Помоги проекту - поделись книгой:
— Ты не хочешь об этом разговаривать?
— Точнее, не вижу смысла. Потерпи. А теперь — письма.
— Ладно, — гном глубоко вздохнул, пытаясь запихнуть поглубже нежданную досаду. Он совершенно не ожидал такого ответа от существа, которое считал эталоном надежности, и такое поведение штурмана изрядно выбило его из колеи. — Итак, первое…
Новости оказались сплошь приятными. Письма оказались от друзей Гарина, которым посчастливилось посетить Великий апрельский бал. Все знали, что нынешний монарх придавал ему особое, чуть ли не мистическое значение, и требовал ото всех скрупулезного соблюдения всех предписаний.
Коньком америтского посланника были именно балы. Герцог Велиарчи слыл изрядным снобом, который не пропускал ни одного мало-мальски значимого мероприятия, где выглядел неизменно блестяще. И этот бал не должен был стать исключением. Напротив, именно там герцог надеялся окончательно покорить фаворитку Его величества. Зачем конкретно — это гному было как раз неинтересно, его интересовал именно сам герцог.
— В общем, появление герцога произвело настоящий фурор, — Гарин, перечитав письмо еще раз, не удержался и хихикнул. — Жабо, которое от звона колокольчика превратилось в жабу — да, это было эффектно.
— Значит, герцог у нас сегодня в дураках, — заключил дроид. — И что именно это нам дает?
— Для начала — безумно раздраженного короля, который будет только рад неприятностям посла. Что позволяет нам начать более грубую игру.
Таверна подвернулась весьма удачно — разведчик уже успел немного подмерзнуть и проголодаться. Недавняя стычка приятно пощекотала десантнику нервы, а легкая победа изрядно его порадовала. Этот мир оказался таким же, как и все остальные, ничуть не хуже и не лучше. Даже уличная шпана ничем не отличалась от той, которая в свое время повадилась выслеживать отпущенных в увольнительную кадетов. Уланов машинально потер кулак о доху — в тот раз он заработал себе перелом кисти и провалялся месяц в больнице. Потом он был куда более осторожен.
В темном прокуренном зале было неожиданно шумно. Большая часть столов оказалась занята, а прочие стояли рядом с крохотной сценой — главным источником шума в помещении. Там гудел и громыхал небольшой ансамбль — пара могучих деревянных дудок, циклопических размеров барабан с мятыми тарелками наверху и что-то струнное, надсадно нывшее из-за спин прочих артистов.
Когда глаза разведчика привыкли к дымному полумраку, Уланову тут же захотелось выйти обратно. За крепкими, даже на вид неподъемными столами сидели странные типы, словно сошедшие со страниц комиксов. Все они, как на подбор, были огненно-рыжие — настолько, что десантник заметил это даже в полумраке, и огромного роста — самый мелкий из них, притулившийся на полу у дверей, был вдвое выше Уланова. Впрочем, судя по высоте потолков, таверна строилась как раз в расчете на таких посетителей. Вероятно, музыка тоже играла именно для них — время от времени дружная компания начинала во весь голос орать что-то непонятное, делая шум совершенно невыносимым.
Немного подумав, Уланов решил усесться за столик в самом дальнем углу. Там сидели странные карлики, с ног до головы покрытые свалявшейся черной шерстью. Пахло, однако, от них подозрительно знакомо — оружейной смазкой, кузницей и прочими приятными для любого мужчины вещами. Кроме того, это было самым тихим местом в заведении, и десантник решил устроиться именно там — хоть с разрешения хозяев столика, хоть без.
— Занято, — мрачно буркнул карлик, залпом выливая себе в глотку содержимое пузатого кувшина.
— Так не все же, — Уланов решительно вытянул из-под массивного стола грязный бочонок. — Не будьте эгоистами.
Карлики озадаченно переглянулись.
— У нас. Своя. Компания, — раздельно произнес ближайший к десантнику карлик, потом подумал секунду и добавил: — Вали отсюда, долговязый!
Улыбка на лице Уланова — и без того вымученная, сейчас заледенела окончательно. Он послушно поднялся и, сделав вид, что собрался уходить, вдруг выбил из-под крайнего карлика колченогий табурет. Тот полетел кувырком, смахнув со стола пару плошек с объедками и кувшин с пивом.
— Драка! — восторженно заорали в дальнем углу, а горе-музыканты заиграли еще яростней.
Очнулся десантник оттого, что ему было нестерпимо холодно. Он попытался пошевелиться, но тщетно — конечности словно застыли, напрочь отказываясь повиноваться.
— Эй? — Уланов дернулся изо всех сил, в уши ввинтился противный скрежет, и разведчику стало чуток легче дышать. Впрочем, этим все его достижения и ограничились. — Эй, кто-нибудь!!!
Разведчик даже не мог толком оглядеться — в глаза постоянно лез мокрый снег, заставляя жмуриться.
— Ну кто-нибудь! — сейчас Уланову стало действительно страшно. Холод, и до того нестерпимый, словно драл тело десантника стальными когтями, невероятно быстро вымывая из него остатки жизни. — Помогите!
Лодыжки неприятно хрустнули в чьих-то руках, а секундой позже разведчика выдернули из глубокого сугроба, как морковку из грядки.
— Есть! — прорычали над ухом, и Уланова окатила волна нестерпимого зловония. — Мясо!
— Нет, Гро.
— Мясо! Гро есть!
— Он живой. И вообще, распутай его, мне интересно, что с ним случилось.
По лицу десантника прошлась тряпка, сметая налипший снег, и только после этого Уланов снова обрел способность видеть.
— Г-г-г-г… — выдавил десантник, запоздало испугавшись за собственный язык — вытанцовывавшие от нестерпимого холода зубы вполне могли непроизвольно укоротить тот наполовину.
— Грогу? — участливо поинтересовался человек, протерший разведчику лицо. — Увы. Это нам в «Бригантину», а нас оттуда уже выперли.
— Сказали, Гро много есть! — прорычал кто-то из-за спины. Секундой позже снова раздался знакомый скрежет, и ноги Уланова освободились.
— В частности, — подтвердил человек — только сейчас Уланов смог толком рассмотреть, куда его занесло.
Судя по всему, его, предварительно завернув в фрагмент оконной решетки, сбросили с городской стены, и лишь глубокие сугробы не позволили десантнику разбиться насмерть. Впрочем, если бы не странная парочка…
— Кто вы? — слабым голосом поинтересовался Уланов, усаживаясь на корточки прямо на снег и обхватив колени руками. Все его снаряжение, включая доху и сапоги, исчезло бесследно, и сейчас десантник был одет лишь в трусы и майку. — Холодно…
— Капитан Рикард, к вашим услугам, — спаситель десантника галантно поклонился. Он выглядел в точности, как пират из детской книжки — темно-зеленая треуголка, теплый черный плащ, под которым виднелся синий камзол, и высокие сапоги. — С кем имею честь беседовать?
Уланову повезло второй раз. Капитан оказался в меру любопытным, чтобы заинтересоваться босыми ногами в сугробе. Помимо этого, ему отчаянно был нужен кто-то, кому действительно некуда податься — и десантник показался Рикарду настоящим подарком судьбы.
Этот кабачок расположился у самого подножья крепостной стены. Это обеспечивало внутри помещения нечеловеческую сырость, густую, липкую вонь и доступ внутрь Стилайта мимо кольца охраны. Глазеть по сторонам тут было не принято, и капитан, пошептавшись с огненно-рыжим вышибалой, отвел Уланова наверх, в крохотную «гостевую» комнату.
— Выбирай, что понравится, — Рикард, повесив плащ на гвоздь, неторопливо откинул крышку на массивном сундуке, который стоял напротив двери, у крохотного окошка. — Потом сочтемся.
Разведчик, стуча зубами, метнулся к тряпью, которое выпирало из обитого железом ящика, как тесто из квашни и… оторопел. В сундуке лежали вещи на любой вкус и размер — шелковые кафтаны, кружевные панталоны, блестящие кольчуги, инкрустированные разноцветными камнями. Роднило их только одно — скверно застиранные следы крови на одежде, и прорехи в жизненно важных местах на доспехах.
— Это чье? — Уланов подозрительно глянул на капитана, начиная понимать, что первое впечатление оказалось ничуть не ошибочным.
— Ничье, — пожал плечами Рикард. — Точнее, уже мое. Одевайся, не бойся — никто отнимать не придет.
— А нет…
— Нет, — не дал закончить десантнику капитан. — И попрошу поторопиться — одевайся сейчас, или оставайся, в чем есть. Спешу добавить — во втором случае я буду невероятно разочарован и сочту твое поведение черной неблагодарностью.
«Действительно, почему бы и нет?» — Уланов, глубоко вздохнув, принялся копаться в разномастных вещах. Отказываться от бесплатной одежды с учетом погоды снаружи было, по меньшей мере, неумно — а тут сам капитан давал разведчику совершенно шикарное оправдание…
— У вас действительно благородное лицо, — капитан сдернул с головы треуголку и почтительно поклонился. — А теперь повторите.
— Зачем?
— Я же вам помог? Теперь помогите и вы мне.
Утром Гарина разбудило деликатное покашливание.
— Который час? — мрачно поинтересовался гном, не открывая глаз, хотя и без этого чувствовал, что солнце еще не встало.
— Вас хотят видеть. Крайне настойчиво, — слуга осторожно, но настойчиво потряс хозяина за плечи, шустро изгоняя остатки сна.
Гарин мрачно вздохнул. В свое время он потратил уйму времени, чтобы заманить к себе на службу дворецкого-псионика, который специализировался на управлении снами. Впрочем, усилия стоили того — после этого гном начал отлично спать, ночные кошмары ушли в прошлое, и даже пробуждение в такую рань не становилось такой проблемой, как раньше.
— Кто именно меня хочет видеть? — Гарин, натянув домашние штаны, подставил руки, чтобы ему помогли одеть камзол.
— Просили не говорить, — ловкие руки дворецкого ловко скользнули по темно-синей ткани, расправляя все ненужные складки. — Я провожу.
Гном хотел заметить, что он как-нибудь сам найдет дорогу в собственном доме, но в последний момент решил обождать — наговорить колкостей всегда успеется. Все-таки, дворецкий оказался единственным из всей прислуги, который не поверил в смерть хозяина, и успешно держал оборону дома до его возвращения.
Гнома действительно ждали, но не в кабинете, как он боялся, и не в холле, как он рассчитывал — а в саду за домом. Весна в этом году подзадержалась, и деревья только начали окутываться зеленым дымом. Кроме того, роса уже успела выпасть, и садиться на ледяные скамейки у Гарина не было никакого желания.
— Прошу вас, присаживайтесь, — воздух рядом с гномом подернулся туманом, а когда он рассеялся, напротив Гарина стояла девушка в узком сером платье. Лицо ее было скрыто металлической маской без единой щелочки, но, похоже, это ее ничуть не беспокоило.
— Спасибо, я постою.
Гостья рассмеялась нежным хрустальным смехом и провела снежно-белой ладонью над скамейкой. От нее тут же поднялся белый дымок.
— Нам предстоит долгий разговор. Присаживайтесь.
Гарин опасливо присел на исходящие паром доски — те оказались неожиданно горячими, словно скамья весь день простояла на жарком июльском солнце. Гостья села рядом — чуточку ближе, чем того требовали приличия.
— Я бы хотел узнать…
— С кем разговариваете? — перебила гнома девушка, но — странное дело — это ничуть не рассердило Гарина. — Разумное желание.
Она вдруг схватила гнома за уши, и металлическая маска растаяла. Под ней был серый клубящийся туман, который намертво приковал взгляд гнома. Вся подозрительность и раздражение, которые копошились в мозгу Гарина, вдруг исчезли без следа, сменившись убеждением, что все будет хорошо потому, что по-другому быть не может.
— Вы же знаете, кто я, — маска вернулась на свое место, и гном наконец смог отдышаться.
— И что угодно… Уважаемой?
— Недавно у вас была встреча с моей сестрой. Насколько я знаю, речь шла об отражении некой угрозы. Вы можете пояснить?
— Совершенно верно, — гном коротко кивнул. — Речь идет о вторжении. К сожалению, мне неизвестно, почему именно мы удостоены этой чести, но, боюсь, нас никто и не собирается просвещать.
— Вторжение… — задумчиво отозвалась девушка. — Если вы говорите, что цель неизвестна — значит, стоит ожидать худшего. То-то моя сестра так беспокоится…
— Мы надеемся оправдать ее ожидания.
— Несомненно, несомненно, — рассеянно отозвалась гостья. — Что вы знаете об этом… вторжении?
— Примерный состав их сил и точку высадки. Если принять за основу то, что они пришли сюда надолго — они постараются закрепиться в районе Керналла. Там достаточно ресурсов, чтобы развернуть полноценную базу, которая сможет обеспечивать себя всем необходимым. Подозреваю, после этого выкурить их без глобального катаклизма будет сложновато.
— Уже сложновато, — резко буркнула девушка и осеклась, сообразив, что сказала лишнего. — Но не будем об этом. Насколько успешно продвигаются ваши… дела?
— Открыто помогать никто не хочет. Приходится плести интриги… — гном потер переносицу, которая отозвалась короткой вспышкой боли — в память о недавнем похмелье.
— Привыкнешь, — буркнула гостья. Настроение у нее, похоже, испортилось. — Вот тебе… подарок, — на скамье появилась пузатая бутыль с мутной жидкостью внутри. — Не экономь… когда дело требует. И приятелю своему привет передавай, — девушка, глубоко вздохнув, поднялась. — Он поймет, от кого.
В конце дорожки показался дворецкий. Отчего-то он гордо вышагивал по гравию, задирая начищенные штиблеты чуть не до уровня носа, и оглушительно кукарекал.
— Мне пора, — гному показалось, что гостья улыбается. — И вам тоже.
— Ку-ка-ре-ку! — оглушительно гаркнул дворецкий, и Гарин наконец проснулся.
Сытная похлебка в сочетании со жбаном пива оказала на десантника удивительно умиротворяющее воздействие. К тому времени, когда объемистая миска на столе перед ним показала дно, Уланов был готов на все, только бы отблагодарить своего нечаянного спасителя.
— Вкусно было? — вкрадчиво поинтересовался Рикард и, дождавшись утвердительного кивка, поманил Гро. — Готов про… дело послушать?
— Валяй, — десантник пропустил мимо ушей то, что капитан вдруг перешел с ним на «ты».
— Значит, так, юнга, — капитан, разом посуровевший, глянул разведчику прямо в глаза. Уланов игры не принял, переведя взгляд на стол, и Рикард удовлетворенно улыбнулся. — Как ты мог заметить, у нас… есть определенные проблемы. И главная из них — то, что у нас больше нет корабля, а нужда в деньгах никуда не делась…
Глава 8. Расспросы и допросы
Дроид неподвижно лежал на верстаке, сияя начищенными доспехами. Гарин все-таки решил еще раз попытаться понять, как именно механизму удается колдовать, но тщетно. Крепления брони запаялись напрочь, прихваченное с борта «Улисса» оборудование напрочь отказалось работать, а более радикальные меры гном принимать побоялся.
— Не надо было тебя поить, — Гарин подкинул в руке универсальный анализатор, отчаянно пытаясь не расколотить его об угол верстака. Впрочем, через секунду он взял себя в руки и вернул нежный инструмент в ящик. — Ты определенно испортился… в механическом смысле.
— Автотесты проходят нормально.
— Я этого не вижу, — гном со вздохом уселся на скамеечку у стены. — У тебя даже клеммы в контрольных разъемах заросли. А кираса так вовсе не снимается.
Дроид секунду подумал.
— Резать пробовал?
— Страшно, — Гарин поежился. — Знаешь, я про такое никогда не слышал. Настоятель, кстати, тоже. Сейчас его ребята хроники изучают — но мне почему-то кажется, что и там ничего толкового не найдется.
— Значит, я первый. Как интересно, — штурман медленно взлетел с верстака и неторопливо приземлился на лавку рядом с гномом. — Интересно, кстати, почему?
— Потому, что до сих пор не находилось достаточно безумного колдуна, — буркнул Гарин, вспоминая свое невероятное приключение пятилетней давности. — Ладно, как говорит один мой знакомый, замнем для ясности.
— А что за знакомый? — в прорези шлема мелькнул ослепительно синий огонь, который гном истолковал, как жгучий интерес.
— Есть тут один, из королевской прокуратуры. Он так любит говорить обо всех вещах, разобраться в которых не может, а делать с ними что-то надо.
Поделиться книгой: