Помоги проекту - поделись книгой:
2. Создать более прогрессивную налоговую систему, в которой ставка налога будет увеличиваться вместе с доходом. Например, 40 % для годового дохода между $ 100 000 и $ 500 000; 50 % для дохода между $ 500 000 и $ 1 млн. и 60 % для дохода от $ 1 млн. до $ 5 млн.
3. Ввести определенную квоту на сумму годового дохода, который не должен превышать, к примеру, $ 10 млн. Остаток в таком случае идет либо в казну государства, либо сразу передается на решение определенных социальных проблем.
4. Что касается налогов на наследство, то ближайший родственник имеет право сохранить $ 5 млн. без налогов. Оставшуюся сумму следует разделить между остальными наследниками (до $ 2 млн. каждому) – например, между детьми, внуками и правнуками. Все, что свыше этой денежной суммы, отходит государству.
5. Разрешить делать подарки каждому члену семьи не более чем на $ 20 000 в год (те, кто получает такое денежное дарение, должны платить с него налог).
В своей работе
• Роль лоббизма.
• Серьезный ущерб от широкой распространенности взяточничества и коррупции.
• Необходимость вмешательства государства и введения соответствующей налоговой политики.
• Безграничное влияние самых богатых людей на политику.
Очевидно, что все вышеперечисленные проблемы и возможности их решения нуждаются в дальнейшем изучении и широком обсуждении, хотя природа нашей политической системы и то безысходное положение, в котором она оказалась, оставляют не так много надежды на скорое нахождение выхода из ситуации.
Глава 11. Краткосрочная ориентированность капитализма
Будущее зависит от того, что ты делаешь сегодня.
Компании, существующие в условиях капиталистической экономики, должны выполнять двойное планирование. С одной стороны, им необходимо отслеживать краткосрочную картину состояния их дел, чтобы убедиться: они достигают необходимого роста и получают желаемую прибыль. С другой стороны, компаниям следует учитывать выполнение плана долгосрочных инвестиций, гарантирующего прибыльность, рост и устойчивое развитие.
И частные предприятия, и коммунальные службы хорошо справляются с двойным планированием. Частные предприятия представляют собой, как правило, семейные компании, и в них долгосрочный бизнес-план может передаваться через поколения. Семье не нужно выпускать общественные акции, и поэтому нет неоходимости представлять общественности квартальный или годовой отчет о выручке и прибыли. Семейная компания может сколько угодно инвестировать в долгосрочный успех и на какой-то краткосрочный период вправе даже уйти в минус.
То же самое можно сказать и о коммунальных службах. Водоснабжение, предоставление газа и электричества находится под контролем общества. Эти службы должны приносить прибыль в настоящий момент и ориентироваться на будущее. Им следует улучшать свои возможности и повышать результаты для успеха в будущем. Их цели по прибыли устанавливаются управляющими, и они, с одной стороны, обязаны удовлетворять желания настоящих инвесторов, а с другой – обеспечивать долгосрочный рост.
Публичные компании, напротив, имеют определенную склонность к краткосрочному планированию и управлению. Скорее всего они осознают ожидания инвесторов для настоящего периода. Если корпорации не удастся оправдать их ожидания, то многие инвесторы, вполне вероятно, продадут свои акции и вложат деньги в более прибыльный бизнес. Некоторые инвесторы могут остаться с компанией в течение одного или двух неудачных лет, но не дольше.
Управлению публичной компании приходится делиться своими планами на текущий период. Недостаток в конце периода может привести к тому, что финансовое сообщество понизит рейтинг акций компании и изменит свою рекомендацию с «купить» или «сохранить» на «продать». Компания увидит, что стоимость ее заемных средств стала расти. Управление начнет делать все возможное, чтобы выполнить план. Высшее руководство будет скорее преувеличивать результаты по продажам в текущем квартале, хотя законы и против этого. Оно может преуменьшить число продаж, когда они высоки, чтобы преувеличить их в следующем квартале. От квартала к кварталу управление стремится создать картину идеальных продаж и роста прибыли, а не удручающих дефицитов и неудач.
Другая проблема таится в том, что рынки акций все чаще привлекают инвесторов и спекулянтов, готовых очень быстро зайти на рынок и уйти с него. Таким образом, вместо того чтобы становиться долгосрочными инвестициями, капитал служит больше краткосрочным целям, а на долгосрочное инвестирование не остается средств.
К вопросу долгосрочного инвестирования
Сколько денег публичная компания может отложить для удовлетворения своих нужд в долгосрочном инвестировании? Очевидно, сначала она отдает предпочтение достижению краткосрочных целей по выручке и прибыли. Хорошо, если ей удается заработать достаточное количество средств для инвестирования их в разработку нового продукта и необходимой инфраструктуры. Если денег для долгосрочного инвестирования не хватает, компания начнет занимать деньги, выпуская дополнительные акции и облигации. Однако ясно, что судьба долгосрочного инвестирования зависит от прибыльности организации в краткосрочном периоде.
Успех капитализма страны сильно связан с качеством физической инфраструктуры государства. К сожалению, на экономическом росте США очень негативно отражается требующая ремонта инфраструктура.
В 2013 году Американское Общество инженеров-строителей (American Society of Civil Engineers – ASCE) опубликовало отчет по вопросам инфраструктуры. Патрик Натал, исполнительный директор ASCE, с сожалением констатировал факт: «Мы действительно далеки от лидерства и ничего не можем с этим поделать. Главный итог таков – плохая инфраструктура не может поддерживать цветущую экономику»{205}.
ASCE оценило состояние 15 элементов американской инфраструктуры. Например, дороги получили оценку D-, система питьевой воды – D-, набережные D-, национальная энергосистема – D+, железные дороги C-, мосты – С, и утилизация твердых отходов получила самую высокую оценку по сравнению со всеми C+. ASCE подсчитало, что правительству и компаниям потребуется $ 2,2 трлн. в течение пяти лет, чтобы хотя бы поддержать то состояние инфраструктуры, в котором она находится сейчас. Однако с учетом текущего состояния бюджета финансирование будет меньше, чем указанная выше сумма. Натал также добавил, что «при недостаточном финансировании цены возрастут до небес».
Инфраструктура некоторых стран получает гораздо более высокие оценки, согласно Норману Ф. Андерсену, президенту и генеральному директору CG/LA Infrastructure. Его исследование показывает, что «возможность США развивать инфраструктуру находится гораздо ниже, чем возможности Бразилии, Индии, Китая и других стран, с которыми Америке приходится «конкурировать» в вопросах скудности финансирования и нехватки компетенций для построения достойной инфраструктуры{206}.
По иронии судьбы инфраструктурное строительство идет по всему миру, но только не в Соединенных Штатах. Складывается впечатление, что единственное вложение капитала в инфраструктуру, которое окупается, касается инвестиций в цифровую инфраструктуру, потому что тут фигурирует выручка от обслуживания пользователей. Однако цифровая инфраструктура всего лишь небольшая часть того, что требует в Соединенных Штатах обновления и ремонта.
Профессор Хаймэн П. Мински выдвинул предположение, что тенденция американского капитализма уделять первостепенное внимание максимизации прибылей в краткосрочном периоде усугубила врожденную нестабильность спроса на капитальные вложения{207}. Спекулянты вовлечены в финансирование долгосрочных проектов, однако задержки и другие проблемы заставляют их продавать свои акции ради выгоды, а это ведет к финансовой нестабильности и очень часто к паническим продажам. Долгосрочный корпоративный рост приносится в жертву краткосрочным стратегиям выживания. Растущая финансовая неустойчивость имеет опустошающие последствия для Запада и развивающихся стран.
Обслуживание и улучшение инфраструктуры
Давайте вспомним, чем полезна инфраструктура для экономики. Инфраструктура высочайшего уровня снижает затраты на снабжение и дает конкурентное преимущество более продуктивным компаниям. Ее должное финансирование может повысить занятость, обеспечить миграцию предприятий, улучшить интеграцию регионов, а также поддержать городскую экономическую продуктивность и жизнестойкость.
Каким же образом обслуживать и улучшать инфраструктуру в экономике, сфокусированной на краткосрочных целях? Большинство инициатив по инфраструктуре идут от государства на местном, окружном и федеральном уровнях. За дороги, школы и мосты, как правило, отвечают города и штаты. К сожалению, им не хватает бюджетных средств, и многие просто не в состоянии занимать капитал. У федерального правительства, которое должно следить за электроснабжением, предотвращать кибератаки, улучшать наши порты, ремонтировать инфраструктуру, разрушенную природными катастрофами и прочим, попросту связаны руки дисфункциональной политической системой, которая говорит «нет» любому увеличению бюджета. Добавьте к вышесказанному тот факт, что при демократии избранные представители власти могут быть переизбраны уже через два года, а это означает, что они оказываются еще менее заинтересованными в долгосрочных проектах.
Некоторые корпорации имеют хорошие возможности для финансирования крупномасштабных программ. Многие компании участвуют в проектах сотрудничества государственного и частного секторов для постройки или ремонта инфраструктуры. Такие партнерства могут осуществлять выплаты по процентам и погашения тела кредита через общественную выручку, субсидии и государственный долг.
Улучшенная инфраструктура не только повысит национальную продуктивность, но и сами проекты смогут создать так необходимые рабочие места. Президент Обама призывал к сотрудничеству с Конгрессом в целях улучшения инфраструктуры и создания рабочих мест, однако современный политический курс не позволил этому случиться.
В прошлом правительству США удавалось претворять в жизнь сильные проекты по инфраструктуре. Вспомните Панамский канал, межконтинентальную систему железных дорог, межконтинентальные магистрали, Управление ресурсами бассейна Теннесси и другие проекты. Однако сегодня популярна политическая философия, утверждающая, что правительство – плохое правительство – наша главная проблема, правительство должно сократить свое влияние (за исключением военной промышленности). Тем временем наши конкуренты, особенно Китай, могут возвести буквально со скоростью света десятки новых небоскребов, портов, аэропортов и даже городов.
Поразмыслите над следующим примером. В 1980-х годах в Китае было решено индустриализовать город Сучжоу и построить для этого необходимую инфраструктуру. Сегодня в технопарке в Сучжоу на площади 288 км2 располагаются сотни международных компаний, в том числе Siemens, Emerson, Bosch, Panasonic, GE, Bayer, Johnson & Johnson, Nokia, Hydro, а также много лидирующих китайских компаний. В этом технопарке свыше 15 000 компаний, в которые инвестируют из-за рубежа. Разработчики открыли зону высшего образования внутри парка. Сегодня там работают 40 китайских и международных университетов, выпускающих огромное число талантливых студентов для работы в технопарках. Вот такой эффект имеет широкомасштабное планирование инфраструктуры.
Может ли экономика, в которой организации заботятся прежде всего о квартальных прибылях и пытаются урезать бюджет государства, все равно найти способ привлечь капитал, необходимый для ремонта инфраструктуры компании, и воспользоваться всеми преимуществами высокоуровневой инфраструктуры? Это вопрос $ 64 млрд.
То, какую зарплату получают сегодня генеральные директора, во многом связано с одержимостью фирм получить краткосрочную прибыль. Опционы на акции входят в зарплату гендиректоров, и это мотивирует их как можно скорее повысить стоимость акций. В результате они концентрируются на получении краткосрочной прибыли и пытаются снизить настоящие затраты. Но действительным показателем их вклада в развитие компании является то, сможет ли доходность долгосрочных проектов превысить их стоимость капитала. Во многих случаях цены на акции компании вырастают, в то время как капитальные проекты приносят убыток. Такая ситуация создаст определенные проблемы, когда фирма не сможет выплачивать дивиденды и цены на акции упадут. В дополнение ко всему цена на акции компании очень часто поднимается из-за роста цен на всем рынке, который никак не связан с деятельностью ее генерального директора. Руководителям компаний нужен лучший показатель вклада генерального директора в развитие компании, нежели просто оценка текущей стоимости ее акций.
К счастью, некоторые корпорации смогли преодолеть склонность к максимизации прибыли в краткосрочном периоде и занялись тем, что соответствует долгосрочным интересам акционеров.
Вот примеры:
• Джефф Безос, глава Amazon, принимал решения, в первую очередь соответствовавшие интересам покупателей компании, даже несмотря на некоторые критичные заявления, что он мог бы заработать больше денег в краткосрочном периоде.
• Джим Синегал, глава Costco, не стал следовать советам финансовых консультантов, утверждавших, что компания должна поднять цены, чтобы заработать больше. Он сказал, его приоритетом является не увеличение прибыли в краткосрочном периоде, а долгосрочный рост и прибыльность компании.
• Для Говарда Шульца, главы Starbucks, на первом месте стоит желание по-настоящему угодить клиентам, а вовсе не достижение максимальной прибыли за короткий срок.
• Ричард Брэнсон, глава Virgin Group, хочет улучшить жизнь своих покупателей через систему ценностей, радость и инновации.
• Действующий президент Ikea Роб Олсон провозгласил в 2014 году, что средняя зарплата для сотрудников компании увеличится с $ 9,17 до $ 10,76 начиная с 1 января 2015 года. Эти 17 % повышения зарплаты коснутся 11 000 сотрудников мебельной компании в 38 американских магазинах. «Мы руководствуемся тем, что хотим создать лучшие жизненные условия для наших работников», – сказал Олсон. Такое добровольное повышение зарплаты, конечно, сократит текучесть кадров и повысит привлекательность компании в плане трудоустройства. При этом Ikea не планирует поднимать цены, сокращать персонал или прекращать принимать на работу новых сотрудников{208}.
Вышеперечисленные компании задумываются о построении долгосрочных отношений со своими покупателями, сотрудниками, акционерами и более широкой общественностью, они не одурманены максимизацией прибыли в краткосрочный период. Их пример доказывает, что организации могут платить сотрудникам высокую зарплату и при этом оставаться очень прибыльными.
Глава 12. Сомнительные результаты рыночной деятельности
Если твоя цель – прибыль, то ты будешь скупиться на продукт. Но если твоей целью станет создание по-настоящему великих продуктов, твоя прибыль не заставит себя долго ждать.
Одна из самых прекрасных черт американского капитализма и свободы состоит в том, что наша экономика производит огромное разнообразие продуктов и услуг. В наших магазинах более чем достаточно продуктов, приборов, мебели, электроники и всего, что только можно себе представить. У нас мало законов, запрещающих производить товары, даже если они могут быть опасны для здоровья или ненадежны.
Хорошего ли качества наши продукты питания?
Стоит задуматься о том, что за последние несколько лет появились книги со следующими заголовками:
«Соль, сахар и жир: как пищевые гиганты посадили нас на иглу», автор – Майкл Мосс (
«Как понизить сахар в крови: ультралечебная программа по потере веса, предотвращению заболевания и прекрасному самочувствию», автор – Майк Хайман (
«Еда и мозг: что углеводы делают со здоровьем, мышлением и памятью», авторы – Дэвид Перлмуттер и Кристин Лоберг (
Книги содержат две главные идеи: (1) очень многие из потребляемых нами продуктов являются нездоровой пищей; (2) американские и зарубежные производители готовы продать нам все что угодно, если это принесет им прибыль. Парадоксально, но пищевая промышленность продает нам те продукты, которые нам нравятся. Случилось так, что мы любим соленую, сладкую и жирную еду, и компании просто удовлетворяют наши потребности.
Не потому ли именно Coca-Cola и McDonald’s – культовые американские компании? Бутылка обыкновенной кока-колы содержит 200 грамм сахара. Исследование обнаружило прямую связь между потреблением сахарных напитков и ростом числа людей, страдающих ожирением, которое напрямую связано с диабетом, сердечными заболеваниями, инсультом и многими другими проблемами со здоровьем. Обыкновенный обед в McDonald's включает в себя гамбургер, картошку фри и стакан кока-колы и тем самым гарантирует потребление огромного количества соли и жира. Результатом является рост числа страдающих ожирением людей в Америке и во всем мире. Однако опять же – эти две компании вовсе не планировали сделать нас тучными. Coca-Cola и McDonald’s всего лишь предоставили нам то, чего требуют наши вкусовые потребности. До тех пор пока мы верим в свободу производителей, мы не можем диктовать этим гигантским компаниям, что им можно производить, а что нет.
Более того, их благотворительная деятельность достойна подражания. Coca-Cola не только продает «счастье», но и перечисляет много денежных средств на нужды здравоохранения и общества. Что касается McDonald’s, то компания организовала сеть из 322 «Домов Рональда Макдональда» в 52 странах, где могут бесплатно остановиться родители детей, проходящих лечение в больницах. Большинство американцев любят данные компании и их предложения.
В американской истории уже были случаи, когда правительство пыталось запретить определенные продукты или услуги. Во времена сухого закона оно наложило запрет на спиртные напитки, однако впоследствии отказалось от этого, принеся много вреда обществу и поспособствовав возникновению большого числа криминальных группировок. Государство все еще ведет «Войну с наркотиками»[10], которая только увеличивает количество наркобанд и картелей, и потребление наркотиков при этом не снижается. В США не возбраняется покупать или курить сигареты (хотя мы и ввели определенные запреты для курящих), однако производство сигарет облагается налогами, а реклама подобной продукции ограничивается.
Как насчет оружия?
Один из наиболее проблематичных результатов действия капитализма – широкомасштабное производство и продажа оружия. Большинство стран запретили или ограничили ношение оружия в общественных местах, за исключением Соединенных Штатов. Американские лоббисты оружия (Национальная стрелковая ассоциация США – National Rifle Association of America, или NRA) очень сильны, и многие политики не гнушаются их финансовой поддержкой в обмен на голосование против введения ограничений на покупку оружия. Американцы имеют возможность покупать не только полуавтоматические ружья, но и скорострельное боевое оружие. В некоторых штатах разрешается носить оружие в магазин, кинотеатр или церковь. Владельцы оружия заявляют, что это их конституционное право – владеть им и носить его, ссылаясь на Вторую поправку к Конституции. Однако целью Конституции было разрешить носить оружие военнообязанному населению, но не обыкновенным гражданам.
АМЕРИКАНСКИЕ ЛОББИСТЫ ОРУЖИЯ (НАЦИОНАЛЬНАЯ СТРЕЛКОВАЯ АССОЦИАЦИЯ США – NATIONAL RIFLE ASSOCIATION OF AMERICA, ИЛИ NRA) ОЧЕНЬ СИЛЬНЫ, И МНОГИЕ ПОЛИТИКИ НЕ ГНУШАЮТСЯ ИХ ФИНАНСОВОЙ ПОДДЕРЖКОЙ В ОБМЕН НА ГОЛОСОВАНИЕ ПРОТИВ ВВЕДЕНИЯ ОГРАНИЧЕНИЙ НА ПОКУПКУ ОРУЖИЯ.
Неудивительно, что из-за распространения оружия произошло несколько трагичных случаев, например, когда 14 декабря 2012 года в Ньютауне (Коннектикут) 20-летний Адам Ланза расстрелял двадцать детей и шесть взрослых в начальной школе «Сэнди Хук», после чего покончил жизнь самоубийством.
Можно подумать, что массовое убийство в «Сэнди Хук» должно было привести к принятию целого ряда законов, ограничивающих использование оружия. Однако после трагедии было принято больше законов, поддерживающих любителей оружия, чем контролирующих их. И это несмотря на то, что американская общественность подавляющим большинством выступает за более жесткие меры контроля в данной области. Было создано огромное число организаций: Образовательный фонд «Останови насилие с оружием», «Обещание школе «Сэнди Хук», «Матери против насилия с оружием в Америке», «Мэры против нелегального оружия» и многие другие. Цель этих организаций – собрать средства для борьбы с насилием с применением огнестрельного оружия. Они надеются достичь таких же результатов, как организация «Матери против пьянства за рулем», которой удалось привлечь внимание к этой проблеме и добиться более строгой политики в отношении пьяных водителей. Однако законодатели боятся голосовать за ограничения в использовании оружия, потому что опасаются всемогущей NRA, которая может сделать все возможное, чтобы не дать им пройти на следующих выборах.
Роль рекламы в формировании наших желаний
Очень много факторов влияют на формирование наших желаний: например, наша семья, национальность, общественный класс и гены. Однако необходимо упомянуть и роль рекламы в трансформации наших потребностей (например, потребности в пище) в наши желания (купить, скажем, именно стейк).
О роли рекламы можно сказать и много хорошего. Она обращает наше внимание на разнообразные продукты и услуги, в которых мы можем нуждаться или которые могли бы доставить нам удовольствие. Реклама объяснила нам преимущества электрического холодильника, когда для нас было привычным заготовлять лед для «холодильных камер», и электрической посудомойки, когда для нас было совершенно естественно мыть и вытирать каждую тарелку вручную. В этом смысле реклама хоть и заставляет нас потратить деньги, однако в итоге мы приобретаем более высокий уровень жизни. Она помогает нам разобраться в характеристиках и положительных сторонах продукта. Кроме того, реклама делает для нас доступным по сути бесплатное радиовещание и телевидение (себестоимость которых крайне высока), и все это благодаря спонсорам, которые нуждаются всего лишь в нескольких минутах нашего внимания.
Однако, как бы то ни было, очень многие критикуют рекламу, например Торстен Веблен, Джон Кеннет Гэлбрейт, Дэниел Белл, Ванс Паккард и другие утверждают, что рекламная индустрия стала слишком влиятельной и использует любые уловки, чтобы заставить нас купить вещи, которые нам не нужны.
Вот цитата одного профессионала из сферы рекламы: «Проработав годы в рекламной индустрии, я могу вам сказать, что производство зависти, одержимости и вседозволенности идет полным ходом. Каковы их страхи? Какие у них надежды, мечты, проблемы? Что заставит их почувствовать себя лучше?»
Ежедневно мы подвергаемся атаке до 5000 или более рекламных сообщений. Нам показывают сверкающие новые машины, красивую одежду, аппетитную еду, электронику, которую «должен иметь каждый». Нам указывают на едва заметные различия между продуктами одной категории и часто говорят о том, что сегодня – это последний день, когда можно купить какую-либо вещь. Большинство роликов очень однобоки, никогда не сообщают о недостатках товара. Целые поколения выросли на обещаниях рекламной индустрии сделать нашу жизнь более красивой, желанной, надежной и удовлетворяющей наши потребности.
Хорошо, что Интернет и мобильная связь позволяют нам узнать и обратную сторону медали. Наши друзья могут рассказать нам о своих предпочтениях, своем опыте и о том, о чем реклама умалчивает. В Интернете мы можем прочитать разные отзывы о продуктах и брендах. Мы даже можем создавать собственный блог и оставлять в нем отзывы о качестве производителей, товаров и обслуживания. О здоровом образе жизни и правильном питании написано много книг, также много подобной информации содержится в Интернете{209}.
Защитники рекламы продолжают утверждать, что они не манипулируют нами и что у потребителей всегда есть выбор. Вот что отвечает на это профессор Бенджамин Барбер{210}:
«Доказать, что люди делают неправильный выбор, потому что на них оказывает огромное влияние реклама, очень просто. Как можно объяснить тот факт, что человек тратит $ 50 тысяч на машину и меняет ее спустя три года, в то время как недорогая качественная машина способна выполнять свою функцию транспортировки еще 5–8 лет? Как можно объяснить трату денег на покупку воды в бутылке, в то время как в большинстве регионов нашей страны вода из-под крана ничем от нее не отличается? И как оправдать появление десятков тысяч долларов потребительского долга лишь для того, чтобы купить все это?»
И далее:
«В нашем обществе глубоко укоренилась философия, предполагающая, что большее количество денег и приобретение большего числа материальных благ могут сделать нас счастливее. Однако проблема в том, что этим желаниям не суждено сбыться: всегда будет существовать что-то большее, всегда найдется кто-то, у кого денег и этих благ больше. В конце концов весь этот материализм ведет лишь к тому, что люди ощущают пустоту и единственный известный им способ заполнить эту пустоту – пойти в магазин и купить чего-нибудь еще».
Барбер продолжает свои рассуждения и разбивает весь процесс на две стадии. Во-первых, реклама, предназначенная для детей, делает из них потребителя, и частые походы в магазин означают получение новой порции рекламы. Во-вторых, со взрослыми обращаются как с детьми, которые хотят сразу много всего и которые оцениваются в обществе по купленным брендам. Девиз их жизни: «Я потребляю, а значит, я существую».
Есть еще одна проблема, в появлении которой виновата реклама: она связана с тем, что люди хотят иметь больше вещей, чем позволяет приобрести их доход. А тут наготове финансовый сектор, жаждущий предоставить легкие кредиты и продвигающий идею «купи сегодня, заплати завтра». Каждый берет один или два кредита и сразу может позволить себе машину, новый телевизор и другие «блага», просто поставив свою подпись. В 2008 году человек с доходом $ 14 000 имел возможность получить кредиты и купить дом стоимостью $ 708 000. Студенты колледжей теперь обременены триллионным долгом для оплаты образования, в то время как цены на него растут быстрее, чем инфляция.
Банки не переживают по поводу своей политики доступности кредитов. Они всегда смогут потребовать обратно дом или машину, если человек окажется не в состоянии больше платить. Банки ждут от правительства, что оно поможет студентам расплатиться с долгом за образование. Так или иначе реклама и банки развратили нас, превратив в общество, постоянно ищущее наслаждения, которое само доводит себя до того, что покупает слишком много товаров, залезает в большие долги и создает экономику «пузыря», который может в любой момент взорваться и продолжить историю бизнес-циклов с их подъемами и спадами.
Вопрос качества общественных товаров и услуг
До этого момента я говорил лишь о качестве частных товаров и услуг в американской экономике. Можно задать и следующий вопрос: а насколько американские общественные товары и услуги соответствуют высоким стандартам качества? Давайте сосредоточим свое внимание на двух главных общественных сферах: образовании и здравоохранении.
Итак, для начала рассмотрим государственную систему образования. Она финансируется за счет местных налоговых поступлений. Хорошая новость заключается в том, что местное управление может само решить, какие потребности у местной образовательной системы, которые могут различаться от города к городу. Печальная новость: дети, живущие в населенных пунктах, где платят высокие налоги, получат доступ к лучшим школам и более качественному образованию. Их сверстники, живущие в бедных населенных пунктах, особенно если они принадлежат к меньшинствам, получают менее качественное образование. В Соединенных Штатах только 38 % детей трехлетнего возраста имеют возможность посещать детские сады; в странах Организации экономического сотрудничества и развития (OECD) эта доля составляет 70 %. Приводит в ужас число американских студентов, которые не разбираются в математике, естественных науках, истории и литературе. Исследование 2012 года оценивало уровень знаний американцев от 16 до 65 лет и обнаружило, что их математические и технические навыки, а также грамотность находятся на гораздо более низком уровне, чем у жителей Японии и стран Северной Европы{211}. Наши более юные граждане расположились почти в самом конце списка из 23 стран, которые принимали участие в исследовании.
Теперь рассмотрим систему здравоохранения США. Соединенные Штаты тратят гораздо больше денег на заботу о здоровье своих граждан, чем другие страны, однако хвастаться нам в этой области особо нечем. В среднем Америка вкладывает в два с половиной раза больше средств на медицину из расчета на единицу населения, чем в других 34 развитых странах OECD. Например, она тратит в два раза больше, чем Франция, которая считается страной с очень качественной системой медицинского обслуживания{212}. Стоит вспомнить, что до Реформы здравоохранения и защиты пациентов свыше 45 % американского населения не имели медицинского страхования. Когда я рассказал об этом факте своему другу, профессору из Швеции, то он ответил: «Большинство европейцев ужасаются американской системе здравоохранения. Они считают, что базовое медицинское страхование есть человеческое право и не должно становиться частью свободного рынка. Это часть инфраструктуры, которая позволяет нашей стране работать, это как дороги».
Какие же у нас есть альтернативы для получения более качественных и безопасных продуктов, которые производятся и потребляются в условиях капитализма? Мы смогли убедиться в том, что запреты в большинстве своем не работают.
Первую альтернативу можно найти в примере с сигаретами, когда высокие налоги сокращают объемы продаж. Мы могли бы повысить налоги на товары, которые причиняют вред нашему здоровью или нашей безопасности. Такие налоги скорее всего отразились бы на потребителях. Однако они достигли бы своей цели – потребление вредных товаров сократилось бы.
Вторая альтернатива связана со стратегией подталкивания к правильному выбору – покупке более здоровых продуктов{213}. Некоторые исследования показывают, что ученики старших классов школы привыкнут есть здоровую пищу, если располагать полезные для здоровья продукты на самом видном месте в школьной столовой. Ученики, как правило, очень голодны после занятий и хватают первое, что видят. Развивая эту идею, можно представить себе супермаркеты вроде Whole Foods, которые кладут на лучшие места самые «здоровые» продукты по каждой категории. Тогда, например, более полезные мюсли будут лежать на уровне глаз, а менее полезные, переслащенные, будут ютиться на нижних полках.
В основе третьей альтернативы лежит использование инструментов социального маркетинга для убеждения людей принимать правильные решения{214}. Теория 4 Р (product, price, place, promotion – продукт, цена, место, продвижение) может быть применена и для мотивирования людей покупать более здоровые продукты. Приверженцы правильного питания должны объяснять людям преимущества таких привычек и негативные последствия от питания жирной и сладкой пищей. Мэр города Нью-Йорк Майкл Блумберг был в своем роде гражданским лидером, который занимался контрмаркетингом, пытаясь заставить супермаркеты отказаться от закупки лимонадов, в которых содержится более 500 граммов сахара, и убирать сигареты с видных мест.
Четвертая альтернатива: уже в начальной школе объяснять детям плюсы здорового питания и рассказывать им о проблемах, возникающих в результате обильного потребления соли, сахара и жиров. В таком случае можно надеяться, что они будут покупать более полезные для здоровья продукты. Этот подход всегда активно применяло шведское правительство для формирования у граждан с самого детства правильных привычек и здорового образа жизни.
Сегодня можно найти огромное количество таблиц здоровья, описывающих сбалансированную диету, богатую овощами, фруктами, а также белками и углеводами. В них советуют получать больше необходимого белка из рыбы и курицы, а не из мяса. Особенно говядина является дорогим способом получения белка, потому что для выпаса коров необходимо пастбище, а их сегодня становится все меньше и меньше. Получить белки, витамины и минералы можно и за гораздо меньшую стоимость.
Глава 13. Какой рост ВВП нам нужен. Темпы экономического развития
Жизнь – как вождение велосипеда. Чтобы сохранить равновесие, ты должен двигаться.
Пол Полман, выдающийся руководитель компании Unilever, сделал следующее заявление: «Мы мечтаем увеличить нашу компанию в два раза, однако при этом сократить наше воздействие на окружающую среду… Это необходимо сделать через более продуманное и ответственное потребление…»{215}
Если все компании поставят перед собой цель – удвоение своего производства и у них получится ее достигнуть, то невозможно будет добиться устойчивого экономического развития. Если менее развитые страны каким-то чудом добьются уровня жизни среднего класса, тогда загрязнение окружающей среды, загруженность автомобильных дорог и воздушных путей, перебои с электроэнергией очень негативно скажутся на нашей жизни и нашей планете.
Средние и крупные компании, особенно те, где есть акционеры, почти всегда хотят добиться роста своего бизнеса, который происходит по нескольким причинам. Во-первых, акционеры ожидают ежегодного роста доходов и прибыли – это означает, что компания находится в руках хорошего руководителя, который знает, как увеличить доход акционеров. Во-вторых, работники предпочитают развивающуюся организацию, так как в ней открывается больше возможностей для роста по карьерной лестнице. В-третьих, увеличение компании позволяет распределять издержки среди большего объема товара, что уменьшает расходы на единицу производимой продукции и тем самым приводит к уменьшению цены или увеличению дохода за единицу товара. В-четвертых, СМИ и фондовая биржа составляют рейтинг фирм по росту их ежегодного дохода и прибыли. В-пятых, руководители многих компаний амбициозны. Они хотят произвести впечатление на партнеров своими навыками управления, после чего у них откроется перспектива оказаться во главе еще большей компании, и их доход также увеличится.
Большинство руководителей уверены в том, что если фирма не растет, то она обязательно начнет уменьшаться. Она отдаст свою долю рынка более агрессивным конкурентам. Последние будут расти за счет масштаба производства, что сможет уменьшить их издержки и увеличить конкурентоспособность. Возникнет порочный круг, когда компании, не ориентированные на рост, будут становиться меньше и меньше.
Поделиться книгой: