– Но… – начала было Зария, но Эди Морган нетерпеливым жестом остановил ее.

– Подождите спорить, – сказал он. – Мы много думали. Мистер Вирдон не хочет пока­заться несправедливым, поэтому он решил, что лучше будет, если по приезде в Алжир вы, мисс Браун, сложите с себя обязанности секретаря.

Глава 5

– Но почему? – спросила Зария. – Мистер Патерсон уверял меня, что мистеру Вирдону необходим секретарь.

– Да, я знаю, – ответил Эди Морган. – Но ситуация немного изменилась. Мадам Бертин приедет с человеком, который знает арабский.

Его руки мяли бумагу в кармане пиджака.

– Понимаю… – сказала Зария.

– Как я уже говорил, мистер Вирдон – чело­век честный, – продолжал Эди Морган. – Он желает вам добра, мисс Браун, и благодарен вам за то, что вы решили поехать с ним. Именно поэтому он решил устроить вам и ва­шему молодому человеку места на прогулочном пароходе, который идет из Алжира в Марсель через Балеарские острова. Он оплатит вам сто­имость билетов и выдаст месячное жалованье.

– Зачем такой кружной путь? – воскликнул, опередив Зарию, Чак.

Эди Морган зло сузил глаза и резко спросил:

– Что вы хотите этим сказать? Мы желаем добра мисс Браун.

– Да, конечно, – ответил Чак. – Просто я подумал, не лучше ли нам будет сойти с яхты завтра, в Таррализе?

– Послушайте, молодой человек! – восклик­нул Эди Морган. – Мы не просили вас ехать с нами, вы сами себя пригласили. Так что не вме­шивайтесь. Мистер Вирдон решил поступить так, как, по его мнению, будет лучше для мисс Браун. Если она разумная девушка, а я в этом уверен, она не рассуждая примет его предложе­ние.

– Да, конечно, – поспешила согласиться За­рия.

Ее не менее испугало выражение лица Ча-ка, чем угрожающие ноты в голосе Эди Морга­на.

– Значит, договорились, – произнес Эди Морган и, повернувшись к Чаку, добавил: – Только никаких умничаний с вашей стороны, молодой человек. Понятно?

– Разумеется, – небрежно ответил Чак и преувеличенно радушно улыбнулся.

– Не забывайтесь, – резко сказал Эди Морган и, неслышно ступая по палубе, пошел прочь.

Еще некоторое время после его ухода в возду­хе, казалось, висело что-то зловещее и угрожа­ющее.

– Я ничего не понимаю, – прошептала нако­нец Зария.

– Не волнуйтесь, – ответил Чак. – До Алжи­ра еще далеко.

– Я неловко себя чувствую. Мистер Вирдон не хочет, чтобы я оставалась на яхте. Да и рабо­ты у меня здесь нет. Почему они возражают против того, чтобы мы сошли завтра? Так было бы лучше для всех.

– Кажется, Морган так не думает, а слова Эди – закон.

– Но почему? Ведь главным является мистер Вирдон, или я ошибаюсь?

– Кто знает, – задумчиво произнес Чак.

– Что вы имеете в виду? – спросила Зария.

– Ничего, – поспешно ответил он. – У бога­тых людей всегда есть доверенное лицо, кото­рое выполняет за них всю грязную работу. Мистеру Вирдону было бы неприятно сооб­щать вам о том, что он вас увольняет, поэтому за него это сделал Эди. Но тем не менее вы не должны сомневаться, от кого исходят эти сло­ва.

– Мистер Морган вызывает у меня ужас, – призналась Зария. – Лучше бы мне никогда не приезжать сюда.

– Вы действительно так считаете? – спросил Чак. – В таком случае у меня не было бы воз­можности просить вас о помощи. Я никогда не узнал бы, как вы добры и великодушны, и не смог бы попасть в Алжир.

– Нет, нет, конечно, хорошо, что для вас все обернулось как нельзя лучше, даже если этого нельзя сказать обо мне, – ответила Зария.

– Холодает. Идите к себе, полежите. Подни­мается ветер. Здешний климат очень коварен в это время года, особенно для не совсем здоро­вых людей. Поспите немного, а после сна по­просите стюарда принести вам чаю. Для этого вам необязательно подниматься в столовую.

– Хорошо, – согласилась Зария.

Ей не хотелось уходить от Чака. Она инстинк­тивно цеплялась за него, как утопающий за со­ломинку. Однако действительно холодало, а у нее не было теплого пальто, которое можно бы­ло бы надеть на свитер.

Море стало неспокойным, и яхту подбра­сывало на волнах. Чак встал и помог ей под­няться с кресла. Зария подумала, как прият­но иметь рядом с собой внимательного муж­чину, который всегда снимет плед с твоих ног и подаст тебе руку.

– А теперь спать! Не забывайте, вам это очень полезно, – напутствовал ее Чак.

– Если вдруг мистер Вирдон захочет меня ви­деть, вы меня позовете? – замешкалась Зария.

– Разумеется, – ответил он. – Хотя ставлю полдоллара против пяти центов, что ни сего­дня, ни завтра этого не случится!

– Почему вы так уверены?

– Просто мне кажется, что мистер Вирдон решил отдохнуть от работы, – ответил Чак.

Он явно умалчивал о чем-то, но при этом так улыбался ей, что Зарии не захотелось с ним спорить. Неуверенно ступая по качающейся палубе, она подошла к трапу и спустилась в свою ка­юту.

После холодного ветра снаружи здесь каза­лось очень тепло. Переодевшись в ночную ру­башку, Зария скользнула в кровать, на мягкий матрас и пуховые подушки.

Ей хотелось немного подумать, вспомнить каждое слово, сказанное ей Чаком, понять все значение своего увольнения, спланировать об­ратное путешествие в Англию. Но предметы расплывались у нее перед глазами, мысли рас­сеивались, и не успела она осознать это, как по­грузилась в уютное, теплое, счастливое состоя­ние сна.

«Я люблю тебя, – говорил ей Чак. – Люб­лю». Его руки сжимали ее в своих объятиях… Ее пробудил внезапный стук в дверь. – Войдите! – позвала она. Дверь распахну­лась, и в ней появился стюард с подносом в руке.

– Я принес вам чаю, мисс, – сказал он. – Вы не пришли в столовую, и я решил, что вы отды­хаете.

– Неужели уже пора пить чай? – сонно спро­сила Зария.

– Уже половина шестого, – ответил он. – Поскольку вы англичанка, я решил, что вы не захотите остаться без чая.

Зария села на кровати, натянув одеяло по са­мую шею. Она не привыкла к тому, чтобы ее обслуживал мужчина.

– Большое вам спасибо, – сказала она стю­арду, когда он поставил поднос на столик ря­дом с кроватью.

Здесь были бутерброды, булочки, масло, мед и множество разнообразных пирожных.

– Мне не съесть столько, – смеясь, заметила она.

– Надо постараться, мисс, – серьезно ответил стюард, – Кок предлагает приготовить для вас специальный отвар. Он делал его для нашей бывшей хозяйки, миссис Кардью, по­сле того, как ее в последний раз оперировали. Когда она поднялась на яхту, она была еще больна, очень больна. Могу поклясться, это отвар поднял ее на ноги.

– Как интересно! – воскликнула Зария. – Вы не поблагодарите кока за его заботу обо мне?

– Я расскажу вам, как все было, мисс. Я сказал коку, как вы хотите поправиться и как мало едите, а он мне в ответ: «Что, если сде­лать для нее то, что я готовил для миссис Кар-дью? От этого она точно пополнеет, ведь так, Джим?»

– Но я не была больна, – сказала Зария.

– Нет, мисс? – спросил стюард, и по его го­лосу было ясно, что он не вполне верит ей. – Ну, раз так, значит, вы сидели на слишком строгой диете.

– Возможно, поэтому, – улыбнулась За­рия. – В любом случае, я была бы очень благо­дарна вам за отвар, если, конечно, это не очень затруднит вас.

– Совсем не затруднит, – заверил ее стю­ард. – И вот еще о чем я подумал, мисс.

Он сунул руку в карман и достал какую-то ко­робочку.

– Что это такое? – заинтересовалась Зария.

– Это витамины. Миссис Кардью их всегда принимала. Здесь у нее было несколько таких коробочек. Не раз она говорила мне: «Ешь ви­тамины, Джим. Тогда ты долго будешь оста­ваться молодым и всегда с удовольствием вы­полнять свою работу». Я обычно брал одну-две штучки, чтобы ее не расстраивать. Не то чтобы они не приносили мне пользы, но когда я в море, у меня и так ни­чего не болит.

– И вы решили предложить их мне? – спро­сила Зария.

– Попробуйте, мисс, – серьезно проговорил стюард. – Витамины три раза в день и отвар, который сделает для вас кок, – так вы в момент станете другим человеком.

– Придется поспешить, – улыбнулась За­рия. – Меня высаживают в Алжире.

– Высаживают! – воскликнул стюард. – По­чему, мисс? Если, конечно, мне будет позволено спрашивать.

– Мистер Вирдон решил, что может обой­тись без меня, – ответила Зария. – Завтра вместе с мадам Бертин приезжает человек, ко­торый умеет говорить по-арабски. Кроме того, мистер Вирдон решил, что ему вообще не нуж­на секретарша.

– Удивительно, – сказал стюард, почесывая в затылке. – Мистер Патерсон писал капитану, как трудно было найти секретаря, чтобы удов­летворить все требования мистера Вирдона. Мы получили подробную инструкцию – по­ехать в Марсель, взять вас и все такое. Странно, что теперь, когда вы здесь, вы, оказывается, не нужны ему.

– Ну, мистер Вирдон имеет право решать, с кем он хочет работать, – сказала Зария. – Од­нако я очень огорчена. Мне так хотелось снова побывать в пустыне.

– Я тоже огорчен, мисс, – поддержал ее стю­ард. – Извините меня за такие слова, но нам всем приятно иметь на борту англичанку. Поч­ти все гости миссис Кардью были англичанами, и, честно говоря, я не понимаю этих янки.

– Тем не менее они заплатили большую сум­му за аренду яхты, – заметила Зария.

– Да, я знаю, – ответил стюард. – Но на на­шем судне всегда была домашняя атмосфера. За исключением двух молодых матросов, все мы служим на «Колдунье» уже больше десяти лет. Миссис Кардью всегда этим очень гордилась. «Будто у нас семейное предприятие, Джим», – часто говаривала она. Стюард вздохнул. – Ну да ладно! Наверное, мы все слишком привыкли к определенному порядку и не лю­бим, чтобы нас беспокоили. В этом-то все и де­ло. Но все же эти американцы какие-то стран­ные. Не знаешь, как и услужить им. Они не об­ращают внимания на еду, не хотят, чтобы их обслуживали, даже яхта их не интересует. Я, ко­нечно, понимаю, эта нация не привыкла к мор­ским путешествиям, но сегодня я своими уша­ми слышал, как мистер Морган сказал, что ему надоело сидеть взаперти в курятнике.

При этом воспоминании стюард даже по­бледнел от гнева.

– Это точные его слова, мисс, только он еще добавил ругательство.

Зария еле сдержала смех, боясь обидеть Джи­ма. Он так гордился яхтой, которую считал сво­им домом.

– Может быть, следующая аренда будет более удачной, – предположила она.

– Надеюсь, – мрачно ответил Джим и доба­вил: – Мне очень жаль, что вы уезжаете, мисс, и мистер Танер тоже. Он очень приятный джентльмен, если вы извините меня за мою смелость. Надеюсь, что вы с ним будете счаст­ливы.

– Спасибо, – робко поблагодарила его За­рия, чувствуя, что с ее стороны было дурно об­манывать этого милого, искренне сочувствую­щего ей человечка.

– А теперь принимайтесь за чай, мисс, и по­больше ешьте, – заботливо сказал Джим. – А перед ужином я принесу вам отвар. Миссис Кардью принимала его как раз в это время. По ее словам, он лучше любого коктейля.

Он вышел из каюты, бесшумно прикрыв за собой дверь, и Зария налила себе чаю.

Однако когда пришло время одеваться к ужи­ну, Джим сообщил ей, что море очень неспо­койно, и все ужинают в своих каютах.

– Вам не стоит выходить, мисс, – сказал он, – Я принесу вам что-нибудь поесть.

– Мне неловко так затруднять вас, – возра­зила Зария.

– Благослови вас Бог, мне это совсем не трудно, – отозвался Джим. – Сам-то я привык к шторму. Меня он не беспокоит. Что касается остальных, то, гарантирую вам, мало кто из них будет в состоянии съесть свой ужин.

Он проказливо улыбнулся, словно эта мысль приводила его в восторг.

– Мистер Вирдон сказал, что не будет ничего есть, а мистер Морган попросил только еще одну бутылку виски.

– А мисс Гановер?

– О, в четыре часа она приняла снотворное и распорядилась, чтобы до завтрашнего утра ее никто не беспокоил. Она очень не любит море. Сказала мне, что у нее на него аллергия.

– Что ж, если вы считаете, что мне необязательно вставать… – начала Зария, которой не хотелось покидать уютной кровати.

– Оставайтесь в постели, – посовет Джим. – Вы не привыкли к морю. Будет большой ошибкой разгуливать по палубе в шторм. Дело даже не в тошноте, можно получить синяк или сломать себе что-нибудь, если не удержишься на ногах. Так что лучше оставайтесь в каюте.

Он уже собирался уходить, когда Зария остановила его вопросом:

– А как… как мистер Танер?

– С ним все в порядке. Он на мостике, разговаривает с капитаном. Они так надымили, что мы рискуем не увидеть маяк, окажись он хоть в пятидесяти ярдах.

Джим хихикнул и добавил:

– Это шутка, мисс. С мистером Танером все в порядке.Не беспокойтесь о нем.

– Не буду, – согласилась Зария.

После изысканного ужина, из которого, несмотря на упреки и увещевания Джима, ей удалось съесть лишь очень немногое, Зария приняла витамины, чтобы сделать ему приятное, и снова легла спать.

Ей хотелось увидеть во сне Чака, чтобы его голос говорил ей о любви, а руки обнимали за плечи. Ей так необходимо было почувствовать, что на свете существует мужчина, который считает тебя привлекательной. Но то ли морской воздух, то ли ужин, то ли теплая м мягкая постель были тому причиной, но она погрузилась в глубокий сон без сновидений. Он как рукой снял ее напряжение, и поутру она почувствовала себя счастливой.

Зария просила Джима принести ей чай за час до завтрака, но он явился только к девяти с подносом в руках.

– Никто еще не поднимался, кроме мистера Танера, – удовлетворенно сообщил он. – Все рассказывают, какую провели ужасную ночь.

– Ночью был шторм?

– Средниземноморский шквал, – поправил Джим. – Судно слегка потрепало. Без привыч­ки самое неприятное – это качка. Будь волна посильнее, все было бы лучше, но тряска их до­била.