Корни

Дженни (зажигает свечу в подсвечнике). Вот возьми с собой. Я тебе уже постелила. Хочешь что-нибудь выпить перед сном?

Бити. Нет, спасибо.

Дженни (берет керосиновую лампу и направляется к двери). Ну ладно. Спи спокойно.

Бити (идет со свечой к другой двери). Спокойной ночи, Дженни. (Останавливается в дверях.)

Сейчас и до конца действия они говорят громким шепотом.

Послушай, Дженни.

Дженни. Что?

Бити. Я испеку тебе пирог у мамы.

Дженни. Не болтай глупости. Отец не позволит тебе тратить на меня электричество.

Бити. Я на него маму напущу. Все будет в порядке. Все равно твоя печка слишком маленькая. Спокойной ночи.

Дженни. Спокойной ночи.

Бити (после паузы). Послушай, Дженни.

Дженни. Что еще?

Бити. Я тебе говорила, что начала рисовать?

Дженни. Рисовать?

Бити. Красками на картоне и холсте.

Дженни. Что же ты рисуешь?

Бити. Слышала про абстрактную живопись? Узоры и разные линии, ничего другого я не умею. Я две штуки послала домой. Покажу тебе, когда приедешь, — если мама не выбросила.

Дженни. Значит, ты теперь художница?

Бити. Да. Спокойной ночи.

Дженни. Спокойной ночи.

Каждая уходит к себе, и комната погружается в темноту[1].

В окно проникает лишь слабый свет луны.

Занавес

Действие второе

Сцена первая

Прошло два дня. Бити должна приехать в дом своих родителей, где она выросла. Это домик, принадлежащий фермеру, у которого батрачит ее отец и из которого его выбросят, если он лишится работы. Домик стоит на шоссе между двумя большими деревьями. Внутри просто, но чистенько. Зрителю видна большая кухня, где семья проводит почти все время, и примыкающая к ней вместительная кладовая, а также часть столовой и уголок садика, где на веревке висит белье.

Миссис Брайант — невысокая полная женщина пятидесяти лет. Почти весь день она одна, и поэтому, когда ей представляется случай поболтать с кем-нибудь, она спешит сказать как можно больше. Кроме торговцев, мужа и остальных членов семьи, которые иногда заходят, она никого не видит. Говорит она всегда очень громко, так что даже самый ее дружелюбный тон кажется агрессивным, и даже пустяковую сплетню она умеет преподнести как значительное событие. Когда она судачит о чем-нибудь, то словно разыгрывает представление в лицах, почти не глядя на собеседника.

В данный момент она стоит у двери, ведущей в садик, и зовет кошку.

Миссис Брайант. Косей, Косей, Косей, Косси, Косей, Косей! Иди есть! Косей, Косей, Косей, Косей! И куда только она запропастилась? Пропади ты пропадом, некогда мне на тебя время терять. (Возвращается в кухню, приносит из кладовой картофель и начинает чистить его.)

В заднюю дверь входит Стэн Мэин. Он яростно сморкается, насколько это позволяет его парализованная рука. Миссис Брайант оборачивается, не переставая чистить картофель.

Стэн. Вот везенье — схватить насморк летом, а, Дэфни?

Миссис Брайант. Да, не повезло. Садиська отдохни. Что за курточку ты на себя напялил?

Стэн. Курточку! Скажет тоже. Да на нее полкоровьей шкуры пошло. Где дочка-то?

Миссис Брайант. Бити? Еще не приехала. А ты ее не видел?

Стэн. Я, вишь ты, больно рано пришел, спала еще. Она всегда остается на субботу и воскресенье у Дженни, когда приезжает?

Миссис Брайант. Почти всегда.

Стэн чихает.

И чего ты сюда притащился с таким насморком? Ступай лучше домой, ляг в постель.

Стэн. Неподалеку был, у дома священника, туда товары скоро привезут для продажи.

Миссис Брайант. Все ходишь, глазеешь?

Стэн. А как же? Незаметно время убьешь.

Миссис Брайант. Небось тянется время?

Стэн. Еще как тянется. То-то и оно. Так тянется, думаю — уже понедельник, ан еще суббота. Ну да ничего, мать, я в свое время погулял. Нда. Как следует погулял.

Миссис Брайант. Что верно, то верно. Порядком погулял, даже лишку прихватил. Хотела бы я с твое пожить.

Стэн. Нда, погулял. А случись мне начать с начала, опять бы так жил. Не веришь? В точности так же…

Миссис Брайант. Ах ты, греховодник! И пил бы снова, и все такое?

Стэн. Черт возьми! Да иначе бы я и не вытянул. Никак не вытянул. Разве теперешняя молодежь так может? Черта лысого! Искры божьей в них нет. Кишка тонка. Как неживые какие-то! Вот читаешь в газетах, что на свете творится, и думаешь— а они-то понимают, что к чему? Ей-богу! Есть у них глаза? Думаешь, они знают, на каком свете живут? Ничегошеньки они не знают, никто из них. Эхма! Зима уходит, приходит весна, а они даже почек не замечают, и запаха ветра не чуют, и девушек не видят, а коли увидят, так не знают, что с ними делать. Ни-ни!

Миссис Брайант. Ишь куда хватил; уж это они знают.

Стэн. Был бы я сейчас молодым, я бы им показал. Перед всем честным народом показал.

Миссис Брайант. Да уж помалкивай ты, Стэн Мэнн.

Стэн. Верни мне молодые годы, Дэфни Брайант, — ублажу тебя в наилучшем виде. Да только не вернутся они, те денечки.

Миссис Брайант. Не вернутся. Да, было время, когда я с другими девушками в поле работала. Не вернешь того времени!

Стэн. Не вернешь! Подлая штука эти годы. (Пауза.) А молодые, они что ж, ничего себе… коли не дают себя в обиду да сами мозгами шевелят. (Чихает и кашляет.)

Миссис Брайант (подходит, чтобы помочь ему). Ну-ка ступай домой, Стэн Мэнн. (Добробушно.) Не ровен час, здесь у меня помрешь. Пойди-ка глотни рому, старик, рому и молочка горячего, и ложись в постель. И как это только хозяйка тебя в таком виде выпускает? (Запахивает поплотнее куртку на старике и выпроваживает его.)

Стэн (бормочет, уходя). Хорошая она баба, правильная, не знает только, как плохи мои дела. Вот обмотаю шею шарфом. Давненько он у меня, еще с тех пор когда у меня машины появились. Она его мне купила. Долго служил. Вообще-то в такую погоду он вроде бы и ни к чему… (Уходит.)

Миссис Брайант (бормочет под нос одновременно со Стэном). Ступай, ступай, старый дурачина, разгуливает с таким насморком. Сам не знает, что делает. Бедняга. Косей, Косей! Где ты, Косей? (Заглядывает в дверь столовой, потом смотрит из окошка на Стэна.) Бедняга! (Продолжает чистить картофель, потом включает радио, пробует все станции по очереди, пока не находит очень шумную танцевальную музыку, которую включает на полную громкость.)

За сценой раздается: «О-го-го, ма-ма, о-го-го». Но миссис Брайант не слышит. Бити входит в садик и заглядывает в кухню.

Миссис Брайант (подскакивает). Ух, как ты меня напугала.

Бити (приглушая радио). Неужели так не слышно? Здравствуй, мама. (Целует ее.)

Миссис Брайант. Приехала, значит.

Бити. Разве ты не получила мою открытку?

Миссис Брайант. Сегодня утром получила.

Бити. Значит, ты знала, что я приеду?

Миссис Брайант. Конечно.

Бити. Багаж мой прибыл?

Миссис Брайант. Чемодан и сверток какой-то в бумаге.

Бити. Это мои рисунки.

Миссис Брайант. И еще чемоданчик.

Бити. Это мой проигрыватель. Видела какой?

Миссис Брайант. Я ничего не трогала.

Бити. Купила себе проигрыватель в рассрочку.

Миссис Брайант. Не вздумай сказать об этом Перл.

Бити. Почему?

Миссис Брайант. Она обидится, что ты не купила через нее в клубе.

Бити. Господи, мама, не хватало еще, чтобы мне прислали старый проигрыватель откуда-то с севера, когда мы живем рядом с музыкальным магазином.

Миссис Брайант. Ну ладно, ладно. Каким автобусом ты приехала, десять тридцать?

Бити. Поймала его на старом мосту возле Дженни.

Миссис Брайант. Я выглядывала, думала, может, ты в девять тридцать приедешь, а тебя не было; ну, думаю, теперь, значит, в десять тридцать приедет. Старика Стэн Мэнна не встретила?

Бити. Это он сейчас шел по дороге?

Миссис Брайант. На нем старый коричневый шарф.

Бити. Значит, я его видела! Как раз когда сходила с автобуса. Джимми Билс как следует искупал его у себя на участке — с ним опять грех случился.

Миссис Брайант. Да неужто снова?

Бити. Да.

Миссис Брайант. Бедный старик. Так вот отчего у него насморк. Он приходил сюда и так чихал, что чуть не лопнул.

Бити. Бедняга. А чай есть, ма? Я хочу распаковать вещи.

Бити с чемоданом направляется в столовую. Зрителю видно, как она вынимает платья и вешает их на плечики, а блузки и белье раскладывает на диване.

Миссис Брайант. Ты цветочки мои видела, когда шла? Некоторые розы еще цветут. Они вьются по стене, заметила? А астры и герань? Бедняга Джо Сеймондс дал мне их незадолго до смерти. Герань что надо.

Бити. Ага.

Миссис Брайант. Когда Ронни приедет?