Большая ложь. 1000-летняя попытка Запада ликвидировать Российскую Государственность

Закулисные контакты англичан с германской стороной на уровне политических деятелей, деловых кругов и профашистски настроенных групп в Англии не прекращались все годы Второй мировой войны.

Пытаясь контролировать ситуацию с нарастанием кризисных явлений в политических, финансово-экономических и военных кругах третьего рейха, американское Управление стратегических служб (разведка) имела связи с той группой людей, которые после провала «блицкрига» и поражений вермахта на Восточном фронте готовились к устранению Гитлера и выводу Германии из войны с надеждой на сепаратный мир с Англией и США.

Разные источники указывают: за предвоенные годы и затем во время войны неустойчивые союзники России по антигитлеровской коалиции имели различного характера связи с противником более 160 раз.

Начиная с 1942 года советскому правительству стало известно о попытках Англии и США вести сепаратные переговоры о мире с Германией, в частности:

1942 год, Анкара, Турция – контакты англичан с германским послом фон Папеном;

1943 год, Стокгольм, Швеция – переговоры представителей английской разведки с немцами;

1943 год, Ватикан – контакты представителя немецкого вермахта с кардиналами Тейлором и Спеллманом;

1944–1945 годы – переговоры главы УСС США в Европе с немецким генералом Вольфом.

Справка. В захваченных после капитуляции немецких архивных материалах находились любопытные документы, освещавшие встречи представителей Англии и США с германской стороной.

Осенью 1941 года, а также в 1942 и 1943 годах в Лиссабоне и в Швейцарии за спиной СССР проводились переговоры между представителями Англии и Германии, а потом между представителями США и Германии по вопросу заключения мира с третьим рейхом.

Так, в одном из документов – приложении к донесению заместителя германского министра иностранных дел – излагался ход таких переговоров в Лиссабоне в сентябре 1941 года. Из этого документа видно, что состоялась встреча офицера английской армии, сына лорда Бивербрука (прогермански настроенного) с венгром Густавом фон Кевером, действовавшим по поручению германского МИД.

В этих переговорах высокопоставленный сын прямо поставил вопрос: «Нельзя ли было использовать наступающую зиму и весну для того, чтобы за кулисами обсудить возможности мира?».

Другой документ принадлежал гитлеровской службе безопасности (СД). Речь идет о встрече в феврале 1943 года в Швейцарии специального уполномоченного США Аллена Далесса (под фамилией Балл), имевшего «непосредственные поручения и полномочия из Белого дома» и германского князя Гогенлоэ («Паульса»), близкого к правящим кругам фашистской Германии.

Как видно из документа, в беседе были затронуты вопросы о будущем Австрии, Чехословакии, Польши, Румынии, Венгрии и, что особенно важно, вопрос о заключении Германией мира.

В этой беседе Даллес (Балл) заявил: «…Никогда впредь не будет допущено, чтобы народы подобно германскому были вынуждены на отчаянные эксперименты и героизм из-за несправедливости и нужды. Германское государство должно остаться существовать как фактор порядка и восстановления. О разделе его или об отделении Австрии не может быть речи».

Далее в записи беседы отмечается: «М-р Балл более или менее согласен с государственной и промышленной организацией Европы на основе больших пространств, полагая, что федеративная Великая Германия (подобно США) с примыкающей к ней Дунайской конфедерацией будет лучшей гарантией порядка и восстановления Центральной и Восточной Европы».

Изменение положения на советско-германском фронте в пользу советской стороны активизировало работу союзников по подготовке благоприятных условий для вступления англо-американских войск в Западную Европу с целью не допустить прихода туда Красной Армии.

Средством осуществления этих целей в разгар войны должно было стать заключение Англией и США сепаратного мира с Германией и с другими странами фашистского блока.

И американская разведка в Европе со штаб-квартирой в Швейцарии приступила к активной работе по созданию условий «сдерживания Красной Армии».

Так появился на свет развернутый план: «Сущность плана заключается в том, что антинацистские генералы откроют для американских и английских войск путь для оккупации Германии, в то время как русские будут сдерживаться ими на Восточном фронте» (Ален Даллесс, глава УСС в Европе).

Разведка информировала советское правительство о закулисном розыгрыше «русской карты» и о том, что планах вывода фашистского третьего рейха из войны с целью «братания» с неустойчивыми союзниками по антигитлеровской коалиции были сорваны. Об этих и других переговорах глава Советского государства сообщил своим западным союзникам, причем с требованием прекратить эту закулисную игру и выполнять положения союзного договора о безоговорочном разгроме фашистского государства.

Вывод. Деза «СТАЛИНГРАДСКАЯ». Смещение акцентов в оценке роли Сталинградской битвы во Второй мировой войне – от «величайшей» и «высшем уровне советского военного искусства» до «локального значения» и примера «советской военной угрозы» (1942-1970-е годы XX века).

Блицкриг в эфире

Блицкриг на польской земле удался. Англия и Франция, следуя общественному мнению, объявили Германии войну.

Геббельс внушал через прессу: в Германии войск мало – они в Польше, но укрепления «линии Зигфрида» на французской границе не пропустят французов в фатерлянд, а в самой Франции много сторонников соглашения с Гитлером без военных действий с Германией.

Англичане сбрасывают на Германию только пропагандистские листовки, а Геббельс по радио убеждает французов в том, что англичане готовы воевать до последнего французского солдата.

В Лондоне и Париже не оставляют надежды изменить направление войны, ориентируя ее острие против СССР, и исподволь готовят интервенцию, если Гитлер захватит значительную часть советской территории. Гитлер, будучи все же обеспокоенным войной на два фронта, не торопится активно выступать против Англии и Франции. Пока не торопится…

А пока Германия вела радиопередачи против Англии, Франции, Голландии, и к 1940 году только на Британские острова вещали пять таких радиостанций, главной из которых была «Новая Британия» – радиовещательная станция, управляемая особым отделом аппарата Геббельса под кодовым названием «Конкордия».

1940 год. Захват Дании и Норвегии с целью «упредить их оккупацию англо-французскими войсками». В мае опровергаются слухи о предстоящем захвате следующих гитлеровских жертв… и затем Бельгия и Голландия оккупируются.

В Дюнкерке окружены англо-французские войска, но Гитлер не преследует английский экспедиционный корпус. Цель – договориться с Британией перед походом на Восток.

В это же время Гитлера интересуют французские войска. Маскируясь под французские радиопередатчики, геббельсовская дезинформационная служба распространяет панические слухи, чтобы вызвать массовое бегство французских солдат и таким образом препятствовать движению французских резервов к линии будущего фронта.

Это означает, что на очереди вторжение во Францию. Согласно директиве Геббельса на эту страну вещают в двух информационных направлениях: «грехи» Франции против Германии с XVII века и сила рейха в лучшем оружии. И Франция пала к ногам Гитлера.

Пропаганда на Англию имела целью заставить Черчилля пойти на соглашение с Германией против СССР. Для этого на Британские острова вылетел Рудольф Гесс, заместитель фюрера по нацистской партии. Однако Гесс попал не в объятия прогермански настроенных кругов, а в тюрьму.

Но геббельсовская дезинформационная служба представила этот факт следующим образом, вещая только на заграницу: «Хотя Гесс был путаником, он, однако, имел намерение заключить мир, исходя при этом из твердого убеждения, что Германия непобедима и дальнейшее противостояние было бы бессмысленным». В самой Германии Гесса объявили сумасшедшим.

(Примечание автора. Эталоном высшей степени подлости и подобострастия перед третьим рейхом стал предатель Лорд Хау-Хау, радиокомментатор из аппарата пропаганды Геббельса, вещавший на Британию в годы Второй мировой войны.

Ложь – это еще не самое отвратительное, что исходило из его уст. Извращение фактов и событий не является во время войны особым преступлением, ибо это часть кампании пропаганды в помощь воюющей стране. Но вещание вел талантливый предатель народа Британии.

Он находил самые изощренные способы, чтобы снизить дух своих соотечественников. Сопротивляющиеся британцы ненавидели его больше, чем Геббельса, с которым они до войны не были знакомы. А вот предателя знали и восхищались им до самого момента его появления в эфире гитлеровского радио, вещавшего из Берлина.

Предатель измывался над историей Британии, ее духовными ценностями, лучшими людьми страны, поднимал предысторию распрей и призывал к борьбе против королевской власти и правительства. Он оскорблял чувства верующих и духовные качества великих людей Великой Державы.

Пользуясь разведданными, полученными от немцев, он, как в замочную скважину, проникал в личную жизнь чиновников всех рангов и политиков, военных и служащих, в королевскую семью.

Успехи гитлеровцев он превозносил, неудачи британцев и союзников самым злонамеренным путем приумножал. Играя на чувствах родственников погибших, он зачитывал письма их детей, комментируя с убийственной жестокостью личные переживания. Особенно изощрялся над трагической судьбой британских военнопленных.

Как ни рассчитывала геббельсовская пропаганда, эффект от «проповедей» предателя был обратный – британцы сплотились вокруг королевской семьи, правительства Черчилля и вооруженных сил.

Но омерзительная деятельность бывшего подданного Британии взывала к возмездию. В конце войны специальная группа британских коммандос проникла на территорию Германии, пленила предателя и он предстал перед королевским судом…)

Одновременно Геббельс использовал радиоканалы и прессу для дезинформационного прикрытия подготовки и претворения в жизнь «плана Барбаросса» – нападения на СССР. В марте 1941 года в еженедельнике «Дас райх» появилась статья Геббельса под лирическим названием «Когда в горы приходит весна». В ней прозрачно намекалось, что вскоре неизбежно последует вторжение на Британские острова.

Гитлер с помощью дезинформационной службы расчищал себе путь к нападению на Советскую Россию. Неизбежность нападения Германии на СССР, которая чувствовалась и виделась советской и другим разведкам, в мировой прессе не очень-то проглядывалась.

Глобальная дезинформация Гитлеру удалась. Он заставил думать, что основные военные действия в 1941 году продолжатся против Англии, в Средиземном море, на Ближнем Востоке.

Вот пример по использованию печати:

Из сообщений прессы:

«16.06.41 г., среда.

Стокгольм. Шведское телеграфное агентство.

Вся Англия похолодела, задаваясь вопросом: где Гитлер ударит завтра? Положение Британии становится все хуже день ото дня. До сего времени военные действия против нее велись на чужой территории. Маскированное передвижение германских войск в последние дни по всем фронтам показывает, что вскоре германская пехота ступит на английскую землю…».

«21.06.41 г., суббота.

Берлин. Германское телеграфное агентство.

Окончательный план уничтожения Англии готов».

Война против Советской России оказалась совершенно неожиданной для немецкого населения, которому до 22 июня столько раз напоминали о «мудрой предусмотрительности фюрера» – того самого главы третьего рейха, который так прозорливо заключил пакт о ненападении с Россией. Мудрый фюрер этим пактом предотвращал войну на два фронта. Но…

Но теперь был провозглашен «крестовый поход против большевизма». Что за деза подавалась в связи с этим в самой Германии и за ее пределами?

Вот некоторые примеры из массы дезинформационного шума:

«оборона от грозящей опасности с Востока», «советское нападение на Германию», «орды большевиков затопят Германию и Европу», «война против восточных недочеловеков». Наконец, главная мысль для Запада: «германская армия – истинный спаситель европейской культуры и цивилизации, чтобы не погас свет, исходящий от человечества»…

Эти гитлеровские характеристики советской угрозы тысячекратно тиражировались по радио и в прессе Германии и во всех видах печати за рубежом.

В день нападения и после средства информации в «фатерлянде» помалкивали о делах на германо-советском фронте. Шумный спектакль был задуман на 29 июня. Радиостанции рейха и на оккупированных территориях предупреждали, что последует сообщение исторической важности. Затем на фоне победных маршей в эфир вышли несколько коммюнике вермахта с сообщениями о движении армии на Восток и уже разгроме большей части Красной армии.

Однако даже геббельсовский официоз «Фёлькшиер беобахтер» вынужден был признать стойкость советских солдат. И весьма скоро первоначальные надежды в шесть недель разделаться с Советской Россией померкли. Геббельс вынужден был запретить упоминать о «блицкриге» против большевистского Колосса на глиняных ногах.

Осенью в победе «блицкрига» уже не могли убедить никого из населения Германии. Их заменили марши «будущих победителей». Несколько подправил положение Гитлер, посетивший «Восточный фронт». Он уверил народ в том, что «большевики повержены на землю и больше никогда не поднимутся». В прессе комментарии к заявлению фюрера печатались с заголовками «Великий час пробил», «Судьба кампании на Востоке решена», «Уничтожение советской армии почти завершена»…

Германское наступление все больше замедлялось, и теперь сводки с фронтов становились весьма лаконичными – «все идет по плану», «дела идут как было предусмотрено»…

Геббельс, видимо, одним из первых почувствовал, что германской армии придется зимовать где-то в белых просторах России. И он перенес свою дезу о трудностях на «главного противника – генерала Зиму».

Затем была зимняя помощь теплыми вещами воюющим в снегах солдатам, и, наконец, на все лады внушалось разочарованному и встревоженному обывателю мысль о том, что фюреру в России удалось избежать ошибок Наполеона в 1812 году!

(Примечание автора. Ну как тут не вспомнить оставшуюся в памяти фронтовую частушку на тему дня: «Гитлер ждал ответа от Наполеона: «Чем, скажи, закончу я с Россией бой?». Тот ему ответил из могилы темной: «Я, моншер, подвинусь – ты ложись со мной…»»).

Разгром немцев в битве за Москву привел к потере вермахтом 50 дивизий, из которых 13 были танковыми. Как и следовало ожидать, об этом событии берлинское радио упомянуло лишь коротким сообщением с такой концовкой: «Германская зимняя линия фронта, занятая по плану, остается непоколебимой от Шлюссельбурга до Крыма». И еще было добавлено, что немецкие войска уже привыкли к русской зиме и «могут ныне выдерживать массовые атаки русских в сознании своего превосходства в военном и техническом отношении».

Внешняя политика Германии освещалась информацией о действиях немецких подводных лодках в Атлантике, войне Японии с США на Тихом океане, о поражении английских войск в сражениях с японской армией на Дальнем Востоке.

Серьезно опасаясь открытия Второго фронта в Европе, Гитлер запугивал Англию бомбардировками и сообщениями по радио такого рода: «Германия Гитлера ныне подготавливает одно из величайших наступлений – вероятно величайших в истории, – которое определит судьбу мира на тысячелетие вперед». И Геббельс на все лады повторял, что «недалек тот день, когда германские войска сметут остатки русской армии с лица земли…». А вот о сметенных 50 дивизиях вермахта на полях России, конечно, не упоминалось.

Отдел «Конкордия» широко практиковал вещание от имени подставных и вымышленных организаций. «Черная пропаганда» велась на Англию через радиостанции «Новая Би-би-си», «Рабочий призыв», «Радио Каледония», «Христианское движение за мир», «Свободный Египет», «Свободная Индия»… А вот в Северной Африке, где высадились англо-американские войска, появились «голоса», подстраивающиеся под существующие антигитлеровские станции, типа «Сражающаяся Франция», «Голос правды», «Голос родины».

В мае 1942 года началось новое наступление немцев на советско-германском фронте.

Ему предшествовала крупная деза: в одной из нацистских газет были опубликованы соображения по поводу военных возможностей нового наступления на Москву. Номер был конфискован, и редактора серьезно отчитали на очередном геббельсовском совещании. Эта публикация была частью дезинформационной акции Берлина под кодовым названием «Кремль». Целью акции было отвлечение внимания советской стороны от подготовки наступления вермахта на Волге и Кавказе.

Справка. В это время советская разведка в Берлине имела хорошие возможности по получению сведений из генштаба вермахта. Там работали антифашисты из двух групп «Красная капелла». Их сведения говорили о другом: наступление будет на Юге – на Кавказ.

Однако советское руководство посчитало, что немцы в новой кампании в 1942 году будут пытаться захватить Москву. Маршал Василевский в своих воспоминаниях с горечью писал, что достоверные сведения разведки не были учтены советской стороной, и в результате немцы прорвались на Кавказ.

А пока немцы в «фатерлянде» занимались тем, что обсуждали новую дезу Геббельса: каждой немецкой семье будет выделено земельное владение на Востоке. Одновременно население страны получало разъяснение о «тайнах русской души». Лично Геббельс уверял нацию, что «большевистский солдат демонстрирует порой действительно поразительное равнодушие к смерти, которое было бы слишком большой честью именовать храбростью».

На Волге шла Сталинградская битва. Гитлер лично решил приковать внимание Европы к этому сражению, которое он заранее считал выигранным немцами: «Занятие Сталинграда будет завершено, и вы можете быть уверены, что никто не выгонит нас оттуда». И через месяц, в октябре 1942 года: «Фактом считается, что мы захватили его».

Исходу Сталинградской битвы с окружением и разгромом армии фельдмаршала Паулюса комментатор берлинского радио придумал такое фантастическое объяснение:

«Один из основных принципов германской стратегии – открывать время от времени бреши, в которые большевики имели бы искушение врываться и подвергаться риску быть уничтоженными. Можно с уверенностью сказать, что именно это происходило за последние две-три недели в излучине Дона».

После Сталинграда в пропаганде вводилась ложь за ложью: «весна покажет, что осталось от советской военной мощи?», «гибель шестой армии не была напрасной», «Германия перестает вести войну одной левой рукой»…

А тем временем вслед за Гитлером министр пропаганды Геббельс, призывая к «тотальной войне для тотальной победы», пугал Запад советской угрозой и подчеркивал, что лишь один третий рейх способен противостоять «ордам из сибирских тундр».

Пугало коммунизма в руках гитлеровцев не давало осечки. В одном из сообщений агента германской разведслужбы в Стамбуле говорилось, что «это было в период Сталинградской катастрофы, когда первые мирные предложения со стороны американцев дошли до меня…».

(Примечание автора. За десятилетия после завершения Сталинградской битвы в оценках западных историографов произошло смещение акцентов.

Так, в годы Второй мировой войны о ней говорилось как о «величайшей битве», в 40-50-е годы – как о Сталинградской эпопее, событии, определившем ход и исход войны, и о «высоком уровне советского военного искусства»; в 60-е – «эта битва имела локальное значение» в рамках всей Мировой войны, а с 70-х годов Сталинградская битва начинает фигурировать в качестве примера «советской военной угрозы».

Так информация с победным оттенком переросла в дезинформацию с антисоветским привкусом!).

Среди призывов к возмущению в отношении англичан и американцев, которые бомбили Германию, стали появляться и пропагандистские страницы о страхе – страхе перед русскими с прозрачным намеком, что они будут мстить немцам.

И потому на все радиостанции Европы стали поступать сообщения в духе: «Советы планируют, как во время переселения народов и монгольского нашествия, заполучить Европу, разрушить ее цивилизацию, выселить ее население, чтобы обеспечить себя рабским трудом для освоения сибирской тундры».

Вот уж поистине, в этих измышлениях гитлеровцы излагали свои нацистские планы физического истребления в свое массе славянских народов и переселения других в интересах утверждения «ысячелетнего господства германской расы. К этим планам они уже приступили в оккупированных странах.

Справка. Так, личный врач и доверенное лицо главаря войск СС и гестапо Гиммлера рассказывал в своих мемуарах о том, что, например, в 1941 году Гитлер собирался «очистить» территорию Голландии от голландцев, переселив половину из них… на Украину, а куда остальных – «там видно будет». «Фюреру надоело допускать дальнейшее существование истерической дегенеративной Франции»: в связи с этим французов, согласных с новым порядком, Гитлер предполагал объединить в государство Бургундию, а менее благонадежных – в другое вассальное государство, Галлию.

«Приказ об организации и функционировании военной администрации в Англии» (октябрь 1940 года) за подписью главнокомандующего армии Браухича предусматривал после занятия Британских островов депортацию из страны почти всех взрослых мужчин.

Более страшная участь была уготована полякам и другим славянским народам, в особенности русским. Идеолог расизма Розенберг планировал уничтожение русского населения и вытеснение его из европейской части континента. Начальник управления колонизации министерства восточных областей, возглавляемого Розенбергом, писал: «Речь не идет о разгроме государства с центром в Москве. Достижение этой исторической цели никогда не означало бы полного решения проблемы. Дело заключается скорее всего в том, чтобы разгромить русских как народ, разобщить его».

Ошалевший от ударов, нанесенных вермахту Красной Армией под Сталинградом, Геббельс взывает в своих «панъевропейских проповедях» к Западу.

Так, в «Дас райх» появилась статья «Видение новой Европы» с заклинаниями: «Ни Европа не может существовать без нас, ни мы – выжить без Европы». Цель гитлеровской Германии теперь – «создать Европу в духе товарищества и взаимоуважения». И потому гибель армий под Сталинградом – это жертва для безопасности интересов континента. Теперь Германия уже – «форпост Европы для ее защиты от степи».

(Примечание автора. В июне 1941 года начальник генштаба США публично предсказывал разгром России немцами за один месяц. Газета «Нью-Йорк пост» 27 июня 1941 года писала, что «спасти красных от предстоящего им разгрома в самом близком будущем сможет только чудо, подобное библейским чудесам»).

А пока, опираясь в те трагические для Страны Советов дни на геббельсовскую ложь о скором конце России как государства, заверения давали бывший президент Америки Гувер, конгрессмены – ярые враги России. Им очень хотелось, чтобы так было.

Но не получилось. Получилось «обыкновенное чудо»… в очередной раз, когда народы России не захотели лечь под гитлеровский сапог… как это было с нежданными гостями на всем тысячелетнем пути страны к Великой Державе.

Историческая справка. Вторжение в СССР не было, по замыслу Гитлера, просто военной операцией. Оно преследовало особые цели: уничтожив большевизм и разрушив советское государство, завоевать на Востоке жизненное пространство для немецких колонистов.

Эти цели обосновывались убеждением Гитлера в неполноценности славянской расы, представлением о славянском мироустройстве как источнике постоянной угрозы для немцев.

А это означало, что с нападением фашистской Германии на СССР перед страной встал вопрос реального выживания фактически половины населения. Теперь речь шла не просто о войне как таковой, где бывают победители и побежденные. Речь шла о жизни и смерти государства с тысячелетней историей, свободе или рабстве и истреблении его народа.

А тогда в результате пребывания гитлеровских войск в России нацисты разрушили 1710 городов, сожгли более 70 000 деревень и сел, предали мученической смерти 6 000 000 людей – это из тех 12 000 000, уничтоженных фашистами в лагерях смерти…

Но все послевоенное время Запад последовательно и энергично предавал забвению факт о том, что гитлеровское нашествие явилось смертельной угрозой для тысячелетней Российской государственности. А истинный вклад Советской России в ликвидацию третьего рейха замалчивался.

С нападением Германии на СССР в Европе открылся Восточный фронт, который стал Главным фронтом Мировой Войны и по своим размерам, и по значимости. Протяженность советско-германского фронта составляла от 3 до 6 тысяч километров, в то время как Западный фронт союзников составлял 800 километров, Африканский – 300, Итальянский – 350.

На Восточном фронте сражались более 70 % германских сухопутных вооруженных сил (от 190 до 270 дивизий), в то время как в северной Африке их было от 9 до 20, а в Италии – от 7 до 26 дивизий. От успехов на Восточном фронте прямо зависела судьба народов Советской России и будущее всего Человечества.

За этот урок Человечество расплатилось чрезмерной ценой. В войне участвовало 61 государство с 1,7 млрд. человек населения. В армию было призвано 110 млн., из их числа и мирного населения отдали свои жизни более 50 млн. человек, отдали во имя Победы.

О вкладе Советской России в Великую Победу над фашизмом более чем убедительно гласит высказывание политика-дипломата-историка Валентина Фалина:

«На Восточном фронте Третий рейх потерял 10 млн. солдат и офицеров… Красная Армия разгромила и пленила 607 дивизий. Это – три четверти от общих германских потерь. Это – и ответ на вопрос, где решалась судьба Второй мировой войны».

Но не успела закончиться Мировая война, как Человечество было втянуто в новую, теперь «холодную войну». Ее особенностью стали локальные войны так называемой «войны малой интенсивности» – Корейская, Вьетнамская, Иракская, Балканская: мир почувствовал попытку навязать новый мировой порядок теми силами, которые смотрели сквозь пальцы на движение Гитлера к Второй мировой войне, и которые серьезно на ней обогатились в политическом, экономическом и военном отношениях.

Солидарный вывод автора. Деза «ГЕББЕЛЬС». «Ослы на Геббельса похожи. Они орут одно и тоже» (Азбука войны. Окна ТАСС. 1942).

Судят победителей фашизма

Семьдесят лет прошло с трагического начала Великой Отечественной войны и более шестидесяти пяти лет – с ее победного окончания.

После разрушительных девяностых грязным могучим валом дезинформации продолжает катиться по нашей стране до неузнаваемости искаженная правда о советской действительности и Величайшей Победе в истории мировых войн всех времен и народов – разгроме милитаристской машины и уничтожении третьего рейха с его идеологией фашизма. Легендарные события войны перетолковываются псевдодемократами в интересах западных фальсификаторов тысячелетней истории России с ее великими периодами – от Руси до России и от Российской империи до Советской России. А ведь вся история России – это времена, которые редко проходили без ожидания войны, ее ведения либо залечивания ее последствий. Но всегда желание всех правителей страны было одним: всяческое избегание войны и предпочтение ей мира.

Так было до и после Ивана Грозного, так стало при Петре I и Екатерине II, так мыслили императоры XIX века и начала следующего столетия. И рожденная в муках Советская Россия первой государственной заповедью провозгласила жизнь в мире без войн, призвав к тому же все мировое сообщество начала XX века.

Торжествуя по поводу исчезновения Первого Социалистического Государства, Запад продолжил разрушительную работу по искоренению из памяти народа расхристанной внешними и внутренними врагами России, ее исторического прошлого, особенно тех его периодов, когда народ и правители были едины.

И в этом ключе искажение правды о Великой Отечественной войне стало той козырной картой Запада, которой предполагалось побить память народа-победителя.

Как заправский шулер, Запад манипулировал картами-мифами: о том, что Сталин готовился завоевать весь мир и первым хотел напасть на Гитлера, который его опередил; о близорукости военного руководства, которое отрицало якобы роль танков и военной техники в грядущей войне; о бездарных советских генералах, посылавших солдат на убой ради личной славы. И конечно, о победе русских над вермахтом, над вооружением которого работали союзники Германии, оккупированные страны и преданные третьему рейху «нейтралы», которая досталась России только благодаря миллионным ордам русских, «генералу Морозу» и западному ленд-лизу!

Но и для русских, и для европейцев, и для всего мира участие советской стороны в войне – это момент истины, ибо Советская Россия не могла не воспитать народа-победителя. И тому пример – вся история Руси, которая с величайшим трудом стала Великой Державой.

«Сталин готовился напасть первым». В канун нападения Гитлера на Советскую Россию главный дезинформатор рейх» Геббельс смог убедить солдат вермахта и народ Германии в том, что бдительный фюрер опередил коварного Сталина, который готовился ударить в тыл немецких войск.

В добавление к мифу о русской угроз» Западу фальсификаторы (и западные, и свои) с удовольствием поддерживали версии о тайном союзе Сталина с Гитлером, который был в его руках простой марионеткой, готовившей Европу к красному завоеванию…

Справка. Германский план «Барбаросса», подписанный в декабре 1940 года, предусматривал подготовку нападения на Советскую Россию весной следующего года. Конкретный месяц был обозначен Гитлером в первых числах мая после расправы с Югославией и Грецией. Окончательная дата – 22 июня – появилась только в начале этого месяца.

Советское правительство и военное командование имели сообщение от различных источников о готовности Гитлера напасть на Россию в ближайшее время. В частности, антифашистская организация «Красная капелла» из третьего рейха предупреждала: «Все военные мероприятия Германии по подготовке вооруженного выступления против СССР полностью закончены, и удар можно ожидать в любое время» (16.06.1941).

«Наивный Сталин доверился Гитлеру». Близорукость вождя заключалась в том, что Сталин идеализировал пакт как способ заставить Гитлера отказаться от похода на Восток.

Просчет Сталина был в том, что только безумство могло подтолкнуть Гитлера к войне на два фронта, которая возникала в условиях, пока не была побеждена Англия.

Реалистическая логика вождя не смогла противостоять авантюрной логике фюрера, который наступил на те же грабли, что и его предшественники в Первую мировую войну – немцы ее проиграли именно из-за непосильной для них войны на два фронта.

Но Сталин помнил и такой факт: кайзер объявил войну, воспользовавшись предлогом объявления досрочной мобилизации в царской России…