Голова Медузы

— Это мистер Флэнч. Вместе с Ролингсом отведите его в морг для опознания убитой. А потом, мистер Флэнч, вам придется вернуться ко мне.

Когда через некоторое время Ролингс снова появился в кабинете инспектора, он был один.

— Флэнч подтвердил, что это Бетси Тротвуд. У него нет никаких сомнений.

— А где он сам? — рявкнул Тёрли.

— В баре напротив. После опознания решил слегка взбодрить себя, прежде чем продолжить разговор с вами.

Действительно, после пары рюмок бренди Сэмюэль Флэнч вернулся в полицейский участок и был готов нести свой крест до конца. Теперь его мысли сосредоточились на жене.

— Инспектор, вы, конечно, считаете, что я обманывал ее. Но это как посмотреть. Она у меня инвалид, и я не хотел, чтобы она знала о моей девочке. Я пришел к вам добровольно, избавил вас от лишних хлопот. Надеюсь, наша договоренность останется в силе?

Тёрли подтвердил, что не собирается бежать к миссис Флэнч с разоблачением ее мужа, и задал обычные в таких случаях вопросы, на которые Флэнч отвечал весьма охотно.

— Последний раз я видел Бетси три дня назад. Мы с ней немного повздорили, поэтому так долго не встречались.

— Из-за чего вы повздорили?

— Не сбивайте меня, инспектор. Разрешите рассказать все по порядку, — Флэнч открыл свой дипломат и достал какой-то журнал. — Вот, посмотрите. Сегодня утром я забежал в Крейнбрук Мэншенс и прихватил его с собой. Думал, он вам пригодится.

Тёрли пролистал журнал и на одной из полос увидел фотографию симпатичной девушки в нижнем белье фирмы «Титания».

— Это Бетси. Неплохо выглядит, правда? Не смотрите, что она так одета. Это всего лишь работа, и ничего больше.

— Вы так и не сказали, почему поссорились, — напомнил Тёрли.

— Как раз это я и собираюсь сделать. Одно дело, когда она позировала в нижнем белье для журнала, и совсем другое — когда взяла себе парочку таких комплектов. Мне показалось это неприличным, и мы поругались. Потом я решил, что вел себя, как старый зануда, и оплатил счет за них. Вчера я собирался отдать его и пришел на квартиру, но она там не появилась. Я напрасно прождал ее с шести до одиннадцати вечера. А сегодня утром «моррис» в гараже так и не появился.

— Вы считаете, что Бетси сама уехала на нем?

— А кто же еще? — пожал плечами Флэнч. — Правда, она могла одолжить его подруге. Та время от времени пользуется машиной.

— Кто ее подруга?

— Вы не поверите, инспектор. Высший класс! — Флэнч закатил глаза. — Настоящая леди. Жена известного адвоката. Не в моих правилах сплетничать, но мой долг оказывать посильную помощь полиции. К тому же, вы все равно узнаете, — он перешел на шепот, — это миссис Кинсард, жена известного адвоката. Бетси звала ее просто Барбарой. Как они подружились, ума не приложу.

Зато Тёрли сразу все понял: эта женщина вела двойную жизнь, и в каждой из них говорила о другом своем «я», как о подруге.

— Мистер Флэнч, Бетси сама вам рассказала про Барбару?

— Да, но я не поверил. Откуда у нее могла взяться такая подруга? Потом однажды она показала мне в газете раздел светской хроники. «Вот смотри, Сэм, разве мы с Барбарой не похожи? Нас все принимают за сестер».

— Они в самом деле похожи?

— Не так, чтобы очень. Вот, посмотрите сами.

Флэнч вытащил из дипломата номер «Иллюстрированных лондонских новостей» и протянул его Тёрли. На фотографии, снятой со вспышкой, были изображены женщина в мехах и стоящий рядом с ней мужчина в смокинге. Под фотографией подпись: «Мистер и миссис Кинсард среди приглашенных во вновь открывшийся театр «Космополитен».

Тёрли сравнил две фотографии — эту и с рекламы нижнего белья — и пробормотал себе под нос:

— Действительно, похожи.

— Меня тогда интересовал ее муж, — продолжал Флэнч. — Железнодорожные компании выставили нам иск, и мы надеялись на благополучный исход дела, но после выступления Кинсарда в суде — он был на их стороне, — наши надежды рухнули.

— Скажите, мистер Флэнч, как вы думаете, Тротвуд — это настоящая фамилия вашей девушки? — спросил Тёрли.

— Я никогда этим не интересовался, — пожав плечами, ответил Флэнч. — Какая мне разница?

— А если я вам скажу, что Бетси Тротвуд и Барбара Кинсард — одна и та же девушка?

— Не порите чушь, инспектор, — раскатисто рассмеялся Флэнч. —Посмотрите на фотографии. При желании их можно принять за сестер, но чтобы это была одна и та же девушка — увольте меня. Во-первых, стиль. Вы можете себе представить миссис Кинсард в нижнем белье в фотостудии?

Тёрли даже самому себе не смог ответить однозначно.

— Мистер Флэнч, из вечерних газет вы узнаете, что мистер Кинсард признал в покойной свою жену.

— Что?! — воскликнул оторопевший Флэнч и, немного подумав, добавил: — Ну и пусть с ней останется. А мне лучше забыть про мою бедную крошку. Таким образом, я в этой истории не замешан.

— Вы можете хотя бы допустить, что Бетси Тротвуд и Барбара Кинсард — одна и та же женщина, которая вела двойную жизнь?

— Я пришел сюда добровольно, — напомнил Флэнч. — Хотел вам помочь. А теперь вижу, вам больше моего известно. Я в этой истории не замешан, — упрямо повторил он, — и не хочу принимать в ней участия.

— Ошибаетесь! — рявкнул Тёрли. — Мне наплевать, с кем она жила, если только это не поможет отыскать убийцу. Когда я высказал предположение, что Бетси Тротвуд, возможно, жена Артура Кинсарда, вы рассмеялись мне в лицо, а потом согласились с этим предположением. Почему вы сначала решили, что я порол чушь?

— Извините, инспектор, — смущенно проговорил Флэнч. — Чушь порол я. Когда джентльмен говорит, что это его жена, разве я стану перечить? Какой смысл гнать волну и говорить обратное?

— Бетси Тротвуд была профессиональной моделью?

— Не совсем. Ее услугами пользовалась только фирма «Титания», и то не часто. Мне кажется, она получала процент от продажи картин. Или, по крайней мере, пыталась. Я как-то видел целую кучу картин в «моррисе». Бетси сказала, что хотела помочь Барбаре продать их или выставить где-то. Не помню точно. У нее никогда не было денег, и она обходилась мне недешево. Я прекрасно понимал, что она собой представляет, но не знал, кто она и откуда. Мы встречались главным образом в съемной квартирке. Иногда обедали вместе в городе. Еще реже выезжали на природу. Но она была забавной.

Допрос на этом завершился, и Тёрли вызвал к себе Ролингса.

— Здесь фото Бетси Тротвуд, — сказал он, передавая ему журнал. — Свяжись с «Титанией» и выясни о ней все, что сможешь. Потом поезжай в редакцию «Иллюстрированных лондонских новостей» и возьми оригинал снимка Кинсардов. После этого поезжай в гараж и займись «моррисом».

— Ясно, сэр.

— Веди себя дипломатично. Может оказаться, что Барбара Кинсард и Бетси Тротвуд — одно и то же лицо. Но не исключено, что это две разные девушки.

— И тогда либо Кинсард, либо Флэнч дали ложные показания.

— Необязательно. Один из них мог просто ошибиться. Если же нет, то у нас две девушки, которые не только похожи друг на друга, но имеют и одинаковые шрамы. К тому же лицо покойной было повреждено, и над ним поработал доктор. Поэтому не стоит удивляться, что Кинсард признал в похожей девушке свою жену, настолько он был взволнован. Придется на всякий случай вызвать миссис Тремман для опознания.

4

Артур Кинсард жил в доме, построенном его прадедушкой. Это был типичный особняк Викторианской эпохи, в пристройке которого находилась конюшня для трех лошадей и двух экипажей и жилье для кучера с семьей. Но экипажи с лошадьми ушли в прошлое, и конюшня стала гаражом. Вместе с кучером исчез садовник, и тропинки в саду, которые некогда вели на теннисный корт и лужайку для игры в крикет, заросли сорной травой.

Вернувшись из полицейского участка, Кинсард поставил машину в гараж и направился в дом, где его ждала теща.

Миссис Тремман выглядела моложе своих пятидесяти лет, и в волосах у нее не было ни одной сединки. Одетая всегда со вкусом, она отличалась безукоризненной грацией. Кинсард считал свою тещу милой и привлекательной, но даже не подозревал, что она вообразила, будто нравится ему как женщина.

Он вошел в гостиную, и миссис Тремман буквально впилась в него глазами. Застывшее, словно маска, лицо Кинсарда сказало ей обо всем, и она тихо проговорила:

— Барбара умерла?

Кинсард взял ее за руку, такую же тонкую, как у Барбары.

— Не буду начинать издалека. Вы не из тех женщин. Она убита.

И он во всех подробностях, чтобы избежать лишних вопросов, рассказал о своем визите в полицейский участок.

— Совсем как в том ужасном деле Гибберна, — выслушав его, прошептала миссис Тремман. — Они должны запретить публикацию подобных отчетов из зала суда. Скажи честно, Артур, ты ведь никогда не был особенно близок с бедной девочкой, не так ли?

— Вы правы, Маргарет. Наш брак трудно назвать счастливым.

— Бедный мальчик. Я всегда знала об этом и была признательна тебе за верность Барбаре.

Миссис Тремман так и не дождалась от него слов, какой замечательной тещей для него и матерью для Барбары она была. Вздохнув, она грациозно поплакала и предалась воспоминаниям, которые прервал возглас Кинсарда, бросившего взгляд в окно.

— К нам подъехала машина. Кажется, это полиция.

— Если они приехали увидеть меня, то скажи им, что я не валяюсь в истерике, — попросила миссис Тремман.

— Вы мужественная женщина, Маргарет. Я всегда знал об этом, — с этими словами Кинсард покинул гостиную и отправился встречать полицейских.

Не успела миссис Тремман поправить прическу, как он вернулся в гостиную.

— Маргарет, мне чертовски неприятно, но полиция хочет, чтобы вы тоже опознали Барбару.

— Не огорчайся, дорогой. Я все равно хотела увидеть ее.

— Все гораздо хуже, чем вы думаете. Я хочу вас подготовить. Лицо у Барбары сильно повреждено. Это может вас потрясти.

— Артур, ты недавно назвал меня мужественной женщиной, — грустно улыбнулась миссис Тремман. — Это не совсем так, но я способна контролировать себя. Обещаю, истерик не будет.

— Тогда, Маргарет, я должен вам рассказать то, о чем вы раньше не знали. Помните, как в первый год после нашей свадьбы вы подарили Барбаре на день рождения прекрасный набор ножниц в футляре из крокодиловой кожи?

— Конечно.

— Когда мы поехали отдыхать в Девоншир, она взяла его с собой.

— Зачем он ей там понадобился?

— Если б я знал! В гостинице она случайно проткнула себе ножницами кожу. К счастью, рядом оказался доктор и наложил ей пару швов.

— Почему я ничего об этом не знала?

— Барбара не хотела вас огорчать, ведь это был ваш подарок. А существует примета: подаренные ножницы или нож приносят несчастье.

— Какая чепуха! Она прекрасно знала, что я лишена предрассудков.

— Дело в том, что на теле остался небольшой шрам, и, если полиция спросит об особых приметах, вы должны знать об этом. Иначе… — и Кинсард замолчал.

— Что иначе? — переспросила миссис Тремман.

— Иначе, Маргарет, у вас на глазах они будут изучать каждый сантиметр ее тела и буквально вывернут вашу душу наизнанку.

— Дорогой Артур, как ты заботлив. Я все поняла. Ты поедешь со мной?

— Нет. Думаю, мне лучше остаться дома. Я потом заберу вас из участка, а пока разберу картины в машине и занесу их в дом.

Миссис Тремман степенно вышла из гостиной, но очень быстро вернулась.

— Они еще не готовы ехать, — объяснила она. — Молодой полицейский поднялся к миссис Хэнсон. Что ему от нее надо?

Кинсард пожал плечами.

— Полиция всегда проверяет каждое заявление, сделанное свидетелем. Например, тот же шрам. Если вы скажете, что услышали о нем от меня, полиция будет вынуждена возобновить допрос, а потом уже все перепроверить у вас.

— Ты преувеличиваешь, Артур, — успокоила его миссис Тремман.

Через несколько минут в гостиную вошел Ролингс, пригласил миссис Тремман спуститься к машине, и они вскоре уехали.

Когда вечером Кинсард собрался поехать за ней в полицейский участок, по дороге к гаражу его остановила миссис Хэнсон.

— Миссис Тремман собирается сегодня остаться у нас? — спросила она с плохо скрываемым раздражением.

— Конечно, нет. Она уедет домой после ланча. Приготовьте нам что-нибудь.

— Да, сэр, — и, понизив голос, кухарка спросила: — Его поймали?

— Нет еще. Но уверены, что поймают.

Во всяком случае, уже нашли хозяина машины. Некую мисс Бетси Тротвуд. Я с ней не знаком, но думаю, она бывала у нас в мое отсутствие. Вы ничего о ней не знаете?

— Я никогда не видела мисс Тротвуд, но миссис Кинсард часто упоминала это имя. Полицейский расспрашивал меня. О!

— Что-нибудь вспомнили, миссис Хэнсон?

— Да. Позавчера с миссис Кинсард мы перетаскивали картины, что лежат у вас в машине, и миссис Кинсард сказала: «Пока не забыла, надо позвонить Бетси и напомнить о «Медузе» Джорджа». Кажется, именно так она ее назвала. Когда я вернулась в холл, то услышала, как они разговаривают по телефону. Миссис Кинсард говорила: «Тебе лучше привезти «Медузу» сюда, чтобы все картины отправить вместе».

— Если полиция будет допрашивать вас, наверное, есть смысл рассказать ей об этом разговоре, — заметил Кинсард. — А после ланча, когда миссис Тремман уедет, помогите мне, пожалуйста, перенести картины в дом. Я пока сложу их в гараже. Мне надо спешить, миссис Тремман ждет меня в полицейском участке.

5

По дороге из полицейского участка они не обмолвились ни словом, и миссис Тремман была весьма озадачена поведением Кинсарда. После ланча она не проявила никакого желания уехать домой, и они прошли в гостиную.

— Артур, если постоянно оставаться наедине со своими мыслями, можно и закомплексовать, — заметила миссис Тремман. — Разве ты не хочешь узнать, как все прошло в полиции?