Луг духовный: Достопамятные сказания о подвижничестве святых и блаженных отцов

Иерусалимский архиепископ Евстохий, услышав об авве Мирогене, пожелал прислать ему кое-что для телесных потребностей, но тот не принял ничего из присланного. «Помолись лучше за меня, отче, чтобы мне избавиться вечного мучения».

Евстохий был патриархом Иерусалимским с 546 до 563 года. Он боролся с оригенистами. См. прим. к главе 4.

Авва Мироген поступил таким образом, очевидно, по примеру Феодосия Великого. Среди жесточайших предсмертных страданий один из братии дал совет страдальцу, чтоб он помолился Богу об облегчении лютой болезни. «Ах, отец мой! – ответил Феодосии. – Мне самому часто приходила в голову эта мысль, но я спешил удалить ее как искушение диавола. После стольких успехов, после славы и почестей не лучше ли мне скорее радоваться этим страданиям на исходе, чтобы не лишиться обетовании вечного блаженства и не услышать из уст Авраама грозных слов: «Помяни, чадо, что ты уже получил все блага твои во время жизни твоей!»

Глава 9. О доброте одного св. отца

Нищий не нашел ничего в келье.

В той же лавре Башен жил один старец, отличавшийся полной нестяжательностью. В то же время он очень любил подавать милостыню. Однажды пришел к нему в келью один бедняк, прося милостыни. Старец ничего не имел, кроме хлеба, и, взяв его, подал нищему, но тот возразил: «Не нужно мне хлеба. Дай мне одежду». Желая услужить бедняку, старец, взяв его за руку, привел в свою келью. Нищий не нашел в ней ничего, кроме того, что носил на себе сам старец. Глубоко тронутый святостью старца, нищий развязал свой мешок, вынул из него все, что имел, и положил посреди кельи, сказав: «Возьми это, добрый старец! А себе я найду что мне нужно в другом месте».

В «Луге Духовном» мы встретим немало примеров нестяжательности и нищеты среди древних иноков.

Во всех древних иноческих уставах: Василия Великого, Августина, Кассиана и Бенедикта – повторяется требование, чтобы инок не имел никакой собственности, и древние иноки строго хранили уставы св. отцов. «Жизнь Самого Господа Иисуса Христа представляет совершеннейший образец истинно аскетической нищеты, полного отчуждения от всякого земного стяжания. Монашество древних времен верно следует Основателю христианства в отношении к земным стяжаниям. О св. Антонии рассказывают, что когда он однажды услыхал в церкви евангельское чтение о богатом юноше, со скорбию отошедшем от Спасителя, так как богатство воспрепятствовало ему последовать за Иисусом, то тотчас отказался от имущества и расстался с миром. Своих учеников Антоний побуждал к полной нестяжательности. Нищета, или лишение всех стяжаний земных, это, как ее называли, «краса монашества», это «великое ограждение» монастырей… Нищета иных подвижников доходила до наготы. Руфин об авве Серапионе рассказывает, что он шел куда-то, имея на себе рубашку и легкий плащ, но и с теми он расстался на дороге: плащом покрыл нагое тело мертвеца, встреченное им на пути, а рубашку отдал нищему, дрожащему от холода; когда же Серапион остался без одежды, он присел на крыльце одного дома, пока один сановник не узнал его и не уделил ему собственных одежд. Тот же Серапион продал свиток Евангелия, единственную вещь, какая оставалась у него из числа видимого имущества, а вырученные от продажи деньги отдал нищему. О некотором Елеемоне рассказывают также, что с подобной же целью он продал все свои книги. Замечательный пример пренебрежения к земному достоянию показывает далее один древний монах Агафон. Он отказывался не только принимать деньги для себя лично, но и для раздачи бедным. «Если бы я взял деньги для раздачи бедным, то я принял бы на себя двоякую вину, – говорил он. – С одной стороны, я принял бы то, в чем я не имею нужды, с другой стороны, я вниду в грех тщеславия, приняв на себя раздачу чужих денег». Нестяжательностью, достойной удивления, отличались не только древние монахи, но и многие из епископов и пресвитеров. Самый блестящий пример нестяжательности, соединенной с нищелюбием, встречается в лице патриарха Александрийского Иоанна Милостивого. О нем рассказывают, что при вступлении на кафедру он устроил обед для 7500 бедных, что в случае нужды просящего он отдавал ему свои одежды, в какие сам был одет, что во время голода он распродал все вещи, какие только были в его епископском доме, а деньги, вырученные от продажи, раздавал нуждающимся и т. п.» (Рассказы из истории аскетизма. Душепол. чтение. Ноябрь. 1883 г. Стр. 263–264.)

Глава 10. Жизнь отшельника Варнавы

Чем более страждет внешний человек, тем более возрастает в силе внутренний.

В пещерах св. Иордана жил один отшельник по имени Варнава. Однажды он отправился утолить жажду водой из Иордана. В ногу его вонзилась спица, и он оставил ее в ноге, не допуская, чтобы врач осмотрел его. Нога начала гноиться, и он принужден был отправиться в лавру Башен и взять себе келью. Между тем, нарыв в ноге увеличивался со дня на день, а старец говорил всем навещавшим его: «Чем более страждет внешний человек, тем более возрастает в силе внутренний».

Прошло несколько времени с той поры, как авва отшельник Варнава ушел из своей пещеры к Башням. В оставленную пещеру пришел какой-то другой отшельник и, войдя внутрь, увидал ангела Божия, стоявшего пред престолом, который воздвиг и освятил старец.

– Что ты здесь делаешь? – спросил отшельник ангела.

– Я ангел Господь, – отвечал он, – и этот престол вверен моему смотрению от Бога с той поры, как был освящен.

О мужественном терпении болезней прим. к гл. 8.

Об ангеле хранителе св. престола см. главу 4-ю.

Глава 11. Жизнь аввы Агиодула

Покойся, пока Сын Божий не воскресит тебя!

Авва Петр, пресвитер монастыря святого отца нашего Саввы, рассказал нам об Агиодуле следующее.

Когда он был настоятелем лавры блаженного Герасима, один из тамошней братии умер, но старец не знал об этом. Канонарх ударил в било, чтобы собралась братия для выноса умершего. Пришел и старец и, увидав тело брата, лежавшее в церкви, опечалился, что не успел проститься с братом пред смертию. Подойдя к одру, он обратился к почившему со словами: «Встань, брат, и дай мне последнее целование». Умерший поднялся и поцеловал старца. «Теперь покойся, – сказал старец, – пока не придет Сын Божий и не воскресит тебя!»

Тот же авва Агиодул, проходя однажды близ берегов Иордана, размышлял о том, что произошло с теми камнями, взятыми по числу двенадцати колен, которые положил на дне реки Иисус Навин вместо тех, которые раньше взяты были со дна реки. Вдруг воды разделились на обе стороны, и старец увидел те 12 камней. Повергшись на землю, он воздал хвалу Богу и удалился.

Об авве Петре см. 100-ю гл. «Луга Духовного».

О лавре прп. Герасима см. во введении.

О прп. Герасиме, основателе лавры, см. прим. к гл. 107-й.

Преподобный Агиодул управлял лаврой прп. Герасима в VI веке и отличался высокими духовными совершенствами. Случай, подобный описанному здесь, можно встретить в «Лествице» св. Иоанна Лествичника (с братом Акакием), а также в житии прп. Палладия, по рассказу блж. Феодорита, и в др. многих.

О биле см. прим. к глав. 50.

О двенадцати камнях см. кн. Иисуса Навина, гл. IV, 1–9.

Глава 12. Слово аввы Олимпия

Я – пришлец.

Брат просил авву Олимпия, пресвитера лавры аввы Герасима: «Скажи мне что-нибудь».

– Не будь с еретиками, – отвечал тот, – и воздерживай язык и чрево. И где бы ты ни был, говори себе непрестанно: «Я – пришлец».

Пресвитер Олимпий был одарен особенным даром учительства и назидал и словом, и делом всех приходивших к нему. См. о нем в «Духовн. Луге», гл. 141.

Глава 13. Жизнь отшельника аввы Марка

Труды рук моих питают меня!

Об авве отшельнике Марке, жившем близ монастыря Пентуклы, рассказывали, что он в течение шестидесяти девяти лет вел такой образ жизни: постился по целым неделям, так что некоторые считали его бесплотным, трудился день и ночь по заповеди Христа и все раздавал бедным, не принимая за то никакого воздаяния. Узнав об этом, некоторые христолюбивые люди пришли к нему, прося взять от них то, что принесли в знак своей любви к нему. «Не возьму, – сказал старец, – потому что труды рук моих питают меня и тех, кто во имя Божие приходит ко мне».

Преподобный Марк жил отшельником вне обители. О таких отшельниках см. во введении.

Подобно прп. Марку, древние иноки питались трудами рук своих и другим помогали. Смотри, например, примечание к главе 80-й о Феодосии антиохийском.

О нестяжательности древних иноков см. прим. к гл. 9-й.

Об обители Пентуклы см. во введении.

Глава 14. О брате, который был обуреваем помыслами блуда и впал в проказу

Бог послал мне эту болезнь, да спасет мою душу!

Авва Полихроний рассказывал нам еще, что в монастыре Пентуклы был один брат, весьма внимательный к себе самому и строгий подвижник. Но он был обуреваем страстью блуда. Не вы-неся плотской брани, вышел из монастыря и отправился в Иерихон, чтобы удовлетворить своей страсти. Но лишь только вошел в жилище блудницы, как вдруг весь был поражен проказой. Увидав это, он немедленно возвратился в монастырь, благодаря Бога и говоря: «Бог послал мне эту болезнь, да спасет мою душу». И воздал великую хвалу Богу.

Об авве Полихроний см. прим. к гл. 5-й.

Самая тяжкая борьба предстояла иноку с могущественнейшей из страстей – плотской похотью. Страшная борьба с плотской похотью, какую вели подвижники в своем уединении, побуждала их, в чувстве отчаяния, нередко искать смерти: иные топились в реках и морях, бросались с высоких скал в пропасти и ущелья, другие пронзали себя мечом или умерщвляли другим способом, как говорится об этом, например, в житии св. Пахомия, в сочинениях Григория Богослова и Амвросия Медиоланского. Другим, менее решительным средством служило самооскопление. Само собой разумеется, Церковь решительно осуждала подобные средства. В древней Церкви существовало много законов и соборных постановлений, направленных против скопцов как дерзких нарушителей порядков, устроенных Самим Богом. Самоубийство, как и самооскопление, рассматривалось как «обнаружение слабости, а не силы». «Церковь приемлет только победителей, а не побежденных» (св. Амвросий Медиоланский). Некоторые подвижники усмиряли плотскую брань посредством холода, пользуясь холодной водою, льдом и снегом, другие – посредством лежанья в терновнике, волчцах и крапивнике. Наш киево-печерский подвижник, прп. Иоанн Многострадальный, закопал себя по грудь в землю, чтобы усмирить плотскую страсть. Но самыми обычными и наиболее целесообразными средствами были пост, молитва и удаление от женщин. В 218 главе «Луга Духовного» один старец говорит, что инокам необходимо избегать всякого соприкосновения с женщиной с такой же заботливостью, с какой предохраняют соль от воды, в которой соль растворяется и исчезает. Многие подвижники отказываются видеться даже с сестрами и матерями (св. Пахомий, Иоанн Каламит, Феодор, Маркиан, Пимен, Нуф, Симеон Столпник и др.). Приняв все это во внимание, читатель поймет радость инока при поразившей его проказе.

Глава 15. Чудесное происшествие с аввой Кононом

Старец совершил над ними молитву.

Рассказывали нам об авве Кононе, игумене монастыря Пентуклы, что однажды на пути в святое место Битон встретились ему евреи и хотели его умертвить. Обнажив мечи, они бросились к старцу и, подбежав, подняли руки, чтобы нанести смертельный удар, но их руки вдруг как бы окаменели, сделавшись неподвижными. Старец совершил над ними молитву, и они удалились, радуясь и прославляя Бога.

О киновии Пентуклы см. во введении.

Прп. Конон, настоятель киновии. Его следует отличать от прп. Конона, о котором говорится в 3-й главе «Луга Духовного».

Битон – не Бетоним ли? Лежит близ восточного берега Иордана, под 32° сев. шир. Теперь развалины Батнех, близ селения Es-Salt. Herz. XIV, 737.

Глава 16. Рассказ аввы Николая о себе самом и о своих спутниках

Дадим ему ради гостеприимства.

Один старец по имени Николай жил в лавре аввы Петра, что вблизи Иордана. Он рассказывал нам про себя следующее: «Однажды, во время моего пребывания в Раифе, мы были посланы, в числе трех братий, на служение в Фиваиду. Проходя по пустыне, мы сбились с пути и начали блуждать. Вода у нас вся вышла. Целые дни мы не находили ни капли воды, и жажда нас сильно истомила. Наконец, мы не могли уже продолжать путешествия. Найдя в той же пустыне кустарники тамариска, мы легли, где кому пришлось найти тенистый уголок, и стали ожидать смерти от сильной жажды. Возлежа, я пришел в восторженное состояние и вижу водоем, наполненный водою, и воду, изливающуюся чрез все края его, и двое стоят над краем водоема и черпают воду деревянным ковшом. И начал я просить одного:

– Сделай милость, господин мой, дай мне немного воды, потому что я изнемогаю. – Но он не хотел дать мне.

Тогда другой говорит ему:

– Дай ему немного.

– Не дадим ему, – возражает первый. – Он очень ленив и нерадив о себе.

– Что правда, то правда, – отвечает другой. – Точно, он нерадив, но все-таки дадим ему ради гостеприимства.

И они дали мне воды.

– Дай же, – говорит, – и его спутникам.

Таким образом, все мы утолили жажду и прошли, не пив, остальные три дня, пока, наконец, не достигли селения».

О лавре прп. Петра см. во введении.

Кто был Петр, по имени которого она называлась, осталось неизвестным.

Преподобный Николай жил во второй половине VI века. Вначале он подвизался в Раифской обители близ Синая.

Раиф (Rait.hu) – на юго-западном берегу Синайского полуострова, у самого Чермного моря.

Фиваидой называлась страшная пустыня, лежавшая в верхнем и отчасти в среднем Египте. Там впервые появилось и получило развитие иночество. «Не столь светло небо, испещренное сонмом звезд, – говорит св. Иоанн Златоуст, – как пустыня египетская, являющая повсюду иноческие кущи. Кто знает древний оный Египет богоборный, беснующийся, – раба каких-нибудь животных, страшившегося и трепетавшего пред огородным луком, тот вполне уверится в силе Христовой. Египетская пустыня лучше рая; там увидим в образе человеческом бесчисленные лики ангелов, сонмы мучеников, собрание дев; увидим, что все тиранство диавольское ниспровергнуто, а царство Христово сияет; увидим, что Египет, некогда матерь и стихотворцев, и мудрецов, и волхвов, изобретший все виды волхвования и передавший оные другим, теперь хвалится крестом». (Беседа на Еванг. от Матфея, VII.)

О видениях έν έχστάσει см. прим. к гл. 51-й.

О страданиях от жажды в пустыне читаем и у знаменитого Нахтигаля: «Страшная жажда стала нас мучить, рот и глотка потеряли последнюю влажность, и томление стало беспредельным».

Глава 17. Жизнь великого старца

Пятьдесят лет подвизался он в своей пещере!

Вот что еще рассказал нам тот же старец об одном великом старце, жившем в том же монастыре: «Пятьдесят лет подвизался он в своей пещере: не пил вина, не ел хлеба, а только отруби и три раза в неделю приобщался».

Св. Василий Великий, давший в своих правилах образец монашеской жизни для всего Востока, строго запрещает инокам употребление мяса. Во время постов иноки должны воздерживаться также и от рыбы, масла и вина. Главной пищей иноков был, конечно, хлеб. Им выдавалось ежедневно по два хлебца, которые, по свидетельству Кассиана, весили один фунт, или 12 унций (нынешний фунт заключает в себе 16 унций), т. е. каждый хлеб весил 10–12 лотов. Один хлебец съедался около 3 часов пополудни, другой – по захождении солнца. Более строгие иноки довольствовались одним только хлебцем. Прп. Иларион, начиная с 31-го года своей жизни до 35-го, вкушал ежедневно не более 12 лотов ячменного хлеба.

О причащении в древности. «Не только во времена апостольские, но и в течение вообще первых веков было в обычае ежедневное причащение христиан; по крайней мере, так было в некоторых Церквах. В североафриканской Церкви существовало такое обыкновение: в день воскресный, по принятии причащения, христиане брали частицы Евхаристии с собою на дом; этими частицами они и причащались ежедневно по утрам, во время утренней молитвы, пред началом дневного труда, освящая себя таким образом на целый день; к участию в этом домашнем причащении допускались и малые дети. Впоследствии, по разным причинам, христиане стали причащаться реже; пришли к мысли, что причащаться следует не иначе как после достаточного приготовления к этому делу. Уже Ипполит, современник Тертуллиана и Киприана (в III веке), писал сочинение на тему: «Нужно ли причащаться ежедневно или же лишь в известные времена?» В четвертом веке по вопросу о том, как часто следует причащаться, церковная практика очень разнообразилась. В Испании и Риме причащались, по большей части, ежедневно. В Египте предоставлялось личному усмотрению каждого христианина, следует ли причащаться запасными дарами, хранимыми на дому, ежедневно или через день. В Каппадокии принято за правило причащаться четыре раза в неделю: в воскресенье, среду, пятницу и субботу, а сверх того, в дни памяти мучеников. В иных местах, по-видимому, довольствовались причащаться раз в месяц – в первый воскресный день каждого месяца, или 12 раз в год. Относительно сирской Церкви IV века св. Иоанн Златоуст свидетельствует, что здесь большинство христиан причащались уже раз или два в году. С V века обычай ежедневного причащения, или принятия Евхаристии ежедневно утром прежде всякой другой пищи, более и более отходит в область собственно аскетической жизни, отходит в монастыри и пустыни». (Рассказы из истории христианской аскетической жизни. «Душ. чт.» Декабрь. 1883 г. Стр. 405–406.)

Глава 18. Жизнь другого старца, который спал со львами

За грехи наши мы стали рабами.

Авва Полихроний в другой раз рассказал нам еще об одном старце, жившем в монастыре аввы Петра, что он часто удалялся на берега св. Иордана и, оставаясь там, ложился спать в львином логовище. Однажды, найдя двух львят в пещере, он принес их в своем плаще в церковь.

«Если бы мы соблюдали заповеди Господа нашего Иисуса Христа, – сказал он, – то звери боялись бы нас. Но за грехи наши мы стали рабами, и теперь скорее мы боимся их».

И братия, получив большую пользу, удалились в свои пещеры.

Об авве Полихромии см. прим. к гл. 5.

О власти святых над зверями см. прим. к гл. 2-й.

О лавре Петра см. во введении и прим. к гл. 16-й.

Глава 19. Рассказ аввы Илии о себе самом

О, бедное человечество!..

Однажды я находился в пещере близ Иордана, – рассказал нам о себе авва Илия, воск, – чтобы не иметь общения с аввой Макарием, епископом Иерусалимским. В это время, приблизительно в шестой час дня (полдень), в сильнейший зной кто-то постучался ко мне в пещеру. Я вышел и увидел женщину.

– Что тебе надо? – говорю ей.

– Отец мой, и я провожу такую же жизнь, как и ты. Моя небольшая пещера не более как на расстоянии одного камня от тебя.

И она указала мне место несколько на юг.

«Проходя этой пустыней, – продолжала она, – почувствовала жажду от сильного зноя. Сделай милость, дай мне немного воды».

Вынеся кружку, я подал ей. Она напилась, и я отпустил ее. После ее удаления диавол воздвиг во мне плотскую брань и внушил нечистые помыслы. Изнемогая в борьбе и будучи не в силах погасить плотского разжжения, я, схватив посох, вышел из пещеры в такое время, когда от зноя самые камни раскалялись, и поспешил за женщиной, чтобы удовлетворить свою страсть. Я уже находился от нее на расстоянии не более одной стадии. Страсть пылала во мне. Вдруг я пришел в восторженное состояние и увидал, что земля разверзлась и поглотила меня. И вот я вижу: лежат мертвые тела, сгнившие, разложившиеся и испускающие нестерпимое зловоние… Кто-то, сияя святостью, указал мне на тела и сказал: «Это вот тело женщины, а это – мужчины. Удовлетворяй, как хочешь и сколько хочешь, свою страсть… И ради такого-то удовольствия – смотри, сколько подвигов желаешь ты потерять! Вот из-за какого греха желаете вы лишить себя Царствия Небесного! О, бедное человечество! За один час (греховного удовольствия) вы готовы погубить подвиг целой жизни?!» Между тем, от сильного зловония я упал на землю. Подойдя ко мне, явившийся мне святой муж поднял меня и укротил во мне брань. И я возвратился в свою келью, принося благодарение Богу».

Воски – особого рода отшельники. Более всего их было в Месопотамии; были примеры такого вида отшельничества в Палестине и Сирии, но только как единичные явления. Преподобный Ефрем Сирин говорит, что в его время горы и долы, пещеры и ущелья были наполнены отшельниками. (Твор. Ефр. Сир. V, 140.) Так явился особый вид отшельничества – кочевание. Подвижники, уже созревшие в обителях для высших подвигов, удалялись в пустыню и вели там кочевую жизнь, переходя с места на место. Покровом им служило небо, ложем – пустыня или пол одинокой пещеры. Они не употребляли пищи, приготовленной на огне, питаясь только кореньями и травами. Потому их называли восками, т. е. пасущимися на лугах в рощах. (Ефр. Сир. I, 26; II, 29.) По словам Созомена, их называли так потому, что они не имеют жилищ, не вкушают хлеба и вареной пищи и не пьют вина, но, обитая в горах, день и ночь славословят Бога молитвами и песнопениями, по уставу Церкви. Когда нужно было принять пищу, взяв серп, они отправлялись в горы и питались собранной травой. (Созом. VI, 33. Евагрий. I, 21.) – Прп. Илия воск подвизался близ обители Евнухов. О ней см. во введении.

Во время волнений, возбужденных спорами об Оригене, после смерти патриарха Петра на иерусалимскую кафедру возведен был Макарий «дерзостью монахов Новой лавры», которые держались оригенизма. Но император Юстиниан приказал низложить его и назначил Евстохия. Евстохий, по проискам оригенистов, также был низложен в 563 году и на его место вновь возведен Макарий, который и оставался патриархом до самой кончины, последовавшей в 573 году. Подозревая, как и многие другие в его время, патриарха Макария в оригенизме, авва Илия избегал общения с ним. Но Макарий при вторичном избрании осудил мнения Оригена. (Евагрий. IV, 37; V, 16.) См. прим. к гл. 4-й.

О борьбе с блудн. помыслами см. прим. к гл. 14-й.

Об экстазе и видениях см. прим. к гл. 51-й.

Стадия = 600 греч. или 625 римск. футов, или 125 шагов.

Глава 20. Обращение одного воина вследствие оказанной ему чудесной помощи

Спаси меня от злой смерти.

Один из отцов передал мне следующий рассказ воина, бывшего драконария: «Во время войны в Африке с мавританцами мы потерпели поражение от варваров и подверглись преследованию, во время которого многие из наших были убиты. Один из неприятелей настиг меня, – передавал он далее, – и уже поднял копье, чтобы поразить меня. Увидав это, я начал призывать Бога: «Господи Боже, – взывал я, – явившийся рабе Твоей Фекле и избавивший ее от рук нечестивых, избавь и меня от настоящей напасти и спаси меня от злой смерти. Я удалюсь в пустыню и проведу остаток моей жизни в уединении». И обернувшись, я уже не увидал никого из варваров. Немедленно удалился я в эту лавру Копраты. И вот, по милости Божией, прожил в этой пещере тридцать пять лет».

Драконарий – знаменосец, носивший знамя с изображением дракона.

Война, о которой говорит драконарий, происходила в 533–534 гг. Полководец Юстиниана Велизарий завоевал королевство вандалов в Африке. Говорят, что в царствование Юстиниана Африка потеряла до пяти миллионов жителей.

Мавритания – провинция в северной Африке; теперь – Марокко.

Память св. первомученицы Феклы – 24 сентября. О лавре Копрата см. во введении.

Глава 21. Смерть отшельника и его убийцы

Мы плакали об отшельнике.

Авва Геронтий, настоятель монастыря св. отца нашего Евфимия, рассказал мне следующее: «Трое нас, восков, находились по ту сторону Мертвого моря, близ Висимунта. Мы шли по горе, а один – ниже, по самому берегу моря. С ним повстречались сарацины, бродившие по тем местам. Они уже прошли мимо него, как вдруг один из них, вернувшись, отрубил голову отшельнику. Нам оставалось только издали смотреть на это, потому что мы были на горах. Мы еще плакали об отшельнике, как вдруг сверху спустилась птица на сарацина. Схватив, она подняла его вверх и затем бросила на землю, и сарацин разбился насмерть».

О лавре Евфимия Великого см. во введении.

При. Евфимий Великий родился в 376 году в армянском городе Мелитене, близ Евфрата, от знаменитых родителей Павла и Дионисии. Св. Острий, епископ города, по кончине Евфимиева родителя, усыновил его и воспитал сам. «Дух Божий, – говорил св. Острий, – почиет на сем отроке». На 29 году жизни он решился удалиться из родного города для полного уединения. Посетив в Палестине св. места, он первоначально поселился близ лавры Фаранской, в одной уединенной келье. Впоследствии, не в дальнем расстоянии от Иордана, в Кутилийской пустыне, при потоке того же имени, он основал свою лавру. Св. Евфимий достиг высокой степени духовного совершенства – и Бог прославил его разнообразными благодатными дарами: даром чудотворений, дарами прозорливости и пророчества.

Св. Евфимий был строгий подвижник: «Никогда мы не видали, – говорил один из его учеников, – чтобы старец когда ел, кроме субботы и воскресенья, входил с кем в сношение или с кем разговаривал. Никто также не видал, чтобы он ложился и спал на боку, обыкновенно он сидел и недолго дремал или несколько засыпал стоя, ухватившись обеими руками за веревку, привязанную к стене в одном углу. Как скоро веревка выпадала из рук, он просыпался. Таким образом, всю почти ночь он проводил в бдении и молитве, сопровождая ее сердечными воздыханиями и коленопреклонениями».

Скончался св. Евфимий в 473 году, на 97 году от роду. Подробнее о жизни св. Евфимия Великого см. в «Христианск. чтении» за 1824. Его жизнеописание составлено Кириллом Скифопольским.

Авва Геронтий после прп. Евфимия был пятым настоятелем Евфимиевой обители, вступив в управление ею в 557 году. Кирилл Скифопольский в своем жизнеописании св. Саввы Освященного упоминает об авве Геронтий, который рассказал ему об одном из чудес св. Саввы. «Он ныне настоятелем в обители св. Евфимия», – говорит Кирилл. Родом Геронтий был из Медавы, теперь Медеба, – в заиорданской стране. (См. Житие прп. отца нашего Саввы Освященного, изд. Прав. Пал. Общ. 1-й вып. Стр. 69.)

О нападениях сарацин нередко упоминается в жизнеописаниях св. подвижников, равно как и в «Луге Духовном».

Висимунт II, или Иесимон, пустынная местность на берегу Мертвого моря. Числ. XXI, 20; XXIII, 28. Втор. XXXIII, 10; 1 Пар. ХХIII, 19.

Глава 22. Жизнь старца Конона из обители св. Феодосия

Непрестанно трудился.

В монастыре св. отца нашего Феодосия архимандрита жил один старец по имени Конон, родом из Киликии. В течение тридцати пяти лет он соблюдал следующее правило: однажды в неделю вкушал хлеб с водою, непрестанно трудился и никогда не пропускал Божественной службы.

Глава 23. Жизнь инока Феодула

Никогда не спал на боку.

В том же самом монастыре мы видели другого старца, Феодула, бывшего прежде воином. Постясь все дни, он никогда не спал на боку.

К главам 22 и 23

О посте см. прим. к гл. 17.

Воздержание от сна было одним из подвигов строгого аскетизма. Древнейшие подвижники в Египте в течение целого ряда ночей отгоняли сон или стоянием на молитве, или усиленными трудами. Дорофей Фиваидский днем работал при постройках, а ночью занимался плетением пальмовых веревок. Не менее замечательны подвиги такого рода св. Макария Младшего и других подвижников. Иные никогда не ложились и только подкрепляли себя дремотою, сидя на скамье.

О значении слова «архимандрит» см. прим. к гл. 92-й.

О св. Феодосии см. прим. к гл. 4-й.

Глава 24. Жизнь одного старца, обитавшего в кельях Хузива

Трудился в течение целого дня.