Луг духовный: Достопамятные сказания о подвижничестве святых и блаженных отцов

В кельях Хузива жил один старец. Старцы того места рассказывали нам о нем следующее. Живя еще в своем селении, он поступал таким образом: если случалось ему видеть, что кто-либо из односельчан по бедности не мог засеять своего поля, он выходил ночью, так что этого не знал и сам хозяин поля, и, взяв свой скот и свои семена, засевал поле другого. Таким же состраданием отличался старец, когда удалился в пустыню и стал жить в кельях Хузива. Он выходил на дорогу, ведущую от священного Иордана к святому граду, взяв с собою хлеба и воды. Замечал ли кого-либо утомившимся – он брал его ношу и провожал до св. горы Елеонской. Возвращаясь обратно по той же дороге – нес тяжести другим до Иерихона. Можно было видеть иногда, как старец обливается потом под большой тяжестью или несет на плечах одного, а иногда и двоих отроков. Иногда он сидел за починкой износившейся мужской или женской обуви, для чего брал с собою необходимые орудия. Одних поил водою, которую носил при себе, других кормил хлебом. Встречал ли нагого – снимал с себя одежду и отдавал ему. Можно было видеть, как он трудился в течение целого дня. Случалось ли ему находить мертвого на дороге – он совершал над ним чин погребения и хоронил.

О Хузивской обители см. во введении.

Дорога от Иерусалима в Иерихон, крутая и узкая, пробитая через обрывистое ущелье, была страшно утомительна и очень опасна из-за разбоев. На половине пути стоял хан (гостиница), упоминаемый в притче о благодетельном самарянине. По этой дороге Господь совершил Свое последнее путешествие в Иерусалим.

Глава 25. Об одном из братии монастыря Хузива и о силе слов св. возношения

Опечалился при мысли, не оскорбил ли он каким-либо грехом Св. Духа.

Авва Григорий, из схолариев (один из императорских телохранителей), рассказал нам следующее: в монастыре Хузив был один брат, хорошо знавший чин св. возношения. Однажды он был послан за хлебами для литургии. На обратном пути в монастырь он совершал над ними молитвы возношения по чиноположению. А затем диаконы эти самые хлебы на дискосе возложили на св. престол. Св. возношение должен был совершать авва Иоанн, по прозванию Хозевит, бывший тогда пресвитером, а потом – епископом Кесарии палестинской. И вот он не замечает, чтобы Дух Святый освятил их, как замечал это прежде. Сильно опечалился старец при мысли, не оскорбил ли он каким-либо грехом Св. Духа, Который и отступил от него. Придя в диаконикон, он залился слезами и пал на лице свое. И явился ему ангел Господень, возвещая, что с той поры, как брат, принесший эти хлебы, на пути произнес над ними слова св. возношения, они уже освящены и вполне уготованы. И с того времени старец установил правило, чтобы никто из нерукоположенных не заучивал слов св. возношения, – тем более, не произносил их, как случится, не разбирая времени и вне освященного места.

Сравнить главу 196-ю, где рассказывается, что дети, играя в поле, совершили литургию, и мгновенно огнь с неба, потребив все предложенное, испепелил камень, служивший у детей вместо престола, и все, что было на нем. Это вовсе не обозначает того, чтобы миряне могли совершать таинство св. Евхаристии. На это уполномочены только епископы и пресвитеры: Лк. 22,19.; 1 Кор. И, 24, 25. Св.

Дион. Ареопагит: íεραρχòς íερουργεî τά θειóτατα. О Церк. Иерарх. гл. III, П. 3, § 10. Св. Иустин: εùχαριςτ́ησαντος δ́ε τοû προεστŵτος.

Apol. 1, 65. См. также: Св. Василий Великий, письм. 93. Св. Иоанн Златоуст, о священстве, III, 4, 5; Кирилл Александрийский in Abac. п. 47; in Soph. п. И и др. См. также постановления соборов: Никейского 1-го Вселенского, прав. 18; Анкирского, пр. 1; Неокесарийского, пр. 9; Гангрского, пр. 4 и Лаодикийского, пр. 58. Власть совершать св. Евхаристию никогда не предоставлялась диаконам. Соб. Никейск. 1-й, прав. 18, Иероним. Epist. ad Evangelum. Знамения, о которых говорится в гл. 25 и 196, должны были вразумить верующих об особенном благоговении к великому таинству и ясно показать, что даже простое произношение слов при совершении св. Евхаристии не должно иметь места – иначе как при правильном совершении св. Евхаристии епископом и пресвитером.

Срав. гл. 27,150. О чудесах св. Евхаристии часто упоминается в «Луге Духовном», напр., гл. 27, 29, 79,196, и др.

Scholares – императорская стража, гвардейцы.

Преподобный Иоанн Хозевит род. в верхнем Египте, в Фивах. С юных лет подвизался он в Фиваиде под руководством деда – подвижника. С благословения последнего, он совершил путешествие в Палестину, на поклонение св. местам. По возвращении в Фиваиду он удалился в глубину пустыни и поселился в пещере, среди скал и ущелий. Там он служил Богу, питаясь кореньями и дикими травами. Но ему не суждено было навсегда остаться в Фиваиде. Снова явившись в Палестину, он прибыл в Хузивскую область и стал жить близ нее, в дикой пустыне, в расселине утеса. Бог прославил великого подвижника даром чудотворений. Скоро молва о нем разнеслась далеко… В царствование Юстина 1-го (518–527) Иоанн, против воли, был поставлен архиепископом Кесарийским. Но друг пустыни, безмолвия и сокровенных духовных подвигов оставил Кесарию и снова удалился в пустыню. Великий подвижник скончался раньше 536 года. Память его 3 октября. См. Чет. – Мин. и Пролог – 3 октября.

О Кесарии см. прим. к гл. 131–132.

Глава 26. Жизнь брата Феофана и его дивное видение

Поди и познай истину!

Старец, великий пред Богом, именем Кириак, жил в лавре Каламонской, около священного Иордана. Однажды пришел к нему брат чужестранец, из страны Дора, по имени Феофан, спросил старца о блудных помыслах. Старец начал наставлять его речами о целомудрии и чистоте. Брат, получив от этих наставлений великую пользу, воскликнул: «Отец мой, в моей стране я нахожусь в общении с несторианами. Не будь этого – я бы остался навсегда с тобой!» Услыхав имя Нестория, старец глубоко опечалился о погибели брата и стал убеждать его и молить, чтобы он оставил эту пагубную ересь и присоединился к святой кафолической и апостольской Церкви.

– Невозможно спастись, если не будешь право мыслить и веровать, что Пресвятая Дева Мария есть истинная Богородица.

– Отче, – возражал брат, – да ведь все говорят точно так же: если не будешь в общении с нами, не получишь спасения. Не знаю, несчастный, как мне и поступить. Помолись Господу, чтобы Он явно показал мне, какая вера истинная.

Старец радостно выслушал слова брата.

– Оставайся в моей келье, – сказал он. – Я имею упование на Бога, что Он, по Своему милосердию, откроет тебе истину.

И, оставив брата в своей пещере, старец отправился к Мертвому морю и стал молиться о брате. И точно, на другой день, около девятого часа, брат видит, что кто-то явился к нему, страшный по виду, и говорит: «Поди и познай истину!» И, взяв его, ведет в место мрачное, смрадное и испускающее пламя и показывает ему в пламени Нестория и Феодора, Евтихия и Аполлинария, Евагрия и Дидима, Диоскора и Севера, Ария и Оригена и других. И говорит явившийся брату: «Вот это место уготовано еретикам и тем, кто нечестиво учит о Пресвятой Богородице, равно как и тем, кто следует их учению. Если тебе нравится это место, оставайся при своем учении. Если же не желаешь вкусить такого наказания, обратись к св. кафолической Церкви, к которой принадлежит и наставлявший тебя старец. Я говорю тебе: хотя бы и всеми добродетелями украсился человек, но если он неправо верует, он попадет в это место». При этих словах брат пришел в себя. Когда старец возвратился, брат рассказал ему все, что видел, и в скором времени присоединился к св. кафолической апостольской Церкви. Оставшись в Каламоне при старце, он прожил с ним несколько лет и скончался в мире.

По Иерониму, Дор находился в 9 милях от Кесарии. Теперь – селение Тантура. См.: Навин. XII, 23; XVII, 1; Суд. I, 27; III Царств IV, 14.

О лавре Каламоне см. во введении.

Аполлинарий, один из образованнейших людей своего времени, был с 362 года епископом Лаодикийским. Различая в природе человека тело, душу и дух, он учил, что Спаситель не принял души человеческой – место ее заменил Божественный Логос. Отсюда – тот вывод, что Христос не был истинным человеком. Не был Он Богом, но только – силой

Божией. Аполлинарий составил особую секту аполлинаристов и, подобно Вардесану и Арию, распространял свое лжеучение, составляя гимны и народные песни. Его ересь была окончательно осуждена на Втором Вселенском соборе.

Несторий, патриарх Константинопольский, учил, что Пресвятую Деву Марию следует именовать не Богородицей, а Христородицей, так как Она родила не Бога, а простого человека, Христа, с Которым Божество только впоследствии нравственно соединилось за Его святую жизнь. Ересь Нестория осуждена на Третьем Вселенском соборе. Лишенный епископского сана, Несторий за свое упорство в лжеучении был сослан в пустынное место в Египте, в Оазис, и скончался там бедственной смертью. Некоторые говорят, что язык его был изъеден червями.

Феодор, епископ Мопсуетский, сконч. в V веке. Его сочинения были осуждены за несторианство на Пятом Вселенском соборе в 553 году.

Евтихий, архимандрит одного монастыря в Константинополе, был виновником монофизитской ереси. О нем см. прим. к гл. 1-й.

Диоскор, с 516 г. патриарх Александрийский, был ярым приверженцем Евтихия. Он был председателем собора в Ефесе (449 г.), известного в истории Церкви под названием Ефесского разбоя. Через два года после того собран был Четвертый Вселенский собор в Халкидоне в 451 г. Диоскор был низложен.

Монофизитство не скоро однако прекратилось после Четвертого Вселенского собора. Крайние последователи монофизитства назывались акефалами (безголовыми), потому что вначале не имели определенного вождя. В Палестине акефалы владели двумя монастырями – одним близ

Елевферополя, другим около Газы. В газском монастыре жил некто Север, который, родившись язычником, предавался волшебству и только во избежание костра принял христианство, но через восемь дней после крещения вступил в секту акефалов. Явившись впоследствии в Константинополь в царствование Анастасия, он возбуждал императора против православных епископов, в особенности против патриархов – Илии Иерусалимского (прим. к гл. 1) и Флавиана Антиохийского. Патриархи были отправлены в ссылку, и Север был возведен на антиохийскую кафедру. В качестве Антиохийского патриарха, он произвел большие смуты в Палестине, распространяя свои мнения, но палестинские иноки со св. Саввой во главе мужественно стали на защиту православия. По смерти Анастасия Север был низложен, но в царствование Юстиниана, по ходатайству императрицы Феодоры, на патриаршую кафедру в Константинополе возведен был Анфим, тайный враг Халкидонского собора, ученик и приверженец Севера. Север был приглашен в столицу… Тогда настоятели палестинских обителей вместе с епископами поспешили в Константинополь и, заручившись поддержкой находившегося в столице папы Агапита, обратились к императору с просьбой о воспрещении Северу и его приверженцам всяких собраний и проживания в больших городах Востока. Император приказал собрать, под председательством нового Константинопольского патриарха Мины, собор. Петр Иерусалимский послал на этот собор своим представителем диакона Сабина. Епископы Кесарийский, Елевферопольский, Петрский и др. также послали своих представителей. Север был осужден, и, согласно ходатайству иноков, издан был указ, воспрещавший всякие собрания его последователям – акефалам. О принятии соборных постановлений, осуждающих Севера, на Поместном Иерусалимском соборе, при патриархе Петре, см. прим. к гл. 3.

Арий, пресвитер Александрийский, произвел страшную смуту в христианском мире своим лжеучением о неравенстве Сына Божия с Богом Отцом. Его ересь была осуждена на Первом Вселенском соборе в Никее, в 325 году.

Ориген был знаменитый христианский учитель, стоявший во главе знаменитого христианского училища в Александрии. Скончался в 254 г.

Евагрий и Дидим, приверженцы оригенизма, отрицали вечность мучений. Об оригенизме см. прим. к гл. 4.

Св. Кириак был родом из Карфагена и состоял в родстве с Карфагенским епископом Петром. Сначала он занимал должность чтеца в карфагенской Церкви, но Бог предназначал ему другое призвание. 18 лет от роду, оставив все, он отправился в Палестину. Поклонившись св. местам, он поселился в монастыре Евсторгия, что в самом Иерусалиме, близ Сионской горы. Но жажда безмолвия и высших подвигов привела его к великому Евфимию, который поручил его прп. Герасиму Иорданскому. По кончине Герасима Кириак перешел в лавру св. Евфимия и затворился в келье. Там он подвизался, как бы погребенный заживо, пребывая в непрестанной молитве. После десятилетнего пребывания в лавре Евфимия Кириак удалился в лавру Суккийскую, где должен был проходить снова все послушания. Восемнадцать лет он исполнял должность канонарха и наконец посвящен был во пресвитера. Великие подвиги и св. жизнь привлекли к нему многих посетителей, так что ему приходилось часто переходить из одного места в другое. Скончался он ста девяти лет от роду, в 557 году по P. X.

Однажды св. Кириак подвизался в Сусакимской пустыне, куда до него не приходил ни один отшельник. Место было дикое и безводное. Там посетил его Кирилл Скифопольский, составивший жизнеописания Саввы Освященного, Евфимия Великого и самого Кириака. «Когда мы приближались к тому месту, где жил Кириак, – повествует Кирилл, – нас встретил огромный и страшный лев. Я пришел в ужас. Иоанн, ученик великого старца, заметив мой испуг, сказал мне: «Не бойся, брат Кирилл. Лев этот – послушник отца нашего. Он не трогает никого из посещающих старца». Действительно, лев, увидев нас, сошел с места и уступил нам дорогу. Старец мне очень обрадовался и, узнав о моем испуге, сказал: «Не бойся, сын мой, этого льва: он живет со мною и стережет мой небольшой огород от диких коз». Старец мне много рассказывал о великом Евфимий и других отцах – пустынниках. После беседы мы сели за скромный стол. Лев подошел к нам. Старец бросил ему кусок, промолвив: «Лев не только стережет мой огород, но охраняет меня и от разбойников, которые частенько приходят сюда». На другой день старец, благословив, отпустил меня с миром. Ученик его провожал нас. Лев снова встретился с нами и дал дорогу».

Бог прославил великого подвижника даром чудотво-рений. По молитвам старца, во время недостатка в пище горькие и ядовитые травы переменялись в сладкие, во время жажды над пустыней проносилось облако, изливавшее обильный дождь, и т. д.

Какой поучительный урок для всех, отделяющихся от св. апостольской Церкви, заключается в этой главе! «Спасается только тот, кто имеет главою Христа, – говорит блаженный Августин, – а имеет главою Христа лишь тот, кто находится в Его теле, которое есть Церковь». De unit Ecclesiae, с. 19.

Глава 27. Жизнь пресвитера селения Мардард

Подивился добродетели старца.

В Киликии есть город Эги. На расстоянии 10 000 шагов от него есть селение Мардард. В том селении – храм во имя св. Иоанна Крестителя. Священником при этом храме был старец, великий пред Богом и исполненный добродетели. Однажды жители селения пришли к епископу города Эги с просьбой: «Возьми от нас этого старца – он тяжел для нас. В воскресный день он совершает литургию в девятом часу и не соблюдает установленного чина Божественной службы».

Епископ, призвав старца, спросил его:

– Зачем ты так поступаешь, старец? Или не знаешь устава св. Церкви?

– Поистине, так, владыко, – отвечал старец, – и ты справедливо говоришь. Но я не знаю, что мне делать. В воскресные дни от самой полунощницы я нахожусь у св. престола и не начинаю литургии, пока не увижу Св. Духа, нисходящего на св. престол. Когда же увижу наитие Св. Духа, немедленно совершаю литургию.

Епископ подивился добродетели старца. Вразумив жителей селения, он отпустил их с миром и хвалою Богу.

Город Эги – при Исском заливе, в малоазийской провинции Киликии. Подобный же случай рассказан в гл. 150. См. прим. к гл. 25.

Глава 28. Чудо Иулиана столпника

Сам Бог попечется о нас.

Одному старцу авва Иулиан послал приветствие и вместе с тем вретище с положенными в нем тремя горящими углями. Старец, получив приветствие и еще не угасшие угли, отослал вретище обратно к авве Иулиану, налив в него воды и завязав. А расстояния между ними было около 20 миль.

Авва Кирилл, ученик аввы Иулиана столпника, о котором мы только что упомянули, рассказал следующее: «Я, отец мой и брат пришли из нашей местности к авве Иулиану, наслышавшись много о его жизни. Я имел, – продолжал авва Кирилл, – неизлечимую болезнь: все врачебные средства оказались бессильны. Когда же я пришел к старцу, он, сотворив молитву, исцелил меня. Все трое, мы остались при нем и отреклись от мира. Старец приставил моего отца к житнице. Однажды отец приходит к авве Иулиану и говорит: «У нас нет хлеба». Старец отвечает ему: «Ступай, брат, и собери, что найдешь – смели, а на завтра Сам Бог попечется о нас». Отец, смутившись этими словами (он хорошо знал, что в житнице уже ничего не было), удалился в свою келью. Настала крайняя нужда. Старец послал за отцом: «Приди немедленно сюда». Едва только он пришел, старец сказал: «Брат Конон, пойди и что найдешь – употреби на пользу братии». Отец, как бы в гневе, взял ключи от житницы: «Что ж, хоть пыль принесу!» Отомкнув замок, он хотел было отворить двери, но не мог этого сделать: житница была доверху полна хлеба… Видя это, отец принес покаяние старцу, славя Бога».

Ученик св. Саввы Освященного, прп. Иулиан, основал при Иордане лавру – Несклерава. См.: Житие прп. отца нашего Саввы Освящ. Изд. Пр. Пал. Общества. Спб., 1885, § 16.

Старец, с которым Иулиан имел духовное общение, был прп. Кириак, о котором см. прим. к гл. 26., старец, «великий пред Богом».

Столпничество – особый вид подвижничества. Пример его показал славный Симеон столпник. Родившись в простом звании, он уже в тринадцатилетнем возрасте дал обет служить Богу. Подвиги его поистине изумительны. В молодости Симеон опоясывал себя вервием из колючих пальмовых ветвей, и притом прямо по телу и так туго, что на теле появлялись раны. Позднее, во время отшельнической жизни, он, изготовив себе железную цепь в 20 локтей, приковывал ею себя к высокой скале, на которой жил. Впоследствии он взошел на столп в 36 локтей высоты, на котором и пробыл в течение 30 лет. При этом на шее его висела железная цепь. При столь высоких подвигах св. муж отличался кротостью, смирением и горячей любовью к людям. Вокруг его столпа теснилось множество пришельцев: одни просили совета и назидания, другие – молитв святого об исцелении от недугов, язычники у столпа сокрушали своих идолов, преступники приносили искреннее раскаяние, еретики отказывались от заблуждения. Множество персов, аравитян и др. обратились в христианство, благодаря св. подвижнику. Бог прославил его даром чудотворений. Он скончался в середине V столетия. Его пример не остался без подражания (его ученики: Даниил, Симеон Дивногорец, Юлиан и др. столпники).

Столп – это башенка, широкая в основании и суживающаяся кверху. Наверху – площадка, огороженная стенкой. Здесь-то и стояли столпники. От площадки вниз шла лестница. Под площадкой иногда устраивалось ложе – κουβοú κλιον.

Для большей ясности, вопреки изданию Миня, окончание главы 27-й мы решились отнести к гл. 28-й.

Глава 29. Чудо св. Евхаристии

На расстоянии 30 миль от киликийского города Эги живут два столпника, в шести милях один от другого. Один из них принадлежал к св. кафолической и апостольской Церкви, а другой, больше пробывший на столпе близ селения Кассиодора, был последователем ереси Севера. Еретик возводил на православного разнообразные обвинения, стараясь о том, чтобы привлечь его к своей ереси. Распространяя о нем молву, он решил добиться его осуждения. Православный подвижник, как бы свыше озаренный, просил еретика прислать ему частицу причастия. Тот обрадовался, как будто уже совратил собрата в свою ересь, и немедленно послал ему просимое, ничего не подозревая. Православный, взяв частицу, присланную еретиком, т. е. последователем Севера, раскалил сосуд и положил в него частицу, и она немедленно исчезла в жару пылающего сосуда. Затем, взяв частицу Св. Причастия православной Церкви, он сделал то же самое, и мгновенно раскаленный сосуд охладился, и Св. Причастие осталось целым и невредимым. Он благоговейно хранил его и показал нам, когда мы были у него.

Об Эгах см. прим. к гл. 27.

Православный столпник – не один ли из двух, упоминаемых в главе 57-й?

Только тяжкие обстоятельства смутных времен, когда еретики производили всюду соблазны и волнения, могли побудить столпника к такому, на наш взгляд, мало понятному поступку, вызванному упованием на указание свыше. Обыкновенным смертным, особенно нам, живущим в такое время, когда уже не может быть сомнений в том, где искать истину, нет никакой надобности испрашивать таким образом указаний свыше. См. гл. 213-ю «Луга Духовного».

О Севере и акефалах см. прим. к гл. 26-й.

Глава 30. Жизнь инока Исидора и чудо от Св. Причастия

Он непрестанно плакал.

На о. Кипре есть гавань Таде. Поблизости от нее находится монастырь, называемый Филоксенов («Страннолюбцев»). Прибыв туда, мы нашли там инока родом из Милета, по имени Исидор. Мы видели, как он непрестанно плакал с воплями и рыданиями. Все убеждали его, чтобы он хоть немного престал от плача, но он не соглашался.

– Я столь великий, великий грешник, – говорил инок всем, – какого не было еще от Адама до сего дня…

– Правда, отче, – возражали мы. – Мы все – грешники. Кто без греха, кроме одного Бога?

– Поверьте мне, братия, – отвечал инок, – ни в Писании, ни в предании, ни между людьми я не нашел грешника, подобного мне, и греха, который я совершил. Если вы полагаете, что я наговариваю сам на себя, выслушайте о моем грехе и помолитесь обо мне. В миру я был женат, – продолжал инок. – Я и жена моя принадлежали к секте Севера. Придя однажды домой, я не застал дома жены и узнал, что она ушла к соседке, чтобы вместе причаститься. А соседка принадлежала к св. кафолической Церкви. Я бросился немедленно туда, чтобы остановить жену. Войдя в дом соседки, я узнал, что жена только что приняла Св. Причастие. Схватив ее за горло, я заставил ее извергнуть святыню. Подхватив святыню, я бросал ее в разные стороны, и, наконец, она упала в грязь. И мгновенно, пред моими очами, молния восхитила Св. Причастие с того места… Прошло два дня, и вот я вижу эфиоплянина, одетого в рубище.

– Я и ты – мы оба осуждены на одинаковую кару, – сказал он.

– Но кто ты? – спросил я.

– Я тот, кто ударил Творца всех Господа нашего Иисуса Христа по ланите во время Его страданий, – отвечал мне явившийся эфиоплянин.

– Вот почему, – закончил инок свой рассказ, – я не могу перестать плакать.

Остров Кипр близ западных берегов Средиземного моря.

Город Милет на западном берегу Малой Азии.

О причащении в древности см. прим. к гл. 17. Между тем как мужчины принимали св. Евхаристию прямо в руку, женщины должны были «представлять, по словам св. Максима, чистые пелены, когда принимают тело Христово, с чистым умом и чистою совестью». См. Августина serm. 142 de tempore. Прав. 42 Антисиодорского собора. См. прим. к гл. 77 «Луга Духовного» у преосв. Филарета.

Непрестанное оплакивание грехов, или дар слез, были у древних подвижников плодом сокрушения о грехах. У них, подвижников, слезы лились обильно при каждой мысли о грехах и их следствиях. Такое состояние признается особым даром благодати Божией. В непосредственном плаче и слезах видели как бы род второго крещения, через которое заглаживаются грехи, содеянные после первого, благодатного крещения. См.: «Луг Духовный», ГЛ. 176: οíδα καí πέμπτον ετι (βάπτισμα) τó τŵν δακρúων. (Приводятся слова Григория Богослова.) Уче-ники подвижника Памвы видели его всегда источающим слезы. Он сокрушался о своих грехах и о своей беспечности о спасении. Увидав однажды в Александрии актрису, приводящую зрителей в восторг, он горько заплакал, что не умеет так угождать Богу, как она – своим зрителям. Живший в тавеннском Пахомиевом монастыре инок Сильван, бывший прежде актером, в течение многих месяцев беспрестанно проливал слезы, оплакивая свой прежний образ жизни. Фалалей, по словам его жизнеописателей, постоянно источал слезы в течение 60 лет… В то же время отцы давали мудрый совет не вынуждать течения слез и не слишком домогаться внешнего плача. Эти слезы не будут спасительны: развлекая дух молящегося, они ослабят его. Истинный дар слез – плод свободного, внутреннего, благодатного движения духа. (Cassian. Coll. L. 9. с. 30.)

О Севере и акефалах см. прим. к гл. 26.

Подобное чудо над св. Евхаристией см. гл. 196 «Луга Духовного».

Глава 31. Обращение и жизнь блудницы Марии

Отвергаю грех мой!

Два старца шли однажды из Эгов в Таре киликийский и зашли, по усмотрению Божию, в гостиницу для отдохновения. Стоял сильный зной. В гостинице они нашли троих молодых людей, отправляющихся в Эги, и с ними была блудница. Старцы сели поодаль. Один из них, вынув из своей сумки св. Евангелие, начал читать. Блудница, увидав это, оставила своих спутников и, подойдя, села близ старца. Но он, отстранив ее, сказал:

– Несчастная, в тебе и стыда нет. Ты не задумалась подойти и сесть вблизи от нас!

– Отец, не отвергай меня, – отвечала блудница. – Хотя я и преисполнена всякими грехами, но Владыка всех Господь и Бог наш не отверг приступившей к Нему блудницы.

– Но ведь та блудница с той поры перестала быть блудницей, – возразил старец.

– Уповаю на Сына Бога живого, – воскликнула женщина, – что от нынешнего дня и я отвергаю грех мой!..

И, оставив молодых людей и свое имущество, она последовала за старцами. Они поместили ее в монастырь близ Эгов, называемый Нанкиба. И я видел ее уже старицей, отличавшейся великим разумом. От нее самой я и слышал это.

Глава 32. Обращение комедианта и его двух наложниц

Оставляю мир и иду в монахи!

В Тарсе киликийском был один комедиант по имени Вавила. Он имел двух наложниц. Одну звали Комито, а другую – Никоса. Комедиант жил распутно и творил дела диавола по его внушению. Однажды случилось ему войти в церковь. По промыслу Божию, читалось тогда следующее место из Евангелия: покайтеся, приближибося Царствие Небесное. Пораженный этими словами, он пришел в ужас, вспомнив всю свою жизнь. И, немедленно выйдя из храма, он позвал своих наложниц.

– Вы знаете, как распутно я жил с вами, – сказал он им, – и никогда не предпочитал одну другой. Теперь – все ваше, что я приобрел для вас. Возьмите и мое все имущество и поделите между собой. А я с нынешнего дня удаляюсь от вас, оставляю мир и иду в монахи.

– Для греха и погибели души мы жили вместе с тобой, – воскликнули обе в один голос, залившись слезами, – а теперь, возжелав богоугодной жизни, ты бросаешь нас и хочешь спастись один?! Этого не будет – ты не оставишь нас! Мы желаем быть участницами с тобой и в добре!!

Актер вскоре заключился в одной из стен городского укрепления, а женщины, продав свое имущество, деньги раздали бедным и, приняв иноческий образ, также затворились, устроив себе келью вблизи того же укрепления. Мне удалось видеться с иноком, бывшим комедиантом, и я получил большую пользу. Это – муж весьма сострадательный, милостивый и смиренномудрый. И я записал это для пользы читателей.

К главам 31 и 32

Примеры необыкновенного действия слова Божия на душу человека встречаются часто в истории Церкви и в жизнеописаниях святых, напр., св. Антония и многих других.

Таре, главный город Киликии, при р. Кидне. Родина апостола Павла. Ныне – Терсос.

Об Эгах см. прим. к гл. 27.

Глава 33. Жизнь епископа Феодота

Он был очень кроток и смиренномудр.

Один из отцов поведал нам, что в Феополисе был архиепископ по имени Феодот, отличавшийся добротой сердца. Когда наступал праздничный день, он приглашал некоторых из служившего с ним духовенства к своей трапезе, но один не оказал послушания и отказался от приглашения. Архиепископ сохранил спокойствие духа и сам пошел к нему пригласить его разделить с ним трапезу.

Тот же самый и о том же архиепископе Феодоте рассказал нам еще следующее.

Он был очень кроток и смиренномудр. Например, однажды он был в дороге вместе с одним клириком. Архиепископ совершал путь в носилках, а клирик ехал на коне.

И говорит святитель клирику: «Поделим длину пути и будем меняться местами».

Клирик не соглашался. «Это будет бесчестие для архиепископа, – сказал клирик, – если я сяду в носилках, а святитель поедет на коне».

Но чудный Феодот настоял на своем и, убедив клирика, что в этом не будет для него бесчестия, заставил поступить по своему желанию.

Глава 34 Жизнь чудного Александра, патриарха Антиохийского

Прости ж меня, брат мой!

В Феополисе был другой патриарх, по имени Александр. Он был также очень милостив и сострадателен. Однажды один из его писцов, похитив у него золото, бежал от страха в Фиваиду, в Египет. Блуждая там, он попал в руки египетским и фивским разбойникам, и эти кровожадные варвары увели его в самые дальние местности их страны. Узнав об этом, дивный Александр выкупил пленника за восемьдесят номисм. И, когда беглец вернулся к нему, он обошелся с ним так ласково и человеколюбиво, что один из граждан выразился так: «Нет ничего выгоднее, как согрешить против Александра!»

В другой раз один из его диаконов пред всеми клириками стал укорять дивного Александра. Александр поклонился ему и просил у него извинения: «Прости ж меня, брат мой!»

К главам 33 и 34

Антиохия – город, по словам св. Иоанна Златоуста, издревле любезный Христу, первый из всех городов украсившийся наименованием христиан. Евангелист Лука был родом из Антиохии. Здесь же проповедовали Евангелие апостолы Павел и Варнава. Здесь впервые раздалась громовая речь великого Златоуста. В Антиохии было много мучеников за веру Христову. Ее украшали храмы Божий. Жители отличались преданностью христианству. Поэтому недаром христиане в V–VII вв. называли Антиохию также Феополисом, градом Божиим. Были в Антиохии и в ее окрестностях и великие подвижники.

Феодот управлял антиохийской Церковью с 420 г. в течение шести лет. Он был преемником блаженного Александра, занимавшего кафедру в 413–420 г. Архиепископ Александр отличался необыкновенной кротостью, милосердием и снисходительностью. Феодот походил на Александра: такой же великий подвижник, так же необыкновенно кроток и снисходителен. По словам Феодорита, Феодот – жемчужина смиренномудрия… Подобно Феодоту, св. Афанасий Великий также приглашал клириков к своей трапезе. (Руфин. Histor. Eccles. 1,14.) Ср. также житие Феодосия Печерского.

О Фиваиде см. прим. к гл. 16.

Глава 35. Жизнь Иерусалимского архиепископа Илии и о Флавиане, патриархе Антиохийском

Пойдем и мы на суд с ним!

Авва Полихроний говорил нам об авве Илии, архиепископе Иерусалимском, что он не пил вина, будучи простым монахом и, сделавшись патриархом, соблюдал то же правило.

Рассказывали нам о том же архиепископе Иерусалимском и об Антиохийском – Флавиане следующее: император Анастасий обоих сослал в ссылку из-за собора св. отцов, бывшего в Халкидоне: Илию – в Аил, Флавиана – в Петру. Однажды патриархи извещают друг друга: «Анастасий сегодня умер, пойдем и мы на суд с ним». И через два дня оба отошли ко Господу.

Об авве Полихроний см. прим. к гл. 5-й. Об Илии см. прим. к гл. 1-й.

Флавиан сослан был Анастасием за верность истине православия, утвержденной на Четвертом Халкидонском соборе, в город Петру, лежавший к югу от Мертвого моря на границе с Аравией. Это было тяжелое место ссылки. Во время ссылки Флавиана сюда также был сослан фальшивомонетчик. (Бароний. 512, 30.)

Когда Иерусалимский патриарх Илия отказался решительно вступить в общение с Севером, занявшим антиохийскую кафедру после низложения и ссылки Флавиана, Север, с согласия императора, думал было при помощи войска заставить Иерусалимского патриарха признать его, Севера, но св. Савва, собрав иноков, разогнал клириков и воинов, присланных Севером. Наконец, в 517 году по приказу Анастасия Илия был внезапно схвачен и отправлен (см. прим. к 1 гл.) в Айлу. Св. Савва, узнав об этом насилии, заплакал. После того св. Савва и настоятели обителей палестинских часто навещали патриарха Илию в Айле.

Вот что рассказывается в житии св. Саввы: «Св. отец наш Савва на восьмидесятом году своей жизни (в 518 г.), около летнего поворота солнца, в девятый (ошибка: вместо одиннадцатого) индиктион, по Божию промыслу, отправился в Айлу к архиепископу Илии со Стефаном, игуменом обители Великого Евфимия, и Евфимием, игуменом иерихонских монастырей того же патриарха Илии. Патриарх Илия принял их с радостью и удержал у себя на несколько дней. В продолжение сего времени он, обыкновенно, после утрени не показывался им до девятого часа дня, а около девятого часа выходил к ним, приобщался с ними Св. Тайн, принимал пищу и после вечерни уходил от них. При таком его обыкновении случилось, что он девятого дня месяца июля (следует: июня), сверх чаяния, не вышел к ним. Когда они ждали его и не приобщались Св. Тайн и ничего не вкушали, то он, выйдя около шестого часа ночи, сказал: «Принимайте пищу, а мне не время». Поелику св. Савва удерживал его и некоторым образом принуждал сказать, какая этому причина, то Илия, заплакав, сказал: «Сейчас скончался император Анастасий, и мне в десятый день должно совершенно выйти из сего мира и судиться с ним…» По прошествии восьми дней видения, в которые жил только приобщением Св. Тайн и вином, растворяемым водою, он был несколько времени болен и, наконец, в присутствии св. Саввы и его братий, которые три дня неотлучно были при нем, месяца июля (следует: июня) двадцатого дня, приобщившись Св. Тайн и помолившись Богу, сказал: «Аминь», и в мире тотчас уснул и почил (Пс. 4, 9), прожив всего времени восемьдесят восемь лет. Блаженный Савва заметил день, пришел в Иерусалим и узнал, что в ночь на десятое число месяца июля (следует: июня), в которое патриарх Илия имел видение, в Константинополе гремели громы и сверкали молнии над царским дворцом; император Анастасий, не имея никого при себе, почти умирал от страха и в отчаянии бегал из одного места в другое; наконец, в спальной комнате гнев Божий настиг его и поверг мертвым». Житие прп. отца нашего Саввы Освященного. Изд. Пр. Пал. Общ., 1885. Стр. 97–98.

«Спустя два дня». Патриархи имели видение в ночь на 10-е июня. 10-го июня они написали друг другу письма. Если послы их отправились 11-го с утра, то, проходя в день среди палящего зноя пустыни не более 15 верст, они могли встретиться друг с другом 14-го июня и обратно возвратиться 17-го. Таким образом, извещение о видении и близкой кончине патриархи могли получить, действительно, за два дня до своей кончины. Расстояние между Айлой и Петрой было около 100 верст.

Об императоре Анастасии см. прим. к гл. 1-й.

Глава 36. Жизнь Антиохийского патриарха Ефрема и обращение им к православной вере одного столпника

Уповаю на милосердие Сына Божия!

Один из старцев поведал нам о блаженном Ефреме, патриархе Антиохийском, который был пламенным ревнителем православной веры. Услышав об одном столпнике в области города Иераполя, что он принадлежит к числу последователей Севера и акефалов, отправился, чтобы вразумить его. Прибыв к столпнику, он начал убеждать и молить его, чтобы он прибег к апостольскому престолу и вступил в общение со св. кафолической и апостольской Церковью.

– Я не вступлю в общение с собором без особенного основания, – отвечал столпник.

– Какого же доказательства желаешь ты от меня для убеждения в том, что, по благодати Иисуса Христа, Господа Бога нашего, святая Церковь свободна от всякой нечистой примеси еретического учения? – спросил дивный Ефрем.

– Господин патриарх, – сказал столпник, – разведем огонь и войдем вместе в пламя. Кто выйдет невредимым, тот и будет православным, и мы должны будем последовать ему.

– Следовало бы тебе, чадо, послушаться меня, как отца, – возразил патриарх, – и ничего более не требовать, а ты потребовал от меня того, что выше моих слабых сил. Впрочем, я уповаю на милосердие Сына Божия, что ради спасения души твоей исполню и это.

И немедленно чудный Ефрем обращается к предстоявшим со словами: «Благословен Господь! Принесите дров». Дрова принесены. Патриарх зажигает их перед столбом и говорит столпнику: «Сойди со столба и, согласно твоему решению, войдем оба в пламя». Столпник был поражен твердым упованием патриарха на Бога и не соглашался сойти.

– Не ты ли сам пожелал этого? – спросил патриарх. – Отчего же теперь не хочешь исполнить?

Сказав это, патриарх снял с себя омофор и, близко подойдя к пламени, вознес молитву: «Господи Иисусе Христе, Боже наш, благоволивший ради нас воистину воплотиться от Госпожи нашей Пресвятой Богородицы и Приснодевы Марии, Сам укажи нам истину!» И, окончив молитву, бросил свой омофор в середину пламени. Пламя пылало около трех часов. Дрова все сгорели, а омофор оказался целым и невредимым, без всякого даже знака от пламени. При виде этого, столпник, уверившись в истине, умилился, прокляв Севера и ересь его, и присоединился к св. Церкви. Приобщившись из рук блаженного Ефрема, он прославил Бога.

Глава 37. Жизнь епископа, который, оставив кафедру, работал вместе с плотниками

Сколько есть никому не ведомых рабов у Господа, и только Он один знает их!

Один отец рассказал нам о епископе, который, оставив свою епископию, прибыл в Феополис и работал вместе с плотниками. Областным правителем Востока в то время был Ефрем, человек милостивый и сострадательный. Он занят был восстановлением и исправлением общественных зданий, так как город пострадал от землетрясения. Однажды Ефрем видит во сне спящего епископа, и над ним поднимался до неба огненный столб. Это сновидение повторялось не раз, и Ефрем пришел в ужас: явление было страшно и изумительно. Он долго раздумывал, что бы это значило, и не мог догадаться, потому что не знал, что у него в числе рабочих был епископ. Да и как можно было узнать епископа в человеке с неприбранными волосами, в грязной одежде, совершенно простого вида, изможденном от терпения, подвигов и работы? Но однажды Ефрем посылает за этим работником, бывшим некогда епископом, чтобы от самого узнать, кто он такой. Увидав его, стал подробно расспрашивать, откуда он и как его зовут.