- Си, си, - облегченно вздохнул я, проклиная себя за неразумные детские затеи.

Аэробус на Киев отлетал в четверть седьмого вечера. Приобретя билет в автоматической кассе, я забрался в самый глухой уголок зала ожидания и вплоть до самой регистрации просидел там. И лишь поднявшись по трапу, остановился и бросил единственный прощальный взгляд туда, где готовилась к вечерним развлечениям прекрасная столица Кубы. Увижу ли я тебя ещё раз, Гавана?..

Проснувшись, я бросил взгляд на большие настенные часы и хмыкнул: было уже больше трех пополудни. "Кубинское" тело ещё спало под стеной, и я не стал его будить - все-таки в дороге утомляешься больше, хотя и ожидание тоже не мед. Интересная проблема возникла под утро, когда измученное да ещё и вымокшее под дождем новое тело, выдержав все конспиративные требования, переступило наконец порог дома: как встречать себя самого? Обнять, расцеловать, ограничиться рукопожатием? В конце концов я решил обойтись без каких-либо церемоний - все-таки не театр, и играть не для кого.

"Кубинец" зашевелился, сладко потянулся и проснулся. Я оставил его на правах гостя немного полежать, а "украинца" послал на кухню готовить завтрак. Заглянув по дороге за штору, я обнаружил, что на дворе продолжает мелко моросить дождь, и вдруг подумал, что такая погода прекрасно подходит для осуществления всяческих таинственных дел. На протяжении завтрака идея становилась четче, преодолевая сомнения и возражения, порожденные собственной нерешительностью, и в конце концов оформилась в твердое решение: начать расследование сегодня вечером визитом к Вадиму.

Сперва я взялся разрабатывать какую-то схему операции, причем "кубинской" голове, которая должна была непосредственно провести дело, дал задачу выдвигать идеи, а старой - их анализировать и подвергать конструктивной критике. Однако вскоре пришел к выводу, что никаких особых планов не нужно. Достаточно просто застать Вадима самого и откровенно поговорить с ним. Конечно, он может ничего не знать или не захотеть раскрывать какие-либо тайны, однако, будем надеяться, мое появление ошеломит его и заставит быть максимально уступчивым.

Складывая помытую посуду, я скользнул взглядом по связке ключей, висящей сбоку на кухонном шкафе. Не знаю, для чего они предназначались, но сам их вид натолкнул меня на одну интересную идею. Когда-то Вадим раздал самым близким друзьям, составляющим скелет нашего общества, дубликаты ключей от своей квартиры. В отличие от Валерия, он не любил различные технические нововведения и пользовался традиционным английским замком. У меня тоже был такой ключ, и, наверное, он ещё до сих пор лежит в каком-нибудь ящике. Но самое важное - это то, что Валерий также должен его иметь!

Я начал шарить по всем ящикам, тумбам, полкам и закоулкам и в конце концов нашел то, что искал. Неизвестно, правда, подойдет ли этот ключ теперь, но если с его помощью можно будет неожиданно появиться в квартире, то мои шансы на успех ещё больше возрастут. В таком случае достаточно просто намекнуть на свое возвращение с того света, и слабохарактерный Вадим выложит все, что знает.

Когда стрелки часов начали приближаться к шести вечера, я понял, что нужно собираться. Лучше всего, конечно, было бы дождаться темноты, но такой вариант - не для меня. Летом темнеет поздно, и тогда выбраться отсюда в город станет очень тяжело. Все владельцы окружающих домов имеют автомашины, и их не волнуют подобные проблемы, а вот мне нужно пешком пройти несколько километров до трассы и там ждать автобус или голосовать. И вообще, транспортную проблему необходимо как-то решать. О том, чтобы взять напрокат автомобиль или хотя бы мотоцикл, не приходилось даже мечтать, и единственным выходом оставалось приобрести мопед. Слава Богу, денег на это должно ещё хватить.

Поднявшись на второй этаж, я осмотрел местность. Не заметив ничего подозрительного, выскользнул за дверь и торопливым шагом, но не переходя на бег, пошел к калитке. Не задерживаясь, быстро отворил её и выбрался на улицу. Ху-у, вроде никого не видно, разве что кто-нибудь именно сейчас смотрит в окно. Но тут уже ничего не поделаешь. Я раскрыл зонтик и двинулся в направлении трассы.

Где-то в душе тлела надежда, что меня догонит какая-нибудь машина и подвезет если не в город, то по крайней мере до трассы, однако ей не судилось сбыться. Больше того, пришлось ещё полчаса ждать рейсового автобуса. Так что, приехав в город, я едва ли не бегом бросился к ближайшему автомагазину и до его закрытия ещё успел купить неплохой, как на такие деньги, мопед. Тут же заправился и двинулся окольными улочками туда, где жил Вадим. Жаль, конечно, что этот вид транспорта привлекает к своему владельцу больше внимания, чем хотелось бы, однако ничего лучшего позволить себе я не мог.

Те полтора часа, которые оставались до сумерек, я провел на закрытой козырьком лавочке в сквере напротив Вадимового дома, пристально всматриваясь в нужный подъезд. Из наших общих знакомых не появлялся никто. Что ж, это увеличивает шансы застать Вадима самого, тем более, что сегодня - обычный рабочий день. А если все-таки в квартире окажутся гости, придется вежливо убираться прочь и разрабатывать другие варианты.

Наконец стемнело совсем, но я все не отваживался покидать свое укрытие. Истекло ещё не меньше получаса, пока в конце концов я не заставил себя встать, спрятать мопед в кустах и двинуться к дому. Погода вроде бы содействовала такого рода авантюрам, но, с другой стороны, в своем помятом и мокром костюме я вряд ли буду походить на выходца с того света. Что же, придется компенсировать этот недостаток собственным убедительным поведением.

Поднявшись на пятый этаж, я полез дрожащей рукой в карман и вынул оттуда ключ. Из-за двери нужной квартиры не доносилось ни одного звука, и это убеждало по крайней мере в том, что большой шумной компании там нет. Я вставил ключ в замок и, воровато осмотревшись, повернул его. Впрочем, соседи уже не раз наблюдали подобные картины, и едва ли это могло бы привлечь их особое внимание. Дверь мягко подалась вперед, я быстренько проскользнул за неё и сразу же осторожно затворил.

Слабый свет, падающий из комнаты в коридор сквозь матовое стекло внутренней двери, плохо справлялся с темнотой, и мне пришлось немного постоять на месте, чтобы дать возможность привыкнуть глазам. Внимательный взгляд на подставку для обуви окончательно убедил: в квартире нет никого, кроме хозяина. Я несколько успокоился, снял свои насквозь промокшие мокасины, взял из кучи тапочек те, которые раньше считались моими, и надавил на ручку.

Приглушенное освещение от розового бра создавало в небольшой уютной комнате довольно таинственную атмосферу. Вадим полулежал в кресле и смотрел видео, а на низеньком столике возле него стояла наполовину опорожненная бутылка коньяка. Впрочем, достаточно было одного взгляда, чтобы понять: мой бывший товарищ немного набрался.

- Привет, - вяло махнул он рукой мне и показал на соседнее кресло, садись вон там.

Такой радушный прием несколько выбил меня из колеи, и я озадаченно присел на предложенное место, размышляя, как вести себя дальше. Однако Вадим, присмотревшись к моему лицу, вдруг обеспокоено хмыкнул и, подтянувшись, сел.

- Послушай, парень, - сказал он неуверенно, - что-то я тебя не припоминаю. Как это ты сюда влез?

- Успокойся, дверь закрыта, - ответил я и тут же заметил, как побледнел мой приятель. - Ну что, Вадим, не хочешь узнавать?

Тот на минутку замер, боязливо смотря на меня, но потом отрицательно покрутил головой.

- Понимаю, тебя сбивает с толку мое лицо, - невесело улыбнулся я, но, поверь, возвратиться оттуда совсем неизменным никак нельзя...

Мне хотелось его самого натолкнуть на правильный ответ, однако это было не так легко. Тут бы неплохо и намекнуть, откуда это, собственно, я возвратился, но что-то не позволяло вносить в дело явную мистику. И когда мне показалось, что в глазах Вадима уже загорелся огонек догадки, но он никак не отважится в это поверить, я просто закатил правую штанину и показал ему след, который ещё в детстве оставили под коленом зубы собаки.

- Игорь! - Вадим отпрянул от меня и инстинктивно закрылся руками. - Но ведь это невозможно, невозможно!

Я хотел его успокоить, но вдруг мне стало так больно и обидно, что на глаза аж навернулись слезы, вынудив отвести взгляд в сторону. Незапланированная пауза была достаточно долгой, и это позволило Вадиму немного овладеть своими эмоциями.

- Чего ты хочешь, Игорь? - спросил он слегка дрожащим голосом.

- Хочу, чтобы ты помог мне выяснить, что произошло на самом деле в тот страшный вечер, - ответил я.

- Но как?

- У меня есть подозрения, что в мою порцию подсыпали какой-то психотропный препарат. Или загипнотизировали или ещё что-то в этом же духе. Или и то и другое...

Вадим посмотрел на меня ошарашенным взглядом и медленно закачал головой.

- Что касается подсыпания, то это абсолютно невозможно, - промолвил он. - Ведь коктейли готовил я сам, хорошо помню, потому что даже немного обиделся, что никто не помог хотя бы отнести в комнату. А вот относительно, как ты говоришь, гипноза, то...

Он немного помолчал и поднял на меня взгляд, в котором уже не было ни страха, ни отчуждения.

- Ты знаешь, мне уже приходило в голову, что в тот вечер все было не совсем таким, как после обычного нарко. Я даже не уверен, что в самом деле ощущал то блаженство, о котором говорил на суде. Уже потом я действительно "поплыл", но на первых порах...

Вадим перегнулся через столик и схватил меня за руку.

- Ты знаешь, они спрашивали, не добавлял ли я в коктейли соль. Это же смешно: в такой коктейль - соль! Но теперь мне понятно: экспертиза обнаружила её в наших бокалах!

Я кивнул головой: кажется, об этом говорилось на одном из судебных заседаний. Но какое же она имеет отношение к делу?

- К сожалению или, точнее, к счастью соль не влияет на психику, вздохнул я

- Но она может быть продуктом разложения того вещества, которое на это способно! - воскликнул Вадим.

Что же, всем нам уже не раз приходилось поражаться нестандартном ходу мыслей нашего товарища. Но вдруг это правда?

- Ты давал им на экспертизу сам порошок? - поинтересовался я.

- Нет, у меня его больше не оказалось.

- Ты что, использовал весь?

- А черт его знает, - пожал плечами Вадим. - Я теперь уже не уверен в этом.

- Послушай, - мне вдруг стало горячо, - а откуда взялось это нарко?

Вадим медленно разогнулся и прилег на спинку кресла.

- Так, та-ак, - протянул он. - Его принес за день до этого Мирон. На суде он, правда, рассказывал, что совершенно случайно приобрел порошок у знакомого продавца магазина химреактивов, но мне ещё раньше признался, что этот парень сам назойливо предлагал ему, причем за полцены.

- А что это за один? - я почувствовал, как мои ладони покрываются потом.

- Его имя - Славик, Ярослав Гузар. Я кое-что слышал о нем... Но зачем? Зачем ему или кому-то другому все это делать?

- Они хотели свалить моего брата, - процедил я сквозь зубы. - Но кто, кто они?!

- Игорь, - Вадим оторвался от спинки и всем телом подался ко мне. Может, это и неправда, но я слышал, что этот Славик связан с людьми из службы безопасности Вереса...

Верес, Алексей Верес... "Резиновый Алекс"... Владелец или совладелец десятка больших и без счета мелких фирм, по сути властелин целой империи... Неужели он? Ах, сволочь! Кто-кто, а этот человек без сомнения заинтересован в том, чтобы обезвредить Богдана. Но есть ли прямая заинтересованность доказательством причастности Вереса к делу? Полночи я ломал свои две головы над этим вопросом, но в конце концов вынужден был признать: все-таки нет. Однако, чтобы окончательно отвергнуть или, наоборот, подтвердить обвинения, нужно распутывать клубок дальше. Но как? Время подгоняло, и хотя я просил Вадима хранить все в тайне, где гарантия, что он придержит язык? Вдобавок, возможно, полиция уже ищет меня, и тогда непременно когда-нибудь выйдет на мое убежище, если ещё раньше не вернется Валерий...

Окончательное решение вызревало долго. Из компьютерных справочников я вытянул некоторую информацию о Вересе, раздобыл несколько номеров, по которым можно было его искать, и раз пять подходил к видеофону, и все никак не мог отважиться. Однако ничего другого в голову уже не приходило. В конце концов я овладел собой и, после недолгих раздумий посадив за аппарат старое тело и выключив камеру, набрал первый номер.

Две попытки оказались безуспешными, однако на третий раз я все-таки попал в цель. Извинившись перед секретаршей за свой будто бы поломанный видеоблок, я попросил соединить меня с господином Вересом и получил стандартный ответ, что шеф страшно занят, да и, вообще, сперва годится называть собственную фамилию.

- Передайте ему, что это беспокоит Дмитрук.

Экран мигом погас, и через десяток с лишком секунд на нем появилось лицо Вереса. Оно было самой доброжелательностью.

- Я слушаю.

- Добрый день, господин Верес, - в моем горле будто что-то застряло, и я тут же принялся откашливаться.

- Здравствуйте, здравствуйте, Богдан Петрович, - заулыбался Верес. Позвольте поздравить вас с продлением прокурорских полномочий! Это было замечательное известие для меня. А что там случилось с Вашим видеоблоком? Я сейчас же пришлю своего лучшего специалиста, и все будет в порядке.

В последних словах явно слышалась насмешка.

- Извините, господин Верес, но это не Богдан, - затвердевшими губами выговорил я. - Мое имя - Игорь.

- Игорь? - брови Вереса поползли вверх.

- Да, Игорь, брат Богдана.

Произнеся это, я включил камеру, хотя и не был уверен, что Верес знает меня в лицо. Эффект оказался потрясающим. Алексей окаменел и, похоже, на минуту потерял дар речи. Впрочем, это едва ли могло прямо свидетельствовать о его причастности к делу.

- Это что-то невероятное... - услышал я наконец почти совсем спокойный голос и удрученно опустил плечи. Такому умению обладать собой только позавидуешь. Ну что же, придется идти ва-банк.

- Господин Верес, у меня есть материалы, свидетельствующие о том, что преступление, которое якобы совершил я, было организовано вами с целью не допустить назначения моего брата прокурором региона. Вы использовали меня в качестве зомби, надеясь обмануть органы правосудия и общественное мнение, но в конечном итоге просчитались. Я остался живым, провел свое собственное расследование, и теперь заявляю: вся ответственность за убийства ложится только на вас.

Как убедительно прозвучал бы сейчас какой-нибудь конкретный факт или хотя бы намек на него, но у меня не было, не было ничего, и я мог лишь с надеждой всматриваться в экран: ну, вздрогни, Алексей, испугайся, запаникуй! Однако он только пожал плечами и невозмутимо промолвил:

- В жизни ещё не слышал подобной ерунды. Молодой человек, вам, похоже, нужно хорошенько подлечиться.

- Что же, тогда мне остается лишь передать все материалы полиции. Или моему брату, так будет надежнее, - ещё не сдался окончательно я, но уже почувствовал в себе полнейшую опустошенность и горький привкус поражения. Причем немедленно, как только завершу разговор...

Это было сказано в отчаянии. И вдруг...

- Подождите, Игорь, давайте не будем горячиться, - несколько торопливо отозвался Верес. - Извините меня за последние слова - все это так нелепо... Давайте лучше встретимся, поговорим, и я уверен, что смогу убедить Вас в полнейшей беспочвенности подобных обвинений. Поймите только правильно, я не боюсь никаких материалов, потому что не имею к этому делу никакого отношения, но всякие там расследования, допросы, свидетельства... Хотелось бы их избежать...

"Он! Боже мой, неужели он?!! "- застучали, забились ошеломляющие мысли. Но, может, и в самом деле Верес опасается только волокиты, и не больше? Да нет же, нет! Он испугался, он по-настоящему испугался!

Не обращая больше внимания на Вереса, я выключил видеофон. Разум все ещё отказывался безоговорочно принять утверждение, что настоящий виновник трагедии в дискобаре найден, но где-то подсознательно, интуитивно я чувствовал, что это так, по крайней мере, что Верес причастен к этому делу. Тело охватила неприятная нервная дрожь, и пришлось выполнить несколько гимнастических упражнений на расслабление, прежде чем задать себе вопрос: каким должен быть следующий шаг? Сдаться полиции и заставить её возобновить расследование? Связаться с братом и все ему рассказать? Или продолжить дело своими силами, наведаться к этому продавцу химреактивов и любыми способами, не исключая даже физических, добыть из него нужную информацию?

Больше всего мне понравился, конечно, третий вариант. Однако все нужно тщательно взвесить, трезво оценить собственные возможности и лишь тогда принимать решение. А пока что следует успокоиться и чем-нибудь перекусить. Хотя, какое там "чем-нибудь"? Разве можно сделать из одной картошки больше, чем два надоевших до смерти блюда?

Приготовление обеда немного отвлекло меня. Вдобавок со вчерашнего вечера осталась немытой посуда, и работа нашлась для обоих тел. Я уже садился к столу, когда, словно гром среди ясного неба, в коридоре прозвучал длинный звонок.

В первый миг я просто-таки окаменел. Господи, неужели вернулся Валерий?! Но зачем же ему звонить?! Вероятнее, это гость, прибывший издалека и не знающий об отсутствии хозяина! А, может, там полиция, за мной?!!

Вслед за длинным сигналом пошла серия коротких, и это вывело меня из оцепенения. Я бросился в комнату, стал возле окон, выходящих на внешнюю дверь и калитку, и осторожно заглянул за шторы. Возле входа в дом, понятно, никого не было, звонили с улицы. Кто именно, я не видел, однако облегченно вздохнул: это не полиция. За оградой виднелся скромный светлый "пежо".

Звонки прекратились, и вдруг я увидел мужчину, который их подавал. Он резко отступил назад и пристально осмотрел окна дома. Это был коренастый парень в черной куртке, с мощными плечами штангиста, и, хотя его глаза прятались за темными стеклами противосолнечных очков, я сразу понял, что где-то уже видел это лицо. А когда через миг память услужливо подсказала, где именно, мои оба тела едва не свалились с ног: я узнал в неожиданном госте конвоира, сопровождавшего меня в телепортационную камеру!!!

Что он здесь хочет, черт бы его взял?!! Неужели это знакомый Валерия?! Но нет же, абсурд! И вдруг сознание обожгла догадка: служба безопасности Вереса!!! Он установил, откуда я связывался с ним, и послал ко мне своего человека! Но зачем?!! Я напряженно всматривался в окно, горячо надеясь на то, что сейчас парень сядет в свой автомобиль и уберется прочь. Однако он снова подступил к калитке, исчезнув из поля моего зрения, и я понял, для чего.

Что делать, что делать?!! Мысли отчаянно заметались в голове. Если ему удастся пробраться в дом, то мне конец! Но ведь, постой, дом оборудован сигнализацией! Если она сработает, то вскоре здесь должна появиться полиция!

Решение ещё не сформировалось окончательно, а я уже бежал на второй этаж, к сигнализационному пульту, вместе с тем не покидая наблюдательного пункта. Ох, ещё одна идея: забаррикадировать входную дверь! Окинув взглядом комнату, я схватил руками сервант и потянул его в коридор. В тот же миг сорвал крышку с сигнализационного блока и стал лихорадочно замыкать контакты. Есть! Крохотный красный индикатор загорелся, а ещё через несколько секунд погас зеленый. Сигнал принят! Теперь оставалось только продержаться до подхода полиции.

Я сбежал вниз, и баррикадирование пошло быстрее. Теперь я старался работать как можно тише, чтобы преждевременно не обнаружить себя перед страшным визитером. Хотя он, пожалуй, и так слышал в доме подозрительные звуки.

И вдруг снаружи донеслось тихое скрипение. Я стремглав бросился к окну, но и без того уже все понял: парень открыл калитку! Боже мой, что же теперь? Меня будто парализовало, и я остался неподвижно стоять под дверью и возле окна, вслушиваясь в шаги по бетонной дорожке, а потом по лестнице.

- Эй, Игорь, открой, не доставляй мне лишних хлопот, - неожиданно послышался голос визитера.

Охваченный ужасом, я молчал.

- Игорь, отзовись, я знаю, что ты здесь.

- Чего тебе надо?! - нервы "кубинского" тела, стоящего под дверью, не выдержали, и слова сами вырвались изо рта.

- Есть разговор, - коротко ответил непрошеный гость.

- Убирайся лучше отсюда, я уже сообщил в полицию!

Из-за двери донесся ироничный смешок.

- Даже если бы ты решился на это, то должен тебя разочаровать: сегмент местной станции, обслуживающий ваш хутор, неожиданно вышел из строя, а мобильная связь подавлена.

- Калитка под сигнализацией!

- Не будь ребенком, Игорь, я же не ломал замок, а просто открыл его. Не испытывай моего терпения, у тебя есть ещё шансы мирно договориться с нами.

- Ты хочешь, чтобы я отдал тебе материалы на Вереса? У меня их здесь нет!

- Давай поговорим об этом спокойно.

- А потом ты меня пристрелишь?!

За дверью послышался вздох, и через миг в замке что-то тихо защелкало. В панике я бросился наверх, едва не сбив с ног самого себя. Звуки тут же затихли, и встревоженный голос визитера спросил:

- Эй, Игорь, кто там ещё с тобой?

Не отзываясь больше, я заскочил в комнату, где стоял компьютер, и запер дверь. Баррикадироваться здесь было нечем, и мне оставалось только, разломив стул, вооружиться двумя ножками. Страх неожиданно исчез, взамен пришла холодная решительность бороться за свою жизнь до последнего.

Внизу что-то загрохотало, и я понял: гость открыл дверь и теперь пытается разрушить баррикаду. Что же, такому бугаю времени на это понадобится немного. Где же эта проклятая полиция, черти бы её взяли, когда же она прибудет?! Я глянул в окно и вдруг аж вскрикнул от радости: полицейская машина как раз подъезжала к дому! Оттуда выскочили пятеро ребят в форме и бросились к калитке. Наконец-то! Кажется, ещё никогда в жизни я не чувствовал такой любви к правоохранительным органам!

Но что такое?! Вот сволочь, этот бандит закрыл за собой вход в усадьбу! Но где-то здесь, возле компьютера, должна быть кнопка, разблокирующая внешний замок! Я лихорадочно бросился её искать и, найдя аж две, нажал и ту и другую. Ну что? Сработало! Калитка открылась, и четверо полицейских бросились к дому. Пятый на минутку задержался, сказал что-то по рации и отправился на помощь своим товарищам.

Внизу затопали по полу несколько пар ног, и вдруг... Я услышал хорошо знакомое мне чмоканье, брань, вскрики, грохотание стульев и звуки от падения тел! Боже мой, неужели он стреляет в полицию?! Но ведь это просто сумасшествие, просто настоящее самоубийство! Он же один против пяти!!!