Помоги проекту - поделись книгой:
Осень 1720 года для Черного Барта оказалась чрезвычайно урожайной. Начал он с острова Святого Киттса, в гавани которого один корабль разграбил, а еще несколько предал огню. После непродолжительного ремонта на острове Черный Барт захватил пятнадцать кораблей – и французских, и английских. В начале января 1721 года пришел черед голландцев. Пиратам удалось взять на абордаж тридцатидвухпушечный невольничий фрегат, шедший под голландским флагом. И тут в голову Черного Барта пришла чрезвычайно остроумная идея. Он велел части пиратов перебраться на голландский фрегат и следовать к берегам острова Мартиника в архипелаге Малых Антильских островов, а проплывая вдоль них, передать при помощи флажков приглашение следовать на остров Св. Лючии на якобы проходящую там распродажу рабов. Поскольку рабы всегда были в большой цене, это предложение французами было немедленно и с удовольствием принято (Мартиника тогда была владением Франции). Целая флотилия кораблей двинулась к острову Св. Лючии, однако по пути они подверглись нападению пиратов, которыми и руководил Черный Барт. Итог операции поражал: было разграблено и сожжено пятнадцать кораблей! Экипаж судов был захвачен и подвергнут жесточайшим пыткам.
Черный Барт был вполне доволен, он уже готовился к африканскому вояжу. Однако перед долгим походом следовало привести эскадру в порядок. При детальном осмотре стало ясно, что пора заменить «Королевскую удачу» на более свежее судно. Им стала «Бригантина», вооруженная восемнадцатью орудиями. Черный Барт, конечно, сразу дал ей новое имя – «Большая удача». Все было готово для похода, но перед началом плавания Черный Барт решил провернуть еще одно дельце. Ему удалось заполучить пятидесятипушечный фрегат, принадлежавший губернатору Мартиники, который тоже был на борту корабля. Черный Барт был чрезвычайно доволен: губернатора он повесил, а его величественный фрегат присоединил к своей эскадре. Конечно, и тут не обошлось без переименования: с легкой руки Черного Барта бывший фрегат губернатора стал называться «Королевской удачей»!
Пират был по-настоящему уверен в своем везении и стремился подчеркнуть это при малейшей возможности.
Настал апрель 1721 года. Завершив все необходимые приготовления, Бартоломью Робертс двинулся к вожделенным берегам Африки. Кроме новой добычи, он собирался с выгодой для себя и команды поменять имевшиеся у них награбленные ценности на золото, которому Черный Барт особенно доверял. Флагманом эскадры, конечно, стал губернаторский фрегат. Причем в трюмах «Королевской удачи» находилась бóльшая часть сокровищ, добытых пиратами. Команда фрегата составляла двести двадцать человек, в числе которых было сорок восемь негров. На «Большой удаче» численность команды была не так велика: сто сорок душ, из них сорок – чернокожие.
Чтобы держать свою разношерстную команду под контролем, Черный Барт прибегал к весьма свирепым мерам, наказывая за малейшую провинность. Неудивительно поэтому, что назревал бунт. Во главе его оказался Томас Энстис, ближайший сподвижник Хоуэлла Дэвиса, перешедший после его гибели на службу к Робертсу. Хотя Робертс ценил Энстиса, причем настолько, что даже доверил ему «Большую удачу», тот считал себя незаслуженно обделенным. Он подговорил команду «Большой удачи», и они решили сбежать с имевшейся у них на борту добычей. Черный Барт был вне себя, но, не желая поступаться своим маршрутом, преследовать изменников не стал. В июне 1721 года «Королевская удача» встала на якорь у побережья Африки, захватив по дороге четыре корабля; три из них Черный Барт приказал сжечь, а четвертый, получше остальных, переименовал в «Маленького бродягу» и перевел на него часть команды. После этого корабли пиратов двинулись к Либерии, где их жертвой стал фрегат «Онслоу» с изрядным грузом ценностей и денег. Этот фрегат Черный Барт не стал сжигать или топить, а предпочел присоединить к эскадре. Правда, над названием он долго не думал, и «Онслоу» превратился в еще одну «Королевскую удачу».
Затем пиратская эскадра двинулась к Нигерии, а оттуда – к Берегу Слоновой Кости. Его добычей стали еще шесть судов. Далее пираты достигли побережья Бенина. Там им повезло еще больше: целых одиннадцать невольничьих кораблей! Черный Барт предложил капитанам заплатить огромный выкуп – отказался только один из них, португалец. В итоге оба его корабля вместе с грузом рабов были сожжены. Проведя смотр всем кораблям, Черный Барт выделил один фрегат, решив, что настало время сменить флагман. Новым флагманским кораблем Робертса стал «Большой бродяга».
Оценив всю добычу, Черный Барт решил вернуться в Бразилию. Пираты были рады его решению: им не терпелось красиво потратить свои денежки! Они еще не знали, что Робертс собирается покончить с карьерой пирата, а команду по прибытии домой распустить.
И тут везение изменило Черному Барту. Его эскадра привлекла внимание двух английских военных фрегатов. Один из фрегатов, «Ласточка», захватил «Большого бродягу». Это произошло 5 февраля 1722 года. По счастливой случайности Робертс остался на борту «Королевской удачи». Пираты даже не знали о том, что произошло. На «Большом бродяге» приняли «Ласточку» за торговое судно и пустились за ним в погоню. «Ласточка» выжидала, пока «Большой бродяга» удалится от кораблей пиратской эскадры, а когда это случилось, развернулась и атаковала. А пять дней спустя «Ласточке» удалось настичь и «Королевскую удачу». Та с еще двумя кораблями находилась у мыса Лопес, напрасно дожидаясь возвращения «Большого бродяги». Впрочем, на борту царило веселье: пиратам только что достался еще один торговый шлюп со всем его содержимым, и команда была пьяна в стельку.
Тем не менее Черный Барт заметил «Ласточку», сразу все понял и решил напасть первым. Он повел «Королевскую удачу» навстречу английскому фрегату, но ветер неожиданно поменялся, и судно развернуло бортом. Англичане воспользовались капризом стихии и сделали по пиратам залп картечи из всех орудий. Бартоломью Робертс, находившийся на мостике, погиб на месте. Выполняя его последнюю волю, пираты бросили тело своего капитана за борт, чтобы оно не досталось англичанам.
А сражение между тем продолжалось. Несмотря на численное превосходство, пираты, оставшиеся без предводителя, растерялись и действовали хаотично. Спустя три часа сдалась «Королевская удача», а потом и оставшиеся два корабля пиратской эскадры. Вся добыча досталась англичанам – за исключением, правда, некоторой доли сокровищ, которые прихватил с собой капитан «Маленького бродяги», умудрившись сбежать на шлюпке. Прочих пиратов капитан «Ласточки» Челлонер Огл доставил в Гану, где на Капском берегу они были преданы суду. Пираты-негры были возвращены в рабство, а что касается белых, то сорок четыре человека угодили на виселицу, еще тридцать семь были отправлены на каторгу. Остальные семьдесят четыре человека судом были оправданы и отпущены на волю. Так завершилась жизненная эпопея Бартоломью Робертса, прозванного Черным Бартом, и его команды.
Глава Х
Капитан Эдвард Лоу и его команда
Эдвард Лоу (иногда можно встретить «Лау»), более известный как Нэд Лоу, предпочитал грабить суда в Карибском море и в Атлантике. Его запомнили как редкостного садиста, изуверски пытавшего своих жертв. За свою карьеру Лоу захватил более сотни кораблей.
Он родился в Лондоне в семье воров и первые годы жизни провел в нищете. Родители, обитавшие в трущобах, боялись, что младенца могут утащить крысы, а потому брали его «на дело» с собой: перед выходом Лоу засовывали в плетеную корзинку, что носил на спине его брат. По ходу дела брату удавалось сдергивать с зазевавшихся прохожих шляпы, а то и парики. Он закончил жизнь на виселице, не успев преподать Эдварду всех уроков жизни.
Эдвард Лоу воспитывался на улицах среди преступников, поэтому не стоит удивляться тому, что он впитал в себя все самое худшее. Он практически не мог изъясняться, не прибегая к сквернословию, обладал неуравновешенным характером и мог в любой момент затеять драку. Очень рано в Лоу пробудилась склонность к мошенничеству. Рассказывали, что он даже получил известность как умелый и успешный карманник. Кроме того, в нем жила неистребимая страсть к азартным играм. А еще он любил облагать своих сверстников особым налогом – за право проживания в его районе. Если кто-то отказывался платить, Лоу забивал его до полусмерти.
Устав воровать по мелочам, Лоу решил перейти к более серьезным делам и обратился к кражам со взломом, которые сулили гораздо больше добычи. Его активность начала привлекать внимание стражей правопорядка, да и годы уже «поджимали»: попадись Лоу в руки полицейских, его осудили бы по полной, и он, скорее всего, был бы казнен, как ранее его брат. Повторять участь собственного брата у Эдварда Лоу не было никакого желания, и он решил сбежать в Америку.
Чудом попав на корабль, Лоу в 1710 году действительно оказался в Штатах. Вместе с младшим братом он больше трех лет колесил по Америке и наконец, перепробовав множество профессий, осел в Массачусетсе. Избрав Бостон в качестве постоянного места обитания, Лоу отправился в Англию, чтобы навестить мать и рассказать ей о своих успехах, но скоро вновь вернулся в Бостон.
Двенадцатого августа 1714 года он женился на некой Элизе Марбл. Их венчание состоялось в Первой церкви Бостона. У них родилось двое детей: сын, умерший в младенчестве, и дочь Элизабет, появившаяся на свет зимой 1719 года и стоившая жизни своей матери. Лоу остался один с дочерью. Кончина жены потрясла его. Постоянно помня о дочери, которую он предоставил самой себе, Эдвард Лоу, даже будучи психопатом и садистом, не оборвал ни одной женской жизни: все его пленницы рано или поздно благополучно возвращались в родной дом.
Очень скоро Лоу решил стать моряком. Поначалу его труд был вполне легальным: он нанялся на такелажные работы, и в его обязанности входило заботиться о снастях корабля. Однако напряженный труд с мизерной оплатой вскоре привели к тому, что Лоу стал искать себе другое занятие. К тому же он поссорился с мастером, поскольку не терпел в свой адрес никакой критики. В 1722 году Эдвард Лоу сколотил своего рода банду, которая подрядилась на шлюп, следовавший в Гондурас на добычу кампешевого дерева с последующей доставкой его в Бостон для выгодной продажи. Лоу должен был контролировать погрузку.
Однажды, ощутив сильный голод, он подплыл с очередной порцией древесины на лодке к кораблю и собрался подняться на борт. Капитан судна преградил Лоу путь и заявил, что на еду он еще не заработал и ему вполне хватит глотка рома, выданного поутру. Лоу выслушал капитана, поднял заряженный мушкет и выстрелил в него, но промахнулся. Вторым выстрелом он сразил матроса на палубе: пуля попала бедняге прямо в горло, и он мгновенно умер. Поднялась страшная суматоха, и Лоу с единомышленниками пришлось спасаться бегством. О возвращении на корабль уже и речи не было. Днем позднее Лоу и его банде, насчитывавшей двенадцать человек, среди которых, между прочим, был Фрэнсис Фаррингтон Сприггс, будущий известный пират, удалось напасть на шлюп и захватить его. Произошло это у побережья Род-Айленда. На шлюпе немедленно подняли «Веселого Роджера», и он превратился в пиратский корабль. Эдвард Лоу, естественно, был торжественно избран капитаном.
Так для него началась жизнь морского разбойника.
Первой пробой сил для Эдварда Лоу стал род-айлендский шлюп. Разграбив его, он приказал уничтожить на нем все снасти, чтобы корабль не мог быстро достичь порта и сообщить о нападении. Далее пираты двинулись к Порт-Розмари: здесь они смогли ограбить в гавани сразу несколько торговых судов. Оттуда путь Лоу лежал на Каймановы острова. Именно там он встретился со знаменитым Джорджем Лоутером – пиратом, плававшим на «Счастливом даре», внушительном и хорошо вооруженном шлюпе водоизмещением в сто тонн.
Лоу ощущал необходимость в морских навыках. У кого он мог их получить? Конечно, у опытного моряка, например Лоутера. И он добился того, что Лоутер взял его на корабль лейтенантом. Так начались их совместные рейды. Кстати, свою команду Лоу прихватил с собой. Особенное внимание он уделял Фрэнсису Сприггсу, чувствуя в парне большой потенциал, – тот и в самом деле позже стал не менее именитым пиратом. Именно Лоу познакомил Сприггса с азами пыточного дела.
Так все и шло: Лоу обучался мореходному делу и затейливым пиратским тактикам у Лоутера, а сам обучал садистским приемам своего юного протеже. У Антильских островов «Счастливый дар» был подожжен индейцами из племени таино, и пиратам пришлось перебраться на «Рейнджер», ставший новым флагманом.
Больше всего Лоу поражало в Лоутере умение привлекать к себе людей. Пираты соперничали, пытаясь попасть в его команду. Последовала целая череда успешных рейдов, во время которых всем было чему поучиться у своего знаменитого главаря. Не был исключением и Эдвард Лоу, чья квалификация как пирата стремительно росла.
Среди богатых трофеев, захваченных Лоутером, оказалась «Ребекка» – крупная бригантина с шестью пушками на борту. А ее быстроходности мог бы позавидовать любой корабль! Это произошло 28 мая 1722 года. Подумав, Лоутер предоставил судно Лоу. Он научил его всему, что знал и умел. Пусть Лоу берет «Ребекку» и начинает свой первый, действительно капитанский рейд.
Расставшись с Лоутером, Эдвард Лоу отплыл далеко на север, к Новой Шотландии, это была территория Канады. Там он напал на тринадцать рыболовецких судов, бросивших якорь у берега. Подняв «Веселого Роджера», Лоу, огласив хриплым криком бухту, пообещал всем, кто откажется повиноваться, верную смерть. Неожиданность появления пиратов в этих спокойных водах и жуткий рев Лоу так подействовали на психику канадцев, что они решили сдаться. Лоу проследил, чтобы трюмы всех тринадцати судов были полностью опустошены. Потом он решил подобрать себе новый флагман: «Ребекка» его уже не устраивала. Среди кораблей в гавани ему больше всех приглянулась восьмидесятитонная шхуна, которую он окрестил «Каприз», поручив командовать ею юному Чарльзу Харрису. Остальные корабли рыбаков были сожжены, а какая-то часть их экипажа насильно присоединена к пиратской команде.
Сохранились воспоминания одного из этих моряков, Филиппа Аштона, поневоле оказавшегося среди пиратов. Ему удалось сбежать в мае 1723 года у Роатан-Айленда, неподалеку от Гондураса. Он подробно описал, как его били, полосовали плетьми, держали в тяжелых цепях, постоянно угрожали смертью. Все это делалось для того, чтобы Аштон подписался под сводом правил, составленных самим Лоу, и присоединился к пиратам.
Что же это были за правила? О, они настолько характерны, что их следовало бы процитировать полностью!
«Правила Эдварда Лоу, предписанные для пиратов
Правило 1. Капитан всегда получает две полные доли добычи. Квартирмейстер – долю и еще половину. Доктор, помощник капитана, бомбардир, боцман – долю и еще четверть.
Правило 2. Тот, кто будет повинен в проносе на судно недозволенного оружия или же посягнет на часть трофеев, примет суровую кару, какую выберет капитан вкупе с большинством команды.
Правило 3. Тот, кто проявит трусость в ходе боевой операции, примет суровую кару, какую выберет капитан вкупе с большинством команды.
Правило 4. Тот, кто утаит золото, серебро, драгоценности или же другие товары стоимостью свыше испанского доллара, в течение суток примет суровую кару, какую выберет капитан вкупе с большинством команды.
Правило 5. Тот, кто будет повинен в азартных играх или же попытках обмануть друг друга на сумму свыше золотого пиастра, примет суровую кару, какую выберет капитан вкупе с большинством команды.
Правило 6. Тот, кто будет иметь несчастье получить ранение во время схватки, вправе получить сумму в шесть сотен испанских долларов и оставаться на берегу столь долго, сколь необходимо для полного восстановления.
Правило 7. В случае реальной нужды всегда выделяется достойное пособие.
Правило 8. Тот, кто первым увидит корабль, годный для захвата, получает с него лучший пистолет или что-то из малого вооружения.
Правило 9. Тот, кто окажется пьяным во время схватки, примет суровую кару, какую выберет капитан вкупе с большинством команды.
Правило 10. Воспрещается стрелять в трюме».
Сказано достаточно, чтобы понять, какие нравы царили на пиратских кораблях.
После того как у Лоу появился новый флагман, его надо было испытать в деле. У Ньюфаундленда в руки пиратов попало несколько кораблей. Лоу использовал уловку: он давал приказ спустить «Веселого Роджера», а вместо него поднять флаг какой-либо европейской страны. При этом у тех, кто стоял на палубе приближавшегося корабля, возникало ощущение, что впереди торговец, поэтому приготовлений к бою никто не делал. Поравнявшись, пираты легко брали его на абордаж. Впрочем, сам Лоу как-то принял военный фрегат за рыболовецкое судно и чудом избежал гибели.
Возле Азорских островов Лоу напал на французский пинк, бывший корабль-разведчик. Вытянутая форма корпуса позволяла судну развивать невероятную скорость. Лоу немедленно пожелал на него перейти, сделал корабль своим флагманом и дал ему название «Роуз Пинк». После этого появился еще один трофей – британский пассажирский шлюп. Обнаружив среди пленников двух португальцев, Лоу приказал обвязать их веревкой и сбросить с палубы в воду, а потом, протащив за судном, поднять на борт и все повторить. Так продолжалось до тех пор, пока несчастные не умерли от ужаса и переохлаждения.
Далее Лоу решил идти на Канарские острова, откуда двинулся в сторону Бразилии, но был вынужден повернуть обратно из-за разгулявшейся непогоды. Как ни досадовал Лоу, его честолюбивым планам заполучить богатую добычу не дано было осуществиться. И он решил попытать удачу на Карибах.
Через некоторое время, почувствовав, что скоростные качества его флота из двух кораблей становятся хуже, поскольку их днища поросли водорослями, Лоу предпринял попытку встать на якорь для чистки. Это было в двухстах километрах к востоку от Суринама. Процедура трудоемкая и не быстрая, особенно когда приходится осуществлять ее на воде. После всех своих подвигов Лоу был не готов высаживаться на берег, так как опасался быть захваченным. И тут произошла катастрофа. Для того чтобы высвободить как можно больше пространства днища из воды, Лоу приказал пиратам сгрудиться на одной стороне палубы и снести туда грузы. Судно – это был «Роуз Пинк» – начало крениться, но оказалось, что не все иллюминаторы на той части корпуса были задраены. В них, конечно, хлынула вода, причем все произошло настолько быстро, что корабль тут же затонул. Лоу потерял флагман, практически все запасы провизии и пресной воды, а также двух членов своей команды.
Завершив восстановление «Каприза», пираты двинулись дальше, однако чуть погодя, заполучив шхуну «Белка», ставшую новым флагманом Лоу, отчасти воспрянули духом. Правда, остро ощущался недостаток пресной воды. Пришлось ввести строгую норму выдачи.
А тут объявилась новая напасть. Эскадра угодила в полосу штиля. Течением корабли отнесло к Гренаде. Побережье находилось в ведении Франции. Просто высадиться на берег пираты, уже умиравшие от недостатка воды, не могли. И Лоу пришла в голову очередная уловка. Он приказал спрятать половину орудий, а большей части экипажа укрыться в трюме. Внешне его шхуна могла сойти за купеческий корабль с минимумом людей на борту. Французский береговой патруль позволил им спуститься на берег для пополнения запасов пресной воды. Но количество бочонков с водой насторожило французов, и на следующий день они отправили на разведку шлюп. Пираты, получив воду, больше не нуждались в высадке. Лоу дал команду подняться всем из трюма и готовиться к нападению. На французском шлюпе никак не рассчитывали на атаку пиратов. Судно со всем экипажем было захвачено. Его переименовали в «Рейнджер», а командовать им Лоу взялся сам – уж очень он был падок на новизну. Свою прежнюю шхуну Лоу поручил Фрэнсису Фаррингтону Сприггсу. Она, по идее, должна была находиться под командой Чарльза Харриса, но Лоу в описываемое время был им недоволен. Чтобы как можно сильнее уязвить Харриса, Лоу сместил его с должности капитана, сделав рядовым членом команды.
Что же касается Сприггса, то он давно ждал, когда же ему достанется корабль. Будучи квартирмейстером, он находил, что к некоторым членам команды Лоу относится исключительно предвзято. Став капитаном «Белки», Сприггс переименовал шхуну в «Усладу» и, собрав на борт всех недовольных Лоу, сбежал под покровом ночи. Настала судьба ему самому стать корсаром.
Обнаружив поутру, что произошло, Лоу был готов взорваться от гнева, но в погоню пускаться не стал, рассудив, что Сприггс за ночь слишком сильно отдалился и догнать его теперь будет весьма непросто. Он махнул на Сприггса рукой и отдал приказ плыть вперед.
Дальнейшие события показали, что неудачи пиратов остались позади. Они захватили множество шлюпов, один из которых, «Фортуна», был включен в состав пиратской эскадры.
Через какое-то время жертвой пиратов пришлось стать португальскому кораблю «Наша Богоматерь Победа». Это произошло 25 января 1723 года. Капитан, прекрасно понимая, что ждет корабль и весь груз, предпочел выбросить за борт корабельную казну, находившуюся в кожаной сумке. Всего волнам он предал порядка пятнадцати тысяч фунтов. Как только Лоу стало об этом известно, он выхватил саблю и вырезал у пленного капитана губы, а затем, нанизав их на острие, держал на огне, покуда губы не поджарились. Далее он заставил капитана их съесть, даже не позволив им хотя бы немного остыть… Однако и это его не успокоило. Лоу немного пришел в себя лишь после того, как в одиночку поубивал всех португальцев на борту.
Капитана даже собственная команда считала маньяком. Однажды он зарубил саблей пятьдесят три испанских моряка. Случилось это в марте 1723 года после захвата пиратами в Гондурасском заливе судна, принадлежавшего Испании. На судне находились шесть английских капитанов в статусе пленников: им инкриминировалась незаконная добыча… кампешевого дерева. У Лоу выступили слезы на глазах. Ведь, кажется, еще не так давно он сам с бандой смельчаков зарабатывал на жизнь этим ремеслом. И что же он видит? Шесть благородных британцев, все замечательные капитаны, старавшиеся для пользы английской короны, захвачены мерзкими испанцами, и их связанных, словно свиней, везут в Испанию на казнь! Кровь бросилась Лоу в лицо, и он выхватил саблю…
Когда корабли становились добычей эскадры Лоу, пленникам можно было только посочувствовать. Суда пираты вчистую разграбляли, но этим дело, к сожалению, не ограничивалось. Лоу был традиционно настроен против пленных. Их, за редким исключением, страшно избивали, пытали, резали ножами, зачастую втыкали между пальцев горящие лучины…
У Эдварда Лоу грань между приязнью и ненавистью была чрезвычайно тонка. Например, однажды он пленил капитана Грейвза из Виргинии, который громко сокрушался по поводу своего утраченного судна. Чтобы утешить его, Лоу, взяв кубок с пуншем, сделал несколько глотков, а потом протянул его Грейвзу, сказав: «Капитан, другая половина – твоя!» У Грейвза не было желания предаваться возлиянию, и он, любезно поблагодарив, отказался. Выслушав ответ, Лоу взбесился и с пистолетом в одной руке и кубком с пуншем в другой свирепо потребовал: «Выбирай!»
В июне 1723 года эскадра Лоу подошла к побережью Южной Каролины. Недавнее бегство Фрэнсиса Сприггса пошло на пользу Чарльзу Харрису – Лоу вернул ему управление одним из кораблей. 21 июня пиратам повстречался военный корабль «Грэйхаунд». Лоу не остановило то, что он собирается грабить соотечественников. Он заметил главное: вооружение «Грэйхаунда» явно уступало пиратскому, а это сулило заманчивые перспективы.
Он не знал того, что «Грэйхаундом» управляет капитан Петер Слодгард, которому власти поручили найти и уничтожить именно эскадру Лоу. Экипаж Слодгарда был одним из лучших; он не боялся бросить вызов эскадре, считая, что его профессионально обученные моряки непременно возьмут верх над полуграмотными и действующими стихийно пиратами. Слодгард, выждав удобный момент, приказал развернуть корабль. Маневр был практически тотчас же приведен в исполнение. Для пиратов это явилось полной неожиданностью, но еще более их смутил залп из всех орудий, которым их встретил Слодгард. Атака велась английскими военными моряками безупречно, и в рядах пиратов возникло смятение. Первым струсил… Лоу. Предоставив капитана Харриса его судьбе, он стремительно повел «Рейнджер» к Азорским островам. При нем осталась вся пиратская казна – почти сто пятьдесят тысяч фунтов.
Слодгард занялся «Капризом». У Харриса практически не было шансов – и он сдался весьма быстро. Все двадцать пять человек его экипажа, включая судового врача, были арестованы. Капитан Слодгард без лишних проволочек доставил пленников на Род-Айленд. Десятого июля 1723 года состоялся суд, а уже 19 июля все пираты были повешены по обвинению в разбое, пиратстве и грабежах. Чарльза Харриса, однако, не казнили вместе с командой. Он был переправлен в Англию и там, в Ваппинге, встретил свою смерть.
Но что же произошло с Лоу?
Он не воспринял всерьез ропот команды, осуждавшей его за бегство, и строил планы мести. Лоу повел корабль на север, и в районе Нантакета, Массачусетс, примерно в восьмидесяти милях от берега, атаковал скромное китобойное судно. Когда Лоу добрался до капитана, он буквально растерзал его, но команду пощадил. Правда, Лоу приказал забрать всю провизию, какую удастся обнаружить на корабле, а обреченным на голодную смерть морякам приказал плыть на все четыре стороны. После страшного и мучительного путешествия они чудом достигли Нантакета и поведали всем об очередном злодеянии капитана Лоу.
Пират решил некоторое время покружить у побережья Северной Америки и у Блок-Айленда взял в плен еще одно судно, тоже рыболовецкое. Лоу отсек капитану голову, а команде позволил высадиться на берег.
Через несколько дней пиратам сдались еще два китобоя. Лоу отрубил у одного из пленных капитанов уши и предложил ему их съесть, не позаботившись при этом о соли. Покуда тот давился, мучительно пытаясь проглотить частицу собственной плоти, Лоу приступил к другому капитану. Недолго думая, он все той же саблей разрубил ему грудь и извлек сердце, которое бросил на стол перед первым капитаном, заметив, что меню еще не исчерпано!
То, что вытворял с пленными рыбаками Лоу, было чересчур даже для отъявленных головорезов из его команды. Они набрались храбрости и заявили, что отказываются участвовать в его издевательствах над людьми.
Эскадра Лоу ограбила еще несколько десятков рыболовецких кораблей, и после этого Лоу решил повернуть на юг. Добыча, правда, была не слишком велика, но все же общая доля с восемнадцати мелких суденышек, встреченных и разграбленных пиратами, оказалась вполне приемлемой. Вскоре настал черед крупной дичи.
Лоу сначала атаковал и захватил крупный двадцатидвухпушечный французский корабль, а потом еще один, более внушительный – тридцатичетырехпушечный купеческий шлюп из Виргинии «Счастливое Рождество». Его Лоу и превратил в свой очередной флагман. Не забыв о позорной встрече с «Грэйхаундом», Лоу, оказываясь на корабле после его взятия, первым делом отыскивал среди команды англичан, немилосердно над ними измывался и жестоко убивал.
В июле 1723 года эскадра Лоу повстречалась с кораблями Джорджа Лоутера. Лоутер и Лоу, объединившись на время, стали пиратствовать сообща. Их рейды были достаточно успешными. Однако Лоутер, надо полагать, был озадачен и даже поражен тем, что его бывший ученик превратился в ненавидящего англичан кровожадного и безумного маньяка. И у него созрело желание расстаться с Лоу.
В самом конце 1723 года у побережья Гвинеи они натолкнулись на судно «Услада». Это была та самая шхуна, которую некогда Сприггс получил от Лоу. Лоу совершенно равнодушно следил, как «Усладу» сняли с мели и доукомплектовали четырнадцатью бортовыми орудиями. Когда Лоутер предложил Лоу оставить капитаном Сприггса, тот не возражал. Умудренный жизненным опытом Лоутер чувствовал, что гроза может разразиться в любой миг. Прошло два дня. За это время Лоутер успел переговорить со Сприггсом и составить впечатление о том, каким стал Нэд Лоу. Похоже было, что совместное плавание до добра не доведет, поэтому Лоутер и Сприггс той же ночью сообща оставили стоянку.
Проснувшись наутро на борту флагмана «Счастливое Рождество», Лоу обнаружил, что стал одиноким корсаром. Начиная с 1724 года новых сведений о нем не поступало. Правда, ходили слухи, что Лоу отправился в Бразилию. Впрочем, есть и другое свидетельство: корабль Лоу, угодив в страшный шторм, затонул, при этом корсар лишился обеих рук.
Похоже, истины мы так и не узнаем. А потому можно сделать вывод, что этот полубезумный пират закончил свои дни предположительно в 1724 году.
Глава XI
Капитан Ричард Уорли и его команда
Ричард Уорли, или Капитан Уорли, одним из первых стал использовать черный флаг с изображением черепа и скрещенных костей, который позже назвали «Веселым Роджером». Уорли, действуя в Карибском море и у Восточного побережья американских колоний, зарекомендовал себя как дерзкий и успешный пират.
О детстве и юности Ричарда Уорли нет практически никаких сведений. Известно лишь, что он, живя в Нью-Йорке, был достаточно отважен, чтобы с восьмью единомышленниками отправиться на лодке на поиски удачи, не имея практически никакого вооружения и с очень скудным запасом продовольствия. Поскольку на утлой, едва держащейся на воде посудине надеяться на захват настоящего корабля было просто нелепо, Уорли решил прибегнуть к особой тактике. В сентябре 1718 года он и его люди добрались до устья реки Делавэр и обнаружили там торговый корабль. Строго говоря, операцию, которую они провернули под покровом ночи на реке, нельзя назвать пиратским нападением. Скорее это была кража, выполненная в классической традиции. Девять молодцов проникли на палубу судна и, обманув бдительность часовых, похитили немало дорогих товаров. Вот таким оказался дебют Уорли на ниве пиратства. Однако это еще не все.
Ночной налет на корабль был приписан самому Эдварду Черной Бороде Тичу – официальные лица вспомнили, что пират, наводивший ужас на всех, уже наведывался сюда со своей эскадрой.
Уорли и его команду подобное начало необыкновенно вдохновило. Они продолжали охотиться за добычей на реке, и в конце концов им достался шлюп, направлявшийся в Филадельфию. Теперь у Уорли появилось настоящее судно, и он впервые в полной мере ощутил себя капитаном. Не собираясь почивать на лаврах, Уорли напряженно продумывал свои дальнейшие ходы.
Для управления шлюпом девяти человек было недостаточно, поэтому Капитан Уорли (именно так его все называли) позволил еще нескольким сорвиголовам присоединиться к команде, и ее общая численность, включая его самого, достигла уже тринадцати человек. Пираты решили навестить Багамы. Можно сказать, это спасло им жизнь: именно тогда вступил в действие указ короля Британии Георга I, по которому пираты, не явившиеся с повинной и продолжающие свою деятельность, должны быть арестованы и казнены. Жителям прибрежных городов предписывалось извещать власти обо всех подозрительных судах. После захвата филадельфийского шлюпа Уорли стал известен, а значит, указ теперь распространялся и на него. Тотчас же был отряжен быстроходный королевский фрегат «Феникс», вооруженный двадцатью четырьмя пушками. Если бы морские разбойники промедлили, то Ричарду Уорли уж точно не удалось бы войти в «золотую двадцатку» пиратов. Король велел не брать пленных, поэтому их ждала неминуемая смерть. Однако Уорли и его команде явно сопутствовала удача: «Феникс» не смог догнать их шлюп.
Охота у Багамских островов оказалась для пиратов очень удачной: Уорли захватил великолепную бригантину и шлюп. Это позволило солидно увеличить огневую мощь, хотя и потребовало роста численности команды. Именно тогда Уорли изобрел свой легендарный флаг и начал работать над пиратским уставом. Одним из самых важных положений этого документа было то, что пират должен сражаться до последней капли крови, что ему следует гордо принять смерть, чем с позором сдаться на милость победителя. Команда единогласно приняла устав, составленный капитаном, что, конечно, говорит об авторитете, который имел Капитан Уорли.
Между тем до него каким-то образом дошли слухи о том, какие баснословные ценности достаются таким «звездам» пиратского небосклона, как Черная Борода или Стид Боннет, которые хозяйничали у побережья Северной и Южной Каролины, не обходя своим вниманием и Виргинию.
И Уорли начал планировать налет на колонии. Начать он решил с Южной Каролины, и через какое-то время его эскадра бросила якорь в гавани Чарлстона. Путешествие было не самым легким – пиратам пришлось как следует потрудиться. Добычи в их трюмах значительно прибавилось, но корабли отчаянно нуждались в ремонте. Так что, заходя в гавань Чарлстона, Уорли намеревался сочетать приятное с полезным.
Естественно, губернатора Южной Каролины немедленно проинформировали об этом, а в его памяти еще свежи были недавние налеты Черной Бороды и Стида Боннета. Губернатор решил не мешкать и лично принять участие в уничтожении пиратской эскадры. Против пиратов вышли одновременно четыре военных корабля, на одном из них держал флаг сам губернатор. Главной их задачей было блокировать гавань, чтобы пираты не смогли спастись бегством. Чтобы обмануть бдительность пиратов, губернатор приказал убрать часть орудий и изменить внешний вид кораблей, чтобы у пиратов создалось впечатление, что в гавани находятся не военные, а торговые корабли. Надо заметить, коварная уловка блестяще удалась.
Уорли и в самом деле решил, что в гавани стоят торговые суда, и обрадовался, что его надежды оправдались. Губернатор, выждав, пока пираты пройдут дальше в гавань, дал приказ атаковать. Поначалу ситуация складывалась в пользу пиратов: фрегат губернатора случайно подставился, и они смогли с блеском поразить цель. Корабль вышел из строя – впрочем, губернатор при этом не пострадал. Однако силы были неравны. Военные корабли были гораздо лучше вооружены и действовали слаженнее, кроме того, на их стороне был эффект неожиданности.
Итог схватки оказался печальным. Пираты остались верны своему уставу и бились до конца. Капитан Уорли и значительная часть его верного экипажа пали замертво, оставшиеся члены команды ранеными попали в плен – их было всего девятнадцать. Суд в Чарлстоне прошел очень быстро, и 17 февраля 1719 года все они были повешены. Историки допускают, что в числе раненых вполне мог оказаться и сам Уорли. Как бы то ни было, именно 17 февраля 1719 года принято считать последним днем его жизни.
Таким печальным оказался конец Ричарда Уорли и его команды. Карьера этого корсара оказалась стремительной – всего пять месяцев. Однако Капитан Уорли настолько ярко заявил о себе, что если бы судьба даровала ему больше времени, то он наверняка затмил бы своими успехами самых именитых пиратов.
Глава XII
Капитан Джордж Лоутер и его команда
Джордж Лоутер, устроившись подштурманом, отплыл по Темзе на одном из кораблей Королевской Африканской компании под названием «Гамбия Касл» с шестнадцатью пушками и тридцатью членами экипажа на борту, под командованием Чарлза Рассела в качестве второго помощника. На корабле были солдаты, которыми командовал некий Джон Мейси, и все они отправлялись в одно из поселений на реке Гамбия для укрепления гарнизона форта – того самого, где не так давно захватили и уничтожили капитана Дэвиса.
В мае 1721 года «Гамбия Касл» благополучно добралась до порта в Африке, где капитан Мейси и его люди высадились на Джеймс-Айленд. Губернатор колонии, полковник Уитни, прибыл туда в то же время, только на другом корабле. Весь гарнизон был чрезвычайно недоволен условиями, в которых оказался: когда корабль прибыл, выяснилось, что продовольствия нет, и солдаты были вынуждены сидеть на голодном пайке. Это вызвало крайнее негодование всего состава команды, а Мейси открыто заявлял, что приехал туда не для того, чтобы стать гвинейским рабом, и что он обещал своим людям достойное содержание и условия, соответствующие званию военнослужащего Его Величества. Если капитан и губернатор немедленно не приложат усилий к наведению порядка, он вынужден будет принять соответствующие меры по защите своих товарищей.
Губернатор слег в лихорадке и был перевезен с корабля «Гамбия Касл». Он проболел около трех недель, поэтому мало что мог решать в этом споре. Конечно, он отдал приказание, чтобы были произведены закупки провианта, но купцы выполнили приказ спустя рукава, поэтому нельзя сказать, что положение моряков значительно улучшилось. Корабль оставался в распоряжении губернатора и в основном занимался охраной вод у форта. Жестокое обращение с моряками, свойственное морским офицерам Его Величества, безусловно, способствовало нарастанию ропота на судне.
Впрочем, события, которые произошли на борту корабля, во многом были следствием напряженных отношений между капитаном и вторым помощником, Джорджем Лоутером, главным персонажем в этой короткой истории. Разногласия между капитаном и командой достигли предела, когда Рассел приказал Лоутеру выпороть розгами одного из младших офицеров. Тогда команда схватилась за марлини и была готова захватить корабль. Капитан Мейси в это время со своими солдатами был на берегу и не мог вмешаться и остановить бунт. Чиновникам компании и местному губернатору не было дела до событий, происходивших на корабле. Шкипер, видимо, догадался, что готовится бунт, и поехал на берег посоветоваться с губернатором. Подозревая, что речь будет идти о нем, Лоутер начал действовать без промедления – в той же шлюпке он отправил курьера с письмом к Мейси. «Прошу вас пожаловать на борт, так как пришло время исполнить наш замысел», – говорилось в нем. Вернувшийся Мейси и Лоутер пришли к выводу, что капитан Рассел должен покинуть судно, иначе бунт неизбежен. Лоутер, подняв на ноги заговорщиков, арестовал первого штурмана и запер его в трюме, а потом велел матросам готовить судно к отплытию. Тем временем Мейси отправился в казармы к своим солдатам и объявил: «Для тех, кто желает вернуться в Англию, время пришло». После этого он вошел в апартаменты губернатора и забрал его постельные принадлежности, одежду и серебро. Мейси думал, что губернатор отправится вместе с ним, однако тот ответил отказом. Лоутер захватил корабль и вывез Мейси и его солдат, а Мейси захватил сына губернатора в заложники и дал возможность кораблю беспрепятственно выйти в море.
Тринадцатого июня судно покинуло порт, оставив капитана на берегу. Мейси рассчитывал возвратиться в Англию, но Лоутер имел иные планы.
Он собрал своих людей и людей Мейси в кают-компании и сказал им, что думать о возвращении в Англию – это величайшая глупость, которую только можно вообразить. Ведь несмотря на то, что послужило поводом, – в глазах закона они все преступники. Причем их преступление карается смертной казнью.
Он решил, что добровольно не отправится в петлю, а станет морским охотником. Тем же, кто не согласен с таким решением, Лоутер предлагал высадку на берег в безопасном месте. Однако, уверял новоиспеченный капитан, у них хороший корабль, отважная команда. Не их судьба голодать и сделаться рабами. Поэтому если они здравомыслящие люди, то должны искать удачу на морях, как это было сделано до них другими искателями приключений. Команда единодушно согласилась с капитаном. Были снесены бытовые помещения на носовой и кормовой частях, усилены палубы под пушки, подготовлен флаг черного цвета, а корабль переименован в «Счастливое избавление». Команда из пятидесяти человек на судне в шестнадцать орудий составила своеобразный свод законов и на Библии поклялась их соблюдать.
Законы эти были просты:
1. Капитану полагаются две полные доли, штурману – полторы, доктору, помощнику капитана, канониру и боцману – по одной с четвертью.
2. Признанный виновным в использовании незаконного оружия на борту приватира или любого захваченного приза из-за удара или плохого обращения с другим человеком будет наказан так, как посчитают нужным капитан и большинство членов команды.
3. Признанный виновным в проявлении трусости во время боя будет наказан так, как посчитают нужным капитан и большинство членов команды.
4. Если человек на борту приза или призов найдет золото, драгоценности, серебро и т. д. ценой хотя бы пиастр и не передаст найденное квартирмейстеру в течение суток, он будет наказан так, как посчитают нужным капитан и большинство членов команды.
5. Признанный виновным в азартных играх или обмане другого хотя бы на шиллинг будет наказан так, как посчитают нужным капитан и большинство членов команды.
6. Потерявшему конечность во время боя будет выплачено сто пятьдесят фунтов стерлингов, он может оставаться членом экипажа, сколько посчитает нужным, и получать четверть доли, когда потребуется.
7. Тот, кто впервые отправляется в море, должен иметь при себе пистолет или другое стрелковое оружие.
Лоутер и команда покинули поселение 13 июня, а 20 на подходе к Барбадосу повстречали бригантину, принадлежащую Бостону, под названием «Чарлз» со шкипером Джеймсом Дугласом. Лоутер применил хитрость: он смастерил своего рода сертификат, который якобы давал им право от имени Британской короны досматривать любые суда на предмет нахождения там ворованных грузов или беглых рабов. Уловка сработала, и капитан бригантины без всякой задней мысли впустил пиратов на корабль.
Ограбив бригантину, разбойники отправились к острову Эспаньола. Здесь им попался французский шлюп с грузом вина и бренди. Сначала пираты прикинулись мирными торговцами и сделали вид, что собираются купить у французов их товары, но затем повергли шкипера в ужас, показав свое истинное лицо. Посмеявшись над доверчивыми французами, они перенесли к себе на корабль тридцать бочонков бренди, пять бочек вина, множество отрезов персидского ситца и около семидесяти фунтов стерлингов в монетах.
Поделиться книгой: