Большая вонючка

— Это птичьи какашки! — засмеялся Финмен.

— Чего? — Кренч понюхал руку. — Фуууу!

Он перевёл взгляд с одной руки на другую. Обе были в густом липком дерьме.

Финмен закинул голову и издал боевой клич.

— Внимание! Птичьи какашки! — завопил он.

— Давай пожмём друг другу руку, — быстро сказал Кренч.

Не теряя ни секунду, он схватил руку Финмена и затряс её.

— Бееее! — Финмена прямо передёрнуло от отвращения. По его ладони стекала противная липкая жижа.

Кренч вытер обе руки о рукав пиджака Финмена.

— Чистые, — весело сказал он, показывая нам свои руки.

— Эй, ты, придурок! — закричал Финмен.

Он мазнул ладонью Кренчу по щеке. Теперь у Кренча всё лицо оказалось в птичьем помёте. Чтобы не оставаться в долгу, он схватил письмо и вытер им лицо Финмену. Разозлившись, Финмен выхватил у приятеля письмо и разорвал пополам. А измазанные дерьмом половинки запихнул Кренчу в рот.

Ну, что я тебе говорил? Эти парни просто обожают развлекаться!

— Э-э-э… ребята, — вмешался я. — Ребята, а что было в письме?

Финмен и Кренч разом повернулись ко мне. Оба они были перепачканы птичьим дерьмом: жёлто-зелёная жижа на лице, руках и школьной форме. Кренч вытирал её с губ.

— Сейчас попробую прочитать, — сказал Финмен и, вытащив изо рта у Кренча измазанное дерьмом письмо, сложил две половинки. — Гммм… В нём говорится, что твоим родителям придётся надолго уехать, и они никого не могут найти, кто согласился бы ухаживать за твоими любимцами. Если ты не возьмёшь себе Газика, он отправится в приют для собак. А попугай — в зоопарк.

— Ни за что! — закричал я. — Я сам буду о них заботиться. Они мои друзья!

— Но, Берни, ты не можешь оставить их у себя, — прогундосил Кренч, сплёвывая птичий помёт. — У тебя будут реальные проблемы.

Я вытаращился на него:

— Чего? У меня?

— Ну да. — Кренч смахнул зелёную жижу с волос. — Ты же знаешь, в этой школе есть правило: «Животных держать запрещено».

Ой, верно! Животных держать запрещено. По спине у меня пробежал холодок. Кренч прав. Животных держать запрещено.

— Если миссис Гнус узнает… — сказал Кренч и полоснул ребром ладони по горлу, — ты покойник.

И тут Кренч прав. Если миссис Гнус пронюхает о том, что я прячу у себя в комнате животных, и расскажет об этом директору Гадюку, меня вышвырнут из школы.

«Похоже, мне кранты, — подумал я. — Если я не придумаю, как спрятать Газика и Нахала, мне очень скоро отправят домой».

Я присел на кровать, на которой храпел мой бульдог, и начал думать. Надо как-то защитить моих питомцев. Но куда их спрятать? Куда?

Финмен с Кренчем выволокли ящик из моей комнаты, а потом отправились в душ.

Не прошло и минуты, как я услышал в коридоре стук каблуков миссис Гнус. Она шла прямиком ко мне!

— Тихо, Нахал! — прошептал я. — Ни звука!

— Жрать ОРЕХИ! Уррра! — тут же завопил Нахал.

Миссис Гнус вошла в комнату и, прищурившись, посмотрела на меня сквозь толстенные стёкла очков.

— Берни, с кем это ты тут разговариваешь? — спросила она.

Глава 5

ПОПАЛСЯ!

— Э-э-э… с кем я разговариваю? С самим собой, — пробормотал я. — Это я стараюсь себя подбодрить. Ну, уговариваю себя лучше учиться. — Я встал и пожал ей руку. — Вы вдохновляете меня быть прилежным, миссис Гнус. Я теперь буду стараться. Чтобы стать ещё лучше.

— Это очень мило, Берни. — Она кисло мне улыбнулась.

— Чёрт побери! — проорал Нахал. — Чёрт побери!

— Что ты сказал? — Миссис Гнус недовольно прищурилась.

— Ничего, просто откашливался.

И тут она заметила у меня за спиной попугая на жёрдочке.

— Боже мой! Это что, попугай? Попугай в общежитии?

Я обернулся:

— Вы про мою новую подушку? Милая, правда? Мама прислала мне её из дома. Да, немного похожа на птичку…

— Чёрт побери! Чёрт побери! — проорал Нахал.

ЧЁРТ ПОБЕРИ! Улыбка сползла с лица миссис Гнус. Комендантша смерила меня сердитым взглядом:

— Берни, тебе известно, что школьные правила запрещают держать животных! У тебя в кровати собака? Господи боже мой!

— Собака? Где? Это же куча грязного белья.

— Дай-ка я погляжу поближе, — настаивала миссис Гнус. — Ты же знаешь правила, Берни. Если ты держишь животных в общежитии, мне придётся рассказать об этом директору Гадюку. Он будет прыгать от радости. Он будет в восторге! У него наконец-то появится повод отправить тебя домой.

— Вы хотите сказать, что директор Гадюк меня не любит? — невинно удивился я.

— Да он тебя на дух не выносит. Та-ак, давай посмотрим, кто тут у тебя…

О нет! Надо не дать ей разглядеть собаку.

— Миссис Гнус, у вас пятнышко на очках. Дайте почищу. — Я снял с неё очки, старательно потёр пальцами стёкла и вернул комендантше её собственность. — Вот, возьмите. Так будет лучше.

Миссис Гнус несколько раз моргнула.

— Корм для кретинов! — проскрежетал Нахал.

— Но я ничего не вижу, — пожаловалась миссис Гнус, отчаянно пытаясь что-нибудь рассмотреть через заляпанные стёкла.

— Вы сегодня прекрасно выглядите, миссис Гнус, — перебил я. — Сделали новую причёску?

— Нет.

— Чёрт побери! Чёрт побери!

Миссис Гнус беспомощно огляделась:

— Берни, где птица?

— Какая птица? Я не вижу никакой птицы, — сказал я. — Нет, у вас точно новая причёска. Вы выглядите на десять лет моложе. Честное слово!

— Жри перья, прохвост!

Миссис Гнус сняла очки, потом снова их надела. Уставилась прямо на Газика… Но стёкла-то я ей перемазал капитально.

И тут послышалось громкое: ПУУУУУК! Миссис Гнус хотела что-то сказать, но застыла с открытым ртом. Потом ахнула.

— Что это за запах? Меня сейчас стошнит! — закричала она. — Чем так воняет, Берни?

Газик снова проделал свой фокус. Думай, Берни. Думай, дружище!

— Э-э… видимо, черника в блинах, — я указал на поднос с завтраком, — была немного… переспелая.

— По-моему, пахнет не черникой, — заметила миссис Гнус, зажав нос. — У тебя проблемы с кишечником, Берни? — Тут она увидела наконец поднос. — Ты завтракал в комнате? Почему ты не пошёл в столовую?

Я вытащил бумажную салфетку.

— У меня с утра был насморк. Я подумал, что нехорошо заражать остальных.

— Вот тут ты молодец! — Миссис Гнус тепло мне улыбнулась.

Я скромно потупился:

— Стараюсь подавать хороший пример другим.

— Чёрт побери! — гаркнул Нахал. — Жри перья, прохвост!

Глава 6

МОЯ ЛОТЕРЕЯ

Дааааа… Чуть не попался. Любой другой на моём месте уже начал бы паковать вещи. Но не Берни Б. Ты когда-нибудь видел настоящего профессионала за работой? Когда дело касается миссис Гнус, я становлюсь хитрым как лис. Однако не думаю, что на этот раз мне удалось перехитрить миссис Гнус. Её на мякине не проведёшь. Комендантша пригрозила, что не будет спускать глаз с моей комнаты. Мне это не очень-то понравилось. Но что оставалось делать? Надо ведь как-то спасать любимцев. Они не просто мои любимцы. Они мне как братья. Только один в перьях, а от другого воняет. Нужно было придумать какой-нибудь план. Конечно, я мог набросить одеяло на жёрдочку с Нахалом — он тут же заткнётся. Но где мне спрятать Газика? Уроки уже начались. Я отнёс попугая и пса в комнату для самостоятельных занятий. Там их точно никто не найдёт. Ведь туда никто никогда не заходит. Через пару минут я уже мчался по лестнице к выходу. Мой мозг работал на полных оборотах. Я пробежал мимо комнаты отдыха. Так называется наша общая гостиная.

— Привет, Билли! — на бегу крикнул я и помахал ему рукой.

Мой друг Билли-Умник сидел за столом и разглядывал японские комиксы «манга».

Почему мы прозвали его Умником? Потому что… ну… просто-напросто потому, что он самый умный в нашем четвёртом классе. Ты только представь: этот парень учится на твёрдую тройку с минусом! Он лучший ученик во всей школе!

Как это ему удаётся? Он много занимается. Да-да, этот маньяк каждый вечер проводит целых полчаса за учебниками! Выскочив из общежития и в два прыжка преодолев крыльцо, я помчался по Чудесному газону к Главному зданию. День был ясный. Трава блестела на солнышке. На голубом небе ни облачка. За спиной у меня подпрыгивал пустой рюкзак. Бельцер носит за меня все учебники и тетради. Впереди я увидел Финмена и Кренча. Они тоже направлялись к Главному зданию. Да, так мы называем здание, где проходят уроки. Я припустил ещё быстрее, чтобы догнать друзей.

— У тебя на носу осталось маленькое зелёное пятнышко, — сообщил я Кренчу.

Он стёр его пальцем и спросил:

— Берни, куда ты дел своих питомцев?

— С ними всё в порядке, — ответил я. — Я спрятал их там, где никто никогда не бывает.

— В комнате для самостоятельных занятий?

— Ага. А теперь поговорим о делах, парни. Я жду ответа. Как продвигаются лотерейные билеты?

— Не очень. — Кренч развёл руками.

— Они вообще не продаются, — вступил Финмен.

У меня ёкнуло сердце.

— Хотите сказать, что вы продали не больше сотни? Или двух сотен? — спросил я.

— Мы не продали ни одного, — уточнил Финмен. — Ребята не хотят покупать у тебя лотерейные билеты по два бакса каждый.

— Чего? — У меня отвисла челюсть. — Но это же для общего блага! — воскликнул я. — Разве не всем ещё надоела полусырая пицца? Каждый доллар, полученный от лотереи, пойдёт на то, чтобы купить новую духовку для столовой. Вы только представьте себе, парни. Через пару недель мы сможем насладиться хрустящей пиццей! Хрустящей и поджаристой! Глядите — у меня уже текут слюни. У меня уже текут слюни!

Финмен покачал головой:

— Все думают, что ты присвоишь себе деньги, Берни. Как это было в прошлые разы, когда ты устраивал лотерею.

— Но это же глупо! — отрезал я. — Эту лотерею меня попросила устроить миссис Гнус. Она назначила меня ответственным за её проведение. Не могу же я её подвести, парни. Так что надо всё-таки продать билеты.

— Так это миссис Гнус попросила тебя устроить лотерею? — ошарашено спросил Кренч.