Разведчики от бога

Поблагодарив женщину, Андрей вышел на перрон. На востоке уже занимался бледный рассвет, а где-то далеко слышался перестук колес приближающегося состава.

…Когда Лавров закончил свой доклад, генерал Федин прошелся по кабинету и задумчиво резюмировал:

— Да, ситуация скверная… Как считаешь, что теперь он может предпринять, этот «учитель Аристихий»? Попытается уйти за границу прямо сейчас или временно «заляжет на дно», чтобы скрыться потом, при первом удобном случае?

— Мне кажется, он постарается уйти сейчас, и как можно скорее, — в голосе Андрея звучала уверенность. — Почему? Я об этом постоянно думал, пока добирался до части, и пришел вот к каким выводам. Прежде всего мне кажется подозрительным, что спутник вдруг сошел с орбиты без видимых на то причин. Мы разговаривали с полковником Горькушиным, и он считает, что спутник был сбит путем заброса «шрапнели» на его орбиту.

— Хм… — Федин с сомнением покрутил головой. — Но если бы его сбили американцы, они бы наверняка просчитали траекторию падения и выбрали тот вариант, при котором наш спутник приземлился бы на подконтрольной им территории. Да и откуда они могли узнать точные параметры орбиты?

— Сергей Александрович уверен на все сто, что в их ведомстве работает «крот», который и передал информацию о спутнике. А почему спутник упал не у них… Ну, так они тоже не всемогущие. Значит, в чем-то просчитались.

— Кстати, вчера вечером мне позвонил наш общий знакомый и сказал, что в отношении полковника начато служебное расследование, — в голосе генерала сквозило глухое раздражение. — Кто-то поспешил подсуетиться. Его отстранили от служебных обязанностей и фактически посадили под домашний арест.

— Ничего себе, повороты судьбы! — возмутился Лавров. — А Сергей Александрович тут при чем? Кто-то секретный спутник потерял, а отвечает, как всегда, стрелочник, хотя и в звании полковника. Впрочем, он мне говорил, что ожидает такого развития событий. Только вот почему спутник был сбит именно сейчас? Через две недели намечена крупная международная конференция по разоружению. И мне кажется, эти два события имеют самую тесную связь. Видимо, кому-то хочется существенным образом повлиять на решения конференции. И «икс-фрагмент» для этого может подойти как нельзя лучше.

— Логично! — одобрил Федин. — Ты рассуждаешь, я смотрю, в геополитических масштабах. Не пора ли подумать о своем будущем? Например, об учебе в военной академии? А?… Я бы дал рекомендацию…

— Там сейчас нужны не только рекомендации, но и кое-что более существенное. — Андрей саркастично улыбнулся и потер пальцами. — Знакомый рассказывал, как он надумал повысить свой образовательный уровень. Кстати, высококлассный специалист, в штабе округа считался первым кандидатом на поступление. И что же? Обломили с ходу. Так что останусь я лучше майором. Ну и, возвращаясь к нашему беглецу, считаю, что он сейчас будет искать «окно» на границе.

— Фоторобот сегодня утром составлять уже начали, — сообщил генерал. — Думаю, после обеда он будет готов и электронной почтой разослан по нужным адресам. И пограничникам, и милиции…

— Правда, если только он не изменит внешность… — Указательным пальцем Лавров очертил овал вокруг своего лица. — Его портрет и приметы, конечно, лишними не будут. Но он ведь тоже понимает, что на него ведется охота, в том числе и угрозыском, и поэтому вполне может себя загримировать.

— Вот и я этого опасаюсь… — Игорь Петрович стукнул кулаком по столу. — Мне кажется, уйти через границу, скорее всего, он попытается где-нибудь на Псковщине — там же Эстония, Латвия, натовские страны.

— Не исключено… — согласился Андрей. — Но что-то мне подсказывает, более вероятен южный вариант — через Краснодар и Майкоп в сторону Грузии. В горах затеряться гораздо легче.

— Ну уж если на то пошло, то не Краснодар и не Майкоп, а Нальчик и… скажем, Верхняя Балкария — крупный населенный пункт, от которого, кстати, по прямой всего километров сорок до границы с Грузией. — Генерал продемонстрировал неплохое знание географии Северного Кавказа. — Западнее ему переходить нет резона потому, что там Абхазия. Мы ведь можем попросить абхазских силовиков задержать его на своей территории, и до Грузии он уже не доберется. Восточнее — то же самое — негостеприимная для него Южная Осетия.

— Ну, тогда, если совсем уж точно, — в глазах Лаврова блеснул азартный огонек, — маршрут может быть такой: Прохладный — Баксан — Эльбрус.

— Обоснуй, — потребовал генерал.

— На юг наш «клиент», скорее всего, отправится поездом. Почему? На самолете «икс-блок» не провезти, на машине — замучаешься платить откаты гаишникам. Особенно в южном регионе. Да и слишком велик риск быть узнанным. А на Владикавказ поезд идет через Прохладный. Там он или угоняет, или покупает какую-нибудь «копейку» и на ней гонит в Эльбрус. Оттуда до Грузии — рукой подать, километров пятнадцать-двадцать максимум.

— Хм… — генерал задумался. — А как насчет других вариантов? Скажем, почему бы ему не пойти через Чечню или Дагестан? Панкисское ущелье уходит прямо в Грузию, там для него, считай, «зеленый коридор». А в Азербайджан можно уехать, не выходя из поезда, через Дербент — прямо на Баку.

— Чечня — регион слишком непредсказуемый, — Андрей с сомнением покачал головой. — Там тоже для него немало риска. Днем могут остановить чеченские силовики, ночью — боевики и просто уголовники. А им без разницы, кто он — сайентолог или журналист, американец или китаец… А дагестанский маршрут для него опасен тем, что на границе с Азербайджаном есть какой-никакой таможенный и пограничный контроль. Нет, я уверен — рисковать он не станет ни за что. И «икс-блок» постарается лично передать из рук в руки кому-то из своих.

— Даже так?… — Брови Федина удивленно поползли вверх. — Ты прямо как будто лично с ним знаком… С чего бы такая уверенность?

— Я его видел, пусть и с расстояния в полсотни метров. Но разглядел выражение его лица, видел, как он бежит, как оглядывается, как стреляет… — Лавров говорил медленно, словно что-то припоминая. — За эти несколько часов погони я, дай бог, хотя бы отчасти сумел почувствовать его внутреннюю суть. Прежде всего он мне представляется эгоистом до корней волос, для которого весь мир — мусорная свалка, люди — отбросы, а сам он — некое подобие полубога. Он не доверяет никому и ничему. При этом страшно честолюбив и жаден до алчности. Отсюда и характер его действий и поступков. Он не станет перепрятывать блок. Хотя логичнее было бы подождать, пока на нашей стороне уляжется шум. Но нет… Из последних сил он будет стараться донести его сам.

— Любопытно! — Совсем не по-генеральски сунув руки в карманы, Федин опять заходил по комнате.

— Можно себе только представить, как он возликовал, заполучив «икс-блок»! И наверняка сразу же понял: это для него все равно что жар-птица — для Иванушки-дурака, — продолжал набрасывать психологический портрет «учителя» Лавров. — Это его шанс резко пойти в гору, сразу на несколько ступеней, подмяв под себя своего нынешнего начальника, а то и кого повыше. Деньги, наконец, большие деньги. Это ли не главный приз всей его жизни? Поэтому станет ли он, очертя голову, рисковать столь блистательными перспективами? Нет! Сейчас его сверхзадача — любой ценой целым и невредимым и как можно быстрее вместе с грузом выбраться за пределы России. И он будет осторожничать, как монашка, попавшая на дискотеку, чтобы не только не попасться нам, но и чтобы не делиться со своими. Однако в любом случае брать его надо чрезвычайно осторожно. Если он поймет, что проиграл, у него может начаться истерика, и тогда он способен таких дров наломать.

— Впечатляет… — Генерал подошел к окну и какое-то время смотрел на плывущие по небу облака. — Ну что ж, давай подведем итоги. Значит, ты уверен, что этот субъект, скорее всего, изберет южный вариант перехода границы. И, вероятнее всего, это может произойти в Кабардино-Балкарии. Так? Так… Но и другие направления должны быть прикрыты — мало ли чего? Вдруг мы ошибаемся? А ставки в этой игре просто бешеные, и нам ее проиграть никак нельзя. ФСБ сейчас держит под контролем все крупные железнодорожные узлы. Сеть раскинута обширная…

— Тут не сеть нужна, фильтр. — Андрей чуть иронично улыбнулся. — Хотя и это — не стопроцентная гарантия успеха. Известно же, что существуют фильтрующиеся вирусы… Наш сайентолог — того же поля ягода. Поэтому сеть сетью, а я больше полагаюсь на то, что мы его правильно вычислили и сможем в нужное время оказаться в нужном месте.

— Значит, горы, и только горы… — задумчиво обронил Федин, садясь за свой стол.

— Кстати! Мне сегодня снилось, будто я гонюсь за этим «действующим тэтаном» сначала по африканским джунглям, а потом — где-то в горах. Конечно, в сон можно верить, можно не верить, но, наверное, это тоже не случайно. Можно предположить, что моя интуиция в такой форме пытается подсказать направление поиска.

— Ну, возможно, в этом действительно есть, так сказать, рациональное зерно… — философски резюмировал генерал. — Теперь о нашем статусе. Мы все в той же «автономке». Мы ничего не знаем ни о каких «икс-фрагментах», ни о каких-то «учителях Аристихиях»… Наша связь с ФСБ исключительно по телефону, только через моего знакомого. То есть прямых контактов, повторяю, с фээсбэшниками у вас быть не должно. Еще неизвестно, как они повернут дело. И тогда мы не только не поможем Сереже, я имею в виду Горькушина, а еще, того и гляди, сделаем хуже. Легенда такова: с соблюдением умеренной конспирации вы присматриваете территории, подходящие для полевых учений наших солдат. В Перми вы изучали возможности тренировок в условиях уральских лесов и гористой местности, в Кабардино-Балкарии — на высокогорье. Своими наработками, разумеется, делиться с коллегами будем. У нас главная задача — не допустить вывоза «икс-фрагмента» за пределы государственной границы. Поймают они — ну и хорошо. Но мы должны быть готовы к тому, чтобы выполнить поставленную задачу вопреки всему. Всему!

Когда Андрей вышел от генерала Федина, в коридоре штаба нос к носу столкнулся с сияющим старшим лейтенантом Ольшевским. Тот выглядел бодро и весело. Поздоровавшись, Лавров поинтересовался причинами столь приподнятого настроения своего помощника.

— Да только что с Леней созвонился, — улыбнулся тот. — Говорит, через неделю сбежит от краснокамских докторов. Во-первых, дома и стены лечат, а во-вторых… Докторша одна молодая взялась его обхаживать. А у него жена, двое пацанов, ждут третьего. Он мужик у нас скромный. Не гляди, что с виду излишне боек. На деле-то все совсем наоборот. И ту ему не хочется обидеть, а уж жену — и подавно. Поэтому и собирается дать деру от греха подальше…

— Ты бы тоже сбежал? — прищурился Лавров.

— А мне-то что? Я — человек холостой. Как поется в старой детской песенке про веселого звездочета: живи, пока живется, нам не о чем тужить… Что начальство-то сказало?

— Сегодня ближе к вечеру вылетаем в Северо-Кавказский регион. Конкретно — в Кабардино-Балкарию. На месте определимся, что и как.

— О! Давненько там не был, — обрадовался Юрий. — Ну что ж… Будем собираться! Наши вещи я из Перми забрал. Ленину сумку завез к нему в больницу.

Сидя почти в пустой столовой, майор Лавров неспешно обедал, вспоминая события минувших двух дней. С того момента, как он в пожарном порядке прямо с пикника отправился во внеочередную командировку, прошло не так уж и много времени, можно сказать, сущий мизер. Но оно так было забито событиями, которых хватило бы минимум на месяц-другой обычной жизни спецназовца. Андрею казалось, что эти несколько суток были спрессованы в жесткие брикеты минут, иной раз длившихся дольше, чем часы.

Он вспоминал, как вчерашним ранним утром вошел в полупустой вагон с тусклым, приглушенным ночным освещением и вытянулся на мягкой полке плацкартного кубрика. Спал он, что называется, мертвым сном, на сей раз без каких-либо сновидений, словно провалился в бездонную, черную яму. Проснувшись за пятнадцать минут до прибытия в Вятку, он несколько мгновений лежал, с удивлением прислушиваясь к размеренному стуку вагонных колес. Пассажиры уже помаленьку подтягивали свою поклажу к выходу.

Потом гонка на такси в сторону объекта, не отмеченного на гражданских картах, и перелет на военно-транспортном самолете. И вот опять им с Юрой предстоит неблизкий путь, теперь уже на гражданском самолете. Потом — виражи по горному серпантину на каком-нибудь «рыдване», с лихим джигитом за рулем…

То, что его предположения относительно южного варианта перехода границы, который мог избрать «действующий тэтан», были во многом верны, подтвердил и Юрий, который ухитрился разыскать в Перми своего недавнего собеседника-сайентолога и основательно его потрясти. Адепт хаббардизма уже поздним вечером выходил из вестибюля офисного здания, куда незадолго до этого подъехал Ольшевский на все том же «Фольксвагене». Несмотря на предостережения Андрея, он махнул из Краснокамска в Пермь на фактически угнанной машине, благо его нигде не остановили гаишники. Подрулив к зданию, где обосновались сайентологи, он попытался подняться к ним, но охрана в здание не пропустила. Как объяснили Юре крепкие ребята в черной униформе, вчера от арендаторов этажа поступила информация о несанкционированном проникновении постороннего в их офис, в связи с чем им было приказано блокировать прямо на входе любые попытки пройти внутрь без предварительной заявки.

Промаявшись в темноте перед входом в вестибюль не менее получаса и совсем уже было потеряв надежду зацепить хоть кого-то из сайентологов, он неожиданно увидел того самого адепта. Парень вышел на улицу и безмятежной походкой направился к припаркованной неподалеку «пятерке». Как понял Юрий, этот тип был не из сектантской элиты и поэтому явно не процветал. Догнав его, он уже без каких бы то ни было церемоний схватил адепта за плечо и рывком развернул его к себе.

Растерянно хлопая глазами, тот на какое-то время словно утратил дар речи. Затем, узнав в невоспитанном незнакомце человека, с которым не так давно вполне задушевно беседовал, адепт наконец-то решился промямлить:

— Вы что-то хотели спросить?

— Вот именно! — нарочито грубо и вызывающе произнес Юрий. — Мне нужно знать, куда мог смыться этот ваш хренов Аристихий. Он не по понятиям развел конкретных пацанов, и теперь ему светит предъява на бабло. А он куда-то свалил. Где он сейчас может быть?

Ольшевский сознательно разыграл из себя местного бандита средней руки. И это возымело свое действие на парня именно так, как Юрий и рассчитывал. Адепт отчаянно струсил и, робко взирая на своего собеседника, неожиданно превратившегося из цивильного кандидата в неофиты в потенциально опасного для него человека, заикаясь, пролепетал:

— Я… я не знаю.

— В общем, так, убогий, — скорчив свирепую физиономию, прорычал Юрий, — или ты вспоминаешь, как найти этого Аристихия, или утро встречаешь в гипсе, с перспективой пополнить ряды инвалидов первой группы.

Съежившийся и скисший адепт с мученическим выражением лица затравленно озирался по сторонам. И хотя поблизости, несмотря на поздний час, то и дело проходили люди, он и не подумал позвать на помощь, костенея при одной лишь мысли о том, что с ним произойдет в следующую секунду, попробуй он только пикнуть.

— Знаете, я попробую связаться с ним по телефону и узнать все, что вас интересует, — постукивая зубами, предложил он.

— Валяй! — кивнул Ольшевский. — Но только обо мне ни слова. Звонишь как будто от себя. Повод придумаешь сам.

Торопливо достав телефон, адепт нажал несколько кнопок и, приложив его к уху, через некоторое время растерянно выдавил:

— Он не отвечает. Только автоответчик сообщает о том, что его аппарат отключен. Но, знаете, он как-то говорил по телефону, а я… случайно услышал, что он говорил с Тбилиси. Там у нас есть филиал института.

Взяв у адепта номер телефона «учителя Аристихия», Юрий молча отправился к своей машине, оставив того в радостном недоумении — неужели все позади и он отвязался от этого уголовника?!

Номер телефона оказался очень кстати. Перед тем как пойти в столовую, Лавров поручил одному из сержантов — выпускнику факультета информатики крупного престижного университета — попытаться выяснить, где в данный момент может находиться его владелец. Парень, сообщив, что постарается сделать это не позже чем через час, немедленно отправился к компьютеру. По его словам, имеющаяся у него программа позволяет через систему спутниковой навигации даже при отключенном телефоне с достаточной степенью достоверности установить местоположение нужного человека.

Покончив с обедом, Андрей вышел из столовой и с удивлением увидел «хакера», который, судя по всему, уже давно дожидался его у входа.

— Товарищ майор! — вскинув руку, доложил сержант. — Ваше задание выполнено. Мне удалось установить, что интересующий вас человек находится в Ульяновске. Более точно его местоположение выяснить не представилось возможным.

— Костя, ты, наверное, решил мне не мешать и поэтому битых полчаса околачивался здесь? — сочувственно поинтересовался Лавров.

— Так точно! — Тот несколько смутился. — Ну, показалось неудобным…

— Знаешь, есть вещи, о которых удобно докладывать в любое время суток и в любой ситуации. Так что мог бы зайти. Теперь вот что. Возлагаю на тебя мониторинг перемещений этого человека. Если он куда-то выедет из Ульяновска, я об этом должен знать немедленно.

Козырнув, сержант отправился в свой информотдел, а Андрей немедленно созвонился с генералом Фединым. Он вкратце рассказал о результатах поиска «действующего тэтана» через ГЛОНАСС — глобальную навигационную спутниковую систему, аналог американской Джи Пи Эс, с помощью специальных компьютерных программ. При этом специально подчеркнул, что теперь у них появился реальный шанс, не гадая на бобах и кофейной гуще, постоянно следить за тем, куда надумал направиться «клиент». Генерала это явно обрадовало.

— …Жаль только, что к награде тебя за эту работу, скорее всего, представить не смогу… — сокрушенно вздохнул он. — К сожалению, даже если ты его задержишь, лавры достанутся другим. Такой вот получается грустный каламбур — Лавров остается без лавров.

— Первый раз, что ли, — рассмеялся Андрей. — Подумаешь! Зато мы с вами знаем доподлинно точно, какое подразделение российской армии может считаться самым крутым.

— Вы с Юрием уже выезжаете? Ну, счастливо вам обоим. А я пока что передам телефончик этого Аристихия фээсбэшникам. Пусть тоже его попеленгуют, послушают. Вдруг куда звонить надумает?

Глава 7

…Майор Лавров сидел в удобном кресле среднемагистрального пассажирского самолета и смотрел в иллюминатор на уходящую вниз землю. Медленно проплывающие под крылом дома, водоемы, дороги, ползущие по ним игрушечные машины — все это как-то приятно убаюкивало и отбрасывало далеко назад все связанное с не совсем удачной поездкой на Урал. Самолет набирал высоту, и поэтому уши то и дело закладывало. Когда лайнер вышел на заданный курс и экипаж сделал все положенные объявления, в салоне появились стюардессы. Кому-то они давали дополнительные пояснения, кого-то уговаривали вести себя приличнее.

Особенно часто в этих напоминаниях нуждался изрядно подвыпивший мордастый детина с толстыми волосатыми руками. Было видно с первого взгляда, что он привык везде и всюду чувствовать себя как дома. Мордатый то пытался петь что-то разухабисто-хмельное, то начинал поносить «этих тупорылых летунов», которые «совсем не умеют, козлы, рулить самолетом». Стюардессы, сохраняя положенный такт и терпение, без конца были вынуждены убеждать «уважаемого господина» вести себя потише. Но мордоворот не унимался. Судя по всему, ему нравилось обращать на свою персону внимание и корчить из себя «крутого» парня.

Кончилось все тем, что, когда в очередной раз одна из девушек, похожая на известную гимнастку, подошла к нему и, склонившись, попросила не буянить, мордоворот неожиданно схватил руками ее юбку и резко рванул вниз. Раздался треск ткани, девушка вскрикнула и отпрянула назад, поправляя одежду. «Крутяк» и его приятель, сидевший рядом, довольно загоготали.

— Что вы себе позволяете?! Будете отвечать за хулиганство! — со слезами на глазах, возмущенно проговорила стюардесса.

В салоне начался ропот недовольства — пьяный хам всем уже изрядно надоел. Но подняться с места и дать ему укорот никто так и не решился.

— Ну, че, может, займемся ею? — облизнувшись, во всеуслышание объявил мордоворот. — Ща прямо тут поставим в «пятую позицию». Еще ни разу не трахал баб на высоте птичьего полета. Э, ты куда пошла?! — заорал он, вскакивая с места и собираясь бежать вслед за девушкой, которая поспешила к пилотской кабине.

Лавров понимал, что не имеет права обращать на себя постороннего внимания, но происходящее уже выходило за все рамки. Он поднялся с кресла, однако, судя по всему, терпение лопнуло и у Ольшевского, сидевшего справа от него рядом с проходом. Юрий мельком взглянул на Андрея и, негромко произнеся: «Давай-ка я угомоню этого урода!» — стремительно шагнул навстречу «крутяку».

Тот, скорее всего, ничего толком даже не успел понять, отправляясь в нокдаун после неприметного короткого удара в левую часть груди. Кинув верзилу обратно в кресло, Ольшевский вовремя уклонился от удара, который ему попытался нанести дружок мордоворота, и молниеносным ответным хуком чуть выше переносицы тоже отправил его в забытье. Со стороны это выглядело столь виртуозно и даже артистично, что салон огласился громкими аплодисментами. С изрядной долей самоиронии Юрий раскланялся и поспешил сесть на место.

Вышедший из пилотской кабины рослый, плечистый летчик средних лет удивленно остановился, глядя на бузотеров, которые лежали в своих креслах, прислонившись головами друг к другу. Он оглянулся на скрывавшуюся за его спиной стюардессу и спросил густым басом:

— Ну и где хулиганы? Это те, что ль? Так они вон спят…

— Ну да, «спят»… — рассмеялась вторая стюардесса. — Спасибо, их вон тот парень «убаюкал», — кивнула она в сторону Юрия.

— Приятно отметить, что не перевелись еще мужики! — подмигнув Юрию, пробасил летчик и вернулся к себе в кабину.

— Вам, может быть, сок, кофе? — подойдя к их креслам, с признательной улыбкой спросила уже пришедшая в себя девушка.

— Если не затруднит, можно кофе, — тоже улыбнулся Ольшевский.

— А вместо сахара и сливок — номер вашего телефона! — интригующим полушепотом добавил Андрей. — Его зовут Юра. А вас?

— Таня… — порозовела та.

— А меня — Лера! — подойдя к ним, представилась вторая, бойкая черноглазая смуглянка.

— Ну вот, теперь начнутся всякие там шуры-муры… — занудливо проворчал с кресла напротив желчного вида гражданин в старомодных, как у провинциального бухгалтера, роговых очках, очень похожий на одного из карикатурных персонажей Кукрыниксов.

— Ну вот, теперь появился и повод побрюзжа-а-а-ть… — в его же тональности откликнулся Лавров.

Со всех сторон послышался смех. «Бухгалтер» недовольно насупился и уткнулся в газету.

Минут через десять мордоворот начал подавать признаки жизни. Открыв глаза, он некоторое время бессмысленно озирался по сторонам, после чего маловразумительно промычал:

— А-а-а… чего это тут, бляха муха…

Оглянувшись, Юрий прямо посмотрел в его туповатые, мутные глаза и лаконично поинтересовался:

— Без парашюта прыгать умеешь?

— Н-не-е-е-т… — растерялся тот.

— Запомни, если сейчас начнешь высовываться — прыгнешь, — предупредил Ольшевский.

Сразу же сникнув, тот отвернулся к окну и сделал вид, что ничего вокруг не видит и не слышит.

Медленно тянулись минуты полета. Юрий общался с Таней и Лерой, когда у тех выдавалась свободная минута, а Андрей размышлял о том, что по прибытии им надо каким-то образом обязательно раздобыть оружие. Поскольку лететь пришлось на гражданском самолете и оформлять разрешения уже не было времени, обзавестись чем-нибудь огнестрельным они решили уже на месте. В конце концов, на то они и спецназ!

— Знаешь, эти два гуся лапчатых, мне думается, нам с оружием помогут, — шепотом сказал он Ольшевскому, указав глазами на мордоворота с приятелем. — Уверен, на «юга» они едут «гастролировать». Ну, сам понимаешь — летний сезон, много денежных людей… А такие «джентльмены удачи» с пустыми руками на дело не ходят.

— Считаешь, у них есть что-то в багаже? — Юрий недоверчиво хмыкнул.

— Нет, скорее всего, их будут встречать на каком-нибудь шикарном авто — ворье любит пускать пыль в глаза. Так вот, мне кажется, если эту машинешку хорошенько проверить, у нас будет шанс что-нибудь полезное в ней найти.

— Хорошая мысль! — сразу воодушевился Ольшевский. — А для блезира можно представиться, например, фээсбэшниками. А что? По-моему, прокатит…

— Да, вполне, — согласился Андрей. Он мельком оглянулся на угрюмо таращившегося в иллюминатор мордоворота. — Юра, ты присматривай за ним. Как бы в аэропорту он какой-нибудь фортель не выкинул.

После приземления самолета в Ставрополе и дежурного пожелания от экипажа доброго пути пассажиры потянулись к выходу. Пристроившись за спиной «бухгалтера», Лавров, не отрываясь, следил за мордоворотом. Он заметил, что по какой-то причине Юрий замешкался и отстал, оказавшись в самом конце вереницы людей. Догадавшись, в чем дело, Андрей чуть заметно снисходительно улыбнулся.

Попрощавшись со стюардессами, Лавров спустился по трапу на летное поле и вместе со всеми вошел в аэродромный автобус. Ольшевского все не было. Наконец появился и Юрий, торопливо сбежал вниз по трапу и успел запрыгнуть в автобус, когда тот уже собирался трогаться.

— Зацепило? — рассеянно глядя в пространство и при этом продолжая держать в поле зрения мордоворота, по-свойски поинтересовался Андрей.

— Ну-у-у… В общем-то, да… — вздохнул Юрий. — Слушай, а ты был женат?