Помоги проекту - поделись книгой:
Глава 15
Потрясающе, током бьет одного из близнецов, а шок испытывают оба!
Не люблю я вставать рано утром. Тем более еще даже толком не рассвело. Но тут уж ничего не поделаешь, все-таки меня ждут. Нехорошо заставлять людей ждать, когда они сами вызвались помочь тебе в твоих проблемах. Так что я проснулась хмурая, но почти не капризная. Чего нельзя сказать о Линке. Она у себя в деревне не привыкла, что ли, вставать с первыми петухами? Надо будет спросить. Только не сейчас, потом как-нибудь, на досуге.
Дорана проводила нас до самого дома нашего попутчика. И еще долго махала вслед отъезжающей повозке. Я тоже старательно потрясла рукой в воздухе. Расставаться с бабушкой было грустно, и у меня слегка увлажнились глаза. Не подав виду, я украдкой смахнула с щеки слезинку. Когда Дорана скрылась из виду, мы принялись устраиваться. Не услышав запретов со стороны хозяина транспортного средства, забрались между корзин, бочек и тюков, уложенных на телеге, и славно задремали.
Я проснулась, когда солнце уже высоко стояло на безоблачном небе. Оставив мирно посапывающую Лину, я перебралась поближе к шоферу. То бишь водителю кобылы. Мужик оказался вполне приятным собеседником, и мы уже скоро бодро травили байки друг другу. Потом, слово за слово, перешли на политику. Поскольку раньше при мне никто на эту тему не распространялся, я слушала чрезвычайно внимательно. И даже осторожно задавала наводящие вопросы. Как выяснилось, у Серединного королевства два ближайших соседа – Нижнее королевство и… А вот и не верхнее, как ни странно, Драконий Хребет. С Нижним у нас (ну да, я же местная) всегда были несколько натянутые отношения. Но какое-то время назад для укрепления дружбы наш король (да, да, мой знакомый) решил женить своего сына на принцессе Нижнего королевства. Дело было около двадцати лет назад. Принц и принцесса были еще малыми детьми. В общем, договорились короли, хлопнули по рукам, отметили это дело с широким размахом и стали спокойно ждать, когда детишки подрастут. Но тут случилась маленькая неприятность. Мелкого принца кто-то увел прямо у папеньки из-под носа. Ясное дело, был грандиозный скандал, обыскали все королевство, но мальчишки и след простыл. Как в воду канул. Хотя ни в одном водоеме страны его тоже не обнаружили. Королева хотела было сойти с ума, но общественное давление не позволило. Под напором общественности пришлось ей переступить через свое горе и ровно через год подарить королевству нового наследника. Однако психика у женщины, как оказалось, была все-таки не железная, и вот уж почти двадцать лет она скорбит по своему пропавшему ребенку. Ясно дело, что ни королю, ни его младшему сыну этот факт радости не прибавляет.
Когда старший наследник пропал, король от переизбытка эмоций наворотил всяких дел, которые пришлось еще долго исправлять. К примеру, он обвинил в похищении вчерашнего друга – короля Нижнего королевства. Нижнему это дело не понравилось, и лет десять длилась холодная война. Что, конечно, не приносило удовольствия жителям обеих стран и резко отрицательно влияло на все сферы жизни. Особенно на торговлю. Потом король спохватился и поехал с повинной в гости. Приехал извиняться, а уехал снова свекром. Пока короли мирились, решили, что былой уговор силы не теряет, даже если одного принца сменил другой. Так что с Нижним мы уже почти десять лет находимся в мирных отношениях. Наладили все утраченные ранее связи и укрепили дружбу между народами. А вот в этот год как раз и принцесса подошла к своему совершеннолетию. А то, что жених ее на два года младше, так это не в счет. Он, можно сказать, ради одного этого и живет. И ожидает королевство в скором времени пышная свадьба. И бесконечное благоденствие.
Мне эта история весьма понравилась. Я прямо живо представила все это мероприятие в лицах. Короче, настолько расчувствовалась, что меня даже потянуло на творчество. Я стала петь. Сперва негромко, а потом уж, подбадриваемая своим собеседником, и в полную силу легких. Репертуар мой составляли в основном русские народные песни. Мой новый знакомый внимательно прислушивался и даже подпевал. Потом пел сам. Потом я перешла на частушки. Разумеется, приличные. Короче, дорога была просто расчудесная. Причем мы даже умудрились не разбудить Лину, что вообще странно. Пели мы громко и душевно.
И песни, и веселое настроение еще были при нас, когда в дороге нашу повозку догнали трое всадников. Все верхом на черных лошадях, одеты одинаково в черно-серебристое. По виду ребята явно военные. Причем из местного спецназа, не меньше. Нашу телегу ловко завернули на пит-стоп. Мы как-то вмиг притихли. Меня пронзила острая мысль, что я таки допрыгалась. Ребята искали некую девушку.
– Росту невысокого, худа, волосы светлые, длинные, глаза голубые, – повторяя, как заезженная пластинка, пробубнил один из всадников.
Я радостно улыбнулась (ведь ищут, похоже, не меня):
– Вы б еще фотокарточку продемонстрировали для наглядности!
Мужик подозрительно на меня покосился, и я внесла коррективы в соответствие с эпохой:
– Портретика мадамы не найдется?
Мужчина покопался где-то в недрах своего наряда и протянул мне требуемый портрет. Я торопливо прикрыла небольшое изображение рукавом. Не хватало еще, чтобы мой возница это увидел!
С местной фотки на меня в упор смотрела деваха, подозрительно похожая на мою «сестричку». Впрочем, сходство было не такое уж и явное, просто нарисованная мадама была и впрямь синеглаза и светловолоса. Волосы, правда, в отличие от моей подружки, дама с портрета уложила в сложную прическу. Кроме того, вся она искрилась разного рода украшениями. И демонстрировала чрезвычайно глубокое декольте темно-синего платья. В общем, определенное сходство имелось, но моя Линка была мне милее в ее природной простоте. По крайней мере, такого надменного выражения лица я у сестрички ни разу не видела.
Я вернула портрет.
– Не, я такой красивой дамы не видала. Но ежели вам надо, у меня там в телеге сестра спит. Я ее недорого отдам! Практически задарма. Она у меня как раз светловолосая и худая, как черт. Может, вам сойдет?
Все присутствующие мужчины уставились на меня с неподдельным удивлением. Похоже, торговля сестрами у местного населения не развита. Но я настойчиво пояснила:
– Достала она меня – сил нет! К жизни неприспособлена, ничего толком не умеет, сидит целыми днями вышивает и принца на коне ждет. Или рыцаря, на худой конец. А я ее кормлю, пою, одеваю. Тьфу! Еще и мужики как ее увидят, так от меня в сторону нос воротят. Всех женихов мне отбила. Заберите ее, а? Ну ее, забесплатно отдаю!
Всадники переглянулись и, не проронив ни слова, синхронно пришпорили коней. Я улыбнулась. Ясное дело, что моя сельская сестричка никак не могла быть искомой сиятельной дамой, но все же прекрасно понимают, что пока идет разбирательство… Короче, пусть милиция работает, а мы в сторонке посидим.
Ближайшие три часа я уговаривала возницу не рассказывать Линке о трех всадниках. Потому что она «жутко пугливая, вдруг помрет со страху». И объясняла, что в мои планы в действительности не входила продажа сестры, а только «отвлечение внимания, чтобы не разбудили сестру и не напугали до смерти, а то помрет со страху». Кажется, мужик мне не поверил. По крайней мере, петь мы перестали. А жаль, местные песни мне очень понравились. И голос у нашего попутчика был замечательный.
Глава 16
– Ты считаешь меня дурой, да?
– Нет, дурочка!
Так и не удалось мне вернуть расположение моего возницы. По прибытии в местную деревню он очень шустро сдал нас с рук на руки своей родственнице. Жизнь внесла в наши планы небольшие коррективы, и теперь выходило, что в деревеньке нам придется заночевать. Но нас клятвенно заверили, что доставят прямо в центр города не позднее завтрашнего утра. Моя «сестричка», кажется, не особо обрадовалась этой перспективе. А вот мне лично мысль показалась здравой. Это ведь не Линка разговаривала с теми мрачными товарищами, что разъезжают по дорогам с детальным портретом. Интересно, а эта девка с фотокарточки чего такого натворила? Надо было сразу спросить, а теперь придется самой додумывать. Поди, вышла замуж за какого-нибудь богатого старичка, а потом – лопатой по темечку муженька, и прости-прощай, не надо оваций. А может, просто сбежала с любовником? С глухонемым конюхом. Тьфу ты пропасть, что ж мне этот глухонемой покою не дает? Теперь вот еще и профессией обзавелся. На кой ляд мне конюх-то? Я ведь даже лошадей не люблю. Я тяжело вздохнула и отправилась пытать Лину.
– Линыч, а Линыч?
– Перестань меня так называть.
– Не нравится?
– Не нравится.
– А мне нравится, по-моему, очень прогрессивно.
Линка как-то странно на меня посмотрела.
– Вот увидишь, скоро это имя войдет в моду и матери будут так называть своих детей. Причем независимо от пола.
– Тата!
– Все, молчу, молчу.
Я живописно изобразила закрывание рта на ключ. Причем сначала изобразила навесной замок со сложным механизмом. Сестричка наблюдала мою пантомиму с озадаченным лицом. Потом, видимо вникнув в содержание глупых телодвижений, тяжело вздохнула. И мне тут же вспомнилась мама. Мама вздыхала вот точно так же, один в один. А потом еще крутила пальцем у виска. Видимо, Линка просто не знает этого жеста или стесняется. При мыслях о маме я как-то заметно погрустнела. Интересно, где они сейчас, как там без меня? Наверное, уже все морги обзвонили и пьют валерьянку литрами. Моя чрезмерно чувствительная подружка мигом почувствовала мои душевные терзания. Она подсела поближе и поинтересовалась:
– Тата, а ты чего спросить-то хотела?
– Чего?
– Ну, ты пришла ко мне с вопросом.
– С каким?
– Не знаю.
– А чего тогда спрашиваешь?
– Да не спрашиваю я. – Тут Линка заметила мою ехидную улыбку и скорчила недовольную рожицу. – Ну Тата!
– А я чё? А я ничё! Конечно, был у меня к тебе вопрос. Только я его уже забыла. Память-то девичья. Тут помню, тут не помню, тут рыбу заворачивали.
– Какую еще рыбу?
– Вяленую, пожалуй, а может, и копченую. Я вот что спросить хотела: у вас конюхи глухонемые бывают?
– У кого это «у вас»? – прищурилась Лина.
Сообразительная, зараза. А я чуть было не проболталась. Потом доказывай, что ты не верблюд.
– В Нижнем королевстве.
– А-а-а, – протянула Линка, – я не знаю, может, и бывают. А что, тут не бывает?
– Понятия не имею. Потому и спросила. Я, между прочим, не мировой путешественник, чтобы знать, где какие чудеса водятся.
– А разве глухонемой конюх – чудо? – удивленно прошептала моя сестричка.
– А то! Самое расчудесное.
– И зачем он тебе?
– А мне его цыганка нагадала. В мужья.
Линка тихо охнула. И ведь говорила я себе – не болтать лишнего! Кто меня за язык тянул? Какая на фиг цыганка? И так уже чего только не навыдумывала. У них тут вообще есть цыгане? Стоило ли о них упоминать? Может, моя подружка об этом вскорости забудет! Хотя это, конечно, вряд ли. Впечатлительная она. И внимательная.
Видимо, эти размышления живо отразились на моем лице. Потому что Лина вдруг ласково дотронулась до меня и, тихо поглаживая руку, зашептала:
– Ну не огорчайся, может, он будет хороший. Может, это будет королевский конюх. Королевский конюх – это ведь…
– Угу, – мрачно поддакнула я, – а может, это будет сам король. Глухонемой. Лина, чё ты мелешь-то, а?
– Я успокоить тебя хотела. Вон как ты огорчилась, когда про цыганку эту проклятую вспомнила.
– Да я пока замуж вроде не собираюсь, а как соберусь, может, вполне буду и на конюха согласна. Из нас двоих о мужиках больше тебе волноваться стоит.
– Почему? – удивленно спросила она.
– А потому, что твой женишок от нас всего-то в нескольких часах пути. И я бы настоятельно рекомендовала тебе продумать манеру твоего с ним общения. А лучше потренироваться. На кошках.
– На ком?
– На мне.
– З-зачем? – растерялась Линка.
– Линыч, ты странная женщина, я тебе скажу. Ты его когда последний раз видела? Не отвечай, я и без тебя знаю, что ужас как давно. Ты хоть представляешь, что будешь ему говорить? И какими словами? Я вот по твоей физиономии прямо вижу, что ты понятия не имеешь!
Лицо моей подружки и правда выражало самую крайнюю степень растерянности вкупе с задумчивостью. Лично мне хватило одного взгляда на эту мордашку, и в голове сразу всплыли десятки анекдотов про блондинок. Я с трудом подавила в себе желание проверить, станет ли Линка смотреть в небо, если крикнуть ей: «Посмотри, мертвый голубь!» К тому же я сама по рассеянности однажды попалась на эту уловку. И да, к моему стыду, я действительно подняла очи к небу. Да, да, я тоже могу ошибаться. Чай не святая.
Тем временем мысль в голове Лины добежала до нужного мозгового центра и запустила двигатель. Извилины скрипнули и зашуршали. Мыслительный процесс пошел. Отчаянно выкатывая глаза, моя подруга залепетала трагическим шепотом:
– Тата, какая ты умная!
Это приятно, это оставляем. Я одобрительно улыбнулась.
– Помоги мне, я не знаю, что мне говорить!
– Попробуй говорить слова.
– Да нет же! Я не знаю, о чем мне говорить с
Вот люди чем занимаются вечерами? Смотрят телевизор, зависают в интернете, читают книги. Или еще как-то весело развлекаются. Ну, а я учу средневековую девку искусству общения с мужчиной. И, между прочим, Линка как ученик оставляет желать лучшего. Надеюсь, этот ее парень окажется так же глуп, скромен и решительно не осведомлен о том, что происходит между мужчиной и женщиной, когда они остаются наедине. Дай бог, чтобы он действительно вставал на одно колено и читал стихи. Иначе Линка о-о-очень удивится.
У них там в деревне сеновала, что ли, не было?..
Глава 17
Я – борец за добро и справедливость, прекрасный воин в матроске – Сейлор Мун!
И я несу возмездие во имя Луны!
Возможно, в этом мире у меня появится привычка вставать рано утром. Но лично я надеюсь, что этого все-таки не произойдет. Например, сегодня у меня нет даже чувства благодарности к людям, которые нас приютили. Хотя они вовсе не были обязаны этого делать. Но вставать в такую рань – удовольствие малоприятное. Моя сестричка вот тоже встать-то встала, да проснуться забыла. Так и стоит с закрытыми глазами. Я не удивлюсь, что она прямо так стоя и спит, как лошадь. А если ее начать будить, чего доброго, станет лягаться.
Печально зевнув, я устроила свою пятую точку на телеге и прислонилась к деревянному бортику. В этот раз повозка нам досталась не в пример хуже, мужик вез в город рыбу. В больших бочках мерно плюхал рассол, и источали они соответствующий аромат. Впрочем, я даже возмущаться не стала. Слава местным богам, с самого раннего утра поднялся очень даже приличный ветер. Сильный и теплый, в самый раз подходящий для того, чтобы уносить жуткие рыбные запахи прочь от нашего транспортного средства. Сонная Лина привалилась ко мне и в мгновение ока уснула на моем богатырском плече, которое не замедлило с ответной реакцией. Не будучи привычным к использованию в качестве подушки, плечо затекло и от него вниз по руке поползли отвратительные мурашки. Я возмущенно спихнула подружку в сторону. Не просыпаясь, Линка прижалась щекой к крайней бочке и сладко причмокнула губами. День начинался умиротворенно.
И у него имелись все шансы так же умиротворенно закончиться, но есть такое понятие, как «не судьба». Примерно к середине дня или, может, чуть раньше (с часами тут определенно напряг) мы подъехали к городу. Чудесное поселение встретило нас громадными воротами, у которых выстроилась вереница телег, повозок, да и просто живая очередь. Мы мирно пристроились в хвост и потихонечку дотащились до пункта остановки. Собственно, идея заключалась в том, что на въезде в город стояла таможенная служба. Я озадаченно почесала затылок, вспоминая, видела ли я что-то подобное в столице. Не вспомнила. Ну, впрочем, это и не важно. Таможня так таможня. Правда, у меня паспорта нету, но, кажется, до такого архиважного документа местное общество еще не додумалось. Это хорошо, мороки меньше.
Наш возница что-то пробубнил о своем товаре и печально отсыпал несколько монет в широкую ладонь таможенника. Парень лениво обозрел полученное и многозначительно зыркнул в мою сторону. Я уже было приготовилась расставаться со своими скудными финансами, но служивый окинул плотоядным взглядом мою сонную подружку и ядовито усмехнулся. Я приличная женщина, я образец хорошего тона, я даже уважаю мужчин, но, к сожалению, иногда меня клинит. Вот как теперь. В конце концов, я не могу позволить, чтобы всякие незнакомые мужланы вот так рассматривали мою целомудренную сестричку. Если б она сейчас не спала, ее бы удар хватил, как пить дать. Я недовольно поморщилась и спрыгнула с телеги.
– Слышь, начальник! Может, отойдем, поговорим?
Стражник (довольно молодой парень) удивленно приподнял бровь. И строго сообщил:
– С каждой лошади по два медяка, с телеги по три, со всякого мужчины, способного держать меч, по пять, со слабосильных, стариков и детей – по два, с женщин, коров, овец и прочей живности – по медяку.
Я ошалело переварила полученную информацию. Выходило, что я попадаю в город вполне бюджетно, по цене коровы и овцы. За компанию с прочей живностью. Что, конечно, огорчало, но и радовало одновременно. Причем больше огорчало. А не поднять ли мне ценник в действующих рыночных условиях? А то, похоже, люди тут совсем не в курсе, какой редкий товар приехал в это богом забытое место.
– А ежели у меня нет денег? – самым игривым тоном спросила я.
– Не положено.
Я тихонько вздохнула и осмотрелась. Поток въезжающих в принципе почти иссяк, за нами стоят лишь парочка телег и несколько пеших путешественников. Видимо, все стремятся попасть в город с утра пораньше. Зато выезжающих хоть отбавляй. Что определенно играет мне на руку.
Я подошла поближе к стражнику.
– И ничего, ничего нельзя сделать? – Я медленно облизала губы и чуть подалась вперед грудью.
Парниша взял с места в карьер. Он улыбнулся во весь рот и громко выдал:
– Ну почему же? Давай-ка отойдем, я придумаю, как тебе рассчитаться.
Ох, ну до чего ж мужики все одинаковые! Даже скучно. Я шагнула ближе, становясь так, чтобы спина моей жертвы заслоняла меня от окружающих. Потянулась к парню и шепнула в лицо:
– Ну как же тебе не стыдно! Сволочь!
Стражник зарычал и схватил меня за плечо. Прямо как по сценарию! Я рванулась вперед, открывая взору всех желающих живописную картину: таможенник, красный, как вареный рак, сжимает в руке обрывок моего рукава.
– Люди добрые, да что ж это делается? Среди бела дня невинную девушку хотят обесчестить! И кто? Доблестный служитель нашего города! Человек, призванный защищать город от всяческого зла. Что ж это получается, если я сирота, значит, можно меня позорить? Можно меня унижать? Люди добрые, да как же это? Среди бела дня на сироту невинную напал! Обесчестить девицу захотел!
Голосить у меня всегда хорошо получалось. Народ собрался, как на концерт. Бедолага-солдатик, не совсем понимая, что происходит, судорожно сжал в руке мой многострадальный рукав. И, разумеется, я указала на это неоспоримое доказательство его подбежавшим товарищам. Топор в его руках и то не выглядел бы столь эффектно.
– Злодей! Насильник! Напал на девушку! Среди бела дня!
Чем чаще повторяешь одно и то же, тем охотнее в это верится другим. К тому же вдруг еще не все слышали?
– На сироту. На девственницу. Чудовище!
Бедняга попытался было оправдываться, но то ли и впрямь бывал замечен в подобных наклонностях, то ли стража не желала выносить сор из избы, но его технично и быстро увели под белы рученьки. Надо сказать, стражники вообще оказались бравыми ребятами. Я под впечатлением. Народ разогнали, виновника увели, перед обиженной извинились. И все это четко, быстро и почти молча. Без лишних слов, по крайней мере. Даже насладиться не дали. Бяки.
Поделиться книгой: