Клуб шальных бабок

– Фрау фон Бок! Гутен абенд… Гуд ивнинг… Мы рады снова видеть вас в нашем отеле! Ваш любимый номер свободен, Федор сейчас отнесет туда ваш багаж!

В то же самое время он с совершенно другой интонацией едва слышно проговорил, обращаясь к Надежде:

– Посидите на диване, выпейте воды, только тихо и незаметно! Я сейчас не могу заниматься вашими проблемами!..

Надежда кивнула, отскочила от стойки и приземлилась на кожаный диван, откуда хорошо просматривался весь холл. Она переглянулась с бронзовым божеством и сказала ему на ухо:

– Ну да, при этой фрау ему не с руки выпроваживать меня из отеля и тем более вызывать «неотложку»! Так что я пока могу здесь тихонько посидеть и понаблюдать…

Античный бог не возражал.

Для полноты картины Надежда налила себе водички из большой перевернутой бутыли и принялась ее попивать с утомленным и страдальческим видом, в то же время следя за происходящим.

Собственно, ничего особенного в холле не происходило.

Из служебной двери появился плечистый немногословный Федор, принес с улицы чемоданы фрау фон Бок и удалился с ними по коридору первого этажа. Портье записал фрау в книгу, непрерывно рассыпаясь в любезностях. Фрау удалилась вслед за Федором, и в холле снова наступила тишина.

Тут портье вспомнил о Надежде, повернулся к ней и довольно сухо проговорил:

– Вам стало лучше?

– Не совсем… – ответила Надежда слабым страдальческим голосом и снова переглянулась с бронзовым божеством. – Я посижу еще несколько минут, если вы не возражаете.

– Ну, только если несколько, – процедил портье.

Видимо, он решил, что Надежда ведет себя тихо, и лучше еще немного потерпеть ее присутствие, чем выпроваживать из отеля.

В это время дверь снова открылась.

Но на этот раз она не распахнулась, как перед самоуверенной фрау, а чуть-чуть приоткрылась, чтобы через нее сумел проскользнуть новый персонаж.

Это был тощий вертлявый мужчина с длинным и любопытным носом и маленькими подозрительными усиками. Мужчина этот то ли улыбался, то ли угрожающе скалился, демонстрируя полный рот золотых зубов, и умудрялся хромать сразу на обе ноги.

Таким странным образом он приблизился к стойке и, оскалившись еще шире, проговорил с вопросительной интонацией:

– Не появлялась?

– Что? – переспросил портье, сделав вид, будто только что увидел хромого, и взглянув на него крайне неприязненно.

– Мадам Миленко не появлялась? – повторил хромой и забегал глазами по холлу.

– Нет, – отрезал портье, – и попрошу вас выйти вон, или мне придется позвать Федора!

– Зачем Федора? – Хромой ухмыльнулся. – Не надо Федора. Мы и без него прекрасно обойдемся.

С этими словами он сделал левой рукой неуловимое движение. Надежде показалось, что на стойке появилась купюра, однако через долю секунды ее там уже не было.

Впрочем, портье выглядел так внушительно и неподкупно, что Надежда Николаевна усомнилась в своем наблюдении.

– Так, значит, она не возвращалась? – проговорил хромой несколько более уверенным тоном.

– Не возвращалась, – ответил портье более миролюбиво.

– И за вещами не присылала?

Портье настороженно взглянул в сторону Надежды Николаевны, которая изобразила абсолютное равнодушие и принялась демонстративно любоваться бронзовым божеством.

Тогда портье перегнулся через стойку и что-то прошептал на ухо подозрительному посетителю. Тот деловито кивнул, сунул портье картонную карточку и выскользнул прочь из отеля.

Надежда Николаевна тут же поднялась с дивана и устремилась к дверям.

– Я вижу, вам стало лучше? – бросил ей вслед портье.

– Гораздо лучше! – отозвалась Надежда в дверях. – Видимо, у вас какая-то целебная вода!

Ответа она не расслышала.

За ней захлопнулась дверь отеля, и Надежда осталась на пустынной петербургской улице.

Медленно падал снег. Снежинки танцевали в свете редких фонарей, по сторонам красовались старинные особняки, и все это напоминало сцену из «Пиковой дамы».

Единственное, что в эту сцену слегка не вписывалось, была удаляющаяся в сторону канала сгорбленная фигура, заметно хромающая на обе ноги.

Надежда устремилась по переулку вслед за подозрительным незнакомцем.

Несмотря на хромоту, он передвигался чрезвычайно быстро, так что Надежде пришлось перейти на бег трусцой, и она запыхалась, прежде чем достаточно к нему приблизилась.

Когда между ними оставалось метров пять, Надежда, рискуя сбить дыхание, окликнула хромого:

– Мужчина, постойте!

Он затормозил и оглянулся, подозрительно поводя носом и очень напоминая крупную крысу.

Мимо него деловито протрусил серый уличный кот с разодранным ухом. Хромой покосился на кота, как будто подумал, что это именно кот его окликнул. Однако кот, не проявив к нему интереса, скользнул в подвальное окошко.

– Это вы мне? – осведомился хромой, убедившись, что, кроме Надежды, никого на улице не видно.

– А кому же еще?

– Что вам от меня нужно? – спросил он, оскалив тридцать два золотых зуба.

– Вы интересовались Анной Миленко, – проговорила Надежда Николаевна не вопросительным, а утвердительным тоном.

– С чего вы взяли? – огрызнулся хромой. – Первый раз слышу эту фамилию!

– Уж будто! – усмехнулась Надежда. – Вы только что заходили в отель «Кроншлот», и там…

– Женщина, что вы ко мне привязались?

Надежда пристально вгляделась в лицо хромоногого и по выражению этого лица, а также по манерам и повадкам его обладателя поняла, что перед ней находится частный сыщик, или, употребляя более современное слово, детектив из тех, что работают за самое скромное вознаграждение и берутся за самые сомнительные дела.

– Ну, я, конечно, могу и отвязаться, – проговорила она задумчиво, – но тогда вы не узнаете то, что мне известно…

С этими словами она развернулась и деловито зашагала обратно.

Почти тут же у нее за спиной послышались торопливые шаги, и простуженный голос окликнул ее:

– Женщина, постойте!

– Это вы мне? – Надежда обернулась.

– А кому же… – пробормотал хромоногий. – Ну и что вам известно?

– Так, кое-что… – ответила Надежда уклончиво.

– Сколько? – деловито осведомился сыщик.

– Мне деньги не нужны!

– Вы это серьезно? – Сыщик уставился на нее с недоверием. – Первый раз вижу человека, которому не нужны деньги!

– Ну, не то чтобы совсем не нужны, – Надежда усмехнулась, – но в данном случае я хочу совершить бартерный обмен. Информацию за информацию…

Хромоногий подозрительно повел крысиным носом, как будто принюхиваясь. Видимо, таким способом он пытался понять, не хочет ли Надежда его обмануть, или, как выражаются такие люди, напарить.

– А вы что-то знаете про Анну? – уточнил он наконец.

– Кое-что знаю…

– И знаете, где она сейчас находится?

– Приблизительно…

– Что же вы хотите узнать в обмен на эту информацию?

– Я правильно поняла, что вам поручили ее разыскать?

– Допустим…

Надежда подумала, что они с сыщиком ведут себя, как две собаки, встретившиеся на узкой дорожке и принюхивающиеся друг к другу, не зная еще, сцепиться ли им или дружелюбно завилять хвостами и побежать в одну сторону.

– А кто вас нанял? – осведомилась она.

– Вот уж это вас совершенно не касается! – Крысиная мордочка сыщика еще больше заострилась, золотые зубы угрожающе оскалились.

Надежда подумала, что свои собственные зубы сыщик потерял во время неудачного расследования. У него вообще был вид человека, которому часто бьют морду.

– Допустим… – проговорила Надежда. – Но хоть что-то вы про нее узнали?

– Мой клиент провожал ее до этого отеля… – неохотно сообщил сыщик, – и забирал отсюда, жила она здесь, в восьмом номере…

– Это все?! – разочарованно воскликнула Надежда. – Ну, это несерьезно! Если вы хотите получить информацию, расскажите мне что-нибудь, чего я не знаю.

– Ну, я выяснил по базе данных ее адрес и телефон, – признался хромоногий. – Только по адресу она не появлялась, а по телефону я нарвался на такую мегеру… – Он невольно вздрогнул.

– Какой же вы детектив, если не можете найти подход к человеку! – фыркнула Надежда. – Ну-ка, дайте мне этот телефон, я сама попробую поговорить!

– Интересный получается обмен! – окрысился сыщик. – Я вам все, а вы мне? Дырку от бублика?

– Ну отчего же… – протянула Надежда, – я последней видела женщину, которую вы ищете. Это было на корпоративной вечеринке два дня назад.

– Ну, на той вечеринке ее много кто видел!.. – Сыщик снова повел носом, как будто боялся продешевить, а Надежда подумала, что видели-то блондинку, может, и многие, но никто не запомнил толком.

– Зато после праздника ее не видел никто, – уточнила она. – Я вам скажу почему. Но только в обмен на телефон и адрес!..

– Ну ладно. – Сыщик вытащил из кармана бумажку и показал ее Надежде Николаевне.

Она прочитала коряво написанные буквы:

«Малый проспект П. С., дом семнадцать, квартира девять».

Ниже стоял телефон.

– Малый проспект Петроградской стороны, – повторила Надежда, стараясь запомнить адрес и телефон. – Интересно, почему же она снимала номер в этом отеле, если у нее есть жилье в городе? Точнее, не «почему», а «зачем»?..

– Ну, так что вы про нее знаете? – напомнил сыщик о своем существовании.

– Ее убили на той вечеринке, – сообщила Надежда. – Убили, труп спрятали в холодильнике, а потом вывезли за город.

– Кто? – деловито осведомился детектив.

– Кто вас нанял? – ответила Надежда вопросом на вопрос.

– Я уже сказал: это вас не касается! Я вам и так уже много сказал. Даже слишком много!

– Я вам – еще больше! Если ее убили, вам больше не нужно ее разыскивать.

– Вы знаете, кто ее убил? – повторил сыщик свой вопрос.

– Нет, – честно ответила Надежда.

Она действительно не знала, кто убийца. Знала только тех двоих, кто перепрятывал труп, прежде чем от него избавиться.

– Так что вам ответили по этому телефону? – поинтересовалась Надежда напоследок.

– Меня приняли за какого-то Геннадия, – неохотно признался детектив, – ответила какая-то мегера среднего возраста и как только услышала мой голос, так и принялась орать: «Генка, паразит, чтоб я тебя больше не слышала! Мало ты моей Анечке крови попортил? Мало нервов помотал? Небось опять деньги понадобились…» – и все в таком духе. Я уже трубку повесил, потому что все равно никакого проку от такого разговора.

– Понятно, – протянула Надежда. – А кто такая эта мегера, вы не выяснили?