Помоги проекту - поделись книгой:
— Но почему…
— При электрическом свете он казался черным, — причитала Милдред. — И миссис Дьюпарс сказала, что он черный. А он такой красивый и кудрявый, совсем как мои волосы! Я собиралась носить его дома. Что же мне теперь делать? Что же делать?
Стив рассмеялся.
— Не знаю. Скандал будет как пить дать!
— А Хелен меня отшлепает, она же обещала, — вздохнула Милдред. — Ну как, вдет мне эта стрижка?
— Полагаю, да, — неуверенно заметил Стив, — но…
— Но что?
— Но остальные, может быть, сочтут иначе, — поспешно добавил он.
— Так что же мне делать? — вновь заныла Милдред. — Наши будут в восторге от такого удобного случая! Начнут читать лекции, бранить и, в конце концов, отшлепают — нет, надо отсюда убираться!
— Будь у меня время, я бы сбегал в салон красоты и купил тебе другой парик, но сейчас…
— А все ты. — Девушка мрачно посмотрела на брата. — Если бы ты меня не отпустил, я бы не остригла волосы!
— Ладно, поговорим о благодарности потом, — с тяжелым вздохом произнес Стив, затем бросил взгляд на парик и широко улыбнулся. — Дай-ка мне этот парик, — велел он, — запрись изнутри и никого не впускай, пока я не вернусь!
Он взял парик и вышел из комнаты.
Вернулся он со свертком в руках. Милдред с подозрением наблюдала за братом, пока он не вынул парик. Тот же самый парик, но как он преобразился! Теперь он был черным, как воронье крыло, и, как прежде, блестящим и кудрявым.
— Как ты это сделал? — удивилась Милдред.
— Мое собственное изобретение, — с гордостью ответил Стив. — Я поэкспериментировал с красками у себя в лаборатории, окрасил парик и высушил, тоже по собственной технологии. А теперь тихо!
Он примерил парик сестре.
— Теперь ты такая хорошенькая. — Стив попытался поднять ей настроение.
За время отсутствия брата девушка успела одеться и теперь, подойдя к зеркалу, неуверенно посмотрела на себя.
— Он влажный, — пожаловалась она.
— Конечно. Я же не мог его высушить полностью.
— И слишком черный.
— Ради всего святого, — нетерпеливо воскликнул он, — перестань придираться к парику и спускайся вниз. По-моему, тебя зовет мама.
— Ладно.
Когда Стив повернулся к двери, какие-то не слишком отдаленные детские воспоминания заставили Милдред обратиться к нему:
— Стив!
— Что?
— Пока ты будешь в кухне, спрячь подальше палку для битья.
Несколько мгновений спустя Мидцред с застенчивым видом спустилась вниз. Завтракала она молча, что было не совсем в ее духе.
— У тебя мокрые волосы, — заметила Хелен. — Что ты с ними сделала?
— Мало того, что вы не позволяете мне остричь волосы, так я даже не имею права побрызгать их лаком без того, чтобы вы меня не бранили, — недовольно отозвалась Милдред.
Хелен стало жалко сестру — у нее был очень расстроенный вид. Она мягко произнесла:
— Я не браню тебя, детка.
Милдред молча продолжила завтракать. Она казалась такой покорной, и все члены семьи пожалели о том, что бранили ее, поэтому всячески старались возместить ей моральный ущерб. На все эти попытки Милдред только бросала укоризненные взгляды, которые, казалось, говорили: «Значит, вы раскаиваетесь в том, что обращались со мной, как тираны, да? Ничего, я привыкла к подобному обращению!»
Вдруг Мэрион раскрыла рот от удивления. Все взгляды сосредоточились на ней. Она откинулась на спинку стула, глядя на волосы Мидцред и указывая на них пальцем!
— Ради Бога! — не своим голосом вскричала миссис Аллисон. — Что ты сделала со своими волосами, Милдред?
Милдред побледнела и поднесла руки к волосам. Стив откинулся назад и истерически захохотал. Волосы Милдред с невероятной быстротой меняли свой цвет! На глазах у изумленных членов семьи из черных они стали рыжеватыми, затем темно-рыжими, но процесс на этом не закончился: волосы приобрели ярко-рыжий, огненно-рыжий цвет!
— Она горит! — истошно заорала миссис Аллисон, неистово вцепившись в волосы дочери. Она чуть не упала в обморок, когда они оказались у нее в руках. Затем на какое-то мгновение воцарилось полнейшее молчание. Все пристально смотрели на дрожавшую девочку, что сидела держась за голову.
— Ну и ну! — медленно произнесла Хелен. На хрупкие плечи маленькой растерянной преступницы обрушился целый шквал обвинений. Милдред отважно сопротивлялась, но безуспешно. Когда речь зашла о физической расправе, она бросилась к Стиву, ища защиты.
— Ты во всем виноват, — шепнула она на ухо брату. — Теперь ты должен за меня заступиться!
Стив засмеялся и прижал к себе сестру. Над ним пронесся целый словесный шторм. Милдред спрятала лицо у него на груди и молчала, веря, что он защитит ее от гнева семьи. Он не обманул ее ожиданий.
— Но Стив, — чуть не плакала миссис Аллисон, — остричь такие прекрасные волосы…
— После того, как мы ей недвусмысленно запретили это делать. — Хелен поигрывала ремешком. — Право, Стив, ты должен позволить нам примерно наказать ее!
Милдред повернулась, чтобы сказать в ответ что-нибудь резкое, но, увидев ремешок, вздрогнула и снова спрятала лицо.
— Я просто удивлен, — произнес Стив. — На самом деле удивлен. Вы хотите выпороть Милли, как будто она десятилетняя девочка, а не юная леди. То, что она самая младшая в семье, не значит, что с ней можно обращаться, как с ребенком. Неприлично пороть девушку ее возраста. Достаточно и того, что вы бранили ее, как ребенка. Так что хватит!
— Но… — начала было Хелен.
— Замолчи, — приказал Стив.
Хелен прикусила губу.
— Как я уже сказал, это волосы Милли, и она вольна делать с ними все, что хочет. Она не всегда будет юной, так пусть хоть сейчас порезвится. Я сам отвел ее в салон красоты. Так что оставьте ребенка в покое!
Все, кроме миссис Аллисон, в полном молчании покинули комнату, словно устыдившись своего поведения.
— Может быть, ты и прав, Стив, — задумчиво произнесла она. — Но у нее были такие красивые волосы!
Бросив короткий взгляд на дочь, она улыбнулась и тоже вышла.
Милдред подняла голову и огляделась.
— Никого нет? — спросила она.
— Да, — кивнул Стив.
— Слава Богу, — она выпрямилась. — Стив, ты славный парень, дай я тебя поцелую. — И она звонко чмокнула его в щеку. — Но почему все-таки этот дурацкий парик сменил цвет?
Стив засмеялся и никак не мог остановиться.
Милдред с удивлением уставилась на брата.
— Краска подвела, — выдохнул он наконец. — Я покрасил его слишком поспешно. Высохнув, краски поблекли, и парик стал еще более рыжим, чем раньше. Да! Ну и лицо было у Мэрион, когда она увидела, как твои волосы меняют цвет! Ха! Ха! Ха! «Она горит!» О-хо-хо!
— Смейся, если хочешь, — высокомерно ответила Миддред, — но своим весельем ты меня провоцируешь. Моя рука так и тянется, чтобы залепить тебе пощечину, Стив.
— Лучше не надо, — покачал головой Стив. — Если бы не я, ты бы сейчас не вела себя столь самоуверенно.
Она покраснела.
— Спасибо, что защитил меня, Стив!
— Не за что, сестренка!
5
Огаллала Брент, старший на ранчо «Юго-Запад», был крайне раздражен: какой-то негодяй, обнаружив его личный запас ликера, воспользовался им по назначению. Поэтому он пребывал в довольно мрачном настроении, когда стройный, гибкий юноша подъехал, спешился и широкими шагами направился к крыльцу ранчо, где, поджидая хозяев, сидел Огаллала.
— Приветствую, красавчик, — легкомысленно произнес юноша.
Брент недружелюбно пробормотал нечто невразумительное себе под нос, с подозрением глядя на незваного гостя.
— Хочешь нанять хорошего человека? — невинно поинтересовался молодой человек.
— Хочу, — ответил ковбой. — Приведи его.
Юноша проигнорировал тяжеловесный сарказм.
— Тогда мы поладим, — весело заметил он. — У тебя есть работа — мне нужна работа; тебе же нужен хороший человек, так?
— Ну и что? — вспыхнул Огаллала.
— Да я же и есть тот самый хороший человек! — сообщил юноша, снимая сомбреро и садясь на ступеньку.
— Нет, я с тобой с ума сойду, — не выдержал ковбой. — Слушай, парень, что тебе надо, откуда ты, как тебя зовут да и вообще — что ты умеешь делать?
Молодой человек встал и посмотрел на Брента, положив руку на пистолет, висевший у него на ремне.
— Меня зовут Стив Аллисон, — доложил он. — Откуда я, тебя не касается, но родом я из штата Техас. Мне нужна работа. Я могу побить любого на этом ранчо, скакать на любом животном на четырех копытах, кого угодно перепить или обыграть в покер!
Ковбой оскалился.
— Вижу, малый ты не пустой. А может быть, ты забыл упомянуть еще о каких-нибудь своих достоинствах?
— Да, именно так, — согласился мистер Аллисон. — Еще два: во-первых, я очень скромен, а во-вторых, всегда знаю свое место!
Огаллала оглядел его с головы до ног.
— Поверю тебе на слово, — сообщил он и закричал: — Эй, Большеногий!
В ответ прозвучал бешеный рев, и, через некоторое время крыльцо окружила толпа ковбоев. Их возглавлял дородный, невероятно уродливый малый с резко выдающейся челюстью и маленькими свиными глазками. Он был среднего роста, но из-за крепкого сложения казался коротышкой.
— Ну чего тебе надо? — прогрохотал Большеногий — это был он.
— Да тут парень вообразил, что может побить любого на нашем ранчо, — объяснил Брент, указывая на Аллисона.
— Этот сопляк? — Большеногий раскрыл рот от удивления. — Ха! Ха!
— Ха! Ха! — эхом откликнулись ковбои.
— Я сказал ему, что он получит работу, если побьет тебя и прокатится на Циклоне, и он согласился, — невозмутимо продолжал Огаллала.
— Он?
Большеногий удивился весьма оправданно. Он был лет на десять старше, на восемь дюймов выше и на семьдесят пять фунтов тяжелее. Внимательно оглядев своего противника, мистер Аллисон пожалел, что столько наговорил о своих умениях. Работа явно начинала терять свою привлекательность. Но отступать уже казалось невозможным.
— Назови свое оружие, — предложил Аллисон. — Кулаки, нож или пистолет?
— С пистолетом я не в ладах, — покачал головой Большеногий, — мексиканского ножа поблизости нет. Кулаки — оружие джентльмена.
Став пожал плечами. Иного ответа он и не ожидал.
— Проедемте в заднюю часть кораля, — предложил один из ковбоев, известный под прозвищем Костлявый. — Здесь вы потопчете клумбы мисс Глэдис, а там тень, к тому же зрители могут сидеть на ограде.
Оказавшись на месте поединка, Большеногий не спеша снял рубашку, то же проделал и Аллисон, сначала сняв ремень с кольтом и протянув его Огаллале.
— Парень, мне стыдно от того, как я вынужден с тобой поступить. — Большеногий продемонстрировал огромный кулак.
— Слушай, — огрызнулся Стив, горячо надеясь, что никто не замечает, как обильно течет пот по его лицу. — Мне смерть как не хочется убивать тебя этими руками, но тут ты сам виноват!
— Условия этого поединка, — сообщил Брент со своего наблюдательного места на ограде, — полное отсутствие правил! Вы можете бить, толкать, идти напролом, словом, делать все, что хотите. Приступайте!
При этих словах Большеногий бросился вперед и нанес удар, уничтоживший бы мистера Аллисона, попади он в цель. Кулак Большеногого пронесся меньше чем в дюйме от лица молодого человека, который спасся благодаря своей ловкости. Последовавшая за этим схватка не имела ничего общего с классическим поединком. Профессиональный боксер ругался бы от души, но простые смертные, вроде наших ковбоев, забравшихся на ограду кораля, громко кричали, выражая свое одобрение. Аллисон действовал в пятьдесят раз быстрее Большеногого, и только это спасло его от поражения. Время от времени он наносил удары, свалившие бы с ног обычного человека, но которые, казалось, были Большеногому как слону дробина. Это напоминало поединок свирепого гризли с волком.
Наконец кулак Большеногого поверг противника на землю. Большеногий подпрыгнул с намерением приземлиться в футе от лица Аллисона. Стив подставил ему ногу, и тот упал на спину, перевернулся и схватил юношу. Затем подтащил Стива к себе, шатаясь, поднялся и, крепко стиснув руками, попытался прижать его к своей груди. Аллисон резким толчком поставил противника на колени и поднес пальцы к его глазам. Большеногому ничего не оставалось, как только отпустить Стива или потерять глаз. Он оттолкнул юношу. Аллисон сделал еще одну попытку нокаутировать противника, но только набил синяки на кулаках о небритую челюсть Большеногого. Затем, к бесконечному удивлению и неудовольствию зрителей, Стив повернулся и побежал. На пути у него стояло дерево, и все заметили, что Стив направляется прямо к нему. Большеногий бросился вслед за противником.
Поделиться книгой: