Анатомик

— Ты не поверишь, но там все работает четко, словно дорогущие швейцарские часы, — заверил его худой.

— Не знаю, не знаю, Марат! Не хотел бы я там оказаться, — рассмеялся Сева и поерзал на стуле, отчего тот жалобно заскрипел под его тушей. — Веришь, нет? Когда босс отправил тебя в Таиланд, я откровенно посочувствовал тебе.

— Ну и напрасно, — пожал плечами Марат. — Я очень доволен поездкой. Грех отказываться от возможности прошвырнуться на другой конец света на халяву. Ты не представляешь, что вытворяют тамошние девки!

— А я слышал, будто все они, как одна — это переделанные мужики, — желчно хохотнул Сева.

— Ты говоришь про трансвеститов, — досадливо поморщился Марат. — А я тебе толкую про натуральных тайских телок! Уж поверь мне на слово, кто‑кто, а я всегда смогу отличить подделку от добротного товара!

— Не знаю, не знаю, Марат! — тоненько захихикал Сева. — Может и ты брат, того — в обновленцы подался?

— Ты это на что тут намекаешь? — ужом взвился тощий. — Я не посмотрю, что ты на центнер тяжелее меня! Чем больше шкаф, тем громче он падает!

— А ты попробуй! — подался вперед Сева, внезапно, не на шутку рассвирепев.

— И попробую, можешь не сомневаться! — заверил его Марат. — Вот только сделаем то, ради чего шеф послал нас в эту богом забытую дыру!

— Ловлю на слове! — Сева откинулся назад на спинку стула и громогласно расхохотался. — Забираем товар, везем домой, сдаем шефу и после этого идем в спортзал. А уж там я надеру тебе задницу, можешь не сомневаться!

— Ой, ой, мне уже страшно! — легкомысленно отмахнулся от него Марат. — Ставлю ящик односолодового, что ты не продержишься и трех раундов.

— Принимается! — радостно воскликнул Сева и протянул свою огромную пятерню приятелю. — Эй, гарсон!

Подошедший официант вежливо поинтересовался:

— Еще кофе?

— Нет, меня уже тошнит от вашего пойла, — отрицательно покачал головой Сева. — Мы с другом поспорили, разбей нас!

Парень опасливо глянул на сцепленные руки и несмело рубанул по ним ребром ладони.

— Ты что тоже был в Таиланде? — иронично покосился на него Сева.

— Нет, не был, — удивленно посмотрел на него официант. — А почему вы спрашиваете?

— Бьешь так, словно тебе сделали операцию по перемене пола! — презрительно фыркнул Сева.

Парень, покраснев до самых корней волос, со всего маху рубанул по рукам спорщиков и разбил их.

— Вот, совсем другое дело! — одобрительно произнес Сева. — Ведь можешь, когда захочешь!

Неизвестно до чего бы он договорился, но в этот самый момент по громкой связи аэропорта объявили, что прибывает рейс из Бангкока. Наскоро расплатившись с официантом, Сева с Маратом поспешно покинули ресторан.

Фургон комбината спецобслуживания, резво несся по трассе, ведущей из аэропорта в город. Вслед за ним, в некотором отдалении, словно приклеенный шел черный внедорожник, за рулем, которого сидел Марат.

Сева располагался на переднем сидении, рядом с ним, и меланхолично взирал на окрестности, мелькающие за окном.

— Марат, ты уверен, что это наш жмур? — наконец, поинтересовался он у напарника.

— А откуда взяться другому‑то? Только наш жмур и есть! — недоуменно пожал плечами тот. — Вечно ты все усложняешь! Расслабься, братан, все под контролем! Рейс из Таиланда наш? Наш! Второго гроба из Бангкока не было? Не было! А тот, который прибыл, едет впереди нас, вон в том гребаном катафалке!

— Не пойму, чего шеф тебя на край земли отправлял? — неодобрительно спросил Сева.

— Да, потому что наш шеф — известный перестраховщик! Хотел лишний раз удостовериться, что все будет в полном ажуре! — фыркнул Марат. — И чтобы туфту нам не подсунули.

— Ну, и что проверил?

— Само собой, я же там не только жареную саранчу ел, да таек трахал, — усмехнулся Марат.

— Сам что ли укололся? — ужаснулся Сева.

— Я, что идиот? — неприязненно покосился на него напарник. — Испытал на одном местном. Совсем конченый чувак, уже заживо гнить начал. Прикинь, у него в левой руке между плечевой костью и лучевой — сквозная дыра!

— Ну и как?

— Передоз, — равнодушно пожал плечами Марат. — Но парень ушел из жизни счастливым.

Сева неодобрительно покачал головой и надолго замолчал, находясь под впечатлением услышанного.

Марат бросил на напарника быстрый взгляд и весело подмигнул ему:

— Сева, говорю же, расслабься! Вообще, вся наша с тобой миссия — не бей лежачего. Чего проще? Привезут нашего дохлого профессора домой, где родные и близкие простятся с покойником. Затем его отвезут на кладбище и после траурного митинга предадут его бренное тело земле. А попросту говоря, закопают нашего клиента в могилку. Ну, а дальше ты и сам все знаешь!

— Ну, да мы наведаемся на скорбное кладбище ночью, нанесем, так сказать, визит вежливости нашему профессору. После чего вскроем его полированную коробочку, — тонко хихикнул Сева. — Вот только меня не особо прельщает мысль копаться в его вонючих, протухших внутренностях.

— Ну, извини, брат! Невозможно приготовить яичницу не разбив яйца, — иронично хмыкнул Марат. — Не забравшись вовнутрь профессорского трупа, невозможно извлечь из него груз таиландской дури! Если ты знаешь другой способ, я с удовольствием тебя послушаю.

— Ты знаешь, мне уже кажется, что я насквозь провонял трупаком! — пробормотал Сева.

Подняв поочередно руки, он подозрительно понюхал подмышки своего светлого плаща.

— Это у тебя, братан, шиза разыгралась, — сочувственно произнес Марат. — Со мной такое тоже иногда случается. Вдруг, среди полного счастья, начинает казаться то, чего нет.

Между тем, шустрый фургон комбината спецобслуживания въехал на улицы города. Движение здесь было оживленным и Марату пришлось изрядно попотеть, чтобы не потерять его из виду.

По мере того, как они продвигались по городским улицам, на лице Севы все четче проступало недоумение. Он напряженно всматривался в карту городу, лежащую у него на коленях.

— Или я ничего не понимаю в картографии, или эти чудаки едут в сторону противоположную той, где находится дом нашего профессора! — наконец, возмущенно воскликнул он.

— Скорее первое, чем второе, — скосил на него шкодливые глаза Марат.

— Да, пошел ты! — рассерженно буркнул Сева и, свернув карту, сунул ее в бардачок. — Смотри, вон, лучше на дорогу!

— Может быть, они решили не завозить его домой, и везут прямиком на кладбище? — примирительным голосом предположил Марат.

Сева демонстративно промолчал, всем своим видом выражая неодобрение тупым подначкам напарника. Лицо его закаменело, а глаза недобро сощурились. Марат понял, что переборщил со своими приколами и, решив не испытывать свою судьбу оставил рассерженного напарника в покое.

Так, в полнейшем молчании, они ехали еще около получаса. Вплоть до того самого момента, когда фургон комбината спецобслуживания неожиданно свернул в боковую улочку и остановился возле шлагбаума перегораживающего въезд на территорию огороженную высоким металлическим забором. Напарники недоуменно переглянулись.

— Это еще что за хрень? — возмущенно воскликнул Сева и вылез из машин.

В этот момент, шлагбаум поднялся, и фургон въехал через ворота, после чего шлагбаум вновь опустился. Сева подошел к небольшой, аккуратной будке, в которой сидел охранник и перекинулся с ним парой слов.

Когда Сева вернулся в машину, лицо его выражало крайнюю степень озабоченности.

— Ну? — нетерпеливо спросил его Марат.

— Баранки гну! — рявкнул на него напарник. — Это Медицинский университет, в котором преподавал наш профессор! Но какого хрена они привезли его сюда? Ничего не понимаю!

— А ты ничего не путаешь? — озадаченно спросил Марат.

— Вот иди сам и пообщайся с тупым охранником, а я пока шефу позвоню! — проворчал Сева и достал мобильник. — Алл, шеф? Добрый день! Это я, Сева! Возникли непредвиденные обстоятельства. Короче тут такое дело, нашего клиента из аэропорта доставили прямиком в медунивер. У меня ощущение, что наш план пошел наперекосяк.

— Сева, я тебя отправил туда не для того, чтобы ты своими ощущениями морочил мне голову, — проникновенным голосом ответил шеф. — Но если тебе очень неймется, можешь пойти на местный рынок и приобрести там гуся. Надеюсь, что нет необходимости объяснять, для чего именно тебе нужна эта бедная птица?

— Понял, шеф, — со вздохом ответил Сева. — Я должен оставить ваш мозг в покое, и начать трахать мозги гусю.

— Молодец, соображаешь! Значит еще не все потеряно, — похвалил шеф. — Прежде всего, не нужно пороть горячку. Кстати, как там наш Марат? Просто отслеживайте ситуацию и своевременно ставьте меня в известность о любом изменении оперативной обстановки. Насколько я могу судить, пока еще не произошло ничего страшного.

Глава 4

Дернул же его черт связаться со Степой! Влад неодобрительно покрутил большой кудлатой головой. Аферюга хренов, его богу душу мать! Предприниматель, который предпринимает неизвестно что и неизвестно зачем. Бывший однокурсник втянул его в такое дрянное дело, что у Влада просто не было слов, чтобы выразить степень своего возмущения.

Он свирепо посигналил пешеходу легкомысленно решившему перебежать дорогу перед его огромным черным «Крузером», с государственным номером 666.

— Куда прешь, скотина! Жить надоело? — проревел он в приоткрытое окно автомобиля.

Тщедушный мужичонка испуганно шарахнулся от инфернальной колымаги, обратно на тротуар. Там он неловко запнулся за бордюр, комично замахав руками, в тщетной попытке удержать равновесие. Дело кончилось тем, что победило земное тяготение, и мужик сел прямо в небольшую лужу, оставшуюся на асфальте после ночного дождя.

— Клоун, несчастный! — презрительно фыркнул Влад и завернул за угол.

Его немного отпустило, но в голову все равно лезли невеселые мысли. Он уже вбухал кучу бабок в проект, который раскручивал Степа. А когда вдруг выяснилось, что для того чтобы вернуть уже потраченное нужно еще раз капитально вложиться, Влад послал своего друга куда подальше. После этого тот неожиданно куда‑то пропал. Во всяком случае, телефон этого мерзавца был отключен вот уже несколько дней. Дело начинало принимать нехороший оборот и все больше походило на обыкновенное кидалово.

Из‑за проявленной беспечности, Владу пришлось выплатить лишь половину зарплаты бригаде работающей в Медицинском университете. Он ломал голову, как объяснить людям, что у него нет денег, потому что он сдуру повелся на обещания Степы и отдал их кровные бабки этому пустомеле?

Тем временем, Влад въехал во внутренний двор Медицинского университета. Возле облезлого старинного мезонина анатомического корпуса стояла косо припаркованная бортовая ГАЗель. Возле нее интенсивно копошились пятеро, мающихся с похмелья, рабочих.

Эта картина пролила бальзам на исстрадавшуюся душу Влада. Ладно, хоть на этом объекте все нормально и работа идет полным ходом! Хотя на ребят, что занимались фундаментом старого завода, тоже было грех жаловаться.

Выбравшись из машины, Влад в самом благодушном настроении неторопливо направился в их сторону. Судя по всему, работа кипела, и рабочие дружно разгружали машину с материалами для ремонта анатомического корпуса. Честное слово, его новый бригадир Серега большое приобретение для «Антикарста». Он умеет организовать работу!

Но по мере того, как Влад вальяжно приближался к машине с рабочими, его благодушное настроение таяло, как Снегурочка на солнцепеке. Как выяснилось, эти полупьяные уроды вовсе не разгружали машину. Совсем наоборот! Воровато озираясь, они торопливо грузили в нее строительные материалы и инструменты! Его, Влада инструменты, и его строительные материалы!

— Та — ак, значит бунт на корабле? — прорычал он, медленно наливаясь гневом. — А, ну, приматы, всем оставаться на своих местах! И можете начинать бояться!

Работяги послушно замерли, так, словно увидали не Влада, а Медузу Горгону.

— Разворовываем, значит, имущество фирмы? — продолжал он нагнетать обстановку.

— Ты, это того, хозяин! Ты не прав, по всем понятиям! — внезапно подал голос один из рабочих. — Мы свое забираем, в счет того, что ты нам не доплатил.

Влад скрипнул зубами. Он и сам прекрасно сознавал, что выплатил рабочим зарплату не полностью. И во всем была виноват этот козел Степа!

В ходе начавшейся ожесточенной словесной перепалки, выяснилось, что рабочие очень недовольны своим работодателем, то бишь, Владом.

О чем они и поведали ему, не особо стесняясь в выражениях:

— Толстый, ты тупо кинул нас по деньгам! А то, что ты заплатил нам вчера, иначе как насмешкой не назовешь! Можешь засунуть эти подачки в свою толстую задницу!

Дело осложнялось тем, что рабочие уже умудрились пропить полученные деньги, и теперь их разбирала досада, и тяготило похмелье. В этой ситуации проще всего было во всех грехах обвинить Влада.

— А теперь послушайте меня, бандерлоги! — свирепо рявкнул Влад на вмиг присмиревших бунтовщиков. — По мне так, вы, бездельники, не заработали даже того, что я по доброте душевной заплатил вам. Этот аванс я взял из денег, оставленных на приобретение бетона. И теперь, если не хотите проблем, быстренько выгружайте все обратно! Надеюсь, я ясно выразился? Или мне все‑таки придется своротить пару челюстей?

Рабочие прекратили погрузку и мрачно переглядываясь, застыли в нерешительности. Влад же, тем временем, направился ко входу в корпус.

— Ты это куда собрался, если не секрет? — поинтересовался он, столкнувшись в дверях анатомички со своим хваленым бригадиром.

— На кудыкину гору, начальник! — развязно ответил Серега, поспешно спрятав большую сумку за спину.

Влад брезгливо поморщился — от строптивого бригадира разило перегаром.

— Я так понимаю, что ты и твои ручные моромойки больше работать не собираетесь? — доброжелательно уточнил он.

— Правильно понимаешь! — пьяно хохотнул Серега, упорно продолжая держать руку с сумкой позади себя.

— А что это там у тебя такое? — с высоты своего роста, заглянул ему за спину Влад.

Из сумки торчала знакомая зеленая рукоятка дисковой электропилы «болгарки».

Влад почувствовал, как в нем закипает глухая злоба. Он поверил этому уроду, а тот, вместо того, чтобы оправдывать возложенное на него высокое доверие, принялся нагло разворовывать инструменты и материалы!

Всего месяц назад Влад приступил к реконструкции корпуса анатомички на территории Медицинского университета. И вот теперь, с этого объекта, этой гребаной анатомички снимается вся бригада во главе с самим бригадиром.

Кроме всего прочего, у Влада как‑то сразу не заладилась работа на этом объекте. И немаловажную роль в этом сыграла исполняющая обязанности заведующего кафедрой анатомии Светлана Сергеевна Мезенцева. Она заняла это место сравнительно недавно. Ее шеф, завкафедры профессор Чушпанников неожиданно умер в Таиланде, где находился не то в командировке, не то на отдыхе.

Если бы кто‑нибудь месяц назад сказал Владу, что эта высокая эффектная блондинка окажется такой стервой, он бы ни за что не поверил.

Сначала все шло вроде бы хорошо. Ему даже казалось, что Мезенцева пытается с ним флиртовать. Влад никогда не страдал от недостатка женского внимания. С его ростом и солидной внешностью он в свои тридцать с небольшим, был все еще весьма завидным кавалером. А его сочный рокочущий бас и по сей день заставлял женские сердца биться чаще. Поэтому он воспринял оказываемое ему Мезенцевой внимание, как должное и даже начал предпринимать встречные шаги.

Совесть его была чиста. Вот уже пять лет он состоял в разводе. Что касается Светланы Сергеевны, то как он успел узнать, она являлась вдовой, какого‑то там высокопоставленного аппаратчика из мэрии. Это объясняло ее успех на научном поприще в сравнительно молодом возрасте. Влад давал ей от силы двадцать восемь — тридцать лет.

Что касается ее благосклонности, то как вскоре выяснилось, Влад жестоко ошибался. По мере того, как он начал наращивать темпы работ, между ним и Светланой Сергеевной начали все чаще возникать трения. И чем дальше, тем больше.

По мнению Мезенцевой, количество занятых в анатомичке рабочих было явно недостаточным. И работали они не так быстро, как ей хотелось бы. Вдобавок ко всему, их квалификация внушала ей сильные подозрения. Но что доводило Светлану Сергеевну до бешенства, так это горы строительного мусора. Они словно тараканы сами собой заводились и размножались на территории любезного ее сердцу анатомического корпуса.

Влад с запозданием вспомнил, что как‑то слышал от проходивших мимо него студенток прозвище Светланы Сергеевны. Эти безмозглые голенастые курицы именовали эту чудную женщину не иначе как — СС. Тогда это прозвучало для его уха оскорбительно. Он едва сдержался, чтобы не сделать студенткам замечание. Хотя, теперь он должен был признать, что черная пилотка с серебряным эсэсовским черепом, подошла бы Мезенцевой гораздо больше, чем белый докторский колпак. После всех многочисленных скандалов и мелочных придирок, которыми его ежедневно изводила Светлана Сергеевна, у Влада не осталось к ней и следа былой симпатии.

Вот и сейчас заведующая кафедрой, подойдя к выходу из корпуса, где Влад в дверях выяснял отношения с бригадиром, злобно поинтересовалась: