История с деньгами, или Детям до 16 путешествовать по времени разрешается

– Да я этому разбойнику так по башке дам, что он сразу перевоспитается! – заявила Аля.

– Это еще кто кому даст! – хмуро ответил Кирилл, закатывая рукава.

– Тихо, тихо! – начал успокаивать их Самаил Георгиевич. – Чтобы перевезти свои деньги и не нанимать охраны, купец может поручить перевозку меняле Сильверу. У него хорошая охрана, и он часто перевозит деньги из города в город.

– Прравильно! – закивал Сильвер.

– А я и его ограблю! – мрачно заявил Кирилл, который уже вошел в роль.

– Попробуй! – сказала Аля, вручая Сильверу монету. – Сильвер, передай, пожалуйста, эти деньги Самаилу Георгиевичу. Только опасайся вон того разбойника, – и она показала на Кирилла.

– Натюррлих! – кивнул Сильвер и, взяв монету в клюв, полетел к Самаилу Георгиевичу.

Как ни подпрыгивал разбойник Кирилл, но достать менялу Сильвера и отнять монету ему не удалось.

– Вот видите, как удобно! – сказал Самаил Георгиевич, забирая у Сильвера монету. – И деньги целы, и на охрану тратиться не надо. Заплатил меняле – и все дела.

Аля тотчас щедро заплатила Сильверу его любимым печеньем, которым он с удовольствием захрустел.

– Но это не все, – продолжал Самаил Георгиевич. – Менялы так хорошо защищались от грабителей, что многие богатые люди отдавали свои деньги менялам на хранение. Чтобы не было путаницы, меняла записывал в специальную книгу, кто сколько денег отдал ему на хранение и кто сколько забрал. Так появились счета. Но менялы не только хорошо хранили деньги. По просьбе своих клиентов они еще и производили расчеты: кому-то уплатить, а с кого-то получить. Тогда менялы додумались до замечательной вещи: совершать расчеты без денег.

– Это как – без денег? – удивился бывший разбойник Кирилл. – За спасибо, что ли?

– Нет, не за спасибо. Предположим, у Сильвера лежат твои и Алины деньги. Ты должен Але десять монет.

– Ничего я ей не должен! – возразил Кирилл.

– Ну ладно, пусть Аля должна тебе десять монет. Конечно, она может взять у Сильвера эти десять монет, отдать их тебе, а ты снова отдашь их на хранение Сильверу. Но ведь будет гораздо проще, если Сильвер на десять монет уменьшит Алечкин счет, а твой на столько же увеличит. Просто и удобно. А вскоре менялы подумали, что у них все время лежит очень много денег и часть их можно давать в долг. Но давать в долг за плату: берешь пятьдесят монет, а вернуть должен семьдесят. Это называлось «давать деньги в рост». Эти менялы уже назывались «ростовщиками». Так деньги стали приносить деньги. Постепенно денег становилось все больше, и менялы превратились в банкиров, а их столы «банко» в огромные банки. Это, например, как если бы у нашего Сильвера вместо одного печенья оказалась сразу целая ваза.

Сильвер чрезвычайно оживился, взлетел и важно уселся на краю большой вазы с печеньем. Раздувшись от важности, оторвал клювом кусочек бумаги и почему-то дал Кириллу вместо печенья.

– Что я – термит, что ли, бумагу жевать! – возмутился Кирилл.

– Да нет, ты не термит. А вот Сильвер, похоже, настоящим банкиром стал! – рассмеялся Самаил Георгиевич. – Дело в том, что, принимая вклады, менялы, а потом и банкиры выдавали вкладчику расписку, которая называлась банкнотом – «билетом банкиров» или «банковским билетом». На банкноте писалось, сколько денег вложил вкладчик. Если вкладчик потом забирал часть денег, на банкноте это отмечалось, и сумма вклада уменьшалась.

Кирилл тут же решил это проверить и сунул Сильверу бумажку обратно. Попугай, недовольно поморщившись, что-то невнятно проскрипел, но печенье все-таки выдал.

– Ура! Заработало! – радостно завопил Кирилл.

– Еще бы не заработало, – подтвердил Самаил Георгиевич. – Это старая проверенная система. Если вклад был крупный, выдавалось несколько банкнот на определенную сумму. Достаточно было предъявить ее в банк, чтобы получить взамен деньги. Поэтому банкнотами постепенно стали расплачиваться вместо денег. Потом появились другие заменители. Для удобства в банке вместо банкнот вкладчику стали выдавать особые бланки, которые назывались чеками. Чек – это распоряжение банку выдать вклад или его часть. Вкладчик просто писал на чеке нужную сумму, подписывал его, и банк должен был выплатить по нему деньги. Чеки бывают именные или безыменные, на предъявителя: кто чек предъявит, тому и выдадут деньги.

– Это почти как в магазине! – сообразила Аля. – Я плачу деньги в кассу, а мне дают чек, по которому я могу получить то, что я хочу купить.

– Не совсем так, но немножко похоже. – кивнул Самаил Георгиевич. – Был еще один заменитель денег. Это долговая расписка или вексель. У вас, наверное, не раз бывали ситуации, когда вы брали у приятелей какую-то вещь под честное слово, что потом отдадите за нее другую вещь. У купцов это честное слово заменял вексель, на котором писалось, что человек должен столько-то денег и обязуется отдать в такой-то срок. Позже векселями стали пользоваться и банки. В векселях было написано, что банк обязуется выплатить своему клиенту определенную сумму в определенный срок. Вексель тоже заменял деньги, и его вместо денег передавали друг другу. Появление банкнот, чеков и векселей показало всем, что вместо золотых или серебряных денег вполне могут употребляться практически ничего не стоящие бумажки.

– А что же, золото теперь вообще ничего не стоит? – подозрительно спросил Кирилл.

– Вовсе нет, – успокоил его Самаил Георгиевич. – Золото по-прежнему стоит очень дорого, и его стараются добывать как можно больше.

– А зачем его добывать, если оно больше не деньги? – удивилась Аля.

– Ну, во-первых, очень много золота используется в электронике, ювелирном деле, для протезирования зубов – на это уходит примерно три четверти всего добываемого золота. А во-вторых, кто вам сказал, что золото – больше не деньги? Четверть добываемого золота идет в золотой запас, который используется при сделках между странами. То есть золото теперь выступает в роли мировых денег.

– А нормальные деньги кто выпускает? Банки? – спросил Кирилл.

– Да. Первые бумажные деньги, напоминающие современные, были выпущены Стокгольмским банком в 1661 году. Назвали их банкнотами – по старой памяти. А выпуск бумажных денег назвали красивым латинским словом эмиссия. Выпускать банкноты имеют право очень мало банков. И называются эти банки эмиссионными. Причем эмиссионный банк может выпускать банкнот на сумму не выше стоимости золотого запаса банка. Это делается для того, чтобы бумажные деньги всегда были обеспечены реальными, золотыми или серебряными.

– Попррошу веррнуть крредит! – Сильвер подкрался и постучал Кирилла по плечу. Затем немного подумал и добавил: – С прроцентами!

– Какой еще кредит?! С какими еще процентами?! – Кирилл чуть не поперхнулся.

– Спокойнее, Кирилл, спокойнее, – сказал Самаил Георгиевич. – Видишь ли, кажется, Сильвер учится даже не по часам, а по минутам. Ведь банки не только хранят и выдают деньги своих вкладчиков. Они, как когда-то ростовщики, иногда дают их в долг под проценты. Это называется кредитом.

– Это что же получается, мне этот жадина-говядина одно печеньице дал, а возвращать я ему уже несколько должен? – возмутился Кирилл.

Сильвер в ответ закивал и довольно похлопал себя крыльями по заметно раздувшемуся животу.

– Это нечестно! – вступилась за Кирилла Аля. – Ведь это же не Сильвера печенье. Ему доверили на хранение, а он в долг раздает!

– Совсем как в банке. – согласился Самаил Георгиевич. – Деньги, которые вкладчики кладут в банк, называются депозитными деньгами. Банкиры заметили, что эти деньги большую часть времени лежат без движения. Ведь вкладчики не очень часто снимают деньги со своих счетов. Банкиры подсчитали, что в банке можно оставить даже меньше половины денег, и все равно их хватит для вкладчиков, желающих получить свое. Поэтому банкиры решили как бы брать у вкладчиков деньги в долг и отдавать на время другим людям. В кредит.

– Интересно, как это они чужие деньги могут отдавать? – совсем раскипятился Кирилл. – Это же самое обыкновенное воровство!

– Ну почему же воровство? – удивился Самаил Георгиевич. – Банк за предоставление кредитов получает деньги и часть из них платит своим клиентам за то, что у них позаимствовал.

– А какая еще польза от банков, кроме того, что они деньги выпускают и на кредитах зарабатывают? – спросила Аля.

– От банков очень большая польза. Деньги должны работать. Это означает, что они должны быть все время в обороте, то есть в деле. Банки дают кредиты и пускают деньги в дело. Благодаря этому больше будет построено новых зданий, открыто новых заводов, произведено новых товаров, сделано научных открытий. Согласитесь, что так от денег гораздо больше пользы, чем если они просто лежат в банковских сейфах. Во всяком случае, люди не придумали, как еще хранить и накапливать деньги с пользой. Помните, как удобно, без денег, меняла Сильвер переписал десять монет с Алиного счета на счет Кирилла. Так же поступают и банки. Но сейчас с помощью компьютеров они могут перевести деньги со счета на счет чуть ли не в любую точку земного шара за считанные секунды. Это, конечно, не обычные деньги, а безналичные. Они помогают ускорить расчеты между банками. Само собой, безналичные деньги не заменяют наличных. Безналичными деньгами расчет идет как бы в долг. Потом наличные деньги просто переправляются из банка в банк. Очень много пользы приносят банки, финансируя крупные и дорогостоящие проекты, которые без этих денег не состоялись бы. Например, строительство тоннеля под Ла-Маншем, соединившего Англию и Францию, финансировало целых 220 банков. Использование этого тоннеля вернет банкам их деньги с процентами. Как и у менял, здесь деньги делают деньги.

– А бывают нечестные банки-обманщики? – задал вопрос Кирилл, поглядывая на Сильвера, с увлечением поедавшего печенье из вазы.

– Конечно, бывают, – пожал плечами Самаил Георгиевич. – Но они быстро закрываются или, как обычно говорят, «лопаются». Потому что для банков, как когда-то для менял, гораздо выгоднее быть честными и надежными.

– Мне кажется, у нас сейчас не банк, а наш банкир лопнет, – заметил Кирилл.

Сильвер с трудом запихивал в себя последнее печенье из доверенной ему вазы. Проглотив, он упал на дно – только лапы остались торчать.

– Какой кошмар! – всплеснула руками Аля. – Мы ему все свои «деньги» доверили, а он!..

– А он… – продолжил было Кирилл ее изобличительную речь, но закончить не успел, так как комнату заполнил густой-густой туман.

Глава 9

Государь Всея Руси Петр I и его новая денежная политика секрет Самаила Георгиевича

В тумане ничего не было видно. – Самаил Георгиевич, вы здесь? уверенно спросила Аля, боязливо озираясь.

– Здесь, здесь, – раздался голос Самаила Георгиевича, и в тумане смутно проступила его фигура.

– Кирилл, а ты здесь? – уже гораздо бодрее позвала Аля.

Но ответа не последовало.

– Кирилл, хватит! – строго сказал Самаил Георгиевич. – Сейчас не время для игр.

Но ответом опять была тишина.

– Кирилл, ты где? Отзовись! – кричали Самаил Георгиевич с Алей, пока не охрипли.

– Крранты!.. – Сильвер грустно склонил голову.

– Никаких крантов! – оборвал его Самаил Георгиевич, прислушиваясь. – Я слышу голоса.

И они двинулись в ту сторону, откуда эти голоса доносились.

– Самаил Георгиевич, а вам не кажется, что мы попали в какое-то странное место? – шепотом спросила Аля.

– Мне уже давно кажется, – так же тихо ответил Самаил Георгиевич. – С тех пор, как мы должны были наткнуться на стенку. А дым этот и не дым вовсе, а туман. Похоже, опять наш пятак шалит, и куда мы попали – неизвестно.

– Мин херц, – вдруг раздался голос совсем рядом, – да не слушайте вы никого! Когда вы пришли на царство, в России что было? Да ничего не было! Промышленности не было, сильной армии не было, выхода к морям не было, школ нормальных – и тех не было. О торговле я вообще не говорю! Что это за торговля, если с иностранцами не торгуем? А сейчас Россия из захудалой провинции превратилась в великую державу. Турка и шведа побили. К морям вышли. Экономика, культура, образование развиваются дай Бог каждому. И ведь все это только благодаря вам, Петр Алексеевич!

– Да это же сам Петр Первый! – прошептал Самаил Георгиевич.

– А Кирилл где? – спросила Аля.

– Государь Петр Алексеевич, по-моему, тут кто-то есть! – воскликнул голос из тумана. – Надо бы в него пальнуть, да не видно ни зги. Проклятый туман!

– Нечего порох зря переводить – нет тут никого, – произнес в ответ голос государя. – Разве что мыши. А их всех не перестреляешь.

– Пи-пи-пи, – тоненько запищал Сильвер и зашуршал хвостом по земле, как заправская мышь.

– Вот видишь! – засмеялся Петр. – А ты боялся. Меня вот что беспокоит: у нас в России с деньгами плохо. А без денег реформы не сделаешь.

– А до вас, Петр Алексеевич, было-то все равно что никак! Серебряная копейка, денежка да полушка – разве ж это деньги? Одно название. Да и этих денег ведь не хватало. Помните? Копейку-то на две-три части рубили, чтобы расплатиться. Если бы не вы, когда бы еще на Руси первый серебряный рубль появился? А разве не вы приказали выпустить полтинник, полуполтинник, гривенник, пятак и алтын. Я так думаю, государь, этой вашей замечательной десятичной системе скоро вся Европа подражать начнет.

– Полтинник – это пятьдесят копеек, – не удержался Самаил Георгиевич. – Полуполтинник – понятно, двадцать пять. Гривенник – десять, алтын – три копейки. И кстати, действительно, к концу XVIII века европейские страны начнут перенимать опыт России в своих денежных системах. Наша десятичная система, в которой 10 копеек составляют гривенник, а десять гривенников – рубль, окажется гораздо удобнее других систем. Французский франк станет делиться на 100 сантимов, а в Америке появится доллар, состоящий из 100 центов.

– Да, это было бы неплохо, – задумчиво проговорил голос государя. – А то не все же нам у Европы учиться. Когда-нибудь и ученики должны обгонять своих учителей! А научились мы у Европы многому. Например, каким должен быть современный монетный двор. Это я понял, когда великий ученый, сэр Исаак Ньютон, показал мне в Лондоне Королевский монетный двор. Он тогда его смотрителем был. Помню, увидел я это чудо и дал себе слово, что у нас денежное дело не хуже, чем у англичан, будет поставлено. Выписал из Англии мастеров, машины и слово свое сдержал. Какие монетные дворы у нас теперь в Москве и Санкт-Петербурге! Загляденье! И в других городах не хуже будут!

– Правду Петр Алексеевич говорит, – шепнул Самаил Георгиевич на ухо Але. – Монетные дворы вскоре открылись в Нижнем Новгороде, Ярославле, Архангельске и на Алтае…

– А вот выпуклые точки на монетах даже в Европе не додумались делать, – продолжал нахваливать государя другой голос. – Это ж какое удобство для неграмотных: прочитать надпись на монете не смогут, а сосчитать точки – это любому под силу! Пять точек – значит пятак. Десять – гривенник. Три точки – алтын. Ну а рубль даже самый неграмотный узнает без всяких точек! Ваше изображение на рубле, Петр Алексеевич, ни с чьим не спутаешь!

– Апчхи! – вдруг раздалось из тумана.

– Государь, я же говорил, что тут кто-то есть! А ну выходи, не то стрелять буду!

В ответ раздался удаляющийся дробный топот.

– Теперь ты зайца испугался! – рассмеялся государь. – Зря, видно, я тебя награждал за храбрость.

– Зайцы не чихают, государь! – обиженно возразил голос. – А осторожность – сестра храбрости.

– Ладно, пошли, осторожный храбрец. А то, наверное, обед стынет.

Голоса смолкли. Но тут кто-то затопотал, и «чихающий заяц» врезался прямо в Самаила Георгиевича с Алей и Сильвером.

– Ага! Попался, который чихался! – закричала Аля, хватая Кирилла.

– Ничего я не чихался! Это мне комар в нос залетел, – обиженно возразил Кирилл, который и был тем самым зайцем, испугавшим осторожного храбреца на государевой службе.

– Комарр – крровососущий вампирр! – глубокомысленно заметил Сильвер.

– Правильно, – поддержал его Кирилл, потирая распухающий на глазах нос.

– Правильно-то правильно, а вот как мы без пятака отсюда выберемся? – спросила Аля.

– Сохраняйте спокойствие, – проговорил Самаил Георгиевич. – Давайте-ка я пока лучше расскажу вам о монетной стопе.

– Да чего там рассказывать – пятак искать надо! – в один голос закричали Кирилл с Алей.

– Сам придет – никуда не денется, – махнул рукой Самаил Георгиевич. – А монетной стопой называлось количество монет, которое можно начеканить из определенного количества металла. При Петре I из пуда меди (пуд – это примерно 16 килограммов) разрешалось чеканить медных денег на 16 рублей.

– Это один рубль один килограмм, что ли, весил?! – ужаснулась Аля, представив, сколько бы пришлось тащить таких денег, чтобы купить даже самое дешевенькое мороженое.

– Тут вместо кошелька грузовик нужен, – сказал Кирилл.

– Тррейлерр! – не согласился с ним Сильвер.