Луг духовный: Достопамятные сказания о подвижничестве святых и блаженных отцов

На горе Сионской, кроме башни Давида, некогда пощаженной Титом, возвышались: базилика, построенная св. Еленой на месте Тайной вечери, превращенные в церкви темница апостола Петра и дом Каиафы, монастырь Неаса, настоятели которого находились в постоянной борьбе с Иерусалимскими патриархами, и великолепная базилика Пресвятой Девы, создание Юстиниана. Далее шли Вифлеем с его базиликой и монастырями. Более к югу Мамврийское плоскогорье служило основанием базилики, выстроенной св. Константином над гробницами ветхозаветных патриархов, и, наконец, в аравийских пустынях, близ Красного моря, у подножия Синайской горы, как передовой страж православия, стоял монастырь, выстроенный Юстинианом, в котором в то время пребывали три инока, прославившие его более, чем все щедроты императора: Анастасий Синаит, впоследствии Антиохийский патриарх, Григорий, настоятель синайский, возведенный Юстинианом II тоже на антиохийский престол, красноречие которого убедило даже Хозроя и его воинов возвратить часть захваченной ими военной добычи, и, наконец, преемник его на Синае Иоанн Лествичник, прозванный так по своей Лествице, написанной по просьбе Раифского епископа и сделавшейся духовным руководством и уставом для отшельников и монастырей Египта и Азии.

По кесарийской дороге, ближе всего к Иерусалиму, находилась базилика св. Стефана, свидетельница борьбы св. Саввы против императора Анастасия; немного далее церковь Пресвятой Девы, откуда уже открывалась паломнику башня Давида, а затем монастыри Евсторгия и Анастасия, из которых последний послужил убежищем для иноков лавры св. Саввы, изгнанных сарацинами.

В самом Иерусалиме к базилике гробницы Господней, оставшейся как по святости связанных с нею воспоминаний, так и по достойному их великолепному сооружению, средоточием христианства, примыкал патриарший дворец, выстроенный императрицей Евдокией, и обширный монастырь, основанный Илией, со знаменитой библиотекой, собранной епископом Александром. Далее, на месте, где прежде стоял дом свв. богоотец, возвышалась церковь, и в глубине одной из отдаленных улиц укрывалась церковь иаковитов, евтихианской секты, тогда весьма многочисленной в Александрии.

Преимущественно в середине сентября, к празднику Воздвижения животворящего Креста, прибывали в Иерусалим длинными вереницами караваны из Малой Азии, Персии, Африки и Аравии. Торговцы всех стран мира стекались сюда для сбыта самых разнообразных товаров. Лаодикийские купцы развертывали свои ковры, Смирна и Антиохия высылали свои парчи, Тир привозил свои холсты и художественно раскрашенные стекла, а Александрия отправляла свои тонкие льняные полотна и, в особенности, свертки шелковистой бумаги, быстро разбираемой многочисленными переписчиками, распространявшими аскетические произведения по всем палестинским монастырям. Армяне прибывали бесконечными караванами для обмена сырых произведений своих горных шахт на оружие и предметы роскоши. Жители Эфиопии, все еще державшие в своих руках внутренние пути Красного моря, привозили слоновую кость и, в особенности, столь необходимый для иерусалимских церквей ладан, цингийское золото в зернах, обработанный изумруд и пряности Индии. Китайские и индийские шелковые изделия поражали взор фантастичностью своих узоров, а соперничавшие с ними произведения императорских шелковых фабрик, наоборот, – правильностью рисунка и изображениями человеческих фигур и зверей. Арабские купцы Медины и Мекки прибывали со своими верблюдами и наполняли город привычным им криком и шумом. Они обменивали пряности и благовония своих стран на золотые изделия Иерусалима, иерихонские финики, сухие плоды Палестины и т. д…

Евреи, несмотря на императорские указы, шныряли среди этой толпы, вмешиваясь во все торговые сделки и, главное, меняя привезенные иностранные монеты на изящные римские, обращавшиеся везде, благодаря господствовавшему еще влиянию Рима. Тут же назойливые и жадные агенты казны с записями в руках вскрывали кипы привезенных товаров и взимали торговые пошлины, которые колебались от 1 до 50 процентов с цены.

После Иерусалима значительнейшим городом Палестины была Газа, которая, кроме своего торгового значения на границе пустыни и на пути к Красному морю и Египту, славилась своими школами, из которых вышли многие великие ученые; так, между прочим, Эней Газский, прославившийся своим сочинением, в котором он приемы философии применил к защите христианских истин; Зосима, преданный Зеноном смертной казни за участие в заговоре Илла; Прокопий, автор толкований на Библию, драгоценных по причине сравнения состояния Палестины при евреях и при Византийских императорах, и известного панегирика императору Анастасию; Харикий, его ученик и панегирист, сочинения которого по изяществу и совершенству формы соперничают с классическими произведениями древности, хотя уступают им в композиции и мысли вследствие общего литературного упадка; наконец, последний – преподаватель афинской школы Исидор Газский, ученые увлечения которого предполагали найти в Персии шестого века осуществление Платоновой республики из суровых монархий Киропедий и который в сопровождении других шести философов отправился ко двору Хозроя, но, по прошествии шести месяцев, слезно молил Юстиниана о разрешении возвратиться в Газу.

В соседнем с Газой Маиуме находилась церковь, построенная при Феодосии св. Зеноном, а в окрестностях монастыря, где Север Антиохийский встретился с Петром Иверийцем, – монастырь настоятеля Дорофея – и, наконец, по направлению к Египту – гробница св. Иллариона в его монастыре, затерянном среди прибрежных песков и болот.

Древняя митрополия Кесария включала церкви свв. Корнилия и Прокопия, гипподром, дважды самаритянами обагренный кровью, развалины которого сохранились доныне, наконец, обширную библиотеку с тридцатью тысячами книг, в числе которых находились подлинное Евангелие св. Матфея и зкзаплы, писанные рукою Оригена.

В Иоппии, Аскалоне, Панеаде, Тивериаде, Эммаусе, Вифсаиде, Кане и Капернауме были воздвигнуты базилики. Около Геннисаретского озера, у подошвы горы Насыщения 5000 человек, стояла обширная церковь св. Петра, сооруженная св. Еленой, которую паломник XII века (Зевульф) видел еще в целости. В Диосполе возвышалась со времен Юстиниана церковь св. Георгия; в Севастии гробницы Иоанна Крестителя и пророков Авдия и Елисея были обращены в церковь; в Неаполе, центре самаритянского населения, восстановлены были пять церквей, из которых одна на вершине Гаризима, а другая возвышала свой византийский купол над источником беседы Иисуса Христа с самаритянкой. В Скифополе, митрополии второй Палестины, рядом с епископским дворцом стояли две церкви, посвященные свв. Фоме и Василию, и немного далее в пустыне монастырь Енфенаневский и по-прежнему посещаемые Гадарские целительные источники. В Назарете привлекали паломников две обширные базилики и на лесистой вершине Фавора три церкви, построенные св. Еленой.

Таково было в конце шестого столетия внутреннее состояние Палестины. В то время как Египет и Киренаика были раздираемы религиозными распрями, а Сирия, Каппадокия, Вифиния и Фракия опустошаемы персами и аварами, Палестина пребывала в относительном спокойствии. Постоянно увеличивающийся приток паломников поддерживал в ней, несмотря на общее обеднение империи и тяжесть налогов, особенное благосостояние. Но грозная туча уже приближалась… («Палестина под властью христианских императоров» Альфонса Курэ. Спб., 1894 г. Стр. 121–128.)

V. Политическое положение Римской империи в конце VI века. Нравы

В то время как западная половина Римской империи уже окончила свое существование под ударами варваров, восточная продолжала существовать и в царствование Юстиниана достигла хотя и недолговременного, но значительного блеска. Тем не менее, положение и Восточной империи в конце VI столетия нельзя назвать счастливым. Хотя она и сохраняла еще большую часть земель у Средиземного моря и значительнейшие города Европы, Азии и Африки, но враги угрожали ей со всех сторон: лонгобарды – на западе, славянские и туранские народы – на севере и еще более – персы с Востока. В царствование же Юстиниана мы впервые слышим о турках… Впрочем, то не были те турки, которые до сих пор владеют Востоком. Турки, о которых мы говорим теперь, принадлежали к другой ветви туранского племени. В это же время на границах империи появился новый страшный враг – авары, против которых с напряжением всех сил боролся император Маврикий (582–602). Персы в это время достигли высшей степени своего могущества: при втором Хозрое, внуке Нуширвана, они были уже близки к покорению почти всех восточных провинций империи… С конца VI столетия начинается глубокий упадок Восточной империи… Печальному политическому положению соответствовал ужасный упадок нравственности во всех классах общества, особенно – в городах. Хотя христианские императоры и запретили уже гладиаторские бои, но цирк продолжал привлекать по-прежнему бесчисленные толпы. Заняв с рассвета места, зрители забывали все на свете и себя самих, следя с неописуемым напряжением, с утра до вечера, за лошадьми и колесницами, не обращая внимания на то, печет ли их солнце или мочит дождь. Смотря на то, как они, затаив дыхание, волновались противоположными чувствами ожидания, надежды, страха или безумной радости, судя по ходу ристаний, можно было подумать, что вся их судьба зависит от исхода скачек… В частной жизни предавались такой порочности, на которую лучше набросить покрывало, чтобы не оскорблять нравственного чувства читателя. Недаром лучшие люди того времени задыхались в отравленной пороком нравственной атмосфере и спешили в пустыню…

VI. Монеты, упоминаемые в «Луге Духовном»

Фоллера равнялась 1/4 асса. Асс на наш счет = 15 коп. серебром.

Керата = 18 коп. и составляла половину милиаризия.

Милиаризий, иначе драхма, = 35 коп. серебром.

Обол = 4–5 коп. серебром.

Нумул = 3 оболам.

Динарий серебряный = 21 коп. Золотой = 25 серебряным.

Номисма = 4 руб. 20 коп.

Фунт, или литра, золота содержит в себе 84 1/2 золотника.

VII. Хронологическая таблица

Полагая год смерти блаженного Иоанна Мосха в 622 году, предполагая, что он скончался в почтенной старости, мы, при перечислении современных ему событий, ограничимся пределом времени от половины VI столетия до 622 года.

VIII. Об изданиях «Луга Духовного»

В первый раз издан был «Луг Духовный» на итальянском языке. Переводчик неизвестен. Об этом издании упоминает Веронский епископ Липоман.

На латинском и греческом языках издан был Дуцеем в Auctario Bibl. patrum, Paris, 1624 г., т. II, 1057, и в «Библиотеке Отцов», Paris, т. XIII.

Котельер напечатал весь подлинный текст со своим латинским переводом, Paris, 1681 г. во втором томе Monumentorum Ecclesiae Graecae, 341–450.

Первое издание на славянском языке появилось в 1628 г. в Киеве.

Преосв. Филарет Черниговский издал свой перевод «Духовного Луга» в 1848 году. Переводу предпослано введение «О сочинителе Духовного Луга и о самом Луге». В конце приложены объяснительные примечания. При всех своих достоинствах, перевод не всегда верен подлиннику. Некоторые главы опущены.

Наш перевод сделан вновь, с греческого подлинника, по изданию Миня: Patrologiae Cursus completus. Т. LXXXVII. 2845–3116.

ЛУГ ДУХОВНЫЙ

Иоанн Мосх – возлюбленному о Христе Софронию Софисту

Возлюбленный, что может быть приятнее зрелища, которое представляет собою весенний луг, испещренный разнообразными цветами? Прохожие невольно останавливаются, пораженные разного рода впечатлениями: глаза не могут достаточно налюбоваться созерцанием красоты, обоняние – насладиться дивным благоуханием. Здесь розы сверкают своей красотой, там – лилии, соперничающие с самими розами; тут же цветущие фиалки, точно царская багряница. Что за разнообразие, что за дивная пестрота в этом мире цветов! Как со всех сторон поражает путника красота зрелища и ароматический запах, сливаясь в одно общее впечатление чудного наслаждения! Вот с таким же удовольствием прими и настоящий труд, благодатное и верное чадо Софроний! Ты найдешь в нем добродетели св. мужей, просиявших в наше время, насажденных, по слову псалмопевца, близ источников водных. Хотя и все они одинаково боголюбезны, однако один наиболее украшен особенной какой-нибудь добродетелью, другой – иною. Отсюда – духовная красота их и благолепие. Срывая из цветов неувядающего луга наиболее прекрасные, я сплел для тебя венок и подношу его тебе, вернейшее чадо, а чрез тебя и всем. По этой-то причине и этот труд я назвал «Лугом»: каждый может найти в нем духовное наслаждение, благоухание и пользу. Добродетельной жизни и нравственному усовершенствованию способствует не только размышление о божественных предметах, правая вера и твердость в ней, но также и описание святой жизни других. Поэтому в восполнение твоей любви ко мне, чадо, я предпринял этот труд, сделав возможно полное и верное собрание цветов; подобно мудрой пчеле, я описывал, избирая особенно душеспасительные подвиги отцов. Итак, начну свое повествование.

Глава 1. Жизнь св. старца Иоанна и о пещере «Сапсас»

Малая пещера – больше горы Синая.

Жил один старец, по имени Иоанн, в пустыне аввы Евсторгия. Архиепископ Иерусалимский св. Илия хотел его поставить игуменом монастыря, но старец отказался, говоря: я хочу отправиться на гору Синай для молитвы. Архиепископ настаивал, чтобы он сперва сделался игуменом и потом уже отправился. Старец не согласился, и архиепископ отпустил его, взяв обещание, что он примет игуменство по своем возвращении. Простившись таким образом с архиепископом, старец отправился в путь к горе Синай. Взял с собой и своего ученика. Но только что он перешел Иордан и прошел не более версты, как вдруг почувствовал озноб и жар. Дальнейшее путешествие стало невозможно. Путники нашли небольшую пещеру и вошли в нее, чтобы успокоиться старцу. Болезнь настолько усилилась, что старец не мог уже двинуться, и в пещере пришлось пробыть три дня. Тогда старец во сне услышал голос кого-то, говорящего ему:

– Скажи мне, старец, куда ты стремишься?

– На гору Синай, – отвечает старец явившемуся.

– Советую тебе не уходить отсюда, – говорит незнакомец.

Однако не удалось уговорить старца, и явившийся ему удалился. Между тем, горячка усилилась. В следующую ночь тот же самый, в прежнем виде, предстал старцу.

– Зачем ты, старец, желаешь страдать? Послушайся меня и не уходи отсюда.

– Но кто же ты сам? – спросил старец.

Я Иоанн Креститель, – отвечал явившийся, – и вот почему убеждаю тебя не уходить отсюда: эта малая пещера больше горы Синая. Итак, дай мне слово остаться здесь, и я исцелю тебя.

Услыхав это, старец с радостью обещал остаться в пещере. Немедленно получив исцеление, старец действительно пребыл в пещере до конца дней своих. Устроив из пещеры той храм, он собрал братию. Это место и называется Сап-сас. Близ него, с левой стороны, протекает поток Хорив, на противоположной стороне – Иордан. Сюда был послан Илия Фесвитянин во время бездождия.

Блаженный Илия, родом араб, был патриархом в царствование императора Анастасия (491–518 г.). В то время христианский мир глубоко взволнован был ересью Евтихия, или монофизитством. Монофизиты учили, что в Господе Иисусе Христе человеческое естество было поглощено Божеством и потому в Нем следует признавать только одно Божеское естество. Это учение было осуждено на Четвертом Вселенском соборе, в 451 году, в Хажидоне, но смуты долго еще не прекращались. В Сирии и Палестине евтихиане производили бунты и возмущали народ. Мир пустынных обителей был нарушен. Дело не раз доходило до кровопролития… Император Анастасий не признавал Халкидонского собора и за верность православию отправил Иерусалимского патриарха Илию в ссылку в Айлу, крайний южный город Палестины, в глубину залива Красного моря.

Иоанн был иноком и пресвитером, состарившимся в иерусалимской обители Евсторгия. Зная его добродетельную жизнь, патриарх Илия хотел было назначить его игуменом этой обители, но смиренный инок желал уклониться от этой чести. Местечко Сапсас находится по ту сторону реки Иордан, не в дальнем от него расстоянии, не более версты. Здесь-то и возникла знаменитая лавра св. Иоанна Предтечи. О преподобном Иоанне см. также Пролог, февраля 24.

Монастырь недавно стал возобновляться: вокруг него сделана почти вся новая стена и создано несколько новых зданий; есть, однако, и остатки древнего здания церкви. Есть на новом остатки древних фресок. «Краткое описание путешествия во св. град Иерусалим и прочие св. места, в 1881 г.». «Душеп. Чт.», фев., 221.

О путешествиях с благочестивой целью см. прим. к гл. 100-й.

Глава 2. О старце, питавшем львов в своей пещере

Без трепета встречал львов.

В той же самой местности Сапсас жил другой старец, достигший столь великого духовного совершенства, что без трепета встречал львов, приходивших к нему в пещеру, и кормил их на своих коленах. Столь великой Божественной благодати исполнен был человек Божий!

О власти святых над зверями сохранилось много рассказов не только в «Луге Духовном», но и в других повествованиях о жизни св. подвижников. Тайна этой власти объясняется в 18-й главе «Луга Духовного»: «Если бы мы соблюдали заповеди Господа нашего Иисуса Христа, то звери боялись бы нас. Но за грехи наши мы стали рабами, и теперь скорее мы боимся их». В 107 главе, после трогательного рассказа о привязанности льва к прп. Герасиму, в заключении говорится: «Вот что произошло – не потому, чтобы лев имел разумную душу, но по воле Бога, прославляющего прославляющих Его не только при жизни, но и по смерти их и показавшего нам, в каком послушании находились животные у Адама, прежде чем он преступил заповедь Божию и был изгнан из рая сладости».

«Из Нитрийской пустыни пришли два инока к одному отшельнику, наслышавшись о его добродетельной жизни. Хотя они пришли из дальней и чужой стороны, но, живя с ним некогда в одном монастыре, сохранили прежнюю приязнь. Долго они искали его, наконец, нашли в пустыне близ Мемфиса. Не уклонился он от свидания с прежними друзьями и провел с ними три дня. На четвертый день он пошел проводить их, и вот, навстречу им идет огромная львица. Зверь приблизился и после как бы небольшого раздумья пал к ногам отшельника. Вид зверя явно показывал, что у него было большое горе… Все были тронуты, особенно тот, к кому обратился зверь. Пошли за львицею. Она шла впереди, то озираясь, то останавливаясь и таким образом как бы давая знать, чтобы отшельник шел, куда ведет она. Пришли к логовищу зверя. Там у нее было три львенка-подростка, родившихся слепыми. Она выносила одного за другим и клала к ногам отшельника. Тогда святой увидел, чего ожидает от него львица. Призвав имя Божие, он коснулся рукою слепых глаз львят. Слепота прошла, и глаза их раскрылись… Львица через пять дней возвратилась к благодетелю своему и принесла ему в дар шкуру неизвестного зверя. Св. муж не отверг ее дара, как посланного, по его разумению, другим Подателем, и часто надевал на себя шкуру». (Из Сульпиция Севера – в «Разговорах о восточных отцах».)

В жизнеописании прп. отца нашего Саввы Освященного: «Некогда, как сей св. старец шел из Рувы к Иордану, на то место, где растет тростник, встретился с ним величайший хромающий лев. Припав к Савве, он показывал ему свою лапу и знаками просил его оказать вспоможение. Отец наш Савва, видя страдания зверя, сел и, взяв его лапу, вынул из нее вонзившуюся спицу. Лев, получив облегчение, встал и начал ходить. После сего, в продолжение четыредесятницы, он сопутствовал старцу и охотно служил ему. Освященный старец имел тогда при себе некоторого ученика, родом сирианина, по имени

Флаис. Сей ученик для услуги имел у себя осла в Руве, в нижней ее стране. Савва, послав некогда сего ученика для исполнения своего поручения, приказал льву стеречь осла его. Лев поутру брал ртом узду осла, уходил с ним и пас его весь день, а к вечеру поил его и возвращался с ним. По прошествии нескольких дней, когда лев продолжал исполнять свою службу, Флаис, посланный для исполнения возложенного на него дела, вознерадев о своем спасении или, может быть, чем-нибудь возгордившись и посему будучи оставлен Богом, пал в грех. Точно в сей же самый день лев умертвил осла и съел его. Флаис, узнав о сем, увидел, что грех его стал причиною, по которой погиб осел. Посему не смел явиться к старцу, но предался отчаянию, пошел в свое селение и там оплакивал грех свой. Но божественный старец, подражая Господнему человеколюбию, не презрел его, но, по долговременном искании, нашел его, наставил, преклонил к Богу и таким образом восставил его от падения». Изд. Пр. Палест. Общества. § 49. Спб. 1885.

См. также рассказ в 107-й главе «Луга Духовного».

Глава 3. Жизнь Конона, пресвитера монастыря Пентуклы

«Будь тверд и терпи!»

Мы пришли в лавру св. отца нашего Саввы к Афанасию. Один старец рассказал нам: «Пришлось быть нам в монастыре Пентуклы. Там был старец Конон, киликиянин. Сперва в качестве пресвитера он служил при совершении таинства крещения, а потом ему, как великому старцу, поручили самому совершать крещение, и он стал помазывать и крестить приходивших к нему. Всякий раз, как приходилось ему помазывать женщину, он приходил в смущение и даже по этой причине вознамерился уйти из монастыря. Но тогда является ему св. Иоанн и говорит: «Будь тверд и терпи, и я избавлю тебя от этой брани». Однажды пришла к нему для крещения девица персиянка. Она была так прекрасна собой, что пресвитер не решался помазать ее св. елеем. Она прожила два дня. Узнав об этом, архиепископ Петр был поражен этим случаем и решил было уже для сего дела избрать диакониссу, но не сделал этого, потому что не дозволял закон. Между тем, пресвитер Конон, взяв свою мантию, удалился со словами: «Я не могу более здесь оставаться». Но едва взошел на холмы, как вдруг встречает его Иоанн Креститель и кротко говорит ему: «Возвратись в монастырь, и я избавлю тебя от брани». С гневом отвечает ему авва Конон: «Будь уверен – ни за что не вернусь. Ты не раз обещал мне это и не исполнил своего обещания». Тогда св. Иоанн посадил его на один из холмов и, раскрыв его одежды, трижды осенил его крестным знамением. «Поверь мне, пресвитер

Конон, – сказал Креститель, – я желал, чтобы ты получил награду за эту брань, но так как ты не захотел, я избавлю тебя от брани, но вместе с тем ты лишаешься и награды за подвиг». Возвратившись в киновию, где совершал крещение, пресвитер наутро, помазав елеем, окрестил персиянку, даже совсем и не заметив того, что она была женщина. После того в течение 12 лет пресвитер совершал помазание и крещение без всякого нечистого возбуждения плоти, даже не замечая, что пред ним – женщина. И таким образом скончался».

При. Афанасий, подвизавшийся в лавре Саввы Освященного, жил в VI веке. Он отличался даром назидания. См., напр., главу 130-ю Луга Духовного.

Киликия – провинция в Малой Азии.

Иерусалимский архиепископ Петр, «муж отличных добродетелей», по словам епископа Феодора, занимал патриарший престол в Иерусалиме с 524 до 546 года или, по другому мнению, до 550 года. Монофизитские волнения в Церкви еще не прекращались. Император Юстиниан, по просьбе палестинских иноков, приказал собрать собор в Константинополе, на котором окончательно были осуждены крайние приверженцы монофизитства. Соборные постановления были доставлены иноками Петру, который выслушал и принял их в созванном им в Иерусалиме поместном соборе, почти в присутствии всех палестинских епископов, в 536 году.

В древности как мужчины, так и женщины крестились нагими. (Послан. Иоанна Златоуста к Иннокентию. Т. IV, Стр. 596. Августин: «О граде Божием», кн. 22, гл. 6). Перед крещением совершалось, как и теперь, помазание елеем. (Кирилл Иерусалим. Оглаш. 2, § 3. Шестая беседа Иоанна Златоуста на послание к Колос. 200.) При крещении жен, согласно постановлению императора Юстиниана, прислуживали обыкновенно диакониссы (Новел. 6, гл. 6). По правилам апостольским, диакон, при крещении жен, помазывал только чело, после чего совершали помазание диакониссы (Книга 3, гл. 15). Но патриарх не счел удобным поставить диакониссу в помощь Конону, дабы не нарушить обычая, не допускавшего пребывание женщин в обители. Об авве Кононе см. главу 15 «Луга Духовного». Память его 19 февраля.

Преподобный Савва Освященный родился около 436 или 437 года в Каппадокии, в селении Муталаске. Восьми уже лет он удалился в обитель прп. Флавиана, в 20 стадиях от Муталаски. Под мирным покровом обители он вырос и развился; там сложились его убеждения и определилось его религиозно-нравственное настроение. Во Флавиановой обители он прожил около 10 лет, и у него явилось горячее желание поклониться св. местам в Иерусалиме.

Прибыв в Палестину, он вскоре поступил, по указанию великого Евфимия, под руководство блаженного Феоктиста. «Он всего себя предал Богу, – говорит его жизнеопи-сатель Кирилл. – Все, что принадлежало ему как собственность, он отдал в руки Феоктиста и посвятил себя на всякий труд подвижника; проводя дни и ночи в телесных трудах, он в основание и начало своей жизни полагал смирение и послушание. Будучи способен и весьма ревностен к божественной службе, он прежде всех входил в церковь и после всех выходил из нее. При великих душевных силах он и телом был велик и силен. Почему, когда все монахи рубили в пустыне только по одной связке прутьев для корзин и носили в киновию, Савва рубил и носил по три. Сверх этого, иногда носил для других воду и дрова и таким образом старался всем услужить». Видя его необыкновенные подвиги, великий Евфимий всей душой полюбил св. Савву и прозвал его юным старцем. По кончине Евфимия Савва, желая полного уединения, удалился в дикую пустыню Рува. Там он прожил совершенно один четыре года, питаясь дикими травами, корнями растения мелагра и сердцевиною тростника.

По указанию свыше, он поселился в пещере над потоком Кедронским, в семи часах ходьбы от Иерусалима. Пещера находилась на высокой горе и как бы висела над пропастью, так что подвижник поднимался на гору по веревке, которую укрепил при входе в пещеру. Здесь он прожил пять лет в совершенном уединении. Ему уже было 45 лет. Далеко разнеслась молва о великом подвижнике – и к нему собралась братия, около 70 учеников, в числе которых были: Иоанн, Иаков, Фирмин, Севериан, Юлиан и другие. Жизнеописатель называет их «ликом ангелов, дружиною воинов Христовых, гражданами селения Божия». Число братии быстро увеличивалось. Так возникла знаменитая Великая лавра. Кроме Великой лавры, св. Савве обязаны своим основанием и другие, впоследствии славные, обители: Кастеллийская, Никопольская, Новая лавра, Пещерная, Схолариева, Семиустная… Возможно ли изобразить подвиги св. Саввы для спасения своих братий, для защиты христианской истины среди волнений, обуревавших в то время христианский мир из-за ересей и расколов?! Бог увенчал великого подвижника изобильным даром чудотворений.

Однажды в Иерусалиме, куда, чувствуя приближение кончины, он пришел, чтобы проститься со св. местами, его настиг тяжкий недуг. Лишь только патриарх узнал об этом, как сам поспешил к нему и, увидав великого старца, томившегося на рогоже, перенес его в свои палаты и сам ходил за ним, как любящий сын. По усиленной просьбе старца он отпустил его в обитель. Проведя там четыре дня в совершенном уединении и безмолвии, совсем не принимая пищи, он в субботу причастился Св. Тайн и тихо отошел ко Господу со словами: «Отче, в руки Твои предаю дух мой!» Это было 5 декабря 531 года. Таков был св. Савва, сей земной ангел и небесный человек!..

О Великой лавре св. Саввы см. во введении.

Одежда – μηλωτ́αριον, мантия, верхняя шерстяная одежда.

Об одежде иноков см. прим. к гл. 51-й.

О борьбе с нечистыми помыслами см. прим. к гл. 14-й.

Об обители Пентуклы см. во введении.

Глава 4. Видение аввы Леонтия

Леонтий, настоятель киновии св. отца нашего Феодосия, рассказал нам: «После того как иноки из Новой лавры были изгнаны, я пришел в эту лавру и остался в ней. Однажды в воскресный день я пришел в церковь для приобщения Св. Тайн. Войдя в храм, я увидел ангела, стоящего по правую сторону престола. Пораженный ужасом, я удалился в свою келью. И был глас ко мне: «С тех пор как освящен этот престол, мне заповедано неотлучно находиться при нем».

Преподобный Феодосии Великий родился около 425 года по P. X. в Каппадокии, в селении Могарион. С ранних лет почувствовал он призвание к подвижнической жизни. Благочестивые родители не препятствовали его склонности. С благословениями они отпустили его во св. землю. Путь его лежал через Антиохию. Там стоял еще на столпе, изумляя мир величием своего подвига, св. Симеон столпник. Лишь только Феодосии приблизился к столпу св. Симеона, как великий подвижник воскликнул: «Добрый путь тебе, человек Божий Феодосии», – и позвал его к себе на столп. Потрясенный до глубины души Феодосии пал к ногам великого Симеона. Подняв юношу, столпник обнял и облобызал его и, благословляя, предсказал ему, что он будет пастырем словесных овец.

С каким восторгом и умилением Феодосии увидел и поклонился св. местам в Иерусалиме! На Голгофе у подножия Креста Христова он окончательно решился вступить на путь подвижничества. Близ Иерусалима, при столпе Давида, подвизался великий старец по имени Лонгин, славившийся святостью жизни. Под руководство этого-то старца и стал Феодосии. Долгое время жил он при старце до тех пор, пока, исполняя его волю, не принял пресвитерского сана и не отправился на служение в место, называемое Ветхое седалище. Но его душа жаждала уединения, и вот в гористой фекойской пустыне он нашел гору, которая ему очень полюбилась; с вершины ее открывался обширный вид на далекое пространство: Вифлеем, Иерусалим, Иордан, Мертвое море… Там-то он и поселился в обширной пещере, в которой останавливались волхвы, приходившие на поклонение Богу воплотившемуся. Началась великая подвижническая жизнь: молитва непрестанная, стояние всенощное, изумительный пост, слезы, лившиеся из глаз, как из источника…

Тридцать лет прожил великий подвижник в пещере, и около него собралась братия. Только после долгих колебаний он решился стать руководителем других. «Человек должен жить не для одного себя, но и для ближних, и даже больше для них. Иноческая жизнь состоит не в телесном уединении и безмолвии, но в благонастроении души, в самособранности духа, в безмятежии и спокойствии сердца…» Вспомнил он при этом и предсказание великого Симеона. По указанию свыше он устроил обитель близ своей пещеры. В основание внутреннего устройства положил он начала общежития, почему и называется киновиархом. Дивно устроил он свою обитель, сделавшуюся образцом для других киновий… «О, какой муж! – восклицает жизнеописатель Кирилл. – Весь принадлежит другим и в то же время себе; спокойный посреди обременявших его забот и всегда одинакового расположения духа, внимательный к другим с нежною к ним любовью, к себе же с необычной строгостью, заботясь телом и душой о спасении ближнего, но и не забывая собственной души».

Во время волнений, произведенных монофизитством, св. Феодосии явился, вместе со св. Саввою, ревностным поборником правой веры, за что и подвергся изгнанию со стороны императора Анастасия. Вернувшись из ссылки после смерти Анастасия, он продолжал свои подвиги. Бог прославил его дивным даром чудотворений.

Под конец жизни св. Феодосии впал в тяжкую болезнь и с бодрым духом и благодарностью за Божие посещение переносил свой недуг. В час кончины блаженный старец воздел руки к небу и зашевелил устами, как бы вступая в беседу с Богом в дивном восторге; потом сложил крестообразно руки на груди и тихо почил в Господе. Это было на 106 году его жизни, в 592 году, 11 января. Необыкновенно было его погребение: прибыл сам патриарх Петр со всем клиром, девяностодвухлетний старец, также великий подвижник и друг Феодосия, св. Савва Освященный и многое множество народа. Необычное и сильное движение поднялось во храме, когда началось последнее прощание с почившим…

О киновии св. Феодосия см. во введении.

О Новой лавре см. во введении.

Прп. Леонтий был игуменом киновии прп. Феодосия в VI в. Он стоял на высокой степени нравственного совершенства.

«После того как иноки из Новой лавры были изгнаны», μετα τò διωχθńναι τοùς νεοūς λαυρŋτας εκ της νεας λαùρας. Начиная С 520 года, обители Палестины были возмущены спорами о некоторых мнениях Оригена, знаменитого александрийского учителя III века, именно – о предсуществовании душ, о переселении их после смерти, о вечности мучений и др. Оригенизм зародился среди иноков Новой лавры. Во главе оригенистов стал инок Нонн, мистического образа мыслей, одаренный восторженным красноречием. Скоро оригенизм распространился и в других обителях Палестины. Однако среди иноков явились и ревностные противники оригенизма. Началась ожесточенная борьба, сопровождавшаяся взаимными укоризнами, побоищами и кровопролитием. Патриархи Иерусалимский и Антиохийский не в силах были сладить со смутами. Тогда император Юстиниан (527–565) написал письмо к Константинопольскому патриарху Мине, в котором, порицая мнения Оригена, предлагал патриарху собрать поместный собор. На патриарший престол в Иерусалиме в то время возведен был, по указанию настоятеля лавры св. Саввы Конона, бывший эконом александрийской церкви Евстохий (544–563). Евстохий послал своими представителями на собор настоятеля монастыря св. Феодосия и епископов Руфии, Тивериады и Созузы. На поместном соборе под председательством патриарха Мины мнения Оригена были осуждены и против них произнесено 15 анафем. (Ист. Христи-анск. Церкви. Соч. Робертсона. Т. 489. См. прим.) Получив соборные постановления, патриарх Евстохий в течение восьми месяцев тщетно уговаривал оригенистов отказаться от своих заблуждений. Иноки Новой лавры не хотели слушать никаких вразумлений. Тогда патриарх послал против Новой лавры правителя Анастасия с отрядом войска. Лавра взята была приступом, иноки ее были изгнаны из Палестины, а взамен их водворены православные иноки из наиболее известных обителей Палестины. В числе их был Кирилл Скифопольский, составивший впоследствии жизнеописания великих подвижников Палестины. (Лет. ц. соб. архимандр. Арсения. Спб, 1880. Стр. 226–228. Ист. св. гр. Иерусалима. – соч. Муравьева, ч. I.)

Глава 5. Рассказ аввы Полихрония о трех иноках

Хорошо ты делаешь, брат, заботясь о своей душе!

Авва Полихроний, пресвитер Новой лавры, рассказал нам: «В иорданской лавре Башен я заметил, что один из находившихся там братий был нерадив о себе самом и никогда не выполнял правила воскресного дня. Спустя немного времени вдруг вижу, что этот брат, столь нерадивый прежде, подвизается со всей ревностью и с большим усердием.

– Хорошо ты делаешь, брат, заботясь о своей душе, – говорю ему.

– Авва, – отвечал он, – мне скоро придется умереть.

И действительно, чрез три дня он скончался».

Тот же авва Полихроний рассказал мне: «Однажды я находился в лавре Башен. Там скончался один брат. Эконом обратился ко мне со словами:

– Брат, сделай милость, приди перенести со мною пожитки покойного в кладовую.

Начали переносить – вижу: эконом плачет.

– Что с тобою, авва? О чем ты так плачешь? – спрашиваю его.

– Сегодня, – отвечает он, – я переношу пожитки брата, а чрез два дня другие будут переносить мои.

Так и случилось. На другой день эконом скончался, как и говорил».

Об обители Башен см. во введении.

Авва Полихроний подвизался близ Иордана и жил в разных обителях – Башен, преподобного Петра, Пентуклы и других, пока не поселился в Новой лавре, где он был пресвитером. Сам ревностный подвижник, он с любовию изучал жизнь и подвиги великих старцев и в особенности старался замечать проявления благодатной силы, жившей и действовавшей в великих подвижниках, равно как и их советы и наставления. Поэтому он многое из жизни св. отцов мог рассказать Иоанну Мосху и его спутнику.

Глава 6. О звезде, шедшей над умершим иноком

Звезда шла над умершим.

Пресвитер авва Полихроний рассказывал нам слышанное им от аввы Константина, игумена монастыря Пресвятой Марии Богородицы, Нового: «Один из братий умер в больнице иерихонской. Мы взяли его тело и понесли в монастырь Башен для погребения. С того мгновения, как мы вышли из больницы, до самого монастыря звезда шла над умершим и была видна до тех пор, пока мы не предали его земле».

О киновии Пресвятой Богородицы, называемой Новою, см. во введении.

О лавре Башен см. во введении.

Прп. Константин жил в VI веке и был почти современником Иоанна Мосха. Он так прославился св. жизнью, что новую киновию Пресвятой Богородицы, которой он управлял, называли иногда монастырем аввы Константина. См. гл. 218-ю «Луга Духовного».

Глава 7. О жизни и кончине старца, отказавшегося от настоятельства в монастыре Башен

Что будет угодно Богу, то и совершу!

В том же монастыре Башен жил один старец. После кончины прежнего игумена настоятели и остальная братия обители желали его избрать игуменом, как великого и богоугодного мужа. Старец умолял их отказаться от этого. «Оставьте меня, отцы, оплакивать мои грехи. Я вовсе не таков, чтобы заботиться о душах других. Это дело великих отцов, подобных авве Антонию, Пахомию, св. Феодору и другим». Однако не проходило дня, чтобы братия не убеждали его принять игуменство. Старец продолжал отказываться. Наконец, видя, что братия неотступно просят его, сказал всем: «Оставьте меня помолиться три дня, и что будет угодно Богу, то и совершу». Тогда была пятница, а в день воскресный рано утром старец скончался.

«Это – дело великих отцов, подобных авве Антонию, Пахомию, св. Феодору и другим».

Св. Антоний – основатель пустынножительства и иночества. Родился в Египте в 251 году. Его родители были люди благородные и богатые. Отличаясь благочестием, они воспитывали своего сына в страхе Божием. Двадцати лет Антоний лишился своих родителей, оставивших ему богатое наследство. Однажды он вошел в церковь. Первые слова, которые он услышал, поразили его в самое сердце. «Если хочешь быть совершен, иди, продай имение свое и раздай нищим; и будешь иметь сокровище на небесах, и поди, и следуй за Мною». Раздав все свое имущество бедным, он поручил свою сестру благочестивым женщинам и решился совершенно посвятить себя Богу. Поселившись вначале в пустыне близ одного старца, он впоследствии, ища полного уединения, переплыл реку Нил и поселился в пещере. Тогда ему было 35 лет. Начались великие подвиги, изобразить которые было только под силу великому Афанасию… По прошествии 20 лет подвижнической жизни Антоний достиг светлого и благодатного состояния духа, и тогда многие стали посещать его: одни – для назидания, другие – для иноческой жизни под его руководством. Стали образовываться монастыри, в которых жило по несколько братий вместе. Другие подвижники жили отшельниками в одиноких кельях. Прожив долгое время со своими учениками, Антоний снова взалкал уединения и, по указанию свыше, пришел в пустыню близ Красного моря.

Св. пустынножитель скончался в 355 году на 105-м году своей жизни. Проведя 85 лет в пустыне, Антоний за все это время только два раза появлялся в Александрии: один раз для укрепления христиан во время гонения Максимиана, в другой раз для защиты истины против Ария. Бог прославил великого подвижника дивным даром чудотворений и пророчества.

«Вся протекшая жизнь моя, – говорит о себе сам Антоний, – была не что иное, как непрестанный плач о грехах моих» (письмо 7-е).

«Имя человека, – говорит св. Афанасий, – скрывшегося в неизвестных и непроходимых пустынях, Бог прославил в Африке, Испании и Галлии, Италии и в самом Риме».

Подробнее об Антонии Великом см. книгу: «История православного монашества на Востоке». Москва, 1854 г. 4.1. Стр. 108 и далее.

О горе св. Антония см. прим. к гл. 133-й.

Начало иноческой жизни положил Антоний Великий, но он не давал внешних правил для жизни иноческой, заботясь, главным образом, о внушении живого, искреннего и глубокого благочестия. Но впоследствии, с умножением числа иноков, оказалась настоятельная потребность в таких правилах и учреждениях, которые могли бы поддерживать и укреплять слабую волю в борьбе с искушениями. Большая часть иноческих правил составлены были Великим Пахомием. «Вначале, как я стал монахом, – говорил Антоний одному из учеников Пахомия, – не было ни одной киновии (или общежительного монастыря) для воспитания других, но каждый из прежних иноков подвизался сообразно своему духовному стремлению. Великую услугу оказал отец ваш, собрав и устроив такое множество братий». С того времени образовались два вида пустынножительства: одинокие отшельники и жители киновии.

Великий подвижник св. Пахомий скончался 57 лет от роду, в 348 году. О нем см. в книге: «Ист. прав, монашества на Востоке». Ч. I. Стр. 122–193.

Феодор был учеником св. Пахомия. Он пришел к нему в монастырь 14-ти лет. Пахомий горячо любил его и называл сосудом избранным, полным Св. Духа. О нем см. там же, стр. 200 и далее.

Глава 8. Жизнь аввы Мирогена

Помолись за меня, отче, чтобы мне избавиться вечного мучения.

В той же лавре Башен был один старец по имени Мироген, который от великой строгости жизни заболел водянкой. Его постоянно навещали старцы, чтобы ходить за больным. «Молитесь лучше обо мне, отцы, – говорил больной, – чтобы внутренний человек мой не страдал водянкой. Я же молю Бога, чтобы Он продлил мою настоящую болезнь».