Разведчики от бога

— Был… — грустно усмехнулся Лавров. — Но очень недолго.

— А почему? — Во взгляде Ольшевского мелькнуло недоумение.

— Ну, скажи, какая женщина захочет жить с человеком, у которого работа — круглогодичная командировка? Я ее ни в чем не виню. Это — жизнь… — Андрей пожал плечами.

Когда автобус остановился у здания аэровокзала, спецназовцы, как две тени, двинулись следом за мордоворотом и его приятелем. Те, скорее всего, об этом даже не подозревали. Не торопясь, гастролеры прошли к скверику, где мордоворот кому-то принялся звонить по мобильному. Оттопырив нижнюю губу, он с начальственным видом что-то растолковывал своему собеседнику. После этого «крутяки», плюхнувшись на лавочку, задымили, пренебрежительно поглядывая на проходивших мимо людей.

Минут через десять к ним лихо подкатила черная «Тойота» с тонированными стеклами. Мордоворот и его приятель, лениво махнув рукой выглянувшему из кабины водителю, подняли со скамейки свои дорожные сумки и не спеша подошли к машине. Переглянувшись, офицеры с двух сторон подбежали к «Тойоте» в тот момент, когда их «клиенты» уже сели в салон и собирались захлопнуть дверцы. При этом рука Юрия была обмотана пиджаком, как будто в ней находилось оружие.

— Никому не двигаться! — властно распорядился Лавров, махнув своим удостоверением. — Федеральная служба безопасности! Предъявите документы. И не советую дергаться — имеем приказ открывать огонь без предупреждения.

— Бля-ха му-ха-а!.. — выпучил глаза мордоворот, никак не предполагавший такого поворота событий. — Опять они! Вам чего от нас нужно? Вы чего до нас докопались?

— В чем дело? — возмутился и его «кореш». — Нас что, в чем-то подозревают?

— Вот именно! — пролистав паспорт водителя, уведомил Андрей. — По нашей информации, в город прибыли два особо опасных преступника, связанных с террористами, которые намереваются совершить ряд громких преступлений. Здесь их должен встретить сообщник. Как видите, все сходится. Так, кто тут у нас? Аллохьяров Гумбат Джафарович. Проживает… так, понятно. Род занятий?

— Вах, мама джан! — Стукнув кулаками по рулю, брюнетистый хозяин машины едва не скрежетал зубами. — Господа! Вы ошибаетесь! Мы — честные каталы, а не мокрушники! На кой хрен нам нужны эти террористы?

— Эти двое на катал похожи точно так же, как я — на римского папу, — насмешливо отметил Лавров, положив его паспорт в карман и забирая паспорта своих недавних попутчиков по авиарейсу.

— Да нет, катала — я один. А они… Ну, они мои помощники, — с трудом признался водитель.

— Понятно! Ты разводишь лохов на бабки, а эти двое тебя прикрывают. Я правильно понял? — испытующе посмотрел Андрей. — И если кто-то ловит тебя за руку на подтасовке, твои «помощники» начинают его «вразумлять» кулаками. Или ты хочешь сказать, что я не прав?

В ответ катала лишь беспомощно застучал руками по рулю, дескать, понимай, как хочешь…

— Эти двое уже пытались устроить групповуху прямо в самолете, во время рейса, — сурово уведомил Ольшевский, — что расценивается как особо опасное деяние, совершенное с особым цинизмом и дерзостью. Просто так мы никого не задерживаем.

— Да вы че, в натуре?! — кисло запротестовал мордоворот. — Ну, это просто по пьяни… Ну, шутка была!

— Стоп! — недовольно сверкнув глазами в его сторону, водитель сокрушенно поцокал языком. — Петя! Ты опять рисоваться начал? Сколько раз тебе говорил — скромнее, скромнее надо быть! Господа, мамой клянусь, мы не террористы!

— Этих двоих держи на мушке, — распорядился Андрей, — а ты открой багажник.

— Слушайте, а может, договоримся? — выйдя из машины, вкрадчиво прошептал катала.

— Открывай! В «Поле чудес» поиграть не получится.

Водитель неохотно поднял крышку багажника. В просторном багажном отделении стояли две дорожные сумки с голубыми бирками. Жестом приказав катале вытащить поклажу на асфальт, Лавров проверил сумку с гаечными ключами, пакет с рабочим комбинезоном и тут заметил, что край декоративной обшивки багажника в одном месте несколько оттопырен, как будто совсем недавно его отгибали. На каталу в этот момент он не смотрел, но боковым зрением видел, как переменилось и напряглось его лицо. Испуганный взгляд водителя «Тойоты» застыл именно на этом месте. Аллохьяров чисто подсознательно смотрел туда, где явно что-то было спрятано. Заметив это, Лавров сразу же понял: тайник — там. Запустив руку под обшивку, Андрей нащупал что-то твердое, завернутое в тряпку.

Его предположения оказались абсолютно верными — в багажнике были припрятаны два «макарова» с запасными обоймами. Реакция каталы на эту находку оказалась весьма бурной.

— Вах! Вах! Вах! — всплеснул он руками, с деланым изумлением глядя на оружие. — Откуда это взялось? Клянусь своим здоровьем — вижу впервые. Слушайте, наверное, осталось от прежнего хозяина. Хлебом клянусь, не касался их и пальцем. Проверьте — моих отпечатков там нет!..

— А ты бы мне поверил, окажись на моем месте? — иронично усмехнулся Лавров.

— Конечно, конечно! У вас такое честное, доброе лицо! Я бы вам обязательно поверил… — зачастил Аллохьяров.

— Ну и что с ними будем делать? — Лавров как бы в раздумье посмотрел на Юрия.

— Может, сдадим милиции? — тот пожал плечами. — Вот как раз пэпээсники появились.

Невдалеке и в самом деле неспешно пропылила машина с мигалками и аббревиатурой ППС на дверцах.

— Ай, не надо! Ай, ну зачем?!! — заламывая руки, простонал катала. — Клянусь…

— Оставь свои клятвы кому-нибудь другому! — остановил его Андрей. — В общем, так… Возиться нам с вами некогда, поэтому ладно, отпустим. Но возьмем на заметку. И если, не дай бог, однажды проскользнет информация о том, что вы где-то в чем-то засветились, эти пистолеты для вашей шеи станут пудовыми гирями. Гарантирую: не всплывете! Ну а за то, что вы сегодня не будете мять боками нары в КПЗ, ты в любой момент будешь обязан явиться по первому моему требованию. Понятно?

— Конечно, конечно! — прижимая руки к груди, радостно заверещал катала. — Клянусь… Гм-гм… Даю слово мужчины: ничего плохого вы о нас никогда не услышите.

Напоследок сняв камерой мобильного их паспорта и самих «джентльменов удачи», Андрей отпустил окончательно скисшую троицу. Когда «Тойота», лихо стартовав с места, скрылась за поворотом, спецназовцы, довольные удачным приобретением, отправились за своими вещами. Теперь им предстояло где-то временно обосноваться в городе, дожидаясь информации о перемещениях «действующего тэтана».

— Считаешь, они и в самом деле теперь станут «травоядными»? — достав из куста свою сумку, куда они их спрятали перед тем, как задержать «крутяков», с непонятным подтекстом поинтересовался Ольшевский.

— Стопроцентной гарантии нет и быть не может, — Лавров чуть заметно усмехнулся. — Но я уверен в том, что на какие-то крайние паскудства сейчас они уж точно не пойдут.

Из кармана донеслось пиликанье телефона. Он сразу же узнал голос сержанта Кости. Тот доложил о том, что совсем недавно «объект» покинул пределы Ульяновска и полным ходом движется в направлении Самары. Лавров тут же созвонился с генералом Фединым. Но тот от фээсбэшников уже знал о передвижении «учителя Аристихия».

— …Отдаю должное твоей интуиции, — поощрительным тоном произнес генерал. — Твой прогноз, можно сказать, попал «в яблочко». Теперь ждите его появления в Северо-Кавказском регионе. ФСБ сейчас проверяет все составы, идущие на юг, но кого-то похожего на этого самого «тэтана» выявить так и не удалось. Видимо, он и в самом деле едет по фальшивым документам, изменив свою внешность…

Сняв комнатушку на краю города, спецназовцы решили нежданно-негаданно выдавшееся свободное время потратить каждый на свое. Юра, созвонившись со стюардессой Таней и узнав, что до вечера их борт будет находиться в аэропорту, помчался туда. Андрей купил в книжном магазине большой подробный атлас региона и принялся дотошно его изучать, хотя в этих местах ему бывать уже доводилось. Да и весь Северный Кавказ он знал неплохо. Находя кружочки городов и селений, многие из которых ему были знакомы не только по карте, прослеживая взглядом изгибы синих жилок рек, он вспоминал, как лет восемь назад на границе Дагестана и Чечни с группой спецназовцев сумел накрыть базу ваххабитов.

…Эта операция в чем-то была посложнее, чем иные зарубежные. В ту пору, когда дудаевский режим уже был свергнут и «освободители Ичкерии» ушли в леса, в одном из горных районов Чечни, невдалеке от границы с Дагестаном, появилась группировка, которая провела ряд дерзких нападений на федеральные войска. И всякий раз, оставив после себя несколько трупов, бандиты ухитрялись бесследно скрыться. Не чурались они и похищения людей, требуя от родственников солидного выкупа за освобождение своих пленников. Но характерным почерком этой банды было жестко соблюдавшееся ею правило — несмотря на выплату выкупа, живым никого не отпускать.

Неоднократные попытки обнаружить логово банды каждый раз оказывались безуспешными. Собаки не брали их след, вертолетам, барражировавшим над «зеленкой», не удавалось даже приблизительно засечь хоть что-то, напоминающее вероятное место расположения базы боевиков. Несколько попыток внедрить агентуру закончились полным провалом.

И тогда была разработана операция, в которой главная роль отводилась группе спецназа под командованием в ту пору еще капитана Лаврова. Ознакомившись с планом ее проведения, Андрей тут же высказал свое несогласие с ее некоторыми пунктами, назвав их «бредом сивой кобылы», и предложил свои варианты. Поскольку ситуация складывалась так, что руководству было не до политеса и демонстрации своего уязвленного самолюбия, ему предложили доработать план, но только с тем условием, что он гарантированно покончит с шайкой Невидимок, как уже успели окрестить неуловимую банду. На лице армейского полковника, отвечавшего за проведение операции, Лавров без труда прочитал: «Ну что ж, если этот выскочка капитан задание сорвет, туда ему и дорога. А то в последнее время десантники слишком много о себе возомнили… А если удача ему улыбнется, то лавры в первую очередь все равно достанутся мне».

Лавров подобрал себе в группу пять человек из числа тех, кто хотя бы немного понимал горские наречия. Но и сам ежедневно заучивал по нескольку десятков чеченских слов. Все это время команда жила в лесу, что называется, «на подножном корме». За это время у спецназовцев отросла длинная щетина, поистрепалась одежда, огрубели и охрипли голоса. Теперь ничье, даже самое придирчивое, око не смогло бы отличить бойцов спецназа от настоящих лесных бандитов.

В одну из коротких летних ночей операция началась. Спецназовцев забросили на вертолете далеко в горы. Еще часа полтора они шли цепочкой вдоль русла наполовину пересохшего ручья. А после полуночи к богатому коммерсанту в одном из дагестанских селений заявились шестеро неизвестных в масках, судя по говору и внешнему виду — кавказцев, но различной этнической принадлежности. Кто-то из незваных гостей говорил по-чеченски, кто-то по-кабардински, кто-то по-черкесски. Главарь вооруженной автоматами шайки в грубой форме на русском языке с сильным чеченским акцентом объявил коммерсанту о том, что тот обязан заплатить дань воинам его личного «джамаата». Причем сумма с несколькими нулями была назначена в долларах.

Ошарашенный такими запросами, коммерсант сообщил, что уже и так платит дань неким «воинам». Они не так давно наведались к нему, и бизнесмен был вынужден отдать им огромную по местным меркам сумму.

— Клянусь милостью Пророка, — убеждал он презрительно взиравших на него отморозков, — сейчас у меня денег осталось только для того, чтобы хоть немного купить нового товара. Иначе я разорен. Тогда уж с меня вообще никто ничего не сможет взять…

— Знаешь, мне плевать на твои проблемы, — язвительно усмехнулся главарь. — Они твои, тебе их и решать. Но если через два дня мы не получим того, что требуем, твоя дочь, которая учится в Москве, может попасть в очень нехорошую историю. А этим тупым недоноскам, которые посмели хозяйничать на моей территории, передай, чтобы убирались отсюда. И поживее. Иначе, если они мне попадутся, я их лично кастрирую.

Той же ночью еще в одном селении произошел подобный инцидент. К зажиточным людям пришла неизвестная банда и обложила их сумасшедшей данью, выходящей за рамки здравого смысла. При этом оказалось, что невесть откуда свалившаяся банда была прекрасно осведомлена о том, какими те располагают средствами, у кого и где учатся дети, где живут ближайшие родственники, и о многом другом. На следующий день по округе разнеслась весть о том, что прямо средь бела дня неизвестные похитили двоих местных парней, ехавших на машине. Их родственникам бандиты прислали видеообращение пленников с мольбой как можно быстрее выплатить за них выкуп, иначе их прирежут, как баранов.

Люди наперебой, мешая правду с вымыслами, рассказывали друг другу о неизвестно откуда взявшейся банде отпетых мерзавцев, которые по своей алчности превзошли даже тех, кто уже давно промышлял в этих краях. При этом неизвестные не признавали вообще никаких законов — ни горских, ни исламских, ни тем более официальных, государственных. Кроме того, они презрительно отзывались о своих, так сказать, братьях по вере, которых поносили весьма непристойными словами.

Разумеется, это не могло не дойти до ушей Невидимок. И разгневало их не на шутку. В самом деле, можно ли стерпеть такие прозвища, как «тупые недоноски» или «гнилозадые ишаки»? Невидимки решили узнать, что же это за наглецы, которые взяли на себя смелость бросить им дерзкий вызов. Через своих людей в местных администрациях и милиции они выяснили, что их конкуренты по части маскировки превзошли даже их. Отморозки и появлялись как бы из ниоткуда, и исчезали словно в никуда. Поэтому банда Невидимок решила устроить им засаду, чтобы наконец-то понять, с кем они имеют дело.

Засада была устроена в доме коммерсанта, которому неизвестные нанесли свой первый визит. Но кто бы мог подумать, что отморозки помимо запредельной наглости обладали еще и чуть ли не сверхъестественной способностью чувствовать опасность? Они не стали среди ночи ломиться в закрытые ворота, а забрались в дом, бесшумно перебравшись через высокую каменную изгородь и аккуратно вырезав оконное стекло в одной из комнат. Когда неизвестные бесшумными тенями возникли за спинами притаившихся в засаде Невидимок, те были просто парализованы тем, как быстро и неожиданно закончилась для них игра.

Через несколько часов, когда начали расступаться серые предрассветные сумерки, четверо захваченных в плен Невидимок сидели со связанными руками в глухой лощине и ждали решения своей судьбы. Стоявшие вокруг них люди в масках всем своим видом давали понять, что пощады и легкой смерти пленникам ждать не приходится. А их главарь, пройдясь взад-вперед, хмуро поинтересовался, спросив по-чеченски:

— Где остальные? Кто у вас хозяин?

Поскольку пленники хранили молчание, главарь отморозков молча сделал знак рукой своим людям, указав на старшего группы. Двое его подручных схватили рослого бородача и, оттащив его в сторону на несколько метров, повалили на спину, притянув ноги к шее куском веревки. Главарь не спеша подошел к пленнику и, достав острый блестящий нож, располосовал на нем брюки, обнажив зад. Подручные в это время сунули в рот бородача палку с завязками на концах, которые стянули на его затылке. Многозначительно посмотрев на прочих Невидимок, главарь склонился над бородачом. Те не видели его манипуляций, но по дикому вою, который вдруг издал бородач, и тому, как он корчился от боли в руках своих палачей, те поняли без пояснений, какой именно операции подвергся их подельник.

Кончив свое дело, главарь демонстративно отбросил в сторону два каких-то кровавых ошметка и, вытерев тряпкой окровавленные руки, совершенно спокойно, словно это был бездушный робот, а не человек, вновь поинтересовался:

— Так где остальные? Как их найти? Молчите? Следующего сюда. Вы не думайте, что отделаетесь только одной операцией… Когда все станете кастратами, я начну резать ваши пальцы, уши, носы… Вы что, не поняли, к кому попали в руки? Давай вон того, крайнего, — скомандовал он.

— Нет!!! Нет!!! — душераздирающе завопил парень лет двадцати, побелев как мел. — Лучше убейте, но только не это!

Заикаясь и трясясь всем телом, он подробно рассказал, где именно находится база Невидимок, сколько их всего и кто возглавляет банду.

— Ну, вот так-то лучше! — рассмеялся главарь, снимая маску.

Достав из кармана рацию, он уже без всякого акцента сообщил кому-то координаты базы, и уже через несколько минут вдалеке зарокотали десантные вертолеты. Только теперь Невидимки поняли, как ловко их обвели вокруг пальца. Им наконец стало ясно, что все эти бандитские наезды «отморозков», похищение людей и только что проделанная на их глазах кровавая операция — не более чем инсценировка.

— Ай, шайтан!!! Ай, шайтан!!! — ревел и скрежетал зубами бородач, слыша доносящиеся даже сюда, в глухую чащобу, отзвуки автоматных и пулеметных очередей. У него изо рта вынули палку, и теперь он в бешенстве катался по мокрой земле. — Да лучше бы ты и в самом деле порезал всех нас на куски. Этот шакал предал своих братьев!.. Ему все равно не жить! Разорву своими руками!..

…Лавров никогда бы не подумал, как мучительно долго будут тянуться эти двое суток нежданно-негаданно выпавшей передышки. За это время он успел совершить пару экскурсий по городу, побывать на нескольких концертах местных и заезжих звезд… Его уже начало тошнить от одного вида экрана телевизора, мутило лишь при воспоминании о мороженом, даже обожаемом им с детства пломбире. От зверской скуки отвлекали только периодические сообщения «хакера» Кости о маршруте передвижения «действующего тэтана», действия которого, как оказалось, Андрей просчитал довольно точно.

Ставрополь в качестве своей «резиденции» Андрей выбрал не случайно. Город находился примерно в центре региона, и, если «учитель Аристихий» отправился куда-нибудь в сторону Сочи или Дербента, они с Юрием достаточно быстро смогли бы перехватить его практически в любой точке. К началу третьего дня ожидания их «клиент» уже миновал Тихорецк, и стало наконец окончательно ясно, что его конечный пункт — Кабардино-Балкария.

Позавтракав, спецназовцы обсудили сложившуюся ситуацию и решили, уже не осторожничая с прогнозами, ехать прямо в Прохладный. Но как и на чем?

— А поехали тоже на поезде? — подумав, предложил Лавров. — Если в ближайшие пару часов сядем в Невинномысске, Аристихий нас уже точно не обгонит.

— Закажем такси? — укладывая вещи в дорожную сумку, спросил Юрий.

— Зачем нам такси? Пусть катала Гумбат отработает свое освобождение, — усмехнулся Андрей, доставая телефон.

Катала оказался парнем дисциплинированным. Он прибыл на машине, как и было ему сказано, минута в минуту. Сев в «Тойоту», Андрей распорядился:

— В Невинномысск. И как можно скорее.

Тот, не задавая лишних вопросов, дал газу, и машина помчалась по трассе вдоль садов и полей, раскинувшихся по обе стороны дороги. Менее чем через полчаса спецназовцы выходили у вокзала, по-южному шумного и по-летнему многолюдного. Вопреки их опасениям, с билетами проблем не возникло, и еще через полчаса они сидели в купе, любуясь сменяющими друг друга кавказскими пейзажами. Лаврову снова позвонил «хакер» Костя. Он сообщил, что совсем недавно «объект» миновал Армавир. Андрей положил телефон и побарабанил пальцами по столу.

— Ну вот мы его и опередили, — сказал он Юрию, задумавшемуся о чем-то своем. — Что пригорюнился? Если долго не будешь ходить вокруг да около, не денется никуда твоя Татьяна.

— Ну да… — вздохнув, кивнул тот. — Понимаешь, раньше как-то так получалось, что и встречался с девчонками, и увлекался, но вот серьезной привязанности не было ни к кому. А тут… Сразу, как пчела на мед — раз, и намертво прикипел. Вот теперь думаю: а не получится ли и у меня точно так же, как это у тебя случилось? Нет, в самом деле, если я буду без конца мотаться по командировкам, а она тоже постоянно в рейсе — какая тут может быть семья? Не хотелось бы с ней расставаться, да, как видно, придется…

— Не спеши с выводами, — глядя в окно, урезонил его Андрей. — Жизнь — такая штука, что ни в какие рамки ее не загонишь. Все от вас самих зависит… Не ты один, в конце концов, по полгода дома не бываешь.

— Ладно, посмотрим… — Ольшевский махнул рукой. — В Прохладном когда будем? Что-то в билет я и не глянул…

— Ближе к обеду… Я вот думаю, что мы с тобой там будем делать? Если этот Аристихий загримировался до полной неузнаваемости, то как нам его узнать? Тем более что из поезда вывалит толпа народу, затеряться в которой — раз плюнуть. Может, хоть фээсбэшники смогут его вычислить и взять?

— Ч-черт! Такое ощущение, что нам приходится вслепую сажать самолет по одним лишь приборам. Сидишь в кабине без окон, нажимаешь на рычаги и кнопки, а что на самом деле происходит снаружи — увидишь только после приземления. Если останешься цел… Мы ж ведь тоже ведем этого «действующего тэтана» только на основании своих предположений и спутникового пеленга его телефона. И все! Стоит ему схитрить и подсунуть телефон в багаж какой-нибудь тетки — и пиши пропало.

— Юра! — Лавров с мягким укором посмотрел на Ольшевского. — Запомни первое правило для таких ситуаций: заведомо не бойся проиграть, иначе — точно проиграешь. Но и не допускай даже тени сомнения в успехе — иначе опять же проиграешь. Других вариантов, кроме как вычислить сайентолога, как говорится, по ходу пьесы, нам не дано. Поэтому остается только одно: вперед, и только вперед!

Перекусив тем, что они успели взять с собой в дорогу, спецназовцы занялись каждый своим. Юра достал из сумки какое-то бульварное чтиво — многостраничный глянцевый еженедельник с яркой красоткой на обложке, а Андрей снова углубился в изучение карты региона. Он в который уже раз просчитывал различные варианты маршрутов, которые мог избрать «учитель Аристихий» для перехода границы. И всякий раз убеждался все больше и больше: наиболее вероятен именно тот путь от Прохладного до Эльбруса и далее до границы, на котором он настаивал на инструктаже у генерала Федина. Лаврову случалось бывать в тех местах, и он хорошо знал, что в диких, непроходимых урочищах всегда найдется не одна тайная тропа, которую пограничники не в состоянии вовремя обнаружить и взять под контроль. Иначе как бы тогда на нашу территорию ухитрялись перебираться и контрабандисты, и наркоторговцы, и боевики?

Лавров с Ольшевским вышли на перроне Прохладного, когда солнце уже стояло в зените. Здесь было очень людно, и, оглядев эту разношерстную толпу, оба, не сговариваясь, подумали о том, что шансы отыскать в ней нужного человека весьма призрачны. Теплый летний ветерок колыхал верхушки деревьев. Величественные горные пейзажи настраивали на романтический лад. Но спецназовцам было уже не до природных и архитектурных красот.

Первым делом Андрей выяснил в справочном окне, когда прибывает следующий поезд. Мило улыбаясь, темноволосая девушка сообщила, что по графику он должен быть через полчаса. Если, конечно, за это время не случится какой-нибудь форс-мажор. Поблагодарив ее и одновременно отмахнувшись от назойливого торговца, усердно навязывавшего некий «электронный» утюг стоимостью «всего каких-то» четыре тысячи, он направился к Юре, который устроился невдалеке на лавочке, в тени.

— Ну и что там слышно? — лузгая жареные семечки, поинтересовался тот.

— Через полчаса поезд, скорее всего, будет здесь. — Лавров сел рядом и задумчиво посмотрел на синеющие горные вершины, которые, казалось, были совсем рядом — только протяни руку. — И вот о чем я подумал… Мне кажется, наш «клиент» до сих пор не расшифрован фээсбэшниками только потому, что он сейчас — я в этом уже почти уверен — изменил не только лицо. Отдадим должное нашим «соседям» — у них глаз — алмаз, точнее, рентгеновский аппарат. А пока все их поиски ни к каким результатам не привели.

— Ты о чем? — не понял Юра.

— Да о том, что наш клиент мог изменить не только внешность, но и пол.

— Что?!! — Глаза Ольшевского даже несколько округлились от удивления.

— Что-что… Я имею в виду не то, что он сделал себе операцию, а то, что мог переодеться женщиной и ехать по паспорту, по которому значится как некая особа средних лет. Под юбку к нему никто ж не полезет? Нет! Вот то-то и оно. А теперь представь: едет в поезде эдакая мужеподобная тетка, да еще, к примеру, с дефектами речи. Ни с кем по этой самой причине не общается. Фээсбэшники ищут мужика с фальшивыми усами или в парике. А это уже не мужик…

— Слушай, а ведь ты, скорее всего, прав! — восхитился Юрий. — Блин! Вот что значит — голова работает!

— Поэтому давай сделаем вот что… Ты пойдешь в голову поезда, я — к последнему вагону. И выберем себе такую позицию, чтобы каждый мог охватить взглядом свою половину состава. Здесь станция не конечная, так что слишком большой толчеи у вагонов, я думаю, не будет. Мужеподобных дам берем под особое наблюдение. Если вычислим, брать прямо на перроне, скорее всего, не стоит. Вдруг у этого «тэтана» нервы не выдержат и он начнет лупить из пистолета посреди толпы? Нам еще только жертв не хватало!

— Добро! — кивнул Ольшевский.

Вскоре пришел очередной звонок «хакера» Кости, который известил: «объект» миновал Новопавловскую и приближается к Прохладному. Спецназовцы тут же отправились по заранее намеченным местам. Дорожные сумки, дабы багаж не сковывал, они заблаговременно сдали в камеру хранения. Теперь время тянулось не просто медленно, как ползет тяжело груженная повозка в гору, оно словно сгустилось, приобретя физическую плотность и от этого как будто став ощутимым.

Ольшевский, сняв пистолет с предохранителя, незаметно переложил его в боковой карман пиджака. Лавров, правда, предупредил, что оружие в пределах станции применять нельзя ни в коем случае. Хотя Юрий пускать пистолет в ход и не собирался. Просто по старой офицерской привычке присутствие оружия под рукой как-то успокаивало и придавало уверенности. Ольшевский был не робкого десятка, и его не пугала вероятность стрельбы со стороны их «клиента». В гораздо большей степени он боялся оконфузиться, проморгать, упустить «клиента». Вот это было бы серьезным ударом по его самолюбию. Майора Лаврова он уважал и, сам себе в этом не признаваясь, кое в чем даже старался подражать. И поэтому, случись «прокол» по его вине, услышать от Андрея укоризненное «Ну что же ты, Юра?» было для Ольшевского намного неприятнее, чем увидеть нацеленный в лицо ствол.

Наконец из-за поворота раздался гудок локомотива, и на перрон тут же хлынула толпа встречающих, торговцев и таксистов. Ростом природа его не обидела, и Ольшевский даже в этой толкотне имел возможность держать под контролем свою половину состава. Тем не менее бурлящая толпа существенно осложняла наблюдение за его участком перрона. Впрочем, как он мог заметить, у Лаврова ситуация была ничуть не лучше…

Состав остановился, и из вагонов начали выходить пассажиры. Ольшевский едва успевал вертеть головой во все стороны, сожалея, что с ними сейчас нет Леонида. Втроем все же было бы гораздо проще взять под плотный контроль весь перрон. Он тщательно всматривался в женщин, прежде всего в долговязых, кто по росту и фигуре мог походить на «действующего тэтана». И еще обращал внимание на походку — именно она легко выдает мужчину в женском одеянии. Одна как будто подходила под этот ранжир, но у нее в руках был плоский чемодан и к тому же эту баскетбольного роста даму встречала то ли дочь, то ли племянница. Повернувшись в другую сторону, он посмотрел прямо перед собой и…

Рослая женщина с угловатой, мужской фигурой и лицом, которое наполовину закрывал пестрый восточный платок-хиджаб, довольно легко несла в руке увесистую дорожную сумку. Внутри у Юрия от неожиданности что-то екнуло, и он понял — это «тэтан»! Словно почуяв опасность, «женщина» посмотрела в его сторону. Их взгляды встретились, как два острых сабельных клинка. В следующую же секунду «учитель Аристихий» внезапно выхватил из-под одежды маленький пистолет наподобие «браунинга». Заглушая шум толпы, раздался трескучий выстрел.

Юрий почувствовал, как что-то ударило его в левый бок и жгучая боль пронизала все тело. По животу тут же заструилась горячая липкая кровь. Тело внезапно ослабло, и он медленно опустился на асфальт. Ольшевский еще мог успеть ответить выстрелом на выстрел, но твердо знал: открывать огонь он не имеет права.

Напуганная выстрелом толпа суматошно ринулась в разные стороны. Никто толком так и не смог понять, кто, в кого и почему стрелял, поэтому Аристихию удалось быстро смешаться с мечущимися по перрону людьми.

Андрей, едва до его слуха донесся хлопок, сразу же понял: стрелял тот, за кем они гонятся. Он ринулся через толпу к Юрию, хотя сделать это было не так-то просто. Подбежав к Ольшевскому, он увидел, что тот лежит на асфальте, а на его левом боку через ткань рубашки проступает кровь.

— Ты как? — склонившись над ним, торопливо спросил Лавров.

— Ерунда! — ответил тот, морщась от боли. — Краем зацепил. Андрей, он в черном женском платье ниже колен с длинными рукавами, на голове пестрый платок, закрывающий лицо, в руке синяя спортивная сумка. Он побежал в сторону киоска с шаурмой…

— «Скорую» срочно вызовите! — распорядился Лавров, увидев подбегающего милиционера.

— А вы… — начал было тот, но Андрей отмахнулся и помчался в сторону киоска с вывеской «Шаурма».

Обогнув павильончик, он сбежал вниз по лестнице и невдалеке, у стихийной автостоянки, увидел небольшую группу возбужденных людей, которым, жестикулируя руками, о чем-то горячо объяснял на родном языке пожилой мужчина в черной кепке. Андрей сразу почувствовал — это неспроста. Подбежав, он тронул мужчину за рукав и торопливо поинтересовался: