КОГОТЬ ДРАКОНА. Сага лунных башен

Некоторое время он держал сестру в объятиях, глядя в ее влажные от слез глаза, потом вдруг посадил возле шатра и зашагал по пустыне. Посмотрев ему вслед, Хелен увидела двух арабов, направлявшихся к шатру, и глаза ее округлились. Они двигались достаточно быстро, сжимая в руках длинные винтовки. Брат шел им навстречу. Наконец, один из арабов вскинул винтовку и выстрелил. Стив продолжал двигаться. Когда они оказались на расстоянии пистолетного выстрела друг от друга, Стив остановился. Арабы продолжали стрелять как бешеные. Стив протянул руку к бедру. В ответ на винтовочный огонь прозвучали два пистолетных выстрела. Один из арабов рухнул лицом в песок. Второй покачнулся, снова выстрелил, а потом, когда пистолет Стива снова заговорил, развернулся и упал. Хелен поспешила в шатер. Она и раньше, на границе, видела, как убивают людей, поэтому не потеряла сознание. Девушка медленно переоделась в костюм для верховой езды, с тоской погладывая на лежавшее радом красивое платье. Она надела его, надеясь понравиться Ахмеду! Затем начала собираться в путь и, когда Стив вернулся, была уже почти готова. Он выбрал самого быстрого верблюда, на котором Хелен добралась до оазиса, и разделил груз между ним и бишарийцем. Пока он нагружал верблюдов, девушка заметила, что его рубашка на правом плече окровавлена.

— Стив! — испуганно вскрикнула она. — Ты ранен?

— Простая царапина, — ответил брат. — Пуля только задела кожу. Арабы — очень плохие стрелки!

Однако Хелен настояла на том, чтобы перевязать ему плечо. Стив говорил правду, это действительно была простая царапина. Наконец закончив с погрузкой, он заставил верблюдов опуститься на колени и повернулся к сестре. Хелен задумчиво смотрела на него.

— Ты хочешь отвезти меня в Асуан?

— Да.

Вдруг она рухнула перед ним на колени.

— Стив, прошу тебя…

— Хелен! — в ужасе воскликнул он, поднимая ее на ноги. Девушка обняла его за шею, умоляюще глядя в глаза.

— Стив, пожалуйста, позволь мне остаться… Пожалуйста!

В ход пошли все женские чары. Она целовала брата, прижималась к нему, умоляя не забирать ее! Но Стив держал сестру в крепких объятиях, его лицо было бледным и утомленным. Наконец поднял рыдающую девушку и посадил ее на верблюда. На обратном пути он не произнес ни слова, но всячески старался сделать печальное путешествие как можно более комфортным.

4

Семья Аллисонов собралась за обедом. Да, вся семья, кроме старшего сына Фрэнка и младшей дочери Милдред. Фрэнк был в Аризоне, а Милдред… Она вошла и молча села, что для нее было довольно странно. Затем огляделась вокруг гораздо более робко, чем обычно. Это не ускользнуло от внимания членов семьи.

— Эдит Бертон остриглась, — бросила она как бы невзначай.

Все за столом восприняли столь потрясающую информацию довольно спокойно.

— Интересно… — промолвила Милдред, избегая встречаться взглядом с родственниками.

— Что тебе интересно? — повернулась к ней ее старшая сестра Хелен.

— Если… если… если я подстригусь…

Вся семья, кроме одного человека, тут же поднявшись из-за стола, обступила ее. Милдред была атакована и буквально взята в плен. Поток слов, обрушившийся на девушку, сломил все ее попытки к сопротивлению.

— Как только тебе могла прийти в голову подобная мысль? — возмущалась миссис Аллисон.

— Оставь свои волосы в покое, маленькая дурочка, — вторила матери Хелен.

— У тебя такие красивые волосы, Милли, — уговаривала сестру мягкосердечная Мэрион.

— Как же вы все мне надоели, — вскричала наконец девушка. — Черт возьми, все девчонки делают короткие стрижки! В конце концов, чьи это волосы? Какое вы имеете право приказывать мне, стричь мне волосы или нет?

— Что ж, попробуй, сама увидишь, — предупредила сестру Хелен.

Исключение составлял Стив, ее брат. Пока шли все эти споры, он не произнес ни слова, а только с аппетитом поглощал пищу. В конце концов женщины решили выслушать и его мнение по этому поводу.

— Неужели тебя совсем не ужасает, что Милдред собирается делать?

— А что? — равнодушно отозвался он. — Это ее волосы, к тому же все ее подружки давно ходят с короткими волосами.

Милдред благодарно посмотрела на брата.

Но Стив остался в меньшинстве. Даже мистер Аллисон, который почти всегда позволял дочерям делать все, что им захочется, запретил Милдред стричься.

Отдыхая после обеда в своем уютном кресле, Стив вдруг почувствовал, как чьи-то мягкие руки нежно обняли его за шею, и услышал тихий шепот.

— Старый, добрый Стив!

Милдред уселась к нему на колени «и поцеловала его. Эта сцена со стороны наверняка казалась бы истинным воплощением сестринской любви. Но Стив, хорошо знавший своих сестер, с подозрением посмотрел на Милдред.

— Что еще ты наделала? — спросил он.

— Ничего я не наделала.

— Так что же тебе надо? Я на мели.

— Мне ничего не надо. — Ее губки задрожали, а на темно-фиолетовые глаза стали наворачиваться слезы. — По-моему, с твоей стороны так гадко предполагать, что мне что-то нужно, когда я только приласкалась к тебе!

Она собралась было соскользнуть с его колен. Стив обнял сестру за тоненькую талию и удержал ее.

— Ну же, детка, — мягко успокаивал он девушку. — Не плачь, малышка. Я не хотел тебя обидеть!

— Но обидел, — возмущенно заметила Милдред.

— Не сердись, — виновато ответил он.

— Я не сержусь, — смягчилась она, уткнувшись личиком в плечо брата, чтобы скрыть улыбку. Милдред была разумной девочкой. — Так ты считаешь, что остричь мои волосы было бы большим грехом? — спросила она наконец.

В ее голосе чувствовалась такая тоска, что Стив с жалостью посмотрел на сестру.

— Разумеется, нет.

— Я просто в ярости, — Она села, и глаза ее засверкали. — Как только я заговариваю о том, что хочу сделать стрижку, вся семья бросается на меня, как стая ястребов на бедную маленькую голубку!

Стив нежно прижал ее к себе. Он ласкал ее прекрасные черные волосы, пробегая пальцами по блестящим локонам.

— У тебя такие прекрасные волосы. Остричь их действительно жалко!

— Ну вот и ты. — Милдред отпрянула, ее лицо пошло пятнами.

— Но, конечно, это твои волосы, и, может быть, тебе больше пойдет короткая стрижка!

— Жаль, что не все из нашей семьи так разумны, как ты. Они тираны и обращаются со мной просто отвратительно, — вздохнула Милдред. — А Хелен даже пообещала отшлепать меня, если я это сделаю, — возмущенно добавила она.

— С нее станет, — улыбнулся Стив.

— Вы все обращаетесь со мной, как с ребенком, — с негодованием воскликнула Милдред.

Стив с трудом подавил улыбку.

— Так что ты хочешь от меня?

— Ты бы мог убедить наших… позволить мне. — Она просительно взглянула на брата.

— Не мог бы, — вяло возразил он.

— Откуда ты знаешь?

— Я уже пытался это сделать.

Некоторое время Милдред молчала, сверкая глазами, потом соскользнула с колен Стива и гордо выпрямилась.

— Моей семье лучше поостеречься, — угрожающим тоном произнесла она. — Я отчаянная женщина, если меня вывести из себя!

Затем повернулась и с неприступным видом стала подниматься по лестнице.

«Бедное дитя, — подумал Стив. — Как жаль, что она не понимает, что ей идет, а что нет!»

Милдред появилась только вечером; она в ночной рубашечке подошла к Стиву, нарочито игнорируя остальных членов семьи, сонно поцеловала брата и столь же сонно попросила его отнести ее в постель.

Стив покачал головой.

— Пожалуйста, — пробормотала она, — ты единственный, кто в этой семье добр ко мне! Пожалуйста!

Тронутый просьбой, Стив поднял хрупкое, почти детское тельце и понес наверх. Милдред заснула у него на руках, и он нежно, как это сделала бы женщина, накрыл сестру одеялом. Мгновение Стив смотрел, как она лежит, откинув нежную худенькую руку, а несколько локонов покоится на ее розовой щечке. Затем коснулся губами ее лба и вышел из комнаты. «Интересно, что еще выкинет этот чертенок?» — думал он, спускаясь вниз.

Когда Стив вернулся в гостиную, вся семья оживленно дискуссировала по поводу Милдред.

— Бедное дитя полагает, что мы обращаемся с ней жестоко, не позволяя ей остричь волосы, — говорила миссис Аллисон. — Мне тоже очень не по душе ей в чем-то отказывать: она такая хорошенькая, такая трогательная!

— Да, очень, — согласился Стив и поспешил покинуть комнату.

Несколько минут спустя Милдред, соскользнув из окна по веревке, связанной из простыней, попала прямо в объятия брата. Стив заглушил рукой ее испуганный крик, отчаянное сопротивление было мгновенно сломлено.

— Ради Бога, тихо, маленькая дурочка: никто тебя не похищает!

— Отпусти меня, — приказала Милдред, — откуда мне было знать, что это ты?

— Куда ты собралась идти? — поинтересовался Стив, выполнив ее требование.

— Не твое дело, — надулась она.

— Успокойся, ради Бога. Подозреваю, ты собиралась отправиться на бал к ван Дорну?

— Да.

— Неплохо для девушки твоего возраста! И с кем же?

Она рассерженно топнула ножкой.

— Перестань напоминать мне о моем возрасте! — гневно зашипела она. — Я иду с Джеком.

— Ты собиралась идти с Джеком, — поправил Стив.

— Как ты обо всем догадался? — удивилась девушка.

— Не в твоих правилах спускаться вниз, чтобы поцеловать брата Стива и пожелать ему спокойной ночи, — ответил он. — Тебе нужно было алиби. Ты хотела, чтобы все в доме знали, что ты легла спать. Веревку из простыней ты наверняка заготовила заранее!

Милдред молчала.

— Хорошо же ты поступила с братом. — В голосе Стива звучали непривычные для него нотки обиды. — Заставила отнести себя наверх и уложить в постель, чтобы посмеяться надо мной. Так и хочется схватить тебя в охапку и запереть в комнате!

— Что ж, давай, — равнодушно произнесла девушка. — Мне все время все запрещают — не то что другим!

Он улыбнулся.

— Я сделал это только для того, чтобы ты поняла: брата Стива тебе не провести. Кстати, как ты собиралась возвращаться? Не по веревке же?

— Не знаю, — призналась Милдред.

— Можешь пройти через мою комнату, — предложил Стив. — Я оставлю окно открытым. Но оставайся с Джеком и ни в коем случае не позволяй целовать себя другим парням, а если к двенадцати ты не вернешься, мало тебе не покажется! А теперь ступай, и счастливо повеселиться!

Примерно в полночь в окно спальни Стива проскользнула маленькая девичья фигурка.

— Сними туфли, — тихо посоветовал Стив, — чтобы никого не разбудить.

Стив всегда вставал раньше остальных членов семьи; на следующее утро, одеваясь, размышлял:

«Лучше, наверное, разбудить Милдред, а то она проспит слишком долго, и все поймут, что она хорошо повеселилась вечером. Надеюсь, эта маленькая егоза поцеловала не более дюжины парней!»

Он приблизился к дверям спальни. Очевидно, сестра еще спала. Войдя в комнату, он остановился как вкопанный. На подушке покоилась копна темно-рыжих волос! Стив быстро подошел к постели и протер глаза. Что за волшебство? Под этими странными волосами он увидел личико сестры, но откуда взялись эти волосы? Мидцред открыла глаза и зевнула.

— С добрым утром, Стив.

Вдруг в его душу закралось подозрение. Он взял прядку и рванул. Парик! Под ними были настоящие волосы Мидцред — коротко остриженные!

— Вот как! — воскликнул он. — Так вот куца ты ходила! Но почему, черт возьми, ты не купила черный парик?

Милдред уставилась на парик.

— О, Господи! — вскричала она. — Он рыжий!

— Конечно, рыжий, а ты что думала?

— Я не пошла на бал, — призналась она, — а отправилась в салон красоты, остриглась и… и купила этот парик.