Большая ложь. 1000-летняя попытка Запада ликвидировать Российскую Государственность

Другие кандидаты из американской администрации учли урок смирения в сенате и воздерживались от людоедских откровений. Разве что кроме Д. Лемана, нового министра военно-морского флота, который провозгласил «громадную разрушительную и психологическую пользу ядерного оружия».

Подковерная борьба Пентагона завершилась победой ВПК: 25 тысяч его основных подрядчиков и 50 тысяч субподрядчиков ожидали своего куска пирога от военного бюджета. Фундаментом новой политики стала военная сила, и только на стратегические вооружения было выделено 220 млрд. долларов (1982–1987).

В одном из западных журналов автор встретил график

«Ядерный потенциал стратегических наступательных сил США на 1960–1990 гг.»: 1960-4 200 боезарядов, 1970-3 100, 1980 – около 10 000, 1990 – почти 20 000. А если к этому добавить резкое увеличение средств доставки – ракеты, авиация, танки…

Дело в том, что усилиями администрации во главе с президентом Р. Рейганом ВПК США получил то, к чему он так стремился в «десятилетие разрядки», – массированное перевооружение. И все это ради того, чтобы добиться значительного превосходства над системой социализма? Ради этого обострялась напряженность в мире?

Помилуй Бог! Американская стратегия прямого противоборства преследовала триединую цель:

– держать в экономическом напряжении своих союзников по НАТО в Европе, вынужденных из своих бюджетов выделять в ущерб своему государству значительные средства на военные расходы;

– затем показать всем строптивым странам решимость США действовать в любом регионе (вспомните СБР в зоне Персидского залива в 1981 году и позднее!);

– и, наконец, главное – продолжать подталкивать Советскую Россию к затяжной гонке вооружений, истощающей ее бюджет и подрывающий экономику однобоким развитием военной промышленности.

ВПК США набирал обороты, получая миллиарды долларов от продажи оружия. Министр обороны в правительстве Рейгана за 15 месяцев объездил 30 стран: в Западной Европе он требовал прекратить разрядку, развертывать нейтронное оружие, пересмотреть договор о запрещении ведения химической и бактериологической войн. А в Саудовскую Аравию продал на 8,5 миллиардов авиационной техники.

Так администрация Рейгана вела дело к оформлению новой военной коалиции, направленной против Советской России. Готовая формула идеи гегемонии гласила:

«…желательные исторические перемены происходят в рамках общепризнанных правил западной цивилизации и международного права, западных норм поведения на международной арене…».

И перемены достигли своего апогея в 1999 году, согласно общепринятым правилам западной цивилизации в Балканской войне, целью которой была необъявленная тайная задумка – принесение Югославии в жертву в качестве прелюдии к разделу Российской Федерации, если…

А тогда, в начале 1980-х, Америка готовилась вести переговоры с соцлагерем с позиции силы. Естественно, с учетом побед на фронте «психологической войны» в Венгрии (1956), Чехословакии (1968), Польше (1980)… Белый дом намеревался приложить свой опыт по работе в этих соцстранах для реализации очередного двенадцатилетнего цикла в отношении очередной соцстраны. Готовился и надеялся, что это случится с Советской Россией. Но якобы расчет был на период в 20 лет и даже на начало XXI столетия…

Штатам повезло: на их пути повстречался Сусанин со знаком минус» в лице стойкого ленинца и яркого демократа Михаила Горбачева, и они расплатились с ним по-царски – Нобелевской премией, которую на самом деле он получил за предательство в отношении 300 000 000 граждан России. И все же – не только за разрушение Советской России, а за покушение на тысячелетнюю Российскую Государственность. Его личный враг, но брат по партии, Борис Ельцин, кроме моральной и советнической поддержки по разрушению Советской России из-за океана ничего не получил.

Казалось бы, оба коммуниста-герострата большую часть жизни в рядах партии активно копали могилу капитализму, и оба торопливо обрядились в наспех предложенные им из-за океана доспехи антикоммунистов.

Один – Горби – создал глубокое неверие народа в способность Кремля что-либо изменить в судьбе Советской России, а другой вверг Новую Россию в чудовищного размаха дикий капитализм. Такой трагедии в одной Великой Державе мир еще не видывал.

Америка выиграла Третью мировую «холодную войну». И автору представляется, что американская доктрина «войн низкой интенсивности» имела ввиду не только военные действия в горячих точках мира, но и «экономическую» и «психологическую» войны.

В 988 году князь Владимир осадил греческий город Херсонес. Он принудил его к сдаче после того, как перекрыл в город приток воды по скрытым трубопроводам с окрестных гор. Город выстоял бы, но случилось предательство: в его стенах действовал лазутчик князя, который послал в стан русских стрелу с запиской о тайных водопроводах…

Данте поместил предателей в девятый, самый последний круг ада. А где место «пятой колонне» в партийных, правительственных, общественных рядах россиян? Ни одна самая невероятная мысль не могла предвидеть, что Великая Держава падет столь безболезненно для враждебного ей западного мира. Но столь болезненным для нашего Отечества путем.

Лет полтораста назад Карл Маркс писал: «Разум в мировой истории все же побеждает». А вдруг это была минутная слабость гения? И он имел в виду, что социализм угробят политики типа «кремлевских старцев», а Россию – кукловоды из-за океана руками Горбачевых, Ельциных с «младореформаторами», взращенных этими же «кукловодами»?

Так в чем же преуспели Штаты, введя троянского коня в виде экономической и психологической войн на территорию Советской России и в наше послесоветское Отечество?

Исподволь сильные мира сего в Америке вскармливали еще одного троянского коня, но уже против… собственных союзников по НАТО, то есть фактически – против всего остального мира.

Эксперты фирмы «Рэнд корпорейшн», выступающей многие десятилетия главным консультантом ЦРУ и остального американского разведывательного сообщества, а также ведущим консультантом консервативного клана на Капитолийском холме в сенате, в середине 70-х годов подготовили прогноз на ближайшие пятьдесят лет. Речь шла об оценке американцами своих шансов сохранить статус глобального влияния державы номер один.

Вот некоторые выдержки из серии «фирменных» оценок:

«…в сравнении с другими странами Соединенные Штаты будут приходить в упадок, в то время как экономический и политический статус…Германии, Японии и даже Бразилии будет возрастать…».

Одна из европейских газет обратила внимание на такое довольно странное заявление, прозвучавшее из уст столь престижного консультанта американских верхов:

«…век сверхдержав заканчивается… Ни русские, ни американцы не смогут навязать собственную волю другим странам мира. Даже совместными усилиями сверхдержавы не смогут навязать свой вариант всемирного порядка разными странам мира…».

Западные наблюдатели восприняли подобные заверения из-за океана как дезинформационный материал, призванный де-юре усыпить внимание Европы, третьих стран и соцлагеря, а де-факто – создать условия, при которых ни одна из стран не могла бы бросить вызов превосходству Штатов.

В восьмидесятые годы в соревнованиях двух супердержав американская сторона делала упор уже не на военную мощь, а на негибкость советской системы не только в вопросах политики и экономики, но и в отношении нерусских национальных меньшинств.

В документах сената США говорилось: «Русские не обладают способностью приспосабливаться и проводить внутренние реформы, чтобы остаться на высоте положения в XXI веке…».

Прогнозируя будущее в отношениях Запад-Восток, американские эксперты национальный вопрос в России называли «политической бомбой замедленного действия», говоря: «В международном плане США извлекут выгоду из того факта, что Западный союз окажется более прочным и стабильным, чем его советский аналог в восточно-европейском блоке…».

Это были не просто оценки и реальные аргументы на последующие годы – это было прикрытие конкретных дел Штатов по укреплению и завоеванию абсолютных высот американцами в политическом, экономическом и военном отношении.

Последующие годы подтвердили это, но впереди снова были… операции «Буря в пустыне» и «Лиса в пустыне», «Единая сила» против Югославии, странный теракт 11 сентября…

«Странный»? Не таким уж он был странным, если взглянуть на него с точки зрения политических последствий для США и мира в целом. Тем более, если оценить его с позиции объявленного Вашингтоном стремления завоевания Америкой абсолютных высот нового мирового порядка.

Цинизм в большой политике – не столь редко встречающееся дело. В копилке фактов об осведомленности первых лиц, например, США и Англии, об угрозах собственной стране имеются серьезные, казалось бы, упреки в их адрес. Однако при более близком рассмотрении конкретных случаев становится понятной подоплека молчания президента Рузвельта: нападение японцев на американскую военно-морскую базу Пёрл-Харбор и премьер-министра Черчилля, немецкая массированная бомбардировка английского города Ковентри.

Молчание американского президента привело фактически к мгновенному взрыву патриотического духа американцев, до этого не очень-то собиравшихся воевать вдали от своего дома. А Ковентри принес в жертву английский премьер-министр с целью скрыть от противника факт проникновения в секрет германского шифра, с помощью которого англичане читали огромный массив военной переписки Германии.

Казалось бы, не просматривается ли аналогия с Пёрл-Харбором, Ковентри и терактом 11 сентября 2001 года в Нью-Йорке и Вашингтоне? Но по своим последствиям для американской внешней политики и всего мира, по мнению западных политологов, эта акция сделала свое дело!

Ибо мир содрогнулся по трем причинам: от числа погибших; от недоумения по поводу того, что, как выяснилось, теракт можно было все же предотвратить; от поспешного объявления американской администрацией зоной национальной безопасности всего мира под предлогом… борьбы с международным терроризмом.

Справка. Через полгода после трагической гибели зданий Всемирного торгового центра и разрушения Пентагона в американской прессе стали появляться сведения о том, что якобы высокопоставленные чиновники из администрации президента Буша и он сам заранее знали о возможных угонах самолетов боевиками Усама бен Ладена, но ничего не сделали для предотвращения трагедии.

Так, за два месяца до 11 сентября в ФБР появлялись сведения о подозрительном желании лиц арабской национальности поступить в летные школы. Причем агенты советовали штаб-квартире ФБР проверить факты обучения арабских студентов в аэроклубах по всей Америке.

Руководство ФБР не насторожило даже тревожное сообщение об одной из таких школ в Арканзасе, где поступающий в аэроклуб франко-араб заявил инструктору о том, что «ему нужно научиться только летать, а сажать самолет на землю – не обязательно».

За месяц до трагедии, 6 августа, на стол американского президента положили аналитическую записку спецслужб с описанием методов действий боевиков «Аль-Каиды» в прошлом, и среди них – метод использования самолетов для терактов. А в 1999 году в докладе конгресса указывалось, что, возможно, «террористы направят на самые известные американские здания, в том числе на Белый дом, Пентагон и башни ВТЦ, самолеты, начиненные взрывчаткой».

Как отмечалось в прессе, многочисленные угрозы бен Ладена в адрес американцев не насторожили советника президента по национальной безопасности, директора ФБР, пресс-секретаря Белого дома и других лиц в связи с тем, что ни у ФБР, ни у ЦРУ не было никакой информации (!) о подготовке терактов на территории Америки.

Если исходить из маниакального желания сильных мира сего в Америке верховенствовать в мире, то проясняется ситуация со средствами установления нового мирового порядка. Два лозунга, соответствующих такому желанию – «Америка превыше всего!» и «Цель оправдывает средства!».

А не может ли быть такое: события 11 сентября – это не случайная случайность?! Американский публицист Наум Хомский в своей книге «9-11», посвященной анализу событий 11 сентября 2001 года в Нью-Йорке и Вашингтоне, говорит о неслучайности террора против США.

Он его ставит в вину Штатам как идеологам государственного терроризма и распространителя его по всему миру. В этой связи он описывает случай, характеризующий политику американской администрации во внешних сношениях со всем миром:

«При выступлении госсекретаря США Мадлен Олбрайт по национальному телевидению ее попросили определить позицию по отношению к том факту, что около полумиллиона иракских детей умерло в результате применения режима санкций. Она признала, что решение в пользу санкций было «тяжелым выбором» для ее администрации, но при этом добавила: «Мы думаем, что в данном случае цель оправдывает средства…»».

Эту нацистскую по своей сути тенденцию в мировой политике взяла на вооружение воинствующая леди Мадлен Олбрайт – идеолог внешней политики при американском президенте Клинтоне. И потому доказательством идеологии бесчеловечности стала Балканская война.

А пока и в США, и в мире ее заявление мгновенно стало сенсационным, и уже не один год служит часто употребляемой цитатой, когда в СМИ всех стран речь заходит о «демократических взглядах» США либо при характеристике понятия «национальные интересы Америки».

Вывод. Деза «СОВЕТСКАЯ ВОЕННАЯ УГРОЗА». Предлог для Запада, обосновывающий необходимость непрерывного наращивания оружия массового поражения (70-80-е годы XX века).

Факторы «экономической войны»

Как уже много говорилось, «холодная война» породила такие явления в отношениях Запада к Востоку, как «экономическая война» и «психологическая война».

Но если «психологическая война» породила массу тайных операций между Западом и Востоком, то ее родная сестра – «экономическая война» – создала беспрецедентные в истории человеческих отношений между нациями запреты на использование достижений в области науки и техники.

Строжайшим эмбарго была объявлена продажа передовых технологий в страны восточного блока. США вовлекли в систему КОКОМ – Комиссии по контролю за эмбарго оборудования в соцстраны – десятки государств на всех континентах мира. В середине 80-х годов список товаров эмбарго перевалил за 100 тысяч позиций. Особенно этот список стал пополняться после 1979 года, когда наступил очередной виток конфронтации двух Великих Держав. В список входили как оборудование для очистки воды, так и вертолеты последних моделей.

Это теперь, когда резко сузился уровень эмбарго, можно выходить в систему интернет даже по телефону. И никого не испугает запрос из России. А тогда – закрывалось для Страны Советов все и везде. Как образно заметил Никита Хрущев, Запад объявил стратегическим товаром даже пуговицы, ибо их могли пришить к солдатским штанам.

Середина семидесятых годов была ознаменована потеплением в отношениях между СССР и США. На самом верху в среде «кремлевских старцев» было принято решение о начале широкомасштабного торгово-экономического сотрудничества с американцами.

Автор в это время работал под «крышей» Внешторга Москве в одном из крупнейших импортных машино-технических торговых объединений. Работал на уровне профессиональных внешнеторговцев.

Указание сверху об ориентации на США профессионалы Внешторга встретили настороженно – американский рынок был не только дорогим, но и не всегда конкурентоспособным по сравнению с традиционным для Союза западноевропейским и японским рынками. Большой помехой была правовая сторона, связанная с арбитражным судом, – он явно склонялся в пользу американской стороны.

А указание было таким: прекратить конкретные торговые переговоры с фирмами Европы и Японии – традиционными партнерами Союза – и отдать предпочтение американцам. Братание с заокеанским другом началось…

Заигрывание «кремлевских старцев» с США дорого обошлось стране.

Выделенных «триадой» – ЦК, Совмином и Верховным Советом – средств на закупки за океаном не хватало. «Триада» распорядилась заключать контракты с американскими фирмами на выгодных для них, а не для России, условиях. Это означало переплату на 15–50 процентов по сравнению с контрактами, заключенными в Европе и Японии.

Автор был свидетелем и участником протеста внешнеторговых профессионалов против такого значительного расходования государственных средств и без того нищающего народа. Тогда в торговом объединении, в котором работало около четырехсот человек, прошло бурное открытое партийное собрание с резолюцией-обращением к правительству: переплата американской стороне будет огромной, американская администрация в любой момент «перекроет кран» поставкам в нашу страну, потери на традиционном рынке в Европе и с Японией при восстановлении старых переговоров так же будут иметь место.

Протест-рекомендация с хорошо аргументированными выкладками был направлен в партком Минвнешторга, который пытался подавить «бурю в стакане воды», но получил от сотрудников объединения отказ. Цена этому – замена секретаря в мятежной парторганизации. Думается, письмо-протест за пределы стен министерства не вышло.

Последовавшая в конце семидесятых годов новая конфронтация Штатов с Россией привела к расторжению американской стороной всех торговых сделок с Внешторгом. Правда, американская администрация убытки своим фирмам компенсировала. Советская Россия понесла в масштабах Внешторга ущерб в несколько миллиардов долларов: он вынужден был восстанавливать деловые отношения со старыми партнерами, причем уже в новых, более дорогих для советской стороны, ценах. Кроме финансовых убытков, потеряно было время по вводу в стране новых импортных производственных мощностей.

Ни один агент влияния западных спецслужб в нашем правительстве, если таковой там был, не смог бы нанести указанный выше столь огромный вред собственному Отечеству.

Справка. Казалось бы, торгово-экономическое братание с заокеанским другом после Хельсинкских соглашений (1975) шло полным ходом. Но даже появление на столе у «кремлевских старцев» американского проекта-меморандума для стран НАТО об ужесточении курса в отношении СССР как способа экономического давления и шантажа с привлечением открытых и тайных акций не возымело действия.

В этом документе реалии взаимоотношений с Америкой выглядели так: «акции против советских лиц и фирм», «акции против смешанных обществ», «черные списки КОКОМ», «сокращение помощи народам с тоталитарными режимами»… Наконец, прямо указывалось на необходимость втягивания советской внешней торговли в русло американо-советских отношений, замена закупок в Европе на закупки в США, особенно машин и оборудования.

Но далее в проекте-меморандуме была заложена «бомба»: «…по рекомендации Службы экономической обороны в госдепе США найти предлог в политических ошибках России и запретить торговлю с СССР».

Таким образом этот план-проект-меморандум предусматривал, и так оно и случилось, дезорганизацию работы советского Внешторга по времени и расходам. Специально созданная при посольствах США СЭО стала организатором новых правил торговли с Восточным блоком. Фактически это была контрразведывательная служба не только против стран соцлагеря, но и против союзников США по НАТО, нарушающих эмбарго КОКОМ.

К этому следует добавить, что, как это часто случается в Штатах, это новое подразделение госдепа с функциями полицейского надзора укомплектовывалась в основном кадровыми и бывшими сотрудниками ЦРУ и РУМО – военной разведки.

«Кремлевские старцы» все более теряли голову, зациклившись на идеологической стороне борьбы, и не хотели внести изменения в отношениях с Западом. Эту особенность – потакание противнику в его неразгаданных дезинформационных усилиях – подметили советники Белого дома и фактически подловили Москву на «некомпетентном желании привязать США к Союзу», втянув их в торговые отношения.

Лицемерие в отношении России со стороны американской администрации не знало границ. То, что она залежалый товар поставляла в новую Россию Горбачева и в новейшую Россию Ельцина, не требует доказательств. Но были случаи и более значительные, с заявкой на геноцид советского народа.

В начале шестидесятых годов автор работал под «крышей» Торгпредства СССР в Японии. Одним из заданий было получение закрытой информации о ядохимикатах, производимых в этой стране по лицензиям крупнейших американских химических корпораций. В обычной жизни – это пестициды и гербициды, инсектициды и фунгициды, то есть яды для борьбы с сорняками и насекомыми. В концентрированном виде – это боевые отравляющие вещества. А значит, ноу-хау по ним – это табу для России и соцлагеря: ни купить, ни обменять…

Но в это время в стране победившего социализма разворачивалась грандиозная программа «Большая химия». Кроме строительства заводов по производству разнообразной продукции на основе советских научных и технических разработок, шла закупка оборудования для десятков заводов и технологий из-за рубежа. Правда, часть из них относилась к категории строгого эмбарго, подконтрольного Америкой и Западом в целом.

Программу страна выполнила. В числе одной из главных позиций программы была помощь сельскому хозяйству путем использования более совершенных средств борьбы с вредными сорняками и насекомыми. Но… эмбарго?!

Кое-что в этом отношении разведке удалось добыть. Так, был получен секретный доклад, подготовленный несколькими американскими ведомствами для президента Кеннеди. При закрытых дверях на Капитолийском холме доклад слушали сенаторы комитета по вопросам сельского хозяйства.

В докладе говорилось, что, с одной стороны, химические удобрения и ядохимикаты избавляют фермеров Америки от изнуряющего труда, а с другой – это потери, связанные с загрязнением почвы и вод. По мнению Агентства по охране окружающей среды, эти удобрения и ядохимикаты являются основным источником отравления грунтовых вод, которые насыщены нитратами и ядохимикатами. Фермеры открыто жалуются на высокую заболеваемость среди сельского населения. Статистические данные по регионам и штатам говорили о повышенном уровне смертности.

Доклад Кеннеди срочно был направлен в Москву с комментариями о том, что Россия разворачивает программу «Большая химия», в которой одно из значимых мест отводится интенсификации производства сельскохозяйственной продукции с помощью применения химудобрений и ядохимикатов. Пагубная оценка американцев последствий массового применения этой химии должна насторожить «верха» в Союзе, ибо нас ожидает то же самое.

Позднее автор узнал, что доклад попал на стол тогдашнего министра сельского хозяйства и вызвал у него сильное раздражение. Он обвинил ведомство, где в то время работал автор, «в паническом настроении при решении грандиозной задачи сельскохозяйственного преобразования в стране, строящей коммунизм…».

В Союзе на государственном уровне уже было принято решение о закупке за рубежом оборудования для десятков химических заводов по производству указанной химии. Ноу-хау к ним должна была добывать разведка.

В последующие десятилетия миллионы тонн этой химии отравили землю и воды целых районов страны. И этому способствовала… американская сторона как владелец ноу-хау, которая относила ядохимикаты к продукции и технологиям строгого эмбарго. Запрет запретом, но… до тех пор, пока не появился так называемый доклад Кеннеди.

Дело в том, что описание и предупреждения, изложенные в докладе американской стороной, были учтены, и американское население было спасено. А загрязнение ядохимикатами земли и вод Молдавии, например, где развернул работу завод-гигант по производству пагубной химии, в конце восьмидесятых сравнивали с ущербом, нанесенным катастрофой на Чернобыльской АЭС.

Таковы реалии «экономической войны» США против России, в то время советской.

Как же были правы умнейшие люди России, когда били тревогу по поводу спланированного крестового похода на идеологию и экономику Союза со стороны Запада во главе с сытой и агрессивной Америкой! Только три мощные своей доказательностью работы трех компетентных профессионалов подтверждают мысль автора в виде версии: США спят и видят Россию экономически растоптанной и превращенной в сырьевые задворки Америки и ее союзников в Европе.

Когда автор знакомился с работами Евгения Примакова («Годы в большой политике»), Николая Леонова («Крестный путь России: 1991–2000») и Владимира Карпова («Генералиссимус»), то сердце обливалось кровью, видя, как миролюбивая справедливость российской стороны продолжает попираться Великой ложью об угрозе всем миру.

Пристальное изучение указанных работ укрепило автора на позиции, что Россия – жертва трех факторов в ее жизни: заговора против ее экономики, заговора против морально-психологического состояния населения и некомпетентности «кремлевских старцев» и их последователей вкупе с профессиональной дремучестью в эпохи легковесного Горбачева и непредсказуемого Ельцина.

Четвертый фактор стал доказательно известным позднее – это стамбульская речь последнего главы компартии и экс-президента Горбачева с признанием в его скрытом антикоммунизме и предательских шагах по «освобождению» народов Отечества от его социалистического настоящего.

Большое доверие у автора к мнению упомянутых специалистов, опирающихся в описании и событий и изложении фактов на документальную основу, носит профессиональный характер, потому что они многие годы работали в разведке.

Владимир Карпов – фронтовой разведчик и Герой Советского Союза, а затем военный разведчик в годы «холодной войны»; Николай Леонов – многолетний руководитель службы информации разведки госбезопасности в сложный период 70-80-х годов, а Евгений Примаков – крупнейший политический деятель и глава российской разведки после событий 1991 года, который спас разведку от настойчивых требований представителей «пятой колонны» Запада разорить ее якобы с пользой для мир; читай, для национальных интересов извечных противников Российской государственности).

Вывод. Деза «СОВЕТСКАЯ УГРОЗА». Провокационная трактовка Западом советской внешней политики, направленной якобы на дестабилизацию капиталистической системы; введение в отношения между странами «холодной войны» в рамках «экономической» и «психологической войн» (XX–XXI века).

Вне рамок дозволенного…

– Ален, – шутливо спросил главу ЦРУ Алена Даллеса один из ведущих корреспондентов Америки Уолтер Липпман, – не можете ли вы подыскать убийцу?

После Суэцкого поражения Вашингтон был очень недоволен Насером, президентом Египта, активно развивавшим торгово-экономические отношения с Советской Россией. На званом ужине в доме Липпмана за сигарами и бренди разговор коснулся проблемы Насера, и потому был задан «шутливый вопрос».

…На лице Даллеса появилось серьезное выражение. Откинувшись на спинку большого кожаного кресла, он чиркнул спичкой, раскурил трубку, несколько раз затянулся и лишь затем ответил:

– Видите ли, во-первых, понадобился бы фанатик, человек, который согласился бы убить себя, в случае если бы его поймали. Кроме того, он не может быть чужим. Нужно, чтобы это был араб…