Бетховенфест-2016 будет иметь ярко выраженный русский акцент». И здесь, безусловно, задавали тон уральцы – артисты Уральского симфонического хора и Уральского филармонического оркестра из Екатеринбурга. В отличие от юной мексиканки Алондры, ими руководил настоящий аксакал – умудрённый опытом Дмитрий Лисс. Девиз концерта: «Революция и современность». В программе: фрагменты музыки балета «Творения Прометея» Бетховена, «Прометей» («Поэма огня») Скрябина и «Кантата к 20-летию Октября» Прокофьева.
Эта программа была уже апробирована на открытии филармонического сезона в Екатеринбурге и имела большой успех. Теперь уже немецкой публике пришлось на себе испытать не только масштаб и мистериальность скрябинской «стихии огня» (партию фортепиано в «Прометее» блестяще исполнил Андрей Коробейников), но и в буквальном смысле слова быть оглушённой прокофьевским «шумом революции»: треском канонады, неожиданно вклинивающейся в музыкальное полотно речью оратора, усиленной микрофоном-репродуктором, наконец, мощью единого слаженного «грохота» духовой группы, от которого закладывало уши и мурашки бежали по телу от какого-то суеверного ужаса.
Итак, Бетховенский фестиваль «набирает обороты». Вплоть до 9 октября Бонн, родной город великого Бетховена, будет буквально жить музыкой. Традиция и современность, национальное и интернациональное, искусство элитарное и массовое – всё находит своего слушателя на этом, пожалуй, одном из самых демократичных музыкальном фестивале Европы. И хочется обобщить рассказ о Бетховенфесте-2016 словами его руководителя и идейного вдохновителя Ники Вагнер: «Бетховен – это человек и музыкант, который на протяжении всей жизни абсолютно ничем себя не запятнал. Это делает его идеальным послом немецкой культуры во всём мире».
Мария ЗАЛЕССКАЯ,
Леонид Куравлёв: «Значит, будем жить»
Леонид Куравлёв: «Значит, будем жить»
ТелевЕдение / Телеведение / Юбилей
Земскова Татьяна
Поделиться книгой: