Помоги проекту - поделись книгой:
Рысь погладила ее по руке.
– Меня Хао зовут, – призналась проститутка, застенчиво улыбаясь в ответ. – А как зе ты мне помозесь?
– Я поговорю с теми, кто тебя сюда притащил, попробую убедить их отвезти тебя обратно. Ты помнишь, куда тебя привезли сначала?
– Они мне глаза завязывали.
– А можешь сказать, что они делали потом, Хао?
– Они меня и еще двух девчонок посажали в масину. Я все еще ничего не видела. А масине были два мужика есе.
– Они тебя в Ногалес привезли?
– Нет. Они нас три дня держали в доме.
– А ты помнишь, где?
Девочка нахмурилась, покусывая губу, явно огорченная, что не могла дать больше полезных деталей. У нее вдруг начала дергаться нога, коленка подпрыгивала от нервного тика. Девочка все силилась что-то вспомнить. Рысь протянула руку, положила теплую ладонь за колено девочки. Подрагивание прекратилось.
– Ладно, ничего страшного, если не помнишь. А сколько примерно вас везли в машине?
– Первый раз недолго. Может, двадсать минут. А когда они взяли меня из тот дом и привозили в здесь, гораздо дольсе. Пять или сесть сясов, думаю.
– Я еще кое о чем спрошу, хорошо?
– Хоросо.
– Когда вы были в том доме целых три дня, у тебя тоже все время были завязаны глаза?
Хао помотала головой.
– Они развязывали мне глаза, когда мы были в дом.
– А ты не помнишь их лица или имена? – спросила Рысь.
У девочки загорелись глаза.
– Один был маленький мексиканес. Имя не знаю. Другой мужик больсой, волосы у него, как огонь. Я такие волосы никогда не видела. У него смесное имя. Не мексиканес, не американес.
– Ты умная. Не зря тебя так назвали.
Хао улыбнулась, поняв, что Рысь знала, что значило ее имя.
Момент счастья длился совсем недолго.
– Босс узнавает, сьто я тебе сказала это, он меня тогда убивает.
– Он не узнает.
Рысь поднялась и потянула девочку за собой. Сначала девочка испуганно отступила на шаг, а потом подчинилась, – и Рысь поняла, какое перед ней было хрупкое и ранимое дитя. Рысь была ростом метр семьдесят, и сантиметров на двадцать выше девочки. Когда она положила руку на затылок азиатки, та отшатнулась.
– Я тебе ничего не сделаю, – пообещала Рысь. Девочка успокоилась. Тогда Рысь запустила пальцы в длинные черные волосы китаянки, приводя прическу в полный беспорядок, потом убедилась в том, что короткая юбочка и черный топик тоже выглядели достаточно мятыми.
– Мы же хотим, чтобы он думал, что я получила то, за что заплатила, так? – Рысь подмигнула, и растрепала себе волосы, сбила футболку.
– Ты вернесьса за мной?
– Я постараюсь, – Рысь повернулась к двери и потянулась, чтобы отпереть, когда девочка окликнула ее:
– Лорен!
Она обернулась.
– Будь осторозьна, – предупредила Хао, в глазах ее был страх, – эти люди… у них пистолеты. Они опасность.
Рысь открыла дверь.
– Я тоже, – прошептала она, пропуская Хао вперед. Они направились к бару.
Джек полетела в Таксон на деньги, полученные от Юрия Драшева в качестве аванса. Она взяла себе билет в бизнес-класс. Не удивительно, что симпатичная стюардесса, тоненькая блондинка, понимающе улыбнулась и удивленно покачала головой, когда Джек заказала «пина колада» с тремя вишенками. Джек ведь выглядела так, словно только что из седла мощного мотоцикла – на ней был черный кожаный комплект – косуха и клепаные брюки, черная же футболка и громадные сапоги на толстой подошве. Джек вся состояла из противоречий, и никому не удавалось с первого взгляда составить о ней верное впечатление.
Пару дней назад Джек остригла свои длинные черные волосы и теперь носила короткий, но достаточно женственный «сэссон», ее стригли лезвием – модная тенденция художественного беспорядка на голове – общую строгую линию тут и там нарушали выбивавшиеся пряди. В этом было что-то небрежное и сексуальное одновременно.
Без пистолета Джек чувствовала себя голой, но при ее работе от стволов постоянно приходилось избавляться, так что Джек решила обзавестись новым по прибытии в Мексику. А пока она попивала коктейль и обдумывала план.
Перед вылетом из Нью-Йорка она позвонила одному из самых высокопоставленных знакомых в Бюро, специальному агенту Скотту Фэлпсу. Он возглавлял один из отделов штаб-квартиры ФБР в Вашингтоне. За ним числился должок, а еще у него был высший уровень доступа, поэтому Фэлпс с радостью предоставил ей все, что было у Бюро по Уолтеру Оуэнсу. Она знала, что последними жертвами «охотника за головами» были сплошь нелегальные иммигантки из стран Юго-Восточной Азии, скорее всего, заказанные через интернет при помощи так называемых сайтов «подбора невест». И, скорее всего, их протащили в страну через мексиканскую границу.
В такой ситуации оказать Оуэнсу услугу, очевидно, могли только люди, каким-то образом с ним связанные, например, переправлявшие в Америку его «невест».
Джек взяла в аренду машину, пересекла границу и направилась в сторону туристического центра Ногалес. Она вышла в город как раз к заходу солнца. Джек шла по темной улице, не обращая внимания на пристававших наркоторговцев и продажных парней. Достав мобильный, она набрала номер русского мафиози.
– Юрий, мне нужны кое-какие номера и имена в Мексике. Ну тех людей, которые поставляют тебе девочек.
– Джек, тебе бы лучше быть осторожнее, когда ты звонишь с такими вопросами, – Драшев был раздражен. – Сначала убедись, что я говорю по защищенной линии.
– Да я знаю, что ты на защищенной линии, – она хотела прибавить «идиот», но удержалась. – У тебя же есть определитель, а номер я тебе свой дала.
Джек купила новый номер, специально для этой работы, как она делала всегда.
– И все же…
– Но ты ведь не позволил бы кому-то другому поднять трубку на мой звонок, правда?
В ответ тишина.
– А почему ты думаешь, что у меня есть такие контакты? – спросил Драшев, меняя тему. – И зачем они тебе?
– Ответ на первый вопросы ты знаешь, – сказала она, давая понять, что была в курсе того, чем он занимался. – А нужны они мне потому, что, похоже, ты не избегаешь и контрабанды товаров с маркировкой «Ж». Кто ж знал, что у тебя с серийным убийцей столько общего? Все, хватит время тянуть.
Получив то, что ей было нужно, она закрыла телефон и пошла дальше.
– Составить тебе компанию? – спросила ее какая-то шлюшка и высунула трепещущий язык, поясняя, что у нее на уме.
– Не сегодня, – отозвалась Джек. – Где твой
Девица указала на машину, припаркованную на другой стороне улицы. Побитый седан, весь кузов которого был поеден ржавчиной. Когда Джек приблизилась, из машины вышел «папик».
–
– Вот шестьсот баксов, – бросила она, вложив хрустящие купюры ему в руку. – Мне нужен ствол.
Глава седьмая
В жаркий полдень Джек сидела под навесом в уютной таверне и наслаждалась прохладой. В просветах между домами на другой стороне улицы виднелось море и порт с бесчисленными рыболовецкими суденышками. Солнечные лучи рассыпали по воде алмазные блики, отражаясь от хромированных деталей прогулочных катеров и яхт.
Джек поставила опустевшую кофейную чашечку на газету – на столе лежала открытая «
Драшев дал Джек имя и номер своего «партнера по бизнесу», который мог ей помочь. Когда, позвонив, она упомянула в разговоре пахана, голос на другом конце провода назвал ей координаты таверны и сказал, что к ней подойдут.
Человек, которого послали с ней встретиться, приехал вскоре после самой Джек, но далеко не сразу вошел в заведение. Вместо этого мексиканец вышел из машины и закурил, опираясь на капот. Джек мгновенно его вычислила. Он выглядел как любой другой местный во время обеденного перерыва, но слишком уж часто бросал в сторону Джек изучающие взгляды. Она заставила себя проявить терпение и дождаться, когда он сделает первый шаг.
В кафе напротив было полно народу: благодаря удобному расположению прямо на берегу, туда постоянно заходили работники порта и отдыхающие с остановившихся в Гуаймас круизных лайнеров. Джек как раз собиралась с деловым видом перелистнуть страницу, продолжая изображать чтение газеты, когда увидела, как в кафе зашла симпатичная блондинка. Она искала свободный столик на улице. Девушка была от Джек в каких-нибудь двадцати метрах. Джек прищурилась, чтобы рассмотреть ее получше.
– Тоже мне шутки… – пробормотала она, не веря своим глазам.
Официант с подносом загородил Джек обзор:
– Мисс, я могу принести Вам еще кофе?
– «Пина колада», три вишенки, – нетерпеливо бросила Джек, выгибая шею и свешиваясь со стула, чтобы не потерять девушку из виду.
– Мы такое не подаем, мисс, может быть, Вы…
– Может быть, Вы уже отойдете, а? – оборвала его Джек. – Просто местного пива, пожалуйста.
Воспоминания нахлынули так стремительно, что у Джек закружилась голова. Так близко она не видела Кэссиди Монро уже несколько лет, но у нее не было сомнений, что это та самая девушка, о которой она впервые заговорила с Монтгомери Пирсом лет десять тому назад.
Последний раз Джек довелось столкнуться с ЭТС два года назад, и это была Лука Мэдисон aka Домино. Та встреча едва не стоила Джек жизни. Тогда она работала на сенатора Терренса Барроуза, сомнительного кандидата в президенты, обладавшего, ко всему прочему, огромной властью. Сенатор пытался раздавить ОЭН. Для Джек то задание оказалось немыслимым провалом. Вмешалась Домино – и чуть было не вынудила Джек убить собственного клиента. К счастью, репутация ее не пострадала: Барроуз оставил в тайне факт ее участия в операции.
Последний раз Джек удалось так близко подойти к Кэссиди в штаб-квартире ОЭН в Колорадо. Они никогда не были представлены друг другу – ни формально, ни как бы то ни было еще – да и пересекались крайне редко: Джек окончила учебу раньше, чем Кэссиди перевели в здание старших курсов. Но Джек приглядывалась к девочке с того самого дня, когда увидела ее впервые, Кэссиди тогда было всего одиннадцать.
Ее потенциал был заметен уже тогда; Джек сразу дала Монти знать о своих соображениях насчет врожденного инстинкта убийцы у крошки Кэссиди.
С тех самых пор Джек наблюдала, как росла Кэссиди, как она превратилась в красивую женщину и способную оперативницу. Всякий раз попадая в штаб-квартиру ОЭН – приехав на обсуждение или за новым заданием, Джек заходила взглянуть на своего белокурого ангела. Случалось, она пересекала всю страну, а иной раз и летела через Атлантику, чтобы послушать, как Кэссиди играет на скрипке. Уже в восемнадцать талант и мастерство Кэссиди признавали лучшие музыканты. Последний раз Джек видела ее около года назад, и то с большого расстояния. Со своего места на балконе она могла только по инструменту и цвету волос выделить Кэссиди среди других музыкантов в оркестре.
А вблизи… Джек ее не видела уже лет восемь. Она ждала распоряжений по тому роковому заданию, которое было для нее последним как для оперативника ОЭН, стояла у окна кабинета Монти Пирса и смотрела, как на площадке у гимнастического зала тренировали группу старших курсантов. Она рассмеялась, увидев, как Кэссиди шлепнула по заднице своего инструктора Дэвида Атэра – и, между прочим, ей это сошло с рук.
И теперь вот она – на той стороне улицы. Еще более обворожительная, чем помнила ее Джек, и уж наверное намного более опасная.
Джек интересовалась Кэссиди не столько потому, что ее обязывала работа или нужно было знать, каковы планы ОЭН, сколько по личным причинам. Что-то в Кэссиди всегда интриговало, привлекало ее, и это притяжение стало лишь сильнее, когда Джек увидела, в какую роскошную женщину превратилась Кэссиди.
Джек искренне наслаждалась этим зрелищем и даже немного расстроилась, когда человек, который ее изучал, выбросил окурок и, наконец, направился к ее столику. Мексиканец средних лет, с лицом, изрытым темными кратерами шрамов от угрей.
– Почему Вы ищете Энрике?
– Я уже говорила, что меня нанял его русский друг, чтобы я кое-кого отыскала. Все остальное Вашего босса не касается.
Мужчина окинул ее презрительным взглядом.
– Нет,
– Мой человек.
Он поднялся, собираясь уходить.
– На этом месте завтра в шесть. Я отведу тебя к нему.
Во время этого краткого разговора Джек наблюдала за Кэссиди боковым зрением. К своему огорчению, Джек заметила, что не она одна отдавала должное красоте девушки. Больше половины мужчин и значительная часть женщин тоже не могли оторвать взгляда от Кэссиди, а парни, проходившие мимо кафе, сворачивали шеи и замедляли шаг.
Увидев, как Кэссиди завязала разговор с кем-то из местных, улыбаясь ему приветливой и многообещающей улыбкой, Джек почувствовала, как у нее затрепетало внизу живота. И тогда она поняла, как давно и как капитально запала она на эту девочку.
Джек столько лет
Рысь устало потерла глаза и подавила зевок. Она ждала кофе. Она позволила себе всего пару часов сна после того, как вышла из клуба в Ногалесе. Рысь не могла медлить, поэтому поскорее села за руль, чтобы к утру покрыть расстояние до Гуаймас. Дорога была просто ужасная и отняла добрых пять часов. Это совпадало с временем в пути, о котором накануне говорила Хао. Поблизости не было других мощных портов, куда могли заходить огромные грузовые корабли. А именно на таких прибывали нелегальные иммигранты из Китая, Тайланда, Камбоджи – словом, с другой стороны Тихого океана, впрочем, равно как и из любого другого места.
Рысь не могла избавиться от чувства, что за ней наблюдают, хотя она сделала все возможное, чтобы выглядеть как обычная американская туристка, только что сошедшая с трапа круизного лайнера. На ней были шорты цвета хаки, темно-синий простенький топ и кроссовки. Свои длинные волосы она забрала в высокий хвост, чтобы не было жарко. Она достала дешевенькую книжонку из сувенирной холщовой сумки, купленной в паре шагов от кафе, и стала делать вид, что увлечена чтением. Большие солнечные очки прекрасно скрывали тот факт, что на самом деле ее внимание было приковано к местным мужчинам, входившим и выходившим из таверны напротив, а также обедавшим в кафе.
Она видела нескольких рыжеволосых, но пока ни один не подходил под описание, которое дала ей девица из Ногалеса. Все рыжие, попавшиеся на глаза, скорее всего, были американскими туристами – соответствующий вид и, конечно, камеры на шеях.
Первым пунктом назначения в то утро был сам порт, но там, к удивлению Рыси, вокруг грузовых судов практически ничего не происходило. Ей удалось поговорить с одним рыбаком, выгружавшим свой улов. Рысь узнала, что в такое время большинство работников порта уходит на обед. А лучшим местом, по словам рыбака, было кафе «Касада» всего в паре кварталов оттуда.
Рысь решила сесть в кафе напротив, откуда хорошо просматривалась вся улица. Как и всегда, она привлекала восхищенные взгляды представителей обоих полов. Блондинки для местных были диковиной, поэтому Кэссиди, сама того не желая, привлекала еще больше внимания, чем обычно. Она умела игнорировать нежелательное внимание к своей персоне.
Конечно, сама она ценила женскую красоту, причем высоко, когда дело касалось сексуальных потребностей. Но ее взгляд никогда не останавливался подолгу на проходящих мимо женщинах. В то время как к ней самой жадные взгляды прилипали постоянно.
Минут через двадцать в кафе зашел дюжий мексиканец – косая сажень в плечах – с огромными бицепсами. Он хрипящим басом окликнул девушку за кассой, точно старую знакомую, и сделал заказ на испанском. Свое блюдо с буррито и пиво он отнес за соседний столик, Рысь в этот момент кокетливо сняла очки и широко улыбнулась, подняв взгляд на верзилу.
Поделиться книгой: