Помоги проекту - поделись книгой:
Я ободряюще улыбнулась. Вот никогда бы не сказала, глядя на эту невинную мордашку, что у нее в принципе был какой-то мужик. А уж чтобы за ним одна, пешком по лесам… Прямо чудеса. А с другой стороны, может, у них тут так модно?
Нашу беседу прервала вернувшаяся хозяйка. И сразу с порога обрадовала нас новостями.
Один добропорядочный сосед согласился довезти нас до какой-то деревни (название не запомнила), а там найти хорошего провожатого до города. Деревня эта по пути, от нее до Версека рукой подать, так что вариант самый подходящий. Правда, едет сосед только через два дня, но Дорану это, кажется, даже радовало. Лично я никуда не спешила. Вряд ли в деревенском домишке милой бабуси меня станут искать. Так что два дня погоды не сделают. Лина же, если и хотела добраться до места быстрее, ничем этого не выдала.
Довольная, что организовала наше путешествие, хозяйка отправилась в свой крохотный огород, ковыряться в грядках. А мы неторопливо продолжали расправляться с риокой. В какой-то момент мне стало скучно, и я перешла к активным действиям.
– Линка, ты бы хоть что-нить о себе рассказала.
Моя подружка отчего-то побледнела и нахмурилась.
– Ну, чё ты такая суровая? Поделись с новой сестричкой грязными подробностями уголовного прошлого.
Лина поперхнулась очередной «горошиной» и уставилась на меня широко раскрытыми глазами.
– Да ладно уже прикидываться! Ты, наверное, убила кого-нибудь и теперь шифруешься? Расчленила и съела! Не боись, я никому ни слова – могила!
Я, конечно, откровенно прикалывалась. Скромная Линка и мухи не обидит. Но надо было видеть ее лицо, когда я заговорщицким шепотом сообщала ей о ее злодеяниях. Ну какого ей мужика надо, если она сама ребенок ребенком? Хотя чисто внешне вроде бы уже совершеннолетняя. Или, может, тут акселерация повсеместная? Я озадачилась.
– Линка, а тебе сколько годиков?
Сестричка, все еще находясь в шоке от моих обличительных доводов, рассеянно открыла рот и даже шевельнула губами, но это мало помогло. Правду говоря, и вовсе не помогло. Больше всего в этот момент она напоминала рыбу, выброшенную на берег, так и хотелось плеснуть в нее водички, чтобы оклемалась бедняга. Жаль, что водички не было под рукой, вот был бы номер!
Лина, малость придя в себя, выдала:
– Ты…
– Ясно дело, я. Кроме нас двоих, никого нету тут. – Я обвела рукой комнатку.
– Да ты… – Линка судорожно вдохнула.
– Ты чё, Линыч? У тебя с чувством юмора вообще напряженка? Брось, ты же не маленькая девочка! Или маленькая?
– Я совершеннолетняя! – взвилась опять моя подружка, но тут же тихо добавила: – Буду. Через три месяца.
Я на всякий случай уточнила:
– Совершеннолетняя – это сколько тебе лет?
– Двадцать один.
– Угу, а пока, значит, двадцать?
Линка кивнула.
– А скажи мне, деточка, зачем ты рвешься в Версек?
Лина потупилась и пробормотала:
– Я говорила. Я…
– Да это-то я помню. У тебя парень, так?
Подруга кивнула снова.
– Лина, – я постаралась придать голосу твердость, – а ну отвечай – ты, случаем, не того?
– А?
– Ну, парень типа поматросил и бросил.
Линка смотрела, явно не понимая.
– Ну, ты, случаем, не залетела?
Ноль реакции.
– Ну, у тебя бейбик намечается, да?
Сестричка только нахмурилась, явно не вникая в суть моей речи.
Я вздохнула и провела в воздухе рукой, изображая у себя большой живот, а потом покачала у груди виртуального младенца.
Кажется, до Лины дошло, потому как она начала покрываться пунцовыми пятнами и опять резко хватать ртом воздух. Из чего я справедливо заключила, что беременную девчонку мне таскать с собой не светит. К счастью.
– Да ладно, сестричка, – сказала я примирительно. – Нет, ну объясни, чего ты за ним потащилась? Ты когда его видела последний раз? Он, поди, и имя-то твое забыл уже.
– Нет. Он мне обещал.
– Лина! Да на сеновале они все обещают, а потом прости-прощай, не надо горьких слез.
Подружка опять возмущенно воскликнула:
– Он не такой!
– Ну да, конечно. Чего же он тебя бросил одну?
– Ему пришлось. Его отец…
– А, папа с мамой не разрешили… Давняя сказка.
– Он обещал. Он поклялся!
– Солнцем, небом и луной? Лина, Лина…
– Нет! Своим именем! Он поклялся, что вернется за мной на мое совершеннолетие.
– У-у-у… Так сидела б дома и ждала. Еще целых три месяца есть.
– Я не могла.
– Чё это?
– Отец решил выдать меня замуж.
Прямо-таки шекспировские страсти, прости господи. Ну что мне с этим делать?
– Ты ведь никому не скажешь? Я из Нижнего королевства. Из… из деревни возле столицы. Мне было двенадцать лет, когда в столицу приехал Серединный король. А с ним его советники и прочая свита. Ну а ему было тринадцать, он приехал с отцом.
Все, блин, приехали. Подростковая любовь. Сынок богача, который поклялся жениться на девчонке девять лет назад. Нет, ну ду-у-ра! И даже сказать нечего. Да у него таких девок за это время было… Тьфу!
Линка сидела, погруженная в свои мысли, а я печально на нее смотрела. Отличная перспективка рисуется. При самом удачном раскладе мы найдем этого парня женатым. А при неудачном паренек получит в полное распоряжение наивную дуреху с обалденной фигуркой. И что-то мне подсказывает, что своего он не упустит. Да уж. Мне теперь эту бестолочь без присмотра оставлять нельзя. Пропадет девка.
Я ведь, грешным делом, подумывала в городе с ней распрощаться. В конце концов, мы только попутчицы. Но пока не разберусь с этим ее кавалером, никуда от нее не уйду. Пущай женится, раз обещал. На меньшее не соглашусь. И ей не позволю. К тому же, если меня все еще ищут, история про сестер может стать отличным прикрытием.
Я улыбнулась:
– Ничего, Лина, найдем мы твоего жениха!
Сестричка зарделась в ответ.
Глава 14
– Я плохой преступник.
– Нет, ты хороший преступник!
Эх, жизнь хороша и жить хорошо! И даже тот факт, что я теперь вдали от дома, почти не омрачает погожего денька. Правда, жаль, что нравы тут пуританские. Вот Линка не дала мне позагорать на крылечке, чуть ли не забившись в истерике, увидев, что я собираюсь выйти из дому в импровизированном купальнике. Глядя на расширенные в ужасе глаза новой подружки, пришлось смириться. Со своим самоваром в Тулу, как известно, не ездят. Позагорать я все же вышла. Пусть загорает хоть лицо.
Я нежилась на солнышке и мирно мурлыкала под нос детскую песенку, когда вдалеке замаячила темная точка. Впрочем, точка довольно быстро превратилась в две точки, а затем и в двух всадников. Бравые ребята, поднявшие тучу пыли, тормознули прямо напротив нашего скромного домика и спрыгнули с коней. Я нахмурилась. Ребятушки в одинаковых одеждах чрезвычайно напоминали солдат, причем что-то мне подсказывало, что подобные наряды мне уже однажды встречались. И ничего хорошего эта встреча не сулит. Навстречу прибывшим из домика высунулись Линка и Дорана. Я быстро прикидывала, куда бы свинтить. Но поскольку путей отступления не было, пришлось остаться на месте. И изобразить полное безразличие к происходящему.
– Именем короля! Мы разыскиваем пропавшую ведьму, сбежавшую из подземелья!
Я чуть было не брякнула, что вовсе не сбегала ни из каких подземелий. И, чтоб не сболтнуть лишнего, старательно прикусила язык. Дорана пнула меня в левый бок и, подождав, пока я отодвинусь, спустилась к гостям. При этом довольно бодрая старушка, резво ускакавшая вчера к соседям, вся ссутулилась, и казалось, вот-вот развалится на части. Моим первым порывом было броситься на помощь. Правда, я не успела, сердобольная Лина оказалась шустрее. Наша хозяйка немедленно повисла на Линкином локте.
– Шпасибо, внученька, – прошамкала бабуся, еще с утра совершенно четко выговаривающая все буквы в словах. – Сынки, – обратилась она к служивым, – вы ко мне?
Ребята переглянулись. Тот, кто выглядел постарше, неуверенно повторил:
– Разыскиваем ведьму.
– А-а-а, – протянула наша хозяйка, – вы уж как найдете, всенепременно жгите. Их, акромя как огнем, ничем не изведешь, этих ведьм-то.
Наша хозяйка покачала головой и погрозила пальцем куда-то в сторону предполагаемой ведьмы. Поскольку от ее жеста искомая колдунья не появилась, солдаты синхронно вздохнули, и старший строго сообщил:
– У нас есть информация, что в вашем доме со вчерашнего дня проживает неизвестная. – Нам с Линкой достались изучающие взгляды. Линка смутилась, а я широко улыбнулась.
– Эт кто сказал? – неожиданно выйдя из образа, быстро осведомилась Дорана.
– Э-э-э, – растерялся парень.
– Это внученьки мои приехали ко мне, – снова зашамкала бабка, кивая в нашу сторону. – Из городу.
– Брешет она, – раздалось с другой стороны улицы. Новое действующее лицо маячило за забором у домика на противоположной стороне улицы. – Откуда у нее внучки? У нее и детей-то сроду не было.
– Тю, Марася! – хмыкнула Дорана. – Ты чего глотку дерешь?
– А ты чего врешь, старая колода?
– Не слушайте ее, – улыбнулась наша хозяйка, – это она по-соседски со мной ругается.
– Как же! Да она сама старая ведьма! Вы в дом-то ее загляните. Там и демонов, и упырей наловите.
Солдаты опять переглянулись.
– Да вы не слушайте ее, сынки, она просто умом больная, – мирно сообщила бабка. Тетку напротив чудным образом перекосило. – Это внучки мои приехали ко мне.
– Врешь! Врешь! Откуда внучки? Откуда? – Соседка перешла на крик с легким повизгиванием.
Солдатам это явно пришлось не по душе. Тот, что помладше, сморщился, будто услышал скрежет когтей по стеклу. Впрочем, звонкий голос соседки весьма походил как раз на подобные звуки.
– Дочки это моего сына, – спокойно пояснила Дорана насторожившимся стражам.
– Какого сына, старая? Да твой выродок от тебя лет пятьдесят как сбежал! Врешь ты!
– Он не сбежал, а в город поехал, чтобы жизнь свою устроить, – не меняя интонации, заявила наша хозяйка. – А теперь вот дочки его ко мне приехали. Навестить бабушку.
– Врешь, врешь! Я твоего кривозубого мальчишку хорошо помню! Он перед побегом на всю деревню поклялся, что вовек не вернется. Все слышали! Выжила сама своего ублюдка!
Дорана вздохнула. Потом спокойно сказала, обращаясь все к тем же стражникам:
– Поклялся. И так и не вернулся. Так и помер вдали от дома. – Развернулась и в повисшей мертвой тишине ушла в дом.
Лина укоризненно покачала головой, глядя на стражников. Ребята смутились и растерянно проводили взглядами уходящую старушку.
Я, вдруг поддавшись порыву, подлетела к калитке.
– А эта ведьма, она какая? Ну, на кого похожа?
Тот, что выглядел помоложе, заученно оттараторил:
– Ростом невысокая, волос рыжий, короткий, одета в штаны мужские, злая, жестокая, глаза колдовские, язык, как у змеи, раздвоенный. – И добавил: – Может заговорить человека до смерти.
Я только хмыкнула. А я-то себе казалась симпатичной! Что-то король меня не очень хорошо разглядел. Или память его подводит. Впрочем, мне от этого только лучше.
– Не-э, у нас таких нету. Хотя, кажется, у тети Мараси волосы рыжие, может, она знает? – Я невинно похлопала глазами, указывая в сторону агрессивной соседки, и, подхватив под локоток Линку, удалилась в дом. У самой двери обернулась, чтобы иметь возможность наблюдать перемещение всадников к дому напротив.
Дорана плакала. И мы с Линкой, не сговариваясь, обняли ее, а после до самого вечера развлекали самыми разными историями. Я даже читала стихи. Сама Дорана тоже оказалась неплохим рассказчиком. Вечер прошел в теплой, семейной атмосфере. Я и впрямь ощутила себя Линкиной старшей сестрой и Дораниной внучкой. Моя новая семья, кажется, разделяла мои чувства.
Уже засыпая, я ехидно послала воздушный поцелуй королю, моему любимому Серпентарию и всей королевской гвардии. Не на ту напали, ребятушки.
Поделиться книгой: